Казни древней Руси

Татьба

в древнем русском праве означала преступное похищение чего-либо или насильственное отнятие, не переходящее в разбой. Главным образом это выражение употреблялось тогда, когда речь шла о корыстном похищении имущества, но существенным признаком Т. было не нарушение имущественных прав, а корыстный мотив, руководивший деятелем, почему прежние узаконения говорят и о головной Т. Само по себе слово Т. не означало еще сознательного образа действий: название «тать» могло относиться и к неодушевленным предметам (напр. пуд—тать, т. е. неверный разновес); но когда речь шла о Т. как о преступлении, то заведомость и умышленность предполагались необходимо уже ввиду момента корысти как существенного признака Т. До уложения царя Алексея Михайловича Т. была единственным термином для обозначения тайного похищения движимости и насильственного ее отнятия, не переходящего в разбой; уложение 1648 г. вводит также выражение «украдет», «крадет», но эти последние слова оно знает как описательные, как определения, Т. же по-прежнему остается единственным термином. Воинские артикулы заменили слово Т. словом воровство, описывая означенное им действие словами «украдет», «покрадет»; но практика общих судов следовала терминологии уложения и для обозначения кражи в техническом смысле употребляла выражение Т.: выражение «кража» скорее относилось к способу действия (украдкой), чем к особому виду преступления. Лишь указом 1781 г. выражение Т. как техническое окончательно было вытеснено и заменено выражением воровство-кража (XVI, 485). Ср. И. Фойницкий, «Мошенничество по русскому праву» (СПб., 1871).

Значение слова татьба

Примеры употребления слова татьба в литературе.

Эта древняя основа обличается тем, что пеня за татьбу в случае несостоятельности татя заменялась повешением: гривна кун служила единственной понятной меркой не только чувства чести, но и самой жизни человека.

На Руси куда больше разбоя, татьбы, головничества, вот на что смотреть надобно.

Право суда, и самого тяжкого суда — за убийство, татьбу, грабление — дано князю!

И кара настигала преступников и кощунников за воровство и татьбу, за дармоедство и лень, за пьянство и алчность, за похоть и тщеславие, гордыню и сребролюбие, драчливость и уныние.

Норовить потворствовать, угождать Ны нас Обаче но, однако, напротив Объярь дорогая шелковая ткань Овамо туда Одесную справа Опала немилость Опашень летняя одежда без воротника, которую носили внакидку Опричь кроме Осифляне последователи игумена Иосифа Волоцкого, отстаивали незыблемость церковных догм, монастырское землевладение Оси острие посоха Охабень распашная длинная одежда с откидными рукавами Ошую слева Панагия икона, носимая высшим духовенством поверх одежды на груди Паки опять, снова, еще Пардус барс Пахолик прислужник, челядинец, оруженосец у поляков Паче больше, лучше Перст палец Пищаль пушка, а также ружье — ручная пищаль, ручница, самопал Повет воеводство, округа Подымные подать с дыма, то есть с очага Подьячий низший приказной чин Поклеп клевета, оговор Полоняничные подать на выкуп пленных Поминок подарок Рогатки сторожевые заграждения Рухлядь пожитки, скарб, меха Сафьян тонкая кожа, выделанная из козьих или ове чьих шкур Свей шведы Седмица неделя Семо сюда Сермяга кафтан грубого некрашенного су

А кто горожанин, или крестьянин, или иного звания деньги даст боярским обычаем, кабалой и холопство заводит, и того бить плетьми, а кто на себя кабалу дал, того бить плетьми же да срамить, водя на веревке, как татя, ибо нет татьбы пуще, чем себя, человека разумна, лишить божьей воли.

Останавливаясь где-нибудь в деревне или городе, Васька Собакин опять затевал расспрос и побои: — Все одно дознаюсь, с кем в татьбе на дороге ты был.

Однако теменские люди в большинстве своем соглашались, что разбой и татьба сошли на нет, что от царя исходит одна лишь милость и защита, что кротостью своей приближает он приход Мессии, который избавит от погибели всех праведных и подающих надежды на спасение.

Ведал сей приказ всей Москвой, и, что бы где в столице ни случилось — татьба ли, разбой ли, пожар ли, или иное какое лихо, — за все про все перед государем был в ответе Земский приказ.

Во-первых, самые тяжкие преступления, как душегубство и татьба с поличным, церковный суд разбирал с участием княжеского судьи, который, вероятно, и произносил в подлежащем случае смертный приговор.

В челобитной поминалось фальшивое серебро, воровство, что чинилось иноземцами, скупка ворвани на пять лет вперед, обманы таможенных целовальников, татьба с жемчугом, смолою, пенькою и многими другими товарами, бесчинства в городе, как селятся иноземцы где захотят.

Они просили угодника Николая спасти Костю и всех его новых товарищей от разбойников и воевод, от болезней, от татьбы, от непогоды и лихоимства мытников.

На бедного всюду разбой белым днем, и искать в татьбе не с кого: все знаем набольших татей мздоимцев, да лих, молчим!

Статья помещена не на месте, не среди статей о татьбе, а в конце, как прибавление, рядом с другой, также не попавшей на свое место позднейшей статьей о вознаграждении человека, несправедливо по чьему-либо иску подвергшегося аресту или наказанию кнутом.

Татьба татьбой, что воевода не подобрал — то они сорвут, об этом и речи нет, а насчет цитадели, и Пушечного двора, и хлебного жалованья, и сиротских гривен — все верно!

Источник: библиотека Максима Мошкова

Смертная казнь

B Русской Правде прямо не говорится о смертной казни. B силу этого создалось впечатление, что ее вообще не существовало как самого древнейшего института уголовного права. «Русскому народу смертная казнь была противна; даже татары не успели при­вить вкус к ней; в нашем законодательстве до первых царей о смертной казни упоминается очень редко…

«

Между тем, высказывалась мысль, что месть за убийство — это смертная казнь по решению княжеского суда. «Личные казни, которые совершали князья над тем или другим ослушником своей воли, над тем или другим врагом своим, при господстве в народном праве системы денежного расплачивания, должны быть рассматри­ваемы, как последствия мести княжеской, а не правосудия уголов­ного, точно так же как казни, совершаемые время от времени воль­ными общинами над своими виновными гражданами. B них нет ни-

чего определенного, точного, постоянного. Произвол князя или об­щины определяет их род и вид».

Сторонниками фактического наличия смертной казни высту­пал H. Неклюдов и С.И. Викторский.

B связи с рассматриваемым вопросом весьма интересной яв­ляется точка зрения В.В. Момотова, полагающего, что отсутствие смертной казни в русском уголовном праве эпохи раннего средне­вековья объясняется существованием иных мер наказания, которые фактически приводили к тому же результату. Таким эквивалентом на Руси было, например, наказание в виде «потока и разграбления», что было в то время равносильно смерти.

He вступая в дискуссию с мнением уважаемого ученого, не­обходимо отметить, что анализ текста Русской Правды и современ­ных ей правовых памятников не позволяет сделать такой вывод.

По мнению других, смертная казнь прямо вытекала из института частной и родовой мести, существовавшего у всех без исключения на­родов, выдвигавшего начало оплаты кровью за кровь, смертью за смерть. «У нас лишение жизни за преступление существовало сначала в форме правой мести». K этому же приводило и влияние византий­ского права, допускавшего смертную казнь в широких размерах.

И если судить по летописным источникам, по времени при­мыкающим к Русской Правды, смертная казнь в Киевском государ­стве, например, людей, восставших против князя, была делом на­столько обычным, что закон счел возможным не говорить о ней во­обще. Так, например, предлагается считать, что ст. 21 Краткой pe- дакции содержало предписание, согласно которого за убийство ог­нищанина полагалась смертная казнь.

При этом умолчание о ней, как правило, объясняют двумя об­стоятельствами: пониманием смертной казни как продолжения кров­ной мести, которую стремятся устранить, а также влиянием христиан­ской церкви, выступающей против смертной казни вообще.

Как отмечает А.Ф. Кистяковский в своем диссертационном исследовании о смертной казни «христианская церковь гнушалась пролитием крови и не сомневалась в исправимости преступника. Представлять казнь религиозным актом — значит считать божество способным по-человечески гневаться на преступника и находить удовольствие в кровавых жертвах».

Между тем, во избежание создания одностороннего, а следо­вательно, искаженного представления, не следует игнорировать тот факт, что Иисус Христос нигде не высказал общего взгляда на смертную казнь.

B то же время, христианская религия, возражая против убий­ства как преступного деяния, всегда соглашалась с правом государ­ства наказывать виновных в совершении некоторых преступлений смертной казнью. B частности, по Библии, за убийство, прелюбо­деяние, мужеложество, скотоложество полагалась смертная казнь.

Кроме этого, кровная месть и смертная казнь относятся к раз­личным периодам развития общества. При этом кровная месть — к древнейшей поре правового бытия, а смертная казнь — к более позднему периоду усиления роли государства.

B свою очередь, полагаем, что смертная казнь через повеше­ние, впервые введенная в Уставной грамоте, данной в 1397 или 1398 г. великим князем Василием Дмитриевичем вновь присоеди­ненной к Москве Двинской земле, за кражу, совершенную в третий раз, в период действия Русской Правды в установленный законода­телем перечень видов наказаний не могла входить. Скорее всего, она являлась прерогативой экстраординарных полномочий князя и

применялась в чрезвычайных ситуациях, со ссылкой на прямое деи- ствие библейских постулатов.

Косвенным тому подтверждением, например, может служить знаменитое летописное повествование о рекомендации епископов князю Владимиру относительно казни разбойников. При этом князь воспринимал смертную казнь как грех, т.е. одновременно и как пре­ступление. Восприняв рекомендации епископов, опиравшихся на законоположения Кормчей книги, в этой чрезвычайной ситуации Владимир стал подвергать разбойников казни, но вскоре сам же от­менил ее как чуждую русской ментальности. Исходя из предписа­ний все той же Кормчей, в 1227 г. были сожжены в Новгороде че­тыре волхва, обвиненные в волшебстве.

Весьма категорично выступал против смертной казни как уничтожения христианской души великий князь Владимир Моно­мах. Вспомним его знаменитое «Поучение» к детям, в котором зву­чат следующие слова: «Ни правого, ни виновного не убивайте и не повелевайте убить его; если и будет повинен смерти, то не губите никакой христианской души».

B свое время, критикуя защитников смертной казни, В. Cnaco- вич писал «…мы живем не под моисеевым законом мести, но под христианским законом всепрощающим благодати, по которому одна минута искреннего раскаянии в разбойнике, искупает всю его жизнь прошедшую». Пожалуй, это мысль уместна и в данном случае.

B Русской Правде ничего не говорится о наказании за убийст­во князей и членов княжеского семейства.

Объясняется это рядом причин, но наиболее важная из них сводится к тому, что едва ли князья применяли к себе и к членам своего семейства нормы, установленные для бояр, своих мужей. При этом, вне всякого сомнения, их жизнь, телесная неприкосно­венность, имущество, усиленно защищались и в таких случаях при­менялась непосредственная расправа без суда и следствия.

Материал +18

Смертной казнью называют высшую меру наказания. История смертной казни начинается с возникновения самой первой формы государственности. Но если в раннефеодальном обществе смертная казнь была достаточно редким явлением, то со временем такое наказание постепенно развивалось.

Четвертование. 15 в.Вытягивание кишок. 1400-1450 гг.

Так, в Средневековье смертная казнь применялась не только в случае тяжких преступлений (убийство или разбой), но и за религиозные взгляды, считавшимися вне закона, – колдовство, например.

Хотя казнь на смерть применялась и в рядовых ситуациях с мелкими проступками – мелкая кража.

Такая форма наказания намеренно исполнялась публично, нередко казнили с предварительными пытками, например, существовали казни:

  • через четвертование;
  • колесование;
  • вытягивание кишок;
  • сожжение;
  • посажение на кол;
  • сваривание в кипящем масле;
  • закапывание живьем.

Публичные казни использовались для устрашения, чтобы другим неповадно было нарушать законы.

В уже упомянутые Средние века казнь могла быть использована не только государственным судом, но и феодалами по отношению к своим крепостным.

Вольтер подсчитал, что в средневековой Европе за одно только колдовство сожгли более 100 000 человек.Отсечение головы. 1377г.

Жестокость пыток с последующей казнью меняется к XVII-XVIII векам. В эти времена английские законы предусматривали 140 составов преступлений, за которые могли казнить, во Франции их было чуть меньше – 115.

Просветители сделали все возможное, чтобы уже к концу XVIII века казнь изменилась в своей форме.

Так, например, 1786 году, в Тоскане, официально отменили смертную казнь.

В Австрии сделали тот же шаг в 1788 году, хотя через время опять восстановили. Все-таки подвижки были – теперь казни применялись непублично, отменяют отдельные виды пыток.

Последняя казнь за колдовство через сожжение была применена в 1775 году в Германии.

В Англии постепенно уменьшается перечень преступлений, за которые казнили смертью.

В 1874 году, если в Англии человека видели в окружении цыган в течение месяца, к нему применяли смертную казнь.

В русском законодательстве смертная казнь применялась за кражу, которую совершили в третий раз. Это описано в Двинской уставной грамоте (1398 г.). Псковская судная грамота (1467 г.) расширила перечень преступлений до казнокрадства, поджогов, воровства в церкви, государственной измены.

Воинские артикулы Петра I предполагали смертную казнь в 123 случаях. Казнь осуществлялась через:

  • сожжение,
  • повешение,
  • отсечение головы,
  • заливание расплавленного металла в горло,
  • четвертование,
  • посажение на кол,
  • колесование, закапывание по плечи в землю.

Отказ от смертной казни попыталась осуществить Елизавета, дочь Петра I. Она издала законы, согласно которым смертный приговор не исполнялся, а представлялся в Сенат (1743, 1744 гг.).

Традиционная смертная казнь в основном заменялась на политическую через клеймение, рвание ноздрей или вечную ссылку в каторгу.

Несмотря на все указы и законы, смертная казнь все равно осуществлялась. В частности, вследствие пугачевского восстания было казнено около 20 тысяч.

Свод законов Российской Империи 1832 году предусматривал высшую меру наказания за:

  • политическое преступление,
  • нарушение карантинных правил,
  • воинское преступление.

К XIX веку такая мера наказания практически не использовалась. В ходе революции (1905 – 1907 гг.) ее применение на время восстановилось, но решение принимали внесудебные органы, такие как военно-полевые суды или главнокомандующие.

С. А. Кириллов. «Степан Разин»

В 1917 году ее восстановили за убийство, измену, разбой, но только на фронте. При Советском режиме применялись расстрелы, но только в отдельные периоды. Самая широкая практика была развернута в 30ые года за контрреволюционные преступления, но на протяжении всего времени существования Союза высшая мера наказания считалась «временной».

Полную отмену смертной казни ввели Эквадор (1906 г.) и Уругвай (1907 г.). К концу 80ых такое же решение приняли еще 30 стран.

К концу 1995 года смертный приговор отменен в 72 странах, в 30 других ее признали де-факто, но 90 стран сохранили казнь как меру наказания.

Несмотря на общемировую тенденцию отказа от такого приговора, история смертной казни на этом не завершается. Некоторые штаты США наоборот – восстанавливают казнь, а в таких странах как Саудовская Аравия, Корея, Китай эта мера наказания расширяет сферы своего применения.

Источник: Энциклопедия юриста (Додонов В.Н.)

История возникновение и развитие науки (стр. 1 из 8)

История возникновение и развитие науки

1. История возникновение и развитие науки

1.1 Возникновение и развитие науки, ее функции

1.2 Научное познание и его специфические признаки

1.3 Строение и динамика научного знания

1.4 Методология научного познания

1.5 Методы эмпирического и теоретического исследования

1.6 Этика науки

Список использованных источников

наука эмпирический теоретический ученый

1. История возникновение и развитие науки

1.1 Возникновение и развитие науки, ее функции

В древности человек, добывая себе средства к жизни, сталкивался с силами природы и получал о них первые, поверхностные знания. Миф, магия, оккультная практика, передача опыта внетеоретическим способом от человека к человеку — таковы некоторые формы донаучного знания, обеспечивавшие условия человеческого существования. Л.И. Шестов утверждал, что существуют и всегда существовали ненаучные приемы отыскания истины, которые приводили если не к самому познанию, то к его преддверию. Ненаучное понимается как разрозненное, несистематическое, неформализованное знание. Донаучное знание выступает прототипом, предпосылочной базой научного. Следует также иметь в виду, что есть сферы человеческой деятельности и отношений, которые весьма затруднительно выразить строгими нормами научной доказательности, например области нравственности, культурно-этических традиций, веры, аффектов и т.д. М. Вебер, Р. Триг, П. Фейерабенд и др., рассуждая о границах научного познания, приводили следующие аргументы.

1. Человеческая жизнедеятельность шире и богаче рационализированных ее форм, поэтому необходимы помимо научно-рациональных иные методы изучения и описания бытия и его частей.

2. Научное познание есть не только сугубо рациональный акт, но и включает в себя интуицию, творчество без осознанных логических операций.

3. Наука, развиваясь на основе собственной логики, в то же время опосредована всем социокультурным фоном и не является лишь плодом разума.

В целом, отвергается не значение науки в функционировании системы «человек — общество — природа», а ее порой чрезмерные претензии на решение различных проблем.

Удивление явилось началом философии, ибо это есть начало мысли, а возникшее по поводу многих явлений мира и тайн человека недоумение есть начало науки (точнее, пред- науки). Элементарная наука возникла тогда, когда произошло отделение умственного труда от физического и сформировалась особая группа людей — ученых, для которых научная деятельность стала профессией.

Предпосылки науки создавались в Египте, Вавилоне, Индии, Китае, Греции, Древнем Риме в форме эмпирических знаний о природе и обществе, в виде зачатков астрономии, этики, логики, математики и др. Эти зачатки сведений и знаний объединялись в рамках философии. В античности и средние века понятия «философия», «знания» и «наука» совпадали.

Центрами обучения и формирования творческих качеств ученого стали научные школы — неформальные объединения коллег. Платон создал школу-академию. В средние века появились публичные диспуты, шедшие по жесткому ритуалу. Им на смену пришел непринужденный диалог между людьми в эпоху Возрождения. В последующем формы диспута и диалога переросли в процедуры защиты диссертаций. Общение ученых с целью обмена идей ведет к приращению знаний. Бернард Шоу рассуждал: если два человека обмениваются яблоками, то у каждого остается по яблоку. Но если они передают друг другу по одной идее, то каждый из них становится богаче, обладателем двух идей. Полемика, оппонирование (открытое или скрытое) становятся катализатором работы мысли.

Наука ориентируется на поиск сущности, того, что не дано непосредственно чувствам. Необходимым стало умение реальные объекты трансформировать в идеальные, существующие в мысли, в логике рассуждений, в расчетах. Начиная с античности, функцией научной деятельности стала объяснительная (обоснование и разъяснение различных зависимостей и связей, существенных характеристик явлений, их происхождения и развития).

Идея рациональности постепенно дополнялась идеей возможности перевести идеальный объект в материальный. Предвестником опытной науки стал Р. Бэкон (XIII в.). Он критиковал схоластический метод, предлагал опираться на опыт, большое значение придавал математике, обращался к проблемам естествознания. Родился эксперимент, соединивший идеальность (теорию) и технологичность («делание руками»). Б. Рассел писал о двух интеллектуальных инструментах, конституировавших современную науку, — изобретенный греками дедуктивный метод и впервые систематически использованный Галилеем экспериментальный метод.

Наука в собственном смысле слова возникла в XVI — XVII вв., когда «наряду с эмпирическими правилами и зависимостями (которые знала и преднаука) формируется особый тип знания — теория, позволяющая получить эмпирические зависимости как следствия из теоретических постулатов». Наука, в отличие от обыденного знания, доводит изучение объектов до уровня теоретического анализа. Э. Агацци считает, что науку следует рассматривать как «теорию об определенной области объектов, а не простой набор суждений об этих объектах».

Факторами возникновения науки стали: утверждение в Западной Европе капитализма и острая потребность в росте его производительных сил, что невозможно было без привлечения знаний; подрыв господства религии и схоластически-умозрительного стиля мышления; наращивание количества фактов, которые бы подлежали описанию, систематизации и теоретическому обобщению. Самостоятельными отраслями знания стали астрономия, механика, физика, химия и другие частные науки. Наиболее выдающимися естествоиспытателями, математиками и одновременно философами в XVI — XVII вв. были Д. Бруно, Н. Коперник, Г. Галилей, И. Ньютон, Ф. Бэкон, Р. Декарт, Д. Локк, Г. Лейбниц и др.

Научная рациональность выражается прежде всего как соразмерность мира критериям разума, логики. Начиная с XVII в. рациональность становится одним из фундаментальных идеалов европейской культуры. Как социальный институт наука оформилась в XVII — XVIII вв., когда возникли первые научные общества, академии и научные журналы.

Античное и средневековое представление о космосе как конечном и иерархически упорядоченном мире в Новое время уступает место представлению о бесконечности Вселенной, о природе как совокупности естественных, причинно обусловленных, не зависящих от человека процессов. Ориентация на изучение объективного мира вещей и вещных отношений в качестве функции науки выдвигала задачу познания с целью переделки и преобразования природы. Ф. Бэкон провозглашал, что цель науки — господство над природой ради повышения благосостояния общества и совершенствования производства. Он выступал за союз философии и естествознания. Ф. Бэкон — автор афоризма «Знание — сила», в котором отразилась практическая направленность новой науки. Адекватной этой задаче формой организации знания явилась рационально-логическая, представлявшая знание в правиле, математической формуле, рецепте и т.д., что фиксировалось в справочниках и учебниках. Развивалась прогностическая функция науки.

В XVII в. разделение труда в производстве вызывает потребность в рационализации производственных процессов. В XVIII — XIX вв. значительно сильнее подчеркивалась связь науки с практикой, ее общественная полезность. Д-И. Менделеев, например, подчеркивал взаимную заинтересованность друг в друге промышленности и науки.

Наука возникла из практики и развивается на ее основе под влиянием общественных потребностей (астрономия, математика, механика, термодинамика, биология химия и т.д.). Практика не только ставит задачи и стимулирует науку, но и сама развивается под ее воздействием. Например, электродинамика возникла преимущественно в научных лабораториях и дала импульс для электротехники, создания новых средств связи. Атомная, лазерная, компьютерная, биоинженерная технологии возникли не из повседневного опыта, а в головах ученых. В XX в. теоретическое и экспериментальное естествознание, а также математика достигли такого уровня, что начали оказывать решающее воздействие на развитие техники и всей системы производства. Наука, превратившись в отрасль массового производства — индустрию знаний, стала, как предвидел К. Маркс, производительной силой общества. Наука внедряется в производство через многочисленные посредствующие звенья (новую технику, новые технологические процессы и т.п.), создание которых требует определенного времени. В этом смысле наука — опосредованная производительная сила. Взаимосвязь практики и науки не следует понимать примитивно в том смысле, что каждое положение науки должно подтверждаться практикой и применяться на практике. «В процессе обоснования положений науки мы пользуемся многими приемами опосредованного сопоставления научных утверждений, научных контекстов с действительностью (логическим доказательством, принципами соответствия, принципами простоты и непротиворечивости, отысканием моделей, удовлетворяющих формальным системам, правилам сведения сложного к простому и т.п.), которые лишь в конечном счете связаны с практикой».

По своей сущности наука, отмечал Н.А. Бердяев, есть реакция самосохранения человека. Обращенность науки к человеку особенно стала заметной с середины XX в. Это вызвано тем, что автоматизация освобождает работника из технологического подчинения машине. Поэтому прежняя ориентация на технику теряет самодовлеющее значение. М. Вебер, подчеркивая позитивную роль науки в обществе, считал, что наука разрабатывает, во-первых, технику овладения жизнью» — как внешними вещами, так и поступками людей, во-вторых, методы мышления, ее «рабочие инструменты» и вырабатывает навыки обращения с ними, т.е. наука служит школой мышления. Усилилась роль науки как социальной и политической силы общества. Наука используется для разработки планов и программ социального и экономического развития, для грамотного политического управления. Наука опосредованно, через социальные общности и политические организации общества, систему общемировоззренческих и культурных установок, определяет социальное, политическое, экологическое и демографическое поведение, цели общественного развития. Наука изменяет отношения «человек — природа», «человек — машина» и «человек — человек», т.е. воздействует на всю общественную практику.