Немецкие минометы били

Немецкие минометные мины «8cm Wgr.»

При раскопках на местах боев достаточно часто попадаются немецкие 8 см минометные мины. Использовались при стрельбе из Gr. W. 34 (81-мм миномет образца 34) повсеместно. Существует несколько разновидностей 8см минометных мин:

81-мм немецкая минометная мина

Снаряжалась литым тротилом без футляра или литым амматолом 40\60 без футляра. Вес ВВ — 460 грамм. Корпус мины окрашен в красный цвет. В некоторых минах отсутствует запальный стакан, такие мины маркируются буквами «o. B.»
Вес мины 3,5 кг. Длина: 33см. Начальная скорость: 211м/с. Полетная дальность: 0,8км до 3,1км.


Взрыватели и детонаторы:


С 8см осколочной миной Wgr. 34 использовались взрыватели: Wgr. Z. 38,Wgr. Z. 34,Wgr. Z. 38 St.,Wgr. Z. 38 C,Wgr. Z. 38 T.

Разобранный пластиковый взрыватель Wgr.Z.T
Алюминиевый взрыватель Wgr.Z.38

Детонаторы: gr. Zdlg. c/98 Np. (тэн) или gr. Zdlg. c/98 H. (гексоген) или gr. Zdlg. c/98 H. o.V

Разобранный детонатор Gr.Zdlg. из 8cm минометной мины

Вышибной заряд:

Стабилизатор и маркировка на вышибном (хвостовом) патроне

Упаковка на сто вышибных патронов к 8см минометным минам

Дополнительные (переменные) заряды Teilkartuschen, Zusatzladung:

Для увеличения дальности стрельбы на мину одевался дополнительный заряд между корпусом и стабилизатором

Допзаряд Teilkartuschen поставлялся в ящике вместе с минами, упакованный в алюминиевую или цинковую круглую коробочку. К каждой мине в стандартной комплектации полагалось два заряда — кольцеобразных пучка пороха. Zusatzladung — добавочный заряд ( дополнительная комплектация, сверх нормы). Поставлялся при нехватке допзарядов комплектных с минами. .
Для стрельбы применяли пять комбинаций зарядов. Первый это хвостовой патрон. Второй хвостовой патрон и один пучок дополнительного заряда. Третий — это хвостовой патрон и два пучка дополнительного заряда. Четвертый заряд хвостовой патрон и три пучка. Пятый заряд — хвостовой патрон и четыре пучка дополнительного заряда. Пучки допзаряда крепятся на хвостовую часть мины и воспламеняются от хвостового патрона через «огнепередаточные» отверстия. При стрельбе в ночное время применяются пламегасители из сернокислого калия весом 10 грамм.
Баночка из под Zusatzladung с маркировкой
Кольцеобразный пучок Zusatzladung

Колечки пороха без оплетки

Маркировка дополнительного заряда к минометной мине 8см

Упаковка дополнительного заряда Teilkartuschen к немецкой минометной мине


Бакелитовая баночка из под пламегасителя который добавлялся к заряду что бы уменьшить вспышку выстрела при ночных стрельбах. Надпись на банке сокращение от Kart. Vorl. = Kartuschvorlage (заряд пламегаситель

Немецкая минометная мина 8 cm WGr38

Осколочная подпрыгивающая мина 8 сm Wgr. 39

Снаряжалась литым тротилом без футляра или литым амматолом 40\60 без футляра и пороховым зарядом в головной части. Вес ВВ — 390 грамм ВВ и порох 16 грамм . Корпус мины окрашен в красный цвет. На корпусе с двух сторон маркировка «39».
Вес мины 3,5 кг. Длина: 33см.


Вышибной и дополнительный заряды аналогичные Wgr.34 С 8см осколочной миной Wgr. 38 использовались взрыватели: Wgr. Z. 38,Wgr. Z. 34,Wgr. Z. 38 St.,Wgr. Z. 38 C.

Дымовая минометная мина 8см Wgr. 34 Nb

Вес мины 3.5кг, длина 33см, окраска: красная или темнозеленая, на корпусе белые буквы Nb (сокращение от слова Nebel — дым) с обеих сторон. ВВ: пикриновая кислота в бумажном футляре и дымовой состав

С 8см миной Wgr. 34 Nb. использовались взрыватели: Wgr. Z. 38,Wgr. Z. 34,Wgr. Z. 38 St.,Wgr. Z. 38 C,Wgr. Z. 38 T.

Вышибной и дополнительный заряды аналогичные Wgr.34

Откопаная немецкая дымовая минометная мина 8см

Немецкая минометная мина 8см Wgr. 34 Nb

Подробнее о взрывателях и детонаторах

немецких минометных мин можно прочитать

Огонь из немецкого 8см миномета. Начальная скорость полета мины 172м\с. На заднем плане видны деревянные упаковочные ящики на три мины

Фото сделано на Ленинградском фронте, в полевом госпитале «Погостье» в 1942 году. Немецкая мина пробила плечо красноармееца Николая Быстрикова и не разорвалась. Мина успешно извлечена хирургами, боец выжил.

И уже современное фото подобного случая с застрявшей в теле живого человека миной:

Немецкие многоствольные минометы Nebelwerfer: история и применение

В СССР бытовало мнение, что реактивные системы залпового огня (РСЗО) являлись исключительно советским «ноу-хау», а немцы так и не смогли сделать ничего подобного. Это не совсем правда. «Катюша» не была уникальной, на вооружении немецкой армии стояло несколько различных систем РСЗО, хотя они отличались от советских аналогов.

Самым известными образцами подобного оружия, созданными в Германии, несомненно, являлись многоствольные реактивные минометы Nebelwerfer 41 и Nebelwerfer 42. Советские солдаты называли их «Ванюшами» (по аналогии с БМ-13) или «ишаками» за свой характерный звук.

Немного истории

Работы в области создания реактивных систем залпового огня стартовали в Германии еще в начале 30-х годов. Казалось бы, зачем заниматься неуправляемыми ракетами, которые значительно проигрывают в точности артиллерийским системам? Однако резон в этом был.

Немцы учитывали опыт Первой мировой войны, с массированным применением боевых отравляющих веществ. РСЗО прекрасно подходили для этой цели, к тому же подобное вооружение не попадало под ограничения Версальского договора и немцы могли свободно заниматься его разработкой.

Впрочем, советские «Катюши» также конструировали для доставки боевых газов. Военные того времени были абсолютно уверены, что без химического оружия следующий конфликт не обойдется.

В середине 30-х годов немецкий инженер Небель разработал реактивный снаряд калибра 150-мм и шестиствольную пусковую установку для него. В 1937 году ее начались испытания. Это оружие назвали дымовым минометом типа «d». Он был принят на вооружение немецкой армии в 1940 году, а уже в 1941 получил другое название, которое и является для этого оружия общепринятым: Nebelwerfer 41 (Nb.W 41).

В 1940 году в немецкой армии были созданы особые дивизионы, вооруженные Nebelwerfer 41. Затем появились и полки войск задымления. Согласно официальной версии, они были должны заниматься установкой дымовых завес на фронте, но абсолютно ясно, что так Германия готовилась к химической войне. Однако в арсенале этих подразделений находились и осколочно-фугасные боеприпасы.

Следует отметить, что Германия хотя и проигрывала союзникам по количеству химического оружия, но явно опережала их по его качеству. В 30-х годах немцам удалось совершить настоящий рывок в этой области: они изобрели нервно-паралитические газы. Эти отравляющие вещества и сегодня считаются наиболее мощными и смертоносными. Сначала в Германии был изобретен табун, а затем и еще более опасные зарин и зоман. Это страшное оружие производилось в Германии в промышленных масштабах, и почему Гитлер не применил его, историки спорят до сих пор.

Впервые реактивные минометы были использованы немцами во Франции. Также Nebelwerfer 41 немцы применяли во время высадки на Крит. На Восточном фронте это оружие использовалось практически с первых дней: этот миномет обстреливал защитников Брестской крепости, применялся при осаде Севастополя.

В 1942 году в составе немецкой армии было создано три специальных полка, а также девять отдельных дивизионов, вооруженных реактивными минометами. А начиная с 1943 года шестиствольные минометы Nebelwerfer 41 стали включать в состав артиллерийских полков пехотных дивизий. Обычно каждая дивизия укомплектовывалась двумя (реже тремя) дивизионами минометов.

Это оружие очень хорошо зарекомендовало себя на Восточном фронте: легкие и точные минометы обладали высокой огневой мощью.

Основным недостатком Nebelwerfer 41 и Nebelwerfer 42 являлся хорошо заметный дымный след, который оставляли ракеты в полёте, а также сильный звук, что служил дополнительным демаскирующим фактором. Учитывая не слишком высокую мобильность комплекса, эти два недостатка часто становились фатальными для минометов и их расчетов.

В 1942 году чтобы устранить этот недостаток, была создана самоходная РСЗО 15 cm Panzerwerfer 42. Основой для нее послужил полугусеничный автомобиль Opel Maultier. На нем было размещена пусковая установка из десяти стволов, автомобиль получил противоосколочное бронирование и был вооружен пулеметом.

Машина получилась довольно удачной и активно использовалась вплоть до конца войны.

Также самоходная РСЗО была создана на базе армейского грузовика Opel, но получилась слишком тяжелой и недостаточно маневренной.

В 1943 году начала поступать в войска еще одна аналогичная реактивная установка — Nebelwerfer 42, который имел более высокую огневую мощность. Этот миномет имел пять стволов калибра 210 мм и стрелял снарядами весом 113 кг. Nebelwerfer 42 оснащался съемными 150-мм стволами, которые монтировались внутрь основных.

Также в 1941 году на вооружение вермахта были приняты РСЗО еще большей мощности: 28/32 cm Nebelwerfer 41. Она представляла собой двухъярусную ферму, которая закреплялась на раздвижном лафете. Направляющие имели решетчатую конструкцию и могли вести огонь как 280-мм, так 320-мм реактивными снарядами. Однако увеличенная масса этих боеприпасов сделала дальность стрельбы еще меньше: она составляла примерно два километра. 280-мм ракета содержала 45 кг взрывчатки, и ее попадание могло уничтожить большое строение, а 320-мм заправлялась сырой нефтью и являлась зажигательным боеприпасом.

Иногда эти ракеты запускались прямо с земли: для этого их устанавливали в наклонные ямы, главное было придать ракете правильный угол. Точность запуска ракет подобным способом была крайне низкой.

Описание 6-ти ствольного миномета

Основой для создания минометов Nebelwerfer 41 являлась противотанковая пушка Pak 35/36. На лафет этой пушки было установлено шесть трубчатых направляющих длиной 1,3 метра.

Лафет имел раздвижные сошки и передний упор, на них он опирался в боевом положении. На нем имелись поворотные и подъемные механизмы. В полностью снаряженном положении миномет весил 770 кг, а в походном – 515 кг. На небольшие дистанции реактивный миномет перекатывался силами расчета. Лафет был оборудован пневматическими шинами низкого давления и рессорами.

Реактивные снаряды заряжались с казенной части установки, после заряжания они фиксировались специальным держателем. Запуск ракет происходил дистанционно, из укрытия. Электродетонатор вкладывался в одно из сопел ракеты. Сначала выпускалось три ракеты, затем еще три. Залп совершался за 10 секунд, на перезарядку требовалось 1,5 минуты. Расчет состоял из четырех человек.

Одной из главных проблем для РСЗО в то время (да и в наши дни) являлась стабилизация реактивного снаряда в полёте. Способ стабилизации был основным отличием между советской БМ-13 и немецкими установками Nebelwerfer 41 и Nebelwerfer 42.

Советские ракеты стабилизировались за счет длины рельсовых направляющих и стабилизаторов ракеты. Реактивные снаряды установок Nebelwerfer 41 и Nebelwerfer 42 стабилизировались за счет вращения вокруг собственной оси. В каждом из способов были свои плюсы и минусы.

Стабилизация вращением позволяла сделать реактивный миномет более компактным как по ширине, так и по длине. Немецкому миномету не нужны были слишком длинные направляющие (как на БМ-13), также он обходился без стабилизаторов, что позволило сделать снаряды более компактными.

Однако вращение в полёте отнимало часть энергии пороховых двигателей, что негативно сказывалось на дальности стрельбы.

Реактивный двигатель ракеты находился в передней части, а боевая часть – в задней. Она представляла собой цилиндр со взрывчатым веществом, сквозь который проходили сопла. В ракете 28 сопел, каждая из них имела угол наклона к оси оружия 14 градусов. После запуска они раскручивали снаряд и стабилизировали его полет. Следует сказать, что Nebelwerfer 41 и Nebelwerfer 42 отличались довольно неплохой точностью.

Такая же система стабилизации ракеты используется и на многих современных боеприпасах РСЗО.

Отдельно следует остановиться на порохе, который использовался в минометах. Еще одним советским мифом является тот факт, что немцам не удалось захватить ни одну из советских «Катюш». Это неправда. В 1942 году немцы захватили БМ-13 вместе с боекомплектом. Ничего хитрого в конструкции ракеты, а тем более направляющих «Катюши» не было: скопировать их не составляло особого труда. Проблемой было изготовление пороховых шашек из бездымного пороха, который использовался на БМ-13. Повторить советскую технологию у немцев так и не получилось, им пришлось придумывать свою.

К концу 1943 года немецкие конструкторы (вернее, чешские, которые работали на немцев) создали аналог советской «Катюши», они даже умудрились его существенно усовершенствовать. Запуск производился с рельсовых направляющих, но при этом ракета вращалась в полёте за счет стабилизаторов, установленных под углом. Точность такого реактивного снаряда была выше, чем БМ-13, а габариты пусковой установки гораздо меньше.

Однако запустить свои «Катюши» в производство у немцев просто не хватило времени.

В Nebelwerfer 41 в качестве топлива на первых этапах использовался спрессованный черный дымный порох, но горение его было неравномерным, он давал очень много дыма, что являлось демаскирующим фактором. Поэтому позже в качестве топлива стали использовать шашки из бездымного пороха.

Технические характеристики ТТХ

Ниже указаны ТТХ реактивного миномета Nebelwerfer 41.

Калибр, мм 158,5
Вес в боевом и походном положении, кг 510
Максимальная дальность стрельбы, м 6100
Эффективная дальность стрельбы, м 4000-6000
Углы вертикального обстрела от -100 до +800 делений прицела
Углы горизонтального обстрела ±210 делений

Видео о миномете

АНАЛИЗ СРЕДСТВ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТИ.

Целью задания является определение средств выразительности, использованных в рецензии путём установления соответствия между пропусками, обозначенными буквами в тексте рецензии, и цифрами с определениями. Записывать соответствия нужно только в том порядке, в каком идут буквы в тексте. Если Вы не знаете, что скрывается под той или иной буквой, необходимо поставить «0» на месте этой цифры. За задание можно получить от 1 до 4 баллов.

При выполнении задания 26 следует помнить, что Вы заполняете места пропусков в рецензии, т.е. восстанавливаете текст, а с ним и смысловую, и грамматическую связь. Поэтому часто дополнительной подсказкой может служить анализ самой рецензии: различные прилагательные в том или ином роде, согласующиеся с пропусками сказуемые и т.д. Облегчит выполнение задания и разделение списка терминов на две группы: первая включает термины на основе значения слова, вторая – строение предложения. Это деление Вы сможете провести, зная, что все средства делят на ДВЕ большие группы: в первую включаются лексические (неспециальные средства) и тропы; во вторую фигуры речи (часть из них называют синтаксическими).

26.1 ТРОП—СЛОВО ИЛИ ВЫРАЖЕНИЕ, УПОТРЕБЛЯЕМОЕ В ПЕРЕНОСНОМ ЗНАЧЕНИИ ДЛЯ СОЗДАНИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ОБРАЗА И ДОСТИЖЕНИЯ БОЛЬШЕЙ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТИ. К тропам относятся такие приемы, как эпитет, сравнение, олицетворение, метафора, метонимия, иногда к ним относят гиперболы и литоты.

Примечание: В задании, как правило, указано, что это ТРОПЫ.

В рецензии примеры тропов указываются в скобках, как словосочетание.

1.Эпитет (в пер. с греч. — приложение, прибавление) — это образное определение, отмечающее существенную для данного контекста черту в изображаемом явлении. От простого определения эпитет отличается художественной выразительностью и образностью. В основе эпитета лежит скрытое сравнение.

К эпитетам относятся все «красочные» определения, которые чаще всего выражаются прилагательными:

грустно-сиротеющая земля (Ф.И.Тютчев), седой туман, лимонный свет, немой покой (И. А. Бунин).

Эпитеты могут также выражаться:

—существительными, выступающими в качестве приложений или сказуемых, дающих образную характеристику предмета: волшебница-зима; мать — сыра земля; Поэт — это лира, а не только няня своей души (М. Горький);

—деепричастиями: волны несутся гремя и сверкая;

—местоимениями, выражающими превосходную степень того или иного состояния человеческой души:

Ведь были схватки боевые, Да, говорят, еще какие! (М. Ю. Лермонтов);

—причастиями и причастными оборотами: Соловьи словословьем грохочущим оглашают лесные пределы (Б. Л. Пастернак); Допускаю также появление… борзописцев, которые не могут доказать, где они вчера ночевали, и у которых нет других слов на языке, кроме слов, не помнящих родства (М. Е. Салтыков-Щедрин).

2. Сравнение — это изобразительный прием, основанный на сопоставлении одного явления или понятия с другим. В отличие от метафоры сравнение всегда двучленно: в нем называются оба сопоставляемых предмета (явления, признака, действия).

Горят аулы, нет у них защиты.

Врагом сыны отечества разбиты,

И зарево, как вечный метеор,

Играя в облаках, пугает взор. (М. Ю. Лермонтов)

Сравнения выражаются различными способами:

— формой творительного падежа существительных:

Соловьем залетным Юность пролетела,

Волной в непогоду Радость отшумела (А. В. Кольцов)

— формой сравнительной степени прилагательного или наречия: Эти глаза зеленее моря и кипарисов наших темнее (А. Ахматова);

— сравнительными оборотами с союзами как, словно, будто, как будто и др.:

Как хищный зверь, в смиренную обитель

Врывается штыками победитель… (М. Ю. Лермонтов);

— при помощи слов подобный, похожий, это:

На глаза осторожной кошки

Похожи твои глаза (А. Ахматова);

— при помощи сравнительных придаточных предложений:

Закружилась листва золотая

В розоватой воде на пруду,

Точно бабочек легкая стая

С замираньем летит на звезду.(С. А. Есенин)

3.Метафора (в пер. с греч. — перенос) — это слово или выражение, которое употребляется в переносном значении на основе сходства двух предметов или явлений по какому-либо признаку. В отличие от сравнения, в котором приводится и то, что сравнивается, и то, с чем сравнивается, метафора содержит только второе, что создает компактность и образность употребления слова. В основу метафоры может быть положено сходство предметов по форме, цвету, объему, назначению, ощущениям и т. п.: водопад звезд, лавина писем, стена огня, бездна горя, жемчужина поэзии, искра любви и др.

Все метафоры делятся на две группы:

1) общеязыковые («стертые»): золотые руки, буря в стакане воды, горы своротить, струны души, любовь угасла;

2) художественные (индивидуально-авторские, поэтические):

И меркнет звезд алмазный трепет

В безбольном холоде зари (М. Волошин);

Пустых небес прозрачное стекло (A. Ахматова);

И очи синие, бездонные

Цветут на дальнем берегу. (А. А. Блок)

Метафора бывает не только одиночной: она может развиваться в тексте, образуя целые цепочки образных выражений, в во многих случаях — охватывать, как бы пронизывать весь текст. Это развернутая, сложная метафора, цельный художественный образ.

4. Олицетворение — это разновидность метафоры, основанная на переносе признаков живого существа на явления природы, предметы и понятия. Чаще всего олицетворения используются при описании природы:

Катясь чрез сонные долины, Туманы сонные легли, И только топот лошадиный, Звуча, теряется вдали. Погас, бледнея, день осенний, Свернув душистые листы, Вкушают сон без сновидений Полузавядшие цветы. (М. Ю. Лермонтов)

5. Метонимия (в пер. с греч. — переименование) — это перенос названия с одного предмета на другой на основании их смежности. Смежность может быть проявлением связи:

— между содержанием и содержащим: Я три тарелки съел (И. А. Крылов);

— между автором и произведением: Бранил Гомера, Феокрита, Зато читал Адама Смита (А. С. Пушкин);

— между действием и орудием действия: Их села и нивы за буйный набег Обрек он мечам и пожарам (А. С. Пушкин);

— между предметом и материалом, из которого сделан предмет: …не то на серебре, — на золоте едал (А. С. Грибоедов);

6. Синекдоха (в пер. с греч. — соотнесение) — это разновидность метонимии, основанная на перенесении значения с одного явления на другое по признаку количественного отношения между ними. Чаще всего перенос происходит:

— с меньшего на большее: К нему и птица не летит, И тигр нейдет… (А. С. Пушкин);

— с части на целое: Борода, что ты все молчишь? (А. П. Чехов)

7. Перифраз, или перифраза (в пер. с греч. — описательное выражение), — это оборот, который употребляется вместо какого-либо слова или словосочетания. Например, Петербург в стихах

А. С.Пушкина — «Петра творенье», «Полнощных стран краса и диво», «град Петров»; А. А. Блок в стихах М. И. Цветаевой — «рыцарь без укоризны», «голубоглазый снеговой певец», «снежный лебедь», «вседержитель моей души».

8.Гипербола (в пер. с греч. — преувеличение) — это образное выражение, содержащее непомерное преувеличение какого-либо признака предмета, явления, действия: Редкая птица долетит до середины Днепра (Н. В. Гоголь)

И в ту же минуту по улицам курьеры, курьеры, курьеры… можете представить себе, тридцать пять тысяч одних курьеров! (Н.В. Гоголь).

9. Литота (в пер. с греч. — малость, умеренность) — это образное выражение, содержащее непомерное преуменьшение какого-либо признака предмета, явления, действия: Какие крохотные коровки! Есть, право, менее булавочной головки. (И. А. Крылов)

И шествуя важно, в спокойствии чинном, Лошадку ведет под уздцы мужичок В больших сапогах, в полушубке овчинном, В больших рукавицах… а сам с ноготок! (Н.А. Некрасов)

10. Ирония (в пер. с греч. — притворство) — это употребление слова или высказывания в смысле, противоположном прямому. Ирония представляет собой вид иносказания, при котором за внешне положительной оценкой скрывается насмешка: Отколе, умная, бредешь ты, голова? (И. А. Крылов)

26.2 «НЕСПЕЦИАЛЬНЫЕ» ЛЕКСИЧЕСКИЕ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНО-ВЫРАЗИТЕЛЬНЫЕ СРЕДСТВА ЯЗЫКА

Примечание: В заданиях иногда указано, что это лексическое средство. Обычно в рецензии задания 24 пример лексического средства дается в скобках либо одним словом, либо словосочетанием, в котором одно из слов выделено курсивом. Обратите внимание: именно эти средства чаще всего необходимо найти в задании 22!

11. Синонимы, т. е. слова одной части речи, различные по звучанию, но одинаковые или близкие по лексическому значению и отличающиеся друг от друга или оттенками значения, или стилистической окраской (смелый —отважный, бежать — мчаться, глаза (нейтр.) — очи (поэт.)), обладают большой выразительной силой.

Синонимы могут быть контекстными.

12. Антонимы, т. е. слова одной и той же части речи, противоположные по значению (истина — ложь, добро — зло, отвратительно — замечательно), также обладают большими выразительными возможностями.

Антонимы могут быть контекстными, т. е становится антонимами только в данном контексте.

Ложь бывает доброй или злой,

Сердобольной или беспощадной,

Ложь бывает ловкой и нескладной,

Осмотрительной и безоглядной,

Упоительной и безотрадной.

13. Фразеологизмы как средства языковой выразительности

Фразеологизмы (фразеологические выражения, идиомы), т. е. воспроизводимые в готовом виде словосочетания и предложения, в которых целостное значение доминирует над значениями составляющих их компонентов и не является простой суммой таких значений (попасть впросак, быть на седьмом небе, яблоко раздора), обладают большими выразительными возможностями. Выразительность фразеологизмов определяется:

1) их яркой образностью, в том числе мифологической (кот наплакал, как белка в колесе, нить Ариадны, дамоклов меч, ахиллесова пята);

2) отнесенностью многих из них: а) к разряду высоких (глас вопиющего в пустыне, кануть в Лету) или сниженных (разговорных, просторечных: как рыба в воде, ни сном ни духом, водить за нос, намылить шею, развесить уши); б) к разряду языковых средств с положительной эмоционально-экспрессивной окраской (хранить как зеницу ока — торж.) или с отрицательной эмоционально-экспрессивной окраской (безцаря в голове — неодобр., мелкая сошка — пренебрежит., грош цена — презр.).

14. Стилистически окрашенная лексика

Для усиления выразительности в тексте могут использоваться все разряды стилистически окрашенной лексики:

1) эмоционально-экспрессивная (оценочная) лексика, в том числе:

а) слова с положительной эмоционально-экспрессивной оценкой: торжественные, возвышенные (в том числе старославянизмы): вдохновение, грядущий, отечество, чаяния, сокровенный, незыблемый; возвышенно-поэтические: безмятежный, лучезарный, чары, лазурный; одобрительные: благородный, выдающийся, изумительный, отважный; ласкательные: солнышко, голубчик, доченька

б) слова с отрицательной эмоционально-экспрессивной оценкой: неодобрительные: домысел, препираться, околесица; пренебрежительные: выскочка, деляга; презрительные: балбес, зубрила, писанина; бранные/

2) функционально-стилистически окрашенная лексика, в том числе:

б) разговорная (обиходно-бытовая): папа, мальчонка, хвастунишка, здоровущий

15. Лексика ограниченного употребления

Для усиления выразительности в тексте могут использоваться также все разряды лексики ограниченного употребления, в том числе:

— лексика диалектная (слова, которые употребляются жителями какой-либо местности: кочет — петух, векша — белка);

— лексика просторечная (слова с ярко выраженной сниженной стилистической окраской: фамильярной, грубой, пренебрежительной,бранной, находящиеся на границе или за пределами литературной нормы: голодранец, забулдыга, затрещина, трепач);

— лексика профессиональная (слова, которые употребляются в профессиональной речи и не входят в систему общелитературного языка: камбуз — в речи моряков, утка — в речи журналистов, окно — в речи преподавателей);

— лексика жаргонная (слова, свойственные жаргонам — молодежному: тусовка, навороты, крутой; компьютерному: мозги — память компьютера, клава — клавиатура; солдатскому: дембель, черпак, духи; жаргону преступников: братва, малина);

— лексика устаревшая (историзмы — слова, вышедшие из употребления в связи с исчезновением обозначаемых ими предметов или явлений: боярин, опричнина, конка; архаизмы — устаревшие слова, называющие предметы и понятия, для которых в языке появились новые наименования: чело — лоб, ветрило — парус); — лексика новая (неологизмы — слова, недавно вошедшие в язык и не потерявшие еще своей новизны: блог, слоган, тинейджер).

26.3 ФИГУРАМИ (РИТОРИЧЕСКИМИ ФИГУРАМИ, СТИЛИСТИЧЕСКИМИ ФИГУРАМИ, ФИГУРАМИ РЕЧИ) НАЗЫВАЮТСЯ СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ПРИЕМЫ, основанные на особых сочетаниях слов, выходящих за рамки обычного практического употребления, и имеющие целью усиление выразительности и изобразительности текста. К основным фигурам речи относятся: риторический вопрос, риторическое восклицание, риторическое обращение, повтор, синтаксический параллелизм, многосоюзие, бессоюзие, эллипсис, инверсия, парцелляция, антитеза, градация, оксюморон. В отличие от лексических средств— это уровень предложения или нескольких предложений.

Примечание: В заданиях нет чёткого формата определения, указывающего на эти средства: их называют и синтаксическими средствами, и приёмом, и просто средством выразительности, и фигурой. В задании 24 на фигуру речи указывает номер предложения, данный в скобках.

16.Риторический вопрос — это фигура, в которой в форме вопроса содержится утверждение. Риторический вопрос не требует ответа, он используется, чтобы усилить эмоциональность, выразительность речи, привлечь внимание читателя к тому или иному явлению:

17.Риторическое восклицание — это фигура, в которой в форме восклицания содержится утверждение. Риторические восклицания усиливают в сообщении выражение тех или иных чувств; они обычно отличаются не только особой эмоциональностью, но и торжественностью и приподнятостью:

То было в утро наших лет — О счастие! о слезы! О лес! о жизнь! о солнца свет! О свежий дух березы. (А. К. Толстой);

Увы! пред властию чужой Склонилась гордая страна. (М. Ю. Лермонтов)

18.Риторическое обращение — это стилистическая фигура, состоящая в подчеркнутом обращении к кому-нибудь или чему-нибудь для усиления выразительности речи. Оно служит не столько для называния адресата речи, сколько для выражения отношения к тому, о чем говорится в тексте. Риторические обращения могут создавать торжественность и патетичность речи, выражать радость, сожаление и другие оттенки настроения и эмоционального состояния:

Друзья мои! Прекрасен наш союз. Он, как душа, неудержим и вечен (А. С. Пушкин);

О, глубокая ночь! О, холодная осень! Немая! (К. Д. Бальмонт)

19.Повтор (позиционно-лексический повтор, лексический повтор) — это стилистическая фигура, состоящая в повторении какого-либо члена предложения (слова), части предложения или целого предложения, нескольких предложений, строфы с целью привлечь к ним особое внимание.

Разновидностями повтора являются анафора, эпифора и подхват.

Анафора (в пер. с греч. — восхождение, подъем), или единоначатие, — это повторение слова или группы слов в начале строк, строф или предложений:

Лениво дышит полдень мглистый,

Лениво катится река.

И в тверди пламенной и чистой

Лениво тают облака (Ф. И. Тютчев);

Эпифора (в пер. с греч. — добавка, конечное предложение периода) — это повторение слов или группы слов в конце строк, строф или предложений:

Хоть не вечен человек,

То, что вечно, — человечно.

Что такое день иль век

Перед тем, что бесконечно?

Хоть не вечен человек,

То, что вечно, — человечно (А. А. Фет);

Досталась им буханка светлого хлеба — радость!

Сегодня фильм хороший в клубе — радость!

Двухтомник Паустовского в книжный магазин привезли— радость! (А. И. Солженицын)

Подхват — это повтор какого-либо отрезка речи (предложения, стихотворной строки) в начале следующего за ним соответствующего отрезка речи:

Повалился он на холодный снег,

На холодный снег, будто сосенка,

Будто сосенка во сыром бору (М. Ю. Лермонтов);

20. Параллелизм (синтаксический параллелизм) (в пер. с греч. — идущий рядом) — тождественное или сходное построение смежных частей текста: рядом стоящих предложений, стихотворных строк, строф, которые, соотносясь, создают единый образ:

Гляжу на будущность с боязнью,

Гляжу на прошлое с тоской… (М. Ю. Лермонтов);

Я был вам звенящей струной,

Я был вам цветущей весной,

Но вы не хотели цветов,

И вы не расслышали слов? (К. Д. Бальмонт)

Часто с использованием антитезы: Что ищет он в стране далекой? Что кинул он в краю родном? (М. Лермонтов); Не страна – для бизнеса, а бизнес – для страны (из газеты).

21. Инверсия (в пер. с греч. — перестановка, переворачивание) — это изменение обычного порядка слов в предложении с целью подчеркивания смысловой значимости какого-либо элемента текста (слова, предложения), придания фразе особой стилистической окрашенности: торжественного, высокого звучания или, наоборот, разговорной, несколько сниженной характеристики. Инверсированными в русском языке считаются следующие сочетания:

— согласованное определение стоит после определяемого слова: Сижу за решеткой в темнице сырой (М. Ю. Лермонтов); Но не бегало зыби по этому морю; не струился душный воздух: назревала гроза великая (И. С. Тургенев);

— дополнения и обстоятельства, выраженные существительными, стоят перед словом, к которому относятся: Часов однообразный бой (однообразный бой часов);

22.Парцелляция (в пер. с франц. — частица) — стилистический прием, заключающийся в расчленении единой синтаксической структуры предложения на несколько интонационно-смысловых единиц — фраз. На месте расчленения предложения могут использоваться точка, восклицательный и вопросительный знаки, многоточие. Утром, ярким, как лубок. Страшным. Долгим. Ратным. Был разбит стрелковый полк. Наш. В бою неравном (Р. Рождественский); Почему никто не возмущается? Образование и здравоохранение! Важнейшие сферы жизни общества! Не упомянуты в этом документе вообще (Из газет); Нужно, чтобы государство помнило главное: его граждане — не физические лица. А люди. (Из газет)

23.Бессоюзие и многосоюзие — синтаксические фигуры, основанные на намеренном пропуске, или, наоборот, сознательном повторении союзов. В первом случае, при опущении союзов, речь становится сжатой, компактной, динамичной. Изображаемые действия и события здесь быстро, мгновенно развертываются, сменяют друг друга:

Швед, русский — колет, рубит, режет.

Бой барабанный, клики, скрежет.

Гром пушек, топот, ржанье, стон,

И смерть и ад со всех сторон. (А.С. Пушкин)

В случае многосоюзия речь, напротив, замедляется, паузы и повторяющийся союз выделяют слова, экспрессивно подчеркивая их смысловую значимость:

Зато и внук,и правнук, и праправнук

Растут во мне, пока я сам расту… (П.Г. Антокольский)

24.Период – длинное, многочленное предложение или сильно распространённое простое предложение, которое отличается законченностью, единством темы и интонационным распадением на две части. В первой части синтаксический повтор однотипных придаточных (или членов предложения)идёт с нарастающим повышением интонации, затем – разделяющая значительная пауза, и во второй части, где дается вывод, тон голоса заметно понижается. Такое интонационное оформление образует своего рода круг:

Когда бы жизнь домашним кругом я ограничить захотел,/Когда мне быть отцом, супругом приятный жребий повелел,/ Когда б семейственной картиной пленился я хоть миг единый, — то, верно б, кроме вас одной невесты не искал иной. (А.С. Пушкин)

25.Антитеза, или противопоставление (в пер. с греч. — противоположение) — это оборот, в котором резко противопоставляются противоположные понятия, положения, образы. Для создания антитезы обычно используются антонимы — общеязыковые и контекстуальные:

Ты богат, я очень беден, Ты — прозаик, я — поэт (А. С. Пушкин);

Вчера еще в глаза глядел,

А ныне — все косится в сторону,

Вчера еще до птиц сидел,

Все жаворонки нынче — вороны!

Я глупая, а ты умен,

Живой, а я остолбенелая.

О вопль женщин всех времен:

«Мой милый, что тебе я сделала?» (М. И. Цветаева)

26.Градация (в пер. с лат. — постепенное повышение, усиление) — прием, состоящий в последовательном расположении слов, выражений, тропов (эпитетов, метафор, сравнений) в порядке усиления (возрастания) или ослабления (убывания) признака. Возрастающая градация обычно используется для усиления образности, эмоциональной выразительности и воздействующей силы текста:

Я звал тебя, но ты не оглянулась, Я слезы лил, но ты не снизошла (А. А. Блок);

Светились, горели, сияли огромные голубые глаза. (В. А. Солоухин)

Нисходящая градация используется реже и служит обычно для усиления смыслового содержания текста и создания образности:

Принес он смертную смолу

Да ветвь с увядшими листами. (А. С. Пушкин)

27.Оксюморон (в пер. с греч. — остроумно-глупое) — это стилистическая фигура, в которой соединяются обычно несовместимые понятия, как правило, противоречащие друг другу (горькая радость, звонкая тишина и т. п.); при этом получается новый смысл, а речь приобретает особую выразительность: С того часу начались для Ильи сладостные мученья, светло опаляющие душу (И. С. Шмелев);

Есть тоска веселая в алостях зари (С. А. Есенин);

Но красоты их безобразной Я скоро таинство постиг. (М. Ю. Лермонтов)

28.Аллегория – иносказание, передача отвлеченного понятия через конкретный образ: Должны победить лисы и волки (хитрость, злоба, жадность).

29.Умолчание – намеренный обрыв высказывания, передающий взволнованность речи и предполагающий, что читатель догадается о невысказанном: Но я хотел… Быть может, Вы…

Кроме вышеперечисленных синтаксических средств выразительности в тестах встречаются и следующие:

—восклицательные предложения;

— диалог, скрытый диалог;

—вопросно-ответная форма изложения такая форма изложения, при которой чередуются вопросы и ответы на вопросы;

—ряды однородных членов;

—цитирование;

—вводные слова и конструкции

—Неполные предложения – предложения, в которых пропущен какой-либо член, необходимый для полноты строения и значения. Отсутствующие члены предложения могут быть восстановлены и контекста.

В том числе эллипсис, то есть пропуск сказуемого.

Эти понятия рассматриваются в школьном курсе синтаксиса. Именно поэтому, наверное, эти средств выразительности чаще всего в рецензии называют синтаксическими.

по тексту Л. Кассиля (Немецкие миномёты били по всей равнине, взметая снег вместе с комьями земли) (ЕГЭ по русскому)

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ
ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Как стать экспертом?

Солдат «помнил только о своей задаче». Превозмогая боль, он налаживает связь, соединяет провода, «всем остатком своих сил стискивая зубы». Ради

чего же солдат был готов принести себя в жертву? Конечно же, ради Родины и ради других людей. Приводя два примера, автор хотел показать, какой силой духа обладал связист. Он, рискуя жизнью, помог спасти сослуживцев.

Автор доносит до нас мысль о том, что патриотизм в годы войны проявлялся в том, что люди самоотверженно защищали свою Отчизну.

Я полностью согласен с позицией автора. Действительно, в годы войны патриотизм являлся главным фактором победы. Люди были готовы пожертвовать собственной жизнью ради защиты Отечества.

Таким образом, хочется сказать, что автор призывает нас быть патриотами Родины, честно исполнить воинский и гражданский долг.

Сочинение по тексту Л. Кассиля

Текст

(1)Немецкие минометы били по всей равнине, взметая снег вместе с комьями земли. (2)Вчера ночью через эту смертную зону связисты проложили кабель. (3))Но вот сейчас, когда требовалось немедленно изменить обстановку и отвести передовую часть на другой рубеж, связь внезапно прекратилась. (4)Напрасно бился над своим аппаратом, припадая ртом к трубке, телефонист:

– Двенадцатая!… Двенадцатая! Отвечайте… Отвечайте!…

(5)– Обрыв, – сказал телефонист.

(6)И вот тогда человек, который только вчера под огнем прополз всю равнину, хоронясь за сугробами, переползая через холмы, зарываясь в снег и волоча за собой телефонный кабель, человек, о котором мы прочли потом в газетной заметке, поднялся, запахнул белый халат, взял винтовку, сумку с инструментами и сказал очень просто:

– Я пошел. (9) Разрешите?

(8)Я не знаю, что говорили ему товарищи, какими словами напутствовал его командир. (9)Все понимали, на что решился человек, отправляющийся в проклятую зону…

(10)Провод шел сквозь разрозненные елочки и редкие кусты. (11)Вьюга звенела в осоке над замерзшими болотцами. (12)Человек полз. (13)Немцы, должно быть, вскоре заметили его. (14)Маленькие вихри от пулеметных очередей, курясь, затанцевали хороводом вокруг. (15)Снежные смерчи разрывов подбирались к связисту, как косматые призраки, и, склоняясь над ним, таяли в воздухе. (16)Его обдавало снежным прахом. (17)Горячие осколки мин противно взвизгивали над самой головой, шевеля взмокшие волосы, вылезшие из-под капюшона, и, шипя, плавили снег совсем рядом…

(18)Он не слышал боли, но почувствовал, должно быть, страшное онемение в правом боку и, оглянувшись, увидел, что за ним по снегу тянется розовый след. (19)Больше он не оглядывался. (20)Метров через триста он нащупал среди вывороченных обледенелых комьев земли колючий конец провода. (21)Здесь прерывалась линия. (22)Близко упавшая мина порвала провод и далеко в сторону отбросила другой конец кабеля. (23)Ложбинка эта вся простреливалась минометами. (24)Но надо было отыскать другой конец оборванного провода, проползти до него, снова срастить разомкнутую линию.

(25)Грохнуло и завыло совсем близко. (26)Стопудовая боль обрушилась на человека, придавила его к земле. (27)Человек, отплевываясь, выбрался из-под навалившихся на него комьев, повел плечами. (28)Но боль не стряхивалась, она продолжала прижимать человека к земле. (29)Человек чувствовал, что на него наваливается удушливая тяжесть. (30)Он отполз немного, и, наверное, ему показалось, что там, где он лежал минуту назад, на пропитанном кровью снегу, осталось все, что было в нем живого, а он двигается уже отдельно от самого себя. (31)Но как одержимый он карабкался дальше по склону холма. (32)Он помнил только одно: надо отыскать висящий где-то там, в кустах, конец провода, нужно добраться до него, уцепиться, подтянуть, связать. (33)И он нашел оборванный провод. (34)Два раза падал человек, прежде чем смог приподняться. (35)Что-то снова жгуче стегнуло его по груди, он повалился, но опять привстал и схватился за провод. (36)И тут он увидел, что немцы приближаются. (37)Он не мог отстреливаться: руки его были заняты… (38)Он стал тянуть проволоку на себя, отползая назад, но кабель запутался в кустах. (39)Тогда связист стал подтягивать другой конец. (40)Дышать ему становилось все труднее и труднее. (41)Он спешил. (42)Пальцы его коченели…

(43)И вот он лежит неловко, боком на снегу и держит в раскинутых, костенеющих руках концы оборванной линии. (44)Он силится сблизить руки, свести концы провода вместе.(45)Неужели не хватит жизни, не будет уже времени соединить концы провода? (46)Человек в тоске грызет снег зубами. (47)Он силится встать, опираясь на локти. (48)Потом он зубами зажимает один конец кабеля и в исступленном усилии, перехватив обеими руками другой провод, подтаскивает его ко рту. (49)Теперь не хватает не больше сантиметра. (50)Человек уже ничего не видит. (51)Искристая тьма выжигает ему глаза. (52)Он последним рывком дергает провод и успевает закусить его, до боли, до хруста сжимая челюсти.(53) Он чувствует знакомый кисловато-соленый вкус и легкое покалывание языка. (54)Есть ток! (55)И, нашарив винтовку помертвевшими, но теперь свободными руками, он валится лицом в снег, неистово, всем остатком своих сил стискивая зубы. (56)Только бы не разжать… (57)Немцы, осмелев, с криком набегают на него. (58)Но опять он наскреб в себе остатки жизни, достаточные, чтобы приподняться в последний раз и выпустить в близко сунувшихся врагов всю обойму… (59)А там, на командном пункте, просиявший телефонист кричит в трубку:

– Да, да! Слышу!

(60)…Человек не вернулся обратно. (61)Мертвый, он остался в строю, на линии. (62)Он продолжал быть проводником для живых. (63)Навсегда онемел его рот. (64)Но, пробиваясь слабым током сквозь стиснутые его зубы, из конца в конец поля сражения неслись слова, от которых зависели жизни сотен людей и результат боя. (65)Уже отомкнутый от самой жизни, он все еще был включен в ее цепь. (66)Смерть заморозила его сердце, оборвала ток крови в оледеневших сосудах. (67)Но яростная предсмертная воля человека торжествовала в живой связи людей, которым он остался верен и мертвый.

(68)Когда в конце боя передовая часть, получив нужные указания, ударила немцам во фланг и ушла от окружения, связисты, сматывая кабель, наткнулись на человека, полузанесенного поземкой. (69)Он лежал ничком, уткнувшись лицом в снег. (70)В руке его была винтовка, и окоченевший палец застыл на спуске. (71)Обойма была пуста. (72)А поблизости в снегу нашли четырех убитых немцев. (73)Его приподняли, и за ним, вспарывая белизну сугроба, потащился прикушенный им провод.(74)Тогда поняли, как была восстановлена линия связи во время боя…

(75)Так крепко были стиснуты зубы, зажавшие концы кабеля, что пришлось обрезать провод в углах окоченевшего рта. (76)Иначе не освободить было человека, который и после смерти стойко нес службу связи. (77)И все вокруг молчали, стиснув зубы от боли, пронявшей сердце, как умеют молчать в горе русские люди, как молчат они, если попадают, обессиленные от ран, в лапы «мертвоголовых», – наши люди, у которых никакой мукой, никакими пытками не разжать стиснутых зубов, не вырвать ни слова, ни стона, ни закушенного провода.

(Л. Кассиль)

Сочинение

Автор работы: Людмила Смоляр

Одна из проблем, поставленных автором текста, и, как мне кажется, самая главная — это проблема героизма человека. Какой ценой и ради чего человек может совершить подвиг? И что происходит при этом в его душе, в его сознании? Как и почему он решается на отчаянный поступок — самопожертвование, принесение в жертву собственной жизни?

Герой Л. Кассиля совершает подвиг на войне, но война — это лишь время, когда люди проявляют свою истинную сущность. Вынуждены проявлять. Однако в жизни всегда есть место подвигу, поэтому проблема человеческого героизма актуальна для всех и во все времена. Не только потому, что кто-то всегда нуждается в помощи, но и потому, что каждому необходима возможность совершить хоть раз в жизни (может быть, в последний раз) отчаянный и великий поступок, пускай даже его величие поймёт не всякий, а поступок этот будет скоро забыт. Существу, не знающему себя, требуется возможность проявиться как человеку.

«Человек» — именно так называет Кассиль своего героя, не присваивая ему ни имени, ни звания: «И вот тогда один человек поднялся…» (пр. 6), «…боль обрушилась на человека…» (пр. 26), «…человек не вернулся обратно» (пр. 60). В описании героя нет ничего личного, никаких отличающих его качеств, ни внешних, ни внутренних, даже вмыслях его в момент совершения подвига не всплывают ни дом, ни близкие люди, ни привязанности, нет сожаления о том, что он теряет, принося себя в жертву. И помнит он только о своей задаче (пр. 28). Герой абсолютно безлик, и, конечно же, неспроста. Кассиль не пишет биографию, не повествует о конкретном подвиге конкретного персонажа, но он рассказывает о человеке как о явлении, о каждом из нас. И любой читатель может примерить на себя этот образ, и образ приживётся, если у него сохранилась тяга к подвигу, если её не заглушили повседневные желания и страхи. Человек совершает героический поступок не думая, не помня ни страхов, ни желаний, даже себя не выделяя и совсем забыв себе цену.

Почему это происходит? Ради чего человек готов принести себя в жертву? Ответ на этот вопрос не так уж очевиден. Ради идеи ли? Ради других людей? Ради Родины? А что такое Родина? И почему тогда он не помнит об этом, почему в его памяти не остаётся ничего кроме цели? А можно ли совершить подвиг из гордости? Разве под силу гордому человеку забыть обо всём, забыть себя? Навряд ли. Ради чего же тогда всё это сделано?

В своё время очень хорошо и подробно ответил на этот вопрос писатель и военный лётчик Антуан де Сент-Экзюпери в книге «Цитадель». Этот огромный труд посвящён, кроме прочего, разъяснению того, зачем живут люди, в чём их общность и ради чего они готовы пойти на смерть. У Экзюпери нет никакой связующей идеи, и даже близкие люди уходят на второй план, но есть нечто большее — есть царство. Не просто группа человеческих существ, а сложная система, навязывающая людям неравенство и в чём-то направленная против привычной нам современной справедливости. Но царство устроено очень ладно и гармонично благодаря тому, что каждый малейший его элемент занимает отведённую ему нишу и должное место в ней, выполняет свою работу и по-своему служит царству, по-своему жертвует ему собой и своим временем. Есть также невидимые связующие силы, которые ограничивают свободу людей, но в то же время дают им смысл жизни — возможность бороться и трудиться, и лишь посленаслаждаться победами и плодами своих трудов. Ведь вещи обесцениваются, когда достаются легко. Связующие нити поддерживают строгий порядок и иерархию, во главе которой стоит человек, выше которого — только Бог. И этот человек — всего лишь символ, он может не представлять никакой идеи, подданные могут быть не любить его самого, но через него они обретают смысл, он символизирует собой нерушимость связей, и ради этого смысла, этих связей люди готовы умирать, как ради плодов своего труда они готовы жить. Если связи разрушаются, царство гибнет, а вместе с ним погибает и каждая его клетка. Экзюпери сравнивает царство людей с кедром, который несправедлив хотя бы в том, что его ствол не может и не должен желать стать кроной, а нижние ветви не могут занять место верхних. Но ствол поддерживает крону, и кедр живёт и затмевает другие растения лишь потому, что его устройство имеет свой порядок, и порядок этот не нарушается. Именно порядок, именно нити, связующие людей друг с другом и со всеми предметами мира, а предметы — с их смыслами, в конце концов,связующие всё воедино, имеют действительную ценность. Умирая за царство,человек приносит себя в жертву не абстрактной идее и не другим людям, а этим связям, этому смыслу, невозможному без них. Он делает это не задумываясь, потому что его цель не может быть выражена ни словом, ни образом, и вообще помыслить её сложно. Он чувствует её и всегда о ней знает, хоть и не может думать о ней.

Я неспроста вспомнила и привела именно этот пример, ведь герой Кассиля умирает ради того, чтобы замкнуть разорванный взрывом провод, восстановить связь. Связи — это истинная ценность, и мне кажется, что в какой бы странной и необычной форме они ни были представлены, это всегда метафора тех самых связей, о которых писал Экзюпери. Они важны потому, что людям нужна общность, нужна целостность, им нужно слышать и понимать друг друга, действовать сообща, потому что иначе они — ничто. Только терпеливый и слаженный труд многих приводит к победам, к возведению зданий и городов, к продвижению в сторону цели. И в таком контексте простой ответ на вопрос — «человек пожертвовал собой ради связи» — обретает новый, более ценный смысл. А быть замыкающим звеном — должно быть, почётная должность.

Комментарий автора сайта

Прокрустово ложе для таланта

Эта работа является частью пробного ЕГЭ по русскому языку, она написана в 2015 году одиннадцатиклассницей одной из московских школ. Работа явно выделяется из общего потока, она очень индивидуальна. Главное впечатление — это то, что автору тесны рамки, установленные в «Критериях оценивания», в регламентирующем документе ФИПИ. Мне вообще непонятно, как девочка смогла написать такую работу, уложившись в отведённое для экзаменационной работы время.

Сочинение Людмилы Смоляр вне ЕГЭ-шных рамок, оно не в формате. Поэтому содержание не укладывается в привычный объем (обычно пятёрочные работы содержат 250—350 слов, а средненькие сочинения — 180—200 слов). От рядовой экзаменационной работы ожидается, что автор продемонстрирует умение работать с исходным текстом: понять его, определить проблему, прокомментировать проблему, выявить и изложить позицию автора, а также умение выразить собственную точку зрения относительно рассматриваемой проблемы и поддтвердить ее парой примеров. Эксперты понимают, что формат ЕГЭ не предполагает глубоких оценок, тонких наблюдений, ярких ассоциаций, неожиданных параллелей… Вспомним Пушкинские строки:

В одну телегу впрячь не можно
Коня и трепетную лань.

Самое смешное, что оценка работы в соответствии с «Критериями оценивания» не даёт высшего балла, а проверять её по установленому порядку необходимо именно так. Вот такой парадокс!

Из разговора с мужем (мы коллеги, у меня есть возможность получить совет в сложных случаях):

—Это лучшая работа?
—Лучшая.
— За неё можно выставить высший балл?
— Нельзя, она не в формате. На это сочинение нельзя ориентировать других детей, его нельзя ставить в пример.
— Его нужно ставить в пример! Его обязательно нужно ставить в пример учителям и репетиторам… Его совершенно необходимо ставить в пример одаренным детям…

Каждый должен понять, что экзамен — это только экзамен, это всего-навсего аттестационная работа, проверяющая наличие у выпускников некоторых заранее определенных умений. Чтобы не попасть впросак, не оказаться в аутсайдерах, пиши то, что от тебя ожидают, если хочешь получить то, что ожидаешь ты