Закон о ЧВК

В России легализировали ЧВК и полным ходом идет вербовка

Наемники Путина

Авторы – Willi Neumann und Steffen Dobbert

Несколько недель назад в социальной сети «Вконтакте» появилось объявление: «Парни, есть вариант поработать на Родину!» – гласила первая строчка. Зарплата «на базе» – 50 тысяч рублей в месяц, «за выход» – от 80 тысяч рублей плюс премии. В пересчете это составляет от 700 до 1150 евро. Заканчивалось объявление словами: «Доброго боя, солдаты удачи!»

Опубликовавший объявление пользователь называет себя Ильей Ивановым. Его работа – это вербовка бойцов для ЧВК, так называемых частных военных компаний. И многое указывает на то, что за последние дни он сильно преуспел в формировании частной армии. Он ищет мужчин, которые готовы за деньги в 2017 году защищать российские интересы на новых полях сражений.

Автомобильная колонна у полигона в Молькино. Единственный солдат, с которым удалось поговорить, ответил, что они «едут с учений»

Иванов не единственный вербовщик, который сейчас набирает бойцов, но, пожалуй, один из самых опытных. Еще в 2014 году он писал на своей странице «Вконтакте», что ищет людей, готовых «связать себя судьбой с приключениями в жарких странах». Тогда общественность еще ничего не знала о российских солдатах в Сирии, а деятельность Ильи была противозаконной. За вербовку наемников ему грозило до восьми лет лишения свободы. Теперь все изменилось.

Малоизвестные поправки к закону

За два дня до конца 2016 года президент Владимир Путин принял правительственные поправки в закон «О воинской обязанности и военной службе». В российских государственных СМИ это событие не было особенно освещено, западные медиа также оставили изменения в законе без внимания. Между тем, последствия этих изменений велики. Теперь, согласно закону, граждане, пребывающие в резерве, считаются исполняющими обязанности военной службы, если они участвуют в деятельности по «пресечению международной террористической деятельности за пределами территории Российской Федерации».

Поскольку многие мужчины в России прошли срочную службу, то поправки к закону затрагивают практически всех россиян. Теперь если они сражаются с террористами, то считаются военнослужащими, даже если официально не относятся ни к какой части Минобороны.Иначе говоря, изменения в Законе о воинской службе позволяют использование российских наемников во всем мире и легализуют деятельность ЧВК. 9 января 2017 года закон вступил в силу.

Blackwater – это одна из самых известных частных военных компаний, которая среди прочего исполняла отчасти криминальные задания для армии США, например, в Ираке. Когда действия Blackwater стали известны общественности, развязались глобальные дебаты о легальности подобных фирм. Не осталась в стороне и Россия. Так, RT задавалась вопросом в своих материалах: Частные военные компании: новый метод ведения войны?

Впрочем, сегодня, когда эта тема затронула собственную страну, прокремлевские СМИ хранят молчание.

Как функционируют легальные ЧВК? Каким образом работают вербовщики вроде Иванова? Чтобы откликнуться на объявление, ZEIT ONLINE создает «Вконтакте» фейковый аккаунт Павла Никулина. Павлу 27 лет, он работает электриком в Волгограде. В 2010 и 2011 годах он проходил срочную службу в качестве водителя-механика танка Т-72.

Разговор с вербовщиком

Павел Никулин существует только в качестве виртуальной страницы в социальной сети. Его биография и фейковый профиль «Вконтакте» помогают узнать детали о вербовке и обучении бойцов ЧВК. Никулин и Иванов обмениваются в социальной сети несколькими сообщениями и два раза созваниваются по телефону.

Никулин: Здравствуйте, меня зовут Павел. Я по поводу объявления «Вконтакте».

Иванов: Я понял, по работе. Павел, скажите мне, гражданство у вас какое?

Никулин: Российское.

Иванов: Ну наконец-то. Так. Военный билет есть? По должности кто?

Никулин: Водитель-механик танка.

Иванов: Отлично! Смотри, Павел. Давай расскажу тебе сначала по делу.

Иванов говорит, что танкисты «нарасхват». Кроме того, нужны медики, саперы и грамотные связисты. Также ищут пилотов вертолета – они проходят вне конкурса. Все остальные соискатели должны сначала пройти тесты и предоставить необходимые документы. Самое важное, оно же самое сложное условие – это наличие загранпаспорта и отсутствие кредитов и судимостей.

В том, является ли Илья Иванов настоящим именем вербовщика, нельзя быть уверенным наверняка. Тем не менее, два других источника, которые пытались устроиться бойцами в ЧВК, подтвердили ZEIT ONLINE, что также общались с Ивановым. Кроме того, Илья в подробностях описал путь и местность у полигона, где тренируется ЧВК. Соответствие описания действительности позже подтвердил собственный источник ZEIT ONLINE.

Полигон в Молькино

По словам Иванова, база подготовки бойцов ЧВК находится возле хутора Молькино в Краснодарском крае. До украинского Донецка отсюда около 500 километров, до российского курорта Сочи – около 250 километров. В 2015 году на полигоне в Молькино прошла модернизация, на которую было потрачено более 50 млн. рублей. Официально в Молькино дислоцируются три воинских подразделения: 1-я гвардейская ракетная бригада (в/ч 31853), 10-я отдельная бригада специального назначения ГРУ Минобороны (в/ч 51532), а также 243-й общевойсковой полигон (в/ч 55485).

Трасса М4. Автомобильная колонна возврашается с учений обратно на полигон в Молькино

Легальные ЧВК существовали в России и раньше. Самыми известными являются Moran Security Group и «РСБ-Групп». Подобно Academi, американской компании-преемнице Blackwater, эти российские фирмы предлагают услуги в сфере безопасности, консалтинга и вооруженной защиты и охраны. Хотя компании отказались отвечать на запрос ZEIT ONLINE, на своих официальных сайтах они утверждают, что не занимаются наемничеством и не участвуют в боевых действиях за границей. Генеральный директор компании «РСБ-групп» Олег Криницын в разговоре с газетой «Фонтанка» сказал, что перед его компанией не ставилась задача отправлять кого-либо в Сирию, но при наличии подобных предложений он был бы готов их обсудить.

Дмитрий Уткин и ЧВК Вагнера

Один из бывших сотрудников Moran Security Group позже основал собственную ЧВК, которую называют «Группа Вагнера». Речь идет о Дмитрии Уткине – он же Вагнер. Уткин служил в спецназе ГРУ, после увольнения работал по контракту с Moran Security Group, охранял суда в опасных районах от пиратских нападений. После увольнения осенью 2013 года в составе около 250 «контракторов» находился в Сирии. Спустя полгода после сирийской поездки создал так называемую «Группу Вагнера», которая участвовала в боевых действиях на востоке Украины и позже в Сирии.

В декабре 2016 года Уткин появляется даже на приеме по случаю Дня героев Отечества в Кремле. Среди приглашенных героев Советского Союза и России, Уткин был одним из немногих гостей, кто таких высоких заслуг не имел. Факт, что Уткина все-таки пригласили на торжество, может указывать на то, что бойцы ЧВК Вагнера выполняли важные операции в Сирии для российской армии.

Иванов говорит, что ЧВК Вагнера набирает бойцов в Молькино. Те, кто пытался попасть в ЧВК, сообщили в разговоре с ZEIT ONLINE, что вступительные испытания достаточно легкие. Все желающие должны выполнить несложные нормативы по физической подготовке: отжимания, подтягивания, бег сто метров и три километра, тест Купера и огневую подготовку. Тот, кто смог все сдать, остается на базе проходить подготовку, которая обычно длится два месяца.

Принятые в ЧВК бойцы подписывают контракт минимум на полгода, говорит Иванов. Впрочем, он уточняет, что контракт довольно условный, «две странички». «На первой страничке написано «не рассказывать», на второй страничке «читай, что написано на первой страничке,» – смеется Илья.

Подготовка к следующим боям

Вербовка и полигон в Молькино вызывают вопросы. Для каких боевых заданий ищут российских наемников? Каким образом сотрудничают военные части, которые дислоцируются в Молькино, с ЧВК Вагнера? И почему вообще был изменен закон «О воинской обязанности и военной службе»? Пресс-служба российского Министерства обороны не ответила на запрос ZEIT ONLINE. Объяснение по легализации наемничества можно было бы увидеть в специфических связях внешней и внутренней политики российского президента.

С тех пор, как Владимир Путин пришел к власти, он поддерживал ее с помощью войн. Сначала Вторая чеченская война, в 2008 – война с Грузией, потом Украина и с 2015 – участие в войне в Сирии.

Все военные действия, независимо оттого, начинались ли они по российской инициативе или нет, Путин использовал для внутриполитического рейтинга. Благодаря позитивному представлению армии и военных успехов проправительственными СМИ в России рос патриотизм и гордость страной и ее президентом. Кроме того с помощью производства вооружения можно было поддержать ослабленную отечественную экономику. К тому же,когда страна участвует в войне, то проблемы вроде коррупции уже не кажутся такими существенными. Все это также могло бы сыграть важную роль, если за границей возникнут новые конфликты при участии России.

Украина, Сирия – Афганистан?

Однако не все так просто. Первая загводка связана с людьми. Сейчас для Путина проблематично найти достаточно людей для полноценного ведения боевых действий, считает Штефан Майстер, эксперт по России из Немецкого общества внешней политики. По его словам, Россия на данный момент участвует в двух конфликтах в Сирии и на Украине, что требует множество солдат и вооружения. Даже если учитывать, что с 2008 года войска были модернизированы, их ресурсы не безграничны.

Майстер считает вполне вероятным, что в 2017 году Россия вступит в новые военные конфликты – вдобавок к уже существующим. Прежде всего, с точки зрения развязанной Дональдом Трампом борьбы с международным терроризмом новые бригады наемников могут помочь в этом процессе, говорит он. С наемниками заключают другой контракт, чем с солдатами-срочниками , ведь их будут нанимать частные военные компании. По словам Майстера, так будет легче предотвратить получение общественностью доступа к этой информации. Особенно часто эта проблема возникала на Украине, когда правительству приходилось объяснять, почему среди убитых «добровольцев» оказывались российские военные. Если же погибает боец ЧВК, то Минобороны легко может оспорить свою причастность.

Вторая загвоздка связана с возможными местами боев, где сражаются бойцы ЧВК.

Никулин: Это Сирия получается?

Иванов: Это уже старая тема. Сейчас будет… не могу так сказать, думаю, угадаешь: в 80-х годах армия там была. Понял? Там тоже пески и горы. Там, значит, миротворческая операция – это охрана послов и прочее. Дают даже медаль тебе за ратный подвиг. Больше тебе не дадут, потому что по телевизору вы не будете светиться.

Афганистан? Помимо Сирии, Украины и нестабильных регионов вроде Ливии, Россия может в 2017 году вмешаться и в конфликт в Афганистане. Но негативный образ, который связан в российском обществе с потерями в Афганистане, сидит глубоко. Как говорит Майстер, этот образ сравним с «вьетнамской травмой» США. Сегодня даже при поддержке пропагандистской машины не удастся склонить российское население к участию в наземной операции в Афганистане.

Самое главное – деньги

«На сегодняшний день в Афганистане находятся только технические специалисты и инструкторы, которые требуются, в частности, для технической поддержки российских вертолетов», – говорит Майстер. Так, в январе 2016 года было подписано межправительственное соглашение об оказании Афганистану военно-технической помощи.

«Если НАТО в 2017 году выведет свои войска из Афганистана, то Россию действительно может охватить страх от того, что терроризм распространится на территории страны. «Талибан» может сильно дестабилизировать центральноазиатских соседей Российской Федерации, а это уже реальная угроза, в том числе и для России», – утверждает Майстер.

Большинству претендентов в ЧВК все равно, куда их отправят сражаться. Самое главное – деньги. По словам Иванова, расценки в ЧВК сегодня следующие: 50 тысяч рублей во время подготовки на базе, от 80 до 120 тысяч «на выходе», кроме того премии. По русским меркам, это большие деньги. «Танк сжег – получил денюжку. Понял? Какую-нибудь огневую точку забил, еще денег получил, если командир подтвердил,» – объясняет Иванов.

Источник

Более подробную и разнообразную информацию о событиях, происходящих в России, на Украине и в других странах нашей прекрасной планеты, можно получить на Интернет-Конференциях, постоянно проводящихся на сайте «Ключи познания». Все Конференции – открытые и совершенно безплатные. Приглашаем всех просыпающихся и интересующихся…

«Мы поднимем имидж страны»: основатель первой российской частной военной компании дал интервью RT

— В настоящий момент ЧВК в России не легализованы. И на своём сайте вы позиционируете себя как «компанию военного консалтинга». Однако интернет-поисковики обозначают «РСБ-Групп» как «российскую частную военную компанию». Чем вы являетесь на самом деле и в каком правовом поле работаете?

— В России частные военные компании не запрещены и не разрешены, поэтому мы находимся в «сером» правовом вакууме. Само понятие ЧВК было придумано западными маркетологами, чтобы оправдывать «солдат удачи», наёмников и прочих любителей приключений.

Мы официально не называемся ЧВК, чтобы не будоражить общественность, и выбрали нейтральную формулировку — «частная компания военного консалтинга». Естественно, мы работаем легитимно и соблюдаем законодательство России и стран, которым оказываем коммерческие услуги. Нас невозможно обвинить в том, что мы являемся незаконным вооружённым формированием или наёмниками. К тому же на территории Российской Федерации мы не работаем: для этого нет соответствующих условий.

— Чем конкретно занимается ваша компания?

  • Сотрудники «компании военного консалтинга» «РСБ-Групп» сопровождают торговые суда
  • © rsb-group.ru

У нас много направлений. Одно из основных — обеспечение безопасности судов. Мы сопровождаем корабли в Индийском океане в Гвинейском заливе

Второе направление — это военный консалтинг, оказание услуг по переобучению частных охранных подразделений, полицейских и военнослужащих других стран.

Третье направление — это сухопутные операции, которые сводятся к сопровождению конвоев, охране отдельных лиц и имущества компаний. Также мы занимаемся разминированием. Проводим инженерную разведку и обезвреживаем боеприпасы. Наши услуги очень востребованы на Ближнем Востоке, где боевики ИГ* оставили огромное количество заминированных территорий.

— И всё же в чём принципиальное отличие вашей компании от западных ЧВК?

— У всех задача одна — заработать деньги, но каждая военная компания, по сути, ведёт себя так же, как её государство. Например, там, где появляется армия США, за ней следуют частные военные компании. Если представлять войну на чужой территории как охоту хищников на травоядных, то американская армия — это лев, а ЧВК — шакалы, которые подъедают падаль за царём зверей.

Западные военные компании, как правило, берут на себя почти все обязанности по обеспечению армейской группировки, включая охрану конвоев и стирку белья.

Западные частные компании — главный помощник экспедиционного корпуса и защитник экономических интересов метрополии.

Также по темеРавнение на право: в Госдуму внесут законопроект о легализации работы частных военных компаний В течение месяца в Госдуму планируется внести проект закона, который легализует деятельность частных военных компаний. Об этом RT…

Наша страна ведёт себя иначе. В России принята оборонительная доктрина. Но активная политика РФ по вхождению на зарубежные рынки вызовет естественную потребность в услугах ЧВК.

— 17 января депутат Михаил Емельянов сообщил RT, что в течение месяца в Госдуму внесут документ, где будет прописан статус ЧВК. Принять такой законопроект не удавалось более пяти лет. Какие аспекты должны быть прописаны в нынешнем законопроекте?

— В 2012 году Владимир Владимирович Путин сказал, что частные военные компании являются уникальным инструментом в руках государства, поэтому не могут выполнять задач без привязки к нему. К сожалению, претворить этот замысел в жизнь долгое время не получалось. Но, видимо, сейчас положение дел стало меняться.

В первую очередь в новом законе о ЧВК должны быть прописаны социальные гарантии сотрудников, порядок уплаты налогов, отчётность перед надзорными органами. Но самое главное — в основу закона должна быть заложена идея, что ЧВК — это инструмент внешней политики России.

На мой взгляд, частным военным компаниям можно передать право на продажу лёгкого стрелкового оружия и боеприпасов калибра до 12,7 мм или 14,5 мм. Частные военные компании могут заниматься сбором различной информации, аналитикой, подготавливать плацдарм для корпораций, желающих зайти на рынок неблагоприятной в плане безопасности страны.

Частные военные компании должны и могут заниматься охраной наших посольств. Разминирование — это ещё одна перспективная сфера.

Кроме того, частные военные компании могут заниматься обучением силовиков и военнослужащих наших союзников. Таким образом Россия будет переводить вооружённые силы союзников к единой тактике действий, приучать их пользоваться российским оружием. Мы поднимем имидж страны и, возможно, получим новые рынки сбыта продукции нашего ВПК.

Важно прописать в законе прозрачные механизмы выбора ЧВК со стороны государственного заказчика. Также надо понимать, что закон будет действовать только на территории России, а значит, на страны, где в основном работают ЧВК, он распространяться не будет. То есть всех проблем он не решит.

  • Криницын — о возможных задачах ЧВК

— По вашей логике частные военные компании должны быть орудием защиты национальных интересов России и неким дополнением к Вооружённым силам РФ?

— Да. Совершенно правильно. ЧВК — это хирургический инструмент, который нужно использовать точечно и аккуратно. При этом мы не говорим, что частные военные компании должны воевать. У ЧВК нет боевой техники и возможностей, как у регулярной армии. Хотя их вполне можно привлекать к антитеррористическим и антидиверсионным операциям.

— Какими полномочиями следует наделить будущие российские ЧВК и какова должна быть их зона ответственности? Для наглядности давайте попробуем сравнить типичного сотрудника частной военной компании с полицейским или солдатом. В чём принципиальная разница между ними?

— Есть стереотипное понимание того, что сотрудник частной военной компании — это пузатый мужик с наколками, перемотанный пулемётной лентой. Этот карикатурный образ далёк от реальности.

На самом деле в частные военные компании идут профессионально подготовленные люди, для которых эта работа является продолжением службы своей Родине. После увольнения офицеры получают в ЧВК возможность без лишней бюрократии и других формальных ограничений заниматься любимым делом.

Это важно и с социальной точки зрения. Многие офицеры теряются, когда оказываются на гражданке. Также не будем забывать, что государство потратило деньги на обучение офицеров военному искусству.

  • Криницын — об образе сотрудника ЧВК

— Какие миссии сотрудники ЧВК могут выполнять эффективнее военнослужащих РФ? Где ЧВК пригодятся в качестве форпоста отстаивания национальных интересов России?

— Преимущество ЧВК заключается в отсутствии бюрократической волокиты и обязанностей, не связанных с профессиональной деятельностью, которыми нередко грешит военная служба. Сотрудник ЧВК занят исключительно своим делом, совершенствуя навыки в рамках своей специальности, и в этом его главное преимущество. Частным военным компаниям можно доверить практически любую миссию, за исключением тех, где требуется привлечение тяжёлой наземной техники, авиации, артиллерии.

— Какова сейчас ситуация на глобальном рынке ЧВК? Кто является лидером и каковы шансы будущих российских компаний в конкурентной борьбе?

— Глобальный рынок подобных услуг давно поделён. Главными его игроками являются американцы, британцы и французы. Нас там не ждут. Но наше появление (имеется в виду деятельность «РСБ-Групп» в Африке. — RT) уже сейчас вызывает удивление. Я общался с британскими коллегами в Египте в районе Суэцкого канала. Они были поражены тем, что мы, русские, находимся здесь и демонстрируем свой флаг на шевронах.

— Ходят слухи, что российский бизнес, работающий за рубежом, в частности на Ближнем Востоке, пользуется услугами иностранных ЧВК. Так ли это?

— К сожалению, это так. Зарубежные частные военные компании охраняют российские корпорации за рубежом. Пользуясь услугами иностранных ЧВК, наша страна проигрывает глобальную конкуренцию. Мы как люди военные прекрасно понимаем, что иностранцы, охраняющие российский бизнес, не только демонстрируют своё могущество, но и ведут сбор разнообразной информации в интересах своего государства. Не исключено, что они проводят вербовку среди сотрудников корпорации или переманивают специалистов.

Также по темеЧастная инициатива: зачем Трампу предложили создать негосударственную разведслужбу Американские СМИ обсуждают создание сети негосударственных разведывательных структур, напрямую подчиняющихся президенту и директору…

Иностранные ЧВК по приказу сверху или в случае внештатной ситуации могут бросить российских клиентов. Очевидно, что такие услуги нельзя отдавать в руки иностранцам. Я буду рад, если закон исправит хотя бы эту ситуацию.

— В 2007 году сотрудники американской Blackwater (ныне Academi) убили 14 мирных жителей в Багдаде. Иракский суд наказал четверых убийц. Есть ли страховка от повторения подобных инцидентов?

— Конечно, мы осуждаем американцев, когда они стреляют в мирных жителей. Но я как человек, имеющий боевой опыт, не был бы столь категоричен. Я их не оправдываю, но надо учитывать контекст ситуации.

По данным на 2010 или 2011 год, когда американские войска начали покидать Ирак, на 300—500 погибших солдат приходилось 900—1000 сотрудников частных военных компаний. Это очень большие потери. Естественно, американцы находились в колоссальном напряжении. Особенно если колонна, которую сопровождают сотрудники частных компаний, проходила через город.

Опасность подстерегала их повсюду. Любое движение мирного жителя, который просто потянулся за телефоном, могло трактоваться как подача команды для подрыва фугаса. Вот этот массовый психоз и испуг и приводил к подобным трагедиям.

  • Бойцы американской ЧВК Academi (бывшая Blackwater)
  • © fastguardservice.com

Я не знаю, как на Западе устроен отбор в частные военные компании. На основе нашей компании могу сказать, что идеальный сотрудник — это офицер 30—45 лет, прошедший службу в оперативных подразделениях и имеющий за плечами боевой опыт.

Тех, кому в мирной жизни скучно и хочется повоевать, я в компанию не беру. Наша задача — выйти без потерь из любой ситуации.

— Стоит ли предоставлять сотруднику ЧВК социальные гарантии? Как насчёт выплаты компенсаций родственникам в случае гибели?

— Чем сотрудник частной военной компании хуже врача, спасающего человеческую жизнь? Он защищает других людей вдалеке от Родины, рискует собой, выполняет важную миссию, возможно, государственного значения. Конечно, он должен чувствовать, что находится под социальной защитой.

— Скорее всего, жалованье сотрудников российских ЧВК будет выше оклада военнослужащего Министерства обороны. Не кажется ли вам, что представители силовых ведомств начнут увольняться и выстраиваться в очередь в ЧВК?

— Все военнослужащие находятся на гособеспечении. В частности, государство тратит большие деньги на обучение и содержание срочников. Не проще ли принимать на службу готовых профессионалов и использовать их для решения стоящих перед страной задач?

Конечно, государство будет платить больше сотрудникам частных военных компаний, но их и не надо обучать. Я не назову вам точную сумму, которую может зарабатывать сотрудник частной военной компании, но могу сказать, что зарплата в таких структурах дифференцирована. Заработок зависит от квалификации и опасности прохождения службы.

России можно взять на вооружение методы (не суммы) расчёта зарплат, принятые в США. Сотрудник, находящийся вне зоны боевых действий, получает существенно меньше, чем тот, кто работает в агрессивной среде. В Ираке пребывающий на базе сотрудник американской ЧВК зарабатывал $250—300 в сутки, а сопровождавший колонну — $1,5—2 тыс.

— Что Россия может позаимствовать у западных ЧВК и каких ошибок ей стоит избегать?

— Первое, что необходимо перенять у западных коллег, — это система спасения военнослужащих. Я общался с американцами. Это нормально, когда для спасения одного бросают 30—40 человек, а в воздух поднимаются вертолёты.

Второе — это временный иммунитет в первоначальный этап военной операции, которым должны наделяться сотрудники ЧВК. Так делали американцы в 2003 году, когда вторглись в Ирак. Как бы это цинично ни звучало, но в экстремальной ситуации нет возможности следить за соблюдением закона страны пребывания. Нужно делать только то, что отвечает интересам твоей страны.

В то же время западные ЧВК, пожалуй, слишком обласканы опекой своих государств. Они уверовали в собственную безнаказанность и легко переступают черту закона, зная, что их прикроют. Хамское поведение по отношению к местным и уж тем более необоснованное применение оружия должны наказываться.

Но у нас, русских, другая ментальность. Я думаю, нас подобные проблемы обойдут стороной. В этом и будет главная особенность российских ЧВК.

  • Сотрудники «компании военного консалтинга» «РСБ-Групп»
  • © rsb-group.ru

— Кто, по вашему мнению, станет основным заказчиком услуг российских ЧВК после легализации? Минобороны, нефтяной бизнес, олигархи…

— Мне бы хотелось, чтобы круг потенциальных заказчиков был максимально широким, включая иностранные компании и международные организации. Этому будет способствовать и то, что имидж России после операции в Сирии в мире значительно улучшился.

Но чтобы делать какие-либо прогнозы, необходимо дождаться появления законопроекта. Развитие рынка ЧВК в России будет во многом зависеть от того, какой орган власти станет регулировать эту сферу. На мой взгляд, надзорную функцию стоит отдать Министерству обороны и конкретно подразделению, занимающемуся координацией разведывательной деятельности. Это обеспечит необходимую связку между частными военными компаниями и государством.

*»Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) — организация признана террористической по решению Верховного суда РФ от 29.12.2014.

Что принесет России легализация наемников? Интервью автора законопроектов о ЧВК


2018.02.15

«Бенефициаром должно стать правительство РФ»

Минобороны РФ/Global Look Press

Глава комитета Госдумы по обороне Владимир Шаманов 14 февраля заявил о том, что в свете последних событий в Сирии проект закона о легализации частных военных компаний (ЧВК) обрел дополнительную актуальность. Документ недавно был внесен в Госдуму и направлен сейчас в Правительство РФ для получения отзыва. Подобные законопроекты, начиная с 2012 года, направлялись в Госдуму четыре раза, но были отклонены. Об этом Znak.com сообщил сегодня один из их авторов — директор Независимого научного фонда «Институт проблем безопасности и устойчивого развития», член экспертного совета комитета по безопасности и противодействию коррупции Госдумы РФ Виктор Ананьев. О том, что будет в случае легализации в России ЧВК, Ананьев рассказал в интервью Znak.com.

— Текст законопроекта, о котором сказал Шаманов, пока не раскрывается. Вы участвовали в подготовке подобных проектов дважды — в 2015 и 2016 годах. Каковы их базовые принципы?

— Когда мы готовили первую редакцию закона «О частной военно-охранной деятельности», то отмечали, что частные вооруженные подразделения появились почти 60 лет назад по инициативе частных лиц. Потом на них обратили внимание спецслужбы и другие государственные структуры, которые поняли, что ЧВК можно использовать неофициально для решения определенных задач.

Сегодня некоторые частные вооруженные подразделения зарабатывают деньги для государственных элит, другие решают крупные политические вопросы для надгосударственных структур согласования и управления. Власти ряда стран увидели в ЧВК механизмы своей большой политики, направленной на ликвидацию национальных государств. Все понимают, что приход ЧВК в ту или иную страну может изменить внутренний политический климат.

В связи с этим над ЧВК нужен контроль. Считаю, что контроль должен быть тройной: соответствие нормам международного права, законодательства государства-происхождения и законодательства того государства, где ЧВК осуществляет свою деятельность. В России официально ЧВК отсутствуют.

Alexey Sukhorukov/Xinhua/GlobalLookPress

— Будете участвовать в обсуждении озвученного Шамановым проекта закона?

— Думаю, да. Мы поучаствуем на экспертном уровне и постараемся сделать все, чтобы документ соответствовал интересам нашего государства. Пока я не видел документа. Но предполагаю, что он основан на вариантах законопроектов, редакции которых ранее готовились нашим институтом.

— Вы можете сказать, сколько сегодня действует частных военных компаний в России?

— Никто из них не афиширует свою деятельность. Мы знаем некоторых бизнесменов, которые работают за рубежом. Но они не говорят о численности своих компаний. Это коммерческая тайна, и я их понимаю. Официально они осуществляют консалтинговые услуги, и если обнародуют истинную информацию, то подпадут под статью уголовного кодекса. Только безответственные люди не стесняются и заявляют: «Мы — ЧВК!» Кричите — вероятно, вами скоро заинтересуются компетентные органы.

Если говорить в глобальном смысле, то в мире насчитывается огромное количество крупных и мелких ЧВК. Думаю, счет идет на тысячи. Под международным документом Монтрё (о регулировании деятельности ЧВК. — Прим. ред.) в настоящее время подписалось около 70 стран. Это достаточно много.

ЧВК стали своеобразной самостоятельной международной отраслью, объем этого рынка оценивается от 150 млрд до 250 млрд долларов в год. Игнорировать такие факты нельзя.

— Кому должны подчиняться российские ЧВК — Минобороны, ФСБ?

— Будучи коммерческими организациями, ЧВК должны содержать хотя бы минимальную численность своего штата, поэтому в нашем проекте закона они на законном основании должны были охранять объекты Минобороны. Это позволяет разграничить сферы деятельности ЧВК и частных охранных организаций. С другой стороны, по команде правительства РФ и в соответствии с договором ЧВК может набирать людей для выполнения иных задач. Лицензирование деятельности ЧВК за рубежом может вести и Минпромторг, курирующий внешнеэкономическую деятельность. Использовать правоохранительные органы и иные силовые структуры неразумно, так как они выполняют свои специфические задачи.

Если брать зарубежный опыт, США, то там ЧВК контролируют Пентагон и Госдепартамент. Мы по ряду причин не можем проводить аналогии США с Россией, поэтому считаем, что бенефициаром ЧВК должно стать Правительство РФ. При этом таких компаний в России должно быть не более 10–15.

Matt Cetti-Roberts/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

— О каких конкретных «иных задачах» может идти речь?

— Основная задача — это защита собственности и интересов государства за рубежом. За границей у нас, к слову, много собственности. Возьмем, к примеру, «Газпром» или «ЛУКОЙЛ». Кто должен обеспечивать безопасность внутреннего периметра их объектов за границей? У ФСБ свои задачи, у Минобороны — свои…

— Наверное, службы безопасности этих компаний…

— А службы собственной безопасности у нас тоже не легализованы. И нет ни одной службы безопасности компании, готовой обеспечить безопасность ее объектов за границей. У них могут быть специалисты, но нет оружия. Кстати, ЧВК получают необходимое оружие в стране пребывания. Важно отметить, что подготовка работника для частных охранных структур не соответствует уровню требований ЧВК. Слишком многое нужно знать и уметь.

В итоге кто охраняет объекты ОАО «ЛУКОЙЛ» в Ираке? Англичане! А если нужно построить в Сирии, к примеру, железную дорогу протяженностью 500 километров? Кто будет заниматься ее охраной, если у правительства Сирии не хватает для этого сил и средств? После того, как власти Сирии обретут уверенность в своих силах, ЧВК могут возвращаться на родину.

При этом у России есть еще интересы по строительству за рубежом портов, атомных станций… Опять же, ЧВК могут охранять нефтяные месторождения, трубопроводы и многие другие объекты.

Виктор АнаньевИнститут проблем безопасности и устойчивого развития

— Хорошо, возьмем в качестве примера Сирию. Там официально находятся подразделения Минобороны РФ. Зачем нужны ЧВК?

— ЧВК нужны для того, чтобы подразделения Минобороны РФ занимались своими прямыми обязанностями. Охранять нефтяные поля накладно. А если Правительство РФ заключит с Сирией соответствующий договор и направит туда ЧВК, то проблема будет решена.

— Получается, что принятие закона о ЧВК — это исключительно правовой вопрос.

— Конечно. Хочу обратить внимание на то, что нахождение любого военнослужащего за рубежом — это присутствие чужой армии. Это вряд ли может восприниматься в позитивном ключе. ЧВК — другое дело, если имеются официальные договоренности сторон. С их помощью с учетом международного права можно легче решать определенные вопросы.

Yoshio Tsunoda/AFLO/GlobalLookPress

— Однако последние новости о ЧВК носят другой характер. Им приписывают участие в боевых действиях. Опять же, есть мнение, что легализация ЧВК в России — это своего рода благодарность ЧВК Вагнера за участие в войне на Донбассе.

— Об этом можно много говорить и писать. Мне сложно об этом судить, потому как я не был свидетелем участия ЧВК в боевых действиях. Я знаю потребности страны как эксперт, но не могу проводить логические параллели с Донбассом. Говорят, что в СССР запретили карате, потому что избили родственника члена Политбюро. А может быть, другие причины были?

Что касается задач, то ЧВК не готовят для военных действий. Да, сотрудники таких компаний умеют обращаться с оружием. Но и наши военные полицейские тоже носят оружие.

Ни у одной иностранной ЧВК, например, не прописано, что она должна участвовать в боевых действиях. Об этом говорит и доктрина Монтрё. Если ЧВК отправляется за рубеж, должно прописываться, как и что ее представители должны защищать с оружием в руках.

ЧВК должны строго соблюдать требования гуманитарного права, нельзя с оружием в руках творить, кто что хочет. Должна быть ответственность — об этом также должно говориться в законе о ЧВК.

— Считается, что гибель бойцов ЧВК не несет такого политического напряжения, как гибель штатных сотрудников оборонных ведомств. И это якобы еще одна причина для легализации частных военных компаний в России.

— Я так не думаю. Если закон о ЧВК будет принят и в России кто-то воспользуется этим инструментом для ведения боевых действий, то это будет также конфликтно и проблемно. Введение ЧВК не решает проблем обеспечения воюющих сторон ресурсами. Они решают специфические задачи.

— Вы при этом почему-то не признаете наличие российской ЧВК Вагнера, о деятельности которой не высказался только ленивый.

— Я много чего видел, знаю и достаточно неплохо информирован. Да, существует некое формирование. Но отличить тут правду от неправды очень тяжело. А заниматься домыслами не очень хочется.

Yoshio Tsunoda/AFLO/GlobalLookPress

— Закон о ЧВК должен проговаривать вопрос финансирования этих компаний? Только ли это частный капитал или еще господдержка?

— Я думаю, финансирование может быть смешанным. Но суть в том, что у нас практически нет ни одной организации, которая бы смогла с нуля все сама сделать. По мнению очень авторитетных экспертов, чтобы подготовить 30 тысяч сотрудников ЧВК, нужен окружной полигон, один год и приблизительно 100 миллионов долларов. Поэтому государство будет вкладываться в это дело. Это не означает, что ЧВК будет только потреблять и ничего не возвращать. Я думаю, будут отработаны все финансовые механизмы и проблем тут никаких не будет.

— В документе прописываются условия заключения контрактов, страховки?

— Конечно, оговаривается зона ответственности, социальные и правовые гарантии.

— А что касается вооружения?

— Здесь нет никаких проблем, и вопрос провоза оружия через границу тоже не стоит. Приезжая в другую страну, будь то Ливия, Сирия, Ирак, Марокко или Венесуэла, сотрудник ЧВК получает любое вооружение на основании официального договора с правительством этой страны.

Aasif Shafi/ZUMAPRESS.com/GlobalLookPress

— Но если нет оружия, которым привыкли пользоваться бойцы ЧВК?

— Если для вас как журналиста основное оружие — блокнот с ручкой, то для сотрудника ЧВК нет необходимости иметь самолеты, вертолеты и танки, ему достаточно стрелкового оружия. А оно не является дефицитом нигде. Опять же, если задача — строительство форта или другого объекта, для этого оружия не нужно.

— Подводя итог, вы возлагаете на ЧВК роль мирного защитника интересов РФ за рубежом?

— Конечно, нужно защищать свои интересы за рубежом. Мы в свое время задавали вопросы всем силовым ведомствам, и никто из них, как выяснилось, не хочет заниматься этой тематикой. У всех свои задачи, как я уже говорил.

Российские ЧВК должны иметь одного бенефициара — правительство страны, и при этом они должны быть вписаны в мобилизационную готовность наших Вооруженных сил. Но говорить о том, что ЧВК — это своего рода резервы для ВС РФ, не стоит. Мы всегда найдем людей для боевых действий, и частные военные компании для этого не нужны. ЧВК — дорогое удовольствие, и использовать их нужно с умом.

Гибель российских наемников в Сирии, уголовные дела и другие ЧВК

12 февраля стало известно об авиаударе, который международная коалиция во главе с США нанесла по российским наемникам из так называемой ЧВК Вагнера. Данные об обстоятельствах военного конфликта, случившегося в провинции Дейр-эз-Зор, разнятся. По одной из версий, сторонники Башара Асада, среди которых были бойцы ЧВК Вагнера, атаковали штаб «Сирийских демократических сил», где находились американские военные советники. Силы коалиции нанесли по нападавшим авиаудар, в результате которого были убиты, по разным оценкам, от 100 до 300 человек. При этом в социальных сетях распространялись слухи о гибели под Дейр-эз-Зором «от 200 до 600 бойцов» ЧВК Вагнера. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова 15 февраля заявила о пяти погибших в результате авиаудара в Сирии.

По утверждению источника газеты «Коммерсантъ», причиной инцидента в провинции Дейр-эз-Зор стала попытка местных «крупных предпринимателей» захватить нефтяные и газовые месторождения, находящиеся под контролем союзников США.

В Минобороны опровергли присутствие российских военнослужащих в районе атаки, и добавили, что силы коалиции действовали в порядке самообороны. При этом Bloomberg со ссылкой на два источника сообщил, что получившие травмы российские наемники доставлены в госпитали Минобороны РФ в Москве и Санкт-Петербурге.

После первых сообщений о гибели россиян в интернете появилось несколько видеоматериалов, снятых с беспилотников, якобы демонстрирующих авиаудары по ЧВК Вагнер. Однако их подлинность пока подвергается сомнениям.

Законопроекты, легализующие деятельность частных военно-охранных компаний, вносились на рассмотрение Госдумы четыре раза, начиная с 2012 года, но были отклонены как противоречащие Конституции. Официально создание и участие в частных военных компаниях в России сейчас подпадает под действие статьи УК РФ «Наемничество».

«Новая газета» рассказывала, как в октябре 2013 года сразу 267 россиян из ЧВК «Славянский корпус» одномоментно могли получить тюремные сроки за наемничество. Они по контракту с министерством нефти и минеральных ресурсов Сирии должны были отбить ряд объектов у террористов. В ходе боев наемники потеряли свои документы и были экстренно вывезены в Россию и поставлены на учет. Для руководителей «Славянского корпуса» Вадима Гусева и Евгения Сидорова «контакт» с ФСБ завершился уголовными делами, приговорами и реальными сроками по статье 359 УК. С тех пор, как заявил сегодня Znak.com Ананьев, в России больше не было подобных громких уголовных дел.

В январе 2018 года первый зампред Комитета по госстроительству и законодательству Михаил Емельянов сообщал, что в закон о ЧВК планируется прописать ограничения для частных военных компаний — им запретят нарушать суверенитет и изменять границы государств, свергать законные органы власти, вести подрывную деятельность, разрабатывать, покупать или хранить оружие массового поражения. Закон позволит привлекать сотрудников ЧВК к участию в контртеррористических операциях за рубежом, к защите суверенитета союзнических государств от внешней агрессии. При этом предполагается участие ЧВК в защите разных объектов, включая месторождения нефти и газа, железные дороги.

Что касается ЧВК Вагнер, то, согласно данным из открытых источников, финансирование бойцов осуществляется через российское ООО «Евро Полис», которое, как писала «Фонтанка» в июне 2017 года, якобы аффилировано с известным петербургским бизнесменом Евгением Пригожиным, которого в околокремлевских кругах называют не иначе как «кремлевским поваром». По данным Reuters, за 9 месяцев 2017 года в Сирии погибли более 130 россиян, не являющихся действующими российскими военнослужащими.

Служу Отечеству! Дорого

Петр Саруханов / «Новая газета».

Во вторник 23 января широко обсуждаемый проект закона о легализации частных военных компаний (ЧВК) будет направлен в правительство для получения экспертного заключения. Процесс может занять несколько недель. В случае положительного заключения правительства во второй половине февраля проект может быть внесен на рассмотрение Госдумы. О процедуре и предполагаемых сроках прохождения закона «Новой» рассказал заместитель председателя Комитета по госстроительству и законодательству Михаил Емельянов.

Емельянов подтвердил «Новой», что текст законопроекта уже готов, но не стал раскрывать базовые принципы документа — по всей видимости, опасаясь активизации противников закона. Как это уже произошло в конце 2014 года, когда Госдума отклонила проект закона «О частных военно-охранных компаниях», внесенный через думский комитет по обороне депутатами Горовцовым, Шеиным, Носовко. Если бы он был принят в начале 2015 года, то российские ЧВК были бы легализованы, и России не пришлось бы делать вид, что в сирийской военной кампании не участвуют вооруженные подразделения, известные как «ЧВК Вагнера».

В 2014 году в пояснительной записке к проекту закона было подчеркнуто, что ЧВК работают более чем в 110 странах мира, при этом в Великобритании, Израиле, ЮАР и Бельгии в 2011—2012 годах произошел резкий рост количества частных военных компаний. Общее же количество ЧВК в мире — несколько сотен, а суммарная численность их сотрудников — более 5 миллионов человек.

Несмотря на то, что в России до сих пор нет правовой базы, регулирующей деятельность военных компаний, российские ЧВК работают на мировом рынке военно-охранных услуг с середины 90-х годов.

Опрошенные «Новой» эксперты оценили «емкость» российского рынка кадров, посчитав, что в разные годы в российских и иностранных ЧВК работали более ста тысяч россиян.

— Россия — хорошая кузница кадров для военных компаний, — заявил один из наших экспертов. — Вот конкретный пример. Только в России сейчас живут более 3,5 тысячи наших соотечественников, отслуживших во французском Иностранном легионе, а тех, кто получил французское гражданство и остался на Западе, — в разы больше

— Россия может поставить на мировой рынок военных услуг 100—150 тысяч специалистов, прошедших превосходную подготовку, — такую оценку дал еще один мой собеседник, работающий на мировом рынке военных услуг с конца прошлого века.

Но все российские ЧВК, оказывающие военно-охранные услуги за пределами страны, в России пока остаются на полулегальном положении, и над бойцами этих структур постоянно висит дамоклов меч привлечения к уголовной ответственности по статье 359 УК («Наемничество»).

Наемники по-российски

«Новая» уже рассказывала, как в октябре 2013 года сразу 267 россиян одномоментно могли получить тюремные сроки за наемничество. Напомню, зарегистрированная в Гонконге и работающая в Москве компания Slavonic Corps Limited («Славянский корпус») рекрутировала 267 добровольцев по контракту с министерством нефти и минеральных ресурсов Сирии для охраны «объектов добычи, транспортировки и переработки нефти». И только добравшись до Сирии, люди узнали, что эти объекты еще предстояло отбить у боевиков.

17 октября 2013 года в провинции Хомс «Славянский корпус» попал в засаду. Бойцы рассредоточились, заняли круговую оборону, даже успели окопаться и несколько часов отбивались от яростной атаки нескольких тысяч боевиков. После боя выяснилось, что один из добровольцев потерял планшет с документами, и боевики раструбили на весь мир о том, что в Сирии воюют русские.

«Славянский корпус» экстренно вывезли в Россию. Два самолета, которые приземлились во Внуково, окружили бойцы спецподразделения ФСБ «Альфа», всех добровольцев задержали. Так появилось 267 ДОУ — «дел оперативного учета» — с копиями личных документов и с объяснительными каждого из добровольцев. 265 человек отпустили, ограничившись профилактическими беседами. А для руководителей «Славянского корпуса» Вадима Гусева и Евгения Сидорова «контакт» с ФСБ завершился уголовными делами, приговорами и реальными сроками по статье 359 УК.

Но и для тех, кого отпустили по домам без уголовных дел, «контакт» с ФСБ не прошел бесследно. Возможно, это случайное совпадение, но о добровольцах вспомнили летом 2014 года. И почти все они оказались в учебном центре, развернутом близ хутора Молькино Краснодарского края. Вскоре их перебросили на Донбасс. Да, были и такие, кто хотел отказаться от этого сомнительного вояжа, но «добрые люди» напомнили им о судьбах Гусева с Сидоровым и о «явках с повинной», собственноручно написанных после возращения из Сирии.

Когда же началась операция ВКС России в Сирии, многих «добровольцев» перебросили из Донбасса на Ближний Восток, где они стали основным костяком вооруженных формирований, которые в России получили название «ЧВК Вагнера».

Как министр обороны обиделся на «повара»

В Сирии воевало несколько тысяч бойцов «ЧВК Вагнера». Воевали в составе четырех разведывательно-штурмовых бригад, артдивизиона, танковой роты, диверсионно-разведывательной, инженерно-саперной рот, роты связи, штабных и вспомогательных подразделений.

Финансирование бойцов осуществляется через российское ООО «Евро Полис», которое, как писала «Фонтанка» еще в июне 2017 года, якобы аффилирована с известным петербургским бизнесменом Евгением Пригожиным, которого в околокремлевских кругах называют не иначе как «поваром».

Боевой техникой, оружием и боеприпасами «ЧВК Вагнера» обеспечивает Министерство обороны. Боевые задачи вагнеровцам также ставили офицеры и генералы военного ведомства России. Они же осуществляли координацию взаимодействия «частников» с авиацией и подразделениями сирийской армии.

После освобождения Пальмиры, где решающую роль сыграли именно вагнеровцы, министр обороны Сергей Шойгу доложил Верховному главнокомандующему президенту России об успехе. Но оказалось, что Сергея Шойгу опередил Евгений Пригожин — Путин уже был в курсе подробностей освобождения древнего города.

9 декабря 2015 года министр обороны получил еще один «удар» от «повара». В этот день в Георгиевском зале Кремля прошел торжественный прием, посвященный чествованию Героев России. Среди приглашенных оказался и Дмитрий Валерьевич Уткин — руководитель «ЧВК Вагнера». А вместе с ним — как минимум трое ближайших его сподвижников. Причем, как нам рассказали сразу несколько источников, в военном ведомстве вообще не знали о приглашении «вагнеровцев» в Кремль.

Возможно, это случайное совпадение, но после приема в Кремле, у «ЧВК Вагнера» в Сирии начались серьезные проблемы: у них отобрали тяжелую технику, начались перебои со снабжением оружием и боеприпасами. По сведениям, полученным сразу из нескольких источников, лишь минувшей осенью, перед началом наступления на Дейр-эз-Зор, снабжение нормализовалось. Вернули и технику.

Кто оставил ФСБ без частной армии?

Как уверяют наши источники, в 2014 году закон о ЧВК не был принят, потому что против него работали лоббисты Минобороны. Дело в том, что функциями лицензирования и контроля над деятельностью ЧВК предполагалось наделить ФСБ.

Именно ФСБ должна была регистрировать ЧВК и отслеживать работу компаний как на территории России, так и за рубежом. Проектом закона чекистам поручалось создание и ведение единой информационной системы, в которой должны были отражаться номера лицензий, выданных ЧВК, и подробные сведения о ведении деятельности военных компаний.

Законопроект не понравился не только генералитету Министерства обороны — у него тогда оказалось много противников и в администрации президента, и в правительстве, — у всех, кто опасался появления у и без того всесильной ФСБ еще и подконтрольной ей частной армии, численностью в несколько сот тысяч хорошо подготовленных, обученных и превосходно вооруженных бойцов.

В новом же законопроекте, который во вторник будет направлен в правительство, функции лицензирования и контроля над ЧВК предлагается передать Министерству обороны. Более того, экс-главком Военно-космических сил, а ныне глава комитета по обороне Совета Федерации Виктор Бондарев озвучил идею, которая витает во многих кабинетах военного министерства. Бондарев заявил РИА «Новости», что если в правовом поле России появятся ЧВК, они должны быть встроены в вертикальную военную систему и подчиняться Минобороны — только в этом случае ЧВК якобы смогут стать реальной помощью регулярным войскам.

Закон будет работать только в России

Опрошенные нами эксперты скептически оценили предложение главы комитета по обороне Совета Федерации.

— Генерал Бондарев просто не понимает сути ЧВК, — сказал один из наших собеседников. — Его представление о ЧВК базируется на сирийском опыте привлечения к участию в боевых действиях «частников». А это в корне неправильно. Главная задача закона о ЧВК, кроме защиты бойцов от уголовного преследования за наемничество, — это допуск российских компаний к рынку военно-охранных услуг, заказчиком которых выступают или государство, или государственные корпорации. Речь, прежде всего, о вооруженной охране объектов и персонала российских компаний, работающих за рубежом.

Уже сегодня такие госкорпорации, как Газпром, Росатом, Роснефть, РЖД, имеющие контракты на Ближнем Востоке, в Африке и Латинской Америке, для охраны строек, месторождений, перевозок привлекают структуры, которые по своей сути представляют собой частные военные компании.

— Это общемировая практика. В том же Китае у всех ЧВК только один заказчик — государство. В США львиную долю заказов ЧВК получают от Госдепа, ЦРУ или минобороны. И только в России и государство, и госкомпании вынуждены придумывать какие-то обходные пути, не называя вещи своими именами.

Говоря об абсурдности интегрирования ЧВК в вертикаль военного ведомства, другой из моих собеседников привел такой пример.

— Допустим, Роснефть заключит с российской ЧВК контракт на охрану скважин. И что будет означать появление в Африке вооруженной компании, «встроенной в структуру» военного ведомства России? На языке международного права это будет означать военное вторжение.

— Нельзя игнорировать такой существенный фактор деятельности ЧВК, как законодательство «страны пребывания», — напомнил еще один собеседник.

— Российский закон о ЧВК даже после принятия не будет иметь никакой юридической силы на том же Ближнем Востоке или в Африке. Любая российская ЧВК, оказывая военно-охранные услуги за пределами России, руководствуется и будет руководствоваться законами именно той страны, в которой работает.

Правда, тут мой собеседник сделал поправку: «Если, конечно, речь не идет о «специфических» операциях, когда в случае успеха — все молодцы, а вот за провал будут отвечать только непосредственные участники. И привел конкретный пример спецоперации, которая была подготовлена, но в последний момент отменена.

«Специфическая» операция

6 марта 2008 года в Бангкоке таиландская полиция задержала россиянина Виктора Бута, которого США обвинили в поставках оружия колумбийской радикальной организации ФАРК. Больше двух лет адвокаты Бута пытались добиться его освобождения из тайской тюрьмы.

А осенью 2010 года одна из российских компаний, оказывающих военно-охранные услуги, получила заказ на похищение Бута.

Пикет у Генконсульства США в Петербурге с требованием к президенту США освободить Виктора Бута, подозреваемого в контрабанде оружием, в Россию. Фото: ТАСС / Интерпресс / Замир Усманов

Был установлен «контакт» с сотрудниками тюрьмы, которые должны были организовать вывоз Бута на судебное заседание по заранее оговоренному маршруту. В ходе поездки в одном из районов Бангкока местные жители должны были начать перестрелку друг с другом (холостыми патронами), а сопровождавшие россиянина охранники (уже получившие вознаграждение) — попрятаться. В суматохе заключенного планировали «изъять» из автозака и доставить загород, где уже ждал частный самолет, который должен был вывезти Бута из страны.

Но буквально за несколько дней до начала операции кто-то из заказчиков решил предупредить сотрудников посольства России в Таиланде, чтобы они в этот день не совались в тюрьму. Российские дипломаты заартачились, возможно, даже предупредили тайцев о готовящемся побеге. Все пришлось отменить, а участников, задействованных в подготовке «мероприятия», экстренно эвакуировать из Таиланда.

Кто ждет закон о ЧВК?

Очевидно, что катализатором дискуссии о необходимости форсирования принятия закона о ЧВК стало именно участие «вагнеровцев» в сирийской военной компании. Но «ЧВК Вагнера» — это, по разным оценкам, от 7 до 10 тысяч человек, при этом, напомню, потенциально Россия может поставить на мировой рынок военных услуг 100—150 тысяч специалистов. Даже сегодня количество россиян, уже задействованных в предоставлении военно-охранных услуг, сопоставимо с количеством участников боевых действий в Сирии.

Российские компании, оказывающие военно-охранные услуги, как правило, работают по субподрядам от американских и британских ЧВК. Самые известные — «Центр-антитеррор», «Тигр Топ-рент Секьюрити», «Редут-антитеррор» «Рускорп», «Форт Дефенс Групп». Более всего услуги российских компаний востребованы в Ираке и Афганистане.

Другая важная деятельности отечественных охранных предприятий — обеспечение безопасности судоходства в пиратоопасных районах мирового океана. В этой сфере работают VST, Muse Group, Moran Security Group.

Все эти ЧВК, готовые легализоваться в случае принятия соответствующего закона, можно условно разделить на две большие группы — «конторские» и «армейские».

«Конторские» — компании, организованные выходцами из ФСБ, служившими в подразделениях «Альфа» и «Вымпел». «Армейские» — созданы отставными офицерами ГРУ или ВДВ.

(К слову, большинство российских ЧОПов — охранные предприятия, созданные отставными офицерами МВД, им закон о ЧВК не нужен.)

В условиях правового вакуума практически все перечисленные компании — российские только по базированию головных офисов и «трудовым коллективам», а по правовой форме — структуры, зарегистрированные в офшорных юрисдикциях. С другой стороны, этот же законодательный вакуум позволяет ЧВК работать на любого заказчика, а не только на Российскую Федерацию, и избегать любого пристального внимания отечественных силовых структур и спецслужб. Так что, вполне вероятно, что часть российских военных компаний из тени выходить не захотят.

ЧВК в законе: зачем Сергей Лавров предлагает легализовать «солдат удачи»

Что такое группа Вагнера

Частная военная компания Вагнера появилась на Ближнем Востоке незадолго до того, как осенью 2015 года Россия начала официально разворачивать в Сирии свои базы, отмечал в разговоре с РБК офицер Минобороны. Эту информацию подтверждал источник, знакомый с ходом операции. В общей сложности рядом с сирийскими Латакией и Алеппо располагались почти 2,5 тыс. человек, которые представляли группу Вагнера.

Впервые о группе Вагнера и ее участии в сирийской войне сообщила «Фонтанка» в октябре 2015 года. По данным этого СМИ, ранее бойцов ЧВК видели на юго-востоке Украины, где они принимали участие в боях на стороне самопровозглашенных республик. Об этом же писала и The Wall Street Journal.

Группа Вагнера получила свое название по позывному руководителя отряда, рассказывали источники РБК, лично знакомые с Вагнером. «Фонтанка» называла командиром ЧВК Вагнера Дмитрия Уткина: по данным издания, Вагнер — это его боевой позывной. ​Уткин был на приеме в Кремле в декабре 2016 года, эту информацию подтвердил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков.

ЧВК Вагнера связывали с владельцем группы «Конкорд» Евгением Пригожиным, последний в комментарии РБК заявил, что не имеет к военной компании никакого отношения.

Источник РБК, знакомый с бойцами группы Вагнера, ранее говорил, что минимальная зарплата наемника на базе в России составляет 80 тыс. руб., а за службу в Сирии платят от 250 тыс. руб. в месяц. За погибшего военная компания выплачивает его родным компенсацию.

По мнению председателя Военной коллегии адвокатов Москвы Владимира Тригнина, закон необходим, поскольку сейчас сотрудники ЧВК и их семьи «не имеют прав и льгот, как у контрактников»: «Сотрудники ЧВК не находятся под какой-либо защитой, не застрахованы, хотя могут выполнять задачи государственной важности на территории других государств».

Зампред комитета Госдумы по обороне Юрий Швыткин («Единая Россия») убежден, что узаконить ЧВК необходимо. «Законопроект нужно разрабатывать и четко прописывать там вопрос социального статуса и защиты данной категории граждан, а также членов их семей», — сказал он, добавив, что принятие закона о ЧВК «повысит значимость тех задач, которые они выполняют».

Заявить о необходимости защиты сотрудников ЧВК вынудила текущая ситуация с попавшими в плен и погибшими бойцами группы Вагнера, уверен глава организации Conflict Intelligence Team (СIT) Руслан Левиев.

В вопросе защиты прав таких людей стоит не забывать, что группа Вагнера очень далека от западного понимания термина «частная военная компания», добавил он. Традиционно сотрудники западных ЧВК занимаются только охраной и обучением, говорит Левиев. По его мнению, ведение боев и наступательных действий, разведка, диверсионные акты должны оставаться на плечах государственных структур. «С группой Дмитрия Уткина все иначе. Сейчас ЧВК Вагнера является основной наземной тактической силой России в Сирии. Они ведут боевые действия, наступают на позиции противника», — утверждает Левиев.

Но более проблемным моментом является оружие, а не признание потерь, отметил глава CIT. «Частным военным компаниям нужны базы с оружием и бронетехникой для обучения бойцов, а по современному российскому законодательству частная структура не может владеть таким арсеналом», — подытожил Левиев.

По информации СIT, за время компании в Сирии погибли около 260 российских бойцов ЧВК. По данным «Фонтанки» на август 2017 года, за всю российскую кампанию в Арабской Республике погибли от 70 до 92 сотрудников российских ЧВК.

Юридические нестыковки

Главный редактор журнала «Арсенал Отечества», полковник запаса Виктор Мураховский отмечает, что на практике интересы ЧВК не всегда совпадают с интересами госструктур. «В той же Сирии настолько сложная ситуация, настолько разные силы действуют, что теоретически может случиться и так, что российская ЧВК будет действовать в поддержку организации, которая конфликтует с Минобороны. В этом случае должен быть какой-то арбитраж, который бы по образу и подобию Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству на каждый контракт с иностранным государством по линии военного сотрудничества выдавал бы лицензию», — считает Мураховский.

Глава частной военной компании «РСБ-Групп» Олег Криницын утверждает, что отсутствие закона о ЧВК «вообще никак не осложняет» их работу. Он согласился, что ЧВК — это компании, занимающиеся обеспечением боевых действий армии, задача которых — получение коммерческой прибыли. «Частные военные компании работают за пределами России и подчиняются законам страны пребывания. И ни одна страна не будет признавать этот наш закон», — сказал РБК Криницын. Он также добавил, что это уже как минимум третья попытка написать закон и «пока дальше разговоров дело не пошло».

В комитете Госдумы по обороне пока нет подготовленного законопроекта, регулирующего деятельность ЧВК, сказал РБК Юрий Швыткин. Источник РБК в Госдуме объясняет это тем, «что существовала негласная установка не привлекать к ЧВК излишнее внимание». По информации источника, скорее всего, ситуация изменилась после вывода из Сирии основного контингента регулярных войск. «Роль ЧВК вырастет», — добавил он.

Нужен законопроект, который узаконит ситуацию с ЧВК, заявил РБК член комитета Совфеда по обороне Франц Клинцевич. «Их у нас нет, пока не предвидится, и действующее законодательство крайне агрессивно относится к наемникам. А не разрабатываем мы его из-за позиции силовых ведомств «, — сказал он. Источник в аппарате верхней палаты подтвердил, что главе оборонного комитета Виктору Бондареву «не поступало таких законов и руководство комитета этой проблемой сейчас не занимается».

Рынок наемников

Легализация ЧВК в России означает появление нового рынка, но он будет небольшим, считает Криницын. Он уверен, что для входа на рынок будут созданы такие финансовые условия, которые не позволят зайти всем желающим, а «только избранным и приближенным». Официально будет три-четыре компании, имеющие близкие связи с властями и силовыми ведомствами, убежден глава «РСБ-Групп».

Затраты ЧВК

«С учетом зарплат, снабжения базы, проживания и питания годовое содержание группы Вагнера может обойтись в сумму от 5,1 млрд до 10,3 млрд руб. Единовременные траты на снаряжение — 170 млн руб., компенсации семьям погибших при минимальной оценке потерь — от 27 млн руб», — писал РБК в 2017 году.

После легализации частных военных компаний, таких как ЧВК Вагнера, на российском рынке будет не больше трех, полагает Левиев. «Это очень затратно: нужно содержать базу с большим количеством оружия, боеприпасов, бронетехники. Нужно найти хороших инструкторов, квалифицированных бывших военных — потенциальный кадровый запас тоже не безразмерный», — пояснил он.

В услугах российских ЧВК будут заинтересованы союзные страны и спорные территории: самопровозглашенные республики Донбасса, Абхазия, Южная Осетия, страны Средней Азии, добавил Левиев.

«Смогут ли наши ЧВК получить по-настоящему денежные заказы, от европейских и американских компаний — на охрану месторождений, дипмиссий, объектов корпораций? Сомнительно, поскольку тут требуется устоявшаяся репутация. А учитывая наши отношения с Западом, санкции, я подозреваю, что практически никто из западных и европейских компаний не решится прибегнуть к услугам легальных российских ЧВК», — подытожил собеседник РБК.