Операция кавказ в Египте

Истребитель-бомбардировщик Су-7. Фото: Владимир Первенцев / РИА Новости

При этом СССР не прекращал помогать Египту. В конце 1967 г. ВВС этой страны получили 20 бомбардировщиков Ил-28, 60 штурмовиков Су-7, 50 истребителей МиГ-19 и 100 МиГ-21. А в начале 1968 г. с десантных кораблей Черноморского флота на азиатском берегу Суэцкого канала высадился отряд морской пехоты (396 чел., четыре танка Т-54, 10 ПТ-76, 21 БТР-60, батарея ЗСУ «Шилка») с целью сохранения за Египтом контроля за входом в канал. Израильтяне мешать морпехам не рискнули.

Артиллерийские перестрелки через канал возобновились в сентябре 1968 г. 31 октября израильские десантники на вертолетах французского производства SA321 высадились в глубине египетской обороне (более 300 км к западу от канала), взорвали два моста через Нил и трансформаторную станцию. После этого вновь наступило длительное затишье. За это время израильтяне построили на восточном (азиатском) берегу Суэцкого канала мощную оборонительную линию, названную линией Бар-Лева (по фамилии начальника Генштаба ЦАХАЛ, инициировавшего данный проект). Израильтяне считали, что прорвать ее можно только с применением ядерного оружия, коего у Египта заведомо не было и быть не могло.

В марте 1969 г. война возобновилась, чтобы уже не прерываться на протяжении полутора лет. Арабы считают, что именно этот период и является «Войной на истощение». Однако в мировой военной литературе под этим термином традиционно понимается весь период с июля 1967 г. по август 1970 г.

Уже 9 марта от израильского снаряда погиб начальник египетского Генштаба генерал Риад. Подразделения обеих сторон стали совершать регулярные рейды на «вражеский» берег канала, нанося друг другу чувствительные удары. При этом Израиль пользовался превосходством своих ВВС над египетскими (не в количестве и качестве самолетов, а в уровне подготовки летчиков), нанося удары в глубину Египта. Так, в мае ими был уничтожен Хелуанский металлургический комбинат. С июля египетские ВВС начали применять штурмовики Су-7, очень эффективные по тому времени.

Правда, эффективными они были в хороших руках (например, у индусов в декабре 1971 г.), а вот у арабов с этим были некоторые проблемы. В августе египтяне впервые использовали ПЗРК «Стрела-2». По канонической советской легенде в первый же день применения (дата которого, впрочем, никогда не называется) ими было сбито 6 «Фантомов». На самом деле, 19 августа были сбиты не «Фантомы», а «Скайхоки» (что само по себе гораздо легче: «Фантом» — «двухмаховый» истребитель, «Скайхок» — дозвуковой штурмовик) и не шесть, а два.

8 сентября израильские боевые пловцы взорвали два египетских торпедных катера, впрочем, несколько пловцов при этом погибло (катера, на самом деле, того не стоили). На следующий день израильский танковый батальон высадился на западном берегу канала и провел там лихой рейд на 50 км, уничтожив египетский военный лагерь и несколько РЛС, погибло не менее 150 египтян и ни одного израильского военнослужащего. Успеху рейда способствовало то, что израильтяне использовали трофейную технику — Т-54 и БТР-50. 11 сентября над каналом произошел крупный воздушный бой, в котором египтяне потеряли пять-семь МиГ-21, два-три Су-7, 1 МиГ-17, израильтяне — один-два «Миража». Через неделю израильские ВВС полностью разгромили 10-ю зенитно-ракетную бригаду ПВО Египта.

Самой успешной операцией египетского флота (после потопления «Эйлата») стал набег эсминцев «Насер» и «Дамьетта» (советского пр. 30) с целью обстрела береговых объектов израильских войск в 40 км к востоку от Порт-Саида в ночь с 9 на 10 ноября 1969 г.. По-видимому, израильтяне понесли очень серьезные потери, поскольку стараются не упоминать об этом событии. На отходе эсминцы подверглись безуспешной атаке 40 израильских самолетов. Разумеется, операцией руководили советники из СССР. Отчасти ее успех, конечно, объяснялся близостью объектов атаки к египетским базам.

Ответным триумфом израильтян стала операция 26-27 декабря, когда группа спецназа захватила новейшую советскую РЛС П-12 и вывезла ее на внешней подвеске вертолета СН-53. Благодаря этому сам Израиль и США получили ценнейший материал для ведения РЭБ против советских систем ПВО.

В течение 1969 г. Египет потерял от 48 до 72 боевых самолетов и не менее трех дивизионов ЗРК С-75. При этом египтяне претендуют на уничтожение, как минимум, 45 израильских самолетов, евреи признают только 5. С 7 января 1970 г. израильские ВВС усилили удары по объектам в глубине территории Египта, ПВО которого противостоять им не могла, хотя только за 1969 г. получила 157 истребителей МиГ-21. 22 января израильский воздушно-морской десант захватил остров Шадуан в районе нынешней «всероссийской здравницы» Шарм-аль-Шейха и удерживал его 30 часов, вывезя оттуда еще одну РЛС. Египет потерял 30 человек убитыми, 62 пленными, 2 торпедных катера пр. 183, Израиль — три человек убитыми. 12 февраля ВВС Израиля уничтожили металлургический завод в Каире.

В Москве еще в декабре 1969 г. было окончательно принято решение об оказании Египту прямой военной помощи в сфере ПВО. В марте 1970 г. началась переброска советских войск из Николаева в Александрию. В Египте была сформирована 18-я особая дивизия ПВО СССР в составе трех зенитно-ракетных бригад (по 8 дивизионов ЗРК С-125 в каждой), 135-го истребительного авиаполка (40 МиГ-21МФ) и 35-й разведывательной эскадрильи (30 МиГ-21Р). Для прикрытия позиций ЗРК было выделено 70 ЗСУ-23-4 и 242 “Стрелы-2”.

50 лет назад мы были в Египте со щитом

Эпизод шестидневной войны. Фото с сайта www.gpophoto.gov.il

Мне, моим однокурсникам и коллегам пришлось на Ближнем Востоке в прошлом веке работать в трех средах – на земле, на воде и в воздухе, довелось быть в окопах и на дипломатическом паркете, под огнем и под флагом ООН. Багдад, Каир, Сана, Дамаск, Бейрут, Суэцкий канал, Синайский полуостров и Голанские высоты – этапы большого пути. Но особенно запомнился жаркий 1970-й год в Египте.

Отдельные дни и часы 50-летней давности остались в памяти навсегда.

ВСТРЕЧА С НАСЕРОМ

Военные специалисты и переводчики появились в Египте еще в 1956 году, а военные советники – в ноябре 1967 года, после третьей арабо-израильской войны.

Новый уровень взаимодействия начался в начале 1970 года, когда в Египет прибыли наши зенитно-ракетные и авиационные части и подразделения. Москва направляла в Египет своих лучших представителей.

В феврале-марте исполняется 50 лет со дня создания 18-й дивизии ПВО, прибытие ее частей в Египет. Командиром дивизии был назначен генерал-майор А.Г. Смирнов (1923–2012), а начальником политотдела – подполковник В.Г. Михайлов (1928–2019).

Генерал Смирнов вспоминал: «С группой генералов во главе с маршалом Батицким Павлом Федоровичем мне предстояло вылететь в Египет для проведения рекогносцировки и выбора элементов боевых порядков частей и подразделений дивизии.

Меня удивляла огромная энергия Батицкого П.Ф., которому в то время было уже 60 лет. Он побывал практически на всех местах выбранных огневых позиций каждого зенитно-ракетного дивизиона, утверждая или отвергая их выбор.

Результаты этой работы доложили президенту ОАР Насеру Г.А., встреча с которым состоялась 2–3 января (точно сказать не могу) 1970 года. Весь состав нашей группы Батицкий П.Ф. представил Насеру персонально.

Меня Батицкий П.Ф. представил примерно так: «Этот молодой генерал будет непосредственно решать задачи с войсками по отражению налетов авиации Израиля на объекты вашей страны и не допустит ее ударов по вашим объектам». После такого заявления я по-настоящему понял, какие сложные задачи придется здесь решать».

Назовем имя и еще одного человек с большой буквы: 3 апреля 2020 года исполняется 100 лет со дня рождения главного военного советника в Египте Василия Васильевича Окунева (1970–1972) («НВО», № 41.08.11.19)

Нашими авиационными частями в Египте командовал генерал-майор Дольников Григорий Устинович (1923–1996).

Перемены были на дипломатическом направлении – 9 октября 1970 года новым послом в Египте назначен Владимир Михайлович Виноградов (1921–1997). В своей книге «Египет: От Насера к Октябрьской войне» он писал: «Мне бросилось в глаза, что Садат часто примерялся к поведению «сильных личностей», каковыми он считал Сталина и Черчилля. Не знаю, как о Черчилле, но о Сталине его познания были какие-то искаженные, односторонние, видимо, такие, которые ему лично нравились. Он часто говорил мне, что Сталин в такой-то обстановке делал то-то, а в другой то-то. Ему импонировало поведение Сталина во время битвы за Москву. В то же время, когда после ареста насеристов в мае 1971 года он на второй день, все еще бледный и смертельно перепуганный, излагал мне свою версию происшедшего, он почему-то решил утверждать как бы в качестве доказательства правоты своих действий, что ведь Сталин «ради дела» расстрелял половину членов ЦК. Я был вынужден прервать президента и попросить его в соответствующей, конечно, форме, не говорить того, что он где-то от кого-то слышал».

УММ КУЛЬСУМ И ГАМАЛЬ НАСЕР

50 лет назад, 28 сентября 1970 года скончался президент Египта Гамаль Абдель Насер, Герой Советского Союза (медаль «Золотая Звезда» № 11224, Указ Президиума Верховного Совета СССР от 13 мая 1964 года).

В Москве 16 мая 2018 года в Университете дружбы народов установлен бюст Гамаль Абдель Насеру, которому в тот год исполнилось 100 лет. Автор бюста – известный египетский скульптор Усама Эль-Серуи.

Побывав на открытии бюста, я мысленно переместился в Египет и вспомнил Гамаль Насера и певицу Умм Кульсум (1908–1975). Насер восхищался ее талантом. Писатель Игорь Куберский, участник боевых действий в Египте, в романе «Египет – 69» упоминает знаменитую египетскую певицу Умм Кульсум: «Поет Умм Кульсум – лучшая певица Египта. Трансляция ее концерта по радио – праздник для Египта».

Очень хорошо сказал о певице и наш коллега Владимир Дудченко, написавший роман «Канал». Вот цитата из него: «Сафват прислушался к музыке и сказал Полещуку: – Умм Кульсум поет, лучшая певица Египта.

– Вот эта? – Полещук показал рукой на стену, где висела журнальная фотография полной женщины в темных очках, знакомая ему по рекламе в египетских газетах, которые он, учась в ВИИЯ, штудировал в обязательном порядке.

– Да, это Сума. Старая уже, но голос божественный… Кстати, Искяндер, сегодня попозже будет прямая трансляция ее концерта по радио. Редкий случай, надо успеть».

Хочется добавить кое-что и мне. В конце сентября 1970 года, после двух лет пребывания в Египте, я с двумя медалями в чемодане («За боевые заслуги» и «100-лет со дня рождения В.И. Ленина») уезжал из Каира в отпуск. В зале ожидания международного аэропорта я заметил группу артистов с музыкальными инструментами. Они держались отдельной группой.

Прибыв в Москву, я на следующий день отправился в центр города. На театральной афише увидел анонс: «Выступает знаменитая египетская певица Умм Кульсум». Только теперь я понял, куда направлялись музыканты.

На Арбате я зашел в управление, чтобы получить отпускные и уладить другие формальности. Там я узнал, что 28 сентября 1970 года в возрасте 52 лет умер президент Гамаль Абдель Насер.

Знаменитая певица отменила свои выступления в Москве и вернулась в Египет.

ТАКТИЧЕСКИЙ УСПЕХ

Первый успешный противовоздушный бой в небе Египта можно описать кратко: «30 июня 1970 года, находясь в «засаде» в районе Большого Горького озера в составе маневренной группы, дивизион капитана Маляуки В.П. сбил первый истребитель-бомбардировщик F-4E «Фантом». Так был открыт боевой счет 18-й зенитной ракетной дивизии и опровергнуто утверждение о неуязвимости «Фантомов» от зенитных ракет. Капитан Валерионас Маляуки был представлен командиром дивизии к званию Героя Советского Союза, но награжден был орденом Красного Знамени».

А 3 августа 1970 года произошел последний противовоздушной бой зенитно-ракетного дивизиона подполковника Константина Ильича Попова в Египте, в зоне Суэцкого канала. В бою К.И. Попов проявил тактические мастерство, стал Героем Советского Союза. К.И. Попов оставил воспоминания. В книге «Противовоздушная оборона страны: вчера, сегодня, завтра» напечатан его очерк «Последний бой в Египте – он трудный самый», а в сборник «Гриф «секретно» снят» вошла его статья «О выполнении интернационального долга нашими воинами ПВО в АРЕ (с марта 1970 г. по март 1971 г.)».

В этом бою в составе группировки участвовал и дивизион подполковника Николая Михайловича Кутынцева (1928–2007), который также стал Героем Советского Союза.

Необходимо сказать, что не все военнослужащие, проходившие службу в Египте, причислены к участникам боевых действий. Хотя в Законе «О ветеранах» можно прочитать: «Перечень государств, городов, территорий и периодов ведения боевых действий с участием граждан Российской Федерации.

Боевые действия в Египте (Объединенная Арабская Республика):

с октября 1962 года по март 1963 года; июнь 1967 года; 1968 год; с марта 1969 года по июль 1972 года; с октября 1973 года по март 1974 года; с июня 1974 года по февраль 1975 года (для личного состава тральщиков Черноморского и Тихоокеанского флотов, участвовавших в разминировании зоны Суэцкого канала)».

Таким образом, в Египте больше всего перечисленных в Законе «О ветеранах» «периодов ведения боевых действий» – 6 (шесть)!

Все боевые эпизоды и пуски ракет сравнивались с действиями во Вьетнаме. Отметим, что в Египте служили военные всех родов войск, в том числе и советники по моральной ориентации и охране государственной границы. Один наш полковник-пограничник из Московского пограничного училища проехал и проинспектировал всю западную и южную границу Египта. Мне часто приходилось его переводить.

КАЛЕЙДОСКОП

Вначале наше командование было скупо на награды, кадровики говорили, что награды даются за наступательные операции. В 1970 году обстановка изменилась.

Весной группе советников и переводчиков вручили правительственные награды. Зачитали Указ Президиума Верховного Совета СССР от 14.05.1970 года.

При вручении наград присутствовал корреспондент Евгений Максимович Примаков.

Через некоторое время большинство советников и переводчиков были награждены медалью «В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина».

Участникам ВОВ вручили нагрудный знак «25 лет победы в Великой Отечественной войне». Дежуря на командном пункте ПВО Египта, прочитал в одном из наших журналов, что Кожедубу И.Н. (1920–1991) исполнилось 50 лет.

Необычным событием стало появление в американском журнале «Ньюсуик» статьи под названием «Красная звезда над Нилом» от 1 июня 1970 года. Журнал можно было купить в книжных киосках. Автором статьи был американский журналист Арно де Боршгрейв (1926–2015).

В моей записной книжке осталась следующая запись:

«А с американским журналистом Боршгрейвом автору данных строк пришлось через три года несколько раз встретиться в начале 1974 года на наблюдательном посту ООН на 101-м километре дороги Каир-Суэц в ходе четвертой арабо-израильской войны. Тогда он, занимаясь журналистикой, внимательно наблюдал за советскими офицерами-наблюдателями, впервые включенными в состав Органа ООН по наблюдению за выполнением условий перемирия в Палестине (ОНВУП). В разговоре со мной на наблюдательном посту ООН журналист сказал: «Я разговаривал с несколькими русскими. Советские офицеры-наблюдатели хорошо говорят по-английски, а некоторые и по-арабски». В критический момент войны журналист ночевал две ночи в палатке возле наблюдательного поста ООН под Суэцом, чтобы своевременно освещать события».

В один из самых жарких дней в Египте появились тревожные разговоры: «30 июля 1970 года в воздушном бою в южной части Суэцкого канала сбито четыре советских истребителя, три наших летчика погибли». Нагрянуло начальство из Москвы.

Вскоре, 7 августа 1970 года, прекратилась «война на истощение» – закончилась подписанием соглашения о прекращении огня без территориальных изменений у сторон конфликта. В дневнике я сделал запись: «Перед этим событием советники целые сутки наносили обстановку на топографические кары не карандашами, а фломастерами. Четыре топографические карты разного масштаба с нанесенными боевыми порядками от Асуана до Дельты в полночь срочно отправили в Москву».

В заключение можно сказать, что мы для Египта ничего не пожалели – «мы даже сердце, как НЗ, не берегли». Сейчас самому молодому участнику тех событий 70 лет.

26 апреля 2019 года на 91-м году жизни скончался видный советский и российский военачальник, основатель и бессменный руководитель Московского Дома ветеранов (инвалидов) войн и Вооруженных сил, генерал-лейтенант авиации Михайлов Вячеслав Григорьевич. Он написал книгу «Со щитом», в которой есть такие слова: «Мы пришли в Египет не с мечом, а со щитом».

Каждый год участники боевых действий в Египте на старый Новый год собираются на встречу в Доме ветеранов на Олимпийском проспекте, вспоминая былые дни, когда «из-под арабской желтой каски синели русские глаза».

Хроника неизвестной войны

Пролог

В ходе “шестидневной войны” 1967 года Израиль нанёс сокрушительный удар по вооруженным силам Египта, Сирии и Иордании. Потери арабской коалиции составили: 40 тыс. человек убытыми, раненными и пленными, более 900 танков, более 1000 стволов артиллерии и более 400 самолётов. Результатом стремительного наступления израильской армии стал захват Синайского полуострова, сектора Газа, Голанских высот и Западного берега реки Иордан.

10 июня Советский Союз разорвал дипломатические отношения с Израилем и сделал решительное предупреждение его руководству, что если оно не прекратит боевые действия, то Советский Союз не остановится перед принятием мер военного характера. Жёсткое официальное заявления министерства иностранных дел СССР были подкреплены отправкой оперативной эскадры кораблей Черноморского флота и Северного флотов к берегам Египта, в том числе и с ядерным оружием на борту, и эскадрильи стратегических бомбардировщиков Ту-16, а также высадкой десанта морской пехоты в Порт-Саиде.

Израильская армия остановила наступление 10 июня, и линия фронта установилась по Суэцкому каналу.

6-дневная война в «ВКО» №6 2006 “Израиль начинает и выигрывает”

За счет крупномаштабной военно-технической помощи со стороны СССР, которая включала в себя массированные поставки боевой техники, вооружения и отправку военных специалистов, была восстановлена боеспособность египетской армии. Несмотря на возражения советской стороны, руководство Египта приняло решение перевести малоактивное противостояние в зоне Суэцкого канала в военные действий малой интенсивности. В марте 1969 г. египтяне начали «войну на истощение». Тактика этой войны предусматривала регулярный обстрел израильских позиций на восточном берегу Суэцкого канала, удары авиации по наземным целям, воздушные бои с противником и диверсионные вылазки коммандос. В апреле Египет официально заявил, что не считает себя более связанным обязательством о прекращении огня.

Зенитная пушка, уничтоженная во время налета израильской авиации. На втором плане группа советских военных специалистов (из личного архива А.В. Пшоняка)

Когда артиллерийские дуэли показали превосходство египетских артиллеристов, на артобстрелы Израиль стал отвечать налетами штурмовиков и бомбардировщиков. Но сначала израильская авиация предприняло меры для подавления противоздушного прикрытия артиллерийских батарей. В 1969 г. на Суэцком канале для прикрытия сухопутных войск в районах городов Порт-Саид, Исмаилия и Суэц были развернуто 7 дивизионов СА-75М. В течение пяти дней (с 20 по 24 июля 1969 г.) противник поразил позиции 6 зенитных ракетных дивизионов.

После этого группировка ЗРВ Египта в зоне канала фактически была уничтожена. Интенсивность обстрела израильских укреплений на восточном берегу Суэцкого канала упала.

Разгром группировки ЗРВ ПВО Египта в июле 1969 го в «ВКО» №3 (16) 2004 “Бои на Суэцком канале”

2 августа 1969 года. Формирование авиационной группы

2 августа 1969 года командир 827-го отдельного разведовательного авиационного полка п-к Ю.В. Настенко, командир истребительного авиационного полка п-к Константин Андреевич Коротюк и другие лётчики — командиры звеньев от каждого полка — были вызваны со своих мест прохождения службы на приём к министру обороны СССР А.А. Гречко. На приёме присутствовал начальник Генерального штаба Захаров.

Лётчикам было объявлено о формировании авиационной группы ПВО из добровольцев для оказания помощи Египту в отражении израильской агрессии. Впоследствие в состав группы вошли 35-я отдельная эскадрилья, командир п-к Ю.В. Настенко, и 135-й истребительный авиационный полк, командир п-к К.А. Коротюк. Так было положено начало операции, получившей кодовое название «Кавказ».

Летный состав группы в течение месяца занимались интенсивной подготовкой, перелетая с аэродромов в районах Черного (Лиманское) и Каспийского морей (Мары), выполняя стрельбы по мишеням ракетами и из пушек. Технический состав с декабря изучал особенности подготовки техники в условиях жаркого пустынного климата на базе 188-го истребительного полка в Марах. Учитывая специфику предстоящих боевых задач, времени для подготовки было отведено недостаточно. Как вспоминает п-к Ю.В. Настенко («Тогда в Египте …»): «Да, стрелять и летать мы умели, а воевать — нет.»

Начало декабря 1969 года. Визит Г. Насера в Москву

Чтобы вынудить Египет прекратить начатые им боевые действия на канале, в конце 1969 г. ВВС Израиля, не прекращая ударов по сухопутным войскам в прифронтовой зоне, перенесли «войну на истощение» в глубь Египта. Объектами налетов стали не только военные, но и гражданские цели. Задуманная тактика должна была вызвать в стране хаос, посеять чувство бессилия перед израильской военной машиной и в конечном итоге вызвать политический кризис, который ударит по авторитету президента Египта Г. Насера и усилит влияние политической оппозиции на военный и внешнеполитический курс страны. ВВС Израиля начали операцию «Хордос». Планировалось ударами с воздуха уничтожить 18 важнейших военных и гражданских стратегических объектов Египта. Предварительно боевые самолёты Израиля со специальной аппаратурой совершили более 300 разведывательных полётов, в ходе которых выявили зоны действия египетской ПВО. После их сравнительно легкого подавления израильская авиация получила возможность беспрепядственно наносить ракетно-бомбовые по центральным египетским районам и пригородам Каира.

Для президента Египта Гамаля Абделя Насера стало очевидно, что исход «войны на истощение» целиком и полностью зависит от того, кто будет господствовать в небе над Египтом. Он лично курировал состояние войск ПВО. Поставка новых зенитных ракетных комплексов С-75 взамен уничтоженых израильской авиацией и первый успех применения ПЗРК «Стрела-2» не могли переломить ситуацию. Тщательно продуманная и гибкая тактика позволяла ВВС Израиля наносить эффективные удары практически без потерь. В сентябре 1969 года из США стали поступать первые партии истребителей-бомбардировщиков F-4E «Фантом» («Курнасс» по израильской классификации). В этой обстановке Г. Насер не нашел другого выхода, как обратиться к СССР за прямой военной помощью.

Суть просьбы Насера заключалась в создании «эффективного ракетного щита» против израильской авиации с посылкой в Египет «регулярных советских частей противовоздушной обороны и авиации». Очевидно, что Насер был в курсе успехов ПВО вьетнамской народной армии в противостоянии с авиацией США, где советские зенитные ракетные комплексы показали свою эффективность под управлением обученных расчетов и при тактически грамотном командовании.

В начале декабре 1969 г. состоялся тайный визит его в Москву для «важной и конфиденциальной» беседы с Л. Брежневым. Египетский президент, убеждая советское руководство «оказать прямую военную помощь стране, не являющейся участником Варшавского Договора», неоднократно подчеркивал, что если это смущает русских, то Египет готов вступить в Варшавский Договор «хоть завтра». Содержание просьбы намного превосходило все прежние обязательства Москвы, поэтому решение об ее удовлетворении было принято на заседании Политбюро ЦК КПСС вместе с командованием Вооруженных Сил. Незначительные дискуссии в Политбюро вызвали технические детали предстоящей акции.

Насер настаивал, чтобы ввод советских войск в Египет произошел открыто. В крайнем случае миру можно было бы объяснить, что все войска – исключительно добровольцы.

Л. Брежнев возражал: «Нам никто не поверит, что нашлось воевать в чужой стране столько добровольцев. И вообще – мы так не привыкли». В конечном итоге все сошлись на том, что акция должна пройти «без шума».

Конец декабря 1969 года. Подготовка к операции

На основе достигнутых советско-египетских договоренностей было принято закрытое решение Политбюро ЦК КПСС об оказании военной помощи этой стране в ее войне с Израилем путем создания там Оперативной группировки советских войск. В нее должны были войти зенитная ракетная дивизия, авиационная и военно-морская группы.

В декабре 1969 г. в соответствие с решением Политбюро Министр обороны Маршал Советского союза А.А. Гречко отдал приказ о проведении операции «Кавказ», суть которой состояла в создании на территории Египта системы ПВО на основе регулярных советских частей. Главком войск ПВО страны маршал П.Ф. Батицкий созвал совещание, на котором огласил приказ министра обороны, поставил конкретные задачи по разработке операции и формировании особой дивизии ПВО, были назначены даты готовности дивизии к отправке, отдано распоряжение командующим армиям ПВО о подготовке дивизионов и подразделений, которые должны были войти в состав создавемых бригад.

Непосредственно разработкой плана проведения операции «Кавказ» занималось Оперативное управление Главного штаба войск ПВО страны.

2 января 1970 года

В конце декабря 1969 года оперативная группа из 10 генералов и офицеров во главе с маршалом П.Ф. Батицким вылетела с подмосковного военного аэродрома «Чкаловский» в Египет на рекогносцировку местности. В течение нескольких суток в сопровождении Главного военного советника министра обороны ОАР генерал-полковника И.С. Катышкина группа в Аравийской пустыне выбрала места для каждой будущей позиции зенитных ракетных дивизионов.

2-3 января 1970 года об итогах работы группы было доложено египетскому руководству. Президенту Насеру был представлен командир дивизии генерал-майор А.Г. Смирнов. На следующий день группа вернулась в Москву.

5-6 января 1970 года состоялось совещание у министра обороны СССР Маршала Советского Союза А.А. Гречко.

9 января 1970 года

9 января 1970 г. с аэродрома «Чкаловский» поднялись в воздух и взяли курс на Каир 2 самолёта Ил-18 с оперативной группой генералов и офицеров МО СССР. Ее возглавили заместитель Главнокома войсками ПВО страны генерал-полковник А.Ф.Щеглов и заместитель Главнокома ВВС генерал-полковник авиации А.Н.Ефимов.

В группу входили:

Группе надлежало в срочном порядке провести рекогносцировку местности и выбрать элементы боевых порядков подготавливаемых к отправке в ОАР советских воинских частей и подразделений, а также египетских войск. В сжатые сроки советские специалисты разработали несколько конкретных генеральных планов строительства и типовые решения площадок и огневых позиций для дислокации зенитных ракетных комплексов С-75 и С-125, технических дивизионов и батарей, КП бригад и укрытий для размещения техники на стационарных и временных позициях, создания запасных (полевых) и ложных позиций, позиций для зенитных установок ЗСУ-23-4 «Шилка» и ПЗРК «Стрела-2». Было предложено ряд вариантов базирования советской авиации на местных аэродромах, выполнены расчеты по воздействию различных боеприпасов противника на возводимые сооружения и отдельные их конструктивные элементы. Для основных районов прикрытия группировок войск (Северо-Александрийский, Центральный, Южный и Приканальный) в период с 5 марта по 10 апреля 1970 г. планировалось построить 25 позиций для ЗРК С-75 и 24 – для ЗРК С-125.

В конце января в Египет прилетел Главком войск ПВО страны маршал П.Ф. Батицкий, который возглавил работу оперативной группы. В первых числах февраля маршал П.Ф. Батицкий доложил президенту ОАР о результатах совместной работы советских и египетских военных специалистов по рекогносцировке и инженерному оборудованию позиций.

По возвращении в Москву состоялось совещание у министра обороны СССР Маршала Советского Союза А.А. Гречко. О готовности к проведению операции «Кавказ» докладывали:

13 января 1970 года. Создание зенитной ракетной дивизии ОН

Одновременно с разработкой операции началось формирование частей и соединений. Для отправки в Египет было отобрано 32 тыс. советских генералов, офицеров и солдат. К марту 1970 группировка советских войск в Египте включала в себя:

  • 18-ю зенитную ракетную дивизию особого назначения (командир генерал-майор А.Г. Смирнов, численность личного состава – 1.5 тыс. человек) в составе 4-х зенитных ракетных бригад (имели обозначения полков):
    • 1-я зрбр / 559 зрп (командир полковник Б.И. Жайворонок);
    • 2-я зрбр / 582 зрп (командир подполковник Н.А. Руденко);
    • 3-я зрбр / 564 зрп (командир майор В.А. Белоусов);
    • 4-я зрбр (командир полковник Шумилов);
    • Центра радиоэлектронной борьбы (командир подполковник А.К. Исмаков).
  • истребительно-авиационную группу (старший группы генерал-майор авиации Г.У. Дольников) в составе:
    • 35-й отдельной истребительной эскадрильи (30 МиГ-21МФ, 42 летчика – командир полковник Ю.В. Настенко);
    • 135-й истребительного авиационного полка (40 МиГ-21МФ, 60 летчиков – командир полковник К.К. Коротюк);
    • 90-ю отдельную дальнеразведовательную эскадрилью особого назначения (Ту-16Р, Бе-12, Ту-16П, Ил-38);
    • отряд кораблей Черноморского, Балтийского и Северного флотов в составе 5-й («Средиземноморской»») эскадры ВМФ СССР;
    • группу военных советников и специалистов (главный военный советник (ГВС) и старший группы военных специалистов генерал-полковник И.С. Катышкин (1968–1970), он же главкомандующий советской группировки особого назначения в Египте.

13 января 1970 года вышел приказ об образовании 18-й особой зенитной ракетной дивизии. Но уже накануне, в конце декабря, были назначены командиры дивизионов, которые приступили к комплектованию дивизионов личным составом, получением боевой техники. Новый 1970 год личный состав дивизионов встречал на железнодорожных станциях, занимаясь погрузкой техники. Эшелоны с разных концов страны пошли на юг, сначало в Баку, затем на ракетные полигоны в Ашулуке и Янгадже, где им предстояло отрабатывать стрельбу по низколетящим целям и в условиях постановки помех противником. Окончательно в состав 4-х бригад (полков) дивизии вошли 24 зенитных ракетных дивизиона, 4 технических дивизиона и 2 технические батареи.

Одновременно велась подготовка взводов ПВО СВ, которые придавались зенитным ракетных дивизионам для их прикрытия от авиации противника, атакующей на малых высотах. В начале февраля 1970 г. изъятые из состава мотострелковых и танковых полков сухопутных войск «шилкачи» прибыли на Тучинский полигон Прикарпатского ВО под Ровно. Там они провели боевое слаживание с боевой стрельбой ЗСУ-23-4. В частности впервые в истории отрабатывалась стрельба на т.н. «зеркалке» по реальным вертолётам огневой поддержки (ВОП). Считалось, что противник может применить их для атаки позиций ЗРК. Отделения ПЗРК «Стрела-2» проводили стрельбы отдельно от своих взводов на ракетном полигоне Ашулук. Всего было подготовлено к отправке 24 взвода ПВО, 3 полных и 1 сокращенное отделение регламентных, настроечных и ремонтных работ «Шилок» (ОРНРиР). По готовности они партиями отправлялись в порт Николаев, где впервые встречались с командирами и личным составом зенитных ракетных дивизионов, к которым они придавались.

В середине января в Египет вылетел командир дивизии генерал-майор А.Г. Смирнов вместе со своей оперативной группой в составе 20 человек. Она тоже была занята контролем за строительством позиций дивизионов и командных пунктов. Это было наиболее важной задачей. Командир так и не получил возможность познакомиться с личным составом дивизии до отправки в Египет, как ему было обещано ранее. Первые встречи с командирами бригад и дивизионов состоялись уже на месте в порту Александрии.

30 января 1970 года

30 января 1970 года в соответствии с приказом министра обороны СССР в Генеральном штабе была создана оперативная группа «Каваказ», на которую были возложены задачи по обеспечению повседневного управления советской группировкой в Египте. Начальником группы был назначен заместитель начальника Главного оперативного управления ГШ генерал-лейтенант Сергей Георгиевич Кривоплясов. Группа представляла собой самостоятельную единицу в Генеральном штабе и подчинялась только министру обороны, начальнику ГШ и его 1-му заместителю.

В состав группы вошли:

  • от Главного оперативного управления ГШ:
    • генерал-майор Пётр Васильевич Агеев;
    • Виктор Михайлович Татарников;
    • Семён Мефодьевич Урсол;
    • Станислав Кириллович Лалыменко
  • от управления ПВО и авиацией:
    • полковник Виктор Александрович Бушуев;
    • Борис Александрович Абрамов;
    • Борис Тимофеевич Суриков
  • от Главного организационно-мобилизационного управления ГШ:
    • полковник Василий Васильевич Градосельский
  • от Главного штаба ВВС:
    • Андрей Михайлович Бетехтин
  • от Главного штаба Войск ПВО страны:
    • майор Владимир Дмитриевич Гудым.

1 февраля 1970 года

1 февраля 1970 года заступила на боевое дежурство в небе Египта советская 35-я отдельная истребительная эскадрилья с авиабазы «Джанклиз» рядом с Александрией. МиГи несли опозновательные знаки ВВС ОАР, но пилотировались советскими летчиками. Зона ответственности эскадрильи простиралась на полосе вдоль побережья Средиземного моря от Порт-Саида до Мерса-Матрух и далее на юг до Каира.

6 марта 1970 года

В течении февраля и марта на авиабазу «Кайро-Уэст» стали прибывать инженерно-технический состав и самолёты 135-го истребительного авиационного полка. Техники занимались сборкой и проверкой МиГов, которых в разобранном виде доставляли транспортные самолёты АН-12. Во время загрузки истребителей на Горьковском авиазаводе вместе с ними в грузовой отсек нередко попадал снег. Когда после перелёта транспортники разгружались в «Кайро-Уэсте», холодное белое чудо, попавшее в раскаленные пески Африки, вызывало немалое удивление у арабов, не видевших настоящей зимы.

6 марта прилетел основной летный и технический состав полка. После долгого перелёта в тесных кабинах транспортных Ан-12 советские лётчики и техники еще только разминали ноги, делая первые шаги по египетской земле, как внезапно над ВВП на высоте 50 метров прошла пара «фантомов» с голубыми звездами. Пройдя до конца полосы, двойка эффектно взмыла вертикально вверх, затем разомкнулась, далее самолёты разошлись друг с другом курсами под 180 градусов и удалились за горизонтом. Зенитная артиллерия египтян открыла огонь, когда цели уже скрылись, но продолжала «тарахтеть» с течение нескольких минут. Страшная канонада стояла над авиабазой, из-за которой было невозможно понять, что налёт закончился, так и не начавшись. Только что прибывшие советские «специалисты по сельскому хозйству», нарядные, одетые, как один, в белые рубашки и черные брюки, попадали в пыль и песок, кто где стоял. Встреча удалась. Так израильские лётчики поприветствовали своих новых оппонентов.

Предполётный инструктаж советских летчиков. На заднем плане: МиГ-21 в долговременном укрытии
(журнал «Авиация и Время» №6’2007)

Прибывшему 135-му ИАП ставилась задача прикрывать Каир с юго-восточного направления, промышленные объекты центральной части Египта и Асуанскую плотину с северо-восточного направления в полосе между Сохненской и Заафаранской долинами, глубина боевых действий была ограничена до Суэцкого залива Красного моря. 1-я и 2-я эскадрильи полка базировались на авиабазе «Бени-Суэйф», и 3-я — на «Ком-Аушиме».

Теперь развертывание прибывающей зенитной ракетной дивизии ПВО ОН было обеспечено прикрытием с воздуха.

5 марта 1970 года. Переход дивизии в Александрию

20 февраля в Каир прибыла оперативная группа специалистов в составе 14 человек, которая поступила в непосредственное распоряжение старшего по ЗРВ генерала-майора Л.А. Громова. Группа решала задачи по управлению, подготовке и анализу боевых действий ЗРВ. Её офицеры до прибытия основных сил дивизии также контролировали ход строительства стартовых позиций, затем они встречали прибывающие в порт Александрии зенитные ракетные дивизионы и провожали их до мест дислокации.

Непосредственно отправкой из порта Николаев и встречей в Александрии занималась оперативная группа Главного штаба войск ПВО страны во главе с генералом-полковником А.Ф. Щегловым.

В транспортной операции участвовали 16 судов Министерства морского флота СССР. Каждый транспорт мог взять на борт 2 зенитных ракетных дивизиона С-125 вместе с техникой и личным составом, а также различную технику и вооружение для других подразделений. Отрабатывая легенду о перевозке «сельхозтехники», на верхней палубе располагали только тягачи, грузовые автомобили, дизель-генераторы и ЗСУ-23-4 «Шилки», накрытые сверху деревянными коробами для маскировки. Боевая техника грузилась на нижние палубы. Также в трюме был размещен личный состав, которому было запрещено появляться на верхней палубе. При прохождении проливов Босфор и Дарданеллы были приняты дополнительные меры обеспечения секретности операции. На верхней палубе несли дежурство командиры дивизионов и старшие офицеры, вооруженные АКМ и личным оружием, имея приказ открывать огонь на поражение, если кто-нибудь из личного состава вздумает спрыгнуть за борт. Такой случай произошел в 1967 году, когда с борта советского линкора спрыгнул матрос, и был подобран военным кораблём США. Иностранных лоцманов, которые должны были проводить суда через проливы под разным предлогом не допускали на мостик к управлению. Маршрут держался в секрете даже от экипажей судов. Выйдя из Николаева, капитаны не знали, в какой порт они должны привести свои суда. О курсе и пункте следования они узнавали из секретных пакетов, которые вскрывались после прохождения контрольных точек на маршруте.

Еще не прибыв в Египет, наши воины смогли убедиться, что секретной операция была только для своих. Когда первый транспорт с техникой и личным составом прошел проливы и оказался в Средиземном море над ним появился палубный истребитель ВМС США. Американский лётчик долго крутился над мирным судном с «сельхозтехникой» на борту. Экипаж и «пассажиры» 3-его по счету транспорта с большим интересом узнали во время перехода из новостей израильского радио на русском языке, что их сухогруз прошел Босфор и Дарданеллы, и данный момент держит курс на Александрию, а у него на борту находятся сверхсекретные новейшие зенитные установки.

В начале марта первым из порта Николаев вышел сухогруз «Роза Люксембург». Через три дня пути 5 марта он встал на рейде порта Александрия, с наступлением темноты транспорт подошёл к причалу. Всю ночь продолжалась его разгрузка. Наступил день, но теперь вместо отдыха личный состав был занят погрузкой выгруженных ящиков, мешков и бочек, которым не было конца, на автомобили. К вечеру колонна была готова двинуться в путь. В голове и хвосте встали «шилки». Пройдя маршем по пустынной дороге Александрия-Каир, утром 7 марта командый пункт зенитной ракетной бригады Жайворонка (559 зрп) с соответствующими техническими службами прибыл на авиабазу «Кайро-Уэст». 18-я зенитная ракетная дивизия начала методичное развертывание, с каждым днём нацелевая в египетское небо все больше ракет своих 125-х комплексов. Очень скоро зарубежные военные аналитики увидят эти ЗРК в деле, а пилоты «фантомов» станут боятся встречи с этой непривычно небольшой, но очень грозной ракетой.

Он привез нас — дивизионы Г.В.Комягина и И.И.Кузьменкова — в Египет («Тогда в Египте…»)

8 марта третьим эшелоном на сухогрузе «Миллерово» были доставлены зенитные ракетные дивизионы п/п-ка Пашкова с приданными подразделениями, п/п-ка Хаюстова и технический дивизион 85-й зрбр м-ра С.Ф. Самусевича. Дивизион Пашкова перегрузился на ж/д транспорт и убыл в Асуан, имея задачу прикрытия плотины. Хаюстов в тот же вечер прибыл на свою позицию на мысе Сильсилия с задачей немедленного развертывания для обеспечения защиты порта Александрия с наиболее опасного восточного направления. Технический дивизион Самусевича был временно развернут в Джанклизе на аэродроме базирования советской эскадрильи МиГ-21МФ. Позиция была выбрана здесь, т.к. аэродром находился в 40 километрах от дороги, по которой скоро должны были пойти колонны ракетчиков. Он должен был обеспечивать ракетами зенитные ракетные дивизионы С-125, следующие маршем из Александрии на свои СП. Транспортно-заряжающие машины техдивизиона, загруженные подготовленными ракетами, встречали ползущие по ночной пустыне колонны на повороте на Джанклиз и присоединялись к ними.

Прибывающие дивизионы встречались офицерами из оперативных групп генерала-полковника А.Ф. Щеглова и генерала-майора Л.А. Громова. От них командиры получали первые инструкции и приказы о занятии мест дислокации. Суть инструкций обычно сводилась к следующему: «Не волнуйтесь, вас там встретят …». Без карт и переводчиков начальники колонн уводили вверенных им людей и технику в ночь по незнакомой пустынной местности. В последствие встречей подразделений занимался лично командир дивизии генерал-майор А.Г. Смирнов вместе со своей оперативной группой.

Затем прибыли в Александрию два зрдн п/п-ка Н.Ф. Кутынцева и п/п-ка В.И. Кириченко из 564 зрп. За ними стали подходит другие части и подразделения, в их числе сухогрузом «Георгий Чичерин» 11 марта был доставлен дивизион п/п-ка Попова К.И. из 559 зрп, 14 марта сухогрузом «Приднепровск» — дивизионы м-ра В.В. Таскаева и м-ра П.М. Смирнова 564 зрп, сухогрузом «Николай Островский» — дивизионы п/п-ка Н.Ф. Костикова и Б.В. Ильина 564 зрп, и последний транспорт – «Дмитрий Полуян» — привёз дивизионы м-ра Г.В. Комягина и м-ра И.И. Кузьменкова из 559 зрп, дополнительно вместе с ними 21 ЗСУ-23-4 «Шилка» и ракеты для 1 бригады. В транспортной операции также были задействованы пассажирские суда, в частности среди них лайнер «Александр Пушкин», который доставил личный состав частей связи и других подразделений. Отдельно 11 мая 1970 г. прибыл дивизион п/п-ка В.Д. Набока, который был направлен в Египет дополнительно для прикрытия военно-морской базы и аэродрома базирования Бе-12 и Ил-38 в Мерса-Матрух.

После прибытия в Александрию. В парке дворца короля Фаруха (из личного архива Е.М. Панковец)

Прибытие транспортов в порт планировалось таким образом, чтобы разгрузка происходила под покровом темноты. Прямо с рампы техника въезжала в большой ангар, наружу боевые машины выходили перекрашенными в песочный цвет. Личный состав сразу же с борта сухогрузов направлялся в соседний ангар. Здесь он должен был переодеться из гражданского платья в египетскую военную форму, которая заранее была разложена по мешкам с указанием размера. В тот же мешок складывалась «гражданка», и его забирали с собой, многим он заменил подушку на весь долгий год спецкомандировки. Все советские военнослужащие от рядовых до маршала одевались в одинаковую форму без знаков различия. Чтобы как-то отличать солдат от офицеров, кто-то придумал, чтобы офицеры и сверхсрочники носили куртку, не заправляя ее под ремень брюк.

Дивизионы, прибывшие первыми эшелонами, после разгрузки быстро формировались в колонны и уходили из Александрии. Часть ракет в транспортной таре и «шилок» отправлялись в Каир по железной дороге, чтобы не тормозить движение колонн. В последствие технику и людей сосредотачивали в парке дворца короля Фарука, здесь они стояли в карантине до 5 дней. Вокруг была выставлена охрана из египеских солдат. Периметр парка санитарная служба перекрыла матами, пропитанными сильнодействующим дезинфицирующих средством. Это не мешало советским военным, зажав нос, чтобы не потерять сознание, бегом преодолевать препядствие. Вылазки из парка предпринимались только для покупки свежих фруктов и продуктов. Обошлось без эксцессов, никто не заблудился и не сбежал. Дождавшись тёмного времени суток, дивизионы выходили на марш по пустынной дороге Александрия-Каир и далее к своим позициям. Для их прикрытия прямо в парке был развернут один комплекс С-125. Несколько позже постоянную позицию на мысе Сельселя прямо в самой Александрии занял зрдн п/п-ка Л.Д. Хаюстова, прикрывая порт с восточного направления. С другой стороны на западной окраине города рядом с аэродоромом «Дихейла» недалеко от выезда на пустынную дорогу встал на боевое дежурство дивизион п/п-ка А.И. Балабанова.

Позиция дивизиона С-125 на мысе Сельсилья в наши дни (20.09.2010)
(© Google Earth)

Сложнейшая транспортная операция не могла обойтись без осложнений и ЧП. При погрузке «шилок» в порту на железнодорожные платформы получил тяжелую травму командир взвода прикрытия ст. л-т Андреев, через 5 дней он умер. Это была первая потеря среди личного состава дивизии. Также в Александрии свалилась в канал одна из ЗСУ-23-4 «Шилка». Из-за опасения ударов израильской авиации техника при разгрузке рассредотачивалась по территории порта. Это неизбежно внесло путаницу и неразбериху. На каждую единицу техники мелом писали условный четырехзначный номер, из которого можно было понять к какому дивизиону и бригаде она принадлежит. Это облегчало формирование колонн для марша. Но были случае, когда потерянная в порту техника и оборудование находили свой дивизион через пару месяцев. Но в целом дивизия успешно выполнила задачу по переброске в Египет. В этом была немалая заслуга командиров и старших офицеров дивизионов, которым приходилось самостоятельно решать множество организационных вопросов. Личный состав при разгрузке и на марше тоже показал немало примеров своей профессиональной выучку и сознательности.

С первого же дня начали сказываться особенности жаркого климата. Когда дивизионы маялись в карантине в парке дворца Фарука, ожидая команду на марш, были случай, когда солдаты, несмотря на запрет командиров, тайком загорали на солнце. После погрузки на 10-градусном морозе в Николаеве соблазн погреться на африканском солнце был слишком велик. В результате были солнечные удары и сильные ожоги, и ночью во время марша места водителей за рулем тягачей вынуждены были занять их офицеры.

Битва за Кавказ

Уборка урожая на Кубани в 1942 году.
Фото предоставлено РИА Новости

Немецкие планы по захвату Кавказа

Битва за Кавказ разделяется на два этапа: оборонительный — с 25 июля по 31 декабря 1942 года и наступательный — с 1 января по 9 октября 1943 года. С советской стороны в ней участвовали Южный (командующий Р. Я. Малиновский), Северо‑Кавказский (командующий С. М. Будённый) и Закавказский (командующий И. В. Тюленев) фронты. Группировкой вермахта и сателлитов рейха (Румыния, Словакия, Италия), нацеленной на Кавказ, командовал генерал‑фельдмаршал В. Лист, позже его сменил генерал Э. фон Клейст. Сил у врага на этом направлении изначально было значительно больше, чем у Красной Армии.

* Красная Армия Силы вермахта и его союзников Человек 112 тыс. 167 тыс. Танков 120 1 130 Самолётов 130 1 тыс. Красная Армия Человек 112 тыс. Танков 120 Самолётов 130 Силы вермахта и его союзников Человек 167 тыс. Танков 1 130 Самолётов 1 тыс.

Германское командование намеревалось обойти Главный Кавказский хребет с запада, захватив Новороссийск и Туапсе, и с востока — ворвавшись в Грозный и Баку. Советскую группировку предполагалось расчленить и уничтожить, нефтяные месторождения забрать в свои руки, а базы Черноморского флота уничтожить или парализовать их деятельность. Дальнейшее продвижение немцы и их союзники планировали в сторону турецкой границы для установления связи с турецкими войсками и последующего прорыва на Ближний и Средний Восток.

Героическая оборона Кавказа

Немецкие соединения и их союзники вначале продвигались очень быстро. Советские войска с тяжёлыми потерями отходили к нижнему течению реки Дон и к реке Кубань. В августе 1942 года немцы захватили Ставрополь, Майкоп (накануне отхода Красной Армии удалось вывести из строя основные мощности нефтедобычи в районе Майкопа), Краснодар. В конце августа части вермахта ворвались в Моздок, возникла угроза Грозному — его нефтяным месторождениям и перерабатывающим предприятиям.

В середине августа завязались бои за Новороссийск и Анапу. Нашим войскам пришлось оставить Тамань и большую часть Новороссийска. Однако немцам не удалось взять Туапсе, здесь героически дралась с противником Черноморская группа Закавказского фронта.

Морские пехотинцы в боях под Туапсе. Сентябрь 1942 года.
А. Межуев / РИА Новости

Враг попытался прорваться через центральную часть Кавказского хребта — у немцев и итальянцев были подготовленные альпинисты. Но мужество наших войск сорвало и эти планы.

Постепенно вражеские части начали терять свой боевой пыл. Отчаянное сопротивление советских войск у Орджоникидзе (Владикавказ), через который противник пытался пробиться к Грозному, заставило немцев откатиться назад. Советские контрудары становились всё более мощными.

В едином строю народов

Важно отметить, что в обороне Кавказа участвовали практически все народы нашей многонациональной страны. Уроженцы Кавказа жертвовали своими жизнями, чтобы остановить врага, проявляли массовый героизм, вступали добровольцами в боевые соединения, участвовали в строительстве оборонительных сооружений.

«Кроме инженерных частей на строительстве оборонительных рубежей использовались подходившие с Северного Кавказа стрелковые соединения и местное население. 16 сентября Государственный комитет обороны принял специальное решение о мобилизации 90 тыс. человек местного населения на строительство Махачкалинского, Дербентского и Бакинского оборонительных рубежей… На заводах, МТС, в колхозных кузницах днём и ночью ковались кирки, ломы, лопаты, из стальных рельсов варили противотанковые ежи». Из воспоминаний Маршала Советского Союза А. А. Гречко

Враг так и не прорвался в Закавказье. К концу 1942 года наступательные силы противника были исчерпаны. Богатые нефтяные районы Кавказа остались в руках Советского Союза. Красная Армия заплатила за этот оборонительный успех большую цену — только безвозвратные потери советских войск при защите Кавказа составили более 190 тыс. человек.

«Имеются документальные доказательства, что действиями на Главном Кавказском хребте немецкое командование рассчитывало привлечь на свою сторону горские народности и вызвать среди них восстание против советской власти (объявление священной войны). Эта ставка немцев была бита. Известно, что горцы объявили «газават» против А. Гитлера, а не против советской власти». Из описания боевых действий штаба Закавказского фронта за август 1942 – январь 1943 года

Герои

Политрук Александр Поликарпович Кириченко 9 ноября 1942 года оборонял со своей ротой важную в тактическом плане высоту 249,6. Силы были неравные, советские бойцы несли большие потери. В этот момент вражеские солдаты решили обойти наше подразделение с фланга и уничтожить защитников с помощью пулемётного огня. А. П. Кириченко в этот критический момент бросился на огневую точку противника и заставил её замолчать. Александр Кириченко погиб, но обеспечил неприступность наших позиций. За проявленное мужество он был удостоен звания Героя Советского Союза посмертно.

Контрнаступление

«…После поражения под Орджоникидзе и очередных неудач в районе Туапсе гитлеровцы по всему Кавказскому фронту глубоко зарылись в землю, рассчитывая на тихую зимовку. При штурме города Малгобека мы захватили секретные документы, в том числе приказ А. Гитлера, датированный декабрём 1942 года. Этот приказ гласил: «Берега Терека, изобилующие населёнными пунктами, — наиболее благоприятный зимний рубеж, который нужно во что бы то ни стало отстоять для покорения Кавказа весной». Из воспоминаний генерала армии И. В. Тюленева

В начале 1943 года для войск противника, прорвавшихся к Главному Кавказскому хребту, наступило время расплаты. Одновременно с окружением 300‑тысячной группировки врага под Сталинградом создались благоприятные условия для начала нашего широкого наступления и освобождения республик Северного Кавказа, Ставрополья, Кубани, Ростовской области. Южный фронт (командующий А. И. Ерёменко) перешёл в наступление на Ростов‑на‑Дону и Тихорецк, Черноморская группа войск Закавказского фронта — на Краснодар. На Моздок продвигалась Северная группа войск (с 24 января 1943 года — Северо‑Кавказский фронт).

Советские войска прошли с боями до 600 километров, освободив огромную территорию своей страны. С вершины Эльбруса был сброшен фашистский флаг. Но весной 1943 года советские ударные соединения вышли к Таманскому полуострову, где столкнулись с заранее оборудованной немецкой обороной — так называемой «Голубой линией». Бои за Новороссийск и прорыв немецкой обороны продолжались до осени 1943 года. Однако теперь соотношение сил было в нашу пользу.

Малая Земля

Ещё в начале февраля 1943 года советские войска высадили небольшой десант на берегу Цемесской бухты на окраине Новороссийска и удерживали плацдарм до середины сентября. Успех сопутствовал десантникам отряда майора Ц. Л. Куникова, которые проявили невиданную дерзость и самоотверженность. Немцы постоянно пытались сбросить в море наших десантников. Буквально каждый метр Малой земли был пропитан кровью и нашпигован осколками снарядов. За мужество, проявленное на этом плацдарме, 21 советский воин был удостоен звания Героя Советского Союза. Малая земля сыграла важную роль в освобождении Новороссийска и всего Таманского полуострова.

Десант морской пехоты готовится к высадке в районе Новороссийска. Февраль 1943 года.
А. Соколенко / РИА Новости

К 9 октября 1943 года территория Кавказского региона была освобождена. Создались предпосылки для высадки десанта на Керченском полуострове и освобождения Крыма.

«К началу октября 1943 года закончилась оперативная пауза, в течение которой наши войска готовились к продолжению наступления и подтягивали тылы. Наступательные бои вновь развернулись на многих участках тысячекилометрового советско‑германского фронта. Началось очищение Таманского полуострова — последний акт длительной и ожесточённой борьбы за Кубань». Из воспоминаний Маршала Советского Союза А. И. Ерёменко

«За оборону Кавказа»

Победа Красной Армии в битве за Кавказ имела огромное значение для всего хода Великой Отечественной войны. Нацистским войскам не удалось захватить главные советские нефтяные месторождения, враг не получил ресурсов, необходимых ему для ведения дальнейшей наступательной войны. Победы под Сталинградом и в битве за Кавказ наглядно показали, что в войне произошёл решительный перелом.

Подвиг советских воинов должен служить постоянным напоминанием современному поколению россиян, что мы победили вместе. От единения всех народов Советского Союза зависела тогда судьба всей нашей страны.

Общие потери Красной Армии в битве за Кавказ составили более 593 тыс. человек, в том числе безвозвратные — более 276 тыс. Вермахт и его союзники потеряли более 420 тыс. человек.

Медаль «За оборону Кавказа», учреждённую в 1944 году, получили около 870 тыс. человек.

Надписи на «Медаль за оборону Кавказа.
Е. Биятов / РИА Новости

Операция «Кавказ». Советские ракетчики в Египте


Приятно, что публикации некоторых статей, особенно связанных с нашим недавним прошлым, вызывают ответную реакцию читателей. Среди читателей нашего издания достаточно много людей, которые либо сами принимали участие, либо знали принимавших участие в каких-либо операциях. Понятно, что грифы секретности достаточно долгое время не позволяли им рассказывать даже своим родным об этих событиях.
Так случилось и с недавней публикацией об операции «Анадырь». Один из читателей, Виктор Николаевич, написал в комментариях о том, что и ему довелось поучаствовать в подобной операции в 1970 году. Вообще-то, именно этот комментарий и стал отправной точкой для сегодняшнего рассказа. Правда, сам автор комментария служил в несколько иной ипостаси. Был военным советником. Но контактировал с ракетчиками плотно. Потому и посчитал важным напомнить и этот подвиг советского солдата.
Конец 60-х годов был охарактеризован силовым противостоянием Израиля и Египта. Обе страны стремились занять доминирующее положение в регионе. Израильтяне, к тому времени, полностью отказались от сотрудничества с СССР и перешли «под крыло» США. Арабы, в частности и Египет, наоборот, стали развивать отношения с Советским Союзом.
В 1967 году в ходе «шестидневной войны» Израиль нанес сокрушительное поражение Египту. Чтобы оценить масштаб египетских потерь, приведем некоторые цифры. Коалиция арабских стран потеряла за 6 дней до 40 000 человек убитыми, ранеными и пленными. Было уничтожено или захвачено более 9 000 танков, 1 000 стволов артиллерии. Арабская авиация потеряла более 400 самолетов!
Наступление израильтян было настолько стремительным, что в ходе этой короткой войны израильские части и соединения захватили Синайский полуостров, сектор Газа, Голанские высоты и Западный берег реки Иордан.
В принципе, сопротивление арабов было подавлено. Регион становился не просто миной замедленного действия, а пылающим костром. Пламя этого костра могло перекинуться куда угодно. Что мы неоднократно видели в последующие годы. СССР вынужден был реагировать.
10 июня Советский Союз разорвал дипломатические отношения с Израилем и направил предупреждение Тель-Авиву о необходимости прекращения боевых действий и разрешения конфликта мирными переговорами. А для лучшего понимания ситуации к берегам Египта были направлены корабли Северного и Черноморского флотов, которые в составе оперативной эскадры практически блокировали регион.
В Порт-Саиде был высажен советский десант морской пехоты. И в довершение всего в Египет была направлена эскадрилья стратегических бомбардировщиков Ту-16 с ядерным оружием на борту. Боевые действия прекратились в тот же день. Противоборствующие стороны остановились на линии Суэцкого канала. Фронт стабилизировался.
Было необходимо восстанавливать египетскую армию. Советский Союз начал массированные поставки боевой техники и вооружения в Египет. Именно тогда множество советских офицеров побывали в командировках в этом регионе. Необходимо было не только поставить технику, но и обучить египетскую армию пользоваться этим оружием.
Задача была решена уже к концу 1968 года. Новая армия Египта стала современной. И это несколько вскружило головы руководству страны. Каир принял решение о начале боевых действий малой интенсивности. Расчет был, с точки зрения египтян, правильный. Ресурсы арабских стран и Израиля были не сопоставимы. Война на истощение в конечном итоге привела бы к поражению Тель-Авива. Фактически война началась в марте 1969 года. Но официально Египет заявил о разрыве обязательств по прекращению огня только в апреле.
Что же скрывалось за термином «война на истощение»? В реальности это были постоянные обстрелы восточного берега Суэцкого канала дальнобойной артиллерией. Налеты египетской авиации на позиции израильтян. «Воздушная охота», когда арабские пилоты нападали на самолеты противника и в ходе коротких стычек уничтожали их. Кроме этого, активизировались египетские «коммандос». Группы диверсантов постоянно уничтожали объекты в тылу израильских войск.
Естественно, терпеть такое положение израильтяне не могли. Невзирая на то, что превосходство в артиллерии в частности и боевой технике вообще у Египта было подавляющим.
Ответом на наглые действия Каира стали авианалеты на арабские позиции израильской авиации. Эффективность налетов была столь велика, что в конце июля 1969 года египтяне резко снизили интенсивность обстрелов. Дело в том, что в израильской армии действовал и действует до сих пор принцип обязательного ответа. Проще говоря, любой артналет, любая диверсия, любой обстрел должен быть наказан. И по возможности быстро.
Для примера приведем работу израильской авиации 20-24 июля 1969 года. На Суэцком канале для прикрытия артиллерийских батарей от авианалетов были развернуты 7 дивизионов СА-75М. Они были расположены в Суэце, Порт-Саиде и Исмаилии. После нескольких пусков 6 из 7 дивизионов были за четыре дня уничтожены полностью. Вот так эффективно работа авиация Израиля.
Кроме этого, израильтяне перенесли свои удары в тыл противника. Теперь удары наносились не только по военным объектам, но и по жизненно важным для Египта гражданским. ВВС Израиля постоянно «висели» над египетскими городами проводя разведку и выявляя цели для последующих ударов. На вооружение поступили (сентябрь 1969 года) первые самолеты «Фантом F-4Е (по израильской классификации «Курнасс»). Кроме того, израильские ВВС имели на вооружении самолеты А-4 «Скайхок» и «Мираж 3С».

Население Египта было деморализовано. Понимая, что в любой момент может быть произведен авиаудар, египтяне все больше и больше стали говорить о необходимости не только прекратить войну, но сменить политический курс страны. А значит, сместить президента Гамаля Абделя Насера. Египет мог «взорваться изнутри».
В начале декабря 1969 года Насер тайно приехал в Москву. Цель — уговорить Брежнева ввести войска в Египет и создать ракетный щит от авиации противника. Причем, Насер предлагал любые уступки, любые действия со стороны Египта. Вплоть до вступления в ОВД. В конечном итоге, египетский президент убедил советское руководство. Было решено помочь «братскому египетскому народу». Но, учитывая наши отношения с США, акция должна была проходить без помпы.

В такой обстановке начиналась операция Советской Армии, которая вошла в её историю под кодовым названием «Кавказ». Именно так она была названа в приказе Министра обороны СССР Маршала Советского Союза А. А. Гречко. Суть операции заключалась в создании системы ПВО в Египте на основе регулярных частей и подразделений Советской Армии. Первоначальные действия СССР заключались в формировании особой дивизии ПВО из состава действующих частей и последующей отправке в Египет. Главком ПВО маршал Советского Союза П. Ф. Батицкий лично поставил задачи на оперативном совещании в штабе войск ПВО.
Основу будущих ПВО Египта должна была составить сформированная из различных бригад 18-й особой зенитно-ракетной дивизии. 13 января 1970 года вышел приказ о её формировании и боевом слаживании. Назначенные командиры дивизионов получали личный состав и технику и направлялись на полигоны в Ашулуке и Янгалже для боевых стрельб по низколетящим целям.
В состав 18-й дивизии вошли:
—1-я ЗРБр (559 ЗРП), командир полковник Б. И. Жайворонок;
—2-я ЗРБр (582 ЗРП), командир подполковник Н. А. Руденко;
—3-я ЗРБр (564 ЗРП) командир майор В. А. Белоусов;
—4-я ЗРБр, командир полковник Шумилов (уже в Египте бригада сокращена до одного дивизиона, что позволило увеличить количество дивизионов в остальных бригадах до 8).
Под командованием командира дивизии генерал-майора А. Г. Смирнова было 24 зенитно-ракетных дивизиона, 4 технических дивизиона, 2 технические батареи, 24 взвода ПВО, 3 полных и 1 сокращенное отделение регламентных, настроечных и ремонтных работ «Шилок».
2 марта 1970 года дивизия приступила к отправке в Александрию. Бригады были доставлены в порт Николаев и распределены на гражданские суда. Для доставки дивизии были задействованы 16 судов торгового флота. Каждое судно брало на борт 2 дивизиона С-125 вместе с техникой и личным составом, а также некоторое количество техники и личного состава других подразделений. На верхней палубе располагались только тягачи, автомобили, генераторы и «Шилки» (накрытые брезентом). Личный состав и пусковые установки с ракетами грузились в трюмы.
По отработанной схеме солдаты и офицеры Советской Армии стали «гражданскими» людьми. Капитаны кораблей не знали маршрута. При прохождении определенных точек вскрывался очередной пакет. Более того, даже лоцманы не допускались на мостики кораблей. А на верхней палубе дежурили офицеры с оружием. С целью не допустить дезертирство или попытки связаться с кем-либо. Существовал закрытый приказ стрелять на поражение в любого, кто сделает хотя бы попытку прыгнуть за борт.
Здесь стоит отметить, что, несмотря на все предосторожности, секретность операции не была соблюдена. Разведка противника прекрасно знала о всех действиях наших частей, об их составе и задачах. Более того, американцы и израильтяне откровенно издевались над нашими усилиями по обеспечению секретности. Так, сразу после входа в Средиземное море над первым же транспортом появился американский палубный истребитель. «Сельхозтехника» его особо не интересовала. Это была «демонстрация знания». Израильское радио на русском языке в новостях постоянно сообщало о продвижении советских транспортов с новейшими секретными ракетами к Александрии. Парадокс, но самыми не просвещенными в этом вопросе были как раз наши солдаты и офицеры.
5 марта в порт Александрии вошел первый транспорт «Роза Люксембург», который разгрузился в ночь на 6 марта. Бригада Жайворонка уже к вечеру 6 марта начала марш. Вечером 7 марта на авиабазе «Кайро-Уэст» началось её развертывание. 18-я особая дивизия приступила к несению боевого дежурства в египетском небе. То, над чем посмеивались израильские радиоведущие, новые 125-е комплексы, скоро станут для израильской авиации достойным противником. Небольшая, но грозная ракета будет страшным сном для пилотов «Фантомов».
Сразу же после прибытия в Александрию солдаты и офицеры переодевались в египетскую военную форму без знаков различия. Предполагалось, что подчиненные должны знать всех командиров и начальников в лицо. Однако, в реальности оказалось, что подразделения и части во многом потеряли управление. Солдаты просто не знали, как реагировать на очередного «командира».
Это привело к некоторой неразберихе в порту разгрузки. Скорость разгрузки, быстрая передислокация техники и вооружения в ангары, наличие множество незнакомых офицеров, привели растерянности личного состава. А это, в свою очередь, стало причиной «потери» подразделениями своего вооружения и технических средств. Колонны уходили, а машины «находились» потом. Некоторые «потеряшки» неделями кочевали в чужих подразделениях.
Вопрос с командным составом был решен по-русски гениально. В отличии от рядового и сержантского состава, офицеры стали носить куртки «навыпуск». Теперь любому было видно, если куртка заправлена в брюки-солдат. И наоборот.



Оборудование позиции для пусковых установок процесс достаточно длительный. Именно потому специальная команда занималась этим вопросом задолго до появления дивизии в египетских песках. Но нам интереснее узнать о том, с чем сталкиваются солдаты в таких условиях.
Дело в том, что особенностью данного ТВД является песчаный грунт. То есть, оборудование традиционных укрытий и ходов сообщения в Египте просто невозможно. Песок осыпается, и вся работа идет насмарку. Но даже тогда, когда визуально укрытия есть, после первого же разрыва боеприпаса все превращается в бесполезные барханы.

Вот тогда-то и познакомились наши бойцы с местной разновидностью землянки — мальгой. Мальга оборудовалась просто. В любой выемке устанавливался каркас из арматуры. Потом стенки каркаса обкладывались мешками с песком. Далее оставалось только присыпать полученную конструкцию опять же песком с ближайшего бархана. Маскировка идеальная. Но, защита в случае серьезного обстрела, никудышная. Близко разорвавшийся боеприпас «прошивал» мальгу, как нож масло.
Однако, многие из тех, кто был в Египте, вспоминают мальгу, как дом. Особенно те, кто был прикомандирован к египетским частям. Они месяцами жили в таких землянках. Единственное неудобство, кроме обстрелов — пустынная живность. Гекконы и прочие ящерицы вполне комфортно жили в мальгах. И не доставляли неудобств. Если, конечно, не упадет с потолка на лицо во сне. А вот скорпионы, фаланги, тарантулы и прочие насекомые… Постель, одежду и все, что необходимо было надевать на себя, нужно обязательно перетряхивать. Даже через полчаса после того, как вы сняли брюки или куртку, там уже будет сидеть утомленный солнцем скорпион и воспринимать ваше вторжение, как агрессию.
В приканальной зоне существует другая напасть. Это мухи и огромные рыжие комары. А в водоемах множество паразитов. Обычное купание двух бойцов в канале обернулось для них отправкой домой и инвалидностью. Про дизентерию и другие прелести подобного рода и писать не надо. Все прекрасно понимают, что организм советского человека мало приспособлен к местным болезням. По воспоминаниям участников событий, выручал старый солдатский способ — спирт.
Рассказ об особой дивизии был бы не полным без боевых эпизодов. Просто потому, что для «испуга» весьма грамотных израильских летчиков, нужны были основания. А начало работы советских ПВО было достаточно драматичным. И никак не связанным с израильтянами.
Дело в том, что самолеты Египта были оборудованы советской системой свой-чужой «Кремний-1». 26 декабря 1969 года в Рас-Гарибе израильская ДРГ захватила прямо на аэродроме и вывезла на вертолете египетскую станцию разведки и целеуказания П-12ПМ. Запросчик системы «Кремний-1» оказался в руках американцев. А далее и израильтян. Арабы продолжали пользоваться «Кремнием-1». На советских же ЗРК стояли новые системы «Кремний-2».
14 марта 1970 года на позицию дивизиона Н. М. Кутынцева поступил сигнал об обнаружении низколетящей цели курсом на аэродром. Начальник штаба 86 ЗРБр Ржеусский запросил о наличии в воздухе своих самолетов. Египтяне сообщили, что своих в воздухе нет. После этого, по команде Ржеусского, дивизион отработал двумя ракетами по цели. Самолет был сбит. Пилоты погибли.
Как потом оказалось, русскими ракетами был сбит египетский самолет-разведчик Ил-28БМ. Самолет возвращался с задания над Средиземным морем. Виноватыми сделали, естественно, советских офицеров. Подполковник Ржеусский получил предупреждение о неполном служебном соответствии от Министра обороны.
Этот случай не единственный. Разгильдяйство пилотов и авиационных служб Египта просто поражало наших ракетчиков. Так, 18 марта были обстреляны стрелками прикрытия два самолета. Стрелок-зенитчик ПЗРК»Стрела-2″ из взвода прикрытия дивизиона С-125 в Александрии произвел пуск по гражданскому самолету Ан-24 на высоте около 1000 метров. Стрелок поступил так, выполняя приказ, который до него довели буквально за день до этого. «Самолеты, летящие ниже 6 км и ближе 25 км считать самолетами противника и уничтожать».
В другом дивизионе имел место обстрел истребителя-бомбардировщика Су-7Б ОАР. Пилот нарушил все приказы и вошел в зону ответственности дивизиона. Причем самолет шел прямо на позицию. Стрелок-зенитчик выполнил пуск и поразил цель. Пилот так же смог посадить машину, как и в случае с Ан-24 с поврежденным двигателем. Но арабские летчики «зауважали» русские ПВО.
Теперь об эпизодах боевой работы, которые отбили охоту у израильских летчиков испытывать на прочность советские ПВО.
5 июля 1970 года 10 ЗРДн СА-75М и 3 ЗРДн С-125 впервые встретились в реальном бою с 24 самолетами противника. В три часа дня группа из 14 самолетов атаковала позиции ракетчиков. Израильские «Фантомы» из 69 эскадрильи разделились на две группы. Ударная группа из трех пар шла на малой высоте на советские позиции.

Дивизион подполковника С. К. Завесницкого выполнил два пуска. В результате один из «Курнассов» был сбит. Остальные вышли из боя и ушли из зоны обстрела.
По самолетам других групп огонь открыли египетские СА-75М. Они стали авторами ещё одной победы над «Курнасс». Таким образом, итогом первого налета стала потеря двух «Фантомов» израильтянами. Но, как указывалось выше, израильские пилоты всегда отдавали долги. Потому, в 16 часов начался второй налет группой из 10 самолетов. На этот раз «Фантомы» решили напасть на стоявших в засаде СА-75М. Два дивизиона встретили группу огнем в лоб. Работали не только ракетные установки, но и зенитная артиллерия. 69 эскадрилья потеряла ещё один «Фантом».
После этого налета израильтяне на какое-то время умерили свой пыл. Командование стало искать способы противодействия новым ракетам.
Наверное, самый тяжелый бой в этом противостоянии состоялся 18 июля 1970 года. В отличие от прежних «наглых» наскоков, этот налет был прекрасно разработан. Для участия в нем выбраны только самые опытные и авторитетные летчики. Практически легенды израильской авиации: майор Шмуэль Хец (командир 201-й авиаэскадрильи) и подполковник Авиху Бен-Нун (командир 69 авиаэскадрильи).
В ходе налета противник использовал самолет, оборудованный средствами подавления радара раннего обнаружения ПВО ОАР. В принципе, основной удар приходился по египетским СА-75М. Однако, пара майора Хеца пошла в атаку на дивизион Толоконникова. Причем расчет СНР дивизиона вынужден был перевести отслеживание и контроль на 2-ю рабочую частоту. 1-я частота была забита помехами.
Толоконников произвел пуск двумя ракетами. Самолет Хеца, не смотря на противоракетный маневр, был сбит. Оператор самолета выпрыгнул с парашютом, а сам Хец погиб, пытаясь дотянуть до аэродрома.
Позиция, с которой был сбит самолет Хеца, засек Бен-Нун. Он решил нанести удар возмездия. Однако зенитчики успели засечь нападение и произвели 3-й пуск двумя ракетами. Противник пытался провести противоракетный маневр, но ракета взорвалась рядом с самолетом командира 69 эскадрильи. Подбитый самолет смог дотянуть до базы, но восстановлению уже не подлежал.
Однако ведомый Бен-Нуна, капитан Авиам Села, решил атаковать позицию Толоконникова на предельно малой высоте. Цель была обнаружена, но времени отработать новый цикл захвата и стрельбы уже не хватило. НУРы и бомбы попали точно в цель. Дальше буду ссылаться на выводы расследования. Вероятно, осколки разорвавшихся боеприпасов попали в двигатель ракеты. Произошло возгорание твердого топлива, которое переросло в пожар. Далее, с позиций других дивизионов видели столб черного дыма и слышали взрыв. С характерным белым облаком. Детонировала БЧ ракеты.
Погиб весь стартовый расчет, водитель ТЗМ, солдат из другого расчета, который помогал брату-близнецу. Можно и нужно перечислить этих солдат поименно:
— лейтенант Сумин Сергей Петрович, старший техник-начальник антенного поста;
— рядовой Мамедов Алшат Гейдан-оглы, старший номер стартового расчета;
— рядовой Диденко Евгений Федорович, водитель;
— рядовой Добижа Николай Владимирович, номер стартового расчета;
— ефрейтор Забуга Александр Анатольевич, старший оператор батареи;
— рядовой Наку Иван Иванович, номер стартового расчета;
— рядовой Довганюк Николай Андреевич, старший номер стартового расчета;
рядовой Довганюк Иван Андреевич, старший номер стартового расчета.
Боевая история особой дивизии продолжалась. Активные боевые действия ракетчики вели с 30 июня по 3 августа 1970 года. В ходе боев уничтожено 8 самолетов, подбито 3 (цифры, признанные Израилем). Общие потери дивизии составили 12 человек. Из них боевые 8 (именно этот бой описан выше), 3 человека погибли в результате несчастных случаев и 1 человек от болезни.
166 военнослужащих дивизии были награждены орденами и медалями. Двое, командиры дивизионов Кутынцев Николай Михайлович (на счету дивизиона согласно Указа о присвоении звания Героя 11 целей и не единой потери личного состава) и Попов Константин Ильич (в бою 3 августа 1970 года его дивизион сбил 2 и подбил один самолет), удостоены звания Героя Советского Союза.


Эта статья затрагивает только одну сторону операции «Кавказ». Рассказана история только одного героического соединения. Но были в этот период в Египте летчики и техники 35-й отдельной истребительной авиаэскадрильи на Миг-21МФ, 135-го авиационного истребительного авиационного полка на таких же самолетах, 63-го отдельного авиационного отряда на Миг-25Р и Миг-25РБ. Были военные моряки из 5-й Средиземноморской оперативной эскадры. Были морские летчики из 90-й отдельной дальне-разведывательной авиаэскадрильи особого назначения. Были воины радиоэлектронной борьбы из Центра РЭБ. Были связисты из 513-го отдельного батальона помех коротковолновой связи и роты помех УКВ связи. Были венные советники в египетских частях.
Забывать бойцов, которые участвовали в войнах «которых не было» нельзя. Забывать победы нельзя забывать вдвойне. На этом стояла и стоять будет Россия. Наша память есть основа нашей силы.
Сегодня можно много говорить о целесообразности задач, которые выполняли наши солдаты и офицеры. Однако наша цель — отдать дань памяти и уважения тем, кто выполнил приказ Родины.