Кавказская исламская армия

Фархад Джаббаров: «Если бы не Кавказская исламская армия, Баку не был бы азербайджанским»

15 сентября отмечается 100-летие со дня освобождения Баку Кавказской исламской армией, возглавляемой турецким генералом Нури пашой. В середине сентября 1918 года столица Азербайджанской демократической республики была освобождена от дашнакско-большевистской оккупации и английских интервентов. О событиях тех лет «Вестнику Кавказа» рассказал ученый секретарь Национального музея истории Азербайджана НАНА, доктор философии по истории Фархад Джаббаров.

— День освобождения Баку Кавказской исламской армией отмечается в Азербайджане довольно широко – проходит множество мероприятий; чтобы отметить юбилей, приезжает президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Почему эта дата так важна для истории Азербайджана?

— Я отвечу на этот вопрос словами Расулзаде. Он говорил, что 15 сентября –такая же значимая для истории Азербайджана дата, как и 28 мая, когда была объявлена независимость государства. После создания АДР государство фактически не контролировало огромные промышленные, культурные, экономические центры, в частности Баку — сердце Азербайджана. Для того, чтобы закрепить независимость, нужно было вернуть этот город. Во-первых, это исконное право азербайджанского народа. Во-вторых, Баку — стратегический порт, стратегический город. Поэтому вся деятельность молодой АДР, когда она объявила о своей независимости, была направлена с одной стороны, на то, чтобы довести до мирового сообщества эту новость, а с другой – на освобождение Баку.

Если бы не было Кавказской исламской армии, то сегодня Баку не был бы азербайджанским городом. Планы тех сил, которые находились в это время у власти в Баку, были нацелены на то, чтобы оторвать город от Азербайджана, подчинив его России. Поэтому для нас День освобождения Баку не менее важный праздник, чем День независимости.

— Кавказская исламская армия состояла из азербайджанцев и османских турок. На руководящих должностях был турки?

— Накануне объявления независимости Азербайджан фактически не имел регулярной армии. Учитывая предыдущий исторический опыт, когда азербайджанцев вообще не призывали в обязательном порядке на действительную военную службу, военных кадров было очень мало. Когда 4 июня 1918 года был заключен Батумский договор между Османской империей и закавказскими республиками (Азербайджаном, Арменией и Грузией), в него был включен пункт о том, что если Азербайджан запросит военную помощь у Османской империи, то она эту помощь окажет. Турецкие офицеры-инструкторы, которые прибыли в Баку, фактически занимали руководящие должности, но в составе Кавказской исламской армии было значительное количество азербайджанцев-добровольцев. Баку был их конечной целю, но были и друге регионы, которые контролировались большевиками.

В Кавказской исламской армии сражались азербайджанские офицеры Али-Ага Шихлинский, Самед-Бек Мехмандаров и другие. Это была совместная военная операция турецко-азербайджанских сил по освобождению Баку, в которой азербайджанцы приняли не меньшее участие, чем наши турецкие братья.

— Можно ли говорить о подъеме национального самосознания, о том, что люди поднялись на защиту родины?

— Естественно. Ведь до этого были мартовские события 1918 года, приведшие к многотысячным жертвам среди азербайджанцев не только в Баку, но и в других населенных пунктах. В Северном Азербайджане также проводились этнические чистки. У населения это вызывало негативную реакцию. Люди поняли, что силы, которые держат власть в Баку, те же самые, которые уничтожали азербайджанцев с марта 1918 года. Порыв освободить город от чужеземных сил был продиктован именно подъемом национального самосознания.

— Что было бы, если бы не Кавказская исламская армия?

— Баку не был бы азербайджанским городом. Власть бы власть держалась в руках эсеров, меньшевиков, дашнаков. Учитывая, что диктатура Центрокаспия пригласила сюда англичан, то и территориально, и юридически Баку тоже не был бы территорией Азербайджана.

— Как интеллигенция восприняла эту армию? Есть ли архивные данные?

— Архивных материалов, к сожалению, мало, но есть воспоминания о том, как армия вошла в Баку. Здесь был проведен парад. В массовом порядке люди вышли на улицы встречать эту армию как освободительницу. В честь Нури паши и командования кавказской исламской армии был дан банкет, он гостил в доме Тагиева.

Наши миллионеры, меценаты финансировали эту армию, оказывали помощь обмундированием, оружием и продуктами. И у простых людей, и у интеллигенции, и у предпринимателей позиция была однозначной — город должен быть освобожден, и надо приложить максимум усилий к этому. Даже когда турецкая армия покидала Баку в октябре 2018 года, с ней прощались очень тепло. Ежегодно, когда отмечалась годовщина освобождения Баку, писались статьи, и это событие оценивалось как самый настоящий праздник. Наша эмиграция тоже никогда не забывала эту дату.

— Почему же тогда через два года, когда ХI Красная армия вторглась в Баку и оккупировала Азербайджан, не было такого турецко-азербайджанского сплочения?

— За два года произошли большие геополитические изменения. В 1918 году ситуация была другая, и Османская империя не могла оказывать военную помощь Азербайджану. В 1920 году, когда сама Турция фактически вела борьбу за выживание, помощь оказывать было трудно. Во-первых, в Турции шла борьба с иностранной агрессией. Во-вторых, фактически существовало два правительства – султанское правительство в Стамбуле и правительство национального собрания в Анкаре. Условий для того, чтобы Турция помогла Азербайджану, уже не было.

— Сегодня в Национальном музее истории Азербайджана открылась выставка, посвященная 100-летию освобождения Баку. На ней представлены экспонаты фонда Музея истории или привезенные?

— Все из нашей коллекции! С 2008 года мы проводили такие выставки к 90-летию, 95-летию, в этом году — к 100-летию освобождения Баку. Каждый раз, естественно, концепция выставки меняется, дополняется новыми экспонатами. Но оружие, ковры, в частности ковер, сотканный в честь турецких офицеров, прибывших освобождать Баку, документы, фотографии – это все из коллекции музея. Мы стараемся таким образом, с одной стороны, демонстрировать то, что у нас есть в фондах, а с другой стороны, рассказывать о нашей истории.

В 2018 году это уже третья выставка, которая проводится в рамках столетия АДР. Первая была посвящена деятелям АДР, вторая — военному делу в Азербайджане, третья — освобождению Баку Кавказкой исламской армией.

Ветер с Апшерона

Мастер-класс турецкой армии для братской азербайджанской

19:55, 29 февраля 2020
Турецкая армия не то, что побеждает — она уничтожает армию Асада, у которого против турок просто нет способа. Читал в российской газете пересказ телефонного разговора сирийского солдата — «русские нас сдали, нам конец»…

Русские кинули сирийцев и заняли позу Штрауса — моя версия

Свое мнение о войне Турции в Сирии я высказывал, оно негативное. Я азербайджанский турок, мне анатолийские турки близки, родные. Но турецкая армия находится в Сирии, у них президент Асад, нас не касается — он законный или недемократичный. Понимаю
атаку сирийской авиации на турецкую военную колонну, по результатам которой погибло 33 турецких военнослужащих и за что Турция сейчас мстит.

Но сирийцы воюют в Сирии, и для них турки — оккупанты. Это
так, как бы у нас в Азербайджане не трактовали. А турки в
Сирии — чужие. Несомненная победа турецкой армии в Сирии означает
массовую гибель арабо-сирийских военнослужащих и боевиков, а значит
помножьте несколько тысяч погибших на членов их семей и близких.
Будет десятки, а потом сотни тысяч арабов, ненавидящих Турцию и тюрок.
А это надолго, так же как сотню лет протянется оправданная ненависть
украинцев к русским. Идет война, азербайджанцам она интересна также тем,
что братская армия Турции показывает мастер-класс современных
военных технологий. Правильно, что азербайджанская армия учится
у турок и проводит совместные с ними военные учения. Кстати, в
Азербайджане на днях начнутся очередные крупные военные учения.
Так вот, четыре года назад, в апреле 2016 года азербайджанская
армия сюрпризом для азербайджанцев и мира показала умение воевать
в стандарте 21 века. Я показывал тогда здесь военные видеозаписи:
беспилотник-корректор снимает сверху как ударный беспилотник и
артснаряды точно бьют в башню армянской военной
техники и командных штабов. В той войне немного комичным был удар азербайджанским
беспилотником по автобусу, везшему в Карабах на войну группу
армянских боевиков — участников войны начала девяностых годов.
Избежав законной кары в 92-93 годах, все они были казнены
одним азербайджанским БПЛА в апреле 2016 года. Вряд ли поняли,
что с ними случилось. Говорят, весь
автобус был в стельку пьян. На войну ведь торопились. Ну,
выпили для храбрости… У нашего врага до сих пор эффективного
БПЛА-оружия нет. Не считаю серьезным аргументом кустарные ‘
самолетики, которые падают иногда с неба рядом с азербайджанскими
боевыми позициями. Такие китайские поделки можно купить в бакинских

магазинах. В Сирии турки еще раз в боевых условиях проверили БПЛА-технологии, и
азербайджанские военные должны внимательно изучить опыт сирийской
войны. Нам он скоро пригодится. Второй важный опыт — политический.
Мне не нравится, когда в Азербайджане
оправдывают затягивание начала освободительной войны в Карабахе неким
гипотетическим неудовольствием России, которая якобы защитит армян. В
Москве такого не обещали, Путин молчит, а в Азербайджане вовсю одергивают
сами себя, пугаясь «российского вето». В Сирии российская армия просто
не вмешивается, прекрасно видя как крошится сирийская (советская по
происхождению) военная техника. Сирийские солдаты
смешиваются с землей прямо в блиндажах. Видеозаписи настолько ужасные,
что в пост я не разместил. Также будет в следующей нашей карабахской
войне. Россия будет наблюдать,
ограничиваясь ритуально-бессмысленными предложениями «давайте жить мирно».
В Кремле просчитывают выгоду или вред от близости с сторонами конфликта.
Турция для России экономически очень важна, Сирия — так себе. Азербайджан
России экономически очень важен, Армения — экономической пользы на пшик,
есть там 102-я военная база и она важна. Но также много политического
раздражения от Пашиняна. В итоге простого расчета Россия не станет мешать
нам вести освободительную войну в Карабахе, с условием, что дальше этой
географии военные действия не распространятся. Точно, как в Сирии, где
Эрдоган воюет в рамках, очерченных сочинским соглашением.

Как Кавказская исламская армия штурмовала Баку

100 лет назад, в сентябре 1918 года, турки и азербайджанцы взяли Баку. В городе произошли массовые убийства армян, было убито до 30 тысяч армян.

Потеря Баку стала чувствительным ударом как для Советской России (отправившей ноту протеста против нарушения Османской империей условий Брестского мира), лишившейся своей единственной опорной базы в Закавказье и источника поставок нефти, так и для Англии, продолжавшей с Османской империей войну. Теперь турки могли осуществлять дальнейшую экспансию в населенные мусульманами и тюрками регионы бывшей Российской империи — на Северный Кавказ и через Каспийское море в Среднюю Азию. Однако попыткам осуществления пантюркистских планов положило конец завершение Первой мировой войны и поражение Османской империи.
Война Азербайджана и Баку
Политические и национальные конфликты привели к тому, что между азербайджанским правительством в Гяндже и Совнаркомом Закавказья в Баку началась война. Мусаветисты (от партии Мусават) пытались наступать на Баку, но фронт замер в районе станции Кюрдамир, примерно посередине между двумя центрами власти. Боеспособность сил Азербайджана и Баку была низкой. Мусульмане разбегались, не желая воевать. Поэтому наиболее сильными подразделениями Азербайджана были банды беков. Красногвардейцы также отличались низкой дисциплиной, дезертировали, а мусульмане – переходили на сторону противника. Наиболее сознательной и боеспособной силой Баку были армянские отряды.
Определенное равновесие было нарушено, когда Турция направила на помощь Азербайджану 6-тыс. отряд Нури-паши, который стал ядром Кавказской исламской армии. Красный фронт затрещал. С 27 июня по 1 июля 1918 года произошла битва под Геокчаем. Потерпев поражение, красные начали отходить вдоль железной дороги в сторону Баку. Инициатива перешла к Кавказской исламской армии. 2 июля красные части оставили Ахсу, 10 июля, после трёхдневных боёв, — Кюрдамир, 14 июля — станцию Керар, и продолжали отходить вдоль железной дороги. 20 июля красные были выбиты из города Шемахи. После взятия города турецко-азербайджанские силы продолжили продвижение к Баку.
В Баку, по примеру Грузии, попытались опереться на немцев. Германия была заинтересована в бакинских нефтепромыслах – Баку был крупнейшим в России центром нефтедобычи. Германское командование даже планировало снять с Балканского театра бригаду кавалерии и 6 пехотных батальонов, перебросить в Поти для похода на Баку. Москва также старалась помочь советскому правительству в Баку: обещала свободный доступ к бакинской нефти, если Берлин окажет давление на Стамбул. Но Германии уже было не до Баку. На Западном фронте шло последнее решительное сражение с Антантой. Турецкая империя также разваливалась, поэтому Нури-паша действовал сам по себе. Москва обещала помощь, но прибыл только отряд Петрова (600 бойцов и 6 орудий). Остальные войска, которые следовали в Баку, были вынуждены оставить в Царицыне, которому угрожала казачья Донская армия. Тогда на Бакинском совете решили позвать на помощь англичан, которые заняли позиции в северной Персии.


Наступательные действия турецких и английских войск в Закавказье, 1918 г. Источник карты: https://ru.wikipedia.org
В итоге в Баку сложилась критическая ситуация. На город наступали турецко-азербайджанские войска. Советская Россия не смогла прислать значительные силы на помощь. Англичане на тот момент не могли оказать существенной помощи, хотя и очень высоко оценивали нефтепромыслы Баку. Они выслали только небольшой отряд. В городе начался голод. Подвоза продовольствия из России не было, а окрестные мусульмане-крестьяне ничего не хотели продавать «армянскому правительству». Совнарком своей политикой вызвал сопротивление остальных политических сил, и авторитет комиссаров быстро падал. В Бакинском совете большевики были в меньшинстве. Подавить сопротивление остальных партий комиссары не имели возможности. В Каспийской флотилии преобладали эсеры. Отряды дашнаков защищали не идеи мировой революции, а армянское население, сбежавшее сюда от резни со всего Азербайджана.

Командующий Кавказской исламской армией Нури-паша со своим адъютантом в Баку. 1918 год
Штурм Баку
30—31 июля 1918 года Кавказская мусульманская армия начала первый штурм Баку. В городе в это время происходила смена власти — на смену бакинским комиссарам, ушедшим в отставку в знак протеста против решения местного совета пригласить для обороны города британские войска, к власти пришла так называемая «Диктатура Центрокаспия». Диктатура Центрокаспия, получила свое название от сокращения названия Центрального комитета Каспийской военной флотилии — высшего советского же выборного органа Каспийской флотилии, созданного в Баку в ноябре 1917 года. Но в этом органе власти преобладали эсеры, меньшевики и дашнаки (армянская партия).
Бакинские комиссары сняли с фронта верные себе части и принялись грузиться на пароходы, намереваясь уйти в Астрахань. Эта попытка бегства вызвала взрыв негодования. В результате новое правительство Баку арестовало бакинских комиссаров за попытку их бегства в Астрахань без отчета о расходах бюджета и попытке эвакуации ценного имущества. В конце концов всё завершилось новым компромиссом. Арестованных большевиков выпустили, красные части вернулись на фронт и первый штурм отбили.

Орудие Кавказской исламской армии во время Битвы за Баку. 1918 год
Между тем положение на фронте стало критическим. Один из красных командиров — Лазарь Бичерахов, поднял мятеж. Терский казак (по происхождению осетин) во время мировой войны служил в экспедиционном корпусе генерала Баратова в Персии. В начале 1918 года сформировал в Персии небольшой отряд (около тысячи человек), состоявший на службе у англичан. Затем поступил на службу к бакинским комиссарам (очевидно, с согласия англичан). 30 июля покинул со своим отрядом (2 тыс. бойцов) линию обороны и ушел в Дагестан, оголив участок фронта протяженностью более 30 километров. Бичерахов со своим отрядом захватил Дербент и Петровск, создал и возглавил правительство Кавказско-Каспийского союза, в состав которого вошли девять представителей (двое от Терского Казачье-Крестьянского правительства, двое от Закаспийского исполнительного комитета, двое от Мугани и Ленкорани и по одному от городов Петровск, Дербент и Армянского национального совета), в сентябре признал Уфимскую директорию.

Ситуацию на некоторое время спасли англичане, все-таки прибывшие в Баку морем из Персии и остававшиеся в городе три тысячи красноармейцев, которые вступили в неожиданный тактический союз против турок. 4 августа в Баку высадился небольшой английский отряд. 5 августа турки ворвались в бакинский район Биби-Эйбат. Но они были быстро выбиты оттуда артиллерийским огнем и контрударом красноармейцев и англичан. В ходе боя турки понесли серьёзные потери и ненадолго отступили от Баку, готовя новый, более хорошо подготовленный штурм.

Выгрузка британцев в Баку
Тем временем большевики провели новую конференцию, было решено, что город не удержать надо снять войска с фронта и уходить морем. Опять погрузились на пароходы и попытались уйти. Но были остановлены кораблями Каспийской флотилии. Бакинских комиссаров арестовали. 13 августа находившиеся в Баку 3 тысячи красноармейцев были разоружены силами Диктатуры Центрокаспия и отправлены в Астрахань. Правительство эсеров и меньшевиков с одной стороны не хотело видеть красных в городе, с другой — не имело возможности содержать их как военнопленных. 17 августа в Баку по морю из северной Персии прибыл ещё один британский отряд. Обрадованные этим местные вооруженные формирования Диктатуры Центрокаспия попробовали в тот же день атаковать турецко-азербайджанские войска, стоявшие на подступах к Баку. Но атака оказалась неудачной, турки сохранили свои позиции и продолжали готовиться к решительному штурму Баку, подтягивая в его окрестности новые войска.
26 августа Кавказская исламская армия (объединенные турецко-азербайджанские войска) вновь предприняла атаки на позиции англичан около Баку. Англичане отразили четыре атаки в одном месте, но, не получив помощи от войск Диктатуры Центрокаспия, вынуждены были отступить. В другом месте (к северу от Баку) англичанам удалось удержать позиции. В этих боях погибло 83 британских солдата и офицера, за что англичане упрекали Диктатуру Центрокаспия. Они даже пригрозили покинуть Баку и посоветовали начать переговоры с турками о сдаче города. В ответ на это правительство Баку пригрозило открыть огонь уже по британским пароходам.
8 сентября турки подтянули в пригороды Баку дополнительно около 6 тыс. солдат и офицеров в рамках подготовки к решающему штурму города. 14 сентября с раннего утра артиллерия Кавказской исламской армии начала обстрел позиций британцев и войск Диктатуры Центрокаспия (правительства Баку в июле-сентябре 1918 года, сформированного эсерами, меньшевиками и активистами армянской партии дашнаков). Британцы знали о готовящемся решающем штурме от перебежчиков, но место основного удара не было известно, их было мало, чтобы организовать плотную оборону. Прорыв состоялся в юго-западной части города, у так называемых Волчьих ворот — примерно там же, где турки пытались штурмовать Баку раньше. Бойцы Кавказской исламской армии быстро овладели господствующими высотами, и англичане, видя бессмысленность дальнейшего сопротивления, начали эвакуацию (погрузку на корабли). В ходе боев за Баку они уже потеряли убитыми 180 человек из небольшого контингента (около 1000 солдат). К вечеру из города бежали через море в контролируемый эсерами и меньшевиками Красноводск и сами лидеры Диктатуры Центрокаспия, и освободившиеся из тюрьмы прежние правители города — бакинские комиссары.
В Красноводске бакинские комиссары были вновь арестованы уже местными властями. 20 сентября по решению эсеро-меньшевистского правительства Закаспийской области в пустыне Каракумы между телеграфными столбами № 118 и № 119 были расстреляны 26 бакинских комиссаров. Большинство расстрелянных были лидерами Бакинской коммуны — большевистского правительства Баку в апреле-июле 1918 года.
15 сентября турки и азербайджанцы, потерявшие в ходе боев за город убитыми 2000 человек, вступили в Баку. В плен ими было взято лишь 1700 солдат и офицеров, воевавших за Диктатуру Центрокаспия (остальные 7500 вовремя переоделись в штатское и разбежались). В городе произошли массовые убийства армян, которых истребляли в первую очередь не солдаты, а помогавшие туркам отряды местных азербайджанских ополченцев. Было вырезано до 30 тысяч армян (по другим оценкам – несколько тысяч человек), над городом долгое время стоял «невыносимый трупный запах». Многие армяне, спасая жизнь, пытались выдать себя за евреев, и тогда устраивались унизительные проверки раздеванием догола. Множество армян бежало из города. 16 сентября в Баку состоялся торжественный парад турецких и азербайджанских войск. В Баку вскоре переехало из Гянджи правительство Азербайджанской Демократической Республики.
Турки продолжили своё наступление с целью создания «Туранской империи». В начале октября турецкие войска вторглись в Дагестан и при поддержке местных мусульманских формирований заняли Дербент и Темир-Хан-Шуру. Однако Турция потерпела поражение в мировой войне и по Мудросскому перемирию (30 октября 1918) вывела свои войска из Закавказья. После этого в ноябре 1918 года в Баку возвращаются британские войска.

Парад Кавказской исламской армии в Баку
Таким образом, на Кавказе в период Гражданской войны было весьма «весело» и кровь лилась рекой. Армяне были изолированы, утратили большую часть исторической родины и бились в окружении, их врагами были все – турки, азербайджанцы, курды и даже грузины. Единственная их надежда была на восстановление России – белой или красной. Грузия легла под Германия и под прикрытием германских штыков старательно округляла свои владения за счёт малых народов. Грузинское руководство вело националистическую и русофобскую политику. Азербайджан вступил в союз с Османской империей и при помощи турецких войск захватил Баку. Затем турки вторглись в Дагестан. На территории Чечни и Дагестана существовала Горская республика, которая стояла на антисоветских позициях и просила покровительства у Германии и Турции. Бичерахов со своим отрядом из казаков организовал и возглавил правительство Кавказско-Каспийского союза, связанное с британцами. Части Бичерахова были реорганизованы в Кавказскую армию, оборонявшую Петровск от частей Кавказской исламской армии, дагестанских и чеченских отрядов. В октябре войска Бичерахова были разгромлены вторгшимися в Дагестан турецкими частями Кавказской исламской армии и остатки его частей ушли морем в Персию, в опорный пункт англичан — Энзели. Такая вот кровавая «каша», где все с друг другом враждуют и воюют!

Картина Исаака Бродского «Расстрел 26 бакинских комиссаров». 1925 год

Бакинская резня: трагедия, откликающаяся поныне

Правообладатель иллюстрации postcard

31 марта исполнилось 97 лет вооруженному столкновению в Баку, которое началось как эпизод борьбы за власть между местными большевиками и азербайджанской национальной партией «Мусават» и переросло в межэтническую бойню, в ходе которой погибли, по разным данным, от трех до 12 тысяч человек.

На фоне Гражданской войны, полыхавшей от Балтики до Тихого океана и унесшей 3,3 миллиона жизней, не считая жертв голода, сыпного тифа и испанского гриппа, это был не такой уж значительный эпизод. В России о нем мало кто и помнит, но в Азербайджане ту трагедию называют просто «Мартовскими событиями», и всем понятно, о чем речь.

По мнению современных историков и политологов, именно в них во многом следует искать корни нынешнего конфликта вокруг Нагорного Карабаха.

И царизм, и большевики использовали вековой армяно-азербайджанский спор для укрепления своей власти на Кавказе. Аналогичные обвинения в адрес «старшего брата» выдвигались обеими сторонами в конце 1980-х годов.

Пороховая бочка

По данным на 1914 год, в стремительно разраставшемся Баку жили 102 тысячи азербайджанцев, 68 тысяч русских, 57 тысяч армян.

Азербайджанская и армянская общины друг друга, мягко говоря, недолюбливали. Азербайджанцы проявляли больше лояльности Российской империи, армяне тяготели к национально-революционной партии «Дашнакцутюн», большевикам и эсерам, что проявилось в 1905-1907 годах. Тогда в Баку и Нахичевани произошли армянские погромы, по утверждению немецкого историка Йорга Баберовски, при попустительстве властей.

Обстановку в Баку начала XX века описал Борис Акунин в романе «Черный город». В нефтяной столице вращались шальные деньги и масса оружия, процветал рэкет, магнаты содержали частные армии. Банды строго делились по этническому признаку. При этом армянские «маузеристы», в отличие от азербайджанских «гочи», подводили под свою деятельность политическую базу.

Правообладатель иллюстрации RIA Novosti Image caption Степан Шаумян

Летом 1917 года власть в городе перешла в руки Бакинского совета, в котором доминировали дашнаки, большевики и левые эсеры. Азербайджанская партия «Мусават» оказалась в меньшинстве, мнение ее фракции игнорировалось.

По данным советского историка Якова Ратгаузера, председатель Совета армянский большевик Степан Шаумян называл азербайджанцев «народом, незрелым в революционном отношении».

Чувствуя слабость своих позиций, местные большевики пошли на альянс с дашнаками. Сформированные ими части Красной армии на 70% состояли из этнических армян, а командовал ими бывший царский полковник Аветисов, после революции вступивший в «Дашнакцутюн». Азербайджанцы принялись вооружаться, как они утверждали, для самообороны.

Американский историк Майкл Смит пишет, что бакинские армяне помнили резню соотечественников в Османской империи в 1915 году и чувствовали себя зажатыми между наступавшими на Закавказье после развала русской армии турками и недружественным азербайджанским населением, а те ждали турок как освободителей. Напряженность росла.

Спусковой крючок

27 марта 1918 года на пароходе из Ленкорани приплыли 50 офицеров и солдат сформированного Мусульманским национальным комитетом конного дивизиона, чтобы принять участие в похоронах застреленного неизвестными сослуживца Мамеда Тагиева, сына известного бакинского миллионера.

На следующий день ленкоранцы хотели отплыть восвояси, но Шаумян приказал разоружить их в порту.

Азербайджанцы расценили это как издевательство над горем Тагиева-отца и возмутились тем, что Бакинский совет не предъявил аналогичных требований вооруженным формированиям «Дашнакцутюна».

На улицах Баку появились баррикады, на помощь прибыли ветераны Кавказской туземной конной дивизии, сформированной во время Первой мировой войны из военнослужащих-мусульман и прозванной в армии «Дикой дивизией». Представители совета, посланные в порт для их досмотра, были обстреляны.

Азербайджанский историк Айдын Балаев считает действия Шаумяна абсолютно незаконными и неспровоцированными, британский исследователь Питер Хопкирк, в целом соглашаясь с такой оценкой, находит, что реакция азербайджанской стороны тоже была не вполне адекватной.

Взрыв

30-31 марта на квартире видного большевика Наджафа Нариманова, азербайджанца по национальности, состоялись переговоры между Шаумяном и лидером «Мусавата» Мамедом Расулзаде. Дело шло к мирному соглашению, но тут стало известно об обстреле красноармейского патруля на Шемахинской улице.

Хотя виновники инцидента установлены не были, Шаумян прервал переговоры и распорядился начать масштабные боевые действия.

В донесении в Москву он не скрывал своих мотивов.

«Мы воспользовались поводом и открыли наступление по всему фронту. У нас были уже вооруженные силы — около 6 тысяч человек. У «Дашнакцутюн» имелось также 3-4 тысячи национальных частей, которые были в нашем распоряжении. Участие последних придало отчасти гражданской войне характер национальной резни, но мы шли сознательно на это», — писал он.

Неравный бой

Большевики и дашнаки развернули наступление на азербайджанские кварталы при поддержке аэропланов и корабельной артиллерии Каспийской флотилии. Плохо вооруженные и организованные азербайджанские формирования оказать сопротивления не смогли.

Шаумян признавал, что решающую роль сыграли дашнаки, хотя видный бакинский большевик, впоследствии член политбюро ЦК КПСС Анастас Микоян в своих воспоминаниях утверждал, что те берегли себя и вступили в бой к шапочному разбору.

Уже вечером 31 марта «Мусават» согласился признать Бакинский совет единственной властью в городе, а на следующий день на окнах азербайджанских домов появились белые флаги.

2 апреля Совет объявил об окончании операции, но убийства и грабежи продолжались еще три дня.

По единодушной оценке иссследователей, основная ответственность за кровопролитие лежала на дашнаках, но большевики использовали межнациональную рознь в своих интересах и не сделали ничего, чтобы остановить насилие — то ли считали его полезным для устрашения, то ли вообще мало ценили человеческую жизнь.

Расправа

«Наиболее трагические события развернулись после принятия ультиматума», — указывает американский историк Тадеуш Свейтеховский.

«Армяне, увидев, что их старинные враги бегут, теперь жаждали мести. Бои продолжались до тех пор, пока практически все мусульманское население не было изгнано или вырезано. 5 апреля значительная часть города была еще в огне, а улицы заполнены убитыми и ранеными, которые практически все были мусульманами», — повествует Питер Хопкирк.

По свидетельству британского вице-консула в Баку майора Макдоннела, в городе «не осталось ни одного сколько-нибудь важного мусульманина».

Азербайджанские погромы произошли также в Шемахе, Кубе и других городах и селах, куда Бакинский совет направил отряды «устанавливать советскую власть». В 2007 году при строительстве стадиона в Кубе было обнаружено массовое захоронение 400 человек.

Шаумян говорил о трех тысячах погибших, современный российский историк Андрей Буровский о 10 тысячах.

Глава бакинских большевиков не нашел для погромщиков ни слова осуждения, хотя, как напоминает Тадеуш Свейтеховский, ранее сурово критиковал царское правительство за игру на межнациональных противоречиях.

«Результаты боев блестящие для нас», — заявил он.

По словам Майкла Смита, «большевики открыто признали свою неспособность предотвратить устраиваемые дашнакскими формированиями антимусульманские погромы, которые распространились и на близлежащие города и села».

Дальнейшие события

27 апреля победители провозгласили в городе и губернии Бакинскую коммуну.

25 июля, после того как турецкая армия развернула наступление на Баку, дашнаки, эсеры и меньшевики в городском совете проголосовали за обращение к воевавшей с Турцией Британии с просьбой о военной помощи. Большевики отказались иметь дело с «империалистами», но остались в меньшинстве.

1 августа власть взяло новое правительство, сформированное дашнаками и эсерами — «Диктатура Центрокаспия».

4 августа по приглашению «Диктатуры Центрокаспия» из иранского порта Энзели прибыл отряд генерала Лионела Денстервиля в составе 1000 человек, одной артиллерийской батареи, трех броневиков и двух аэропланов для защиты города от турок и союзной им Кавказской исламской армии. Потеряв в боях с турками и азербайджанскими добровольцами 189 человек, англичане 14 сентября отплыли на кораблях в Тебриз.

17 сентября в Баку вошли турки. Партия «Мусават» провозгласила Азербайджанскую Демократическую Республику.

В отместку за мартовские события победители устроили в Баку армянский погром, жертвами которого, по данным профессора Йельского университета Фируза Каземзаде, стали 5248 жителей города и около полутора тысяч армянских беженцев из других частей Азербайджана.

После поражения Турции в мировой войне правительство АДР переориентировалось на Лондон. 17 ноября англичане вернулись в Баку, где оставались до 15 августа 1919 года. Воевать им на сей раз было не с кем. Красная армия вошла в город 28 апреля 1920 года.

Баллада о комиссарах

Руководителей бакинской коммуны, в том числе Шаумяна, «Диктатура Центрокаспия» посадила в тюрьму и собиралась судить.

Во время штурма города турками 14-15 сентября они в суматохе смогли бежать и отплыли на корабле в Астрахань, но причалили в Красноводске: по одним данным, из-за недостатка топлива, по другим — моряки не пожелали их спасать.

У власти в Туркестане находилось эсеровское правительство во главе с паровозным машинистом Фунтиковым.

20 сентября «26 бакинских комиссаров», включая, как выяснилось впоследствии, пять случайных людей — мелких служащих и охранников — были убиты.

Во время Гражданской войны все участники крови не жалели и судебными формальностями не утруждались. Эпизод остался бы проходным, если бы большевистским пропагандистам впоследствии не пришло в голову припутать к делу англичан.

На полотне художника Бродского изображены комиссары с гордо поднятыми головами и стоящие за спинами расстрельной команды британские офицеры в пробковых шлемах.

На самом деле, комиссаров не расстреливали — им отрубил головы палач-туркмен. Британцы при казни не присутствовали и вряд ли вообще знали об этом событии, а их военнослужащие в Туркестане колониальных шлемов не носили.

Память

31 марта азербайджанцы успели отметить как день траура всего два раза: в 1919-м и 1920 годах. В 1998 году его восстановил в этом качестве президент Гейдар Алиев.

В СССР мартовские события преподносились как «антисоветский мятеж мусаватистов». Кладбище жертв сравняли с землей и устроили на костях парк культуры и отдыха имени Кирова.

Теперь там снова мемориальный комплекс, где захоронены также 126 человек, погибших при вводе войск в Баку в ночь с 19 на 20 января 1990 года.

В 2012 году законодательное собрание штата Нью-Йорк по предложению губернатора Марио Куомо объявило 31 марта «Днем памяти азербайджанцев».

Примечание. После публикации в материал внесены исправления: в 2015 году отмечается 97-я годовщина «Мартовских событий».