Северо западная армия

Руководители Белого движения. Юденич

Если войскам Деникина не суждено было увидеть Москву, то войскам Северо-Западной армии генерала Юденича удалось приблизиться вплотную к прежней столице России: они находились в нескольких «шагах» от Петрограда. А могли ли они прошагать по тому же Невскому проспекту?
С чем шла его армия на «красный» Питер? Нас учили в советской школе, что она шла, чтобы уничтожить «колыбель революции» и восстановить в России власть помещиков и капиталистов. Но так ли это на самом деле?
Изучая биографию Юденича, удивляешься, что этот «царский генерал», присягавший «царю-батюшке», в условиях гражданской войны вовсе не думал о возврате к старому режиму. Он мыслил по-новому. Вот только не все к нему прислушались, а союзники вообще предали.
Родился Николай Николаевич 18 июля 1862 года, через полтора года после отмены крепостного права. Родился в Москве в дворянской семье. Рядом находилось военное пехотное училище, куда принимали только детей дворян. Коля тоже мечтал попасть в его стены, однако вначале поступил в городскую гимназию. После её окончания детская мечта сбылась. Учился в училище очень хорошо, что дало ему право выбора будущего места службы. Подпоручик Юденич попадает в лейб-гвардии Литовский полк, покрывший ранее себя неувядаемой славой в 1812 году и во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов.
Далее служба забрасывает его в Туркестанский военный округ. Оттуда, уже поручиком, получает направление и поступает в Николаевскую академию Генерального штаба. Спустя три года, заканчивает её по первому разряду. Его причисляют к самому Генеральному штабу. В скором времени он вновь возвращается в Туркестан.
Как и многие генералы Белой армии, Юденич принимает активное участие в русско-японской войне. Его 18-й стрелковый полк оказался в самом пекле боёв в Маньчжурии. Войну закончил в звании генерал-лейтенанта. Будучи раненым в сражениях, лечился вплоть до 1907 года в госпитале. Свой 50-летний юбилей в 1912 году отметил в должности начальника штаба Казанского военного округа.
В Первую мировую войну Николай Николаевич воевал не на основном театре военных действий, но это не умаляет мужества и героизма возглавляемых им войск. Ещё в 1913 году его, генерал-лейтенанта, переводят в Кавказский военный округ. На базе его 1 ноября 1914 года образуется Кавказская армия, а позже — Кавказский фронт. То есть, он воевал с турками, неоднократно их побеждая.
Февральская революция 1917 года застала генерала в должности командующего Кавказским фронтом. Начались разногласия с Временным правительством. Его, боевого генерала, отстраняют от должности. И это в условиях войны! Но, видимо, Временное правительство и собиралось править «временно», иначе Юденича не тронули бы. Он едет в Петроград, потом – в Москву, куда прибывает его семья.
Как истинный патриот России, едет в Могилёв в Ставку, надеясь вернуться в строй, но безуспешно. Его не взяли обратно. Пришлось вернуться в Москву.
Октябрьский переворот генерал, разумеется, не принял. В следующем году эмигрирует в Финляндию, где собралось много русских эмигрантов, рвавшихся в бой с большевиками, принимает предложение Русского политического комитета и становится руководителем Белого движения на Северо-Западе России. Начинает формировать армию. Его цель – Петроград. С «чем» он собирался идти на него? Речь не об армии, понятно.
Северо-Западная армия шла на Петроград с политической декларацией: 1) установить всероссийское правление на основе народовластия; 2) созвать Учредительное Собрание на началах всеобщего избирательного права; 3) реформировать местное, земское и городское самоуправление; 4) установить равенство граждан перед законом; 5) установить неприкосновенность личности и жилища; 6) установить свободу слова; 7) передать землю крестьянам в собственность; 8) обеспечить интересы рабочего класса.
Знали ли об этом те, которых эта декларация касалась? Вряд ли? Но дело даже не в этом: документ мало чем отличался от большевистского. Но сам факт говорит о многом: Юденич, пожалуй, единственный руководитель Белого движения, который обещал гражданам России почти то же самое, что и Советская власть. За исключением, разве что, созыва Учредительного Собрания, которое матрос Железняк разогнал по причине: «Караул устал!».
28 сентября 1919 года армия Юденича при полной неожиданности для большевиков, перешла в наступление. В течение нескольких дней она разгромила защищавшую Петроград армию «красных». Пали Гатчина, Павловск, Красное Село, Царское Село, бои шли уже под Пулково. В Петрограде готовились к уличным боям.
Всё учёл генерал, кроме одного: у большевиков имелся Троцкий, которого Ленин срочно направил в Петроград. Как известно, этот «демон» революции не останавливался на перед чем, в том числе, и перед расстрелами каждого десятого красноармейца. Его в армии боялись больше, чем самих белогвардейцев. Что конкретно сделал тот, точно не установлено, но хорошо известно, что Ленин ему советовал: » Если наступление начато, нельзя ли мобилизовать ещё тысяч двадцать питерских рабочих плюс десять тысяч буржуев, поставить позади их пулемёты, расстрелять несколько сот и добиться настоящего массового напора на Юденича?». Это писал «добрый» дедушка Ленин.
«Вмешательство» Ленина и Троцкого в защиту Петрограда принесло свои плоды: наступление Северо-Западной армии захлебнулось в нескольких «метрах» от бывшей российской столицы. Армия покатилась назад. И вот тут пришло время сказать о трагедии, постигшей Северо-Западную армию.
Под натиском превосходящих во много раз сил «красных», «белые» отступали на эстонскую территорию, не зная, что их там ожидает. Белогвардейцев стали разоружать. Но это ещё не страшно. Страшно то, что с ними стали поступать как с врагами. Арестовали даже самого Юденича, но его «выручили» французы. Остальных воинов бывшей Белой Северо-Западной армии выручать никто не собирался. Их стали загонять в тюрьмы и концлагеря, запросто убивали на улицах, притесняли как могли. По сути, это был эстонский геноцид русских. Но за них, как в своё время за армян, никто не подал голос в защиту: армия медленно вымирала в буквальном смысле слова. Говорят, эстонцы так поступили в обмен на обещанную большевиками независимость. Глупые! Пройдёт чуть больше двух десятилетий и от их независимости не останется и следа.
Оказавшись в эмиграции, Юденич отвергал предложения белоэмигрантов участвовать в антисоветской деятельности. Об этом хорошо знали в советской внешней разведке. Кто знает, может по этой самой причине Николай Николаевич Юденич, в отличие от Врангеля, умер своей смертью на 71-ом году жизни? Умер 5 октября 1933 года во французских Каннах. Сомнительно, чтобы он при этом, если бы дожил, последовал примеру генерала Шкуро. Поэтому, может быть, его прах, как и прах Деникина, следует перезахоронить в России, за которую он воевал в те страшные годы гражданской войны.
27.07.2016 г.
Фото из Интернета

Юденич Николай Николаевич

***

Генерал Юденич – краткая биография

Непобедимый генерал Первой мировой и Главнокомандующий антибольшевистского Северо-Западного фронта родился 18 июля 1862 года в Москве в семье гражданского чиновника, чей род происходил из потомственных дворян Минской губернии. После успешного окончания Московской городской гимназии Юденич поступает в Межевой институт, но мечтая о военной карьере, через год переводится в Александровское Военное училище, из которого выпустился в 1881 в чине унтер-офицера. Был прикомандирован в Лейб-гвардии Литовский полк, расположенный в Варшаве. С 1884 по 1887 годы учился в Николаевской Академии Генерального Штаба, по ее окончании произведен в штабс-капитаны. С 1892 года Юденич на должности старшего адъютанта штаба Туркестанского военного округа. В том же году произведён в подполковники. В 1902 году назначен командиром 18-го стрелкового полка.

С началом русско-японской войны в 1904 году Юденич отказался от предложенной тыловой должности генерала в Штабе Туркестанского военного округа и отправился со своим полком на фронт. Участвуя в боях в составе 2-й Маньчжурской армии, проявил незаурядные командирские способности. Получил ранение во время Мукденского сражения. По окончании войны награжден орденами Святого Владимира 3-й степени с мечами и орденом Святого Станислава 1-й степени с мечами и произведен в генерал-майоры с назначением командиром 2-й стрелковой бригады. С 1907 года Юденич несет службу на Кавказе в должности сначала генерал-квартирмейстра, а позже начальника Штаба Кавказского Военного округа.

Юденич Н.Н. на Кавказском фронте первой мировой 1914 — 1917 гг.

С началом боевых действий на Кавказском фронте Первой Мировой, назначен начальником штаба начальником штаба Кавказской армии. С первых же дней войны проявился полководческий талант Юденича. Пользуясь значительным численным преимуществом, турки под командованием Энвер-Паши атаковали расположение русских войск в районе Сарыкамыша. В почти безнадежном положении, будучи в окружении русские под руководством Юденича не только вышли из критического положения, но и одержали блестящую победу. За это в январе 1915 года он был награжден орденом Св. Георгия 4-й степени, произведен в чин генерала от инфантерии и назначен Командующим Отдельной Кавказской Армией.

Следующий орден Святого Георгия 3-й степени вместе с орденом Белого Орла с мечами он получил в июне 1915 года за спланированную им Ефратскую операцию, в результате проведения которой была наголову разбита 3-я турецкая армия Абдул Керим Паши. В начале 1916 Кавказская Армия, преследуя противника, вышла к считавшейся неприступной крепости Эрзурум. Юденич настоял на штурме и через пять дней Эрзерум пал. За этот подвиг ему был пожалован орден Св. Георгия 2-й степени, он был последним кавалером этого ордена, награжденным в Российской Империи. В апреле 1916 года был захвачен Трапезунд, а к лету, русские войска контролировали почти всю Западную Армению. В истории Первой Мировой войны генерал Юденич был единственным полководцем, который не знал поражений и за свой полководческий талант, незадолго до свержения монархии получил редкий почётный орден Александра Невского с мечами.

Юденич в годы Гражданской войны

Как убежденный монархист он враждебно воспринял Февральскую революцию. В апреле 1917 года Юденич Временным правительством был назначен Главнокомандующим Кавказским Фронтом, но в мае отозван с должности “за сопротивление указаниям”. С этого времени живет в Петрограде как частное лицо, а после Октябрьского переворота переходит на нелегальное положение. В ноябре 1918 года он под чужими документами выезжает в Финляндию. Там, в Гельсингфорсе, организацией русских эмигрантов в январе 1919 года Юденич провозглашен лидером Белого движения на Северо-Западе России с диктаторскими полномочиями. Приказом Адмирала Колчака от 5 июня 1919 года генерал Юденич назначается Главнокомандующим Северо-Западного Фронта.

В июле на территории Латвии и Эстонии на основе разрозненных антибольшевистских соединений была сформирована Северо-Западная Армия. В сентябре 1919 года заручившись поддержкой Великобритании и Эстонии, СЗА при поддержке двух эстонских дивизий начала наступление на Петроград. Уже в средине октября бои шли в его предместье, но прибывшие подкрепления Красной Армии во главе с Троцким отбросили Юденича от города и сами перешли в наступление. Вследствие предательства союзников Юденич потерпел поражение, Эстония заключила мир с большевиками, а СЗА была интернирована и разоружена на ее территории. 22 января 1920 года Юденич объявил о роспуске Северо-Западной армии, а сам через Скандинавские страны выехал во Францию. Там он поселился в Ницце, где и прожил до своей смерти 5 октября 1933 года, в политической жизни более не участвуя.

Как обладателя всех трех степеней ордена Святого Георгия имя Юденича выбито в золоте на беломраморной доске Георгиевского зала в Московском Кремле.

***
Георгиевские кавалеры 1 Мировой войны:

  • Николай Мартынович Шарловский
  • Егоров Сергей Васильевич
  • Клепинин Григорий Захарович
  • Ткачев Вячеслав Матвеевич
  • Тютчев Федор Федорович
  • Бондарь Хрисанф Григорьевич
  • Семенов Алексей Семенович
  • Копейщиков Мстислав Дмитриевич
  • Клименко Диомид Иванович
  • Цебржинская Елена Константиновна
  • Ирманов Николай Сергеевич
  • Сытинский Николай Андреевич
  • Тычинина-Тычинин А.П.
  • Кира Башкирова
  • Федя Фрикин
  • Боткин Дмитрий Евгеньевич
  • Левачев Василий Илларионович
  • Брусилов Алексей Алексеевич
  • Врангель Петр Николаевич
  • Деникин Антон Иванович
  • Колчак Александр Васильевич
  • Корнилов Лавр Георгиевич
  • Краснов Петр Николаевич
  • Юденич Николай Николаевич

Биография

Окружной генерал-квартирмейстер штаба Кавказского ВО (10.02.1907-06.12.1912). Генерал-лейтенант (пр. 1912; ст. 06.12.1912; за отличие). Начальник штаба Казанского ВО (06.12.1912-25.02.1913). Начальник штаба Кавказского ВО (с 25.02.1913). В начале 1914г. между Россией и Англией появились серьезные разногласия по поводу Ирана, и Юденич получил распоряжение Генштаба подготовить несколько воинских частей для ввода в Иран. После одного из инцидентов, спровоцированных Шустером — американским советником иранского правительства по финансовым вопросам — в северную часть Ирана вступили русские войска. Правительство России потребовало от Ирана отставки американца, угрожая в противном случае военным походом на Тегеран. Иран вынужден был принять ультиматум.

С началом Первой мировой войны обстановка на Кавказе усложняется. Конфликт с Турцией очень осложнял позиции России, воюющей против Германии и Австро-Венгрии. Но турки решили воспользоваться ситуацией и осуществить свои давно вынашиваемые планы по отторжению от России Кавказа, Крыма и территорий в долинах Волги и Камы, на которых проживало татарское население.

Турция присоединилась к коалиции Центрального блока, заключив соглашение с Германией на второй день после объявления войны. Копия германско-турецкого соглашения была направлена Юденичу в начале августа. В конце сентября 1914 года Турция закрыла проливы Босфор и Дарданеллы для торговых судов стран Антанты. В следующем месяце турецкий флот обстреливал Одессу и другие порты России.

В ноябре 1914 года страны Антанты официально объявляют Турции войну: 2 ноября — Россия, 5 ноября — Англия, и на следующий день — Франция.

В ноябре 1914 года на базе Кавказского военного округа была сформирована и развернута Кавказская армия, во главе которой встал генерал-адъютант И.И. Воронцов-Дашков. Начальником штаба армии был назначен генерал-лейтенант Н.Н. Юденич. Русская армия развернулась на территории, протяженностью 720 километров. Основные силы русской армии — 120 батальонов, 127 сотен при 304 орудиях — были развернуты на линии от Батуми до Сарыкамыша. Им противостояла 3-я турецкая армия под командованием Гасана-Изет-паши, состоящая из 130 батальонов, почти 160 эскадронов при 270-300 орудиях и сосредоточенная в районе Эрзурума. Штаб турок возглавлял немецкий генерал фон Шеллендорф. Силы с обеих сторон были примерно равными.

15 ноября разведывательные отряды 1-го Кавказского корпуса, с ходу заняв приграничные горные рубежи, начали выдвигаться на Эрзурум. На следующий день границу перешли главные силы корпуса, но через два дня они были атакованы частями 9-го и 11-го турецких корпусов, и, опасаясь обхода своего правого фланга, отошли к границе. С приходом в конце ноября суровой зимы боевые действия практически прекратились.

9.12.1914г. 3-я турецкая армия под командованием военного министра Энвер-паши начала наступление. Уже в начале наступления турецкие войска были лишены эффекта внезапности, на который рассчитывали, благодаря хорошо поставленной разведке в русских войсках. Турки безуспешно пытались атаковать и окружить Ольтынский отряд.

В это время все оперативное руководство войсками сосредоточилось в руках помощника Главнокомандующего генерала А.З. Мышлаевского. Когда зимой 1914г. из-за панического настроения Мышлаевского на Кавказском театре возник серьезный кризис, ген. Воронцов-Дашков командировал Юденича для исправления дел. Прибыв 11.12.1914г. в действующую армию, командование которой принял Мышлаевский, генерал настоял на отмене распоряжений ген. Мышлаевского, в соответствии с которыми армия должна была отступить с целью избегнуть обнаружившегося глубокого обхода со стороны турецких войск под личным командованием Энвер-паши.

17-я и 29-я турецкие пехотные дивизии, подошедшие вечером 11 декабря к селу Бардус, без остановки двинулись на Сарыкамыш. Энвер-паша, не зная, что 10-й корпус вместо предусмотренного планом поворота от Ольты на восток увлекся преследованием Ольтынского отряда, направил 32-ю дивизию также на Сарыкамыш. Однако из-за морозов и снежных заносов она не смогла туда дойти и остановилась в Бардусе. Здесь вместе с 28-й пехотной дивизией 9-го корпуса ей пришлось прикрывать пути сообщения, которым угрожал наступавший от села Еникей 18-й Туркестанский стрелковый полк.

Тем не менее обходящие фланг русских 9-й и 10-й корпуса вышли на рубеж селений Арсенян, Косор. Одновременно отряд, прорвавшийся из селения Хопа, с ходу занял город Ардаган. 11-й корпус вел бой на линии Маслагат, Арди.

Разгадав план противника, он решил отстоять базу Сарыкамыш и направил туда 20 батальонов, 6 сотен и 36 орудий. Наиболее подвижные подразделения должны были подойти к месту назначения 13 декабря. Организация обороны возлагалась на находившегося проездом из Тифлиса полковника Генерального штаба И.С. Букретова. В его распоряжении оказались две дружины ополчения, два эксплуатационных железнодорожных батальона, запасные войска, две роты стрелков 2-го Туркестанского корпуса, два трехдюймовых орудия и 16 станковых пулеметов.

Турки, обессиленные маршем в пургу по заваленным снегом дорогам, продвигались медленно. Охранение, высланное по приказу генерала Юденича на санях, на исходе 12 декабря задержало их в 8 км западнее Сарыкамыша. На рассвете следующего дня 17-я и 29-я дивизии противника повели наступление непосредственно на Сарыкамыш. Русские довольно умело оборонялись, используя главным образом пулеметный огонь. Вскоре к ним подошло подкрепление — Сарыкамышский отряд — и селение удалось отстоять. Но противник не оставил надежды овладеть Сарыкамышем, несмотря на большие потери — только 29-я турецкая дивизия в ходе наступления до 50 процентов своего состава. Однако к полудню 15 декабря весь 10-й турецкий корпус сосредоточился у Сарыкамыша. Кольцо окружения, не без помощи местных курдов, почти сомкнулось. Задуманный турецким главнокомандующим план операции, казалось, осуществился. Между тем, благодаря принятым штабом Кавказской армии мерам, силы русских у Сарыкамыша все прибывали. Они имели здесь уже более 22 батальонов, 8 сотен, более 30 орудий, почти 80 пулеметов против 45 турецких батальонов. И в этот день все турецкие атаки были отражены.

К вечеру 16 декабря в лесу было замечено скопление больших сил турок, а также удалось захватить турка, который вез приказ, адресованный командиру 10-го корпуса. Из приказа русское командование узнало о готовящейся турецким командованием ночной атаке на селение. Она началась около 11 часов вечера. Турки стали теснить русские войска, занимавшие высоту Орлиное гнездо, вокзал и мост на шоссе, так как за ним располагались склады продовольствия и боеприпасов. В начале, им сопутствовал успех, и центральная часть селения была захвачена.

Но утром следующего дня (17 декабря) серией контратак, проведенных по приказу генерала Юденича, прибывшего на командный пункт, удалось сдержать продвижение турок. В тот же день Николай Николаевич Юденич вступил в командование всей русской армией.

Посол Франции в России М. Палеолог писал в то время, что

«Кавказская армия русских совершает там каждый день изумительные подвиги».

Оценив обстановку, он принял решение о нанесении одновременного удара главными силами с фронта на Сарыкамыш, Ардаган и Ольты и обходящими отрядами в тыл противника. Успех предполагалось достичь за счет скрытной перегруппировки частей 39-й пехотной дивизии, 1-й и 2-й Кубанских пластунских бригад, а также двух артиллерийских дивизионов, подходивших из Карса. Он понимал, что требовалось тщательное планирование предстоящего наступления, особенно с точки зрения согласования усилий привлекаемых сил и средств, осуществления маскировки на маршрутах выдвижения. Эти вопросы и решались в оставшееся время офицерами штаба и начальниками родов войск и служб.

22 декабря русские внезапно для противника атаковали его. Во время наступления был окружен 9-й турецкий корпус, действовавший у Сарыкамыша, 154-й пехотный полк глубоко вклинился в оборону турок и захватил командира корпуса и всех трех командиров дивизий со штабами. Были взяты в плен остатки разгромленных частей и захвачена их материальная часть. 30-я и 31-я турецкие пехотные дивизии 10-го корпуса, понесшие большие потери, начали поспешно отступать на Бардус. Сибирская казачья бригада, усиленная Ардаганским отрядом, действуя вместе с Ольтынским отрядом, нанесла поражение турецким войскам, занимавшим город Ардаган, захватив до тысячи пленных и много трофеев.

Турецкие части предприняли контрудар из района Бардуса во фланг и тыл Сарыкамышского отряда, но он был успешно отражен, и в ночном бою русскими войсками были взяты в плен две тысячи турецких солдат — остатки 32-й дивизии. По приказу Юденича главные силы Сарыкамышского отряда перешли в наступление. Несмотря на ожесточенное сопротивление турецких войск — дело даже доходило до штыковых атак — войска шли вперед, продвигались в глубоком снегу.

Русское командование решило обойти левое крыло турецкой армии, закрепившееся на горной позиции к западу от селения Кетек. Приказ на этот нелегкий маневр получил 18-й Туркестанский стрелковый полк с четырьмя горными орудиями. Ему предстояло преодолеть 15 км горной местности. С трудом прокладывая дорогу, нередко перенося на руках тяжелые орудия по частям и боеприпасы, продвигался этот полк. Когда он появился в тылу 11-го турецкого корпуса, противник в панике отступил.

В ночь на 29 декабря турки начали отход на Ольты. Русские стали преследовать противника, но, пройдя 8 км, были остановлены сильным артиллерийским огнем. Тем не менее 2-я Оренбургская казачья батарея смело развернулась на открытой местности и открыла ответный огонь. Стрелки рассредоточились правее и левее шоссе. Турки, упреждая обход своих флангов, отступили на 3-4 км. Наступившая ночь прекратила сражение.

Утром атаки возобновились, и вскоре упорство турок было сломлено окончательно. Они бежали через Ольты на Нориман и Ит, по Сивричайской долине, а многие — просто в горы. Были захвачены пленные и орудия.

К 5 января 1915 года русские войска, перейдя государственную границу, вышли на рубеж селений Ит, Арди, Даяр. Сарыкамышская операция, в ходе которой противник потерял более 90 тысяч человек, завершилась победой русских войск.

Кавказская армия перенесла военные действия на территорию Турции. Основные усилия по замыслу генерала Юденича сосредоточивались в полосе действия 4-го Кавказского корпуса — 30 пехотных батальона и 70 эскадронов конницы. Этих сил было недостаточно для широкомасштабных действий, поэтому для продвижения вперед была выработана тактика внезапных налетов небольшими отрядами. И она себя оправдала. Уже к середине июня корпус вышел к Арнису и создал сплошную позицию, примыкавшую к озеру Ван. Центр и правый фланг армии занимали основные перевалы, надежно прикрывали Сарыкамышское, Ольтынское и Батумское направления.

Стремясь перехватить инициативу, турецкое командование начало подтягивать к этому району резервы, и вскоре начальник штаба армии немецкий майор Г. Гузе выехал с группой офицеров на рекогносцировку, чтобы на месте уточнить исходное положение для предстоящего наступления. Об этом немедленно было доложено Юденичу разведчиками.

9 июля турецкая группировка, насчитывавшая более 80 батальонов пехоты и конницы, нанесла удар на Мелязгертском направлении, стремясь прорвать оборону фланговых частей 4-го Кавказского корпуса и перерезать его коммуникации. Русские войска были вынуждены отойти на рубеж севернее Алашкертской долины. К тому же в их тылу действовали диверсионные отряды турок.

Генерал Юденич распорядился срочно сформировать сводный отряд, командование которого было поручено генералу Баратову. Отряд включал 24 батальона пехоты, 36 сотен конницы и около 40 орудий. На него возлагалась задача по нанесению удара на левом фланге в тыл туркам. Затем вместе с 4-м Кавказским корпусом отряд должен был окружить противника в районе Каракилис-Алашкерт. Маневр не совсем удался, так как, потеряв пленными до 3 тысяч человек, турки успели уйти из села Каракилис. К 15 сентября 4-й Кавказский корпус занял оборону от перевала Мергемир до Бурнубулах, выставив к югу от Арджиша боевое охранение. В тоже время части 2-го Туркестанского и 1-го Кавказского корпусов перешли в наступление. Но из-за недостатка боеприпасов оно не получило широкого развития, но все-таки сковало значительные силы турок. На Ван-Азербайджанском направлении действовал ударный отряд генерала Чернозубова, который сумел продвинуться на 30-35 км. и занял оборону от Арджиша до южного берега озера Урмия.

Начиная с осени 1915 года, войска на Кавказе перешли в активной обороне 1500-километрового рубежа. На наступательные операции ни людей, ни техники, ни боеприпасов не хватало. К тому же изменилась и международная обстановка — в войну на стороне Германии и Турции вступила Болгария.

Было открыто прямое сообщение между Германией и Турцией, и турецкая армия стала получать большое количество артиллерии. В свою очередь у турецкого командования появилась возможность выбить англо-французские войска с Галлиполийского полуострова. Большие потери заставили английское и французское командование оставить плацдарм.

Освободившиеся войска турецкое командование хотело передать 3-й армии, ведущей борьбу с Кавказской армией Юденича. Узнав об этом, Николай Николаевич предложил на военном совете перейти в общее наступление еще до подхода вражеских подкреплений. Пока к этому времени, согласно данным разведки, русская армия имела примерное равенство с турецкой армией в пехоте, но превосходила противника в три раза по артиллерии и в пять раз по регулярной коннице.

Силы обеих сторон были развернуты в полосе более 400 км от Черного моря до озера Ван. Турецкие соединения были в основном сосредоточены на Ольтынском и Сарыкамышском направлениях и прикрывали кратчайшие пути к крепости Эрзурум – важнейшей базе снабжения войск, узлу транспортных коммуникаций северных областей Турции. Сама крепость была хорошо защищена горной местностью, что затрудняло проведение там широкомасштабных операций, особенно в зимних условиях.

Тем не менее командующий Кавказской армией и его штаб все более склонялись к переходу войск в наступление не позже второй половины января 1916 года. План Эрзурумской операции был разработан — упор делался на внезапность и тщательность подготовки войск.

Наступление начала армейская группа прорыва. Эта группа, как и предусматривалось замыслом генерала Юденича, вступила в бой на рассвете 30 декабря. Ее 12 батальонов при 18 орудиях и сотней под командованием генерала Волошина-Петриченко получили задачу овладеть горой Кузу-чан, а затем наступать на селение Шербаган и захватить его. За первые пять дней января 1916 года русские войска захватили гору Кузу-чан, перевал Карачлы, крепость Календер и ряд других пунктов. Бои носили ожесточенный характер. Русские несли значительные потери, истощались резервы. Не в лучшем положении пребывали и турки. Уже к вечеру 1 января русская разведка установила, что почти все части из резерва 3-й турецкой армии были введены в сражение для поддержки первых эшелонов.

5 января Сибирская казачья бригада и 3-й Черноморским казачий полк подошли к Хасан-кала. На следующий день они атаковали турецкий арьергард на ближних подступах к фортам Эрзурумских укреплений.

Основу Эрзурумского укрепленного района составлял естественный рубеж высотой 2200-2400 м над уровнем моря, отделявший Пассинскую долину от Эрзурумской. На горном хребте располагалось 11 хорошо подготовленных фортов, которые размещались в две линии. Другие подступы к крепости также прикрывались отдельными укреплениями. Протяженность горной оборонительной линии составляла 40 км.

Овладеть Эрзурумом сходу было не возможно — для штурма требовалось большое количество боеприпасов. Особенно остро ощущался недостаток в ружейных патронах. В целом Эрзурумская крепость представляла собой довольно обширную укрепленную позицию, развернутую фронтом на восток с прикрытыми флангами. Ее уязвимым местом были тыловые обводы. Через них город мог блокировать любой противник, проникший на Эрзурумскую равнину.

Штаб Кавказской армии, да и сам командующий лично, приступили к детальной проработке плана штурма. Были приняты меры по инженерному оборудованию рубежей, и в конце января проведена рекогносцировка на местности. Все это время отдельные разведывательные отряды осуществляли рейды в расположение неприятеля. Они захватывали отдельные высоты и прочно закреплялись на них. Таким образом, уже к 25 января русским частям удалось продвинуться вперед на 25-30 км.

29 января соединения и части Кавказской армии заняли исходное положение, и в 2 часа дня начался артиллерийский обстрел крепости. Турки сопротивлялись отчаянно, и не один раз отвоевывали занятые русскими частями позиции. День 1 февраля стал переломным в штурме турецких укреплений. Русские овладели последним фортом, и колонна генерала Воробьева начала первой спускаться в Эрзурумскую долину.

А 3 февраля крепость Эрзурум пала. В плен попали 13 тысяч солдат и 137 офицеров турецкой армии, а также были взяты 300 орудий и большие запасы продовольствия. В тот же день во всех частях и подразделениях Кавказской армии был оглашен приказ, в котором выражалась благодарность ее командующего всему личному составу за мужественное выполнение своего воинского долга, а затем Юденич лично вручал Георгиевские награды отличившимся при штурме воинам. За успешное проведение Эрзурумской операции сам Юденич был удостоен ордена Св. Георгия 2-й степени.

При дальнейшем преследовании противника в ночь на 17 февраля был захвачен и город Битлис. Затем были разгромлены и части турецкой дивизии, спешившие на помощь к Битлису. Таким образом, ударный 4-й Кавказский корпус продвинулся более чем на 160 км, прочно прикрыв фланг и тыл Кавказской армии.

В период штурма Эрзурума Приморский отряд по приказу генерала Юденича сковал турок на своем направлении. С 5 по 19 февраля отряд овладел оборонительными рубежами по рекам Архаве и Вицесу, чем создали угрозу важному опорному пункту противника — Трапезунду. Успех сопутствовал отряду, и вскоре Трапезунд был взят. Теперь у русского командования появилась возможность заложить в портовом Трапезунде морскую базу снабжения правого крыла Кавказской армии.

Турки не смирились с потерей Эрзурума, но все их попытки отбить крепость потерпели неудачу.

Результаты последних наступательных операций Россия, Англия и Франция закрепили секретным соглашением в апреле 1916 года. В нем, в частности, отмечалось, что «…Россия аннексирует области Эрзурума, Трапезунда, Вана и Битлиса до подлежащего определению пункта на побережье Черного моря к западу от Трапезунда. Область Курдистана, расположенная к югу от Вана и Битлиса, между Мушем, Сортом, течением Тигра, Джезире-Ибн-Омаром, линией горных вершин, господствующих над Амадией и областью Мергевера, будет уступлена России…».

При разработке плана войсковых операций в предстоящей кампании 1917 года русское командование учитывало ряд важных обстоятельств — обособленность театра военных действий, тяжелое положение в войсках, своеобразие климатических условий. Армия действовала в условиях бездорожья в голодном краю. Только за 1916 год из-за тифа и цинги армия потеряла около 30 тысяч человек. Кроме того следовало учитывать и политическую обстановку в стране. Заметно стали проявляться процессы разложения армии. Юденич предложил в Ставке отвести Кавказскую армию к основным источникам питания, расположив ее от Эрзурума (центр) до границы (правый фланг), но его предложение не было поддержано.

Тогда генерал Юденич счел возможным подготовить к весне 1917 года только две частные наступательные операции. Первую — на Мосульском направлении (7-й Кавказский корпус и сводный корпус генерала Баратова), и вторую — соединениями левого фланга армии. На остальных направлениях предлагалось вести активную оборону.

В конце января 1917 года по просьбе союзников войска генерала Юденича активизировали свои действия в тылу 6-й турецкой армии. Уже в феврале они перешли в наступление на Багдадском и Пенджвинском направлениях. Благодаря их успешным действиям англичане смогли в конце февраля занять Багдад.

После отречения Николая II и прихода к власти Временного правительства командующим Кавказским фронтом был назначен генерал от инфантерии Н.Н. Юденич (до него фронт возглавлял Великий князь Николай Николаевич). Вскоре новому командующему пришлось столкнуться с трудностями. Начались проблемы с обеспечением продовольствием, а англичане отказывались помочь союзнику в этом вопросе. Кроме того, Юденич стал получать многочисленные телеграммы с сообщениями о создании в частях солдатских комитетов.

Юденич принимает решение о прекращении с 6 марта наступательных операций и переходе к позиционной обороне. Войска отправлялись в районы лучшего базирования. Но Временное правительство не поддержало его действий, потребовав возобновить наступление. Тогда Юденич отправляет в Ставку подробный доклад о положении в войсках на Кавказском фронте и о возможных перспективах действий подчиненных ему войск. Но это не удовлетворило Ставку, и в начале мая Н.Н. Юденич был снят с поста командующего как «сопротивляющийся указаниям Временного правительства».

В конце мая Николай Николаевич уезжает в Петроград, а затем перебирается вместе с семьей в Москву. В 11.1918г. эмигрировал в Финляндию, а затем в Эстонию. В 05.1919г. создал «Политическое совещание». Оно поддержал идею похода на революционный Петроград и выдвинуло генерала Юденича лидером антисоветского движения на Северо-Западе. 24.05.1919 по настоянию А.В. Колчака вступил в единоличное командование всеми русским силами на Северо-Западном фронте, 10.06.1919г. назначен Колчаком главнокомандующим войсками на Северо-Западе.

Это позволило Юденичу приступить к формированию белогвардейской армии на территории Финляндии. Он возлагал большие надежды на Северный корпус, который после разгрома в конце 1918 года под Себежем и Псковом обосновался в Эстонии. Но пока шло формирование армии Юденича, Северный корпус под командованием генерала Родзянко самостоятельно предпринял поход на Петроград и был разгромлен. В 08.1919 вошел в состав Северо-Западного правительства.

28.09.1919г. армия Юденича перешла в наступление. Она прорвала фронт 7-й советской армии и захватила Ямбург, Красное Село, и Гатчину. Но когда до Петрограда оставалось не более 20 километров, отряды Красной Армии перешли в контрнаступление. Не получив поддержки ни от Финляндии, ни от Эстонии, армия Юденича потерпела поражение, и остатки разбитых дивизий отошли в Эстонию, где и были разоружены.

В 01.1920 арестован частями генерал-майора С.Н. Булак-Булаховича, после освобождения выехал в Великобританию. Находясь в эмиграции, он полностью отказался от политической деятельности. Умер в Каннах (Франция).

Подготовил А.В. Чернышов

http://ria1914.info/index.php?title=Юденич_Николай_Николаевич

Участвовал в событиях

К 100-летию Похода Юденича на Петроград

9 октября 1919 года, ровно 100 лет тому назад начался поход Северо-Западной Армии белых под командованием генерала Н.Н. Юденича на Петроград. Это наступление имело важное стратегическое значение. Во-первых, предпринятое в разгар деникинского наступления на Москву, в период наивысших успехов армий Юга России, оно могло бы вызвать переброску большевистских войск с деникинского фронта на защиту «колыбели революции», чем облегчить задачу Деникину по овладению Москвой. Во-вторых, в случае успеха, то есть, если бы Петроград удалось освободить, это могло бы привести к коренному перелому в настроениях народа. В Гражданской войне вопрос об овладении столицей государства всегда имеет первостепенное значение, тот, кто контролирует столицу, тот зачастую и воспринимается народом в качестве законной власти. С занятием Петрограда белыми войсками противостояние приобретало черты борьбы старой столицы против новой, большинство народа привыкло именно в Петрограде видеть столицу государства, а это обещало повысить степень поддержки Белого Движения широкими слоями населения.

Н.Н. Юденич и А.П. Родзянко с офицерами штаба Северо-Западной Армии
Основную ударную силу белой группировки, наступающей на Петроград, составила Северо-Западная Армия под командованием генерала Александра Павловича Родзянко. К началу наступления численность этой армии составляла 17800 человек пехоты, 700 кавалеристов, 57 артиллерийских орудий различных систем и калибров, 4 танка (британского производства), 2 броневика и 4 бронепоезда — «Адмирал Колчак», «Адмирал Эссен», «Талабчанин» и «Псковитянин». В подчинение Н.Н. Юденича, которого Колчак назначил главнокомандующим Северо-Западного фронта, находилась также Западная Добровольческая армия под командованием П.Р. Бермондта-Авалова. Бермондт имел под ружьём до 35 тысяч человек, и окажись его армия под Петроградом одновременно с Северо-Западной, у большевиков не осталось бы никаких шансов. Трагической особенностью Белого Движения на Северо-Западе России было то, что оно, по существу, не имело собственного тыла. Если южные белогвардейцы могли опираться на земли казачьих войск, не признвших власти большевиков, а их восточные собратья по борьбе — на территории, освобождённые от красных в ходе восстания Чехословацкого корпуса, то формирование антибольшевистских армий на Северо-Западе, ввиду близости красной столицы, могло осуществляться только на территории, оккупированной немцами по Брестскому миру или на территориях новообразованных лимитрофных «государств» — Эстонии, Латвии и Финляндии, которые сами не имели устойчивого политического устройства и контролировались в 1918 году теми же немцами. Это наложило свой отпечаток на весь ход антибольшевистской борьбы в данном регионе: Германия, потерпевшая поражение в Первой Мировой войне, согласно Версальскому миру, обязана была отвести свои войска с оккупированных русских территорий (которые немедленно занимались большевиками, без особого напряжения громившими опереточные армии прибалтийских государств), а новообразования с большой неохотой давали приют белогвардейцам, опасаясь больше утраты своей призрачной «независимости», нежели победы большевиков. Участвовать в освобождении России «маленькие, но гордые» прибалты не рвались. А вот заключение ими мира с большевиками делало русских белогвардейцев заложниками политических торгов. Антанта же крайне неохотно шла на поддержку Северо-Западной и Западной Добровольческой армий, полагая эти формирования «прогерманскими». Кроме того, политическим видам Англии более соответствовало окончательное отторжение от России её прибалтийских губерний, нежели восстановление сильной и независимой антикоммунистической России.

Тем не менее, белогвардейцы не только сохранили свои соединения от разгрома, но и пытались с переменным успехом проводить против большевиков наступательные операции. Родзянко со своей Северо-Западной Армией даже успел развернуть наступление на Петроград весной 1919 года. Наступление, правда, захлебнулось, но Родзянко сохранил армию от разгрома и теперь был готов к новым наступательным операциям.


Образцы униформы белой Северо-Западной Армии.

Более надёжным союзником, чем прибалтийские лимитрофы, представлялась Финляндия, верховную власть в которой осуществлял избранный регентом бывший генерал Русской Императорской Армии Карл Густав Маннергейм. Финляндия, при поддержке немцев, смогла создать свою, вполне боеспособную и достаточно многочисленную армию, с помощью которой успешно разгромила собственных революционеров. В составе русской Северо-Западной Армии было немало бывших офицеров Лейб-Гвардии, которые хорошо знали Маннергейма, да и Маннергейм вряд ли успел их забыть. К тому же в Финляндии находилось немало русских офицеров-беженцев, которые могли бы дать значительные пополнения в армию (к слову, и сам Юденич с супругой скрылся от большевиков именно на территории Финляндии).
Летом 1919 года, после провала весеннего наступления на Петроград, Юденич активно вёл переговоры в Финляндии, пытаясь убедить Маннергейма предоставить территорию страны в качестве базы для русских белогвардейцев и выделить в помощь им финские войска. Однако в обмен на помощь Маннергейм потребовал не только безусловного признания независимости Финляндии, но и территориальных уступок за счёт исконно русских земель — Карелии и побережья Печенгского залива. И если на признание независимости Финляндии Юденич готов был пойти (рассматривая это новообразованное государство в качестве потенциального союзника), то уступка русских территорий безусловно выглядела в его глазах неприемлемой. Эта позиция Юденича встретила полное понимание со стороны Верховного Правителя А.В. Колчака, который даже по независимости Финляндии считал себя не вправе принимать решение. В итоге переговоры с Маннергеймом зашли в тупик, а вскоре правительство в Финляндии сменилось, и вопрос о походе финской армии на Петроград отпал сам собой.
Приходилось поневоле базироваться на Эстонию и планировать операции исходя из этого обстоятельства. Под давлением англичан Юденичу пришлось согласиться на признание независимости Эстонии и на формировании демократического «русского» правительства под контролем англичан, большинство в котором составляли эсеры и меньшевики. Взамен английские союзники действительно начали снабжать армию — снаряжение, обмундирование (не нужное более в связи с окончанием Первой Мировой войны), артиллерийские орудия, танки, патроны, снаряды потекли в эстонские порты. Юденич помощь принимал с благодарностью — но его доверенные люди чуть ли не открыто выражали надежду, что левое «Северо-Западное правительство умрёт у ворот Петрограда», что после освобождения северной столицы там будет находиться армия, а не эти бестолковые говоруны, однажды уже доведшие страну до закономерного краха, и там, в Петрограде, армия сможет сформировать своё правительство, без оглядки на «союзников» и одиозных политических деятелей.


Главнокомандующий Северо-Западным фронтом Белого Движения Н.Н. Юденич
по убеждениям был монархистом. Но ради интересов дела был готов идти на широкие компромиссы…
до поры, до времени.

Что касается оперативных планов, то после провала финляндского варианта перед белыми оставалось две возможные перспективы. Один план разработал командующий Северо-Западной Армии генерал Родзянко. Он состоял в том, чтобы, обойдя с юга Чудское озеро, развивать наступление в направлении Пскова, очистить Псков и его окрестности от большевистских войск, установить там прочный (а главное — свой, русский) плацдарм, после чего с опорой на Псков развивать наступление одновременно на Петроград и Новгород. Этот план позволял белым, охватив северную столицу с юга и юго-востока, полностью отрезать её как от «мозгового центра» советской власти — от Москвы, так и от основных контингентов Красной Армии, оперировавших к тому времени против Деникина. Кроме того, оказывался обеспечен правый фланг группировки, наступавшей на Петроград. План был хорошо и сулил больше надежды овладеть Петроградом, но для того, чтобы держать такой большой фронт и наступать одновременно по двум расходящимся направлениям у белых элементарно не хватало сил.
Юденич предложил более дерзкий, более рискованный — но при этом лучше соответствовавший возможностям Белой Армии план. Он состоял в том, чтобы ударить на Петроград по кратчайшему направлению, обойдя Чудское озеро с севера. Согласно идее Юденича, основные силы Северо-Западной Армии должны были, овладев городом Ямбург, в дальнейшем развивать наступление через Гатчину, Павловск и Царское Село на Петроград. Залогом победы, по плану Юденича, должна была стать быстрота наступления, чтобы красные просто не успели сосредоточить свои силы к угрожаемому участку фронта. Николай Николаевич прекрасно учитывал настроения своих бойцов, которым не терпелось войти в северную столицу освободителями. Учитывал он и то, что правительство Эстонии колебалось. Оно не отказывало в поддержке белым войскам, но рассматривало эту поддержку только как средство давления на большевиков. Заключи Эстония мир с большевиками до освобождения Петрограда — и о походе на Петроград можно было бы смело забыть, а армию — распускать по домам, ибо она оставалась без тыла и без снабжения. Взятие же Петрограда могло бы убедить эстонцев и Англию в возможностях Белого Движения одержать окончательную победу в Гражданской войне — как следствие, Эстония должна была бы переориентироваться на белых.
Не стоило забывать и об основном театре военных действий. План Родзянко изолировал Петроград от Южного фронта. Да, Петроград взять при этом было бы легче — но давление на войска Деникина не ослабевало. План же Юденича при самом наихудшем сценарии позволял оттянуть от Деникина часть сил и дать возможность Вооружённым Силам Юга России взять Москву.


Карта похода Юденича на Петроград

Впрочем, Юденич не отказывался и от Псковского варианта, рассматривая наступление на этом направлении в качестве эффективной демонстрации. Поскольку в ходе весеннего наступления Северо-Западная Армия наступала как раз на псковском направлении, удар на Псков ограниченными силами мог убедить красных в том, что и новое наступление будет развиваться по старому сценарию. Это заставило бы большевиков перебросить силы на псковское направление, оголив тем самым направление истинного главного удара.
Рассчитывал Юденич и на антибольшевистское подполье внутри самого Петрограда. В конце 1917-го — начале 1918-го в северной столице действовало множество подпольных офицерских организаций. В основном они занимались переправкой добровольцев на Дон к Корнилову и Алексееву или на Север, где союзники по Антанте пытались сформировать антибольшевистскую армию. Конечно, эта переправка добровольцев, а ещё больше — красный террор существенно ослабили позиции подполья, однако Юденич не сомневался: подполье есть, и оно продолжает действовать. Не случайно же, в самом деле, во время весеннего наступления на сторону белых перешёл в полном составе присягнувший большевикам Лейб-Гвардии Семёновский полк! А раз подполье есть, кто помешает ему при подходе к Петрограду белых войск поднять восстание в тылу большевиков? Расчёт на подполье также становился аргументом в пользу удара по кратчайшему направлению — ибо чекисты не дремали, каждый день арестовывая всё новых и новых «классовых врагов».
28 сентября 4-я дивизия Северо-Западной Армии под командованием генерала А.Н. Долгорукова перешла в наступление на участке Варшавской железной дороги Псков — Луга. 4 октября бойцами Долгорукова была занята станция Струги Белые, что позволило белогвардейцам пресечь железнодорожное сообщение между Петроградом и Псковом. Красные поверили в этот обманный манёвр и начали переброску своих сил на Псковское направление. И тогда 9 октября в наступление ринулись главные силы Северо-Западной Армии. 11 октября Родзянко овладел Ямбургом. 13 октября Долгоруков, развивая наступление силами своей дивизии, освободил крупный транспортный узел Лугу. 16 октября М.В. Ярославцев со своей 2-й дивизией занял Гатчину, а 20 октября очистил от большевиков Павловск и Царское Село. В тот же день 5-я Ливенская дивизия Северо-Западной Армии овладела Лиговом.

Казалось бы, наступление на Петроград развивается успешно. Армия стремительно продвигалась к своей цели. Красным не помогло даже то, что при отступлении из Ямбурга они успели взорвать мосты через реку Лугу, благодаря чему белые бронепоезда и танки застряли на её западном берегу и в дальнейшем наступлении не участвовали. Но уже тогда, в середине октября, послышались первые тревожные звоночки.


Один из танков белой Северо-Западной Армии

Дело в том, что Юденич, как я уже говорил, залогом успеха полагал стремительность наступления. С целью выдержать нужный темп Северо-Западная Армия оставила свои обозы в Эстонии. Очень быстро это привело к перебоям в снабжении. Поезда с необходимыми ресурсами стояли в Эстонии, но тамошнее национал-сепаратистское правительство, опасавшееся победы белых куда сильнее, чем вторжения большевиков, эти поезда задерживало, не обращая внимания на настоятельные требования Юденича выслать их к армии. В частности, эшелон с продовольствием так и остался стоять в Эстонии под предлогом того, что «продукты предназначены для жителей голодающего Петрограда после его освобождения».

Не прибыла на фронт и Западная Добровольческая Армия Бермондта-Авалова, застрявшая на подступах к Риге, где она увязла в боях с латышскими национал-сепаратистами. В результате Юденич оказался под Петроградом с силами всего 18 тысяч бойцов, утомлённых непрерывными боями и хроническим недоеданием. Красные же подтянули резервы и сумели отразить наступление. Впрочем, поражение белых под Петроградом и его причины заслуживают отдельного разговора.