Короли неаполя

Город сбежавших королей

1495 год начался весьма удачно для французского короля Карла VIII. К этому времени он подчинил своей власти Пизу, Флоренцию и Сиену, а также нашёл общий язык с римским папой Александром VI. Казалось, монарх был близок к успешному завершению своего итальянского предприятия. 28 января 1495 года он попрощался с понтификом и во главе армии отбыл на юг. Чем ближе подбирались французы к границам Неаполитанского королевства, тем активнее паковал сундуки его правитель Альфонсо Арагонский.

Резня в Монтефортино и Монте-Сан-Джованни

Вступление французской армии на землю Неаполитанского королевства сопровождалось знаковыми событиями, которые оставили чёрный след в сердцах местных жителей. В самом конце января 1495 года авангард французов под командованием Анжильбера де Клеве захватил крепость Монтефортино близ Фросиноне. Солдаты перебили её жителей, а в отношении женской части населения учинили то, что венецианский историк М. Сануто стыдливо отказался описывать.

Вид на Монтефортино в наше время.
en.wikipedia.org

История повторилась в соседнем городке Монте-Сан-Джованни, который принадлежал маркизу Пескара, одному из приближённых неаполитанского короля Альфонсо II. Это поселение лежало в центре богатой местности и представляло собой лакомый кусок для солдат и их командиров. Возможно, в печальной участи Монте-Сан-Джованни виновны сами его защитники: отправленным к нему французским парламентёрам комендант крепости отрезал уши и носы и, по-видимому, умертвил посланцев. После этого участь города была решена.

Карл VIII велел Жильберу де Монпансье подвести к Монте-Сан-Джованни артиллерию, а вскоре и сам прибыл на место, чтобы руководить осадой и штурмом. Город был взят, а его защитники перебиты. По сообщению феррарского хрониста, французы изрубили на куски женщин, детей старше 12 лет и «всех оставшихся, кто там был». От Сануто до нашего времени дошёл рассказ о жителях Монте-Сан-Джованни, собравшихся на городском кладбище, чтобы на коленях, с крестами в руках, молить солдат о пощаде. Все они были перебиты и в течение нескольких дней лежали непогребёнными. Впоследствии, по словам Ф. Гвиччардини, французы «подвергли всё (Неаполитанское — прим. авт.) королевство жесточайшему террору», действуя «со всевозможными способами варварства».

Отречение Альфонсо II

Вероятно, акции устрашения в Монтефортино и Монте-Сан-Джованни сыграли свою роль. В течение января французы заняли Лаквилу, Кьети, Тальякоццо и Гаэту. Калабрийские города один за другим приносили Карлу VIII клятвы верности. Повсюду вздымались флаги с французскими лилиями. Возмутившегося этим епископа города Фросиноне сами горожане выбросили из окна его дворца. Жители Монополи в Апулии, не зная, как выглядит королевский штандарт, размахивали флагом с изображением белого креста на красном фоне.

Оборону границы королевства должен был взять на себя его правитель. Альфонсо Арагонский обладал репутацией умелого военачальника и опытного полководца. Его армия оставалась в целости, а её командиры были лучшими в Италии. Дороги от границ Папского государства в Неаполь хорошо защищались. Несмотря на всё это, король решил отказаться от власти в пользу своего сына Феррандино (Ферранте II). Формально он отрёкся от престола, чтобы стать монахом в сицилийском монастыре Маццара. Впрочем, поговаривали, что он отплыл на Сицилию на четырёх галерах, забитых взятыми из казны сокровищами. По словам современного историка М. Маллета, Альфонсо «оставил сына с пустыми сундуками, а королевство — готовым сдаться французам».

Король Неаполя Ферранте II Арагонский (Феррандино). Неизвестный автор, конец XV века.
wikimedia.org

Попытки Ферранте II защитить королевство

Отъезд Альфонсо совершенно не способствовал появлению у его бывших подданных желания идти на большие жертвы ради молодого короля. По сообщению Ф. Гвиччардини, репутация двух предыдущих монархов среди «всего народа и почти всей знати» была одиозной. Вряд ли неаполитанцы ожидали чего-то лучшего от нового правителя. С приближением французов напуганные горожане стали снимать дома на близлежащем острове Искья, готовясь покинуть столицу, как только неприятель подойдёт достаточно близко.

Единственным шансом на успех для Ферранте II было сразиться с Карлом VIII на границах королевства. Однако французская армия настолько быстро продвигалась к Неаполю, что правитель оказался не в состоянии маневрировать. По мере отступления армии города открывали перед французами свои ворота. Оставив столицу на попечение бабки и дяди, новоиспечённый король выехал в городок Сан-Джермано, ближе к врагу. Считалось что этот город невозможно взять. Гвиччардини называл его «ключами к Неаполитанскому королевству». Однако, хотя при короле находились его ведущие военачальники, момент был упущен. По словам Гвиччардини, неаполитанская армия боялась одного только имени французов, а её капитаны больше думали о своём спасении, нежели об обороне государства.

Неаполь. Ксилография из трактата Гартмана Шеделя Liber chronicarum (Нюрнберг, 1493 год).
Источник: Biancardi, S. La chimera di Carlo VIII (1492–1495) / S. Biancardi. — Novara, 2009. — P. XXV

Несмотря на первоначальное желание проявить себя, по мере приближения французов Ферранте отступил в Капую, а затем уехал в Неаполь, дабы усмирить взволновавшихся жителей столицы, которые начали громить дома богатых горожан и местных евреев. На следующий день в Сан-Джермано вступили французы. Облачённые в белое дети встречали Карла VIII пением христианского гимна Te Deum Laudamus. Когда 17 февраля Ферранте вновь подошёл к Капуе, ему сообщили, что горожане, не видя возможностей сопротивляться французам, уже открыли им ворота.

Измена неаполитанских командиров

Поскольку король задерживал жалование кондотьерам, те также изменили ему: Вирджинио и Никколо Орсини отступили со своими людьми и попытались перейти на сторону французов, сдав крепость Нолу с гарнизоном в 400 всадников. Они были взяты в плен и заключены в замок Мондрагон.

Необычным поступком отличился неаполитанский командующий Джанджакомо Тривульцио. По собственной инициативе он вступил в переговоры с Карлом VIII, предлагая тому оставить во власти Ферранте часть королевства. Безусловно, французский монарх отказался, заявив, что ему принадлежит весь Неаполь. По-видимому, кондотьер беседовал с королём и на другие темы. По крайней мере, после возвращения в Капую Тривульцио со своими солдатами перешёл на службу к французам. С этого момента он начал славную карьеру в их армии, приведшую итальянца к званию маршала Франции.

Джанджакомо Тривульцио. Художник Бернардино деи Конти.

cronacanumismatica.com

Бегство короля Ферранте II

После отступления неаполитанских войск Карл Валуа вступил в Капую — «с помпой», как писал М. Сануто. Французского короля сопровождали многочисленные войска. Сам он был одет не в доспехи, а в гражданское платье, что должно было символизировать вступление — не завоевание! — законного суверена в свои владения. Несколько дней спустя с тем же символизмом Карл въехал в Неаполь.

Что касается Ферранте, то он был вынужден вернуться в столицу, где всё сильнее расходилась почувствовавшая безвластие чернь. При въезде король столкнулся с той же бедой, что и в Капуе: ему позволили вступить в город только после униженных просьб и в сопровождении всего лишь 20 спутников. Казалось, неаполитанцы оставили своего государя и были готовы принять нового. Повсюду в городе раздавались крики: «Франция! Франция!». Население увлечённо предавалось грабежам и погромам.

Французские солдаты. Миниатюра из «Путешествия в Геную» Жана Маро и Жана Бурдишона, 1500–1520 годы.
gallica.bnf.fr

Богатые горожане, опасавшиеся за свои жизни и имущество, готовились бежать из Неаполя. Их было так много, что перегруженные лодки не вмещали всех желающих отплыть на Искью. Джованбаттиста Караччоло, граф Бриенца, избранный «военным капитаном» Неаполя, тщетно пытался восстановить в городе порядок с помощью вооружённых патрулей. Несмотря на все усилия, дворцы короля и правящего семейства были разграблены. В руках Арагонской династии остались только укреплённые пункты — замки Неаполя.

Ферранте хотя и мог продолжить сопротивление, но отказался от борьбы и решил скрыться из столицы, которая ему уже не подчинялась. Перед бегством он освободил мятежных баронов, заключённых ещё во времена его деда и отца. Когда Ферранте садился на корабль, французские войска уже входили в Неаполь.

Вступление Карла VIII в Неаполь

После того как стало очевидно, что король Ферранте собрался бежать, неаполитанские власти вступили в переговоры с представителями Карла VIII. Сам французский монарх в это время пребывал в великолепной загородной королевской резиденции в Поджореале. Поскольку победа французов была очевидна, неаполитанцы легко пошли на всевозможные уступки, договорившись о сдаче города. Чтобы продемонстрировать власть французов, представитель короля маршал Жье символично воссел на трон в церкви Сан-Лоренцо. Одновременно в Неаполь вступили интендантские службы, которые стали делать мелом пометки на домах: сколько там разместится солдат и сколько лошадей.

Карл VIII решил отказаться от триумфального вступления в город. Он въехал туда 22 февраля 1495 года в сопровождении сравнительно небольшого эскорта. Король в охотничьей одежде восседал на муле и держал в руке сокола, подаренного ему венецианцами. Выбор ездового животного напоминал о въезде Христа в Иерусалим и говорил о миролюбии. По словам феррарского хрониста, Карл взял город «ни разу не ударив мечом и не убив ни единого человека (…) как посланец Божий». Нового владыку Неаполя приветствовали представители местной знати во главе с Караччоло, который вручил ему ключ от города. В сопровождении радостной толпы Карл VIII проехал через город, вступил в собор, а затем въехал в замок Кастель-Капуано — древнюю резиденцию королей Анжуйской династии.

Вступление Карла VIII в Неаполь. Миниатюра из неаполитанской иллюстрированной хроники.
В верхней половине изображён французский король верхом на маленьком муле. Следом за ним, предположительно, едут Жильбер де Монпансье и Пьер де Роан, маршал Жье. В нижней части изображены французские и неаполитанские бароны.
Источник: Biancardi, S. La chimera di Carlo VIII (1492–1495) / S. Biancardi. — Novara, 2009. — P. XX

Французы нашли в Неаполе несметные богатства и с восхищением описывали их в письмах на родину. Неизвестный нам респондент кардинала Брисонне, рассказывая о замке Кастель-Капуано, писал о подвалах с двумя сотнями бочек лучшего в мире вина; о комнате, вмещавшей коллекцию из двух или трёх тысяч лошадиных морд, висевших на стенах; о другой комнате, заполненной хрустальными, фарфоровыми, алебастровыми и мраморными вазами стоимостью не менее 10 000 дукатов; о комнате, заполненной льняными скатертями; о множестве золотой и серебряной посуды и прочем богатстве.

Завершение Неаполитанской кампании

Итак, как писал Ф. Гвиччардини, «к величайшему стыду и посмешищу итальянского оружия и при величайшем риске и беззаботности всех», значительная часть Италии оказалась в руках французов. Однако вне власти завоевателей оставались главные укреплённые места столицы: крепости Кастель-Нуово и Кастель-делль-Ово, крупные города страны — Бриндизи, Галлиполи, Амантея и Тропея, а также крепость города Реджо в Калабрии. Они могли продолжать сопротивление достаточно долго: по оценке М. Сануто, гарнизон замка Кастель-Нуово под командованием «врага французов» Альфонсо д’Авалоса, маркиза Пескара, был обеспечен всем необходимым для осады и сопротивления в течение 25 лет. Расположенные в Неаполитанском заливе острова Искья, Прочида и Капри служили местом базирования арагонского флота в составе 14 галер под командованием дяди Феррандино, принца Федериго д’Альтамура.

Вид на неаполитанские замки со стороны моря. На переднем плане Кастель-делль-Ово, на заднем — Кастель-Нуово.
icastelli.it

Эти очаги сопротивления необходимо было подавить как можно скорее. Первыми в очереди стояли неаполитанские замки. После тщетных переговоров Тривульцио с маркизом Пескарой 24 февраля французские войска под командованием Габриэля де Монфокона и Жана де ла Гранжа штурмовали Кастель-Нуово. Штурм завершился безрезультатно. С каждой стороны погибло по 100 человек. Следующей ночью с трёх подошедших к берегу галер высадилось подкрепление — 250 солдат. Стало ясно, что лобовой атакой крепость взять нельзя, и французы сделали ставку на артиллерийский обстрел.

Французские пушки обстреливали Кастель-Нуово непрерывно, даже в ночное время. Обстрел был таким интенсивным, что у французов даже закончились боеприпасы, так что пришлось посылать за ними в Остию. Наконец, их усилия дали результат: один из снарядов попал в крышу порохового склада крепости и вызвал там пожар. Среди гарнизона, состоявшего преимущественно из немецких ландскнехтов, началась паника. Их капитаны, видя, что «они не могли честно погибнуть в открытом сражении», решили изменить контракту и сдаться осаждающим. Они вступили в переговоры с французами. Командующий маркиз Пескара был вынужден удалиться в другой неаполитанский замок — Кастель-делль-Ово.

1/4

Заголовок4

Заголовок1

Заголовок2

Заголовок3

3D-модель замка Кастель-Нуово.
napoliaragonese.it Замок Кастель-Нуово в наше время.
wikiwand.com Замок Кастель-Нуово в наше время.
wikiwand.com Замок Кастель-Нуово в наше время.
icastelli.it

По результатам переговоров немецкие наёмники получили разрешение покинуть Кастель-Нуово «с тем имуществом, что они смогут унести» и удалиться на родину, что они и сделали 7 марта. Так, по словам Ф. Гвиччардини, «из-за трусости и скупости охранявших его пятисот немцев» пал самый значительный оплот власти Арагонской династии в Неаполе.

После встреч Карла VIII с принцем Альтамура, о чём речь пойдёт чуть ниже, французы начали обстреливать вторую неаполитанскую крепость — Кастель-делль-Ово. Поскольку она была построена для защиты города от нападений с моря, то не предназначалась для обстрела городских районов. Её защитники могли через узкие бойницы использовать против нападающих преимущественно арбалеты, тогда как французы вели полноценный артиллерийский обстрел с господствующего над городом холма Пиццофальконе. Уже на следующий день после начала операции Карл VIII во время обеда лично наблюдал за действиями артиллеристов. Обстрел крепости продолжался несколько дней, пока король не призвал её защитников к немедленной капитуляции. Те решили сдаться, если в течение восьми дней не получат помощь. В конце концов 21 марта ещё один укреплённый оплот Арагонского дома в Неаполе, Кастель-делль-Ово, оказался в руках французов.

Замок Кастель-делль-Ово в наше время.
musement.com

Для приведения к покорности остальной обширной территории Неаполитанского королевства, «во все края (…) были разосланы капитаны и рыцари». Как правило, местные власти принимали французских эмиссаров с послушанием: «почти все коменданты крепостей капитулировали без боя». Впрочем, были и исключения. Некоторые из них объясняются тем, что в ту или иную местность посланцы Карла VIII просто не доехали. К примеру, если жители Тропеи и Амантеи, недовольные новыми правителями, изгнали их, то крупные города Бриндизи и Отранто, «ввиду отсутствия французов» просто не признали власть последних.

Переговоры принца Альтамура и осада Искьи

Помимо крепостей Неаполя действенной военной силой Арагонской династии оставался флот. Он дислоцировался на Искье, а командовал им принц Федериго д’Альтамура. Принц пользовался авторитетом среди князей и монархов, с которыми поддерживал отношения и даже находился в родстве.

Выступая от имени своего племянника, Федериго начал переговоры с Карлом VIII. Дважды он приезжал в Неаполь, где встречался с французским монархом, пока знатные заложники из числа приближённых последнего находились на арагонском корабле. Король принял Федериго перед осаждённым замком Кастель-делль-Ово, непосредственно перед крепостным рвом. Они беседовали, сидя под оливковым деревом, недалеко от артиллерийских орудий.

Кастелло-Арагонезе на острове Искья.
wikimedia.org

Несмотря на готовность сторон пойти на некоторые уступки, переговоры завершились безрезультатно. Арагонский флот под командованием принца Федериго отплыл на дружественную Сицилию. На Искье остался гарнизон под командованием брата маркиза Пескара — Иньиго д’Авалоса, маркиза дель Васто. Спустя более чем 20 лет младший современник событий Лудовико Ариосто так отразил события осады Искьи в своей поэме «Неистовый Роланд»:

Вот Восьмой перед вами Карл

Сходит с Альп в пышном цвете целой Франции

И, не тронув ни меча, ни копья,

Забирает королевство за Лирисом,

Кроме той скалы,

Подминающей Тифеево тулово,

Для которой обороною встал

Иник Вастский из Авалова рода.

Имевшегося у Карла VIII флота в составе генуэзских и провансальских кораблей было недостаточно для того, чтобы захватить острова Неаполитанского залива и изгнать оттуда сторонников Арагонской династии. Чтобы подготовиться к этому предприятию, в Неаполе был объявлен сбор корабелов и конопатчиков, необходимых для строительства кораблей. Кроме того, Карл ожидал от Лодовико «Моро» подмоги в 12 галер. Этим планам не суждено было сбыться по причинам как политическим (из-за измены «Моро»), так и техническим: Неаполитанский арсенал сгорел, а мастеров остро не хватало.

Создание Священной лиги

Продвижение Карла VIII во главе армии в Неаполь, а затем захват южноитальянского королевства вызвали обеспокоенность как среди государств Италии, так и среди «великих держав» Европы. Основным соперником Франции за власть над югом Апеннинского полуострова должна была стать объединённая Испания, владевшая островами Сицилия и Сардиния. Однако борьба с ней была ещё впереди.

Первым неприятелем, с которым французам предстояло сразиться на обратном пути из Неаполя, стали итальянские государства, в том числе и некоторые прежние союзники Карла VIII. После недолгих переговоров, проходивших в нейтральной Венеции, 28 марта 1495 года император, папа, правители Испании, Милана и Венеции заключили соглашение, образовав так называемую Священную лигу.

Кавалло — медная монета весом 1,8 г, отчеканенная от имени Карла VIII в Неаполе, 1495–1498 годы.
На аверсе изображены три капетингские линии под короной. Надпись по краю гласит: Карл, Божьей милостью король Франции, Иерусалима и Сицилии (KROLVS D:G:R:FR:IE:SICI).
На реверсе изображён иерусалимский крест. Надпись по краю гласит: Христос побеждает, Христос правит, Христос повелевает (XPS·VIN·XPS·RE·XPS·IMP).
numista.com

Фактически этот союз был нацелен против французов, дела которых в Неаполе складывались не лучшим образом. Правление Карла VIII не принесло местным жителям тех льгот и преимуществ, о которых они мечтали. Напротив, расходы на армию привели к ужесточению налогового пресса. Как следствие, в столице и за её пределами стали распространяться антифранцузские настроения. Люди ожидали возвращения короля Феррандино. Иногда дело доходило до вооружённого противостояния французским властям.

С другой стороны, сами французы мечтали о скорейшем возвращении на родину. Лишь малая доля простых солдат и их командиров хотела обосноваться в новом владении династии Валуа. Настроения французов отражают несколько сотен писем, написанных родным во Францию, но перехваченных службой Лодовико «Моро». По словам историка С. Бьянкарди, «грядущая катастрофа французов в Неаполе определена не звёздами, а этими письмами»: французы не хотели осесть на жаркой итальянской земле и стать частью правящей элиты.

Однако возвращение назад могло оказаться сложной задачей — ещё более трудной, нежели продвижение к Неаполю и его захват.

Источники и литература:

У Эрколе I д’Эсте, герцога Феррарского от замужней дамы Изабеллы Ардуино 13 июля 1478г. родился сын Джулио. От законной жены у Эрколе были еще сыновья: Альфонсо, Ферранте, Ипполито и Сигизмондо. О его законных дочерях Изабелле и Беатриче( к слову сыгравших тоже не последние роли в истории ренессансной Италии) мы в этот раз говорить не будем, тем более была и ещё одна внебрачная- Лукреция. Семья д’Эсте как и практически любая владетельная фамилия той эпохи была просто клубком противоречий,подчас заканчивавшихся довольно мрачно.

Сыновья Эрколе I д’Эсте не слишком сильно любили друг-друга, а Джулио д’Эсте и его брат Ипполито д’Эсте с самого детства были непримиримыми врагами, неприязнь была просто тотальной т.к. бастард Джулио довольно сносно уживался со всеми остальными братьями. К слову, Ипполито (1479-1520, его еще именуют Ипполито I, чтобы отличить от тезки-племянника) в восемь лет он был наречен архиепископом Эстергома и примасом Венгрии, в 18 — архиепископом Милана, причем обеими архиепархиями он правил дистанционно, не забывая, разумеется, о присвоении их доходов. Часть своей жизни Ипполито провел в Риме (в 1509 году он получил кардинальскую шапку), поскольку был в фаворе у нескольких пап, часть — в Ферраре, не утруждая себя ни церковным служением, ни исполнением обетов бедности и целомудрия.

2 января 1505 Эрколе д’Эсте, их отец, скончался. Наследником стал Альфонсо I д’Эсте, который ещё в 1502 году женился на Лукреции Борджиа, дочери папы Александра VI.

Воспользовавшись неразберихой после смерти отца, Ипполито забирает к себе в замок ценного придворного музыканта (своеобразное право на бахвальство того времени). По слухам, Джулио позже похитил этого музыканта у своего брата, что, естественно, тотчас вывело из себя Ипполито. Он убедил Альфонсо I изгнать впавшего в немилость брата из герцогства и наложить на него домашний арест. Позже произошла другая ссора, возбудившая в братьях ещё большую ненависть друг к другу. Оба ухаживали за одной и той же дамой, она, как бы сказать помягче, не могла отказать ни одному из них. Эта барышня была кузиной герцогини Лукреции — Анджела Борджиа. Эта стройная и грациозная, притягивающая к себе взгляды мужчин девушка, однажды, отказываясь от ухаживаний Ипполито сказала тому: «Монсеньор, одни лишь глаза вашего брата (Джулио) мне более милы и приятны, чем всё ваше существо»… По другой версии, во время разговора Анджела будто бы сказала Ипполито, что тот не стоит и глаза своего брата Джулио — взбесить кардинала одним упоминанием имени ненавидимого всеми фибрами души брата (да ещё с нелестным сравнением для привыкшего получать всё желаемое князя церкви) оказалось секундным делом. Ревнивый Ипполито приказал своим слугам подкараулить Джулио на охоте и убить его, так сказать совместить приятное с полезным, наконец-то расправиться с проклятым братцем и заодно устранить соперника на пути к прелестям Анджелы. Люди Ипполито по непонятной причине не исполнили приказ, но Джулио был зверски избит и ему выкололи глаз(видимо решили что хозяин не стоит именно этого глаза). Джулио бросился за защитой и правосудием к старшему брату правящему Альфонсо I, который не стал особо вникать в суть любовного треугольника и лишь выслал кровожадного братца кардинала Ипполито за пределы своих владений более его никак не наказав. Мягкость этого наказания толкнула Джулио к заговору.

Для этой цели Джулио объединяет свои усилия с третьим братом — Ферранте, который с давних лет мечтал избавиться от Альфонсо и сделаться герцогом. Неизвестно, почему заговорщикам так и не удалось осуществить своих планов: либо они действовали крайне неумело, либо от них попросту отвернулась фортуна; но ни Альфонсо, ни Ипполито не были даже ранены. Четыре раза заговорщики пытались убить герцога, два раза отравленным кортиком, ещё два раза не позволила совершить убийство банальная трусость. Ипполито вскоре раскрыл заговор,рядовых приспешников само-собой казнили, Джулио и Фернандо тоже были приговорены к смертной казни, однако затем наказание смягчили в виде пожизненного заключения. Ферранте умер в заключении в 1540 году: он просидел там 34 года. Джулио пережил своих царственных брата Альфонсо I и племянника Эрколе II, и был освобожден из тюрьмы в 1559 году своим внучатым племянником Альфонсо II. Он пробыл в каземате 53 года. Граф Монте-Кристо просто нервно курит в сторонке… Многие источники говорят, что cтарик наделал шуму в городе. В одеждах прошлого века, одноглазый, высокого роста, первое время за ним буквально бегали толпы любопытствующих. Прожил Джулио д’Эсте еще чуть больше года. Портрета Джулио не нашёл, лишь портреты его более удачливых братьев…

Мюрат и другие французские маршалы

Как происходят перевороты

Лучший кавалерийский военачальник эпохи наполеоновских войн маршал Мюрат был выходцем из семьи кабатчика. Своей блестящей военной карьерой он обязан революции, личным качествам и дружбе с Наполеоном Бонапартом. Именно Мюрат и его гренадеры в 1799 г., чтобы обеспечить приход к власти генерала Бонапарта, разогнали Совет Пятисот. Взойдя под неодобрительные выкрики на трибуну, Мюрат объявил: «Граждане, вы распущены», а когда зал возмутился, приказал солдатам: «Ну-ка выметите их отсюда!»

Мюрат и военное искусство

Кавалерийский командир Иоахим Мюрат начинал как лихой рубака, безоглядно мчавшийся вперед. «Вы несетесь, как какой-нибудь вертопрах, — писал ему Наполеон, — не вникая в отданные вам приказы». Но со временем Мюрат стал мастером кавалерийской тактики, не утратив стремительности. После победы над пруссаками у Йены (1806 г.) его конница, действуя самостоятельно, быстро захватила несколько прусских городов. «Если ваша легкая кавалерия, — писал Мюрату довольный Наполеон, — так берет укрепленные города, мне придется распустить инженерные войска и отослать на переплавку наши пушки».

Маршал Франции И. Мюрат

Очень разные 10 минут

Готовя однажды атаку своей конницы на близлежащий город, Мюрат сказал артиллеристам: «Мне кажется, что пушки, установленные на стенах, нас могут встретить очень сильным огнем». — «Не беспокойтесь, — ответил командир батареи, — если они откроют огонь, мы через 10 минут заставим их замолчать». Мюрат рассердился: «А нельзя ли за 10 минут до того?!»

Доблестный рыцарь Мюрат

Маршал Мюрат мог проскакать между вертящимися крыльями ветряной мельницы, не слезать с седла и не спать по несколько суток, броситься в самую гущу врага, в часы затишья пригласить для дружеской беседы неприятельского генерала, выехать на переговоры с противником куда угодно, не боясь подвоха, отпустить из плена воина-героя.

Первым подойдя к Москве и пообещав генералу Милорадовичу не мешать выходу русских войск из города, Мюрат сдержал свое слово. В разгар сражений он иногда садился пообедать на передовой линии под огнем для ободрения подчиненных.

Мюрат как государственный деятель

Женившись на сестре Наполеона Каролине, маршал Мюрат вошел в число родственников императора и в 1808 г. получил трон неаполитанского короля. Но государственно-административная деятельность мало подходила для героя «бранной славы». Это роднило Мюрата с маршалом Неем, что отмечал Наполеон: «Нет более отважных людей на поле сражения, чем Мюрат и Ней, и нет менее решительных людей, чем они, когда нужно принять какое-нибудь решение в кабинете. Вообще существует очень мало государственных людей».

Наполеон отзывался о Мюрате и так: «В поле он был настоящим рыцарем и Дон-Кихотом, в кабинете — хвастуном без ума и решительности».

Одежды неаполитанского короля

Представления об облике Мюрата дополнил его подчиненный граф Кастелли: «Стоит где-нибудь раздаться выстрелу, как он уже там, притом вот в каком облачении: внушительная шляпа с белым плюмажем и отворотами, расшитыми золотыми галунами; длинные завитые волосы; зеленая бархатная расшитая золотом накидка, под нею небесно-голубой мундир, тоже украшенный золотым шитьем; кроваво-красные панталоны на польский манер с золотыми лампасами, желтые сапоги».

Как вспоминают свидетели, в 1812 г., в России, с наступлением холодов Мюрат отчаянно мерз в этой одежде, но продолжал сохранять щегольской вид. Лишь шляпу он заменил на шапку из черного бархата.

Лицо маршала-солдата

С октября 1813 г. маршал Мюрат отошел от Наполеона и укрылся в своем Неаполитанском королевстве. Через два года подданные приговорили его к расстрелу. Отказавшись перед казнью повернуться к стене, Мюрат обнажил грудь и сказал итальянским карабинерам: «Солдаты, исполните свой долг, стреляйте в сердце, но пощадите лицо».

Роль геометрии в штабной работе

Особое место в армии Наполеона занимал его многолетний начальник штаба маршал Бертье. За неразлучность с Наполеоном его называли «женой императора». Бертье был безупречен в организации планирования и координации действий войск. «Его ум, — писал один из адъютантов Бертье, — благодаря геометрическим работам, которым он посвятил молодые годы, приобрел такую правильность, что его распоряжения были редактированы с математической точностью и доведены до простейших выражений, изображающих самые сложные передвижения армии».

Наполеон о Бертье

Еще при жизни Наполеона его завистники выдвинули версию о том, что всеми победами император обязан своему начальнику штаба Бертье. В подтверждение этого они приводили 1815 г., когда Наполеон, оставшись без Бертье (тот в 1814 г. перешел на сторону Людовика XVIII), был разгромлен под Ватерлоо. Сам Наполеон у Ватерлоо якобы воскликнул: «Будь у меня Бертье, я бы не проиграл!»

Зная об этих разговорах, Наполеон в своих мемуарах не пощадил маршала. Он писал, что все его таланты были «технического свойства и вне их ума не было». Переход Бертье на службу к Людовику бывший император охарактеризовал так: «Он вел себя соответственно своему недостатку ума и ничтожеству».

Загадочная смерть

Загадкой осталась смерть маршала Бертье. В августе 1815 г. он скончался, выпав из окна своего дома в баварском городе Бамберге. По одним слухам, это был несчастный случай, по другим — убийство, по третьим — самоубийство, вызванное раскаянием перед Наполеоном.

Слава и трагедия Нея

Долгие годы верным сподвижником Наполеона был маршал Ней, «князь Московский», удостоенный им этого титула за отличие при Бородино. Но как Бертье и многие другие маршалы Наполеона, Ней в 1814 г. перешел на сторону Людовика XVIII. Когда Наполеон бежал с Эльбы и двинулся к Парижу, Людовик направил Нея с войсками остановить «преступника». Маршал обещал привезти Бонапарта в Париж в железной клетке. Однако, встретившись со своим бывшим повелителем и кумиром, Ней бросился в его объятия.

«Храбрейший из храбрых», как называли Нея в армии, уцелел в сражении под Ватерлоо, но Людовик XVIII осудил его на казнь. Перед расстрелом Мишель Ней отказался завязать глаза и сказал: «Солдаты! Мне не нужно ни жалости, ни сочувствия. Я сотню раз сражался за Францию и никогда — против нее. Когда я дам приказ, — стреляйте прямо в сердце».

Ж. Ланн

Л. Бертье

М. Ней

Две родины в жизни Бернадота

Маршал Бернадот, участник наполеоновских войн, был популярен не только во Франции, но и за ее пределами. В 1810 г. король Швеции Карл XIII усыновил его, и Бернадот стал наследником шведского престола. Перед отъездом в Швецию Наполеон предлагал ему подписать обещание никогда не поднимать оружие против Франции. Бернадот ответил, что в сердце он навсегда останется французом, но давать обещание отказался.

Принимая в Стокгольме присягу в качестве наследного принца-регента, Бернадот сказал: «Выросший среди лагеря, сроднившийся с войной, я видел много бедствий. Никакая победа не может вознаградить страну за потерю ею детей, погибших в иностранной войне. У Швеции осталось достаточно земель для своего существования и достаточно железа для ее защиты».

Бернадот против Наполеона

Бывший французский маршал Бернадот, став в Швеции принцем-регентом, не желал вступать в союз с наполеоновской Францией. Более того, к великой досаде Наполеона, готовившего проход против России, Бернадот гарантировал русскому царю Александру I нейтралитет Швеции в случае войны. Он сказал ему: «Если Россия будет побеждена, все государи подвергнутся произволу Наполеона, и тогда лучше быть пахарем, чем государем».

Наполеон в негодовании говорил, что Бернадот стал «всецело шведом». В 1813 г. принц-регент во главе шведской армии примкнул к антинаполеоновской коалиции и участвовал в битвах против своего бывшего императора.

Бескровная победа Бернадота

Одним из драматических моментов Лейпцигской «битвы народов» 1813 г. стал переход саксонской армии, сражавшейся на стороне французов, в ряды противника. К этому событию был лично причастен командовавший шведской армией Бернадот.

Саксония познакомилась с Бернадотом в 1807 г., когда он в качестве французского маршала помогал Наполеону завоевывать германские и польские земли. В памяти саксонцев он остался полководцем-рыцарем, исключительно гуманно относившимся к мирному населению и военнопленным. В самый разгар Лейпцигской битвы 1813 г., когда Бернадот выдвинулся против саксонской армии, та предпочла перейти на его сторону. «Страшная пустота зазияла в центре французской армии, точно вырвали из нее сердце» (А. Мережковский).

Заблуждения молодости

Было замечено, что Бернадот, король Швеции с 1818 г., упорно избегает всякого осмотра его врачами. Причина этого со временем была разгадана и стала широко известна: на груди шведского монарха красовалась татуировка «Смерть королям и тиранам!». Эту надпись он сделал в годы молодости, когда был участником французской революции, низвергнувшей Людовика XVI.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Иоахим Мюрат

Жоаким Мюрат-Жорди родился в семье трактирщика Пьера Мюра и его жены Жанны Лабужер в городишке Бастид-Фортуниере (сейчас Бастид-Мюрат) под Тулузой. Его мать родила его в 45 лет 12 ребенком. Юный Иоахим был со способностями и получил богословское образование в Лазаревской семинарии в Тулузе. Дальше он круто изменил свое будущее: по одной версии он поссорился с товарищем, по другой он соблазнил местную девушку, начал жить с ней и когда кончились его деньги и начались проблемы, сбежал, завербовавшись в 1787 году в королевский конно-егерский полк, проходивший через Тулузу. Юный двадцатилетний Иоахим любил лошадей и решил попытать счастья волонтером на службе короля. Через два года он стал сержантом и, нарушив субординацию или, другими словами, активно, включившись в мятеж, был уволен из армии. Вернувшись домой, Мюрат встретил холодный прием у отца и отсутствие поддержки. Он побывал трактирным слугой, бакалейщиком, грезя о прекрасном: его внешний вид сделал его участником праздника Республики 14 июля 1790 года. И в следующем году он восстановился в армии и уже 15 октября 1792 года стал су-лейтенантом, 14 апреля 1793 года капитаном. Да здравствует Великая Французская революция – ликовал он в 1794 году отправляясь в Париж.

В октябре 1795 году в Париже полыхнуло восстание роялистов 13 вандемьера. Молодой корсиканский генерал Бонапарт, защищавший Директорию, искал смельчака для перевозки пушек из Саблона в Париж. Мюрат вызвался, привез орудия и роялисты были расстреляны картечью из привезенных 40 пушек 4 октября 1795 года. В награду Мюрат был поставлен во главе бригады 2 февраля 1796 года. 10 мая 1796 года, сопроводив генерала Бонапарта в Италию, вернулся в чине бригадного генерала с вражескими знаменами и славой отважного вояки. На своей сабле он выгравировал надпись: «Честь и дамы».

В Египте Мюрат возглавлял кавалеристов и первым ходил в атаку. 2 июля 1798 года пала Александрия, но военное счастье переменчиво. Двухмесячная осада и пять кровавых штурмов вынудили французов отступить. Мюрат захватил Мустафа-пашу в сражении при Абукире 25 июля 1799 года, отрубив ему два пальца и получив пробитую пулей челюсть, звание бригадного генерала и славу в армии.

Вернувшись во Францию Мюрат разогнал со своими гренадерами под барабанный бой парламент в зале заседаний Совета Пятисот – Великая Французская Революция была закончена. Парламентарии не были ни арестованы, ни убиты, они только попрыгали в окна и некоторые успели просочиться сквозь двери. «Вышвырните-ка мне всю эту публику вон!» — громовой голос генерала Мюрата перекрыл барабаны.

Тогда еще первый консул Наполеон наградил Мюрата рукой своей сестры Каролины, сделав ее его женой в 1800 году. Дальше 19 мая 1804 он стал маршалом, в 1805 адмиралом и принцем. Мюрат командовал кавалерией в Австрийской кампании и завоевал Вену 11 ноября 1805 года, но за неповиновение провел под конвоем сражение под Аустерлицем.

В 1806 году он стал герцогом германского Берг и Клеве на границе с Нидерландами, в последующие годы сражался в войне Франции против Пруссии, Англии, Швеции и России. Славу ему принесло сражение при Прейсиш-Эйлау 8 февраля 1807 года, когда была проведена атака «80 эскадронов» — кавалерийский бросок во главе 8 тысяч всадников. Он стал королем Неаполя в 1808 году. Стараясь быть хорошим королем, он заботился о реформах и армии.

В 1812 году император Наполеон вызвал Мюрата для похода на Россию. Полгода неаполитанский король налетал со своей кавалерией на русские отряды и мерился скоростью лошадей с пушками в сражении при Бородине. 18 октября 1812 был окружен в Тарутине, пока Наполеон был в Москве, вышел из окружения и принял командование остатками Великой Армии, лошади пали, его кавалерия стала пехотой. Передача ему командования не помогла – в Вильне неаполитанский король Мюрат бросил командование и начал спасать себя и свое королевство заискивая перед всеми европейскими правителями. Потом покаялся и попросился обратно к императору Наполеону на службу в 1813 году. Снова не помогло: в «Битве народов» 16-19 октября 1813 года под Лейпцигом он был разбит и вернулся в свое королевство.

Мюрат изо всех сил пытался дружить с европейскими монархами и напоминать запертому на Эльбе Наполеону о прошлых славных днях. Как только Наполеон вернулся, высадившись в бухте Жуан, король Мюрат объявил войну и занял Рим, Анконь и Болонью. Но опять не помогло. 21 апреля 1815 года он был разбит при Толентино. Мюрат бросился в Париж к Наполеону – но дверь мятежного императора больше не открывалась перед ним. Он помчался на Корсику, завербовал отряд в 600 человек и поплыл с ними обратно в Неаполь. Там его арестовали, судили и дали всего 30 минут после приговора на причащение. 13 октября 1815 года он сам отдал команду стрелять солдатам.

Наполеон писал о Мюрате: «Он был моей правой рукой, но, предоставленный самому себе, терял всю энергию. В виду неприятеля Мюрат превосходил храбростью всех на свете, в поле он был настоящим рыцарем, в кабинете — хвастуном без ума и решительности».

Королевство Богемия — Kingdom of Bohemia

Королевство Богемия
České království ( Чехия )
Königreich Böhmen ( немецкий )
Regnum Bohemiae ( Latin )
1198-1918
Королевство Богемия и Земли Чешской короны в пределах Священной Римской империи (1618)
Статус Имперское государство в Священной Римской империи (1198-1806)
Корона земля в Богемской короне
(1348-1918)
Императорский избиратель (1356-1806)
Корона земля в Габсбургской монархии (1526-1804) , в Австрийской империи (1804-1867 ) , а также из Cisleithanian части Австро-Венгрии (1867-1918)
Капитал Прага
Общие языки Чешский , Латинский , Немецкий
религия Римско — католическая
Гуситский
лютеранская
Еврейский
Правительство Феодальная монархия
король
• 1198-1230 Оттокар I (первый)
• 1916-1918 Карл III (последняя)
история
• Королевство установлено 1198
• Наследственный королевский титул
подтвердил
26 сентября 1212
• Открытие Люксембургской династии 7 апреля 1348
• Стал основная часть Bohemian Краун земель 5 апреля 1355
25 декабря 1356
• Король Фердинанд I, император Священной Римской империи 16 декабря 1526
• Растворение австро
Венгерской империи
31 октября 1918
валюта Denarius
брактеат
Крейцер
Groschen
Талер
Гульден
Krone

Предшествует Преемник
Герцогство Чехии

Первая Чехословацкая республика

Сегодня часть
  • Чехия
  • Германия
  • Польша

Королевство Богемии , иногда в англоязычной литературе называют Чешское королевство ( Чехия : České království ; немецкий: Königreich Böhmen ; латинский : Regnum Bohemiae , иногда Regnum Czechorum ), была средневековая и ранняя современной монархией в Центральной Европе, предшественник современная Чехия . Это было имперское государство в Священной Римской империи , и чешский король был курфюрстом империи. Короли Чехии, кроме Чехии , также правили землями Богемии короны , которые в разное время включал Моравию , Силезию , Лужицы и части Саксонии , Бранденбурга и Баварии .

Королевство было установлено династии пршемысловской в 12 — м веке из герцогства Чехии , позже , управляемом Палатой Люксембурга , в династии Ягеллонов , а с 1526 по Габсбургов и его преемника дома Габсбургов-Лоррейн . Многочисленные короли Богемии были избраны императоров Священной Римской империи , и столица Прага была имперским место в конце 14 — го века, а в конце 16 — го и начала 17 — го века.

После роспуска Священной Римской империи в 1806 году, территория вошла в состав Габсбургской Австрийской империи , а впоследствии Австро-Венгерской империи с 1867. Чехии сохранил свое название и официальный статус в качестве отдельного Чешского королевства до 1918 года, известный как корона земли в пределах Австро-венгерской империи, и ее столица Прага была одним из ведущих городов империи. Чешский язык ( так называемый чешский язык на английском языке использования до 19 — го века) был основным языком Сейма и дворянство до 1627 (после того , как Bohemian Бунт был подавлен). Немецкий был затем официально приравнены с чешской и в конце концов возобладал как язык Сейма , пока чешского национального возрождения в 19 веке. Немец также широко используется в качестве языка управления во многих городах после того, как немцы иммигрировали и заселен некоторые районы страны в 13 веке. Королевский суд использовал чешский, латинский и немецкий языки, в зависимости от линейки и периода.

После поражения Центральных держав в Первой мировой войне , и королевство и империя были распущены. Чехи стали основной частью вновь образованной Чехословацкой Республики .