Разгром Франции Германией

«Железный канцлер» Отто фон Бисмарк


200 лет назад, 1 апреля 1815 года, родился первый канцлер Германской империи Отто фон Бисмарк. Этот германский государственный деятель вошёл в историю как создатель Германской империи, «железный канцлер» и фактический руководитель внешней политики одной из величайших европейских держав. Политика Бисмарка сделала Германию ведущей военно-экономической державой Западной Европы.
Юность
Отто фон Бисмарк (Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк-Шёнхаузен) родился 1 апреля 1815 года в замке Шенхаузен в Бранденбургской провинции. Бисмарк был четвертым ребенком и вторым сыном ротмистра в отставке мелкопоместного дворянина (их в Пруссии называли юнкерами) Фердинанда фон Бисмарка и его жены Вильгельмины, урожденной Менкен. Род Бисмарка принадлежал к старинному дворянству, происходившему от рыцарей-завоевателей славянских земель на Лабе-Эльбе. Бисмарки прослеживали свою родословную вплоть до правления Карла Великого. Поместье Шенхаузен находилось в руках семьи Бисмарков с 1562 года. Правда, род Бисмарков не мог похвастаться большим богатством и не принадлежал к числу крупнейших землевладельцев. Бисмарки издавна служили правителям Бранденбурга на мирном и военном поприщах.
От отца Бисмарк наследовал жесткость, решительность и силу воли. Род Бисмарков входил в число трех наиболее самоуверенных семейств Бранденбурга (Шуленбурги, Альвенслебены и Бисмарки), их ещё Фридрих Вильгельм I в своем «Политическом завещании» назвал «скверными, непокорными людьми». Мать была из семьи государственных служащих и принадлежала к среднему классу. В этот период в Германии шел процесс сращивания старой аристократии и нового среднего класса. От Вильгельмины Бисмарк получил живость ума образованного буржуа, тонкую и чувствительную душу. Это сделало Отто фон Бисмарка весьма неординарной личностью.
Детство Отто фон Бисмарк провел в родовом поместье Книпхоф под Наугардом, в Померании. Поэтому Бисмарк любил природу и сохранил чувство связи с ней всю жизнь. Образование получал в частной школе Пламана, гимназии Фридриха Вильгельма и гимназии Цум Грауэн Клостер в Берлине. Последнюю школу Бисмарк закончил в 17 лет в 1832 году, сдав экзамен на аттестат зрелости. В этот период Отто больше всего интересовала история. Кроме того, он увлекался чтением иностранной литературы, хорошо изучил французский язык.
Затем Отто поступил в Геттингенский университет, где изучал право. Учёба тогда привлекала Отто мало. Он был человеком сильным и энергичным, и получил славу гуляки и драчуна. Отто участвовал в дуэлях, в различных проделках, посещал пивные, волочился за женщинами и играл на деньги в карты. В 1833 года Отто перешёл в Новый столичный университет в Берлине. В этот период Бисмарк интересовался в основном, кроме «проделок», международной политикой, причем область его интересов выходила за пределы Пруссии и Германского союза, рамками которых было ограничено мышление подавляющего большинства молодых дворян и студентов того времени. При этом у Бисмарка было высокое самомнение, он видел себя великим человеком. В 1834 году он писал другу: «Я стану или величайшим негодяем, или величайшим преобразователем Пруссии».

Однако хорошие способности позволили Бисмарку успешно завершить обучение. Перед экзаменами он посещал репетиторов. В 1835 году получил диплом и стал работать в Берлинском муниципальном суде. В 1837-1838 гг. служил чиновником в Аахене и Потсдаме. Однако быть чиновником быстро ему наскучило. Бисмарк решил оставить государственную службу, что шло вразрез с волей родителей, и было следствием стремления к полной самостоятельности. Бисмарк вообще отличался тягой к полной воле. Карьера чиновника его не устраивала. Отто говорил: «Моя гордость требует от меня повелевать, а не исполнять чужие приказания».

Бисмарк, 1836 год
Бисмарк-помещик
С 1839 года Бисмарк занимался обустройством своего поместья Книпхоф. В этот период Бисмарк, как и его отец, решил «жить и умереть в деревне». Бисмарк самостоятельно изучил бухгалтерию и сельское хозяйство. Проявил себя умелым и практичным землевладельцем, который хорошо знал как теорию сельского хозяйства, так и практику. Ценность померанских поместий увеличилась более чем на треть за девять лет, когда ими управлял Бисмарк. При этом три года выпали на сельскохозяйственный кризис.
Однако Бисмарк не мог быть и простым, хоть и умным, помещиком. В нём таилась сила, которая не давала ему спокойно жить в сельской местности. Он по-прежнему картежничал, иногда за вечер спускал всё, что удавалось скопить месяцами кропотливого труда. Водил кампанию с дурными людьми, пил, совращал дочерей крестьян. За буйный нрав его прозвали «бешеный Бисмарк».
Одновременно Бисмарк продолжал самообразование, читал работы Гегеля, Канта, Спинозы, Давида Фридриха Штрауса и Фейербаха, изучал английскую литературу. Байрон и Шекспир увлекали Бисмарка больше, чем Гёте. Английская политика весьма интересовала Отто. В интеллектуальном отношении Бисмарк на порядок превосходил всех окружающих его помещиков-юнкеров. Кроме того, Бисмарк — помещик участвовал в местном самоуправлении, был депутатом от округа, заместителем ландрата и членом ландтага провинции Померания. Расширял горизонты своего знания с помощью путешествий в Англию, Францию, Италию и Швейцарию.
В 1843 в жизни Бисмарка произошёл решительный поворот. Бисмарк свел знакомство с померанскими лютеранами и познакомился с невестой своего друга Морица фон Бланкенбурга, Марией фон Тадден. Девушка была тяжело больна и умирала. Личность этой девушки, ее христианские убеждения и стойкость характера во время болезни поразили Отто до глубины души. Он стал верующим человеком. Это сделало его убежденным сторонником короля и Пруссии. Служение королю означало для него служение Богу.
Кроме того, произошел коренной поворот в его личной жизни. У Марии Бисмарк познакомился с Иоганной фон Путткамер и попросил её руки. Брак с Иоганной вскоре стал для Бисмарка главной его жизненной опорой, вплоть до её смерти в 1894 году. Свадьба состоялась в 1847 году. Иоганна родила Отто двух сыновей и дочь: Герберта, Вильгельма и Марию. Самоотверженная супруга и заботящаяся мать способствовала политической карьере Бисмарка.

Бисмарк с супругой
«Бешеный депутат»
В этот же период Бисмарк приходит в политику. В 1847 году он был назначен представителем остэльбского рыцарства в Объединенном ландтаге. Это событие было началом политической карьеры Отто. Его деятельность в межрегиональном органе сословного представительства, который в основном контролировал финансирование строительства Остбана (дороги Берлин-Кенигсберг), в основном состояла из произнесения критических речей направленных против либералов, которые пытались сформировать настоящий парламент. Среди консерваторов Бисмарк пользовался репутацией активного защитника их интересов, который способен, не особо углубляясь в предметную аргументацию, устроить «фейерверк», отвлечь внимание от предмета спора и возбудить умы.
Противодействуя либералам, Отто фон Бисмарк способствовал организации различных политических движений и газет, включая «Новую прусскую газету». Отто стал депутатом нижней палаты парламента Пруссии в 1849 году и Эрфуртского парламента в 1850 году. Бисмарк тогда был противником националистических устремлений немецкой буржуазии. Отто фон Бисмарк видел в революции лишь «алчность неимущих». Своей главной задачей Бисмарк считал необходимость указывать на историческую роль Пруссии и дворянства как основной движущей силы монархии, и защиту существующего социально-политического порядка. Политические и социальные последствия революции 1848 года, охватившей значительную часть Западной Европы, оказали глубокое влияние на Бисмарка и укрепили его монархические взгляды. В марте 1848 г. Бисмарк даже собирался совершить со своими крестьянами марш на Берлин, чтобы покончить с революцией. Бисмарк занимал ультраправые позиции, будучи радикальнее даже монарха.
В это революционное время Бисмарк выступил в качестве ярого защитника монархии, Пруссии и прусского юнкерства. В 1850 году Бисмарк выступил против федерации германских государств (с Австрийской империей или без неё), так как считал, что это объединение только укрепит революционные силы. После этого король Фридрих Вильгельм IV по рекомендации генерал-адъютанта короля Леопольда фон Герлаха (он был руководителем ультраправой группы в окружении монарха) назначил Бисмарка посланником Пруссии при Германском союзе, в бундестаге, заседавшем во Франкфурте. При этом Бисмарк оставался также депутатом прусского ландтага. Прусский консерватор настолько яростно дискутировал с либералами по поводу конституции, что даже устроил дуэль с одним из их лидеров, Георгом фон Винке.
Таким образом, в 36 лет Бисмарк занял важнейший дипломатический пост, который мог предложить прусский король. После недолгого пребывания во Франкфурте Бисмарк понял, что дальнейшее объединение Австрии и Пруссии в рамках Германского союза больше невозможно. Стратегия австрийского канцлера Меттерниха, пытающегося превратить Пруссию в младшего партнера империи Габсбургов в рамках «Средней Европы» во главе с Веной, провалилась. Противостояние Пруссии и Австрии в Германии во время революции приобрело явный характер. Тогда же Бисмарк начал приходить к выводу, что война с Австрийской империей неизбежна. Только война сможет решить будущее Германии.

Во время Восточного кризиса, ещё до начала Крымской войны, Бисмарк в письме к премьер-министру Мантейфелю высказал опасение, что политика Пруссии, которая колеблется между Англией и Россией, в случае уклонения в сторону Австрии, союзника Англии, может привести к войне с Россией. «Я бы поостерегся, — отмечал Отто фон Бисмарк, — в поисках защиты от бури причалить наш нарядный и прочный фрегат к старому, источенному червями военному кораблю Австрии». Он предлагал разумно использовать этот кризис в интересах Пруссии, а не Англии и Австрии.
После завершения Восточной (Крымской) войны Бисмарк отмечал крах основанного на принципах консерватизма союза трех восточных держав — Австрии, Пруссии и России. Бисмарк видел, что разрыв между Россией и Австрией продлится долго и, что Россия будет искать союза с Францией. Пруссия же должна была, по его мнению, избегать возможных противостоящих друг другу союзов, и не позволить Австрии или Англии вовлечь её в антирусский союз. Бисмарк все более занимал антианглийские позиции, выражая свое недоверие в возможность продуктивного союза с Англией. Отто фон Бисмарк отмечал: «Безопасность островного расположения Англии облегчает ей отказ от континентального союзника и позволяет бросить его на произвол судьбы, в зависимости от интересов английской политики». Австрия же, если станет союзником Пруссии, будет стараться решать свои проблемы за счёт Берлина. Кроме того, Германия оставалась областью противостояния Австрии и Пруссии. Как писал Бисмарк: «Согласно политике Вены, Германия слишком тесна для нас двоих … мы оба возделываем одну и ту же пашню…». Бисмарк подтвердил свой более ранний вывод, что Пруссии придется сражаться против Австрии.
По мере того как Бисмарк совершенствовал свои знания в дипломатии и искусстве государственного управления, он всё больше удалялся от ультраконсерваторов. В 1855 и 1857 гг. Бисмарк нанес «разведывательные» визиты французскому императору Наполеону III и пришел к мнению, что это менее значительный и опасный политик, чем считали прусские консерваторы. Бисмарк порвал с окружением Герлаха. Как говорил будущий «железный канцлер»: «Мы должны оперировать реалиями, а не вымыслами». Бисмарк считал, что Пруссии нужен временный союз с Францией, чтобы нейтрализовать Австрию. По словам Отто, Наполеон III де-факто подавил революцию во Франции и стал легитимным правителем. Угроза же другим государствам с помощью революции — это теперь «излюбленное занятие Англии».
В результате Бисмарка стали обвинять в измене принципам консерватизма и бонапартизме. Бисмарк отвечал врагам, что «… мой идеал политика — непредвзятость, независимость в принятии решений от симпатий или антипатий к чужим государствам и их правителям». Бисмарк видел, что стабильности в Европе больше угрожает Англия, с её парламентаризмом и демократизацией, чем бонапартизм во Франции.
Политическая «учёба»
В 1858 году брат короля Фридриха Вильгельма IV, который страдал расстройством психики, принц Вильгельм, стал регентом. В результате политический курс Берлина изменился. Период реакции был завершен и Вильгельм провозгласил «Новую эру», демонстративно назначив либеральное правительство. Возможности Бисмарка влиять на политику Пруссии резко упали. Бисмарка отозвали с франкфуртского поста и, как он сам с горечью отметил, отправили «на холод на Неве». Отто фон Бисмарк стал посланником в Петербурге.
Петербургский опыт весьма помог Бисмарку, как будущему канцлеру Германии. Бисмарк сблизился с российским министром иностранных дел князем Горчаковым. Позже Горчаков окажет помощь Бисмарку в деле изоляции сначала Австрии, а затем Франции, что сделает Германию ведущей державой в Западной Европе. В Петербурге Бисмарк поймет, что Россия по-прежнему занимает ключевые позиции в Европе, несмотря на поражение в Восточной войне. Бисмарк хорошо изучил расстановку политических сил в окружении царя и в столичном «свете», и понял, что положение в Европе даёт Пруссии отличный шанс, который выпадает очень редко. Пруссия могла объединить Германию, став её политическим и военным ядром.
Деятельность Бисмарка в Петербурге была прервана из-за серьёзной болезни. Около года Бисмарк лечился в Германии. Он окончательно порвал с крайними консерваторами. В 1861 и 1862 гг. Бисмарка дважды представляли Вильгельму как кандидата на пост министра иностранных дел. Бисмарк изложил свой взгляд на возможность объединения «неавстрийской Германии». Однако Вильгельм не решился назначить Бисмарка министром, так как тот производил на него демоническое впечатление. Как писал сам Бисмарк: «Он счел меня более фанатичным, чем я был на самом деле».
Но по настоянию покровительствовавшего Бисмарку военного министра фон Роона король все же решил направить Бисмарка «на учебу» в Париж и Лондон. В 1862 году Бисмарк был направлен посланником в Париж, но пробыл там недолго.
Продолжение следует…

Объединение Германии и Отто фон Бисмарк: новый мир эпохи империализма

Священная Римская империя – древняя держава, созданная еще в Раннее Средневековье германскими племенами, хотя просуществовала много веков, никогда не отличалась сильным внутренним единством. Свободолюбивый дух потомков древних германцев, которые в имперскую эпоху осознали себя единым немецким народом, побуждал отдельные земли и провинции стремиться к большей самостоятельности, праву устраивать свою внутреннюю жизнь, не оглядываясь на волю императора и римского папы. В XVI – XVII вв. ее сотрясали религиозные войны между католическим и протестантским населением. Когда в начале XIX в. последний ее император Франц II отказался от своей короны, это было лишь формальным шагом: на самом деле давно уже все германские земли жили каждая по своим законам, под своей властью, со своей армией, каждая выстраивала свою внешнюю политику, как сама считала нужным. Только Австрия на юге и Пруссия на севере из всех осколков Священной Римской империи сохранили достаточные для ведения весомой внешней политики в Европе мощь и влияние. Остальные многочисленные немецкие государства страдали от экономической конкуренции более мощных стран Европы, имевших выход на рынки мировой торговли, и то и дело испытывали политическое давление со стороны ведущих держав: Франции, России и своих вчерашних собратьев Пруссии и Австрии.

Особенно страдала от гегемонии сильных государств Европы немецкая буржуазия. У маленьких немецких государств не было колоний, откуда можно было бы черпать сырье для промышленности, большинство их не имело выхода к морю, а за провоз товара через множество границ приходилось платить большие таможенные пошлины. Объединение германских земель решало бы большинство проблем немецких предпринимателей: отпала бы необходимость платить пошлины за провоз товара многочисленным немецким князьям – герцогам и курфюрстам, соединившись с приморскими землями, можно было бы успешно осуществлять морскую торговлю. Однако долгие десятилетия буржуазия испытывала сильное давление со стороны потомственной аристократии – помещиков. Немецкие феодалы привыкли чувствовать себя полными хозяевами в своих землях, поэтому им политическая раздробленность Германии была только на руку. В прусском ландтаге – парламенте, большинство мест занимали помещики – юнкеры. В 1848 г. в Германии вспыхнула инициированная буржуазией революция, в столице Пруссии Берлине между повстанцами и королевскими войсками завязались жестокие бои. Одним из главных своих требований революционеры выдвигали объединение германских земель под властью одного короля (императора) и юрисдикцией единой конституции. Однако не во всех государствах они добились успеха, что позволило правительственным войскам и тех стран, где они сначала захватили власть, взять реванш и разогнать революционные парламенты.

Однако в середине XIX в. нараставший экономический упадок большинства германских государств вынудил и правящую элиту пересмотреть свое отношение к развитию капитализма и перспективе объединения германских земель. На помещичьих землях выращивались зерно, картофель, прочие культуры, производились мясо, шерсть, кожа, молоко, но все это был сырой продукт, который сбывался на европейском рынке дешево. Немецкая аристократия не желала отставать в роскоши от французского или российского дворянства, и это вынудило ее искать способы повышать свои доходы. Тогда немецкие помещики и обратили внимание на растущие в германских землях заводы и фабрики буржуазии, где из шерсти и кожи в большом количестве производилась одежда, из мяса, зерна, картофеля, молока – готовые продукты питания. Сбыт готовой продукции сулил большие доходы. Началось сближение прежде недружелюбно относящихся друг к другу классов, и в конце концов оба они пришли к выводу, что германские сельское хозяйство и промышленность только тогда смогут успешно конкурировать с производительными силами передовых европейских держав, когда Германия будет единым, сильным государством без внутренних пошлин.

Часть немецких государств, в том числе Пруссия, составляли Германский союз, координировавший их внешнюю политику. Органом управления Союзом был Союзный Сейм. Но полного согласия между союзными государствами не было, главным образом из-за постоянных трений между собой Пруссии и Австрии – двух наиболее сильных германских королевств, каждое из которых претендовало на большее влияние в общенемецкой политике. Попыткам Австрии навязать остальным немецким государствам свою гегемонию прусская правящая элита решила противопоставить объединение тех под верховенством своего короля, слиянием интересов аристократии и буржуазии на основе немецкого национального единства. Главным выразителем этих идей стал прусский дипломат, некоторое время заседавший от лица своей страны в Союзном Сейме, Отто фон Бисмарк. Примечательно, что сам он – выходец из юнкерской семьи, был крайне консервативных, монархических взглядов. Физически сильный и непреклонный в достижении цели, презирающий человеческие слабости, получивший от других аристократов прозвище «бешеный юнкер», он привел в 1848 г. в революционный Берлин вооруженный отряд своих крестьян для подавления «бунтовщиков». Прусский король Фридрих-Вильгельм IV отозвался о нем: «От этого юнкера пахнет кровью». Однако именно принципиальность Бисмарка в отстаивании традиционных германских интересов стала причиной того, что он согласился пойти и на союз с буржуазией, и перенять часть ее идей, лишь бы сохранить непоколебимость прусской короны и господствующее положение дворянства. Недюжинный ум и трезвый расчет в сочетании с железной волей послужили назначению О. Бисмарка в 1862 г., когда на престол взошел новый король Вильгельм I, на должность министра-президента – руководителя правительства Пруссии.

Еще будучи дипломатом, Бисмарк бывал при французском и русском дворе. В Петербурге из-за его рьяных монархических настроений ему даже предлагали перейти на русскую службу, однако Бисмарк был предан именно родным, германским интересам. Понимая, что для завоевания прусской гегемонии в Германии необходимы сильные союзники, Бисмарк предполагал, что такими союзниками могут стать Россия и Франция, имевшие с Австрией территориальные противоречия. Также Пруссии необходима была новая, совершенная, сильная армия. Вильгельм I отстаивал необходимость реформирования прусской армии, упразднение рекрутских наборов и введение всеобщей воинской обязанности, но этому противодействовал ландтаг. Отстаивая позицию короля, Бисмарк выступил перед ландатагом с речью, в которой заявил: «Германия взирает не на либерализм Пруссии, а на ее мощь. Не речами, не постановлениями большинства решаются великие вопросы времени – это было ошибкой 1848 года, а железом и кровью». Так министр-президент в категоричной форме осудил попытки парламента навязывать свою волю королю. В итоге военная реформа, несмотря на противодействие либерально-буржуазных сил в ландтаге, была проведена. В 1864 г. Пруссия, будто испытывая реорганизованные вооруженные силы в деле, вступила в краткосрочный союз со своим геополитическим противником – Австрией, и совместно с ней разгромила датскую армию. А в 1866 г. союзническим отношениям между двумя лидерами германской политики пришел конец, и Пруссия объявила Австрии войну, в которой последняя потерпела поражение и была вынуждена признать создание под верховенством Пруссии Северогерманского союза. В него вошло 21 германское государство, он стал первым прообразом той единой Германии, которую мы знаем сегодня.

Прусская армия по боеспособности и организации стала превосходить армии всех других стран Европейского континента. Еще двадцать немецких государств Северогерманского союза были всецело на стороне Пруссии. Пруссия могла вершить свою внешнюю политику, не оглядываясь на военную мощь других европейских держав. После создания Северогерманского союза прусское руководство во главе с Бисмарком и королем Вильгельмом стало строить планы объединения и южных немецких земель. Однако на католическом юге Германии действовало сильное влияние Франции – тогдашнего гегемона Европы. В середине XIX в. Франция переживала блистательный период Новой империи. В конце 1852 г. президент тогда еще республиканской Франции Луи Наполеон Бонапарт – племянник покорителя Европы Наполеона I, окончательно установил в ней свою единоличную власть и провозгласил себя новым императором Наполеоном III. Франция овладевала богатыми колониями по всему земному шару, откуда черпала сырье для своей промышленности. Сила и богатство ее возрасли настолько, что, не устраивая новых захватнических войн в Европе, французское правительство все же диктовало многим ее странам свои правила ведения внешней политики. Победой в войне с Россией 1854 – 1856 гг. (Крымская война) Франция точно отыгралась за разгром русскими своих войск в 1812 г. Франция не желала объединения южных германских земель и попадания их под влияние Пруссии. Было очевидно, что Наполеон III в случае попытки Пруссии реализовать там свои интересы непременно осуществит вооруженное вмешательство – в духе европейских монархов XIX в. Успешные войны со своими геополитическими противниками были важнейшим предметом гордости буржуазных стран в эпоху империализма. Франция была более чем серьезным противником для совсем молодого союза северных германских городах, и Бисмарк посчитал, что больше шансов на успех будет в случае изначально открытого военного столкновения с ней, а не в случае, если она вмешается в то время как Пруссия будет занята объединением южных германских государств.

Однако по поводу опасной и внушающей лишь туманные перспективы войны с гегемоном Европы возникли разногласия между министром-президентом и королем Пруссии. Вильгельм I опасался вступать с Францией в открытую войну. Тогда верный своим принципам и упрямый глава правительства пошел на хитрость. Получив однажды депешу от короля, в которой говорилось о кандидатуре на испанский престол, относительно которой между Пруссией и Францией были разногласия, Бисмарк собственноручно отредактировал послание так, что его содержание становилось оскорбительным для Франции. В таком отредактированном виде Бисмарк приказал разослать депешу для публикации вовсе прусские газеты и во все дипломатические миссии в Берлине, кроме французской. Гордое французское руководство было до глубины души потрясено, как в Пруссии позволяют себе обходиться с честью их великой державы. В 1870 г. Наполеон III объявил Пруссии войну. Моментально мобилизовав всю свою армию и подняв в ружье все страны Северогерманского союза, прусское руководство повело немецкие войска на наступавших французов. Никто из современников, в том числе опрометчиво понадеявшаяся на свое империалистическое влияние Франция, не ожидал, что прусская армия мобилизуется так быстро, и что все многочисленные союзники Пруссии так дружно выступят единым фронтом. В России события франко-германской войны даже послужили толчком к собственной военной реформы и введении всеобщей воинской обязанности. Французская армия была разгромлена, из грозного агрессора Франция превратилась в отчаянно пытающуюся спасти себя жертву. Немцы захватили ее обширные территории, заняли Париж. В плен попал и сам Наполеон III. Многие французские аристократы вступили с немцами в сговор, чтобы подавить спровоцированные войной народные восстания, в том числе знаменитую Парижскую коммуну. По итогам войны, закончившейся в 1871 г., Франция передала Германии богатые углем и железом свои важнейшие промышленные районы – Эльзас и Лотарингию, уплатила контрибуцию в 5 млрд. франков. С ее гегемонией в Европе было покончено.

В 1871 г. объединенные прусским руководством во главе с О. Бисмарком и Вильгельмом I Гогенцоллерном многочисленные немецкие земли образовали новое единое государство – Германскую империю. Вильгельм I стал ее первым императором – кайзером, а О. Бисмарк – первым канцлером. За свой решительный и непоколебимый характер он получил прозвище «железный канцлер». Сам он говорил: «Я всегда радовался, если мне удавалось каким бы то ни было путем хотя бы на три шага приблизиться к единству Германии». Достижение государственного единства абсолютного большинства германских земель окончательно примирили немецкую буржуазию с аристократами. Забыв былую подчас кровавую вражду, и те, и другие восторженно приветствовали первого правителя единой Германии Нового Времени и его принципиального канцлера. Национальные интересы в сознании германского общества стабильно стали превалировать над классовыми и земельными. Немцы окончательно осознали себя единым народом, отражением чего стала разработка братьями Гримм единого литературного немецкого языка, призванного устранить диалектические непонимания между жителями разных земель. Это тот самый язык, на котором немцы говорят и по сей день. Единая Германия вышла в океан, приступила, точно стараясь наверстать упущенное и догнать прочие империалистические страны, к освоению удаленных районов земного шара, активным колониальным приращениям. Бурно развивающийся капитализм новой Германии отличался тем, что дружно шел в ногу с политикой императорского двора, и, казалось, только вчера разобщенная и мало воспринимавшаяся как серьезный участник международной политики нация превратилась в нового экономического гегемона Европы. Немецкие товары стали интенсивно теснить на международном рынке британские, и Великобритания – страна давних капиталистических традиций, вскоре на многие десятилетия стала главным геополитическим конкурентом и противником Германии. Однако такой головокружительный взлет имел для германской нации и темную обратную сторону, сформировав синдром национального величия. Десятилетия спустя германские национальная гордость и империалистический экспансионизм привели к инициированию Германией Первой Мировой войны, в результате которой страна и нация вновь пережили период национального унижения и тяжелых внутренних проблем.

Но эта трагедия была еще далеко впереди. Отто фон Бисмарк, имя которого напрямую связано с государственным объединением Германии, был человеком патриотичным, экспансивным, жестоким, не брезгающим кровью для достижения цели. Однако он отличался трезвостью мышления, никогда не ставил перед собой заведомо невыполнимых задач; его целью было вновь вывести свой народ на широкую международную арену, заставить другие державы уважать германские интересы, но отнюдь не завоевание мирового господства. Главным геополитическим противником Германии и после франко-германской войны Бисмарк видел Францию и все делал для того чтобы и дальше ее ослаблять. Но к новым войнам в Европе он не стремился и, будучи искусным и опытным дипломатом, поддерживал то одну, то другую державу, чтобы не допустить чьего-то определенного господства на европейской карте. Выгодным геополитическим союзником он считал Российскую империю, интересы которой были сосредоточены в Азии и на Балканах, а не в глубине Европы. В 1873 г. для координации европейской международной политики по инициативе Бисмарка был создан Союз трех императоров, состоявший из Германии, Австрии, объединившейся к тому времени с Венгрией в единую монархию, и России. Однако он оказался недолговечным из-за существенных территориальных противоречий между тремя странами. В то же время Бисмарк принимал и меры против нежелательного для германского влияния усиления позиций России на юго-востоке Европы. После русско-османской войны 1877 – 1878 гг. Германия встала на сторону Австро-Венгрии, решительно выступившей против создания на Балканах независимых славянских государств.

Отто фон Бисмарк ушел в отставку в 1890 г. как честный служащий, до конца исполнивший свой долг. Шумная толпа провожала его, когда он уезжал из Берлина: немцы хотели последний раз взглянуть на своего фактически национального вождя, чья фигура на политической арене сильно затмила фигуру самого императора. В отставке он написал книгу «Мысли и воспоминания», в которой рассказал о мотивах, побуждавших его вершить свои преобразования. Бисмарк является классическим образцом политика, руководствовавшегося исключительно интересами своей страны и нации, лишенного корыстных амбиций и пафосных мечтаний. Можно сказать, что все, несомненно, великие свершения он выполнял лишь из чувства гражданского долга и радовался не за себя, а за свою страну. Ради ее блага он был готов переступить не только через чьи-то головы, но и собственные привычки и интересы. На склоне лет он несколько критично переосмыслил свою прежнюю фанатичную приверженность традиционным феодальным порядкам, поняв, что времена меняются, и помещичье-крестьянская эпоха закономерно уходит в прошлое. Наблюдая в порту за разгрузкой судна, привезшего товары из германских колоний, он произнес: «Да, это другой мир! Новый мир!». Бисмарк умер в 1898 г. в возрасте восьмидесяти трех лет в поселке Фридрихсру близ Гамбурга (земля Шлезвиг-Гольштейн). Главная историческая заслуга его в том, что под его руководством была создана как государство единая Германия, которая, хотя пережила затем не одну революцию и тяжело страдала от спровоцированных ею же мировых войн, и сегодня является одним из мировых геополитических и экономических лидеров.

Глупость в короне. Как Наполеон III помог создать Германскую империю

Ещё один из рода Бонапартов

В мировой истории франко-прусская война 1870–1871 года не была ни самой продолжительной, ни самой кровопролитной. Однако её исход оказал огромное влияние на дальнейшее течение исторических событий. В дыму сражений той войны родилась новая империя, которая, стремясь догнать и опередить конкурентов, всего через несколько десятилетий станет инициатором сначала Первой, а затем и Второй мировых войн.

В истории Франции было два императора — великий Наполеон Бонапарт, он же Наполеон I, и его племянник Шарль Луи Наполеон Бонапарт, известный как Наполеон III.

В отличие от дяди, Шарль Луи не отличался талантами выдающегося полководца и государственного деятеля. Зато племянник не уступал великому родственнику в честолюбии и, что важно, в везении.

Хотя до поры до времени к новому Наполеону относились иронически. Две его попытки совершить переворот с целью восстановления Империи, предпринятые в 1836 и 1840 годах, закончились провалами на начальной стадии. Власти Франции, не видя в нём серьёзной угрозы, вынесли ему достаточно оригинальное наказание, приговорив к пожизненному заключению без ограничения прав.

Шарль Луи, сидя в крепости, принимал друзей, писал статьи, печатал книги, хорошо питался, лечился у лучших врачей. При этом сторонники в прессе расписывали его невероятные страдания.

Во Франции, как и в России, любят узников. В итоге незадачливый заговорщик стал обретать популярность, но не столь большую, чтобы всерьёз мечтать о власти.

Авантюрист, президент, император

В 1846 году Шарль Луи без особых трудностей бежал из тюрьмы и перебрался в Англию. Во Францию он вернулся после революции 1848 года, объявил себя верным республиканцем и был избран в учредительное собрание.

На первых в истории Франции президентских выборах 1848 года Шарль Луи Наполеон выставил свою кандидатуру. И здесь ему снова повезло. Из серьёзных и заметных личностей среди кандидатов фигурировал генерал Луи Эжен Кавеньяк, на которого делали ставку имущие слои общества. Они были признательны генералу за то, что он утопил в крови выступления французских рабочих.

Но именно по этой же причине он стал одним из самых ненавидимых людей во Франции. На президентских выборах граждане голосовали не столько за Наполеона, сколько против «мясника» Кавеньяка. В итоге Шарль Луи Наполеон, собрав около 75 процентов голосов, стал президентом Франции.

А 2 декабря 1851 года президент Наполеон, клявшийся в верности республике, совершил переворот, провозгласив себя императором. Сделано это было в годовщину коронации дяди, Наполеона I.

К племяннику, взошедшему на трон под именем Наполеона III, отношение в Европе было довольно ироничным. Но новоявленному императору продолжало везти. Благодаря провальной внешней политике России того периода, Крымская война 1853–1856 годов, одним из инициаторов которой был Наполеон III, стала для Франции победной.

Авторитет императора вырос, а Франция стала играть ведущую роль в мировой политике.

Но везение рано или поздно заканчивается. Покинуло оно и Наполеона III.

Бисмарк против «непризнанной бездарности»

С середины 1860-х годов у Франции начались проблемы и в экономике, и во внешней политике. Попытка установить императорское правление в Мексике завершилась полным провалом и гибелью французского ставленника. Французский император вновь попытался насолить России, поддержав польское восстание 1863 года, однако другие европейские страны отказались в этом участвовать.

А в это время прусский канцлер Отто фон Бисмарк, провозгласивший курс на создание Германской империи «железом и кровью», упорно двигался к своей цели.

В 1866 году вспыхнула австро-прусская война. Наполеон III, встревоженный стремительным усилением Пруссии, склонялся к тому, чтобы поддержать Австрию, но его колебания продолжались слишком долго. Прусские войска, всего за месяц с небольшим разбив австрийцев, устранили главного конкурента в вопросе объединения Германии. Теперь последней помехой на пути к реализации мечты Бисмарка оставалась Франция.

Умный Бисмарк характеризовал Наполеона III как «непризнанную, но крупную бездарность». Эта безжалостная характеристика оказалась стопроцентно точной. Французский император, даже видя нависающую угрозу, был уверен, что с лёгкостью с ней справится.

Повод для драки

Шаг за шагом он стал повторять ошибки Николая I, приведшие к Крымской войне. Наполеон переоценивал возможности собственной армии, недооценивал возможности прусской, неверно представлял себе расклад политических сил в мире, надеясь, что легко найдёт союзников в предстоящей войне. Всё ещё витая в приятных воспоминаниях о Крымской кампании, он подсчитывал политические дивиденды от новой победы. Поддакивавшие императору советники уверяли, что победоносная война вернёт ему авторитет внутри страны, изрядно потускневший из-за экономических проблем.

Хитрец Бисмарк всё это знал и, наперекор более осторожным немецким дипломатам, а также прусскому королю Вильгельму I, железной рукой вёл дело к войне.

В 1868 году грянула революция в Испании, свергнувшая королеву Изабеллу II. На вакантный престол нашлись свои кандидаты и у Франции, и у Пруссии. Отто фон Бисмарк тайно оказывал поддержку родственнику прусского короля Леопольду Гогенцоллерну.

Франция потребовала от Пруссии, чтобы та заставила Гогенцоллерна отказаться от своих притязаний.

История одной фальсификации

8 июля 1870 года к прусскому королю, который лечился на курорте в Бад-Эмсе, прибыл посол Франции, передавший Вильгельму I требования Наполеона III о том, чтобы Пруссия воздействовала на Леопольда Гогенцоллерна. 73-летний Вильгельм принял требования и, к великому неудовольствию Бисмарка, связался с Леопольдом Гогенцоллерном и убедил его отказаться от борьбы за испанскую корону.

Это было дипломатическим успехом Франции, однако Наполеон III на этом не остановился. Спустя несколько дней из Парижа поступило новое требование — Вильгельм I должен дать формальное обязательство, что запретит Леопольду Гогенцоллерну принять испанский престол, если таковой ему будет предложен.

Прусского короля стало раздражать вызывающее поведение французов. Он заявил, что не вправе давать подобное обещание. На это Париж ответил очередным требованием — король должен письменно обещать не совершать покушений на достоинство Франции.

Настойчивый французский посол появился с новыми требованиями на вокзале в Эмсе, куда Вильгельм I прибыл, чтобы отправиться в Берлин. Король пообещал, что данную беседу с послом продолжит в Берлине.

Депешей о происходящем был проинформирован Бисмарк. Прочитав документ, канцлер решил, что время уступок прошло и пора действовать. Выкинув из депеши слова о том, что король планирует продолжить разговор в Берлине, он придал ей вид, исходя из которого можно было заключить, что никаких более переговоров с Францией на эту тему Вильгельм I вести не будет.

В этом виде документ, вошедший в историю как «Эмсская депеша», был передан в прессу. Во Франции, где царили воинственные настроения, «Эмсская депеша» вызвала ярость. Французский парламент проголосовал за объявление войны Пруссии.

Бисмарк добился того, чего хотел.

По заветам Суворова

Франция имела численный перевес: более чем 2-миллионную армию против полуторамиллионной армии Пруссии и её союзников из числа немецких земель. Но, как учил Суворов, надобно воевать уменьем, а не числом.

Хорошо обученная и подготовленная прусская армия, блестяще показавшая себя в войне с Австрией, и на сей раз доказала, что преимущество противника в численности ничего не значит.

В первом же крупном столкновении прусская армия взяла Вейсенбург. Затем французы потерпели поражения при Верте и на Шпихернских высотах. Поражения при Марс ла Туре и Гравелоте привели к тому, что 180-тысячная французская группировка маршала Базена была отрезана от остальных сил и фактически зажата в городе Меце.

На помощь к Базену устремилась 120-тысячная армия маршала Мак-Магона, вместе с которой находился и Наполеон III.

На пути к Мецу манёвры французской армии, утомлённой длительным переходом, только ухудшали её положение. Прусский главнокомандующий Хельмут фон Мольтке решил воспользоваться ситуацией и, стянув резервы и часть войск, осаждавших Мец, дать сражение немедленно.

Полный Седан

Французская армия была окружена противником и прижата к городу Седан. Выбор у французов оказался невелик — либо идти на прорыв, либо уходить через границу в нейтральную Бельгию, где, согласно законам войны, армия должна быть разоружена и прекратить участие в боевых действиях.

Наполеон III отдал приказ идти на прорыв. Ранним утром 1 сентября 1870 года французская армия двинулась на противника.

В этот день у французов было плохо всё. Их манёвры легко предугадывались прусскими генералами, их артиллерия заняла неудачные высоты и очень скоро была подавлена.

Несмотря на то, что на помощь французской армии приходило местное население, с каждой минутой становилось всё очевиднее, что армия Мак-Магона терпит поражение. Прусские войска всё сильнее сжимали кольцо вокруг французов.

Около трёх часов дня началось общее отступление к Седану, обернувшееся паническим бегством. На узком подвесном мосту при въезде в город царила чудовищная давка. Отступающих расстреливали 500 орудий.

Тех, кто не успел укрыться в Седане, добивали в окрестных лесах. К пяти часам вечера битва была завершена.

Белый флаг императора

Седан был укреплён для отражения атак пехоты, а в городе оказалось до 100 тысяч солдат и офицеров, что позволяло успешно держать оборону. Но прусская армия подвела к городу артиллерию и начала мощный обстрел.

Французская армия была полностью деморализована. Среди военных и гражданских в Седане царило отчаяние. Вскоре над городом был поднят белый флаг.

В числе десятков тысяч французов, попавших в плен, был и сам Наполеон III. Прусская армия захватила 558 пушек и 66 000 винтовок, а её собственные потери были минимальны — около 4 процентов от личного состава.

Слово «Седан» во Франции стало таким же символом позорного и безоговорочного поражения, каким для россиян стала «Цусима».

После катастрофы при Седане Франция лишилась армии, император оказался в плену, а страна в целом — во власти победителей.

27 октября 1870 года, не имея возможности вырваться из Меца, капитулировала и 180-тысячная армия Базена. Наспех собранное в Париже ополчение в 4000 человек не могло снять начатую пруссаками осаду французской столицы.

Бисмарк — мечты сбываются

Везение Наполеона III закончилось окончательно. Спустя три дня после Седана пленённый император узнал, что лишился не только свободы, но и короны. Разъярённые французы упразднили империю, вновь провозгласив республику.

Это, впрочем, никак не могло изменить ход войны. 28 января 1871 года осаждённый Париж заключил перемирие с противником. Предварительный мирный договор был подписан 26 февраля в Версале, а окончательное мирное соглашение было утверждено 10 мая во Франкфурте.

Но в тот момент, когда Париж ещё формально сопротивлялся, 18 января 1871 года в Версале Вильгельм I и Отто фон Бисмарк провозгласили образование Германской империи. Мечта, к которой «Железный канцлер» шёл всю жизнь, осуществилась.

На карте мира появилось новое сильное государство с мощнейшей армией, правящая элита которого была убеждена в том, что любых целей можно добиться «железом и кровью». Наверное, даже сам мудрый Бисмарк не думал тогда, как далеко могут завести объединённую Германию некогда выдвинутые им принципы.

В франко-прусской войне потери Пруссии и её союзников составили около 52 500 убитыми и 90 000 ранеными. Взамен немцы получили империю, богатые трофеи, огромную контрибуцию и территориальные приобретения.

За всё приходится платить

Франция в этой войне потеряла убитыми 139 000 солдат и десятки тысяч гражданских лиц, сотни тысяч человек были ранены, около полумиллиона солдат и офицеров оказались в плену. В качестве трофеев немцам достались более 7000 орудий и 600 000 ружей.

В состав Германской империи переходили Эльзас и Лотарингия с населением более полутора миллионов человек. Франция лишалась пятой части всех своих горно-металлургических запасов.

Кроме того, французы должны были выплатить победителям 5 миллиардов франков контрибуции, что стало огромным вкладом в укрепление экономики новой империи.

Наполеон III, которому Франция была «обязана» за это грандиозное унижение, до заключения мирного соглашения жил во дворце Вильгельсхез на положении пленника короля Вильгельма I.

После освобождения он отправился в Англию, откуда слал во Францию протесты по поводу своего отстранения от власти. Эти протесты не были интересны никому, кроме совсем уж отъявленных бонапартистов. Франция, некогда жалевшая и иронически посмеивавшаяся над племянником великого Наполеона I, теперь ненавидела его.

Второй и последний император Франции умер в Англии 9 января 1873 года после неудачной операции дробления камней почек.

Величайшая дипломатическая провокация ХIХ века

Отто фон Бисмарк.

ИСТОРИЯ знает самые разнообразные поводы к развязыванию войн. Пограничные инциденты, коллективные и индивидуальные теракты, оккупация территории союзного государства, объявление о мобилизации армии — вот, пожалуй, основные из них. Если напрячь память, то можно найти и кое-что пооригинальнее. Так, к примеру, поводом к войне английских колоний Северной Америки за независимость от метрополии в 70-е годы ХVIII века явилось так называемое «бостонское чаепитие». В 1773 году колонисты Бостона, переодетые индейцами, сбросили в воду с британских кораблей упаковки с чаем, после чего англичане закрыли в Бостоне порт, а колонисты объявили бойкот английским товарам, за чем и последовала война. Впрочем, этот случай исключение из правила. Во всяком случае в истории Европы ХIХ века, об одной из страниц которой мы хотим рассказать.

В ХIХ веке Европа воевала слишком много, фактически постоянно. Европейские монархи не слишком затрудняли себя в поисках повода к очередной войне. Наполеон Бонапарт, к примеру, без всяких дипломатических нот об объявлении войны просто внезапно вторгался со своей армией в ту или иную страну, а его министр иностранных дел Талейран задним числом разъяснял правительству поверженной страны, зачем это делалось. Когда в 1802 году Наполеон завоевал Швейцарию, Талейран в специальном циркуляре разъяснил швейцарцам, что это сделано «не затем, чтобы лишить Швейцарию свободы, но затем, чтобы успокоить раздирающие ее смуты» (которых на самом деле не было).

Князь Отто фон Бисмарк не щеголял прилюдно политическим цинизмом, как это делал Талейран, он просто считал это излишним, да и его политический вес при прусском короле и германском императоре Вильгельме I был куда выше, чем вес Талейрана при Наполеоне. Бисмарк был не исполнителем воли монарха, а самостоятельным политиком. Он доказал это неоднократно. В 1866 году, после победы Пруссии в войне против Австрии, Бисмарк не позволил Вильгельму I «поставить Австрию на колени», оккупировав Вену. Бисмарк настоял на сравнительно легких условиях мира для Австрии с тем, чтобы обеспечить ее нейтралитет в будущем конфликте Пруссии и Франции, который год от года становился неизбежным.

Войну с Францией Бисмарк спровоцировал еще не виданным доселе в мировой истории способом: он отредактировал депешу и опубликовал ее в газетах. Почему он избрал именно такой способ провокации? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно совершить краткий экскурс в историю отношений Франции и Северо-Германского союза во второй половине 60-х годов ХIХ века.

Победив в войне с Австрией, Пруссия добилась от нее согласия на образование из 22 отдельных германских государств Северо-Германского союза. Вне Союза остались южные немецкие земли Бавария, Вюртемберг и Баден. Франция делала все возможное, чтобы помешать Бисмарку включить эти земли в состав Северо-Германского союза. Наполеон III не хотел видеть на своих восточных границах объединенную Германию. Бисмарк понимал, что без войны эту проблему решить не удастся. Во Франции в то время были сильны воинственные антигерманские настроения. На них-то Бисмарк и сыграл.

Появление «эмсской депеши» было вызвано скандальными событиями вокруг выдвижения принца Леопольда Гогенцоллерна (племянника Вильгельма I) на испанский престол, освободившийся после революции в Испании в 1868 году. Бисмарк верно рассчитал, что Франция никогда не согласится на подобный вариант и в случае воцарения Леопольда в Испании начнет бряцать оружием и делать воинственные заявления в адрес Северо-Германского союза, что рано или поздно закончится войной. Поэтому он усиленно лоббировал кандидатуру Леопольда, уверяя, однако, Европу в том, что германское правительство совершенно непричастно к претензиям Гегенцоллернов на испанский трон. В своих циркулярах, а позже и в мемуарах Бисмарк всячески открещивался от своего участия в этой интриге, утверждая, что выдвижение принца Леопольда на испанский престол было «семейным» делом Гогенцоллернов. На самом деле Бисмарк и пришедшие ему на помощь военный министр Роон и начальник генштаба Мольтке потратили немало сил, чтобы убедить упирающегося Вильгельма I поддержать кандидатуру Леопольда.

Как Бисмарк и рассчитывал, заявка Леопольда на испанский престол вызвала бурю негодования в Париже. 6 июля 1870 года министр иностранных дел Франции герцог де Грамон восклицал: «Этого не случится, мы в этом уверены… В противном случае мы сумели бы исполнить свой долг, не проявляя ни слабостей, ни колебаний». После этого заявления принц Леопольд без всяких консультаций с королем и Бисмарком объявил, что отказывается от притязаний на испанский престол.

Этот шаг не входил в планы Бисмарка. Отказ Леопольда разрушил его расчеты на то, что Франция сама развяжет войну против Северо-Германского союза. Это было принципиально важно для Бисмарка, стремившегося заручиться нейтралитетом ведущих европейских государств в будущей войне, что ему потом и удалось во многом из-за того, что нападающей стороной была именно Франция. Трудно судить, насколько искренним был Бисмарк в своих мемуарах, когда писал о том, что по получении известия об отказе Леопольда занять испанский престол «моей первой мыслью было уйти в отставку» (Бисмарк не раз подавал Вильгельму I прошения об отставке, используя их как одно из средств давления на короля, который без своего канцлера не значил в политике ничего), однако вполне достоверно выглядит другое его мемуарное свидетельство, относящееся к тому же времени: «Войну я уже в то время считал необходимостью, уклоняться от которой с честью мы не могли».

Пока Бисмарк раздумывал, какими еще способами можно спровоцировать Францию на объявление войны, французы сами дали к этому прекрасный повод. 13 июля 1870 года к отдыхающему на эмсских водах Вильгельму I с самого утра заявился французский посол Бенедетти и передал ему довольно наглую просьбу своего министра Грамона — заверить Францию в том, что он (король) никогда не даст своего согласия, если принц Леопольд вновь выставит свою кандидатуру на испанский престол. Король, возмущенный такой действительно дерзкой для дипломатического этикета тех времен выходкой, ответил резким отказом и прервал аудиенцию Бенедетти. Спустя несколько минут он получил письмо от своего посла в Париже, в котором говорилось, что Грамон настаивает, чтобы Вильгельм собственноручным письмом заверил Наполеона III в отсутствии у него всяких намерений нанести ущерб интересам и достоинству Франции. Это известие окончательно вывело из себя Вильгельма I. Когда Бенедетти попросил новой аудиенции для беседы на эту тему, он отказал ему в приеме и передал через своего адъютанта, что сказал свое последнее слово.

Об этих событиях Бисмарк узнал из депеши, посланной днем из Эмса советником Абекеном. Депешу Бисмарку доставили во время обеда. Вместе с ним обедали Роон и Мольтке. Бисмарк прочитал им депешу. На двух старых вояк депеша произвела самое тяжелое впечатление. Бисмарк вспоминал, что Роон и Мольтке были так расстроены, что «пренебрегли кушаньями и напитками». Закончив чтение, Бисмарк через какое-то время спросил у Мольтке о состоянии армии и о ее готовности к войне. Мольтке ответил в том духе, что «немедленное начало войны выгоднее, нежели оттяжка». После этого Бисмарк тут же за обеденным столом отредактировал телеграмму и зачитал ее генералам. Вот ее текст: «После того как известия об отречении наследного принца Гогенцоллерна были официально сообщены французскому императорскому правительству испанским королевским правительством, французский посол предъявил в Эмсе его королевскому величеству добавочное требование: уполномочить его телеграфировать в Париж, что его величество король обязывается на все будущие времена никогда не давать своего согласия, если Гогенцоллерны вернутся к своей кандидатуре. Его величество король отказался еще раз принять французского посла и приказал дежурному адъютанту передать ему, что его величество не имеет ничего более сообщить послу».

Еще современники Бисмарка заподозрили его в фальсификации «эмсской депеши». Первыми об этом стали говорить немецкие социал-демократы Либкнехт и Бебель. Либкнехт в 1891 году даже опубликовал брошюру «Эмсская депеша, или Как делаются войны». Бисмарк же в своих мемуарах писал о том, что он только «кое-что» вычеркнул из депеши, но не прибавил к ней «ни слова». Что же вычеркнул из «эмсской депеши» Бисмарк? Прежде всего то, что могло бы указать на истинного вдохновителя появления в печати телеграммы короля. Бисмарк вычеркнул пожелание Вильгельма I передать «на усмотрение вашего превосходительства (т.е. Бисмарка. — С. К.) вопрос о том, не следует ли сообщить как нашим представителям, так и в прессу о новом требовании Бенедетти и об отказе короля». Чтобы усилить впечатление о непочтительности французского посланника к Вильгельму I, Бисмарк не вставил в новый текст упоминание о том, что король отвечал послу «довольно резко». Остальные сокращения не имели существенного значения.

Новая редакция эмсской депеши вывела из депрессии обедавших с Бисмарком Роона и Мольтке. Последний воскликнул: «Так-то звучит иначе; прежде она звучала сигналом к отступлению, теперь — фанфарой». Бисмарк начал развивать перед ними свои дальнейшие планы: «Драться мы должны, если не хотим принять на себя роль побежденного без боя. Но успех зависит во многом от тех впечатлений, какие вызовет у нас и других происхождение войны; важно, чтобы мы были теми, на кого напали, и галльское высокомерие и обидчивость помогут нам в этом…»

Дальнейшие события развернулись в самом желательном для Бисмарка направлении. Обнародование «эмсской депеши» во многих немецких газетах вызвало бурю негодования во Франции. Министр иностранных дел Грамон возмущенно кричал в парламенте, что Пруссия дала пощечину Франции. 15 июля 1870 года глава французского кабинета Эмиль Оливье потребовал от парламента кредит в 50 миллионов франков и сообщил о решении правительства призвать в армию резервистов «в ответ на вызов к войне». Будущий президент Франции Адольф Тьер, который в 1871 году заключит мир с Пруссией и утопит в крови Парижскую коммуну, в июле 1870 года пока еще депутат парламента, был, пожалуй, единственным здравомыслящим политиком во Франции в те дни. Он пытался убедить депутатов отказать Оливье в кредите и в призыве резервистов, утверждая, что, поскольку принц Леопольд отказался от испанской короны, свою цель французская дипломатия достигла и не следует ссориться с Пруссией из-за слов и доводить дело до разрыва по чисто формальному поводу. Оливье отвечал на это, что он «с легким сердцем» готов нести ответственность, отныне падающую на него. В конце концов депутаты одобрили все предложения правительства, и 19 июля Франция объявила войну Северо-Германскому союзу.

Бисмарк тем временем общался с депутатами рейхстага. Ему было важно тщательно скрыть от общественности свою кропотливую закулисную работу по провоцированию Франции на объявление войны. С присущим ему лицемерием и изворотливостью Бисмарк убедил депутатов, что во всей истории с принцем Леопольдом правительство и он лично не участвовали. Он беззастенчиво врал, когда говорил депутатам о том, что о желании принца Леопольда занять испанский престол он узнал не от короля, а от какого-то «частного лица», что северо-германский посол из Парижа уехал сам «по личным обстоятельствам», а не был отозван правительством (на самом деле Бисмарк приказал послу покинуть Францию, будучи раздраженным его «мягкостью» по отношению к французам). Эту ложь Бисмарк разбавил дозой правды. Он не лгал, говоря о том, что решение опубликовать депешу о переговорах в Эмсе между Вильгельмом I и Бенедетти было принято правительством по желанию самого короля.

Сам Вильгельм I не ожидал, что публикация «эмсской депеши» приведет к такой быстрой войне с Францией. Прочитав отредактированный текст Бисмарка в газетах, он воскликнул: «Это же война!» Король боялся этой войны. Бисмарк позже писал в мемуарах, что Вильгельм I вообще не должен был вести переговоры с Бенедетти, но он «предоставил свою особу монарха бессовестной обработке со стороны этого иностранного агента» во многом из-за того, что уступил давлению своей супруги королевы Августы с «ее по-женски оправдываемой боязливостью и недостававшим ей национальным чувством». Таким образом, Бисмарк использовал Вильгельма I в качестве прикрытия своих закулисных интриг против Франции.

Когда прусские генералы начали одерживать над французами победу за победой, ни одна крупная европейская держава не вступилась за Францию. Это было результатом предварительной дипломатической деятельности Бисмарка, сумевшего добиться нейтралитета России и Англии. России он обещал нейтралитет в случае выхода ее из унизительного Парижского договора, запрещавшего ей иметь свой флот в Черном море, англичане были возмущены опубликованным по указанию Бисмарка проектом договора об аннексии Францией Бельгии. Но самым важным было то, что именно Франция напала на Северо-Германский союз, вопреки неоднократным миролюбивым намерениям и мелким уступкам, на которые шел по отношению к ней Бисмарк (вывод прусских войск из Люксембурга в 1867 году, заявления о готовности отказаться от Баварии и создать из нее нейтральную страну и т.д.). Редактируя «эмсскую депешу», Бисмарк не импульсивно импровизировал, а руководствовался реальными достижениями своей дипломатии и потому вышел победителем. А победителей, как известно, не судят. Авторитет Бисмарка, даже находящегося в отставке, был в Германии столь высок, что никому (кроме социал-демократов) не пришло в голову лить на него ушаты грязи, когда в 1892 году подлинный текст «эмсской депеши» был предан огласке с трибуны рейхстага.

Вторая Мировая война, французская кампания.

Битва за Францию 1940 года.
После разгрома Польши в сентябре 1939 г. перед германским командованием встала задача проведения наступательной кампании против Франции и Великобритании на Западном фронте. Первоначальный план вторжения во Францию («Гельб»), предусматривавший нанесение главного удара через Бельгию в районе Льежа, по предложению генерала фон Манштейна подвергся коренной переработке. Это было вызвано предположением, что план стал известен англо-французскому командованию после того, как на территории Бельгии совершил вынужденную посадку немецкий самолет с офицером, при котором находились секретные документы. Новый вариант плана кампании предполагал нанести главный удар через Люксембург – Арденны в направлении Сен-Кантена, Абвиля и побережья Ла-Манша. Его ближайшая цель заключалась в том, чтобы расчленить англо-французский фронт, а затем во взаимодействии с наступающими через Голландию и Бельгию силами разгромить северную группировку союзных войск. В дальнейшем планировалось обойти главные силы противника с северо-запада, нанести им поражение, взять Париж и принудить французское правительство к капитуляции. На франко-германской границе, прикрытой укреплениями французской оборонительной линии Мажино, предполагалось ограничиться демонстративными действиями.
Для вторжения в Голландию, Бельгию и Францию было сосредоточено 116 немецких дивизий (в том числе 10 танковых, 6 моторизованных и 1 кавалерийская) и свыше 2600 танков. Поддерживавшие наземные войска силы Люфтваффе насчитывали более 3000 самолетов.
Англо-французский план войны («План Диль») разрабатывался в расчете на то, что главный удар немцы, как и в 1914 г., будут наносить через Бельгию. Исходя из этого, союзное командование намеревалось прочно удерживать укрепления на линии Мажино и одновременно совершить маневр силами двух французских и одной британской армий в Бельгию. Под прикрытием бельгийской армии, оборонявшейся на канале Альберта и в Льежском укрепленном районе, французы должны были выдвинуться на реку Маас, а британцы на реку Диль, прикрыв Брюссель и образовав сплошной фронт от Вавра до Лувена. Планы бельгийского и голландского командования предусматривали ведение оборонительных действий по линии границ и в укрепленных районах до подхода союзных войск.
Всего Франция, Великобритания, Бельгия и Голландия развернули против Германии 115 дивизий (в том числе 6 танковых и механизированных и 5 кавалерийских), более 3000 танков и 1300 самолетов. Таким образом, при общем примерно равном количестве дивизий германские вооруженные силы имели превосходство над союзниками в людях и авиации и уступали им по числу танков. Однако если у союзников большая часть танков была распределена между армиями и корпусами в составе отдельных батальонов и рот, все немецкие танки находились в составе танковых дивизий, сведенных вместе с моторизованными пехотными дивизиями в особые корпуса, обладавшие большой ударной силой. К тому же немцы значительно превосходили своих противников в техническом отношении, в уровне боевой выучки и сплоченности войск.

Вторжение в Бельгию и Нидерланды
10 мая 1940 г. на рассвете германские войска начали генеральное наступление на Западном фронте. Самолеты Люфтваффе внезапно подвергли бомбардировке основные аэродромы союзников в Голландии, Бельгии и Северной Франции. Одновременно в тылу голландской и бельгийской армий были выброшены воздушные десанты с целью захвата аэродромов, переправ и отдельных портов. В 5 часов 30 минут на фронте от Северного моря до линии Мажино в наступление перешли сухопутные войска Вермахта. Группа армий «Б» фельдмаршала фон Бока развернула наступление в Голландии и северной части Бельгии. Действовавшие на ее правом фланге войска 18-й армии генерала фон Кюхлера в первый же день захватили северо-восточные провинции Голландии и с ходу прорвали укрепленные позиции на реке Эйссел. В то же время левофланговые соединения армии, наносившие удар в направлении Арнем, Роттердам, прорвали голландские пограничные укрепления и оборонительную линию Пел и начали быстро продвигаться на запад.
12 мая 1940 г. немецким войскам удалось прорвать укрепленную линию Граббе, а подвижным соединениям захватить Харлинген.
13 мая 1940 г. войска 7-й французской армии генерала Жиро, вступившие к этому времени в Южную Голландию уже не смогли поддержать голландцев и начали отходить в район Антверпена. В тот же день немецкие войска подошли к Роттердаму и соединились с высаженными в этом районе парашютистами. После падения Роттердама голландское правительство бежало в Лондон, а армия капитулировала, сдав немцам без боя Гаагу и остальную часть территории страны.
Войска 6-й немецкой армии генерала фон Рейхенау развернули наступление в Бельгии на двух направлениях: на Антверпен и Брюссель. Преодолевая сопротивление бельгийских войск, они прорвали пограничные укрепления и к исходу первого дня на широком фронте форсировали Маас и канал Альберта в его нижнем течении.
11 мая 1940 г. с утра немцы завязали бои за овладение Льежским укрепленным районом и позициями вдоль канала Альберта. Большую помощь наземным войскам оказали парашютисты, которые сумели парализовать главный форт Льежа Эбен-Эмаэль и захватить мосты через канал Альберта в районе Маастрихта. В итоге двухдневных боев немцы прорвали бельгийские позиции и, обходя Льеж с севера, начали продвижение на Брюссель. К этому времени к реке Диль стали подходить передовые части Британских экспедиционных сил под командованием генерала Горта, а на рубеж Валар, Жамблу – войска 1-й французской армии, которые 13 мая столкнулись с подвижными соединениями 6-й армии немцев.
14 мая 1940 г. французы были отброшены к реке Диль, где вместе с британцами перешли к обороне.

Прорыв в Арденнах
10 мая 1940 г. началось также наступление войск группы армий «А» генерала фон Рундштедта, наносившей главный удар через Бельгийские Арденны и Люксембург. 4-я армия генерала фон Клюге и танковый корпус генерала Гота, наступавшие на правом фланге группы армий «А», преодолевая слабое сопротивление бельгийских войск, за два дня боев прорвали пограничные укрепления и позиции на реке Урт.
13 мая 1940 г. развивая наступление на запад, подвижные соединения немецкой армии достигли реки Маас севернее Динана. Отразив контратаки французских войск, они форсировали реку и захватили плацдарм на ее западном берегу. В тот же день на фронте от Седана до Намюра завязались упорные бои между частями 5 пехотных и 2 кавалерийских дивизий французов и 7 танковыми и моторизованными соединениями группы Клейста. Слабо обеспеченные противотанковыми и зенитными средствами, французские войска не смогли отразить натиска противника.
14 мая 1940 г. войскам танкового корпуса Гота и группе Клейста удалось форсировать Маас на участке Динан, Живе и у Седана и отбросить левофланговые соединения 2-й французской армии к Монмеди, Ретель, а правый фланг 9-й армии – к Рокруа. В результате между двумя армиями образовался 40-километровый разрыв.
15 мая 1940 г. утром танковые и моторизованные соединения немцев вошли в прорыв и начали развивать наступление в общем направлении на Сен-Кантен.
Чтобы приостановить продвижение прорвавшейся группировки противника, французское командование решило нанести удары по флангам этой группировки: с юга силами 2-й армии и с севера – моторизованными соединениями 1-й армии. Одновременно был отдан приказ об отводе 7-й армии из Бельгии для прикрытия Парижа. Однако полностью осуществить эти мероприятия французам не удалось. Будучи скованной на реке Диль войсками 6-й и 18-й армий немцев, 1-я армия не смогла выполнить приказа своего командования. Безуспешными были и попытки 2-й французской армии прорваться с юга в район Седана.
17 мая 1940 г. немцы прорвали оборону англо-французских войск на реке Диль и заняли Брюссель.
18 мая 1940 г. подвижные соединения группы Клейста, развивая наступление в западном направлении, подошли к Самбре.
К концу первой недели боев ситуация на фронте для союзников складывалось катастрофически. Управление войсками было нарушено, связь прервана. Движению войск мешали огромные толпы беженцев и солдат разгромленных частей. Немецкие самолеты бомбили и обстреливали воинские колонны и беженцев, в то время как авиация союзников, понеся в первые дни кампании большие потери в результате ударов по аэродромам, а также от истребителей Люфтваффе и эффективной войсковой ПВО немцев, не проявляла активности.
19 мая 1940 г. главнокомандующий французской армией генерал Гамелен был снят с поста и заменен генералом Вейганом, однако эта перестановка никак не повлияла на ход боевых действий, и положение союзных войск продолжало ухудшаться.

Дюнкерк. Эвакуация союзников.
20 мая 1940 г. немцы заняли Абвиль, после чего их танковые соединения повернули на север и нанесли с тыла удар по англо-французским войскам, находившимся в Бельгии.
21 мая 1940 г. германские подвижные войска достигли побережья Ла-Манша, расчленив фронт союзников и отрезав 40 французских, британских и бельгийских дивизий во Фландрии. Контрудары союзников с целью восстановить связь с отрезанной группировкой не увенчались успехом, в то время как немцы продолжали сжимать кольцо окружения. После взятия Кале и Булони в распоряжении союзников остались только два порта – Дюнкерк и Остенде. В такой обстановке из Лондона последовал приказ генералу Горту начать эвакуацию Британских экспедиционных сил на острова.
23 мая 1940 г. пытаясь задержать продвижение немцев, союзники силами трех английских и одной французской бригад нанесли контрудар по правому флангу танковой группы Клейста в районе Арраса. Учитывая, что после двух недель форсированного марша и ожесточенных боев немецкие танковые дивизии потеряли до половины своих танков, Рундштедт решил отложить до 25 мая наступление подчиненных ему танковых соединений Клейста и Гота, нуждавшихся в перегруппировке и пополнении. Прибывший 24 мая в штаб Рундштедта Гитлер согласился с этим мнением, и танковые дивизии были остановлены перед Дюнкерком. Дальнейшие действия по уничтожению окруженного противника было предписано вести пехоте, а авиации приказано воспрепятствовать эвакуации.
25 мая 1940 г. 6-я и 18-я армии группы армий «Б», а также два армейских корпуса 4-й армии развернули наступление с целью уничтожения окруженных союзных войск. Особенно тяжелая обстановка сложилась на фронте бельгийской армии, которая три дня спустя была вынуждена капитулировать. Однако немецкое наступление развивалось очень медленно .
26 мая 1940 г. Гитлер отменил «стоп-приказ» для танковых дивизий. Запрет на использование в операции танков действовал всего два дня, но командование союзных войск сумело этим воспользоваться.
27 мая 1940 г. немецкие танковые войска возобновили наступление, но встретили сильное сопротивление. Германское командование совершило крупный просчет, упустив возможность с ходу продвинуться к Дюнкерку, пока противник не укрепился на этом направлении.
Эвакуация союзных войск (операция «Динамо») проходила из порта Дюнкерк, а частично и с необорудованного побережья под прикрытием Королевских ВМС и ВВС.
За время с 26 мая до 4 июня на Британские острова было вывезено около 338 тыс. человек, в том числе 139 тыс. британских солдат и почти сколько же французов и бельгийцев. Однако все вооружение и остальная материальная часть, включая 2400 орудий, 700 танков и 130 тыс. автомашин, остались на побережье Франции в качестве трофеев германской армии. В районе окружения осталось около 40 тыс. французских солдат и офицеров, плененных немцами.

В боях за дюнкеркский плацдарм британцы потеряли 68 тыс. человек и 302 самолета. Значительными были потери флота: из 693 кораблей и судов, участвовавших в спасении окруженных войск, 226 английских и 17 французских были потоплены. Немцы в районе Дюнкерка потеряли 130 самолетов.

Битва за Париж.
Сразу же после прорыва к Ла-Маншу германское командование приступило к подготовке второго этапа кампании – наступления вглубь Франции (план «Рот»), чтобы не позволить французским войскам закрепиться на рубеже рек Сомма, Уаза и Эн. Еще в период продвижения на Абвиль и далее к побережью Ла-Манша часть германских сил последовательно развертывалась фронтом на юг. В дальнейшем они усиливались за счет переброски соединений из района Дюнкерка.
5 июня 1940 г. утром войска правофланговой группы армий «Б» атаковали французские позиции на широком фронте. В первый же день наступления им удалось форсировать Сомму и канал Уаза – Эна. К исходу четвертого дня наступления танковая группа Клейста прорвала оборону французов и продвинулась в направлении Руана.
9 июня 1940 г. с утра в наступление перешли войска группы армий «А», которым, несмотря на упорное сопротивление французов, к 11 июня удалось прорвать фронт на реке Эна и подвижными соединениями выйти к Марне в районе Шато-Тьери.

Военные действия во французских Альпах (Les Alpes). («Альпийский фронт»)
10 июня 1940 г., когда стало ясно, что поражение Франции неизбежно, в войну на стороне Германии вступила Италия, намереваясь за свое участие получить Савойю, Ниццу, Корсику и ряд других территорий. Итальянская группа армий «Запад» (22 дивизии) под командованием принца Умберто Савойского начала военные действия в Альпах на фронте, протянувшемся от границы Швейцарии до Средиземного моря. Ей противостояла французская Альпийская армия генерала Ольдри (7 дивизий). Уступая итальянцам по численности, французы занимали выгодные позиции, благодаря чему сумели отразить все атаки противника. Лишь на самом юге итальянским войскам удалось незначительно продвинуться в приграничной зоне.

Отступление за Луару.
10 июня 1940 г. когда начались боевые действия в Альпах, французское правительство Рейно покинуло Париж и перебралось в Тур (долина Луары), а затем на юг, в Бордо.
В это время немцы, развивая наступление на всех направлениях, отбрасывали французские войска на юг и юго-восток. Группа армий «Б», форсировав Сену между Руаном и Парижем, расчленила левофланговую группировку французов на две части и завершила обход французской столицы с запада. К этому времени войска правого крыла группы армий «А», развивая наступление на юг, создали угрозу Парижу с востока.

Приняв решение о сдаче Парижа, французское командование направило трем своим группам армий директивы, согласно которым они, по возможности не распыляя силы, должны были отходить за линию Кан, Тур, Средняя Луара, Дижон, где по естественному рубежу реки Луары предполагалось образовать новый фронт обороны. В ходе начавшегося отступления отдельные французские части и соединения (как, например, 4-я резервная бронетанковая дивизия) еще оказывали ожесточенное сопротивление, пытаясь задержать противника в арьергардных боях.
12 июня 1940 г. Париж был объявлен «открытым городом»
14 июня 1940 г. утром Париж без боя занят германскими войсками.

Последние операции германских войск во Франции в кампанию 1940 г.

Взятие Вердена (Verdun)
13 июня 1940 г. продолжая развивать наступление в юго-восточном направлении, войска группы армий «А» заняли Монмеди и подошли к Вердену.
14 июня 1940 г. Верден был взят и германские войска вышли в тыл линии Мажино.

Одновременно 14-15 июня перешли в наступление дивизии группы армий «Ц» генерала фон Лееба, которым удалось прорвать линию Мажино, завершив тем самым окружение французской 2-й группы армий.
16 июня 1940 г. осознавая, что война окончательно проиграна, французское правительство Рейно ушло в отставку. Возглавивший новый кабинет маршал Петен немедленно запросил Германию о перемирии.
С 17 июня 1940 г. французские войска прекратили организованное сопротивление и в беспорядке стали отходить на юг.
18 июня 1940 г. из Шербура были эвакуированы последние части Британских экспедиционных сил, а также более 20 тыс. польских солдат.
К 21 июня 1940 г. немцы заняли Брест, Нант, Мец, Страсбург, Кольмар, Бельфор и достигли нижнего течения Луары от Нанта до Труа.
22 июня 1940 г. в Компьенском лесу, там же, где и в 1918 г., в штабном вагоне маршала Фоша, доставленном по приказу Гитлера из музея, было подписано перемирие.

Кампания 1940 г. во Франции была закончена.

Потери германской армии: 27 тыс. убитых, 111 тыс. раненых и 18,3 тыс. пропавших без вести.
Потери союзников составили 112 тыс. убитыми, 245 тыс. ранеными и 1,5 млн. пленными.

Это была третья большая победа немцев в ходе Второй мировой войны после разгрома Польши и оккупации Дании и Норвегии. Она была достигнута благодаря грамотному использованию германским командованием танков и авиации, пассивной оборонительной стратегии союзников и капитулянтской позиции политического руководства Франции.

С.И. Дробязко,
кандидат исторических наук

Музеи, посвященные «Битве за Францию», 1940

  • Музей Армии. Военный музей в Париже, Дом Инвалидов
  • Танковый Музей. Город Сомюр, Долина Луары
  • Военный Музей «1939-1945», Атлантический Вал
  • Музей горнострелковых частей. Гренобль, французские Альпы

Оборона Франции, 1940

Индивидуальные экскурсии по местам сражений

  • Экскурсии из Парижа в Булонь — Калле — Дюнкерк