Сербия и Россия отношения

Политика

Путин приехал и уехал. Раскол во мнениях остался. Если бы перед Сербией поставили выбор: Россия или Запад, то совершенно ясно, что выбор пал бы на восток. Россия, по мнению большей части граждан, является самым главным другом, борцом за сербские интересы, защитником, спонсором…

Подобное мнение можно услышать на каждом шагу. Так было недавно и перед, и во время и после визита в Белград российского президента Владимира Путина, которого приехали увидеть, поприветствовать и услышать многие сербы, хотя в итоге им досталась только одна фраза: «Спасибо вам за дружбу».

Разочарование? Похоже, несильное. Почти нет сомнений в том, что они сделали бы это снова. Если спросить почему, то ответ уместится в трех словах: эмоции, эмоции и эмоции. В данном случае они играют главную роль. Подавляющее большинство сербов безгранично любит Россию, хотя для эмиграции они выбирают Запад, так как Россию считают главным спонсором, хотя она не входит даже в первую десятку, и верят, что русские всегда были «на нашей стороне», хотя и это не совсем так…

Если сантименты оставить в стороне, то бесспорным оказывается тот факт, что Россия никогда не бомбардировала Югославию или Сербию, не объявляла ей войн, в отличие от остальных союзников и соседей. И этим, несомненно, многое объясняется. Но давайте рассмотрим основные расхождения между двумя течениями в Сербии.

Начала: православные братья или империалисты под маской православия

Мнение первое. Россия была на протяжении всей истории надежным союзником сербов и помогла нам освободиться от турок и прогнать османцев с нашей земли. Главный аргумент тут то, что два народа — «славянские православные братья».

Мнение второе. Русофилы не сомневаются, что у Москвы всегда болело сердце за сербов. Другая же сторона уверена, что Россия поддерживала, но одновременно использовала Сербию в своих интересах на Балканах. Позиционируя себя как защиту православных христиан от османского ига в 19 веке, московская элита одновременно преследовала свои империалистические интересы в этой части Европы.

Что говорят историки?

Директор Института современной истории Момчило Павлович полагает, что если оставить в стороне православие и сантименты, то на отношения сербского и российского государства можно посмотреть как на отношения большой державы и маленькой страны, которая приспосабливается к существующим обстоятельствам и интересам сильных государств. В этой связи Павлович считает проблемой «наши ожидания». По его словам, Россия действительно поддерживала Сербию, но, например, в 1809 году сербская сторона осталась разочарованной, когда во время восстания Россия вдруг прекратила помощь и отступила.

«Отношения между сербами и Российской империей в тот период — это отношения между большой империей, у которой были свои имперские интересы и которая являлась важным фактором на международной арене, и маленьким государством, которое искало союзников и помощи в достижении своих национальных интересов. В зависимости от изменений на международной арене менялись и эти отношения, и интересы России и Сербии не всегда совпадали. Но важно подчеркнуть, что помощь царской России сыграла решающую роль и подняла протестную борьбу на новый уровень, поэтому то, что началось как восстание против османских янычар, переросло в настоящую войну сербов уже не за автономию, а за независимость и собственное государство», — говорит Павлович.

Таким образом, Россия подняла восстание под руководством Карагеоргиевича на уровень высокой дипломатической и военной борьбы между Наполеоном, Османской империей и остальными государствами тогдашней Европы, как добавляет историк.

«России угрожал Наполеон, и она вела с переменным успехом многочисленные войны с Османской империей. Последствия этих побед, поражений и примирений отражались и на восставших в Сербии. Но даже когда русские войска покинули Сербию, Карагеоргиевич и восставшие остались один на один с сильными османами, которые рвались со всех сторон, когда в 1812 году был заключен Бухарестский мир между султаном и российским императором, который готовился отражать нападение Наполеона, русский царь позаботился о том, чтобы в этом договоре был пункт об автономии для сербов и всеобщей амнистии. Другое дело, что турки решили не соблюдать эту договоренность. А ведь в те годы Карагеоргиевич предлагал свою лояльность и австрийскому императору и самому Наполеону, но те и пальцем не пошевельнули, чтобы помощь сербам в их борьбе.

Независимость: «Без русских никуда», или им все-таки были дороже болгары?

Мнение первое. Благодаря России, которая победила в Русско-турецкой войне 1877 — 1878 года и оказала поддержку Сербии, мы обрели независимость. Это мнение подкрепляется многочисленными, немного романтизированными историями вроде истории о полковнике Николае Николаевиче Раевском, который погиб в битве с турками 20 августа 1876 года у села Горни Андровац недалеко от Алексинаца (бытует мнение, что Лев Толстой списал с Раевского образ графа Вронского в романе «Анна Каренина»).

Мнение второе. Многие в этой полемике подчеркивают, что Россия не всегда первым делом бросалась на помощь Сербии, когда в деле были замешаны и другие славянские страны. Наиболее часто приводится пример Сан-Стефанского мира, условия которого определял российский император. Он создал Большую Болгарию, а Сербия не получила всех территорий, которые освободили ее войска. Для всех, кто утверждает, что Россию нужно оценивать рационально, это является доказательством того, что никаких особых «братских связей» нет.

Официальный визит президента РФ В. Путина в Сербию»В этой войне сербские устремления и вся история переплелись с историей Европы и российскими интересами. Когда король Милан объявил войну Турции в 1876 году, турки очень скоро нанесли поражение сербским войскам. Под давлением панславянских кругов в России русский царь выставил ультиматум султану, потребовав, чтобы в течение 48 часов Турция заключила с сербами перемирие на шесть недель», — утверждает историк Павлович.

Турки ультиматум приняли. Белград был спасен, и появился шанс на мир. На Константинопольской конференции договорились, что Сербия не понесет территориальных потерь. Когда турки отвергли условия крупных европейских стран, началась Русско-турецкая война, завершившаяся Сан-Стефанским мирным договором. В этом конфликте сербы, чуть поколебавшись, вступили в новую войну с Турцией, но на этот раз победили, освободив южные территории вплоть до Враня. Будучи победительницей, Россия диктовала условия перемирия османам в Сан-Стефано, и тогда впервые была признана независимость Сербии, которую подтвердил Берлинский конгресс.

Но проблемой тогда, как всегда, стали ожидания и неудачное разграничение на Балканах. По договору с Турцией Сербия впервые признавалась независимым государством, но в таких границах, которые не устраивали ни сербов, ни другие европейские государства. Так, в состав Большой Болгарии, которая была создана данным договором, должны были войти те территории, которые освободили сербские войска. Тогда сербы крайне разочаровались в России, которая на первое место ставила свои интересы, на второе — болгарские, а на самое последнее — сербские.

Берлинский конгресс пересмотрел решения, принятые в Сан-Стефано, но не потому что сербы или греки были недовольны, а потому что были затронуты интересы крупных европейских государств.

Первая мировая война. «Без русских нас не было бы», или «французы — лучшие союзники»

Мнение первое. Русский царь Николай Романов, памятник которому недавно установили в Белграде, вступил в войну с Австро-Венгрией (после того как она объявила войну Сербии), чтобы защитить сербский народ. Благодаря этому решению, Сербия не осталась один на один с врагом и не потерпела гарантированное поражение.

Мнение второе. Россия помогла нам в начале войны. Тут нет никаких сомнений в ее важной роли. Но считается, что в войну она вступила не из-за «любви Николая к сербам», а из-за того, что Россия должна была защитить свои интересы на Балканах. Также напоминают, что Россия «вышла» из войны в 1917 году и без союзников, прежде всего французов, сербской армии было бы намного труднее (или просто невозможно) освободить страну от оккупантов.

Павлович полагает, что ключевую роль играет начало войны, а не ее конец, то есть освобождение и, как подчеркивает историк, решительная позиция русского царя, которые не захотел бросить сербов одних сражаться с 12 раз превосходящими их силами Австро-Венгрии.

«В Первой мировой войне царская Россия поддержала Сербию, и если бы не она, то нас моментально разгромила бы Австро-Венгрия. В первые годы войны Российская империя оказала нам огромную помощь. Когда случилась революция, началась Гражданская война, жутким образом покончили с царской семьей, большевистская Россия оказалась на коленях. Она уже не оказывала помощи сербской армии, которая уже интегрировалась в союзнический балканский фронт.

20 век. Эра изменчивых отношений

Мнение первое. Отношения в 20 веке были изменчивыми, но виноват в этом Тито, коммунисты… На самом деле отношения сербов и русских не были отношениями «советов» и югославов.

Мнение второе. Отношения в 20 веке были изменчивыми. Это лишь свидетельствует о том, что русские в политике в отношении сербов руководствовались собственными интересами (будь то королевство или социалистическая республика).

«После Первой мировой войны Королевство Югославия было одним из немногих государств, не признавших новую власть большевиков, и осталось верно своей позиции вплоть до подписания соглашения с СССР, когда ожидалось, что Россия вступится за Сербию. Но Гитлер очень быстро ее „подмял». После войны СФРЮ и СССР, точнее Тито и Сталин, дистанцировались, и Югославия отвернулась от блока восточных стран. Для Запада это был шанс поддержать югославский режим в пику Сталину. С тех пор до наших дней, как мне кажется, США смотрели на Югославию, а теперь смотрят на Сербию через призму тех отношений сначала с СССР, а потом и с Россией», — полагает Павлович.

Историк Боян Дмитриевич утверждает, что опыт последних ста лет свидетельствует об изменчивости отношений между сербами и русскими.

«Прежде всего, нужно учесть, что раньше у нас были две большие страны: СССР и Югославия, и тогда отношения были в большей степени личные, нежели государственные. Кроме того, после Первой мировой войны в России произошла революция, что способствовало ухудшению отношений между нашими странами, и так продолжалось вплоть до Второй мировой войны», — говорит Боян Дмитриевич.

Президент Югославии Иосип Броз Тито и генсек ЦК КПСС Леонид Ильич БрежневОн утверждает, что в те годы СССР играл активную роль в смене власти в Югославии, что привело к налаживанию тесных связей между двумя странами. Однако в первые послевоенные годы у Сталина и Тито был личный конфликт, что привело к отдалению двух стран друг от друга. Антисоветские настроения на самом деле процветали у нас вплоть до завершения «холодной войны».

Начало конца. Охлаждение отношений после Второй мировой войны

«Югославия самостоятельно отвоевывала победу в войне, несмотря на помощь красноармейцев, проводила автономную политику на Балканах (это подтверждает и помощь грекам, которую Сталин не одобрял). В 1948 году Тито отказался ехать в Москву по приглашению Сталина, боясь, что его свергнут, как произошло тогда с болгарским лидером Георгием Димитровым», — рассказывает о ситуации в то время Игорь Новакович из Центра по международным делам и вопросам безопасности.

После отказа Тито происходит раскол с СССР, и внешняя политика Югославии в то время оказывается неопределенной. Отношения с Россией чуть теплеют только по прошествии десяти лет, когда Никита Хрущев приехал с визитом в Югославию. Тем не менее она не вошла в Варшавский договор.

Затем активизируется экономическое сотрудничество с Россией. Югославия тогда закупила советское оружие, в том числе МиГи, так как могла платить за них товарами, а не деньгами.

В середине 60-х годов проводится рыночная реформа, и Югославия оказывается между двумя блоками, востоком и западом, сохраняя свой вариант коммунизма, который был сформулирован в конце 70-х годов с принятием Закона о совместной работе.

Тогда Россия ослабла в экономическом и технологическом отношении и начала отставать от Запада, и тягаться с ним ей стало очень трудно, как объясняет наш собеседник.

После коренных изменений во власти политика Горбачева приводит к примирению с Западом, падению Берлинской стены и железного занавеса. Наконец рушится коммунизм, и к началу 90-х годов Восточная Европа открывается для Запада.

90-е. Разворот России к западу

Однако развал коммунизма привел к росту национализма, напоминает собеседник «Блица».

«Насильственный распад нашей страны привел к тому, что другие коммунистические страны проявили осторожность. Отсюда, например, так называемый бархатный распад Чехословакии. В тот период все были заняты внутренними проблемами. В тех условиях коммунистическая элита заигрывала с национализмом, чтобы остаться у власти, и самый показательный пример тут — Слободан Милошевич», — утверждает Новакович.

В России тогда то же самое делал Борис Ельцин, который к моменту путча против Горбачева в августе 1991 года уже работал в государственной администрации. Заняв высокую позицию во власти после путча, Ельцин портит отношения с Милошевичем, так как помнит, что югославский президент был единственным мировым лидером, который поддержал этот путч. Но попытка переворота так ослабила власть Горбачева, что вскоре первым человеком в России становится Ельцин, и плохие отношения с Милошевичем закрепились.

Восхождение Путина. «Большой брат из Москвы», или «царь, объезжающий свои владения»

Мнение первое. Россия не могла больше помогать Сербии во время войн в бывшей Югославии и во время бомбардировок НАТО, так как «была слабой» и возглавлял ее предатель Ельцин. Кроме того, не было русских, «кто знал, что с нами происходило». Теперь все надежды возлагаются на Путина, который поможет сербам исправить «историческую несправедливость». В экономике он поможет нам масштабными инвестициями, а Европа нам не нужна.

Мнение второе. Русские смотрели, как нас бомбардируют и даже пальцем не пошевелили. Россия выступает против независимости Косово, поскольку оккупировала Крым и таким образом защищает свои интересы. Вообще Россия не рискует, чтобы помочь Сербии! С экономической точки зрения Сербия не извлекает никакой особенной выгоды: Россия экспортирует нам свой газ по высокой цене, в Сербии она получила все, что хотела, и не дает Сербии экспортировать свои стратегические товары на льготных условиях.

«В 90-е годы прошлого века Россия отступила перед западными странами, поэтому в трудные для СФРЮ, то есть для Сербии, моменты российская помощь была не столь заметна. Изменения происходят только в последние 15 лет. С появлением Владимира Путина и укреплением России начались реальные улучшения в отношениях с Сербией, чему особо способствует сложившаяся на международной арене ситуация, а также давление, которому подвергается Сербия.

Разрушенный в результате авиаударов НАТО мост в городе Нови-Сад, Югославия. Май 1999Развороту России способствовала, в первую очередь, политика условий Запада и США. Немалую роль, несомненно, сыграли неоправдавшиеся ожидания, которые связывались с демократическими изменениями в 2000-х», — говорит Дмитриевич.

С другой стороны, Павлович полагает, что «русские не могут быть больше сербами, чем сами сербы, и не могут за нас принимать решения». Также, по его мнению, Россия не слишком заинтересована в Сербии с экономической точки зрения из-за ее небольших размеров.

«Конечно, Россия не разоряла нашу страну, но совсем другое дело, что мы связываем с ней слишком большие ожидания. Нас связывают действительно хорошие отношения, но что выйдет из всего этого, в том числе из экономического сотрудничества, о котором беспрестанно говорят, мы увидим в ближайшие дни и годы. У России есть свои интересы, а Сербия должна вписаться в эти интересы, помня о ее собственных важнейших национальных интересах и приоритетах», — полагает Павлович.

Ельцин стал президентом в 1991 году, воспользовавшись националистическими настроениями, и выступил за самостоятельность России и введение рыночной экономики. В том же году СССР распался.

Рассказывая об отношениях России и Сербии в то время, Новакович говорит, что во время своего президентства Ельцин пытался интегрировать Россию в западный мир, а в Балканах заинтересован не был. Его привлекала западная модель, инвестиции, приватизация, и Россия занималась своими внутренними делами.

В подтверждение того, насколько то время мы были безразличны русским, Новакович напоминает, что в Совете безопасности ООН Россия проголосовала за введение всех предложенных санкций против тогдашней Югославии.

Также стоит напомнить, что в 90-х приватизация в России была проведена плохо, и это привело к появлению магнатов и стремительному обнищанию народа. Почти одновременно с этими процессами началось экономическое сотрудничество с Югославией, основанное на экспорте газа и газификации.

«Некоторые источники утверждают, что Джордж Буш Младший на словах пообещал Ельцину, что НАТО никогда не будет расширяться на восток, и поэтому Россия чувствовала себя в безопасности и думала, что является союзником Запада», — говорит Новакович.

Однако в 1999 году Венгрия, Польша и Чехия вошли в Североатлантический альянс, и в том же году НАТО бомбардировал Югославию, что вызывало у россиян сомнения в Западе.

«Россия воспользовалась бомбардировками, чтобы укрепить свою внешнеполитическую позицию, и российский специальный представитель Виктор Черномырдин вместе с Мартти Ахтисаари приехали к Милошевичу с мирным договором, на который он согласился. В результате было подписано Кумановское соглашение и принята Резолюция 1244», — рассказывает Новакович.

В 1999 году Владимир Путин возглавил Россию, а после выборов в марте 2000 года официально стал президентом. После выборов в Сербии, с сентября 2000 года по октябрь, когда Милошевич наконец признал свое поражение, Путин предлагал себя в качестве посредника между конфликтующими сторонами, но его предложение отклонили.

«После пятого октября Сербия развернулась в сторону Европейского Союза и НАТО, и уже никто не обращал внимания на Россию как на союзника. Отношения с россиянами шли по наклонной, и мы не были заинтересованы в них», — рассказывает Новакович.

Он добавляет, что все изменилось в ходе кампании сербских властей примерно в 2007 году, когда Россию стали превозносить, а также навязывать ее участие в решении косовской проблемы.

И все-таки, как он признается, еще в начале 2000-х сербские власти начали «присматриваться» к Путину, которого считали человеком, способным изменить ситуацию в своей стране и действовать жестко. Со временем Россия расширила помощь Сербии в газово-нефтяном секторе и усилила свое влияние.

«Тем не менее наши интересы расходятся», — заключил Игорь Новакович.

Россия и сербы: как не стать соучастником грандиозного предательства

Владимир Зотов, 3 марта 2020, 19:59 — REGNUM Президент Сербии Александр Вучич недавно сообщил, что вскоре Запад выставит Сербии ультиматум по Косово, назвав его «план Ахтисаари плюс плюс». Вучич заявил, что ему доподлинно неизвестно содержание будущего предложения западных партнёров, однако при этом он выразил уверенность в том, что давление на Белград в вопросе признания независимости Косово будет усиливаться. В свойственной ему противоречивой манере президент Сербии охарактеризовал возможную инициативу США и ЕС как «что-то такое, что мы не сможем принять, но от чего нельзя было бы отказаться».

Иван Шилов © ИА REGNUM

Вучич пообещал не соглашаться на унижение Сербии

Сербская общественность взбудоражена. С того момента, когда Александр Вучич в 2017 году призвал граждан начать «внутренний диалог о Косово», она непрерывно ожидает скорого предательства в виде признания Белградом независимости южного сербского края. Стоит отметить, что Вучич с тех пор постоянно делает заявления по поводу будущего статуса Косово, суть которых сводится к тому, что Запад и косовские сепаратисты выставляют Сербии заведомо неприемлемые условия, однако что-либо с этим поделать и как-то изменить ситуацию она не может. Сербский лидер с завидной регулярностью акцентирует внимание именно на этом моменте — бессилии собственного государства перед волей крупных мировых игроков. Для носителей современной российской политической культуры такие высказывания звучат достаточно странно: мы здесь, в России, настолько привыкли к тому, что любое поражение, уступку и слив каждый раз пытаются выдать за громкую победу, что подобная граничащая с мазохизмом откровенность для нас несколько в диковинку. С одной стороны, Вучич высказывается в подобном ключе уже два года, но реальных шагов к признанию Косово Белград с тех пор не сделал. С другой — есть все основания полагать, что экономически и политически слабый нынешний сербский режим «партнёры» рано или поздно дожмут. Сербия так или иначе находится в полном враждебном окружении, практически все её соседи либо уже состоят в НАТО, либо вступят туда в обозримом будущем. Вероятность того, что Белград по крайней мере снимет возражения по вопросу вступления Косово в международные организации, в т.ч. в ООН, что по сути станет формой признания сепаратистского образования, весьма немалая. И в этом контексте одним из определяющих факторов является позиция России.

Как это часто бывает, она отличается двойственностью и противоречивостью. С одной стороны, РФ устами своих официальных представителей неоднократно заявляла, что в вопросе статуса Косово она неукоснительно придерживается Резолюции 1244 СБ ООН. С другой — так же неоднократно выражала намерение поддержать любую договорённость между Белградом и Приштиной, которая окажется приемлемой для сербской стороны. Но Резолюция 1244 однозначно объявляет Косово неотъемлемой частью Сербии, и если Белград согласится на любую форму окончательной сдачи края, то России придётся поддержать действия, которые напрямую противоречат этому документу. До сегодняшнего дня российские чиновники не смогли представить внятных объяснений по поводу того, как они намерены разрешить эту коллизию.

Александр Вучич на ежегодной конференции Американо-израильского комитета по общественным связям. 2 марта 2020 года, Вашингтон Predsednik.rs

Необходимо осознать, что позиция Москвы в вопросе Косово в любом случае будет носить определяющий характер не только для её дальнейшей политики в регионе, но и для многовековых отношений России и русских с Сербией и сербским народом. Младжан Джорджевич, в частности, писал, что Россия могла бы предотвратить потенциальное предательство сербских властей, которые, по его мнению, всерьёз нацелились на сдачу своего южного края. Однако тут, к сожалению, возможен и другой исход, который будет иметь без преувеличения катастрофические последствия для интересов Москвы в регионе.

Стоит напомнить, что в Сербии уже не первый год идут протесты против политики Вучича и его режима. Сейчас они пошли на убыль и перестали быть такими заметными, как раньше, особенно на фоне событий в Черногории, однако до конца не прекратились. Основными темами, которые волнуют протестующих, являются коррупция и требование справедливых выборов. Отдельные российские эксперты и СМИ практически сразу назвали происходящее очередным «майданом», обратив внимание на то, что значительную часть лидеров протестующих составляют представители бывших кабминов, считавшихся «прозападными». Судя по всему, официальная Москва поддержала эту точку зрения — в частности, сербскую оппозицию быстро начали отказываться принимать в российском посольстве и кремлёвских кабинетах, как бы закрыв глаза на то, что среди протестующих более чем хватает искренних сторонников сближения с Россией. Более того, по поводу Косово среди них наблюдается полный консенсус вне зависимости от политической ориентации — отказ от дальнейшего сепарирования края от метрополии безоговорочно поддерживают как «западники», так и «русофилы». Однако Россия раз за разом демонстрирует, что она признаёт лишь одну внутрисербскую силу — действующий режим. В частности, двери посольства РФ закрыты не только для активистов оппозиционного «Союза за Сербию», но и для представителей косовских сербов — прежде всего, потому, что они не поддерживают политическую линию официального Белграда, прекрасно понимая, что любой новый «компромисс по Косово» отразится на них самым непосредственным образом.

Косовские сербы: В посольстве РФ нас не принимают, чтобы не злить Вучича

Александр Вучич на встрече с Владимиром Путиным. 26 мая 2016 года, Москва Kremlin.ru

О том, что РФ всегда работает лишь с властями зарубежных стран, традиционно игнорируя общество и оппозицию, написаны сотни текстов. России вообще не свойственно разделять устремления властей и реальные национальные интересы того или иного государства. Происходящее между Россией и Сербией до боли напоминает белорусскую историю, когда Москва вкладывалась в одного-единственного партнёра — Александра Лукашенко, при этом стремительно теряя своих сторонников среди населения. В итоге Лукашенко, годами с энтузиазмом потреблявший дармовые российские ресурсы, со временем превратился в нешуточную угрозу. И к чему может привести такая линия, отчётливо видно не только на белорусском, но и на сербском примере.

Вучич регулярно даёт аудитории понять, что он пользуется полной поддержкой Москвы — и не без оснований. При этом для большинства сербских патриотов Россия остаётся единственной надеждой на сохранение Сербии в её нынешних границах. Несложно представить себе их реакцию, если вместо этого она вдруг окажется легитиматором окончательной сдачи Косово, которое будет воспринято всеми слоями сербского общества как безусловное национальное предательство.

И простым осуждением дело не ограничится. Если официальный Белград так или иначе узаконит независимый статус южного сербского края, пошедшие на спад протесты резко вспыхнут с новой силой. Только теперь в глазах протестующих, в числе которых сейчас вполне хватает убеждённых сторонников России, она станет пособником государственного преступления — особенно если её представитель действительно присоединится к переговорам по Косово, о чём недавно заявлял глава российской дипмиссии в Сербии Александр Боцан-Харченко. Само участие России в переговорах — факт вполне позитивный, сербской стороне можно и нужно помогать. Однако помогать ей нужно в деле сохранения Косово, а не его признания.

К тому же следует отметить, что положение главного «друга России» президента Вучича вряд ли можно назвать стабильным, и дело тут отнюдь не только в спорадических протестных акциях. В частности, есть основания полагать, что власти Сербии не до конца контролируют её территорию — уже не считая Косово. Постепенно зреют и крепнут «самостийные» тенденции в Воеводине, интересные дела творятся и в населённом мусульманами Рашском округе. Можно, например, вспомнить, как в 2018 году председатель Национального совета бошняков Сулейман Углянин пригласил посетить округ «министра иностранных дел Косово», сообщив, что власть Белграда на сербских мусульман не распространяется. Углянин — фигура достаточно маргинальная, однако сказать, что его мнение является чем-то эксклюзивным для бошнякской среды, нельзя. Также ряд экспертов считает, что сербский генштаб реально подчиняется не столько своему главнокомандующему, сколько европейским структурам НАТО, а в спецслужбах давно и плотно окопались американские и британские «коллеги».

Александр Вучич и Майк Помпео. 1 марта 2020 года, Вашингтон Predsednik.rs

Если власть Вучича падёт, то режим, пришедший ему на смену, не сочтёт нужным сохранять даже номинальный политес в отношениях с Москвой. Но даже если нынешняя власть сумеет сохранить себя, России придётся очень надолго, если не навсегда, распрощаться с любой претензией на влияние на сербское общество. Теряющий популярность режим, который при деятельной поддержке России признал независимость Косово — лучшего подарка западным партнёрам невозможно даже представить. Режимы приходят и уходят, а отношения между народами остаются. И какими будут эти отношения, сегодня самым непосредственным образом зависит от властей Российской Федерации.

Поэтому единственным здравым решением будет не следовать в фарватере политики официального Белграда, ассоциируя интересы Александра Вучича с интересами всего сербского общества. Позиция России должна быть очень простой: Косово было и остаётся частью сербского государства — вне зависимости от того, что об этом думают представители нынешней сербской власти. Единственным документом, определяющим статус региона, является Резолюция 1244. И, разумеется, Россия должна продолжить использовать право вето при любых попытках легализовать Косово в ООН и других международных структурах — даже если Вучич и его приближённые будут придерживаться иного мнения. Возможно, настало время побыть большими сербами, чем сами сербы.

Две сестры родные: Сербия и Россия

Сегодня с болью в сердце многие из нас вспоминают события десятилетней давности: 24 марта 1999 года началась варварская американская агрессия против Сербии. Более двух месяцев «Милосердный ангел» парил над территорией Югославии, сбрасывая на города и села бомбы и ракеты. У меня перед глазами стоят кадры репортажа из Белграда в Великую пятницу: война, бомбежка, а сербы идут прикладываться к плащанице. Потом была Пасха, и вновь из «христианской» Америки на христианскую Сербию летели бомбы с надписями » Happy Easter !».

Осенью 2001 года между мастер-классами семинара по византийскому искусству в Новом саду мы ходили по этому, университетскому, городку и часто слышали такие комментарии: «а вот эти мосты, их бомбили американцы», «а там погибли дети, но зачем было убивать детей?»…. Из Нового Сада я отправилась в Белград. Словно во сне, поднималась от вокзала к центру города по разбитой улице, похожей на кадры из советских фильмов о Великой Отечественной войне, только всё было наяву. В том же 2001 году на конференции по Средним векам в Будапеште я не удержалась и спросила почтенного американского профессора – «Ну как же вы могли бомбить Сербию бомбами с пожеланиями «Счастливой Пасхи?!» В ответ он рассмеялся, думаю, от неловкости: «that’s amazing, я ничего не слышал об этом».

А может быть, правда, кто-то ещё не слышал о том, что несколько тысяч мирных граждан было убито, свыше 6000 ранены во время 77 дней агрессии НАТО; разрушены около 60 храмов и монастырей, 66 мостов, 16 вокзалов, 7 аэродромов, уничтожено и повреждено несколько тысяч хозяйственных и жилищных объектов (обзор гражданских последствий агрессии НАТО и разрушений на территории Югославии с 24.03.1999 по 08.06.1999 см. http://www.kosovo.ws/archive/destrlist.htm). Впрочем, о статистике натовской агрессии в эти дни и недели напишут многие. А мне бы хотелось поговорить о другом, а именно о любви Сербии к России, явлении, аналогов в истории межнациональных отношений не имеющем.

Если кому-то из вас уже довелось побывать в Сербии, вы с вдохновением приметесь рассказывать о том, что «так нас, русских, нигде и никто не любит». «Нас и руса триста миллиона», – улыбаются сербы и добавляют, – «а без руса пола камиона» (т.е. «а без русских пол грузовика»). Вспоминаю свою первую встречу с таким к нам, русским, отношением. Осенью 2001 года мне предстояло изучить несколько греческих рукописей в Белградской Национальной Библиотеке. В день приезда в Белград я оставила вещи в университетском общежитии и пошла в гости, в семью одного сербского профессора. Вернулась поздно, ключи от комнаты были заперты у консьержки, которая ушла ночевать домой. Окраина незнакомого города, темнота, холодно, друзей никого (есть телефоны профессоров, но ни звонить же им в столь поздний час!). Растерянно я брела по улице. «Эй, о чем ты там задумалась?» Я подняла глаза. На меня, улыбаясь, смотрела девушка. Пришлось на смеси русского, сербского и английского объяснять. «Сейчас мы домой пойти не можем, потому что у нас встреча клуба гусляров, но мы постараемся сегодня закончить пораньше, ты устала». Далеко за полночь мы добрались домой, в скромное и теплое жилище на другой оконечности Белграда. А после целых три дня Мила Котлайя (кстати, единственная девушка – гусляр в Сербии!) за руку водила меня по городу – и в библиотеку, и кофе пить… и всё потому, что я была гостем из России.

Итак, Сербия и Россия. Три диалога о любви из радиопрограмм, записанных в разное время в разных местах.

Диалог первый со славистом, председателем сербско-русской дружбы, членом Союза писателей России Ильёй Михайловичем Числовым: «Больших друзей, чем сербы, у нас нет» (Москва, Россия)

— Илья Михайлович, чем Вы можете объяснить такую невероятную, ничем не заслуженную любовь сербов к России? Кажется, логического объяснения тут нет?!

— Если говорить о любви Сербии и сербов к России, то ни в одной другой славянской православной стране мы не встретим к себе такого тёплого, родного, несмотря на расстояния, отношения. Собственно, Россия, Украина, Белоруссия – это единое целое, поэтому мы не говорим о частях единой неделимой России. А вот если взять братские славянские народы, то у нас нет бОльших друзей и братьев, чем православные сербы. И так было на протяжении всей сербской истории.

Связь Сербии и России начинается ещё со святого Саввы. Величайший святитель братской сербской земли принял монашеский постриг на Афоне в русском монастыре святого Пантелеимона. Позднее существенными были два южнославянских влияния на Русь, затем поддержка Россией сербских братьев и совместная их борьба на поле боя. Во всех войнах, которые вела Россия, сербы были её союзниками. Если взять новейшую историю, то не в качестве противопоставления и не для того, чтобы упрекнуть в чём-то других наших православных братьев – болгар, но информации ради заметим, что Болгария в двух мировых войнах оказывалась во враждебном лагере (хотя, конечно, против русских болгары никогда бы воевать не стали, поэтому немцы их ни в Первую, ни во Вторую мировую войну на Восточный фронт не отправляли). Воевали против нас православные румыны; они не были жестоким врагом, но как факт – воевали. А вот сербы всегда были с нами и даже в Русско-японскую войну: за тридевять земель находилась Япония от сербских границ, но одно из тогдашних сербских государств, Черногория, объявило войну Японии. Во Вторую мировую войну сербы подняли восстание в Герцеговине, а затем и в других сербских краях, едва узнав о нападении Гитлера на Советский Союз, который всегда считали Россией. По своей наивности они думали, что придёт конец немецкой оккупации и на балканской земле, потому что уже через 3-4 дня здесь появятся русские танки. Заметьте, когда Гитлер 22 июня 1941-го года напал на Россию, вся Сербия поднялась на борьбу с оккупантами. Вот значение русского фактора в сербском сознании!

Христос на небе, Россия на земле

Сербы всегда осознавали себя щитом России, в том числе и в эту последнюю войну 1999-го года. Вспомните надписи на сербских домах во время бомбардировок Белграда – «Русские, не бойтесь, Сербия с вами!» Здесь, конечно, был ещё и элемент вызова, то, что в сербской традиции называется «пркосъ», одного корня с русским словом «наперекор». Сербы всегда шли «наперекор» современному миру иллюзий. Именно к ним относятся слова Христа: «Не бойся, малое стадо». Сербы всегда были малым стадом и отстаивали истинную веру, но при этом, как сказал один сербский писатель: «Мы, сербы, всегда верили в двух Богов – в Христа на небе и православную Россию на земле».

Это трепетное, благоговейное отношение Сербии к России существовало во все времена, даже когда российские власти оказывались для неё, мягко говоря, не лучшими друзьями.

— Даже предателями!

— Часто говорят о предательстве. Может быть, это и справедливо, хотя всегда нужно различать политиков и общество, государство и народ. Во времена Сталина и Тито политические отношения с Югославией (которую святитель Николай (Велимирович) называл величайшим сербским коллективным заблуждением) были очень плохими, но сербы всегда о России помнили, даже когда мы о сербах позабыли, и для нас существовала только Югославия и югославы. А сербы даже Советский Союз называли Россией. Именно тогда, во времена Тито, десятки тысяч сербов пострадали за свою верность России. Тито называл их сталинистами. Действительно, какой-то процент коммунистов среди них был. Большинство же составляли православные сербы, которые никогда не принадлежали к коммунистической партии, и выступали не за Сталина, а за Россию. Тито для того, чтобы скомпрометировать их, всех огульно записывал в сталинисты. И они страдали на Голом острове (аналог нашего ГУЛАГА, страшный концлагерь на одном из островов Адриатического моря), где тысячи людей умирали под палящим солнцем от непосильного труда и издевательств тюремщиков. Тогда в Югославии была развёрнута компания по борьбе с великосербским гегемонизмом, и любой серб мог стать её жертвой. Особенно это проявлялось на Косове. Интересно, что за несколько столетий турецкого ига православное сербское население всё-таки из Косова выдавлено не было, несмотря на турецкий и арнаутский террор, и составляло большинство ещё в 20-м веке. Но за несколько десятилетий господства в Югославии титовского богоборческого и антиславянского режима соотношение коренным образом изменилось. Именно тогда были заложены основы нынешней косовской трагедии. Тито и Моша Пияде сумели сделать то, что было не по плечу даже турецким насильникам.

Россия – подножие престола Господня

И каждый раз, везде и всегда, сербы вспоминали Россию. Взор косовских сербов был устремлён на Россию, а мы зачастую этого не видели и не понимали. Я должен со стыдом вспомнить такой эпизод из своей студенческой юности, когда мы посещали Косово ещё в советские времена. Это было уже после смерти Тито, но система ещё не сильно изменилась. В Призрене, в мечети, мы увидели человека, который пытался что-то сказать русским, а его всячески оттирали представители местной власти. Уже потом, спустя годы, я узнал, что мечеть эта была сложена из исполинских глыб разрушенного монастыря святых Архангелов, великой задужбины Душана Сильного, царя сербов и греков. И именно это хотел сказать серб людям из России, которые в то время не выделяли сербов в ряду других югославов. А они всегда о России помнили, даже тогда, когда титовский режим за одно упоминание России мог бросить их в застенки или сослать на Голый остров. Вот такое вот трепетное, благоговейное отношение, повторю ещё раз.

По словам сербского писателя: «Россия – подножие престола Господня», она была для них живым земным воплощением небесного идеала. Вот это отношение сербов к России, тем более, что никогда они не были от нас зависимы, не входили в единую социалистическую систему, не просились в состав Советского Союза. Хотя, с другой стороны, в новое время, когда Россия сама переживала и переживает не лучшие времена, и многие, в первую очередь, восточно-европейские страны (не народы, но их правительства), от неё отвернулись, сербы готовы были войти в состав союзных государств вместе с Россией и Белоруссией, аще возникнет таковое. Так что ничего не изменилось в Сербии со сменой власти. Нынешняя демократическая Сербия точно так же, как и Сербия Милошевича, точно так же, как Сербия под властью богоборческого режима Тито и Моши Пияде, синими очами Неманичей смотрит на свою старшую православную сестру Россию.

Диалог второй с тележурналистом Радмилой Войнович: «Всему миру светят русские, как ангелы» (Новый Сад, Сербия)

Впервые с Радмилой Войнович мы познакомились в монастыре Прасквица в Черногории. Однажды в жаркий день с моими спутниками зашли в прохладный византийский храм и попросили рассказать о нём находившуюся там сербку. Она начала свой рассказ, но быстро перешла на тему России. Вновь мы встретились уже в Новом Саду, где Радмила ведет православную рубрику на телевидении Нового Сада, пишет публицистические очерки.

— Вы часто пишете о небесной России…

— Всему миру русские светят, как ангелы. Сейчас кто-нибудь скажет: ну что она вообще говорит? как она это видит, то, что не видим мы? А я в России именно это вижу. Все православные сербы – духовные граждане Святой России. У всех нас духовный паспорт России как духовной миссии для спасения человечества. Вот так мы понимаем Россию. У нас Россию называют «мать», потому что она – наша духовная мать (я говорю то, что думает народ). Сейчас либеральные «ценности» портят людей. Мы ведь знаем, что человеку всегда легче спускаться вниз, к греху, чем подвизаться ко Господу, восходить дорогой духовной в Царство Небесное. Россия даёт небесные ценности всем народам, поэтому для нас ценно и важно, что русские люди, монахи приезжают к нам.

Приезжайте, помогите духовно нашему многострадальному и многогрешному народу! В России много священнослужителей, которые воспитывают народ для Царства Небесного. Господь даёт разные послушания в жизни, но не забывать о Боге – это самое главное послушание. Россия – учительница для всего мира в этом смысле. Люди у нас видят в России стремление к чистоте, поэтому так и любят её. Мы – форпост России, русские патриоты. Так нас учили наши предки: если человек православный, служит Богу, готов отдать жизнь за Него – он «русский».

Диалог третий с митрополитом Черногорским и Приморским Амфилохием: «Одна Церковь – одна душа» (Цетинье, Черногория)

В завещании ( 1830 г .) святого Петра Цетинского сказано: «Да будет проклят тот, кто покусится отвратить вас от верности благочестивой и христолюбивой России, и всякий из вас, черногорцев, кто пойдёт против единоплеменной и единоверной нам России». Вот основа нашего единства – единоверие!

— Знаете, владыка, наверное, каждый русский человек, который приезжает в Сербию и Черногорию ощущает их в каком-то смысле продолжением России, потому что чувствует себя здесь дома …

— Это и есть дух Церкви Божией, которым мы дышим и в Сербии, и в Черногории, и в России. Чем ближе мы к этому духу Церкви, тем ближе мы друг к другу. Церковь пробуждает любовь и преображает нас, становится основной причиной добрых отношений. С другой стороны существуют исторические связи, подлинные, глубинные, идущие от святых Кирилла и Мефодия – эта особая сближающая нас славянская стихия.

— Владыка, будучи семинаристом в Белграде, Вы учились у русских профессоров — эмигрантов, встречались со священниками и прихожанами русской церкви Святой Троицы? Какие воспоминания сохранились у Вас о них?

— С любовью вспоминаю своих милых профессоров: моего отца Павла, диакона, пусть мы и спорили иногда, но я ощущал, что он меня любит. Когда у меня были трудности (я уже окончил факультет), то понял, к кому надо обратиться за советом. Я написал ему письмо. И он мне сразу ответил. Сразу! Понял мою ситуацию. Отец Викентий преподавал у нас историю Церкви. Так он просто жил ею: рассказывал о Первом Вселенском Соборе, словно сам был его участником! И в Швейцарии я снова общался с русскими: помню отца Петра Парфёнова, царского офицера, владыку Антония (Бартошевича) и его брата Леонтия, они учились у нас, в Сербии, а потом были епископами Зарубежной Церкви. Владыка Антоний, когда видел меня, всегда шутил, вспоминая слова митрополита Иосифа из Закарпатья, сказанные между двумя войнами: «Мы – дураки сербы, и вы – сумасшедшие русские». Потом в Риме я встретился с Александром Солженицыным, его в то время выслали из страны, и подарил ему крестик с Афона со словами: «Александру-крестоносцу афонский крест». Потом он мне рассказал, что этот крест имел особую силу. Наш духовный отец архимандрит Иустин (Попович) исповедовался у митрополита Антония (Храповицкого), потом у отца Виталия Тарасьева в русской церкви Святой Троицы. Отец Виталий был в Белграде самым любимым священником и среди русских, и среди сербов.

— Владыка, на Ваш взгляд, в чём истоки столь сильной любви Сербии и России?

— Одна Церковь – одна душа. А страдания только помогают сблизиться нам, славянам, понять друг друга. Церковь Божия, словно печь, опаляя огнем Божиим, возрождает и исцеляет души. И дай Бог, чтобы расширялся и укреплялся дух всеправославный.

Фотографии А.М.Лидова, Л.Гачевой, А.Никифоровой.

В Сербии приступили к работе российские специалисты, приехавшие, чтобы бороться с распространением в стране коронавируса. Белград активно благодарит за содействие Россию и Китай, при этом демонстративно игнорируя помощь, которая идет из ЕС. С подробностями — корреспондент “Ъ” на Балканах Геннадий Сысоев.

87 российских специалистов вместе с техникой и медоборудованием в конце минувшей недели прибыли на 11 самолетах Ил-76 на авиабазу Батайница под Белградом. Операция была проведена Минобороны РФ оперативно. В четверг президент Сербии Александр Вучич сообщил согражданам: «Я только что переговорил по телефону с президентом России Владимиром Путиным, и завтра в 11:00 в Сербию прибудет первый «Ильюшин» с медоборудованием, аппаратами для искусственной вентиляции легких и всем остальным». Первый Ил-76 приземлился в Батайнице в пятницу в 14:40, последний, 11-й,— в 6:30 утра субботы.

В первых сообщениях правительства Сербии, которые опубликовали практически все СМИ страны, говорилось, что из России «прибыла помощь, включающая медоборудование, респираторы для ИВЛ, медикаменты и другие средства, а также восемь врачей и специалистов по дезинфекции объектов». Потом в сербском Минобороны уточнили: «В составе бригад из России — 1 генерал, 42 офицера, 42 младших офицера и 2 представителя Минздрава РФ во главе с начальником войск радиационной, химической и биологической защиты (РХБЗ) Западного военного округа генерал-майором Михаилом Чернышовым. Российские специалисты разделены на восемь медгрупп, в каждой — врач-терапевт, эпидемиолог, анестезиолог, медтехник и переводчик, оставшуюся часть делегации составляют эксперты РХБЗ. Прибыло также 16 спецавтомобилей для дезинфекции объектов и дорог, большое количество медоборудования, техники и защитных средств».

Российские специалисты приступили к работе в воскресенье. Как пояснили журналистам в сербском Минздраве, две бригады будут работать в Белграде, остальные — в Кикинде, Валево, Нише и Чуприи. В этих городах обстановка оценивается как наиболее сложная. Общее же число зараженных коронавирусом ежедневно увеличивается в Сербии на несколько сотен, республика заметно опережает по этим показателям другие балканские страны. Генерал-майор Чернышов пообещал сделать «все возможное, чтобы переломить ситуацию в Сербии с коронавирусом».

Российская помощь Сербии — ударная новость в большинстве сербских СМИ. Встречать первый самолет в Батайницу прибыли премьер Ана Брнабич, министр обороны Александр Вулин и посол РФ Александр Боцан-Харченко. «В то время, когда весь мир ждет помощи от России, Россия сделала выбор, оказав помощь Сербии и выделив нам средства, предназначенные для своих граждан»,— объявил глава сербского военного ведомства. А президент Сербии поместил в Instagram фото Ил-76 с надписью «Огромное спасибо президенту Путину и братскому российскому народу».

Не меньшую благодарность Сербия демонстрирует и в отношении Китая.

Белград уже несколько дней украшают огромные билборды с портретом лидера КНР Си Цзиньпина и надписью «Спасибо, брат Си». Когда в середине марта сербские власти осознали, что ситуация с коронавирусом в стране куда серьезнее, чем предполагалось, а средств борьбы с ним не хватает, они обратились за помощью в ЕС. Но там эпидемия бушевала уже вовсю и был введен мораторий на поставки медоборудования за пределы Евросоюза. «Европейская солидарность — это все сказки на бумаге!» — бросил Александр Вучич в обращении к нации, обратившись за помощью к Пекину. И в Сербию стали один за другим прибывать из Китая самолеты с медоборудованием и средствами защиты.

На днях Еврокомиссия объявила о выделении балканским странам €38 млн на борьбу с коронавирусом и еще €374 млн — на социально-экономическое восстановление региона. Основная часть этих средств предоставляется Сербии: €15 млн и €78,4 млн соответственно. Кроме того, в Брюсселе напомнили о €200 млн грантов и €250 млн кредитов, направленных в последние годы в сербское здравоохранение, без чего оно было бы куда менее подготовленным к борьбе с эпидемией. Однако в Белграде все эти жесты и напоминания оставили практически без внимания.

«Президент Сербии пытается использовать ситуацию с коронавирусом в своих целях,— говорит “Ъ” хорватский аналитик, комментатор издания Jutarnji list Влада Вурушич.— Александр Вучич убежден, что демонстративное игнорирование Брюсселя не осложнит отношений с ЕС, который продолжит помогать Сербии как кандидату на вступление. Зато от двух других мощных партнеров — Китая и России — можно извлечь немалую выгоду». Впрочем, по словам собеседника “Ъ”, такая тактика небезупречна. «Вучич сейчас пытается усидеть уже не на двух стульях, как прежде — российском и западном,— а на трех, включая китайский, а это куда рискованнее и небезопаснее,— предупреждает Влада Вурушич.— Такое балансирование не может продолжаться долго, и определяться в любом случае придется».

Коронавирус-2020 в мире

Последние данные о распространении и ущербе от заболевания — в хронике “Ъ”

Николич, Томислав

Президент Сербии

Президент Сербии с мая 2012 года. После вступления в должность президента оставил пост председателя Сербской прогрессивной партии, которую занимал с октября 2008 года. Ранее входил в Сербскую радикальную партию, в 2003-2008 годах был ее фактическим руководителем. Единственный депутат Скупщины Сербии, избиравшийся во все созывы парламента с 1992 года. В мае 2007 года стал первым избранным председателем Скупщины независимой Сербии, но пробыл на этом посту всего несколько дней. Трижды принимал участие в выборах президента Сербии: в ноябре 2003 года победил, но выборы были признаны несостоявшимися, в июне 2004 года и в феврале 2008 года лидировал в первом туре, но проигрывал выборы во втором туре. В сентябре 2000 года занял третье место в выборах президента Союзной республики Югославия. Имеет титул четнического воеводы.

Томислав Николич (Tomislav Nikolic) родился 15 февраля 1952 года в сербском городе Крагуевац Федеративной народной республики Югославия (с 1963 года — Социалистической федеративной республики Югославия) , . В том же городе он окончил строительное отделение технического училища , получив специальность инженера-строителя , , а потом поступил на юридический факультет, но бросил его в 1971 году , .

С 1971 года Николич работал на «стройках социализма» — занимался строительством дорог и туннелей , . Те, кто тогда работали с ним, описывают Николича как «проказника и пройдоху» . В 1978-1990 годах он возглавлял инвестиционное подразделение компании «22 декабря» («22.decembar») в Крагуеваце, а в 1990-1992 годах был техническим директором коммунальной службы города .

Политикой Николич занялся в начале 1990-х годов, во время кризиса и распада СФРЮ . Он был членом Народной радикальной партии Сербии, объединившуюся в феврале 1991 года с Сербским четническим движением. На их основе 23 февраля 1991 года была создана Сербская радикальная партия (СРП), которую возглавил Воислав Шешель , . Вскоре, через восемь месяцев, Николич стал первым заместителем председателя СРП , . Николич отзывался о Шешеле как о самом крупном интеллектуале, которого он встречал в жизни. Председатель СРП советовал Николичу, какие книги тот должен был прочитать в первую очередь, чтобы стать успешным политиком .

В 1992 году Николич впервые был избран в Скупщину (парламент) Сербии, заняв пост главы депутатской группы СРП , , . На тех выборах радикалов ожидал неожиданный успех: они заняли второе место, уступив лишь Социалистической партии Сербии Слободана Милошевича . С тех пор Николич неоднократно избирался депутатом сербского и союзного парламентов , , .

В 2000 году Николич принял участие в досрочных выборах президента Союзной республики Югославия . В июле 2000 года действующий президент СРЮ Милошевич, рассчитывая на поддержку населения после разрушительных бомбардировок НАТО, назначил проведение досрочных президентских выборов на сентябрь 2000 года , . Лидер СРП Шешель, который был в то время союзником Милошевича и занимал пост заместителя премьер-министра Сербии, решил выдвинуть кандидатом в президенты Николича , . По мнению экспертов, планировалось, что Николич отберет часть голосов у председателя Демократической партии Сербии Воислава Коштуницы — кандидата от коалиции Демократическая оппозиция Сербии , , . Правда за несколько дней до выборов СРП разорвала союз с Социалистической партией Сербии Милошевича .

СРП ушла в оппозицию. В 2001 или 2002 году был подписан тройственный пакт о сотрудничестве между СРП, украинской Прогрессивной социалистической партией Натальи Витренко и российской партией «Народная воля» Сергея Бабурина .

Николич оставался заместителем председателя СРП, но в феврале 2003 года фактически стал руководителем партии, после того как Шешель добровольно предстал пред международным судом и был отправлен в тюрьму Гаагского трибунала , , .

28 декабря 2003 года во внеочередных выборах в сербский парламент СРП под руководством Николича сумела повторить его успех, заняв первое место и получив 82 из 250 депутатских мандатов , , . Правда никто, даже Социалистическая партия Сербии (22 мандата), не захотел вступать с радикалами в коалицию , . В результате длительных переговоров правящая коалиция была создана Демократической партией Сербии Коштуницы (53 мандата), Демократической партией Бориса Тадича (37 мандатов), «Группой 17+» (34 мандата) и коалицией «Сербского движения сопротивления» и «Новой Сербии» (22 мандата) , .

Летом 2004 года Николич принял участие в очередных выборах президента Сербии . На этот раз они проходили по новым правилам: еще 26 февраля 2004 года сербский парламент отменил обязательный 50-процентный порог явки избирателей , . В первом туре выборов, состоявшемся 13 июня 2004 года, Николич стал лидером, набрав 30,7 процента голосов , , но 27 июня 2004 года заручился поддержкой всего лишь 45,4 процента избирателей и уступил победу также прошедшему во второй тур Тадичу (53,5 процента голосов) , , .

21 января 2007 года на очередных парламентских выборах партия Николича смогла повторить свой успех трехлетней давности и даже впервые одержала победу в Белграде . СРП Шешеля вновь заняла первое место, получив на этот раз 81 депутатский мандат. Второе место заняла Демократическая партия президента Тадича (64 мандат), а третье — Демократическая партия Сербии премьер-министра Коштуницы (47 мандатов). В течение трех месяцев парламент должен был сформировать новое правительство. При этом от выбора Коштуницы зависело, будет ли новая коалиция демократической или националистической. Демократическая партия Сербии могла объединиться как с СРП и Социалистической партией Сербии (16 мандатов), так и с партией Тадича и «Группой 17+» (19 мандатов) , , , .

После того как за три месяца партии Тадича и Коштуницы не смогли договориться о разделе постов в новом правительстве и коалиция не была создана, президент обвинил премьер-министра в провале переговоров , . В ответ на это Коштуница заявил, что его партия готова поддержать кандидатуру Николича на пост спикера сербского парламента .

8 мая 2007 года Николич был избран председателем парламента Сербии. За это решение проголосовали 142 депутата , . Так Николич стал первым избранным спикером Скупщины независимой Сербии (до 5 июня 2006 года республика входила в государственное объединение Сербии и Черногории , ). После того как Тадич пригрозил распустить парламент и объявить новые выборы , президент и премьер-министр в ночь на 11 мая 2007 года все же договорились о формировании демократической коалиции и правительства. Узнав о достигнутом соглашении, 13 мая 2007 года Николич добровольно ушел в отставку с поста спикера сербского парламента , , , , , , .

20 января 2008 года Николич вновь в первом туре опередил остальных претендентов на пост президента Сербии , . Он набрал набрал 39,99 процентов голосов избирателей, а его основной конкурент Тадич — 35,39 процента голосов. Второй тур выборов состоялся 3 февраля 2008 года . По мнению экспертов, исход кампании во многом зависел от позиции Коштуницы , правда сам премьер-министр и лидер Демократической партии Сербии заявил, что не будет поддерживать ни одного из кандидатов . 3 февраля 2008 года Николич, по предварительным данным, набрал 47,71 процента голосов избирателей и вновь уступил победу Тадичу, получившему 50,57 процентов голосов граждан Сербии, пришедших на избирательные участки .

11 мая 2008 года в Сербии состоялись досрочные парламентские выборы, на которых СРП, по предварительным данным, набрала 28,57 процента голосов, уступив лишь коалиции «За европейскую Сербию — Борис Тадич», получившей 36,69 процента , , . В итоге СРП прошла в Скупщину с результатом 29,45 процента, что соответствует 78 мандатам, а победила на выборах получившая 102 депутатских мандата коалиция «За европейскую Сербию — Борис Тадич» .

В начале июля 2008 года Демократическая партия Сербии Тадича и Социалистическая партия, возглавляемая Ивицей Дачичем (Ivica Dacic), сформировали коалицию, получив таким образом абсолютное большинство в сербском парламенте . После объединения парламент Сербии утвердил состав нового правительства страны. Новым премьер-министром Сербии стал бывший министр финансов, представитель президентской Демократической партии Мирко Цветкович (Mirko Cvetkovic) .

7 сентября 2008 года Николич покинул посты заместителя лидера СРП и председателя ее фракции в Скупщине. Поводом для этого стал отказ партийного руководства поддержать ратификацию в парламенте ранее подписанного Сербией и Европейским союзом Соглашения о стабильности и ассоциации, за которую ратовал Николич . После отставки он создал в Скупщине новую депутатскую группу «Вперед, Сербия!». 12 сентября Николич был исключен из СРП . В том же месяце он сообщил о намерении создать более умеренную партию , .

21 октября 2008 года на учредительном съезде новой Сербской прогрессивной партии (СПП) Николич был избран ее председателем . Во фракцию партии Николича в Скупщине вошли около двадцати депутатов .

В качестве лидера СПП Николич, в частности, сотрудничал с проправительственными силами России и Белоруссии. В октябре 2010 года он подписал с Борисом Грызловым соглашение о сотрудничестве между СПП и партией «Единая Россия» . В январе 2011 года Николич присутствовал на очередной инаугурации президента Белоруссии Александра Лукашенко и поддержал итоги белорусских президентских выборов 2010 года , признанные сомнительными многими европейскими странами .

В феврале и апреле 2011 года Николич выступил в качестве одного из организаторов массовых выступлений в Белграде, которые собирали, по разным данным, от 50 тысяч до 120 тысяч человек, требовавших проведения досрочных выборов в Скупщину , , .

6 мая 2012 года в Сербии состоялись досрочные президентские и очередные парламентские выборы. Николич вышел во второй тур голосования с небольшим отрывом от лидера президентской гонки Тадича: он получил 25 процентов голосов, а Тадич — 25,4 процента. По результатам парламентских выборов коалиция, ведущую роль в которой играла Сербская прогрессивная партия, получила 24 процента голосов, а Демократическая партия — 22 процента , . Во втором туре выборов, состоявшемся 20 мая, по предварительным данным, победил Николич, набрав около 50 процентов голосов. В тот же день Тадич признал свое поражение , . 24 мая Николич сложил с себя полномочия председателя СПП, до следующего съезда руководить партией должен был Александр Вучич (Aleksandar Vucic), ранее — зампред партии . 31 мая 2012 года Николич официально вступил в должность президента Сербии , .

Николич написал несколько книг, преимущественно о политике . Он имеет титул четнического воеводы . Любимая книга Николича — «Тихий Дон» Михаила Шолохова .

Николич женат. У него с супругой Драгицей двое сыновей — Радомир и Бранислав . В отличии от своих детей, Николич знает русский, но не английский язык . В молодости Николич увлекался группами The Beatles и The Rolling Stones, пел под гитару и писал стихи .

Использованные материалы

Gordana Filipovic, Misha Savic. Nikolic Sworn in as Serb President, Pushes for Cabinet Talks. — Bloomberg, 31.05.2012

Matt Robinson. Serbia’s Nikolic takes office, rival bids for govt. — Reuters, 31.05.2012

Nikolic resigns, Vucic to head SNS. — Tanjug, 24.05.2012

Tomislav Nikolic beats Boris Tadic in Serbia run-off. — BBC News, 21.05.2012

Neil Buckley. Populist wins Serbian presidential poll. — The Financial Times, 20.05.2012

Electoral commission to release final results. — B92, 10.05.2012

Николай Соколов. Демократ Тадич лидирует на выборах президента Сербии. — РИА Новости, 06.05.2012

Антиправительственные протесты в Сербии собрали 50 тысяч человек. — Голос Америки, 16.04.2011

В Белграде проходит многотысячный оппозиционный митинг. — Сеница.ру, 16.04.2011

Сербская оппозиция грозит гражданским неповиновением. — BBC News, Русская служба, 05.02.2011

Политику белорусского государства определяет народ — сербский политик. — БЕЛТА, 21.01.2011

Мовсун Гаджиев. Большинство президента Лукашенко признано подавляющим. — Коммерсантъ, 22.12.2010. — №237 (4537)

Nikolic elected Serbian Progressive Party president. — HINA, 21.10.2008

Ex-Serbian Radicals’ deputy leader to form new party. — B92, 24.09.2008

Николай Соколов. Экс-лидер сербских радикалов Николич создаст новую политическую партию. — РИА Новости, 24.09.2008

Михаил Ямбаев. Окончательный раскол в Сербской радикальной партии. — Русская линия, 13.09.2008

Николич ушел из Сербской радикальной партии. — Взгляд, 07.09.2008

Елена Пацар. Президент подменяет премьера. — Взгляд, 07.07.2008

Pro-Western groups, Milosevic’s party sign coalition agreement. — The Associated Press, 04.07.2008

Николай Соколов. Объявлены окончательные результаты парламентских выборов в Сербии. — РИА Новости, 21.05.2008

На выборах в Сербии побеждают демократы. — ИА Росбалт, 12.05.2008

Марко Р. Петрович. Победио Борис Тадич. — Politika.co.yu, 04.02.2008

В. Коштуница не поддержит кандидатуру Б.Тадича в ходе второго тура президентских выборов в Сербии. — Прайм-ТАСС, 31.01.2008

В первом туре выборов президента Сербии победил Николич. — Русский Newsweek, 23.01.2008

Tomislav Nikolic. — B92, 21.01.2008

Михаил Ямбаев. Томислав Николич — главное действующее лицо выборов Президента Сербии. — Srpska.Ru, 18.01.2008

Томислав Николич. — Srpska.Ru, 31.12.2007

Народная скупщина Сербии избрала нового председателя. — Утро.Ru, 23.05.2007

Биляна Чпаяк. Политический портрет: Томислав Николич. — Politika.co.yu (пер. Srpska.Ru), 21.05.2007

Скупщина успела утвердить новое правительство Коштуницы. — Газета.Ru, 16.05.2007

Геннадий Сысоев. Сербские националисты просели между двух кресел. — Коммерсантъ, 15.05.2007. — №81 (3657)

Николай Пасхин. Парламент Сербии должен утвердить новое правительство страны. — РИА Новости, 15.05.2007

Катерина Лабецкая. Вкривь и в Косово. — Время новостей, 14.05.2007. — №80

Геннадий Сысоев. Сербский парламент проголосовал против Европы. — Коммерсантъ, 10.05.2007. — №78 (3654)

Демократическая партия Сербии готовится к новым выборам. — Srpska.Ru, 23.04.2007

Николай Пасхин. Парламент Сербии обсудит позицию Белграда по статусу Косово. — РИА Новости, 14.02.2007

Александр Мироненко. Конституционная юстиция на рубеже тысячелетий. — Закон и бизнес, 10.02.2007. — №6 (786)

Павел Кандель. Сербский остров в Европе. — Огонек, 29.01.2007. — №5 (4981)

Илья Вукелич. Сербия останется демократической. — Независимая газета, 23.01.2007. — №12 (3978)

Михаил Зыгарь. Серб и молот. — Коммерсантъ, 22.01.2007. — №6 (3582)

Сербия и Черногория. — Всемирный исторический проект (whp057.narod.ru), 08.06.2006

Константин Чугунов. Сербия получила «шефа». — Российская газета, 29.06.2004. — №3513

Сербия и Литва не смогли выбрать президентов. — РБК, 14.06.2004

Первый круг президентских выборов в Сербии не выявил победителя. — Полит.ру, 13.06.2004

Константин Качалин. Человек, которого боится Европа. — Родная газета, 11.06.2004. — №22 (57)

Владимир Белоусов. Сербия принимает ставки. — Парламентская газета, 27.05.2004. — №95 (1467)

Геннадий Сысоев. Тайна сербского Кеннеди. — Коммерсантъ, 12.03.2004. — №44 (2883)

Сергей Рябикин. Милошевич покидает соцпартию, чтобы примкнуть к радикалам. — РИА Новости, 08.03.2004

Елена Гуськова. Новые выборы или «внешнее управление». — Независимая газета, 19.01.2004. — №7 (3120)

Сергей Романенко. Точка возврата. — Новое время, 07.12.2003. — №49

Юлия Петровская. Союзники Милошевича лидировали. — Независимая газета, 18.11.2003

Драган Стойкович. Сербия: Президента опять не избрали. — Tol.cz, 09.12.2002

Хроника того, чего не будет в Беларуси. — БелГазета, 06.08.2001. — №30 (296)

Владлен Сироткин. Бархатный невроз. — Персона, 01.12.2000. — №6 (18)

Милан Милошевич. Портрет потомка воевод. — Новое время, 22.10.2000. — №42

Андрей Шарый. «Бульдозерная революция». — Радио Свобода, 16.10.2000

Михаил Тульский; Олег Недумов. Сербская церковь против Милошевича. — НГ-Религии, 11.10.2000

Александр Куранов. «Я — обыкновенный серб». — НГ-Фигуры и лица, 05.10.2000. — №16 (58)

Петр Власов; Михаил Чернов. Больной человек Европы. — Эксперт, 02.10.2000

Милошевич теряет союзников. — Время новостей, 15.09.2000. — №126 (126)

Два Воислава и Слободан. — Белорусская деловая газета, 08.09.2000. — №833

Геннадий Сысоев. Милошевич возвысил фашиста Шешеля. — Коммерсантъ, 26.03.1998. — №52 (1455)

Политическая история Сербии и Черногории. — Association Franco-Slave des Etudiants 92 (afse92.com)

Георгий Ильин. Сербия между иллюзиями и здравым смыслом. — Деловые люди. — №191, 2007

Синиша Шикман. Идеальная революция — без насилия к переменам. — Неприкосновенный запас. — №1 (33), 2004

Елена Гуськова. Парламентаризм в Югославии. — Демократизация и парламентаризм в Восточной Европе. — М.: ИНИОН, 2003