Кто такой Никита демидов

История рода Демидовых (стр. 1 из 10)

Демид Антюфеев

Дивный, мощный и деятельный XVIII век породил известнейшую на всю Россию династию Демидовых. Их история — удивительное переплетение ярких благородных порывов и «подлых страниц «, которые потомкам хотелось бы вырвать или заново переписать… Демидовы — семья, давшая много замечательных общественных деятелей. Родоначальник ее, Демид Антюфеев, был с 1672 г. кузнецом при тульском оружейном заводе. Сын его, Никита Демидович (1656 — 1725) — основатель богатства Демидова. Триста лет жизни рода Демидовых, из них 215 лет они владели уральскими заводами (1702—1917). Наследница из последнего (седьмого) поколения владельцев заводов Мария Павловна скончалась в 1956-м.

О первой половине его жизни, приходящейся на предшествующее, 17 столетие почти ничего не известно. Согласно тексту надписи на надгробии, «Никита Демидович прозванием Демидов родился в граде Туле в лето от рождества Христова 1656 года марта в 26 день». В переводе на новый стиль эта дата соответствует 5 апреля.

Никита Демидович Антуфьев, более известный под фамилией Демидов, (5 апреля 1656 — 28 ноября 1725) – русский промышленник, основатель династии Демидовых.

Происхождение

Никита Демидович происходил из мастеров-оружейников, владел в Туле оружейной фабрикой и «вододействующим» чугуноплавильным заводом. Его отец, Демид Клементьевич Антуфьев (или Антюфеев), происходил из государственных крестьян и приехал в Тулу из села Павшино, чтобы заняться в городе кузнечным ремеслом. В 1664, когда его сыну было восемь лет, Демид умер. Согласно другой версии, Никита Демидов – простой крестьянин, бежавший в тульскую оружейную слободу, спасаясь от рекрутского набора. По третьей, он бежал в Тулу из Москвы, где служил на Пушечном дворе. Но так или иначе, уже в 1690-е Никита Демидов весьма успешно торговал железом и был владельцем железоделательного завода, что уже тогда делало его положение совершенно исключительным, поскольку другие немногочисленные заводы того времени принадлежали сплошь иностранцам и членам правящей элиты.

Деятельность

Никита Демидов встретился с царем Петром I, и эта встреча изменила его жизнь. По поводу этой встречи существует несколько легенд. По одной из них Никита стал известен царю тем, что починил сподвижнику Петра, барону Шафирову, его немецкий пистолет, да еще и изготовил точную его копию. По другой – Никита Демидов был единственным из тульских оружейников, взявшимся в 1696 выполнить заказ царя на изготовление 300 ружей по западному образцу. Петр сделал его поставщиком оружия для войска во время Северной войны. Так как поставляемые Никитой Демидовым ружья были значительно дешевле заграничных и одинакового с ними качества, то царь в 1701 г. приказал отмежевать в его собственность лежавшие около Тулы стрелецкие земли, а для добычи угля дать ему участок в Щегловской засеке. Также он выдал Демидову специальную грамоту, позволявшую расширить производство за счет покупки новой земли и крепостных для работы на заводах.

Петр I, оценив предпринимательские способности Демидыча (так любил его называть царь), решил, что тот должен увеличить эффективность казенного производства. В 1702 году Демидову были отданы казенные Верхотурские железные заводы, устроенные на реке Невье на Урале еще при Алексее Михайловиче, с обязательством уплатить казне за устройство заводов железом в течение 5 лет и с правом покупать для заводов крепостных людей. В грамоте от того же года Никита Демидов наименован Демидовым вместо прежнего прозвища Антуфьев.

В 1703 году Пётр приказал приписать к заводам Демидова две волости в Верхотурском уезде. С 1716 по 1725 год Демидов построил еще пять предприятий – молотовые заводы Шуралинский (1716) и Быньговский (1718), перерабатывающие чугун Невьянского завода, а также Верхнетагильский (1720), Нижнелайский (1723) и Нижнетагильский заводы. Но Никита Демидов столкнулся и с противодействием чиновников и местных властей. Несмотря на покровительство со стороны Петра, верхотурские воеводы постоянно притесняли его, и царю нередко приходилось защищать своего любимца, требуя, чтобы промышленнику не мешали, а помогали.

Производительность уральских заводов оказалась очень высокой, а их продукция вскоре существенно превзошла общий объем производства всех заводов Европейской России. Уже в 1720 году Урал (преимущественно «демидовский») давал, по меньшей мере, две трети металла России. Такого результата вряд ли ожидал и сам Петр. Это не могло не добавить уважения царя к «славному кузнецу Никите Демидову», споро развернувшемуся в своем «медвежьем углу».

Нуждаясь в рабочих руках, Демидов вопреки строгим запрещениям Берг-коллегии переманивал к себе лучших мастеров с казенных заводов, принимал шведских пленных, знавших чугунолитейное дело, укрывал беглых. Производительность труда его рабочих была очень высокой. «Демидов, у которого нет и четвертой части приписных крестьян против казенных заводов, несмотря на то, отпускает железа вдвое более против казенных заводов» — писал В.Н. Татищев.

С 1702 по 1706 г. на демидовских заводах было изготовлено 114 артиллерийских орудий, с 1702 по 1718 — 908,7 тысяч штук артиллерийских снарядов. При этом Демидов выставлял цену вдвое меньшую, чем другие поставщики. С 1718 г. он стал единственным поставщиком железа, якорей и пушек для русского флота, в результате чего обрел в лице главы Адмиралтейства Ф.М. Апраксина влиятельного покровителя.

К концу царствования Петра I внутренний рынок получил достаточно металла, и страна стала экспортировать железо, год от года все больше. С 1716 г. была начата отправка железа на экспорт. Между заводами были проложены дороги для транспортировки заводской продукции, расчищен судоходный путь по р. Чусовой, построены сплавные суда, пристани, склады. Управляющий уральскими казёнными заводами инженер Вильгельм де Геннин, посетивший демидовские заводы в 1722 г., нашел их «весьма в добром состоянии» и отметил, что заводов «таковых великих и прибыточных во всей России и в Швеции едва найдутся ли».

Никита Демидов проявил себя талантливейшим организатором, энергичным предпринимателем, обладал феноменальной памятью, лично вникал во все детали заводского хозяйства. Он был патриотом родины, проявлял «ревность к отечеству», поставляя продукцию в казну по более низкой цене, оказывал помощь деньгами и железом в строительстве Петербурга. В 1720 году Никита Демидович был возведен в потомственные дворяне и получил фамилию Демидов.

В это время из двадцати двух металлургических заводов России Демидовым принадлежали восемь. По некоторым сведениям, годовой доход Никиты Демидова в это время составлял более 100 тысяч рублей.

Конфликт с властью

Никита Демидов обладал огромным авторитетом, пользовался благосклонностью царя и имел влиятельных покровителей. Его заводы на Урале образовали фактическую монополию. Используя свое влияние, Демидов всячески отстаивал свои интересы перед губернаторами и коллегиями. Когда в 1722 году новый руководитель уральской промышленности В. Н. Татищев начал проводить политику развития казенных предприятий на Урале для дальнейшей передачи их в частные руки. Демидов, увидев в этом угрозу своей монополии, оклеветал его перед царем, и над Татищевым назначили следствие. Но в ходе следствия выявилась истинная подоплека действий Демидова.

«Ему не очень мило, — писал царю де Геннин, ведший следствие, — что вашего величества заводы станут здесь цвесть, для того, что он мог больше своего железа продавать и цену положить, как хотел, и работники б вольные все к нему на заводы шли, а не на ваши…»

В результате вмешательства царя, суд наложил на Никиту Демидова огромный штраф, и на Урале начала развиваться казенная промышленность. Демидовская монополия оказалась нарушенной, на Урале впервые появились другие промышленники (пока в основном в медеплавильной промышленности).

Никита Демидович Демидов (Антюфеев) — личность, оставившая заметный след в индустриальной истории Тулы, одна из крупнейших фигур в истории отечественного промышленного предпринимательства 18 века. С самых низов шагнул он к царскому двору — исключительно в силу полезности своей для государства! Искусно приготовленные им образцы ружей понравились Петру, который сделал его поставщиком оружия для войска во время Северной войны. Так как поставляемые Никитой Демидовым ружья были значительно дешевле заграничных и одинакового с ними качества, то Петр в 1701 г. приказал отмежевать в его собственность лежавшие около Тулы стрелецкие земли, а для добывания угля дать ему участок в Щегловской засеке. Демидов был одним из главных помощников Петра при основании Петербурга, жертвуя на этот предмет деньгами, железом и т. д. Сын Никиты Демидовича, Акинфий Никитич (1678—1745) с 1702 г. управлял Невьянскими заводами. В 1702 г. ему были отданы Верхотурские железные заводы, устроенные на реке Невье еще при Алексее Михайловиче, с обязательством уплатить казне за устройство заводов железом в течение 5 лет и с правом покупать для заводов крепостных людей. В грамоте от того же года Никита Демидов наименован Демидовым, вместо прежнего прозвища Антуфьев. В 1703 г. Петр приказал приписать к заводам Демидова две волости в Верхотурском уезде. Его сын — крупнейший российский промышленник, «знатный рудознатец», Акинфий, железной рукой управлял заложенной отцом «уральской империей» и слыл одним из богатейших людей Российской Империи.

Если бы Демидовы ограничились только деятельностью в Туле, то, вероятно, история не имела бы в них в своем роде героев, создавших и упрочнивших на Руси целую отрасль государственного хозяйства.

В 1696 году часть верхотурский воевода Протасьев представил Петру Великому образцы магнитной руды с речки Тагил и железной- с реки Нейвы. Царь послал её испытать за границу, в Амстердам, к тамошнему бурго-мистру; знатоку горного дела, и в Ригу. Часть кусков была передана и Демидову. По испытании руды оказалась превосходными. А Демидов, из полученной руды изготовив несколько ружей, замков и бердышей, объявил, что невьянское железо не хуже шведского. Царь, у которого всё кипело в руках, построил на в 1698 году завод на Нейве. Полученное в 1702 железо было испытано на Пушечном дворе, а также и Демидовым, который приобрел уже в глазах Петра значение опытного советника.

Антуфьев Никита Демидович

1656–1725

Никита Демидович Антуфьев (более известный как Никита Демидов), тульский кузнец, стал родоначальником династии Демидовых.

За заслуги в развитии горного дела комиссар Никита Демидович грамотою от 21 сентября 1720 года был возведен в дворянское достоинство под фамилией «Демидов» вместе с сыновьями Акинфием, Григорием и Никитою и законным их потомством, и затем сыновья Никиты Демидовича получили диплом от 24 марта 1726 года в подтверждение пожалованного отцу их потомственного дворянства.

В правление царя Петра I Антуфьев получил огромные земли на Урале под строительство металлургических заводов и на этом сделал стремительную карьеру. Это были времена мучительного перехода отжившего строя к новой созидательной России. Именно в это время, порой кровавой ломки, пригодились личные качества тульского кузнеца – исключительная предприимчивость, жесткая, подчас жестокая целеустремленность, блестящие организаторские способности, практическая сметка.

Демид Григорьевич Антуфьев, отец Никиты, родом был из расположенного в 20 верстах от Тулы села Павшино. Село это еще в древности было известно производством железа. Демид Григорьевич происходил из государственных крестьян и имел возможность переехать в город. Он отправился в Тулу, чтобы заняться в городе кузнечным ремеслом. В 1664 году восьмилетний Никита потерял отца, и пришлось ему идти работать. Свою трудовую деятельность он начал работником у мастера-кузнеца. Проявил себя Никита прилежным учеником. Он стремился к познаниям, повышал свое мастерство. Уже тогда начали проявляться и организаторские способности. В одной из грамот 1691 года 35-летний «Никишко» Демидов известен среди троих выборных (со старостой во главе), посланных оружейниками в Москву для защиты их интересов в земельном споре.

Уже в молодом возрасте он выделялся из массы простых слободских ремесленников. Постепенно он становился Никитой Демидовичем Антуфьевым, превращаясь в тульского оружейного предпринимателя. Предполагалось, что еще до 1696 года у него была небольшая «домашняя» фабрика.

В 1696 году он основал под Тулой «своими деньгами и… без споможенья и дачи дворцовых крестьян» завод для выплавки чугуна, «действующий с помощью воды». Отсюда можно сделать вывод, что Демидов был в это время уже достаточно богат.

В 1695 или в1696 году Тулу посетил император Петр I. В этот приезд он познакомился с Демидовым и лично дал разрешение на строительство завода.

Император в 1701 году приказал отмежевать в собственность Демидова лежавшие около Тулы стрелецкие земли, а для добычи угля дать ему участок в близлежащей засеке. Также он выдал Демидову специальную грамоту, позволявшую расширить производство за счет покупки новой земли и крепостных для работы на заводах.

Когда началась Северная война, которую вел Петр I против шведов, Демидову удалось, опередив других заводчиков, перехватить государственный заказ на 500 пушек. Он брался делать пушки по полтине за пуд «против немецкого литья и против образца и чертежа, каков ему дан будет из приказа адмиралтейских дел». Петр, которому сообщили об этом в Воронеж, сформулировал требования к качеству пушек и потребовал, чтобы Демидов сделал образцы. Казенный тульский завод, владеть которым Демидову первоначально разрешено было в течение 20 лет, был отдан ему «впредь впрок бессрочно» с правом передачи по наследству.

Демидов остался верен и традиционному оружейному производству. До 1696 года тульские кузнецы должны были сдавать в казну всего две тысячи пищалей в год.

Демидов к этому времени составил себе имя, его уже хорошо знали в Москве. В 1697–1701 годах Демидов неоднократно привлекался Сибирским приказом в качестве эксперта по различным вопросам металлургического и оружейного производства.

Петр I заказал кузнецу Демидову алебарды, которых тот по иностранному образцу сковал якобы три сотни и привез через месяц в Воронеж.

Кузнец, отличившийся в изготовлении заказанных императором алебард, в дальнейшем не раз демонстрировал Петру свое мастерство, чем и заслужил его расположение.

В 1702 году силами учеников-оружейников Демидова делалось, по его словам, до пяти тысяч ружей в год.

России, вставшей на путь промышленного развития, нужно было иметь сильную армию и флот, которые, в свою очередь, могли появиться только при условии развития металлургического и горного производства. Для строительства заводов требовались крупные капиталы. У государства, как всегда, было много проблем и мало денег. Казенные заводики работали плохо. Работники не отличались старанием, и потому заводы работали из рук вон плохо: были дорогущими, давали мало металла и прибыли.

Где-то в 1996 году Демидову передали на экспертизу образцы уральской руды. В то время Сибирский приказ интересовался его отношением к переселению на Урал и освоению нового промышленного района. Тогда Демидов отказался, но через пять лет сам обратился в приказ с просьбой о передаче ему заводов. В марте 1702 года ему были отданы казенные Верхотурские железные заводы, построенные на реке Нейве на Урале еще при Алексее Михайловиче.

Демидов должен был платить казне за устройство заводов железом в течение пяти лет и имел право покупать для заводов крепостных людей. За это Демидов в знак благодарности преподнес императору коллекцию золотых изделий, извлеченных им из сибирских курганов. По приказу Петра I она стала основой организованной царем в Санкт-Петербурге Кунсткамеры.

Невьянский завод был принят его приказчиком от верхотурского воеводы в мае. Уже через шесть дней после указа Демидов просит о подорожной для работников, направляемых им в Сибирь. С этого времени в течение нескольких лет не иссякает поток отъезжающих из Тулы на Урал мастеров с семьями – и через 15 лет после передачи завода более 10 % работающих на нем составляли выходцы из Тулы. Руководил работами там старший сын Никиты Акинфий. Никите в Туле подвернулось выгодное дело, и попасть на Невьянский завод удалось только осенью 1702 года. Оружейная слобода в Туле выполняла большой заказ, по военному времени особенно ответственный. Работа, однако, шла медленно, ружья были плохими. Тогда Сибирский приказ, отстранив старосту Оружейной слободы, передал заказ Демидову. Демидов оставался в Туле до начала августа 1702 года, чтобы организовать изготовление оружия.

Дважды в течение года (в октябре – декабре 1702 года и в октябре – начале ноября 1703 года) приезжал Демидов на Невьянский завод. Первая продукция завода – две пушки и железо – была отправлена в Москву в январе 1703 года. Ядра и железо из первой партии (12 тысяч пудов) Пушечный двор Москвы принял в сентябре, остальное прибыло позже, весной 1704 года. Продукция уральских заводов – Невьянского и Каменского – сыграла важную роль в Северной войне.

С 1702 по 1706 год на демидовских заводах было изготовлено 114 артиллерийских орудий, с 1702 по 1718 год – 908,7 тысяч штук артиллерийских снарядов. При этом Демидов выставлял цену вдвое меньшую, чем другие поставщики. С 1718 года он стал единственным поставщиком железа, якорей и пушек для русского флота, в результате чего обрел при дворе могущественных покровителей.

Теперь вся жизнь Никиты Демидова была связана с Уралом.

Он скупал за бесценок земли и крепостных. Строил новые заводы, налаживал работу на них. Рабочих рук не хватало, и Демидову приходилось вопреки строгим запрещениям Берг-коллегии переманивать к себе мастеров с казенных заводов. Он приглашал шведских пленных, знавших чугунолитейное дело, укрывал беглых. Производительность труда его рабочих была очень высокой. «Демидов, у которого нет и четвертой части приписных крестьян против казенных заводов, несмотря на то, отпускает железа вдвое более против казенных заводов», – писал руководитель уральской промышленности Василий Татищев, приезжавший с инспекцией на демидовские заводы.

В 1703 году Петр I приказал приписать к заводам Демидова две волости в Верхотурском уезде. С 1716 по 1725 год Демидов построил еще пять предприятий – молотовые заводы Шуралинский (1716 год) и Быньговский (1718 год), перерабатывающие чугун Невьянского завода, а также Верхнетагильский (1720 год), Нижнелайский (1723 год) и Нижнетагильский заводы.

В 1709 году по указу Петра I Никита основал в городе Невьянске цифирную школу. Никита Демидов обладал феноменальной памятью, лично вникал во все детали заводского хозяйства. Он проявлял «ревность к отечеству», поставляя продукцию в казну по более низкой цене, оказывал помощь деньгами и железом в строительстве Петербурга. Он внес большой вклад в освоение уральских горных богатств.

Специалистов по горнозаводским делам у Никиты Демидова было немало. Рудознатцы, мастера, владеющие искусством поиска подземных целей с помощью лозы, исходили весь Урал вдоль и поперек, открыли десятки крупных рудных месторождений. Одно из них, располагавшееся на берегу реки Чусовой, там, где река прорывается у подножия горы Волчихи через Уральский хребет, было открыто еще до появления Демидова на Урале в 1702 году. Никита Демидов испытал волчихинскую руду на Тульском заводе, убедился в ее качестве. Позже, в 1724 году, он получил право на разработку месторождения. Застолбив его, поначалу отец, а затем и Акинфий оказались, тем не менее, не в состоянии освоить рудник. Более того, им пришлось вскоре убедиться, что металл из волчихинской руды получался жестким и не выдерживал необходимых для оружейного металла нагрузок. Гораздо позже, уже в ХХ веке, причины столь странного поведения руды станут понятны: в ней будут обнаружены значительные примеси титана. Технологии ХУШ века с подобными металлами справиться не могли.

В 1720 году Урал (преимущественно «демидовский») давал, по меньшей мере, две трети металла России. С 1716 года была начата отправка железа на экспорт. Между заводами были проложены дороги для транспортировки заводской продукции, расчищен судоходный путь по реке Чусовой, построены сплавные суда, пристани, склады. В 1722 году «таковых великих и прибыточных во всей России и в Швеции едва найдутся ли». В 1720 году Демидов был возведен в личное дворянство.

В это время Никита Демидов уже обладал огромным авторитетом и имел влиятельных покровителей. Его заводы на Урале образовали фактическую монополию, он не допускал туда даже своего младшего сына Никиту Никитича. Не удивительно, что Демидов пользовался благосклонностью императора.

В 1722 году В.Н. Татищев, управляющий казенными заводами на Урале, начал проводить политику развития казенных предприятий на Урале для дальнейшей передачи их в частные руки. Демидов, увидев в этом угрозу своей монополии, оклеветал высокого чиновника перед царем. По розыску явилась вина Демидова против Татищева. Для расследования споров на Урал послан был Г. В. де Геннин, нашедший, что Татищев во всем поступал справедливо. Он был оправдан. Суд наложил на Никиту Демидова огромный штраф, и на Урале начала развиваться казенная промышленность. Демидовская монополия оказалась нарушенной, на Урале впервые появились другие промышленники, пока в основном в медеплавильной промышленности.

Начало использования асбеста, или как его называли «горного льна», по преданию, тоже связано с именем Никиты Демидова.

Демидовские мастера соткали из длинноволокнистого асбеста скатерть удивительной красоты. Во время визита Петра I Никита Демидов нарочно залил скатерть вином и жирной подливой и сказал царю, что «выстирает» ее огнем. Когда слуги убрали посуду, он сдернул скатерть со стола и бросил в пламя камина. Быстро выгорели жирные и винные пятна. Демидов выхватил скатерть из огня, встряхнул и снова накрыл стол, вызвав изумление царя.

Умер Никита Демидов 28 ноября 1725 года в Туле. Главное дело и достижение своей жизни – заводы – основатель промышленной династии Никита Демидов, согласно указу о единонаследии, решил оставить своему старшему сыну Акинфию.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

ДЕМИДОВ НИКИТА ДЕМИДОВИЧ

ДЕМИДОВ НИКИТА ДЕМИДОВИЧ — один из круп­ней­ших российских пред­при­ни­ма­те­лей, круп­ный ду­ше- и зем­ле­вла­де­лец, ко­мис­сар с 1709 года. Ро­до­на­чаль­ник Де­ми­до­вых.

В середине 1670-х годов вме­сте с от­цом Д.К. Ан­тю­фее­вым Демидов упо­мя­нут в чис­ле стволь­ных за­вар­щи­ков туль­ской Ору­жей­ной сло­бо­ды. По пре­да­нию, пе­ре­лом­ную роль в судь­бе Демидова сыг­ра­ла его встре­ча в Ту­ле с ца­рём Пет­ром I, раз­ре­шив­шим Демидову по­стро­ить до­мен­ный и пе­ре­дель­ный за­вод близ Ту­лы (смотрите Де­ми­до­вых Туль­ский за­вод). В 1707 году Демидов совместно с сы­ном Гри­го­ри­ем по­стро­ил так­же Дуг­нен­ский (Верх­ний) за­вод на реке Дуг­на в Алек­син­ском уезде (ны­не Фер­зи­ков­ский район Ка­луж­ской области), а в 1718 году при­об­рёл зем­лю в Туль­ском уезде, ис­поль­зо­ван­ную под строи­тель­ст­во Вер­хо­ту­лиц­ко­го до­мен­но­го и пе­ре­дель­но­го за­во­да (пу­щен около 1719).

Демидов сыг­рал вы­даю­щую­ся роль в промышленном ос­вое­нии Ура­ла, где хо­зяй­ст­во­вал с сы­ном Акин­фи­ем. В 1702 году по­лу­чил от го­су­дар­ст­ва дей­ст­вую­щий Не­вьян­ский (Вер­хо­тур­ский) до­мен­ный и пе­ре­дель­ный за­вод. За­тем по­стро­ил на Ура­ле собственные за­во­ды: Шу­ра­лин­ский пе­ре­дель­ный (1716), Бын­гов­ский пе­ре­дель­ный (1718), Верх­не­та­гиль­ский до­мен­ный (1720), Вый­ский до­мен­ный, пе­ре­дель­ный и ме­де­пла­виль­ный (1722), Ниж­не­лай­ский пе­ре­дель­ный (1722) и Ниж­не­та­гиль­ский до­мен­ный, пе­ре­дель­ный и ме­де­пла­виль­ный (пу­щен в 1725 году, уже по­сле смер­ти Демидова, его сы­ном А.Н. Де­ми­до­вым).

Вёл раз­вед­ку руд цвет­ных ме­тал­лов, не позд­нее 1715 году осу­ще­ст­вил опыт­ные плав­ки ме­ди, в 1722 году на Вый­ском за­во­де по­лу­чил промыш­ленную медь. Совместно с сы­ном Акин­фи­ем ор­га­ни­зо­вал по­иск руд на Ал­тае и их опыт­ные плав­ки на ураль­ских за­во­дах. Тес­но со­труд­ни­чал с го­су­дар­ст­вом, вы­сту­пав­шим за­каз­чи­ком про­дук­ции его за­во­дов. Поль­зу­ясь при­ви­ле­ги­ей, ску­пал кре­сть­ян и зем­ли за­дол­го до раз­ре­ше­ния «ку­пец­ким лю­дям» (1721) при­об­ре­тать де­рев­ни к за­во­дам; пер­вые зе­мель­ные при­об­ре­те­ния поя­ви­лись в 1700-1702 годах в Кра­пи­вен­ском уез­де. Ор­га­ни­зо­вы­вал пе­ре­се­ле­ние на ураль­ские за­во­ды ква­ли­фи­цированных кад­ров из Ту­лы, кре­сть­ян ку­п­лен­ной в 1720 году ни­же­го­род­ской вот­чи­ны и др.

Поль­зо­вал­ся не­из­мен­ным по­кро­ви­тель­ст­вом Пет­ра I и пред­ста­ви­те­лей пра­вя­щей эли­ты, в ча­ст­но­сти князя А.Д. Мен­ши­ко­ва. Вёл борь­бу с кон­ку­рен­та­ми (например, с И.Т. Ба­та­шё­вым), а на Ура­ле — с ме­ст­ной ад­ми­ни­ст­ра­ци­ей (до­бил­ся сме­ще­ния в 1704 году вер­хо­тур­ско­го вое­во­ды столь­ни­ка А.И. Ка­ли­ти­на). Всту­пил в ост­рый кон­фликт с В.Н. Та­ти­ще­вым, про­во­див­шим в со­ста­ве груп­пы, пос­лан­ной Берг-кол­ле­ги­ей в 1720 году на Урал, по­ли­ти­ку жё­ст­кой рег­ла­мен­та­ции ини­циа­ти­вы про­мыш­лен­ни­ков и от­стаи­вав­шим при­ори­тет ин­те­ре­сов го­су­дар­ст­ва; до­бил­ся его от­стра­не­ния от уп­рав­ле­ния. Ре­ше­ни­ем Выш­не­го су­да (февраль 1723 года), оп­рав­дав­ше­го Та­ти­ще­ва, на Демидова, ко­то­рый «дерз­нул его ве­ли­че­ст­во в не­пра­вом сво­ём де­ле сло­вес­ным про­ше­ни­ем ут­ру­ж­дать», был на­ло­жен штраф в 30 тысяч рублей, но по рас­по­ря­же­нию им­пе­ра­то­ра ис­пол­не­ние на­ка­за­ния от­ло­жи­ли.

Промышленное хо­зяй­ст­во Демидова со­стоя­ло из двух час­тей: боль­шей, ди­на­мич­но раз­ви­вав­шей­ся на Ура­ле, и мень­шей, туль­ской, ос­та­но­вив­шей­ся в раз­ви­тии из-за уве­ли­чи­вав­шей­ся це­ны на то­п­ли­во. Демидов умер на Туль­ском за­во­де (с 1704 года жил в разъ­ез­дах меж­ду Невь­ян­ском, Мо­ск­вой и Ту­лой), похоронен на клад­би­ще при­ход­ской Ни­ко­ло-За­рец­кой церкви в Ту­ле.

Иллюстрация:

Н.Д. Де­ми­дов. Порт­рет ра­бо­ты не­из­вест­но­го ху­дож­ни­ка. XVIII век. Ниж­не­та­гиль­ский му­зей-за­по­вед­ник.

Архив БРЭ.

Никита Демидов — основатель династии тульских оружейников

К концу XVII века в тульской Оружейной слободе окончательно происходит социальное расслоение оружейников. Наиболее хозяйственные, оборотистые, смекалистые мастера постепенно выделяются из общего числа. К таким относился и Никита Демидов.


Никита Демидов

Никита Демидов оставил яркий след в истории отечественной промышленности. Выходец из семьи тульского кузнеца Демида Григорьева сына Антюфеева, с восьми лет росший без безвременно ушедшего отца, он стал ещё при жизни символом российской предприимчивости, богатства и щедрости. Человек яркой и удивительной судьбы, Никита Демидов родился в 1656 году в Туле, в молодые годы работал по найму подмастерьем у одного кузнеца Оружейной слободы, но уже с 90-годов 17 века он — оружейник-предприниматель, а позднее мануфактурист-металлург.

Построенная первая в Туле вододействующая мануфактура, металлургический завод Демидовых (созданный благодаря встрече Никиты с Петром I, который по достоинству оценил мастерство и деловые качество тулянина), повлиял (в том числе технически) на становление и развитие построенного позднее казенного Тульского оружейного завода. Завод Демидовых в этом случае сыграл роль связующего звена между ранними мануфактурами и мануфактурой петровского времени.

Лично известный царю Петру I, получивший за свои заслуги перед Отечеством в 1720 году дворянство с фамилией Демидов, Никита стал родоначальником знаменитой династии Демидовых, ветви которой растут и умножаются и поныне.

Уже первые шаги Демидова на промышленном поприще показали, что этот человек умело совмещал собственные и государственные интересы.

В начале Северной войны он дал слово царю Петру I, что поставит для армии дешёвое вооружение. И слово своё сдержал. Его ружья обходились казне по 1 рублю 85 копеек за штуку, тогда как военное ведомство поставляло их по 15 рублей. Поставленное Демидовым оружие было настолько высокого качества, что Пётр I сделал его поставщиком армии на всю войну со шведами.

Демидов постоянно наращивал производство металла и вооружения, но это никак не отражалось на качестве. Качество продукции было настолько отменным, что в 1718 году Пётр I своим именным указом повелел принимать для нужд российского флота только демидовское железо, а «с других никаких заводов железа Адмиралтейству … за негодностью принимать не велено».

При строительстве новой столицы Санкт-Петербурга Никита Демидов поставил по указу императора 81 300 пудов чугунных и железных фонтанных труб, изготовленных на его уральских заводах, для Летнего сада в Петербурге и для фонтанов Петергофа.

Никита Демидов занимался не только промышленным, но и торговым предпринимательством. Больше того, есть основания предполагать, что эта деятельность сыграла важную роль в становлении его хозяйства. Яркое представление о торговой деятельности тульских оружейников дает «Ведомость от тульских земских бурмистров» (1720 год), содержащая список из 64 семейств казенных кузнецов, занимавшихся торговым предпринимательством. Среди них почти исчерпывающий перечень фамилий, входящих в известный на нынешний день список слободских старост.

Большой интерес представляют сведения о некоторых из торговых занятий промышленника, содержащиеся в раздельной записи, составленной в 1711 году при отделении им от своего хозяйства младшего сына Никиты.

Во-первых, в ней отмечены существовавшие на передаваемом сыну тульском дворе лавки. В отношении части из них, а именно, стоявших «от Тулицы на переднем конце двора», раздельная запись дает уточнение, причем достаточно неожиданное: лавки («семь замков») «ныне таргуют мясам».

Помимо них в это же время он владел торговыми точками непосредственно в местах сосредоточения основной городской торговли: лавками в Мескатином (Мескотином) ряду и одной лавкой в железном ряду. И, наконец, находившимися в Зарайском уезде на берегу реки Оки Перевинскими (Перевидскими) винными заводами.

К сожалению, история мало что оставила воспоминаний о Демидове — человеке. Есть, впрочем, одно известие о природных способностях Демидова, сомнение не вызывающее хотя бы уже потому, что пришло из лагеря противников Никиты, никак не заинтересованных приукрашивать правду. В «Разговоре двух приятелей о пользе науки и училищах» его автор (В.Н.Татищев) вспоминает:

«Мы все знали кузнеца, а потом дворянина Никиту Демидова, который грамоте не учен, но другие ему Библию читали, он все, памяти достойное, в которой главе стих не токмо сказать, но пальцем место указать мог».

Помимо свидетельства о замечательной памяти, отсюда можно извлечь и другую ценную информацию: указание на широкую известность личности Демидова. («Мы все знали кузнеца…»), дополнительное подтверждение факта о его неграмотности, очень любопытное свидетельство интереса Демидова к религии.

Благодаря своим заслугам перед государством был связан указ от 21 сентября 1720 года о пожаловании его в дворяне, который был подтверждён указом императрицы Екатерины I 24 марта 1726 года. Родовой дворянский герб Демидовых включал изображения, символически отражавшие их занятия: серебряный молот и три зеленые рудоискательные лозы.

В щите, разделенном горизонтально золотою полосой, в верхней части в серебряном поле изображены три зеленые лозы рудоискательные. В нижней части в черном поле виден серебряный молот. Щит увенчан обыкновенным дворянским шлемом. Намет на щите серебряный, подложенный зеленым.

В одной из грамот 1691 г. 35-летний «Никишко Демидов» обнаруживается среди троих выборных (со старостой во главе), посланных оружейниками в Москву для защиты их интересов в земельном споре. Уже в это время он выделялся из массы простых ремесленников, населявших слободу.

Металлургический завод был основан им «своими деньгами и… без споможенья и дачи дворцовых крестьян». Демидов, следовательно, был в это время уже достаточно богат. По преданию, разрешение на строительство завода дал лично Петр I, который познакомился с Демидовым во время одного из посещений Тулы в 1695-м или 1696 г. По поводу этой встречи существует несколько легенд. По одной из них, Никита стал известен царю тем, что починил сподвижнику Петра, барону Шафирову, его немецкий пистолет, да еще и изготовил точную его копию. По другой — Никита Демидов был единственным из тульских оружейников, взявшимся в 1696 выполнить заказ царя на изготовление 300 ружей по западному образцу.

В 1697-1701 гг., будучи хорошо известным в Москве, Демидов неоднократно привлекался Сибирским приказом в качестве эксперта по различным вопросам металлургического и оружейного производства.

Непосредственно перед началом Северной войны, в июне 1700 г., Демидов подал челобитную с предложением передать ему заказ на 500 пушек, о которых уже велись переговоры с другим заводчиком. Он брался делать пушки по полтине за пуд «против немецкого литья и против образца и чертежа, каков ему дан будет из приказа адмиралтейских дел». Петр, которому сообщили об этом в Воронеж, сформулировал требования к качеству пушек и потребовал, чтобы Демидов сделал образцы. По именному царскому указу тульский завод, владеть которым Демидову первоначально разрешено было в течение 20 лет, был отдан ему 2 января 1701 г. «впредь впрок безсрочно» с правом передачи по наследству. От Демидова потребовали увеличения плотины и расширения завода; ему разрешено было строить на тех же местах и новые заводы. Никите предоставлялся (причем безоброчно) участок на пять верст в длину и ширину в Щегловской засеке для рубки леса. Здесь, а также в Малиновой засеке он мог копать руду.

На Урале, где в 1702 г. у Демидова появился переданный государством Невьянский завод, его успешно заменял старший сын Акинфий, умелый, энергичный, преданный помощник, гордость и надежда отца. Это позволяло Никите подолгу жить вблизи столицы, в том числе и Туле, при первом его заводе.

Никита Демидов обладал огромным авторитетом, пользовался благосклонностью царя и имел влиятельных покровителей. Его заводы на Урале образовали фактическую монополию. Используя своё влияние, Демидов отстаивал свои интересы перед губернаторами и коллегиями.

Двор (городская усадьба) Демидова находилась в казенной Оружейной слободе, в приходе Николо-Зарецкой церкви. В Туле, у себя на заводе, Никита Демидов и умер — случилось это в 1725 году 17 (28) ноября в 9 часов 20 минут пополудни. Похоронили его на кладбище приходской церкви.

В память об этом выдающимся человеке поставлены два памятника — один на Урале — в городе Невьянске, другой в Туле — на его родине.


Невьянск. Памятник Петру I и Никите Демидову

В Туле памятник Никите Демидову находится на площади перед Николо-Зарецкой церковью, у моста через реку Упу.


Памятник Никите Демидову в Туле

Решение об установке памятника было принято городской администрацией в связи с рядом памятных событий, приходившихся на 1996 год, в том числе 340 лет со дня рождения промышленника и 300 лет со дня основания металлургического завода Демидовых. В рамках празднования Дня города в 1996 году был установлен и открыт памятник. Авторами проекта стали скульптор А. И. Чернопятов и архитектор П. М. Зайцев.

Галерея

«Зло неизлечимо». Как промышленник Демидов участвовал в создании Красного Креста

«Имею честь уведомить Ваше превосходительство, что доставленные при письме Вашем, от 19/31 октября, семнадцать писем военнопленных русских из Константинополя к их родственникам, мною получены и отправлены по принадлежности», — пишет Демидову директор канцелярии Морского министерства граф Дмитрий Толстой.

Анатолий Демидов всегда был в курсе происходящего с теми, кому он оказывал помощь, рассказала ТАСС заместитель директора ГАСО Ирина Иванова. Он живо интересовался их судьбой и старался помочь. В архиве имеется документ, в котором говорится, что Анатолий пожертвовал более 600 тыс. рублей на благотворительность в период Крымской войны.

«Благотворительность для Демидовых не была отдельной деятельностью, она в равной мере сопутствовала всем остальным их действиям. Это шло непрерывно: возьмите любую тему, в ней тоже красной нитью пройдет благотворительность», — рассказала Ирина Иванова.

Благотворительность как духовная потребность

«В XVIII веке благотворительность как некий значимый сегмент общественной жизни, пожалуй, еще зарождалась», — говорит заместитель директора Демидовского института, историк Николай Павловский. На ее становление повлияли и социально-экономические преобразования, и духовные основы жизни людей, стержнем которых была религиозность. «В этом плане особенностью России стала ее принадлежность к православию с его этикой, ориентированной на приоритет общественных идеалов и нравственных ценностей над материальными», — говорит историк.

Павловский приводит пример из истории рода Демидовых. В 1727 году Авдотья Федотовна, вдова бывшего тульского кузнеца Никиты Демидова, стоявшего у истоков зарождения крупной металлургии России и заслужившего этим дворянский титул, в своем завещании сыну Акинфию давала наказ — раздать все ее движимое имущество нищим по церквям и на строительство храмов, а кроме того жертвовать «в поминовение муже моем и по мне по вся годы… оставя скупость и не жалея не токмо оставшагося моего, но и собственного своего имения. И души наши поминовением строить…»

«Здесь мы видим, что, помимо распоряжения личным имуществом, мать дает сыну особый наказ — чтобы он на протяжении своей жизни продолжал жертвовать, не жалея и собственное «имение». А такой наказ является актом передачи сыну уже не юридического, а нравственного обязательства. Необходимо подчеркнуть, что нравственная позиция, согласно которой человек, имеющий достаток, обязан делиться им с окружающими, безусловно, была присуща Авдотье Федотовне на протяжении всей ее жизни. И именно в такой среде рос ее сын Акинфий, на этих устоях формировалось его мировоззрение. Поэтому мать уверена, давая наказ, что сын исполнит его и этим будет «строить» не только души родителей, но и свою собственную», — сказал Павловский.

Дюнан и Красный Крест

Швейцарский предприниматель и общественный деятель Жан Анри Дюнан (1828–1910) был организатором оказания помощи раненым в битве при Сольферино — крупнейшем сражении австро-итало-французской войны 1859 года. В 1863 году по его инициативе был создан Международный комитет по оказанию помощи раненым, который в 1880 году был переименован в Международный комитет Красного Креста (МККК). Целью организации стало предоставление помощи и защиты пострадавшим от вооруженных конфликтов и других насильственных действий.

По данным за 2017 год (данные за 2018-й не опубликованы), благодаря МККК более 13 млн человек в мире получили гуманитарную помощь. В течение года МККК оказал поддержку 370 больницам, при его содействии было проведено 136 тыс. операций. Сотрудники МККК посетили более 940 тыс. заключенных в местах лишения свободы.

Виктория Ивонина