Штурм комсомольского 2000

Чтобы помнили: Ужас Комсомольского. Самое кровопролитное сражение во Вторую чеченскую

Небольшое село Комсомольское (оно же Гой-Чу) на стыке горной и равнинной Чечни было мало кому известно до 2000 года. Однако судьбе было угодно, чтобы этот посёлок стал местом одного из самых кровопролитных сражений Второй чеченской. Окружение и взятие Комсомольского стало кульминацией борьбы за южную Чечню и одним из самых острых моментов всей войны.
В конце зимы 2000 года основные силы боевиков попали в окружение в Аргунском ущелье. В течение ближайших недель часть террористического войска во главе с Хаттабом сумела вырваться на восток через позиции псковской 6-й десантной роты. Однако в ущелье оставалась другая половина окружённых отрядов. Этой бандой командовал Руслан Гелаев. Он начал свою войну ещё в Абхазии в начале 90-х годов, а затем сколотил одну из крупнейших «частных армий» Северного Кавказа.

Гелаев сохранил много людей после прорыва из Грозного в начале февраля 2000 года. Однако теперь он находился в исключительно опасном положении. После прорыва из Грозного его люди были крайне измотаны. Они нуждались в отдыхе и пополнении. Проблема была только в том, что Гелаев имел под командой более тысячи человек. Долго скрытно перемещаться такая масса людей не могла, но рассеяться тоже пока не могла — это кончилось бы истреблением бегущих. Местом прорыва Гелаев избрал село Комсомольское между горами южной Чечни и северной равниной. Оттуда был родом он сам, там родились и многие из его боевиков.


Руслан Гелаев (справа на переднем плане). Фото © Wikimedia Commons

Российская армия в те времена испытывала серьёзные проблемы, главные из них — низкая мобильность и плохое взаимодействие между частями и видами войск. Поэтому боевики имели основания надеяться на успех.

5 марта гелаевцы вышли к Комсомольскому. На их пути стояла только жидкая цепочка постов 503-го мотострелкового полка. История этого боя менее известна, чем прорыв 6-й роты, в мемуарах военачальников Чеченского конфликта об этих событиях часто даже не упоминается. В литературе регулярно пишут, что боевикам удалось «миновать» оцепление. Между тем отчаянный бой по дороге к Комсомольскому развивался не менее драматично.

Первые опорные посты боевики смели массой живой силы. На участке прорыва находилось не более 60 солдат. Взвод автоматических гранатомётов буквально утонул под наступающей ордой. Командир стрелковой роты в этом секторе также погиб, его рота была рассеяна. К месту боя подтянулась небольшая бронегруппа для помощи оставшимся в живых, но боевики подбили танк на нейтральной полосе и заставили остальных отступить.


Скриншот видео galakon100

Новая попытка пробиться хотя бы к подбитому танку тоже провалилась. Боевики окружили машину, подорвали люки и убили танкистов. Почти всё это время экипаж сохранял связь с командованием, и командир танковой роты буквально в прямом эфире слышал, как убивают его людей, бессильный повлиять на происходящее. Позднее личные вещи командира танка нашли на трупе боевика. Мотострелки и танкисты сделали всё, что могли. Но помешать прорыву чеченцев в Комсомольское они просто не имели возможности.

К сожалению, как следует закрепиться в самом Комсомольском военные не успели. Позднее эту неудачу объясняли даже неким заранее составленным хитрым планом — пропустить боевиков в село и уничтожить их там, но в действительности это был просто провал. Гелаевцы пробились по трупам российских солдат и своих бойцов.

Начало боев за Комсомольское откровенно не вдохновляло. Военные потеряли десятки людей погибшими и ранеными, но не смогли предотвратить прорыв боевиков в село. Однако удар на Комсомольское исчерпал и силы гелаевцев. Им требовалось хотя бы несколько дней на отдых, так что боевики не покинули Комсомольское сразу же. Когда стало ясно, что Комсомольское набито вооружёнными людьми, к нему начали аврально стягивать все имевшиеся в округе подразделения.


Фото © Wikimedia Commons

В это время из Комсомольского выходили мирные жители. Люди отлично понимали, что предстоит осада, жестокие бомбёжки и штурм. Беженцев разместили в наспех подготовленном лагере под открытым небом. Из села под видом мирных жителей вышли также несколько раненых боевиков, однако их вычислили и буквально выхватили из толпы гражданских. Как ни странно, командование российских войск до сих пор не имело данных о численности неприятеля. Однако всё уже было готово к решающей схватке. Жители покинули село, российские солдаты сосредоточились в окрестностях, боевики заняли оборону. Предстояла жестокая схватка.

Железом и кровью

Гелаев не стал ждать, пока прибывающие части наконец плотно заблокируют Комсомольское. В ночь на 9 марта он вырвался из Комсомольского во главе совсем небольшого отряда. Ему удалось пробиться через неплотные заслоны, однако сотням рядовых боевиков и мелких полевых командиров предстояло умирать в обречённом селе. Ещё один отряд попытался пробиться из села на следующий день, но его изрешетили из танков и автоматических пушек.

Другая группа «моджахедов» пыталась пробиться в Комсомольское снаружи, но её авангард вместе с проводником погиб под огнём, так что этот отряд отступил. Кстати, в эти первые дни в плен попали двое экзотических боевиков. Это были уйгуры — представители мусульманского народа из западного Китая. По словам пленных, они работали в Комсомольском поварами. «Кухарей» сдали китайским спецслужбам, и в Поднебесной оба получили пожизненные сроки за терроризм.


Фото © Wikimedia Commons

По неясной причине русские пытались непременно быстро взять Комсомольское пехотным штурмом. После обработки Комсомольского артиллерией и авиацией стрелки входили в село и пытались вести зачистку. Из-за тяжёлой нехватки подготовленной пехоты в бой шёл даже спецназ ГУИН Министерства юстиции. Это, конечно, были не обычные надзиратели, но и не штурмовая пехота. ГУИНовцы воевали, по всем отзывам, героически, но штурм дорого им стоил.

Комсомольское обстреливали самым разнообразным тяжёлым оружием. Именно тогда, например, страна узнала о существовании системы «Буратино». Под легкомысленным названием скрывалась тяжёлая установка залпового огня, использующая объёмно-детонирующие боеприпасы. «Обычная» артиллерия и вертолёты также работали без передыха. Однако после обстрелов на улицы всё равно шли штурмовые группы.

Уличные бои неизменно оборачивались тяжёлыми жертвами. На улицах воюющие перемешивались, к тому же с обеих сторон сражались заросшие люди в одинаково потрёпанном камуфляже, так что отличить своих от чужих было затруднительно. Солдат и офицеров на передовой непрерывно подгоняли, требуя как можно скорее овладеть селом. Это подстёгивание регулярно кончалось жертвами. Так погиб, к примеру, командир одного из штурмовых отрядов старший лейтенант Закиров: после обвинения в трусости он пошёл впереди своего отряда и погиб в ближнем бою в одном из дворов.

Однако если русские могли сетовать о тяжёлых и не всегда оправданных потерях, боевиков бои в Комсомольском быстро вели к катастрофе. В селе находилось много иностранцев и хорошо подготовленных перед второй войной в Чечне бойцов, теперь их медленно, но верно перемалывали потоки стали с воздуха и уличные бои.


Фото © Wikimedia Commons

Хамзат Идигов, сменивший Гелаева на посту командира гарнизона, попытался уйти из села 11 марта, но наступил на мину и погиб. Сила сопротивления медленно падала. Начали сдаваться раненые. В условиях дикой антисанитарии и продолжающихся обстрелов у них не было иного шанса выжить. Один из солдат позднее описывал судьбу раненого боевика, не пожелавшего выйти с поднятыми руками. Он спокойно сидел в подвале, пока туда кидали гранаты. Как выяснилось, этот боевик просто обессилел и обезумел от гангрены и не мог даже пошевелиться.

Пока силы боевиков таяли, русские подбрасывали к Комсомольскому свежие подразделения. К селу подступил парашютно-десантный полк. В первые дни небольшие группы могли выбраться из села ночью мелкими группами, но кольцо непрерывно уплотнялось. Внутри оставалось ещё довольно много боеприпасов, но подходили к концу медикаменты. Однако о быстром успехе говорить не приходилось. Русские платили кровью за отвоёванные улицы, в лабиринте частного сектора постоянно погибала бронетехника. Однако наши военные могли, по крайней мере, отвести потрёпанные части, пополнить боекомплект, не опасаясь, что снарядные ящики покажут дно, и вызвать на противника «кару с небес».

Ко всему прочему, во время штурма сильно испортилась погода и Комсомольское застлал густой туман. Штурмовые группы резались с боевиками с нулевой дистанции, почти не видя противника.

Во второй половине марта боевики начали упорно пытаться вырваться из окружения. Однако теперь их ждали минные поля и пристрелявшаяся бронетехника. Шансов на спасение у боевиков уже практически не было. Последний крупный отряд пошёл на прорыв 20 марта, но напоролся на мины и пулемёты и полёг под огнём.


Скриншот видео galakon100

К этому моменту боевики сохранили лишь отдельные очаги сопротивления. Организованное сопротивление было сломлено, началась массовая сдача в плен остатков гарнизона. Однако это ещё не означало полного разгрома. Огневые точки приходилось брать по одной, танки уничтожали самых стойких огнём с прямой наводки почти в упор. Однако это было уже не более чем агонией.

22 марта в Комсомольском прозвучали последние выстрелы, в подвалы были брошены последние гранаты. К этому моменту Комсомольское представляло собой чудовищный пейзаж. Целых домов в селе просто не осталось, под обломками лежали сотни непогребённых тел. В ближайшие дни предстояло разбирать завалы, убирать трупы и очищать местность от мин и невзорвавшихся снарядов. Следовало спешить хотя бы из санитарных соображений: сотни погибших в селе боевиков в сочетании с тёплой весенней погодой делали пребывание в селе трудным.


Фото © РИА Новости/Владимир Вяткин

Операция в Комсомольском дорого стоила. Потери русских превышали 50 человек погибшими и умершими от ран. Однако даже в таком виде благодаря огромной выносливости и самоотверженности штурмовавших село отрядов битва за Комсомольское обернулась избиением боевиков. Потери террористов составили более 800 человек убитыми, причём это данные не военных, всегда склонных преувеличить успехи, а МЧС.

Спасателям пришлось разбирать завалы, оставшиеся на месте бойни, и эвакуировать мертвецов. Среди убитых и пленных оказался целый интернационал: арабы и даже один индийский мусульманин. На поле боя были подобраны огромные трофеи. По разным данным, от 80 до 273 террористов попали в плен. С этим побоищем был сравним только недавний разгром в Грозном с прорывом из города по минным полям. Для России это была выстраданная, кровавая, но бесспорная победа.

Бойцы 6-ой роты. Фото © Wikimedia Commons

Солдаты были ожесточены до предела. Командир спецназа ГУИН поставил принимать сдающихся собственных тыловиков. Иначе бойцы первой линии, недавно пережившие гибель товарищей, могли просто не выдержать. Однако в плен сдались практически поголовно израненные и истощенные боевики. В течение нескольких недель почти все они умерли. О них мало кто горевал. Среди пленных были головорезы, персонально известные расправами над пленными и заложниками.

Штурм Комсомольского стал последней крупной войсковой операцией Второй чеченской войны и жирной точкой в её первой, самой тяжёлой фазе. Войскам предстояла долгая и мучительная контрпартизанская борьба, затем стране пришлось пережить волну террора, но хребет организованным отрядам экстремистов из тысяч вооружённых людей был сломан. Руины Комсомольского навевали ужас. Но самый тяжёлый этап Чеченской войны был позади.

Вторая чеченская кампания завершилась в 2000 году ожесточенным сражением в предгорном селе Комсомольское. Бой продолжался с 5 по 20 марта. С российской стороны порядка 300 человек получили ранение, 50 убитых. Чеченцы потеряли 500 бойцов и 273 из них попали в плен.

Ситуация в Чечне

Начало 2000 года ознаменовалось тем, что чеченские боевики потеряли контроль над значительной частью территорий, и, оказавшись в окружении федеральных войск, сосредоточились в Аргунском ущелье.

Часть бандитов во главе с Хаттабом и Шамилем Басаевым взяли курс на Улус-Керт, столкнувшись с десантниками 6-й роты Псковской дивизии ВДВ на высоте 776. Прорыв боевикам удался.

Часть боевиков, около тысячи человек, все еще оставались в ущелье. Их полевой командир Руслан Гелаев принимает решение двигаться на село Комсомольское. Там он собирался объединить разрозненные бандформирования и захватить Урус-Мартан.

Штурм

4 марта одна группа боевиков прорвалась к Комсомольскому. Утром 5-го марта Гелаев повел штурмовать село остальных своих людей, коих насчитывалось несколько сотен. Одна сотня боевиков начала вести беспрерывный огонь по позициям федеральных войск, в то же самое время 50 штурмующих ринулись в гору.

Такого отчаянного штурма от чеченцев российская сторона не ожидала. Позже Сергей Стволов, командир 503 мотострелкового полка, скажет:

“В прошлую войну они менее злые были, что ли, а сейчас пёрли волнами, как в психическую атаку шли! Мы их прямой наводкой лупим, а они идут и идут. Когда отбились с трудом, сто пятьдесят их трупов нашли”.

На помощь к державшим оборону мотострелкам поспешила разведгруппа в сопровождении танка с бортовым номером 812. Однако группе так и не удалось пробиться к своим. Танк был обездвижен, разведчикам пришлось отступить назад. В течение нескольких часов экипаж во главе с лейтенантом Луценко А. А. отстреливался от боевиков. Все это время террористы обстреливали их из гранатометов, но танкисты не сдавались. Когда же закончился боекомплект, Луценко вызвал огонь артиллерии на себя, но даже это не остановило боевиков, и они подошли вплотную к Т-72. Только к вечеру мотострелкам удалось прорваться к Луценко и экипажу, но было поздно. Лейтенант и наводчик были зверски убиты, а механика бандиты взяли в плен.

В кольцо

Боевикам во главе с Гелаевым удалось занять Комсомольское, местные жители вынуждены были спешно покинуть дома. Федеральные силы получили приказ окружить село плотным кольцом, а 6 марта отряды спецназа “Тайфун”, “Росич” и отряд СОБР из Центрально-Черноземного региона вошли в село, толком не зная потенциал противника. Боевики их встретили мощным огнем, вынудив отступить и притаиться. Оказавшись в окружении, бойцы на протяжении восьми часов отстреливались, но жертв избежать не удалось: погибло 14 человек. Тем не менее, несмотря на трудное положение, двум отрядам спецназа (“Росич” и СОБР Центрально-Черноземного РУБОПа) удалось продвинуться вперед и захватить один из домов, что позволило другим частям занять позиции в селе. Спецназовцы, проложившие путь, оказались отрезанными от основных сил, и выбираться из-под обстрела им пришлось самостоятельно. В этом бою никто из них не выжил. Командир отряда спецназа “Росич” Джафяс Яфаров получил звание Героя России посмертно.

Встретив такой уверенный отпор чеченских боевиков, военное руководство РФ принимает решение о проведении крупномасштабной операции. Стало очевидно, что в домах, построенных по типу укреплений, террористов ручными гранатометами не достать.

Толстые стены и глубокие подвалы служили им отличным опорным пунктом. Только огонь авиации, артиллерии и танков справился бы с поставленной задачей. Кроме того, это решение минимизировало бы потери нашей стороны. Однако бойцы все равно гибли, и, чаще всего, в уличных боях. Противники просто забрасывали друг друга гранатами.
Несмотря на мощные бомбардировки бандиты Гелаева не собирались сдаваться. Ночью, небольшими группами, они пытались прорваться через окружение федеральных сил, но сразу же уничтожались, либо попали в плен. Среди наемников оказались не только арабы, но и китайцы, из Чехии, даже один из Индии.

Гелаев вместе с семьей смог бежать, но на тот момент это было неизвестно. Предполагалось его разыскать в селе и уничтожить. Все это время, сотни террористов, по факту, были брошены им на произвол судьбы. Но это нисколько не сказалось на яростном отражении атак. Подступиться к ним без потерь было практически невозможно. В таких случаях на помощь штурмующим шла авиация.

15 марта началась, так называемая, “зачистка” села. Бандитов выбивали буквально из каждого дома. На “зачищенной” территории находились свидетельства того, что захват Комсомольского тщательно спланированная акция. Так, на кладбище были обнаружены несколько гробов с боеприпасами, тротилом, банки с якобы американской тушенкой, но внутри них оказались гранаты Ф-1.

В ночь на 20 марта боевики попытались совершить последний прорыв, но безуспешно. На следующий день они массово стали сдаваться в плен. 22 марта операция была завершена.
Как получилось, что Гелаеву удалось прорваться через оцепление, мнения до сих пор разнятся. Очевидцы со стороны Гелаева утверждали, что прошли мимо солдата на посту, не встретив пресечения. Со стороны федеральных сил, бойцы уверяли, что на 11 марта юго-западное направление было открытым и уйти Гелаеву не составило труда. Руслан Гелаев будет уничтожен только в 2004 году в сражении с российскими пограничниками.

Можно ли считать спецоперацию в селе Комсомольское успешной? Герой России полковник Махотин А. выразил мнение, что “операция была проведена безграмотно” и далее добавляет: “Потом везде стали говорить: „Мы разбили Гелаева“. Но я не считаю, что мы его разбили. Над Гелаевым победы не было, раз он ушёл. А потери, которые мы понесли, были неоправданные. Вот если бы мы его уничтожили, то тогда эти потери можно было бы хоть как-то оправдать.”

Так или иначе, этот страшный бой стал завершающим в Чеченской войне. Далее последовало методичное истребление подпольных банд террористов и устранение небольших групп боевиков, обосновавшихся в горах.

КАК БРАЛИ КОМСОМОЛЬСКОЕ

Во-первых, населенного пункта под названием Комсомольское уже нет.
Когда говорят, что Грозный стерт с лица земли, — это правда, но правда относительная. Сохранились же там какие-то дома, и какие-то люди сумели пережить в них весь кошмар. Когда говорят, что Катыр-Юрт разрушили полностью, — это тоже правда, но некоторые дома «подлежат восстановлению», и люди в них тоже живут.
В Комсомольском теперь нет ни одного дома.
Более того, В КОМСОМОЛЬСКОМ НЕТ НИ ОДНОЙ УЦЕЛЕВШЕЙ СТЕНЫ.
Огромное пространство в красивейшем месте Чечни, где всего лишь пару месяцев назад лежало древнее патриархальное селение с чеченским самоназванием Соади-Котар (то есть поселение Соади), превращено в пепел и мусор.
Но даже посмотреть на этот мусор, даже поплакать над пеплом всей своей прошлой жизни оставшимся в живых жителям Комсомольского не позволено. И родственники тех, чьи изуродованные, полусгнившие трупы валяются по всему селу, каждый день собираются у блокпоста в селе Гойское. Каждый день они приходят сюда в надежде, что хоть сегодня им разрешат побывать в родном селе.
Прелюдия
Все началось в ночь на 5 марта, когда в четырежды (!) зачищенное и уже две недели как блокированное со всех сторон Комсомольское вошли боевики. Вернее, даже несколько раньше — когда с десяток боевиков, считая и раненых, спустились с гор с целью сложить оружие и сдаться на милость обещанной федералами амнистии. Вскоре их забрали военные. А через пару дней изуродованный труп одного из них обнаружили на окраине села.

Был ли «комсомольский прорыв» боевиков актом возмездия за это убийство? Трудно сказать. По рассказам очевидцев, жителей села, похоже, что группировка боевиков, вошедших в Комсомольское, не собиралась вступать в бой с федералами. Во-первых, все они были крайне истощены и усталы. Во-вторых, половину из них составляли по существу беженцы — жители того же Комсомольского, которые в начале военных действий, спасаясь от бомб, ушли в высокогорное селение Гухой: там когда-то жили их предки. Когда же жить в горах стало совсем невмоготу (нет продуктов, невозможно ходить в лес за дровами, постоянные авианалеты), они решились спуститься на равнину.
О том, что в горных селах много беженцев — мирных жителей, в том числе женщин и детей, которые страдают от голода и холода, но не решаются вернуться на равнину из боязни карательных акций со стороны федералов и из-за того, что все ведущие из гор дороги заминированы, знали и в администрации Урус-Мартанского района, и в комендатуре. Жители Комсомольского обращались лично к коменданту района генералу Наумову с просьбой разрешить этим людям вернуться на равнину. И даже получили от него согласие и заверение, что их не тронут.
В ночь на 5 марта первые колонны боевиков вошли в село.
На рассвете начался усиленный обстрел Комсомольского. Жители — кто-то из них уже знал причину обстрела, кто-то совершенно ничего не ведал — начали стекаться к окраине в надежде на коридор для выхода из села. Коридора, разумеется, не дали. Весь день и следующую ночь тысячи мирных жителей провели под моросящим дождем в чистом поле между селами Комсомольское и Гойское.
На второй день наступило относительное затишье, и усталым, запуганным людям объявили, что в селе проведена зачистка и они могут возвращаться.
Но не успели люди разбрестись по своим уже наполовину разрушенным жилищам, как село вновь начали усиленно обстреливать. Огонь был настолько плотным, что ринуться обратно было просто невозможно. Люди попрятались по подвалам и решили переждать ночь.
В ту ночь появились первые раненые и убитые. Хоронить было невозможно, трупы забирали с собой в подвалы. Когда на следующее утро люди вновь сбежались к полю на окраине села, в подвалах Комсомольского осталось 16 убитых мирных жителей.
К этому времени в «зачищенном» Комсомольском уже вовсю шли контактные бои.
Между смертью и смертью
На блокпосту у выхода из села многотысячную толпу людей блокировали, объявив, что каждый, кто попытается уйти, будет расстрелян. Для убедительности выпустили над головами беженцев несколько автоматных очередей.
Сразу же отделили всех мужчин — начиная с десятилетних мальчиков. Их отвели чуть в сторону и держали под особым наблюдением, время от времени обыскивая и осматривая плечи на предмет ношения оружия.
Через некоторое время тысячи людей (в Комсомольском к началу боев было свыше пяти тысяч жителей и около шестисот беженцев из разных районов Чечни) построили в шеренгу, образовав «живой щит». Сами же федералы расположились чуть поодаль позади этой шеренги. Таким образом, все артиллерийские снаряды, выпущенные по Комсомольскому, пролетали через головы бежавших из него людей. Нескольких человек в толпе ранило осколками.

Периодически в толпу наведывались федералы и искали среди женщин переодетых боевиков.
— У нас есть информация, что вы прячете переодетых бандитов, — говорили они и грозились всех расстрелять, если бандиты не будут немедленно выданы…
Пять суток жителей Комсомольского держали в качестве прикрытия на поле у села. У людей был выбор: либо вернуться в село, как неоднократно предлагали военные, и там погибнуть; либо стать живым щитом для федералов и погибнуть здесь. Или выжить, если повезет.
Только на шестые сутки, когда более уже невозможно стало сдерживать напор и ярость изнемогающих от голода, холода, болезней беженцев, военные прислушались к голосу разума. Нужно было что-то делать с этими людьми: или расстрелять всех, или отпустить.
И их отпустили.
О некоторых особенностях операции в Комсомольском
Пожалуй, после боев за Грозный такого продолжительного и кровопролитного противостояния между федеральными силами и боевиками не было ни в одном населенном пункте Чечни. Для сравнения можно привести лишь бои за Бамут, но то было в прошлую войну.
В чем же причина такой продолжительности «операции» в Комсомольском?
Если совершить небольшой экскурс к началу событий, то, помнится, военные уверяли нас, что в Комсомольское просочились отдельные группы боевиков Гелаева общей численностью до 200—300 человек. Спустя неделю после начала боев стали говорить, что основные силы боевиков разбиты, осталось лишь добить человек двадцать во главе с самим Гелаевым. Тогда же начали поступать сообщения о поисках в Комсомольском Руслана Гелаева и даже (почему-то) его престарелой матери, двух сестер и жены. А также о возможной гибели Гелаева в этом селе. На вопрос журналистов: где, по его мнению, находятся Басаев, Хаттаб, Масхадов и другие лидеры боевиков? — один из генералов довольно легкомысленно ответил:
— Ну, может быть, они тоже уже умерли.
Однако бои все не прекращались. И вот уже стали говорить о группировке в одну, две, три тысячи боевиков. Говорили о якобы суперсовременнейшем оружии, которым оснащены боевики, оправдывая тем самым применение в Комсомольском новейшего тяжелого реактивного миномета, который военные чуть ли не полдня устанавливали на окраине села (на том самом поле с беженцами).
И — внимание! — почти с первого дня операции до дня последнего нам рассказывали о том, что село буквально изрыто вдоль и поперек подземными ходами и лазейками.
Я была в Комсомольском за несколько дней до начала боев, была там после взятия села военными. И никаких подземных коммуникаций, блиндажей или супермощных подвалов не заметила. В Комсомольском их попросту не было. Если, конечно, не считать «подземными городами» банальные подвальчики и погреба под жилыми домами.
Что касается Гелаева, то, по некоторым сведениям, тот, кого так долго и тщательно искали с привлечением специально обученных собак в надежде найти если не живым, то хотя бы мертвым, в самом Комсомольском вовсе и не появлялся. Он руководил своим отрядом по рации, а сам находился далеко за чертой села.
Комсомольское сегодня
Несмотря на то, что военная операция в Комсомольском уже давно закончилась, в село до сих пор не впустили ни одного жителя. Собственно говоря, делать им там совершенно нечего, так как жить просто негде.
Почему людей не пускают в село — вопрос, на который никто не знает ответа. Но, может быть, это и к лучшему, что не пускают: дышать здесь можно только через специальные повязки. В Чечне давно уже весна, а трупы — материя скоропортящаяся. Опасность взрыва эпидемий действительно очень велика.
Лишь 29 марта работники МЧС на спецмашинах начали собирать и вывозить трупы из Комсомольского на кладбище соседнего села Гойское. За четыре дня вывезли больше ста трупов.
Сюда же стекаются женщины со всей Чечни в поисках погибших сыновей и бывшие жители Комсомольского в надежде найти тела родственников. Впрочем, опознать их в большинстве случаев просто невозможно: одни останки совершенно разложились, другие раздавлены гусеницами танков, от некоторых погибших остались лишь отдельные части тела.
На 2 апреля в полностью разрушенном Комсомольском оставалось еще более 200 трупов. На таком фоне сообщение о начавшейся в Чечне эпидемии брюшного тифа кажется совершенно закономерным: чего не удалось сделать бомбам, то довершит мор.

Хроники штурма с. Комсомольское. 19 ОСН ВВ. Март 2000 год.

Хроники штурма с. Комсомольское. 19 ОСН ВВ. Март 2000 год. г. Новосибирск (в/ч 6749) 19 ОСН Ермак. Все дальше уходит от нас март 2000 года. Многие помнят его по спецоперации, проведенной командованием ОГВ (с) в селе Комсомольское. Тогда банда Руслана Гелаева была практически полностью уничтожена подразделениями федеральных сил, задействованных в блокировании, штурме и последующей зачистке Комсомольского. 19-й отряд вошел в село 11 марта 2000 года. Первые несколько дней спецназовцы вгрызались в каждую пядь земли, выбивая «духов» с их позиций. Без потерь не обошлось — в первый день штурма погиб пулеметчик Алексей Зырянов, было много раненых… Все надеялись, что Алексей останется единственным «двухсотым». Так оно и было — вплоть до 18 марта. В то утро изрядно потрепанный в постоянных боях отряд был переброшен на южную окраину села. Бойцы передвигались, используя складки местности: небольшая речушка и овраги позволили спецназовцам скрытно подобраться к позициям боевиков. Чуть позже отряд разделился на две части: 1-я и 2-я ГСН, ГБО во главе с заместителем командира отряда двинулись выше по склону, а по низине пошли 3-я и 4-я группы под командованием майора Василия Чеброва. Подробнее:

Видео выложено как есть — без обрезания и цензуры. Большая часть видео показывают бытовые сцены между боями, перегруппировку наших войск и подготовку к бою. Простые солдаты комментируют происходящее, и просто шутят. Кроме того интересна сцена сдачи боевиков в плен, и осмотр поля боя. Отличное качество видео и звука.
Штурм села Комсомольское осуществляли российские федеральные силы (генерал майор В. В. Герасимов, генерал полковник М. И. Лабунец) блокировавшие и уничтожившие здесь крупные вооружённые формирования Чеченской Республики Ичкерия (див. ген. Р. Г. Гелаев, бригад. ген. Х. М. Хачукаев), прорвавшиеся в село из Аргунского ущелья. В ходе боевых действий в селе уничтожено не менее 1200 боевиков, из которых около 350 уничтожены при попытке вырваться из окружения. Кроме того, более 70 было взято в плен (в основном раненые и контуженные). Со стороны федеральных сил по неподтверждённым данным погибли около 50 военнослужащих МВД и МО и более 300 были ранены. Отряд командира Сейфуллы (ок. 300 чел.) откликнулся на призывы Гелаева о помощи, но ещё на подходе к селу был уничтожен огнем с воздуха и артиллерией. Гелаеву и нескольким группам боевиков все же удалось прорвать окружение и отойти на территорию Грузии

Взамен удаленных цензурой двух частей хроники, полная версия: