Начальник охраны Ельцина коржаков

Александр Коржаков: «В личной охране у любого губернатора был наш человек. И Ельцин знал, что нет заговоров»

Создатель ФСО и экс-телохранитель Бориса Ельцина — о порядках в КГБ времен позднего СССР, зарплатах в первых кооперативах и последних годах жизни первого президента

Фото: svoboda.org

В издании «Медиазона» на днях вышла большая статья — рассказ некогда одного из самых влиятельных людей России, входившего в ближний круг первого президента страны Бориса Ельцина, офицера КГБ Александра Коржакова. С разрешения авторов интернет-газета «Реальное время» публикует этот интереснейший материал полностью.

«Знаю их всех». Говорит Александр Коржаков

Максим Солопов съездил в подмосковную деревню Молоково к одному из самых влиятельных людей России 1990-х — экс-телохранителю Бориса Ельцина, создателю Службы безопасности президента Александру Коржакову.

Перестройка

Я был одним из лучших офицеров в КГБ — многократный чемпион по трем видам спорта: по стрельбе, по волейболу и спортивному ориентированию. Потом, извини, я был в Афганистане. Мне для этого выдали загранпаспорт. Мало у кого из нас был загранпаспорт. Меня стали посылать за границу. Во Франции был, в Чехии, в Англии, в Китае. Меня посылали туда — значит, доверяли. Меня уволили в 1989-м за что? За то, что я был на дне рождения у Ельцина, который был в опале. Подожди, я был у бандита?! Я что, у Ротенберга какого-то был на дне рождения? Я был у человека, который министр СССР, член ЦК КПСС. Член ЦК КПСС! Не Политбюро, но и хрен с ним. Я у него поработал два года с лишним. Мы нашли общий язык. Он старшим товарищем был для меня. Меня только за это уволили.

Это была инициатива Плеханова — начальника девятого управления (подразделение КГБ, которое занималось охраной первых лиц СССР и их иностранных гостей — МЗ). Сам Крючков-то меня еще не знал, но за Ельциным следили. Я тогда не думал об этом. Моя мечта была с пенсией 250 рублей поселиться здесь в деревне у матери, построить дом, а квартиру отдать дочерям. Деревню я обожал с детства. Меня как первый раз сюда привезли, так я и полюбил эти места. Ни разу в пионерлагере не был. И вдруг меня увольняют. Ничего себе! Стал спрашивать, сколько я пенсию буду получать. 200 рублей, а было бы 250! 50 рублей в советских деньгах — это ой-ой-ой как много по тем временам. У меня мать с отцом получали по 120 рублей, потом — по 132. И были счастливы.

Один знакомый предложил в архивном управлении поработать. Я отказался. Сейчас думаю, может, зря: там, оказывается, очень интересные вещи. Но тогда я еще был спортивный мужик. Мне надо было шевелиться. И кто-то из наших, ушедших на пенсию, мне предложил работу в кооперативе «Пластик». Тогда уже были кооперативы. Оклад — тысяча рублей. В КГБ я получал 300, а тут тысяча. «Что делать надо? — спрашиваю. — То же самое». Ладно, давай попробую. Мамакина взял к себе замом, этого алкоголика. Сделал из него человека. Потом народу набрали, инструкции написали, графики составили. Мамакин штабист очень хороший был. Вдвоем с ним наладили охрану. Через несколько месяцев я стал получать уже 3 000.

Жена была счастлива. С такой зарплатой «Жигули» можно было купить за два месяца. Супруга говорила, что это было самое лучшее время в нашей жизни.

Иду по улице, вижу, бананы продают хорошие. Говорю грузчику: «Пару ящиков мне в машину занеси». Каждый ящик стоил 21 рубль, я ему даю 50 за два. Вижу черешню. Хорошая черешня, по четыре, по пять рублей килограмм. Люди берут 300-400 граммов. Денег-то нет. Я говорю: «Мне, пожалуйста, всю коробку».

Тогда кооперативов уже много было. Криминал начал вылезать. Братья Квантришвили тогда стали известными. Меня это никак не коснулось. Я набирал спортсменов, борцов, боксеров. У меня были вот такие ребята, классные! Дал им установку на инструктаже: «Если начинают палить, ложитесь на дно машины к чертовой матери, живыми оставайтесь. С этими, черт с ними. У них деньги сами видите какие».

Нас уже уволили, но мы с Мамакиным еще полгода платили партвзносы в «девятке». Огромные, чуть ли не по 500 рублей (согласно Уставу КПСС, для членов партии, чей ежемесячный доход превышал 300 рублей, взносы составляли 3% заработка — МЗ). Мы специально день партвзносов выбирали, когда получка была. Звонили в Кремль, нас пропускали в Арсенал, в наше бывшее подразделение. Народ в очередь выстраивался посмотреть, как мы платим. Через полгода нас насильно перегнали в партийную организацию в ЖЭК по месту жительства. Ко мне стали стучаться пенсионеры в квартиру: когда я, значит, сдам партвзносы? И я написал им заявление, что прерываю членство в КПСС до решения вопроса об образовании Демократической платформы внутри партии. Вот они меня там обсуждали-обсирали: стали требовать, чтобы я сдал партбилет. Не вы мне его вручали! Поэтому партбилет члена КПСС у меня хранится.

Я ходил на митинги за Ельцина. Купил себе специальный черенок от лопаты и на него приделал фанеру с плакатом: «Руки прочь от Ельцина!». Да, я приходил на митинги «Демроссии» как рядовой участник. Я еще даже не стал телохранителем Ельцина. Фотографии мои раздавались в девятом управлении: «Вот он, предатель. Вот он кем стал. Он перекрасился. Майор КГБ».

С Ельциным в это время мы стали дружить еще больше. До тех пор, пока он не упал с моста. До сих пор непонятно куда. Тогда соратники выбрали меня начальником его охраны, но еще несколько месяцев не увольняли из «Пластика». Руководство кооператива мечтало, чтоб я вернулся. В сентябре 1990 года я ушел оттуда, и только в январе 1991 года они исключили меня из штата. Поняли, что я не вернусь.

Ельцин все выше и выше пошел. Но мне деньги тоже нужны были — двое детей. Жена в церковь устроилась работать, но привыкли уже к хорошей зарплате. Я попросил нашего коллегу Трубе из «Демроссии» сделать мне зарплату рублей 300. Вместе с пенсией — жить можно. Этот парень дал мне три адреса: «Вот каждый месяц такого-то числа по такому-то адресу приезжай, получай деньги». Так я по разным адресам ездил, расписывался и получал в разных кооперативах по 100 рублей. В одном я был оформлен прорабом, в другом — смотрителем, в третьем — каким-то охранником. Мне было так неприятно. Чувствовал себя рэкетиром. Я был абсолютно неформальным личным телохранителем Ельцина.

Я в Тулу ездил тогда, два ружья купил, чтобы охранять Ельцина. Когда мы в машине ездили, у меня была ракетница и нож десантный. С ружьем меня могли сцапать еще как-то, а нож я с Афгана привез, поэтому — пошли в жопу. За него бы не посадили. Пистолетов никаких не было. Даже когда мне дарили газовые пистолеты, я сам их потом передаривал. С ракетницей ходил охотничьей. Знал, что ракету можно в опасную машину запустить, и мало не покажется.

Это вы правильно сказали, в 1991 году мы спасли их всех — тех, кто до сих пор у власти. Но сами они к демократической революции никакого отношения не имели. Революцию делают фанатики, а приходят к власти негодяи. Власть нашу терпеть не могу. Знаю их всех.

Борис Ельцин и Александр Коржаков у здания Совета министров РСФСР, 19 августа 1991 года. Фото Валентина Кузьмина и Александра Чумичева / Фотохроника ТАСС

ФСО

Вся «девятка» была 15 тысяч человек, а сейчас ФСО — под 50 тысяч! После Ельцина было 13 тысяч. И их хватало: и губернаторов, и премьеров, и Конституционный суд, и Верховный суд, и дачи охраняли.

Службу безопасности президента создал я. Сейчас до сих пор спекулируют этим названием, но по факту это просто личная охрана президента внутри ФСО. После путча я создал отдельно от всех структур ГУО (Главное управление охраны — МЗ), которое подчинялось напрямую президенту вместо первого отдела, как было в «девятке». На первый отдел я насмотрелся. Мы «девятку» упразднили и восстановили, как при Сталине, отдельную структуру. Охрана правительства и энкавэдэшники, которые народ в «воронках» по ночам арестовывали — это были разные люди. У них разная должна быть психология.

Почему я никогда не осуждал Медведева, который был начальником охраны Горбачева, за то, что он бросил президента в Форосе? Ему приказал лично Плеханов, который приехал к Горбачеву. Медведев был его подчиненный, всего лишь по должности начальник отделения: собирай вещи, пошел вон. «Мне надо сходить, Михаил Сергеевичу доложить… — Пошел отсюда!».

Я сделал, как при Власике: начальник охраны подчиняется только первому лицу. Хочет он меня снять — пожалуйста. Чтобы не мог приехать какой-то генерал и приказать оставить пост. Для остальных есть ФСО. Пусть охраняют Думу, патриарха, Кудрина, Пудрина, кого угодно.

Когда создавалась ФСО, все наши мини-президенты (руководители республик — МЗ), все губернаторы создавали себе охрану. После 1991 года, даже скорее после 1993 пошла волна, когда все стали себе охрану нанимать. Кто бандитов боялся, кто — коммунистов. В охрану кого набирали-то? Или бывших спецназовцев, или бывших спортсменов. Кулаки, например, у них хорошие, сильные, но обращаться с оружием не умеют. Или умеют, но законов никаких не знают. Было это все чревато. Тогда мне в голову пришла идея, с которой я подошел к президенту: «Давайте мы все эти охраны спокойненько возьмем под свое крыло». Если ты не можешь остановить процесс, ты должен его возглавить. Есть деньги? Нанимаешь себе охрану? Пожалуйста. Но из штата ФСО.

В чем суть была? Этих людей мы забирали в Купавну, где у нас был прекрасный лагерь для подготовки. Две недели с ними занимались: в стрельбе натаскают, на ковре натаскают, инструкции вместе с ними поучат. Хоть поймут, что такое закон! Если в армии не служил, получишь младшего сержанта, через два года — младшего лейтенанта. Эти люди счастливые были.

Если я возьму пистолет и убью кого-нибудь, меня за это посадят. Но когда ты сотрудник ФСО и, применяя оружие, защищаешь охраняемое лицо — это совершенно другое дело. Мы этих спортсменов подготовили и узаконили. Так появилась Федеральная служба охраны.

Это было уже не ГУО, которое охраняло Кремль и госдачи вокруг Москвы, плюс еще по одной в Карелии и в Сочи. Мы это ГУО расширили на всю страну. С ребятами занимались не только инструкторы, но еще и опера. Хорошие опера, бывшие чекисты — находили возможность их вербовать. Считай, в личной охране у любого губернатора был наш человек всегда. Что-то там плохое начиналось, мы первые узнавали об этом. И Ельцин точно знал, что нет никаких заговоров.

Александр Коржаков (слева) и начальник Главного управления охраны, комендант Московского Кремля Михаил Барсуков (справа), 1994 год. Фото Александра Сенцова / ТАСС

Коррупция

Опера наши с коррупцией тоже боролись, работали по отделам: отдел «К» — администрация президента, отдел «П» — правительство. 14 человек из правительства мы выгнали во главе с Шохиным, первым вице-премьером, Филатова — коррупционера, негодяя, за то, что он работал с жуликами, с ворами, которые поставили ему особняк покруче моего сейчас. Только чугунный забор стоил 400 тысяч долларов.

У меня-то хоть тиражи книг миллионные были, с радиостанциями много договоров подписанных. Они книгу мою «Борис Ельцин: от рассвета до заката» читали в своих эфирах.

В ней ведь только 3% от всей правды. Сейчас могу уже говорить гораздо больше. Раньше считал, что, наверное, это писать нехорошо, наверное, не стоит. А сейчас понял, что они вытворяют внаглую.

Сейчас все про Шувалова говорят. У меня за гаражом дом его бывшего коменданта. Он ушел, не смог работать там. Когда все это «Сколково» было, деньги Шувалову привозили в грузовиках. В коробках, в мешках, просто в пачках огромных таскали в дом. Загружали в шкафы для одежды.

Муров сейчас ушел. Сколько ж можно было уже терпеть его? Такого человека выгнал — Демина Алексея Александровича. Не путай с Дюминым! Леша при Горбачеве получил орден Ленина — высшую награду. Два человека всего таких было . За то, что они за шесть месяцев построили Горбачеву дачу «Барвиха-4» на 66 гектарах земли. Туда еще потом Ельцин рвался Горбачева выгнать и жить самому.

Пришел Путин и поставил Мурова. Я во всех интервью с 1996 года говорю, что он взяточник и коррупционер. Ни одно издание этого не публиковало, настолько боялись ФСО. Сразу после назначения Муров в первую очередь вызвал Демина, своего зама по строительству, которого еще Крапивин поставил на генеральскую должность. Первое совещание закончилось: «А вы, Демин, останьтесь».

Его пятиминутка, которая меньше трех часов не длилась — бред полный. Зачем на пятиминутке быть поварам? Зачем в их присутствии обсуждать вещи, о которых тебе стало известно только от президента? Такие вещи должны знать только оперативники. Так нельзя. У меня совещаний огромных никогда не было.

Муров ведь никогда не руководил. Его Путин назначил, потому что они с ним в одном кабинете сидели. Путин его назначил, потому что он преданный был. Первое, что Муров сказал своему заместителю по строительству: «Вот счет. С каждого контракта, с каждого договора — 10%». Леша чуть со стула не упал. Выше уже некуда. Выше только бог. Если здесь воровать? Такого никогда не было. Он честно пропахал, проработал столько времени. Он пошел и тут же рапорт написал об уходе. С генеральской должности. Когда Муров стал выбирать кого-то из его подчиненных строителей на эту должность, все отказались.

Тогда он взял Сашку, который у меня был начальником штаба, и сделал его заместителем по строительству. Саша через два года ушел на пенсию в звании генерал-лейтенанта и с двумя инфарктами. Вот такие люди приходят и в ФСО и в правоохранительные органы. Это не люди, которые работают на патриотизм. Это дешевка, одним словом. Путин Мурова уволил не просто за коррупцию, а как и Якунина — за паспорта английские. То ли у самого Мурова, то ли у его детей.

Спикер Госдумы Борис Грызлов, председатель правительства Михаил Фрадков, Владимир Путин, директор ФСБ Николай Патрушев, директор ФСО Евгений Муров (слева направо) на торжественном собрании, посвященном Дню работников органов безопасности, 2004 год. Фото: Сергей Жуков / ТАСС

Генерал Рохлин и прицепы из Тулы

Что значит, верю в заговор Рохлина? Я участвовал в заговоре Рохлина. Меня до сих пор ждут на Скуратовском заводе в Туле. По его чертежам заказал заготовки, чтобы весь корпус Рохлина сюда в Москву перебросить из Волгограда. Я в заговоре был. Я этого не стесняюсь. Когда Чубайс был у власти регентом, нечего было делать Кремль взять. Это тьфу! Одного корпуса было вот так достаточно. И никто бы не подчинился Ельцину после 1993 и 1996 года.

После 1 февраля 1996 года Ельцин был живым трупом. Все. Его нельзя было выбирать. У меня было только два часа на работу. Я приходил в девять часов, а в 11 — звонок от Ельцина: «Александр Васильевич, пообедаем?». Все, день закончился! Говорили, что я был тогда вторым человеком в стране. Я сейчас поправляю: «Не обижайте, я иногда и первым был. Когда Ельцин был уже без всякого, кому еще на кнопки нажимать?». Когда меня сейчас спрашивают, кого вы бы выбрали президентом вместо Ельцина, отвечаю даже не задумываясь — Рохлина.

Беда начинается, когда не знаешь кого поставить. Как и сейчас у всех: «Кого поставить вместо Путина?». Да любого честного парня поставьте. Просто честного умного парня.

Для меня лучшим кандидатом был Рохлин. Именно потому, что это был человек чести. Рохлин никому не лизал. Столько у него из-за этого врагов было в Министерстве обороны. Он ведь все задачи выполнял. Надо взять населенный пункт — он брал. Потерь было с гулькин нос или вообще не было. Всегда все операции сам продумывал. Только сам.

Но заговор провалился: главного убили и все. Но убила его дура-жена. Не было там никаких снайперов, никаких стрелков. Абсолютное стечение обстоятельств. Я ж с ним хорошо был знаком. Дома у него был, в бане, на даче, где его убили. Он всю свою жизнь мне рассказал.

В заговоре с нами были разные люди. Были те, кто с Хасбулатовым был . У них совершенно другие цели были: вернуть СССР, коммунизм. Я был против этого. Мне не нужен был снова СССР. Нахватался. Другое дело, нужна была действительно демократия. Чтоб была конкуренция. Чтобы не было монополизма во всем. Почему я американцев люблю? Вот у них сейчас выборы. Пусть даже с Трампом ошибутся — через четыре года поменяют. Да и конгресс есть. Не дадут наделать глупостей.

У нас же так нельзя. Сделали глупую конституцию. Идиотскую. Если бы меня тогда еще не было рядом с Ельциным, была бы еще хуже. Ввести губернаторов в Совет федерации — это была моя идея. Я Ельцину ее подал. Он тогда еще не понял для чего. Я понимал для чего. Хоть какой-то был противовес. Я читал когда эту конституцию, стыдно было.

Моя задача была помочь Рохлину, чтобы его бойцы преодолели расстояние от места дислокации, от Волгограда до Кремля. Чтобы преодолеть это расстояние, нужно было прицепы прикрепить к танкам и бронетранспортерам. Мне было как депутату от Тулы поручено это сделать. На 240 тысяч долларов я заказал прицепы. Они до сих пор лежат. Все проржавели. Потому что заказчик не пришел. Некому было прийти.

Вот и все. Это была моя задача. Рохлин планировал действовать, как в Чечне — тихо и неожиданно подходить путями, которые известны только ему. Только он знал, как за двое суток они доберутся до Москвы. Целый корпус. Как взять Кремль, это тоже я должен был помочь ему. Здесь я знал абсолютно все ходы. Где куда зайти, кого где оглушить. Я даже знал, как можно пойти и убить Ельцина, но делать этого не стал. Было потом по этому поводу очень много нареканий: «Почему я его не убил?». Как я мог его убить, когда вы же его выбрали? «Нет, мы не выбирали!». Откуда тогда 70% за Ельцина? Извините, это народ за него голосовал.

Не мог я быть предателем. Я мог его прибить, когда уже был уволен за задержание двух воров-несунов, когда Ельцин сам предал народ, поставил Чубайса во главе страны. Вот после этого я готов был прибить его.

Когда генерал Рохлин погиб, ко мне никто больше не обращался. Хотя потом участвовал в одном заговоре, но фаворит заговора тоже умер. Хороший мужик. Просто так взял и умер. Так бывает. Не думаю, что ему кто-то там помог.

Генерал Лев Рохлин во время митинга в честь 80-летия Красной армии, 1998 год. Фото: Виктор Великжанин / Фотохроника ТАСС

Патриарх, Шойгу, Путин и пенсия инженера

Я не признаю Кирилла. Это не мой патриарх. Когда он был замом Алексия, ко мне в Кремль приходил, и мы с ним часа четыре пили коньяк. Хороший коньяк молдаване подарили Ельцину и мне. У меня тогда было отдельное поручение президента контролировать торговлю оружием. Не бандитов ловить, а международную торговлю контролировать. Мы со Службой создали Росвооружение. И заводы, и люди на них начали хоть получать деньги тогда. Так вот, нынешний патриарх тогда меня уговаривал, чтобы мы с продажи оружия 10% в церковь отдавали. Они тогда уже с алкоголя и с сигарет деньги получали. Сразу сказал ему: «Еще с оружия деньги получать? Даже не уговаривайте». И вот он начал мне объяснять, что у нас нет в стране теперь идеологии, что церковь — единственная идеология.

У Путина рейтинг 80%, но у Шойгу уже 70%. Боюсь, что судьба Шойгу уже решена. Первый боится его по-черному. Хоть Сережа неплохой парень, но нельзя быть слишком близко к лидеру нации. Сейчас вот еще турки Путина напугали.

Слышал, конечно, о последних назначениях. Меня поразил опрос населения на «Эхе Москвы»: эти назначения охранников значат, что Путин чего-то боится, или наоборот — ничего не боится? И 95% ответили, что боится. 95%! Честно говоря, я бы подписался под этими 95%. С каждым годом ему все тяжелее даются многие вещи. Зачем создавать гвардию? И так ведь президенту подчиняются и внутренние войска, и министр внутренних дел, и министр обороны, и директор ФСБ.

Я же объяснял, как мы создавали ФСО. Я таким образом у Ельцина страх убирал, что все регионы у нас под контролем. Сейчас охрану тоже ставят не экономику улучшать, а контролировать. Чтоб не было заговоров никаких. Это неразумные назначения. Губернатор должен заниматься хозяйством и немножко политикой, но какие из них хозяйственники, какие из них политики? У них у каждого будет куратор свой из администрации президента, который будет решать хозяйственные вопросы. Зачем это нужно? У них профессия другая.

Они думают, народ за Путина. Ни фига. У меня брат был за него, инженер. Его выгнали на пенсию — пошел вон. Человек отпахал всю жизнь. Как в 22 года поставили его на завод имени Хруничева, так и пахал всю жизнь. За границей ни разу не был, даже в санатории не был. На Байконуре в командировках отдыхал. Теперь живет на пенсию 18 тысяч. Грамоту хоть бы дали.

Александр Коржаков на фоне своего портрета работы художника Сергея Присекина, 1998 год. Фото Виктора Великжанина / ТАСС

zona.media

Медиазона

Справка
  • 1969-1970 — Александр Коржаков проходит срочную службу в Кремлевском полку.
  • 1970 — поступает на службу в девятое управление КГБ.
  • 1985 — 1987 — работает телохранителем первого секретаря Московского городского комитета КПСС, кандидата в члены Политбюро Бориса Ельцина.
  • Октябрь 1987-го — Ельцин выступает на пленуме ЦК с резкой критикой партийного руководства. Его речь не публикуется в советской печати, зато расходится в самиздате.
  • Февраль 1988-го — Ельцин исключен из кандидатов в члены Политбюро и переведен на работу в Госстрой.
  • 1989 — Коржаков уволен из КГБ. Ельцин избирается народным депутатом СССР.
  • 1990 — Ельцин становится председателем Верховного Совета РСФСР.
  • 1991 — Ельцин — президент РСФСР. Коржаков возглавляет Главное управление охраны (ГУО), в 1996 году преобразованное в Федеральную службу охраны (ФСО).
  • 1996 — Коржаков уволен со всех постов после скандала с задержанием в разгар кампании по переизбранию Ельцина активистов его предвыборного штаба Сергея Лисовского и Аркадия Евстафьева. По утверждению Коржакова, сотрудники возглавляемого Анатолием Чубайсом штаба расхищали средства кампании.
  • 1997 — Коржаков избран депутатом Госдумы. До 2011 года он проработал в парламентском Комитете по обороне.
  • Июль 1998-го — в Подмосковье застрелен лидер оппозиционного движения в поддержку армии генерал Лев Рохлин. Его вдова Тамара Рохлина позже была признана виновной в этом убийстве.

Накануне юбилея Службы безопасности Президента ее начальник Дмитрий Шахраев рассказал об особенностях этой структуры

Служба безопасности Президента — одна из самых закрытых для контактов с прессой силовых структур страны. Однако накануне юбилея СБП ее начальник Дмитрий ШАХРАЕВ сделал исключение для «СБ. Беларусь сегодня». И сегодня корреспондент газеты беседует с ним об особенностях непростой службы по обеспечению безопасности Главы государства и других задачах.
— Дмитрий Васильевич, четверть века назад cформировалась абсолютно новая служба, аналогов которой в стране не было. Как она создавалась и какой стала за эти годы?
— Действительно, история Службы безопасности Президента Республики Беларусь начинает свой отсчет с 25 октября 1994 года. Именно тогда указом Президента была сформирована структура, которая сначала называлась Службой охраны при Президенте. Она создавалась на базе управления охраны и группы «Альфа» Комитета государственной безопасности, а также Главного управления государственной охраны МВД. Сразу было решено, что ее основной задачей является обеспечение безо­пасности высших должностных лиц белорусского государства, а также глав государств и правительств зарубежных стран во время их пребывания на территории Беларуси.
На протяжении всех 25 лет служба динамично развивалась и количественно, и качественно. Разумеется, не бездумно, но исходя из обстановки, с учетом возможных угроз и вызовов. В результате СБП представляет собой сегодня сплоченный воинский коллектив, обладающий высокой подготовкой и имеющий все необходимое для качественного решения поставленных задач.
— Каковы были предпосылки для создания службы?
— Мировой опыт показывает, что именно первые лица являются объектом повышенного внимания экстремистов. Ликвидация глав государств может привести к продолжительной дестабилизации политической обстановки и даже к гражданским войнам. Вспомните историю, когда в мае 2009 года в резиденцию президента Сербии ворвался человек с гранатами: он угрожал взрывом, если власти не пересмотрят вопрос по его фирме. После долгих переговоров его арестовали. До этого террорист по электронной почте грозился поджечь резиденцию. К слову, послания с требованиями и угрозами, в том числе физической расправы, первым лицам отправляют регулярно. Приходили они и в адрес Александра Лукашенко, виновного тогда быстро задержали.
— Однажды Глава государства сказал, что служба его безопасности научилась находить грань между требованиями охраны первого лица страны и стремлением каждого человека увидеть своего Президента. Как этого удалось достичь?
— Эту середину, как и сказал Президент, нужно находить очень аккуратно, не допуская никаких излишеств в ту или другую сторону. Конечно, это было бы сложно, не будь сотрудники службы высочайшими профессионалами своего дела. Но они как раз обладают основными профессиональными качествами, благодаря которым, на мой взгляд, нам удалось нащупать ту грань, о которой вы говорите. Назову лишь некоторые из них: это отличная физическая и психологическая подготовка, уверенное владение оружием и специальными средствами, навыки контроля обстановки и способность оперативного принятия в случае необходимости адекватных мер.
— Каковы особенности охраны Президента во время визитов за рубеж?
— Дело в том, что мы не делаем никаких различий между охранными мероприятиями, проводимыми в нашей стране или за рубежом. Каждому из них предшествует кропотливая работа по всесторонней подготовке, проработке каждого нюанса, предвидению любых возможных неожиданностей. Затем следует наиболее ответственная фаза этой работы — непосредственное проведение охранного мероприятия. Естественно, при работе за границей нам приходится тесно контактировать с соответствующими службами этих государств. Уровень нашего взаимодействия с ними достаточно высок, мы весьма продуктивно сотрудничаем.

— Приходилось ли охранять несколько президентов сразу: например, во время саммитов или когда в Минске собиралась «нормандская четверка»?
— Обеспечение безопасности во время встреч первых лиц — это сложная система, в которой задействовано множество сотрудников всех служб и государственных организаций. Курирует всю эту систему Служба безопасности Президента: это естественно, так как основную заботу об организации мероприятия, конечно же, берет на себя принимающая сторона. И в последнее время мы наблюдаем рост количества официальных визитов в нашу страну. Например, только в этом году СБП обеспечила безопасность более 70 иностранных делегаций во время их пребывания в Беларуси. И я могу с уверенностью сказать, что накопленный опыт работы службы позволяет нашим сотрудникам буквально за несколько дней организовать и спланировать проведение мероприятий формата форумов или саммитов, что неоднократно подтверждалось на практике.
— Какими дисциплинами овладевают сотрудники СБП во время подготовки?
— Безусловно, все сотрудники владеют стрелковой, физической и правовой подготовкой, необходимой для осуществления задач в пределах компетенции нашей службы. Причем это касается всех — от сотрудников личной охраны до водителей. Кроме того, в зависимости от направлений деятельности подразделения его сотрудники имеют в подготовке ряд специфических акцентов. По понятным причинам, к примеру, подготовка снайперов и сотрудников антитеррористического подразделения имеет свои особенности. Кроме того, есть ряд дисциплин, которые изучаются отдельными категориями сотрудников: тактическая подготовка, специальная подготовка, иностранные языки и другие.

— Каковы требования к кандидатам на службу в СБП?
— Начнем с того, что Служба безопасности Президента является воинским коллективом, причем неразрывно связанным с нашим обществом. Поэтому и для кандидатов в первую очередь должны быть важны общечеловеческие ценности: честность, порядочность, верность присяге, преданность Отечеству — вот основные качества, без которых невозможна служба ни у нас, ни в других силовых структурах.
Вместе с тем, конечно же, специфика нашей деятельности накладывает ряд особых требований. Тут надо понимать, что мы не можем долгое время уделять начальной подготовке сотрудников. Практически с первых дней они привлекаются к выполнению служебно-боевых задач, поэтому в наши ряды отбираются кандидаты, имеющие высокий уровень физической подготовки, уверенно владеющие оружием, положительно зарекомендовавшие себя на прежнем месте службы. Ну и, конечно же, кандидаты должны обладать потенциалом для дальнейшего профессионального развития.
Проверяется их уровень IQ, проводится тестирование на полиграфе, изучение кандидатуры по прежнему месту службы, учебы, жительства — это целый комплекс мероприятий. Затем аттестационной комиссией принимается коллегиальное решение. И, к слову сказать, только каждый 10-й кандидат поступает на службу в СБП. Лишь каждый 10-й кандидат способен выдержать требования, предъявляемые к сотруднику Службы безопасности Президента. — На каком уровне находится техническое оснащение службы, ее вооружение по сравнению с аналогичными службами других стран?
— Могу сказать одно: за прошедшие годы все кардинально изменилось. Современный мир не стоит на месте. К сожалению, сегодня достижения науки и техники активно используют и для создания средств поражения. Все большее распространение получают новейшие технические и информационные системы. Поэтому постоянное совершенствование форм и способов противодействия современным угрозам, поддержание необходимого уровня технического оснащения, экипировки и вооружения — основные наши приоритеты. И нам удается идти в их русле: на качественно новый уровень было выведено материально-техническое обеспечение службы, значительно повысились ее инженерно-технические возможности.
Но тут же надо отметить, что даже самые современные вооружение, техника, средства связи и спецсредства — ничто без их умелого применения. Поэтому большое внимание уделяется боевой подготовке сотрудников Службы безопасности, под эту задачу создается и развивается соответствующая учебно-материальная база.
— Какие еще задачи, кроме заложенной в названии службы, выполняет СБП?
— В настоящее время наши задачи достаточно многофункциональны. Но в современной обстановке иначе и быть не может, поскольку речь идет о безопасности высших должностных лиц государства, что является составной частью национальной безопасности нашей страны. Назову лишь основные задачи. В соответствии с Законом «О государственной охране» и указами Президента основными задачами службы являются:
— прогнозирование, предупреждение, выявление и пресечение угроз безопасности охраняемых лиц и охраняемых объектов;
— обеспечение безопасности охраняемых лиц;
— обеспечение безопасности охраняемых объектов;
— осуществление в пределах своей компетенции борьбы с терроризмом;
—предупреждение, выявление и пресечение преступлений и иных правонарушений на охраняемых объектах, в местах пребывания охраняемых лиц, в том числе на трассах проезда;
— осуществление координации деятельности государственных органов и иных организаций, участвующих в обеспечении безопасности охраняемых лиц и охраняемых объектов.
— Должно быть, сегодня у вас имеется и личная задача?
— Точнее, пожелание. В день юбилея Службы безопасности Президента хотел бы искренне поздравить всех сотрудников СБП, пожелать им успехов в служебной деятельности, а также благополучия их семьям, мира и добра в их дома.

Убийство начальника личной охраны Путина

Убийство начальника личной охраны Путина. 2018 » Апрель » 4 Общественно-политическая жизнь в России. Почивший в бозе Виктор Золотов был не просто бизнес-партнером, или представителем ближайшего окружения Владимира Путина, это был начальник его охраны, его правая рука, его тень. Что же нам известно о этом человеке, почему можно сказать что его смерть фактически поставила под вопрос возможность и дальше продолжать спор о фактической или политической жизни Путина. По материалам прессы нам известно, что Виктор Золотов с Путиным с первого дня его президентства. И на протяжении 13 лет, начиная с 2000 по 2013 год он был самым близким Путину человеком, так как не было человека, который физически проводил бы больше времени возле президента, чем Золотов, охраняя его безопасность и секреты. Но начнем сначала: Виктор Золотов начал свою карьеру в 9-ом управлении КГБ СССР, которое позже было преобразовано в Федеральную Службу Охраны — ФСО. 90-е он встретил в чине персонального телохранителя мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака и его тогдашнего заместителя Владимира Путина. Как только Путин стал премьер-министром, Виктор Золотов тут же возглавил его охрану, и уже до 2013 года Золотов был начальником службы безопасности президента, после чего его полномочия еще более расширили: ему частично подчинили МВД, назначив заместителем министра и поставив главой внутренних войск России, задача которых как раз выполнять карательные, полицейские функции внутри страны. Про Золотова никто никогда не слушал, ну телохранитель Путина, ну и ладно. Как только он перешел в МВД, о нем заговорили все, сначала как о будущем министре внутренних дел, а совсем недавно как о главе ФСБ. Вот только именно последнее его чаяние, как раз и поставило крест на его карьере. У Золотова, как и Путина, были очень серьезные противоречия с так называемым «кланом Патрушева», куда входит и директор ФСБ Александр Бортников. Чтобы понять, насколько Виктор Золотов близок к Владимиру Путину, достаточно на картах «Яндекса» проложить маршруты от официальных и неофициальных резиденций президента к той недвижимости, которая принадлежит семье Золотовых. Например, Роману Золотову принадлежат земельный участок (4,5 тыс. кв.м) и жилой дом (280 кв.м) в деревне Ящерово Валдайского района. Буквально в 7 км от этого дома находится официальная резиденция президента Путина «Валдай». В мае 2014 года Роман Золотов стал владельцем трехэтажного дома в Геленджике. Общая площадь дома составляет почти 1 тыс. кв.м. На спутниковых снимках видно, что этот дом находится на первой береговой линии, прямо возле Черного моря. Судя по последним доступным фотографиям, дом еще активно строится, и когда строительство будет завершено, то весь комплекс превратится в настоящую резиденцию. Всего в 30 км от этого дома находится поселок Прасковеевка, где расположена другая резиденция — приписываемая Владимиру Путину, о чем в 2010 году рассказал питерский бизнесмен и бывший партнер друзей президента России Сергей Колесников. Странно, что даже в Википедии можно прочитать о Золотове такие факты,что вопрос о том как его могли назначить на должность зам министра МВД встают сами собой. Что нам рассказывает Википедия: Родился в рабочей семье и в молодости работал слесарем на заводе АЗЛК. С 1970-х гг. работал в 9-м Главном управлении Комитета государственной безопасности СССР. на службе у Ельцина 19 августа 1991 года охранял Бориса Ельцина во время его выступления с брони танка. В 1990-е годы был нанят телохранителем мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака. На этой работе познакомился с Владимиром Путиным, который в то время находился в должности заместителя мэра. Впоследствии сблизился с Путиным, стал принимать участие в спаррингах по боксу и дзюдо. В 1996 году Виктор Золотов был уволен из ГУО (ФСО), некоторое время работал в компании «Балтик-Эскорт» на должности личного телохранителя влиятельного российского предпринимателя Романа Цепова (также бывшего телохранителя Собчака и близкого друга Путина). Интересно, спросим у Википедии: Кто такой Цепов? Роман Игоревич Цепов, изначальная фамилия Бейленсон. По окончании школы работал на Ижорском заводе, окончил Высшее Политическое училище МВД СССР, служил во Внутренних Войсках МВД на политических должностях, затем в научно-исследовательском институте. Из МВД уволен в 1990 г. в звании капитана. В 1992 г. создал охранное предприятие «Балтик-Эскорт», которое и возглавил. Охранял высших должностных лиц Петербурга, в том числе мэра Анатолия Собчака и его семью, а также вице-мэра Владимира Путина, с которым ему приписывали тесные связи. Утверждалось, что Цепов является посредником между Путиным и бизнесом и якобы собирал для своего покровителя дань за лицензирование игорного бизнеса. Также Цепов оказывал охранные услуги ряду криминальных авторитетов, в частности семье лидера «Малышевской» группировки Александру Малышеву и некоторых деятелей «Тамбовской» группировки. Впервые арестован в 1994 г. по обвинению в незаконном хранении оружия, а по слухам — из-за сбора денег за лицензирование игорного бизнеса. Начиная с 1993 г., пережил пять неудачных покушений. Фигурант ряда уголовных дел. Последнее дело было возбуждено в марте 1998 г. по обвинению в вымогательстве 70 тыс. долларов, после чего Цепов на время скрылся в Чехии. После прихода к власти Владимира Путина стал одной из самых влиятельных фигур в деловой и околополитической жизни Петербурга. Принимал участие в торжествах инаугурации Путина. Ему приписывали тесные связи с министром внутренних дел Рашидом Нургалиевым, начальником президентской охраны Виктором Золотовым , последний присутствовал на его похоронах и замглавой президентской администрации Игорем Сечиным. Журналисты называли его «серым кардиналом» и «охранным олигархом». Сам Цепов о слухах, окружающих его имя, говорил так: «Почему-то во все времена Цепов оказывался наиболее удобной фигурой для слухов. Выборы — Цепов. Уголовные дела, транши, кредиты, топливный бизнес, охранный, казино — Цепов. Кадровые перестановки — тоже я. Серый кардинал обязательно должен быть при короле!» Летом 2004 г., ссылаясь на свои связи, пытался выступить посредником между правительством и ЮКОСом. 11 сентября 2004 г. почувствовал себя плохо и 24 сентября скончался; следствием установлено отравление. Подозревалась лучевая болезнь, причём пресса отмечала сходство симптомов болезни Цепова и Литвиненко, отравленного полонием-210. Так, историк спецслужб Борис Володарский в 2009 году в эфире радио «Свобода» выразил уверенность в убийстве Цепова «несомненно, что радиоактивным ядом», назвав его гибель в одном ряду с убийством Анны Политковской и отравлением Александра Литвиненко. Похоронен на Серафимовском кладбище, рядом с могилой родителей Владимира Путина. На кладбище были приглашены только родные и самые близкие. Горсть земли на крышку гроба бросил и Виктор Золотов. Если вы следите за криминальными хрониками России то не сильно удивитесь если в них прозвучит фамилия владельца компании «Русское золото», миллионера Александра Таранцева. В 2008 году, когда в Мосгорсуде рассматривалось уголовное дело в отношении еще одного лидера «ореховских», Олега Пылева. Таранцева уже вспоминали, как заказчика нескольких убийств. По словам Пылева «не на протокол», Таранцев был «посажен на «Русское золото», чтобы заниматься финансами. Назвал Пылев и имена жертв, которых заказывал Таранцев, это: бригадир ОПГ «Медведковские» Сергей Симонов, кличка «Пельмень» руководители Фонда развития правоохранительных органов Владимир Ермаков и Сергей Дроздов криминальный авторитет Александр Макушенко, кличка «Цыган» заслуженный архитектор России, лауреат Государственной премии, председатель совета директоров ОАО «Моспроект» Владимир Гинзбург, похищенный в августе 1997 года . А ведь одна из главных версий исчезновения Гинзбурга была основана на конфликте с Таранцевым., который именно из-за этого предпочел уехать из России, и вернулся только тогда, когда было приостановлено расследование исчезновения архитектора Гинзбурга. Так вот в апреле 2000 года, когда Дмитрий Усалев рассказывал следователям, как был убит архитектор Гинзбург и где было спрятано его тело, он ни разу не упомянул о Александре Таранцеве. А почему? Да потому что Таранцев уже тогда был личностью неприкасаемой! Его крышей был никто иной, как руководитель Службы безопасности президента России Виктор Золотов! Вспомним, что официально Золотов в 1996 году был уволен из Федеральной службы охраны и уехал Санкт-Петербург, где устроился на работу в фирму «Балтик-Эскорт», компанию которая осуществляла охрану и мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака, и первого вице-мэра Владимира Путина. А в 1999-м, когда Путин стал премьер-министром, и забрал Золотова с собой в Москву, где тот восстановился на службе в ФСО и вскоре возглавил Службу безопасности главы государства. Но это официальная версия биография Золотова. На самом деле в 1996 Золотов не сразу уехал в Санкт-Петербург, и после увольнения из ФСО некоторое время возглавлял службу безопасности «Русского золота»! Никто из окружения рассказывать об этом, никто и не подумает, никто. Но описан этот эпизод биографии Золотова в документальной книге Ивана Миронова «Замурованные. Хроники кремлевского централа», вышедшей в издательстве «Вагриус» в 2009 году. Ученый-историк Миронов, которого обвиняли в покушении на Анатолия Чубайса, почти два года просидел в «Лефортове». Довелось ему «кантоваться» и в одной камере с Алексеем Шерстобитовым, знаменитым киллером ОПГ «Ореховские» Лешей-Солдатом. Что же пишет Миронов о разговоре с Шерстобитовым: «— …Кстати, знаешь, кто тогда у Таранцева начальником охраны служил? — Кто? — Золотов. — Начальник Службы безопасности Президента? — Он самый…» А далее в книге киллер, бывший офицер спецслужб, кавалер ордена «За личное мужество», в «послужном списке» которого убийство Отари Квантришвили, рассказывает автору, как получал от Пылева «заказ» на Таранцева, но не смог подобраться к «объекту», которого, по словам Леши-Солдата, охраняли офицеры 9-го управления ФСБ! Судебных преследований за клевету и исков о защите чести и достоинства, насколько мне известно, за четыре года с выхода книги Ивану Миронову никто не предъявлял… Вот такие вот дела… Получается, что Путин создал благодаря своему Золотову свою собственную, персональную, охраняемую ОПГ, которая могла себе позволить «отжать» ЮКОС, «крышевать» любого преступника, решать вопросы криминального характера, прикрываясь исполнением своего долга. ОПГ «Государственная Крыша» И теперь особенно понятно, почему руководство ФСБ не выдержало и решило навести порядок в России, для чего сместило руководителя ОПГ — Путина, и ликвидировало Золотова.
Источник: http://newrezume.org/news/2018-04-04-27130?utm_source=email?utm_source=copypast

Дело о «коробке из-под ксерокса»

Как утверждал коллега Коржакова Денис Храмцов, тот «был больше бизнесмен, чем силовик… Фактически можно сказать, что Коржаков преследовал какие-то свои коммерческие цели».

Возможно, на этом начальник службы президентской безопасности в конечном итоге и погорел. 19 июня 1996 года, между первым и вторым туром президентских выборов в России, были задержаны на выходе из Дома Правительства политтехнологи предвыборного штаба Б. Ельцина Аркадий Евстафьев и Сергей Лисовский. Они пытались вынести из здания коробку с надписью «Xerox», в которой находились 538 тысяч долларов США. В ночь с 19 на 20 июня на телеканале НТВ вышел специальный выпуск программы «Сегодня», ведущий которого Евгений Киселев

обвинил в инциденте с «коробкой из-под ксерокса» главу президентской службы безопасности Александра Коржакова, директора ФСБ Михаила Барсукова и первого вице-премьера

Правительства РФ Олега Сосковца, заявив, что они якобы пытались организовать государственный переворот.

На следующий день, 20 июня, все трое – Коржаков, Барсуков и Сосковец – были отправлены в отставку. 19 июля Главной военной прокуратурой РФ было возбуждено уголовное дело по статье о незаконных валютных операциях, закрытое в апреле 1997 года без предъявления обвинений фигурантам.

Несколько месяцев спустя Коржаков вступил в политический альянс с Александром Лебедем. 15 сентября 1998 года он был уволен с военной службы и превратился в одного из главных российских ньюсмейкеров, радуя прессу сенсационными «откровениями». Так, он заявил газете «Новый взгляд», что Борис Березовский уговаривал его убить Владимира Гусинского, Юрия Лужкова, Иосифа Кобзона и Сергея Лисовского. Сам Березовский прокомментировал это так: «Коржаков предал всех, с кем имел серьезные отношения, и прежде всего, конечно, первого президента России».

В феврале 1997 года Коржаков был избран депутатом Государственной думы по Тульскому избирательному округу № 176. В том же году он опубликовал свои скандально известные мемуары «Борис Ельцин: от рассвета до заката». Свою политическую деятельность в качестве депутата Александр Васильевич продолжил вплоть до 2011 года.

Приводим главу из этой книги, где Кержаков признается, что участвовал сразу в 3 заговорах против власти.

В предисловии к своей предыдущей книге «Борис Ельцин: от рассвета до заката» я писал: не обо всем, что знаю, буду тут рассказывать. Я имел ввиду и то, о чем вы прочитаете в этой главе. Думаю, время пришло. Чем старше становится человек, тем меньше он признает недосказанности. Да и подписок о неразглашении я не давал. В истории современной России я участвовал в трех заговорах против существующей власти. Опыт поучительный и памятный.

«ВО ВСЕМ ВИНОВАТ ЧУБАЙС»

1996 год. Смутное время. Ельцин, наобещав с три короба и обманув народ на выборах, снова взгромоздился на трон. За полгода до того, в январе, ЕБН с треском, ко всеобщей радости, снял вице-премьера Чубайса – после того, как партия «Наш дом – Россия» на выборах в Госдуму 2-го созыва набрала ничтожно мало голосов.

Президент прокомментировал: тот факт, что проправительственная партия набрала 10 процентов голосов, — «это Чубайс! Если б не Чубайс, было бы 20 процентов!» В программе «Куклы» на НТВ Виктор Шендерович переиначил эти слова в крылатое (и справедливое) «во всем виноват Чубайс!».

Но, спустя месяц после выборов главы государства, в июле 1996-го, Чубайс был назначен руководителем Администрации президента. Ельцин к тому времени уже почти стал, как выражается нынешняя молодежь, овощем – работать полноценно не мог, обижался на всех, как маленький ребенок.

Вспоминаю фильм «Обыкновенное чудо» с Евгением Леоновым в роли царя в медной короне: «Палача отняли, жандармов отняли – свиньи вы, а не верноподданные!» Вот так и Ельцин на закате своего президентства брюзжал. И оживал только, когда глава Администрации документы ему приносил на подпись – рисуя автографы, ЕБН ощущал себя начальником страны. Что там конкретно в документах – не царское дело разбираться, руководитель канцелярии лучше знает.

Вся содержательная жизнь Кремля проходит «под ковром» и в кулуарах. Про нее обыватели ничего не знают. И это наше «средневековье» в случае с Ельциным осложнялось тем, что в конце его жизни об адекватности речи уже не шло. ЕБН был абсолютно внушаемым, как ребенок – любую глупость скажи, и он повторит. Отсюда все эти 38 снайперов, «не так сели» и прочая ахинея, над которой вся страна потешалась.

Большинство из тех, кто в 1996 году голосовал за Ельцина, нового возвышения Чубайса президенту простить так и не смогли. Но одни сидели по кухням и тренировались в злословии, а другие упражнялись в конспиративной работе…

В октябре 93-го Борис Ельцин награждал начальника своей Службы безопасности Александра Коржакова орденом «За личное мужество», а спустя годы бодигард стал писать про бывшего шефа книги-откровения… Фото: Александр МАКАРОВ/РИА Новости

НА «КОНСПИРАТИВНОЙ КВАРТИРЕ»

В первый заговор по свержению Ельцина с его подельниками меня втянули в 1996 году, спустя несколько месяцев после президентских выборов.

У руля стоял один очень известный деятель, не сходивший с экранов и при Путине. В состав заговорщиков входили офицеры-«афганцы» и «чеченцы», опытные боевые командиры. Даже Герои Советского Союза. Как и в 1825 году, когда в антимонархическом заговоре участвовали не паркетные клоуны, а гвардейская элита. С той только разницей, что те офицеры и генералы победили Наполеона, а наши современники нахлебались унижений в Афганистане и на Северном Кавказе.

Когда они меня увидели на одном из собраний на «конспиративной квартире», были в шоке: как, дескать, он здесь оказался – это же один из самых близких к Ельцину людей, он нас всех завтра сдаст. Но мы выслушали друг друга, быстро пришли к общему знаменателю и испытали взаимное доверие.

Идеология заговора была простой: с этой преступной властью пора кончать, пока она окончательно не разрушила страну. Крови никто не жаждал при этом. Тот, кто по-настоящему воевал, как правило, не бывает кровожадным. Целью было вышвырнуть шайку из Кремля, пусть даже с гарантиями личной безопасности. Офицерскому слову этих людей, думаю, даже чубайсовско-юмашевская шушера поверила бы, скажи они им: собирайте манатки и валите отсюда, преследовать не станем, только на глаза никогда не попадайтесь.

Но, увы, по объективным причинам тогда не сложилось довести задуманное до конца. Умер лидер и мозговой центр заговора. А подхватить падающее знамя никто не смог или не захотел. Да и конкретного плана как такового еще не было – к его разработке только приступали.

Одновременно, в 1997 году, развернулась активная деятельность созданного по инициативе депутата Госдумы Льва Рохлина Движения «В поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки». В феврале того года я стал депутатом Госдумы от Тулы. Многие председатели думских комитетов звали меня к себе, но это как обычно бывает: поймают случайно в буфете или в лифте и начинают шарманку крутить: «А вот неплохо бы, Александр Васильевич, нам вместе поработать как-нибудь над чем-нибудь, законы попринимать…»

Один Рохлин поздно вечером пришел целенаправленно ко мне в кабинет, закрыл плотно дверь, взял стул, подставил к моему столу, сел, сдвинул все бумаги в сторону и с прямотой комбрига заявил: «Васильич, ты должен у меня в комитете по обороне работать. Пойдем. Не пожалеешь».

Вообще-то, моим профильным комитетом, если сопоставлять с предыдущей деятельностью, был комитет по безопасности и противодействию коррупции. Но в том созыве в нем председательствовал такой персонаж, что вместе с ним с коррупцией воевать – то же самое, что в компании с алкашом с пьянством бороться. Поэтому я тот вариант даже не рассматривал. И во всех четырех созывах работал в комитете по обороне, о чем ни разу не пожалел. В том числе и потому, что руководил им в начале моей депутатской карьеры Лев Яковлевич Рохлин.

Отставной полковник ГРУ Владимир Квачков предлагал Коржакову участие в третьем заговоре, но получил отказ, а сам был осужден за попытку организации вооруженного мятежа и содействие террористической деятельности.Фото: Михаил ФРОЛОВ

«ПОРА РЕШАТЬ С ЭТОЙ БАНДОЙ»

Не очень много было в моей судьбе таких людей, с которыми я говорил на одном языке. Рохлин – такой случай. Мы с ним близко сошлись. Он бывал у меня дома, я – у него. Приезжал к нему и на дачу – ту самую, где Лев Яковлевич потом смерть принял. По рюмке-другой выпивали, о жизни беседовали, об армии, о власти, которая не правит, а царствует с учетом необходимости наполнения своего бездонного кармана.

Отношение Рохлина к установленному «семьей» режиму хорошо известно. Был бы жив, спустя 20 лет точно прослыл бы отъявленным оппозиционером, а тогда этого слова в ходу не было. Рохлин считал, что «пора решать что-то с этой бандой». По сути, Движение «В поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки» стало штабом нового заговора по свержению существующего строя. Хотя, если быть точным – не строя, а тех, кто его в России на тот момент олицетворял. Любое государственное устройство, кроме совсем уж людоедских режимов, на мой взгляд, может нести благо обществу, достаток гражданам, если во главе его стоят совестливые люди. И любой государственный строй, даже формально прогрессивный, заведет страну в безвыходный тупик, если у руля – воры.

В развитых странах есть система сдержек и противовесов. Там самодур-одиночка на вершине пирамиды ничего бесповоротно испоганить не сможет – найдется управа. Россия же всегда только подтверждала правило «каков поп, таков и приход». У нас – то трон, то Политбюро, то снова трон. Шариков мечтал все отнять и поделить, а на вершине пирамиды власти у нас чаще оказываются те, кто только отнимает, но делиться ни с кем не собирается.

Выход напрашивался один: сами они никуда не уйдут, поэтому надо указать, где дверь, пока не поздно, пока еще совсем все не разграблено. Все это в наших разговорах с Рохлиным звучало. Быстро нашлись единомышленники, подтянулись неравнодушные. И снова это были, в основном, люди отслужившие, связанные с армией, спецслужбами и правоохранительными органами. В КПСС побывали все, поэтому, ясное дело, сразу в заговорщицком собрании возникла тема «персонального дела» тов. Ельцина. Ведь роль личности в истории России всегда была главенствующей, даже если личность эта только и делала, что кирпича просила.

Решение самых острых проблем страны, которая катилась в пропасть из-за коррупции, «декабристы» конца 90-х видели, в первую очередь, в нейтрализации Ельцина – его отстранении от властных полномочий. И эта нейтрализация предусматривалась уже физической, ибо к тому времени стало понятно: по-другому обитатели Кремля из него не собирались выходить, только вперед ногами.

«ТЫ ПОЧЕМУ ЕГО НЕ УБИЛ?»

Мне все мои послеельцинские годы пришлось выслушивать от множества людей один и тот же вопрос в разных вариациях: «Ты почему его не убил?» Отвечал обычно в том плане, что вы же его сами выбрали. Тут же сопротивление: «Я не выбирал!» А кто же ему 75 процентов накидал тогда? Ну, а я охранял этот ваш выбор, как мог, и ни один волос с него не упал по моей вине – только по его собственной, мягко говоря, неосторожности. Да и кто о семье моей позаботился бы в таком случае?

Убить-то – делом нехитрым было. Ближе меня у Ельцина в тот период никого не было. Кстати, я – единственный в мире начальник охраны главы государства, которому этот глава сотни раз спину в бане тер, как лучшему и близкому другу. По неписаным правилам, конечно, в бане генералов не бывает – там все равны и одинаковы. Но все же первое лицо в государстве, наверное, равнее – какая-то дистанция всегда существует. Но Ельцин ее однажды сократил до мочалки.

Научил меня банным премудростям в свое время президент Финляндии Мауно Койвисто, когда я помогал организовывать его охрану. Он ко мне очень хорошо относился. А как попали с ним в баню, взялся за мое обучение, хотя я и не новичок был. Но финны – это же академики в банном деле, и он поделился множеством премудростей, о которых я не предполагал даже. Какие должны быть шапки и рукавицы, как «по-фински» запаривать веники и охаживать ими сопарильщика – все эти тонкости он мне раскрыл. Ельцин потом оценил: тоже был парильщик со стажем, но и он удивился некоторым вещам.

Однажды после игры в теннис отправились мы с ним вдвоем в сауну. Попарились, прошли в душевую мыться.

— Александр, потрите мне спину… Спасибо. А теперь я вам. Нет-нет, никаких отказов не принимаю! Давайте вашу спину…

И это стало обязательным ритуалом, даже когда мы с ним в ссоре были. Парились минимум дважды в неделю, даже если тренировок не было никаких – приятнее же рюмку после парной выпить, чем без нее. «Дядька при президенте», — сказал кто-то однажды про меня. Дядька – это, прежде всего, был воспитатель при балбесе-подростке. А мы были на равных, хотя его жизнь во многом зависела от меня.

Так вот, рохлинские заговорщики, учитывая мою недавнюю кремлевскую службу, решили поручить мне то, ради чего, собственно, они весь огород и городили. У меня удостоверение на руках оставалось, да меня и без него еще много лет после отставки повсюду пускали. У руля органов государственной охраны (ФСО) тогда стоял Ю. Крапивин, очень подверженный влиянию М. Барсукова – хоть пенсионера уже, но еще влиятельного. Несмотря на это, закрытых дверей ни в Кремле, ни в других органах власти для меня не было. Все обо мне помнили, и очень многие уважали – везде находились коллеги, бывшие сослуживцы, ученики. Куда-то зайти – не проблема.

У меня кобуры разные для пистолетов были, в том числе и ножные. Не раз и не два уже после отставки проходил рамку металлоискателя в Кремле. Она реагировала на металл, я хлопал себя по лбу: забыл! Возвращался, клал на стол «ствол» из подмышечной кобуры, а на ноге пистолет оставался на всякий случай. Второй раз я шел, уже минуя рамку: оружие-то сдано. Не будет же лейтенант обыскивать генерала, который у истоков его службы стоял.

И первый вариант, который для меня «подпольщики» разработали, был по этой схеме: иду в Кремль, захожу в кабинет Ельцина и решаю с ним вопрос при помощи пистолета из ножной кобуры. Но это была дорога в один конец. Все это понимали – и я, и Рохлин. Он жертвовать мной не хотел и предложил второй вариант.

Льва Яковлевича армия боготворила. Он к людям относился не только как к личному составу – это в армии очень ценят всегда. Разработают штабные ему в Чечне план детальный операции по взятию, например, населенного пункта, а он по-своему все переиначит. Самовольничал, но все задачи выполнял, сохраняя людей при этом. Потерь было – с гулькин нос. Это бесило военачальников, Генштаб. Но победителей не судят, и генерал-лейтенант Рохлин дослужился до звания Героя России. Однако Звезду отказался от Ельцина принимать: против своего народа не воюю, мол, какое тут геройство. Этого ему Кремль никогда не простил.

Генерал Лев Рохлин, депутат и герой первой чеченской, погиб от руки жены Тамары, которая должна была быть его крепким тылом… Фото: Алексей БЕЛЯНЧЕВ/ZERKALO

ПРОВАЛ ПОХОДА НА КРЕМЛЬ

Второй вариант заговорщика Рохлина предусматривал спасение от неминуемой гибели личного состава (то есть меня с пистолетом) и проведение настоящей войсковой операции с походом на Кремль. Лев Яковлевич знал, что у меня было немало депутатских и личных связей в Туле, где мужики из металла все могут сделать. И он упросил меня заказать на одном из тульских заводов по своим чертежам прицепные устройства на жесткой сцепке к боевой технике для размещения на них автоматчиков. На этих прицепах группа бойцов Волгоградского корпуса Рохлина должна была выдвинуться на Москву, неожиданно с ходу войти в город и штурмовать Кремль. Какие гаишники осмелятся полосатой палкой махать при виде такой картины – несущихся по шоссе Энтузиастов боевых машин с десятками автоматчиков на прицепах? Препятствий никаких при проведении операции Рохлину не виделось.

Обошелся мне тот заказ на одном из тульских заводов в 250000 долларов. Благо в то время гонораров за книги хватало. В современных условиях выглядит эта затея наивно, а тогда, по моему мнению, у генерала Рохлина могло бы получиться. Засевшее в Кремле «чубайсово племя» не переваривало столько народа, что ворота открыть проблемы не составило бы, тем более если бы я участвовал. Принципиальных «коржаковцев», включая даже повара и фотографа, к тому времени обслуга «семьи» с работы выгнала. Но и без них в Службе безопасности президента еще оставалось тогда немало приличных людей, хоть и без больших звезд. А именно такие люди в таких историях ключевую роль обычно и играют – не всякий генерал знает, где, условно говоря, ключ от Боровицких ворот висит.

То есть Волгоградский корпус, которым Рохлин командовал со времен Чечни и до избрания депутатом Госдумы, готов был за ним и в огонь, и в воду. Офицеры и солдаты знали: Рохлин – не штабная крыса, а правильный боевой генерал, болеющий за своих солдат и за Отечество. За сутки корпус вполне мог преодолеть расстояние до Москвы. А они не остановились бы лагерем за МКАДом, как «лучший министр обороны» Павел Грачев со своим войском в Чечне в октябре 1993-го, а реально вошли бы в центр и в Кремль – я им это гарантировал. И никто не остановил бы. Армейцы не пошли бы против своих, тем более что был опыт 1991 и 1993 годов, когда себе дороже в итоге оказалось встревать в войну верхов. Те, кто в 91-м защищал, а в 93-м штурмовал «Белый дом», нахлебались потом дерьма.

РОХЛИН ПОГИБ ОТ РУК СОБСТВЕННОЙ ЖЕНЫ

Но, увы, не получилось из Льва Яковлевича организатора переворота – судьба. Чечню прошел, а погиб от руки собственной жены. Никакой конспирологии тут придумывать не нужно: на самом деле именно она лишила его жизни. Я много раз у него в гостях бывал, и с женой заочно знаком. По словам ее знакомых, она порой производит впечатление не совсем адекватного человека. Так и не смогла простить супругу рождения больного сына. Это ее нервное состояние усугублялось, когда она употребляла без меры алкоголь. Я как-то приехал на могилу к моему другу Льву Суханову (он рядом с Рохлиным покоится) и стал свидетелем того, как Тамара рыдала на надгробии мужа: «Лева, прости меня!» Трагедия, что тут добавить…

А с того тульского завода, где «прицепы Рохлина» для штурма Кремля уже изготовлены были, мне не раз потом звонили: когда заберете заказ, ваши железяки территорию загромождают.

Если бы тот мятеж удался, Рохлин неминуемо стал бы президентом, я уверен в этом. Ельцина к тому времени ненавидело уже три четверти населения, а Чубайса – все сто процентов (за исключением тех, кто от его махинаций что-то поимел). Любые заговорщики сталкиваются после успеха мятежа с проблемой передачи власти. Понятно, что делать этого не хочется, потому что возникает убеждение, что, дескать, мы сами с усами, лучше справимся с управлением государством. Но Рохлин был мудрый человек и, как пиночетова хунта в Чили, потом отдал бы власть гражданским, и Россия миновала бы то болото, в которое угодила. Так мне видится.

У КВАЧКОВА БЫЛО 7 ТЫСЯЧ ШТЫКОВ

…Душой и мозгом третьего заговора против власти, в который я оказался вовлеченным, был Владимир Квачков. В 2005 году его арестовали по обвинению в покушении на Чубайса, возглавлявшего на тот момент РАО ЕЭС, но после трех лет отсидки, в июне 2008 года, суд присяжных его оправдал.

В декабре 2010 года его снова арестовали и посадили – уже по обвинению в организации вооруженного мятежа и в терроризме. И вот, будучи на свободе, между оправданием в суде и очередным арестом, он и пришел ко мне в Госдуму сватать меня на этот самый мятеж. Книжку свою подарил с дарственной надписью – книжку изъяли потом отовсюду, так что у меня этот запрещенный раритет в домашней библиотеке имеется.

Выпили, конечно, с ним. Разговор был откровенным. Он напомнил о моей дружбе с Рохлиным и сказал: а давай, Александр Васильевич, ты доведешь до конца дело, которое с генералом Рохлиным начинал. И опять речь зашла о взятии Кремля. Но порядки иные наступили, моих людей почти никого не осталось в структурах власти, президент уже был другой, и служба безопасности другая.

Да и цель какова? В двух заговорах без конструктивной повестки я уже поучаствовал, в третий мятеж теперь влезать? Ну, хорошо, говорю – взял ты Кремль, а дальше-то что? Настало хмурое утро, развалины Кремля дымятся, вороны каркают. Чубайсовцы, ельциноиды и их наследники из нынешней власти в автозаках в Лефортово трясутся. Надо уже что-то строить начинать – кто это будет делать? Сережа Бабурин? Я к нему хорошо отношусь, но он – чистый диванный аналитик. Навальный и то гораздо большим практиком спустя несколько лет оказался, чем профессиональные патриоты конца 2000-х. Хотя на первый взгляд может показаться, что Алексей лишь очень профессионально, умело и последовательно занимается набором политических очков, разоблачая коррупцию, но он хотя бы задумывается над тем, как все должно быть устроено в России завтрашнего дня.

«Васильич, наша задача – снести эту власть к е… матери! Ввяжемся в драку, а там поглядим», — горячился полковник Квачков, открывая вторую бутылку коньяка. Нет, Володя, отвечаю ему, ты же хорошо знаешь, что революцию делают фанатики, а плодами пользуются негодяи – это известная, проверенная веками истина. Захват плацдарма и его удержание до подхода основных сил – ваша профессия. Но какие силы и откуда должны к вам подойти? Ты был командиром бригады спецназа ГРУ – Кремль разнести по кирпичам сможешь так, что долго никто не соберет, я в этом ни минуты не сомневаюсь. Но в госстроительстве, управлении, экономике ты и твои люди разбираетесь, примерно как я в ботанике. Мозгов не хватит у вас для этого, хоть вы и преданные России вояки. Разрабатывайте позитивную повестку сначала, а не потом. Привлекайте специалистов по кризисному управлению, ученых-политологов, экономистов и так далее.

У них, заговорщиков, на заводе в Коврове «общество охотников» к тому времени уже внушительное было, около 7 тысяч штыков. Планировали свой город взять и на Москву идти. За что и получил Квачков 13 лет, которым потом Верховный суд до 8 лет уменьшил. Теперь, наверное, в камере еще одну книжку пишет.

Так что я – мятежник со стажем. Но не декабрист хотя бы потому, что те были страшно далеки от народа, как Ленин утверждал. А я никогда от народа не отрывался – жил с ним, на одном языке разговаривал и не из книжек знаю, о чем у людей душа болит. Любой декабрист, если бы хоть раз посидел на приеме избирателей в депутатской приемной в Туле, на Сенатской площади не просто стоял бы, а на штурм без промедления пошел, чтобы царскую семью в Сибирь по этапу отправить…