Капитан эйвери

Неуловимый Эвери: история самого удачливого пирата

Англичанина Генри Эвери прозвали одним из самых успешных буканьеров и джентльменов удачи. Он промышлял в водах Африки и Южной Азии, где сумел захватить неслыханную по тем временам добычу, взяв на абордаж корабль «Ганг-и-Савай». Кроме денег и драгоценных камней Эвери досталась Фатима, дочь Великого Монгола. Впервые о жизни морского разбойника рассказал Даниэль Дефо в «Всеобщей истории пиратства». Книга была опубликована в Лондоне в 1724 году.


На пути к славе и богатству
Если верить голландцу Вану Бруку, который побывал на корабле пирата в качестве заложника, Генри однажды с ним разоткровенничался. В разговоре по душам пират признался, что его фамилия – выдуманная. На самом деле разбойника зовут Генри Бриджмен. А скрыть свою настоящую фамилию ему пришлось по одной причине – Генри не хотел подставлять под удар своих родственников. Правда это или нет, выяснить уже вряд ли удастся. Кроме этого Брук рассказал, что Генри был сыном капитана торгового корабля, поэтому в море влюбился еще в детстве. Повзрослев, он служил на нескольких военных кораблях. И в его жизни все шло хорошо, вплоть до одного инцидента. Генри изменила жена. Простить ее он не смог и решил начать жизнь с чистого листа, завербовавшись первым помощником на 46-пушечный корабль «Карл II». Судном командовал капитан Гибсон.
Корабль по заказу испанцев должен был доставить в Америку вооружение для борьбы с пиратами. Но в порте Ла Корунья фрегат, что называется, застрял на долгих восемь месяцев. Все это время моряки не получали жалования. Капитан Гибсон на возмущение своих подчиненных реагировал агрессивно и никак не пытался урегулировать ситуацию. Все это привело к тому, что в начале мая 1694 года команда «Карла» взбунтовалась. Во главе мятежа встал Генри Эвери.
Капитан и несколько его сторонников сдались. Их посадили в шлюпку и отправили берегу. После чего Эвери переименовал фрегат «Карл II» в «Воображение» (по другой версии — в «Фантазию), поднял пиратский флаг и направился к берегам Западной Африки. Здесь новоиспеченный пират и его команда надеялись поправить свое бедственное финансовое положение за счет торговых кораблей. И ожидания их не обманули. В водах у островов Зеленого Мыса «Воображение» захватило несколько английских кораблей. Помимо провизии и оружия к команде Эвери присоединилось девять британцев.

Чуть позже, уже в водах Гвинейского залива, Генри сумел захватить пару датских кораблей. Добыча радовала. Доля каждого пирата составила порядка девяти унций золота. Кроме этого, численность команды увеличилась на четырнадцать датчан, захотевших встать под пиратский флаг.
По мнению некоторых исследователей, возможно, Эвери был капитаном работоргового судна, которое нелегально перевозило чернокожих невольников из Африки в Америку. Подтверждением этому предположению служат воспоминания капитана Филлипса, командовавшего кораблем «Ганнибал». Он писал, что после визита Долговязого Бена (это одно из прозвищ Эвери) на побережье Гвинеи невозможно было найти хоть одного чернокожего человека.

После Мадагаскара путь разбойников пролегал мимо острова Анжуан (второй по величине из Коморских островов). Эвери снова улыбнулась удача. Он захватил гураб (парусно-весельное судно) и команду из сорока французских флибустьеров. И они стали частью команды Генри.
Но буквально через пару дней к Анжуану подошли три корабля Ост-Индской компании: «Бенджамин», «Мокка» и «Тонкин». Эвери прекрасно понимал, что ввязываться в кровопролитное противостояние с противником бессмысленно. Поэтому приказал своим людям сняться с якоря и уплыть, даже не вступая в переговоры с капитанами кораблей противника. На берегу Эвери пришлось оставить «одного человека из своей компании, который до этого заболел; его звали Уильям Мэй».
Побродив по округе, Эвери принял решение вернуться на остров. Там он завербовал еще более десятка французов и только после этого покинул Анжуан.
«Воображение», взявшее курс на Красное море, представляло собой грозную силу, а численность интернациональной команды Эвери составляла примерно сто семьдесят человек. На пути к намеченной цели «Воображение» встретило пару английских пиратских судна. «Долфином» командовал капитан Ричард Уэнт. У него в подчинении находилось примерно шесть десятков людей. Джозеф Фэро капитанил «Портсмутом адвенчур». Под его началом было примерно столько же пиратов. После непродолжительных переговоров Уэнт и Фэро согласились присоединиться к Эвери, который, конечно, стал главным над всей новоиспеченной флотилией.
В июне 1695 года пиратские корабли показались близ острова Перим, располагающегося у входа в Красное море. Там к Эвери присоединились еще три разбойничьих судна: «Сусанна», «Перл» и «Амити», под командованием Томаса Уэйка, Уильма Мэйса и Томаса Тью соответственно. Эти корабли имели в своем арсенале по шесть орудий, а команды насчитывали от тридцати до пятидесяти человек.

Томас Тью поделился с Эвери ценной информацией: в Красном море скоро должна была появиться флотилия с индийскими паломниками, которые направлялись в Мекку. Генри принадлежал к категории таких людей, которым ненужно повторять дважды. И вскоре флотилия из шести кораблей вошла в Красное море. Правда, через короткое время численность судов уменьшилась. Один корабль уничтожили из-за его тихоходности, второй заблудился и отстал.
Золотой куш
Четырем пиратским кораблям противостояло двадцать пять индийских. Несмотря на численный перевес противника, флотилия под командование Эвери сумела захватить «Фат-Махмамади», второе по величине судно. Но главная цель — «Ганг-и-Савай» — сумел улизнуть.
Пираты бросились в погоню. Генри не хотел размениваться на другие корабли. Он прекрасно понимал, что захват крупнейшего судна империи Великих Монголов сделает сказочно богатым и его самого, и его команду.
На борту «Ганг-и-Савайя» были не только простые паломники. Паломничество в Мекку на нем совершили несколько высокопоставленных чиновников и, самое главное, дочь Великого Монгола. Пираты, конечно, не знали о таком «грузе». Да и не сразу узнали. Потому что добыча превзошла все ожидания: «Они взяли на этом корабле столько золота и денег в валюте и в сосудах, что вместе с захваченным раньше доля каждого человека возросла до 1000 фунтов». Этот «заработок» мог позволить каждому из разбойников ни в чем не нуждаться до конца своих дней.

Целую неделю пираты грабили корабль и его пассажиров. С женщинами, понятно, никто не церемонился. Поэтому некоторые молодые мусульманки либо бросались за борт, либо убивали себя кинжалами. Эвери не сдерживал своих людей, боясь вызвать бунт. Ведь огромная добыча одурманивающе подействовала на всех без исключения. Как капитану всей пиратской флотилии ему достался главный приз «Ганг-и-Савайя» — дочь Великого Монгола Фатима. Сначала Эвери взял ее в качестве вип-заложника, надеясь получить за нее солидный выкуп. Но потом официально женился на Фатиме. Правда, есть и другая версия, более прозаичная. Так, по мнению некоторых исследователей, никакого бракосочетания не было и в помине. Эвери поступил с ней точно также как поступали пираты с обычными пленницами: изнасиловал, а потом убил. В общем, ситуация с Фатимой весьма туманна. О ее дальнейшей судьбе после встречи с пиратом нет никакой достоверной информации.

После грабежа флотилия Эвери остановилась на острове Бурбон. Здесь «все датчане и все французы были высажены на сушу со своей долей добычи, доходившей до 970 фунтов на человека». Казалось, их ждет только счастливая и безмятежная жизнь. Но… дерзкое нападение на корабль Монголов не могло просто так сойти им с рук. В этом эпизоде пираты проявили себя абсолютно не дальновидными людьми, у которых добыча затмила здравый смысл.
Пока разбойники вовсю радовались жизни и кичились победой над паломниками, обескровленный и разграбленный «Ганг-и-Савай» сумел все-таки добрался до порта Сурата, расположенного на западе Индии. Выжившие после встречи с пиратами моряки и пассажиры обо всем рассказали властям. Так Великий Монгол и англичане узнали о пытках, насилии и убийствах паломников. Мусульмане очень болезненно отреагировали на произошедшее. Они осадили английску факторию, желая устроить над иностранцами самосуд. Более шести десятков служащий Ост-Индской компании были закованы в цепи и посажены в тюрьму. Здесь они провели почти год.
За пиратами флотилии Эвери началась охота. Одни хотели отомстить за паломников, другие – отобрать добычу. За голову Генри было объявлено вознаграждение в размере пяти фунтов стерлингов. Такую же сумму Великий Монгол пообещал тому, кто доставит к нему пирата. Причем неважно, живого или мертвого. Почти все разбойники из флотилии Эвери были схвачены. Тем, кому повезло, осели а Новой Англии, Северной Каролине, Пенсильвании и Бермудских островах. Как сложилась их жизнь в дальнейшем, можно лишь догадываться. Скорее всего, они взяли себе другие имена и фамилии, чтобы замести следы. Поэтому об их жизни после грандиозного захвата индийского корабля ничего неизвестно. Сумел скрыться от преследователей и сам архипират. Это прозвище он получил после захвата индийского судна. Известно, что он перебрался в Северную Америку, но там у него не сложилось.

В поисках Эвери
Новую жизнь Эвери хотел начать в Бостоне. Но сначала он попал под подозрение местного губернатора, а потом на его след вышли охотники за головами. Награду в 500 фунтов стерлингов от Лондона и столько же от Монгола никто не отменял. Эвери пришлось все бросить и перебраться в Ольстер, что в Ирландии. Но и здесь ему не удалось скрыться. Поэтому Эвери попытался затеряться в Шотландии, распространяя слухи о возможных маршрутах своего путешествия. И, несмотря на усилия многочисленных ищеек и просто алчных агентов, отыскать Генри Эвери так ни у кого и не получилось. После Шотландии его след окончательно затерялся.


Конечно, бесследное исчезновение столь известного пирата породило множество мифов и легенд о нем. По одной версии, Эвери вновь вернулся в Америку. Здесь он попытался сбыть свои сокровища, но был обманут. И остаток жизни провел в нищете. По другой, он поселился на каких-то островах и вел тихую, беззаботную жизнь. По третьей – Эвери погиб по пути в Америку. То ли его скосила какая-то болезнь, то ли он был убит в драке. В общем, версий много. Можно выбрать на любой вкус.
Кстати, некоторые исследователи считают, что герой книги «Жизнь и приключения славного капитана Сингльтона», написанной Даниэлем Дефо, является прототипом как раз Генри Эвери. А затем Чарльз Джонсон на ее основе создал комедию «Пират-счастливчик». Эвери называли счастливчиком и везунчиком, ведь он сумел урвать огромный куш, приложив к этому не так уж много усилий.

Генри Эвери — легендарный английский пират, плававший в Индийском океане. Подлинное имя и годы рождения и смерти неизвестны.

Ранние годы капитана Эвери

Чарльз Джонсон, что в своей Истории пиратства меняет имя Генри Эвери (Henry Every) на Джон Эйвери (John Avery) и сообщает, что Эвери родился в 1653 году в графстве Девоншир близ Плимута. Один из пленников пиратского капитана, голландец Ван Брук, который полгода провел в плену у пиратов, сообщает, что подлинная фамилия Генри Бриджмен. Псевдоним Эвери (англ. каждый) капитан пиратов взял, чтобы не допустить преследования своих родственников, оставшихся в Англии. Ван Брук описывает его как веселого и добродушного человека, которого в детстве часто обижали родственники, и что будучи сыном капитана торгового судна, он с юных лет ходил в море, а пиратом стал после измены жены.
Есть и другие сведения о его действиях до появления в Индийском океане. Возможно, он занимался работорговлей, поскольку некто Филлипс, капитан корабля Ганнибал в своем письме жаловался, что не может найти негров на побережье Гвинеи, поскольку здесь уже побывал Долговязый Бен или Эвери. А Генри Брюс уверял, что Эвери доставлял рабов на Багамские острова и пользовался особым покровительством губернатора Кэдвалладера Джонса.

Пиратская карьера Эвери

В подробностях пиратскую карьеру Генри Эвери можно проследить, начиная с 1694 года. В это время будущий пират служит первым помощником на 46-пушечном фрегате Карл II, который уже восемь месяцев стоял в испанском порту Ла-Коруньо, нанятый для военных действий испанскими купцами. Моряки уже несколько месяцев не получавшие жалования, 7 мая 1694 года взбунтовались и захватили корабль. Капитан подчинился приказам Эвери, а прибывшие на шлюпке с соседнего английского корабля матросы присоединились к бунтовщикам.
Пираты переименовали судно в Причуду (Фэнси) и отправились к берегам Западной Африки. По пути Эвери захватывал английские и датские суда, вербуя в свою команду всех добровольцев.
Не задержавшись на Мадагаскаре, отправился к Коморским островам. На острове Анжуан оставил письмо, предназначенное для всех английских капитанов.

Всем английским командирам.
Это — ради установления, что я нахожусь здесь, в данный момент, на борту корабля Фэнси, военного судна, прежде Карл II, из испанской экспедиции, который ушел из Ла-Коруньи 7 мая 1694 г., данный корабль — с 46 пушками и 150 людьми, и пытающимися найти свою удачу. Я до сих пор не причинил зла ни одному английскому или голландскому судну, и не собираюсь этого делать, пока я командую этим судном. Соответственно, так я обращаюсь вообще ко всем кораблям, я желаю, чтобы всякий, кто прочтет это, использовал такой сигнал: если Вы или тот, кого Вы захотите проинформировать, пожелает узнать на расстоянии, кто мы, тогда поставьте ваш условный знак на пакете или на тюке и поднимите его на бизань-мачте, затем отдайте парус. Я отвечу тем же и не стану на Вас нападать. Мои люди голодны. Они тверды и решительны, и если они зайдут дальше, чем я этого желаю, это будет вопреки моей воле.
Всегда друг англичан,
на Анжуане, 18 февраля 1695 г.,
Генри Эвери.
60 вооруженных французов находятся на Мохели, где они ожидают случай захватить корабль. Берегите себя.

Эвери захватывает Ганг-и-Савай

К этому времени Эвери набрал достаточное количество человек в команду и, объединившись с двумя английскими пиратскими судами, решил идти в Красное море. У входа в Красное море к ним присоединились еще три пиратских судна. Видимо, отмечая встречу грандиозной пьянкой пираты прозевали конвой из двадцати пяти судов, возвращавшийся в Индию. Когда они услышали об этом на следующий день от проходящих лодок, Эвери немедленно бросился в погоню. Поскольку его судно было самым быстроходным, он первым догнал индийские суда. Первой, Причуда атаковала небольшой Фатех Мухаммед, который после трех пушечных выстрелов сдался. Самый крупный корабль в караване Ганг-и-Савай, был самым крупным кораблем во флоте Великого Могола. На нем возвращались из паломничества в Мекку, множество придворных чиновников Великого Могола. Корабль вез также огромное количество денег и драгоценностей. Поэтому Великое сокровище вел упорный бой, но он тоже сдался. В течение нескольких дней пираты обыскивали корабль и перетаскивали сокровища в свои трюмы, теперь они были богаты.

Эвери возвращается на Багамы

Относительно дальнейших планов мнение команды разделилось, англичане собирались вернуться на Нью-Провиденс (Багамы), а французы и датчане собирались остаться в Индийском океане. Эвери высадил их на острове Бурбон, где они поспешили промотать свою долю. Через время пираты просили разрешения у губернатора Жана-Батиста Бидона на постройку судна, чтобы добраться до Европы.
Захват Великого Сокровища вызвал бурю возмущения среди коренных жителей Сурата. Под давлением императора Аурангзеба англичане вынуждены были организовать вооруженную охрану для судов, направляющихся с паломниками в Мекку.
Причуда с оставшимися матросами ушла на Багамы. Губернатор Николас Тротт разрешил войти в бухту и распродать свою добычу, за что получил от каждого члена команды по 20 пиастров, 1000 фунтов стерлингов с добычи и совместно с местным купцом смог за бесценок приобрести часть груза и корабль.
Эвери с несколькими приятелями приобрел небольшое судно и отправлся в Бостон, но после того как за его голову была обещана награда, перебрался в Ирландию. Здесь следы легендарного Счастливчика обрываются.
После этого курсировало много слухов, о том что кто-то и где-то видел самого Эвери или его знакомых, но точных сведений о том, что стало с Генри Эвери нет.

Генри Эвери (Henry Every) – знаменитый английский пират по прозвищу Долговязый Бен, один из первых джентльменов удачи так называемой «золотой эпохи» пиратства. Стал известен благодаря своим грабежам в водах Африки и Южной Азии в 90-е годы XVII столетия, где он смог захватить огромную добычу. Стал героем множества приключенческих романов.

Впервые полулегендарную биографию Генри Эвери опубликовал Даниель Дефо в своей книге «Всеобщая история пиратов», изданной в Лондоне в 1724 г. В этом сочинении он изменил его имя с Генри Эвери (Henry Every) на Джон Эйвери (John Avery).

Ранние годы капитана Эвери

Имеется также версия, что на самом деле нашего героя звали Генри Бриджмен. Об этом сообщил голландец Ван Брук, который на протяжении нескольких месяцев был пленником на борту его корабля. Эвери якобы признался ему, что настоящая его фамилия – Бриджмен, а псевдоним он принял, чтобы не бросить тень на своих родственников. По словам Ван Брука, Эвери был человек веселый и добродушный, но в детстве его частенько обижали родственники, что не могло не сказаться на его характере. Будучи сыном капитана торгового корабля, он с юности связал свою судьбу с морем, служил на военных кораблях «Резолюшн» и «Эдгар» и в пираты подался после измены жены.

Вполне вероятно, что Эвери командовал работорговым судном, занимавшимся нелегальными поставками невольников из Африки в Америку. По крайней мере, капитан корабля «Ганнибал» Филлипс в 1693 г. жаловался, что на побережье Гвинеи он не смог найти негров, так как до него здесь побывал Долговязый Бен, он же Эвери.

Пират — Генри Эвери

Если верить Джонсону, Эвери появился на свет в графстве Девоншир близ Плимута в 1653 г. Его пиратская карьера прослеживается с 1694 г., когда он нанялся первым помощником на 46 пушечный фрегат «Карл II», находившийся под началом капитана Гибсона (Джонсон называет этот корабль «Дюком»). Фрегат был снаряжен арматорами Бристоля по просьбе испанских купцов, которые хотели использовать его для борьбы с пиратами и французскими контрабандистами в Америке. Прибыв в испанский порт Ла Корунья в составе эскадры сэра Джеймса Хублона, «Карл» в течении восьми месяцев простоял там без дела. Не получая жалованья, моряки в конце концов устроили заговор с целью захвата судна и 7 мая 1694 г. взбунтовались. Во главе бунтовщиков встал Эвери.

После этого мятежники отправились к берегам Западной Африки. «Карл II» переименовали в «Фэнси» («Причуда»). В водах островов Зеленого Мыса пираты смогли захватить три английских корабля, с которых забрали 9 человек и провизию, потом в Гвинейском заливе (у острова Принсипи) Эвери захватил 2 датских 26 пушечных корабля: на каждого члена экипажа пришлось по 8 или 9 унций золота. 14 датчан охотно присоединились к их шайке.

Обогнув мыс Доброй Надежды, пираты направились к Мадагаскару, а потом к острову Анжуан. Там англичане захватили гураб с 40 французскими флибустьерами из команды капитана Исаака Вейре, потерпевшего кораблекрушение близ соседнего острова Мохели. Французы с гураба вынуждены были присоединиться к команде Эвери.

1695 год, 16 февраля — почти сразу же после захвата гураба, три корабля Ост-Индской компании («Бенджамин», «Мокка» и «Тонкин») подошли к острову Анжуан. Капитан Эвери оставил на суше «одного человека из своей компании, который до этого заболел; его звали Уильям Мэй», а сам снялся с якоря. Утром 19 февраля он вышел в море, не вступая в переговоры с ост-индскими кораблями.

После недолгого крейсерства капитан Эвери возвратился на Анжуан. Там он завербовал 13 или 14 новобранцев-французов, «которые крейсировали в этих морях под английским флагом и потеряли свой корабль у Мохели, где он сел на мель».

«Фэнси» стал грозным пиратским судном с командой из 170 человек, среди которых находились 104 англичанина, 14 датчан, взятых в Гвинейском заливе, и 52 француза из экипажа Демареца. Шайка решила идти в Красное море. По дороге они встретили два английских пиратских корабля, «Долфин» и «Портсмут адвенчур». Первый находился под командованием капитана Ричарда Уэнта, имел 60 человек и был снаряжен в Уоркилле (близ Филадельфии) в январе 1694 г. «Портсмут адвенчур» (капитан Джозеф Фэро) был снаряжен тогда же в Род-Айленде и имел почти такое же количество людей. На каждом было по 6 пушек.

Они договорились с Эвери о партнерстве и в июне 1695 г. прибыли вместе на остров Перим, что у входа в Красное море. Там они провели ночь, а на другой день три других английских пиратских корабля присоединились к ним: «Сусанна» из Бостона под командованием Томаса Уэйка, бригантина «Перл» (капитан Уильям Мэйс) и шлюп «Амити» (капитан Томас Тью); два последних пришли из Нью-Йорка. У них было по 6 орудий, бригантина имела от 30 до 40 человек, другие – по 50 человек.

Захват корабля «Ганг-и-Савай»

Несмотря на свою многочисленность, пираты умудрились прозевать конвой из 25 судов, который вышел из Мохи для возвращения в Индию. Кинувшись в погоню, пираты смогли захватить два индийских корабля. Один из кораблей, «Ганг-и-Савай», был самым большим во всей империи Великих Моголов. Приз превзошел все самые безумные ожидания пиратов. Он транспортировал многочисленных пассажиров, возвращавшихся из паломничества в Мекку, в том числе высших должностных лиц и некоторое количество женщин и девушек. «Они взяли на этом корабле столько золота и денег в валюте и в сосудах, что вместе с захваченным раньше доля каждого человека возросла до 1000 фунтов».

Обыск и грабеж индийского корабля, а также избиение пассажиров длилось целую неделю. Некоторые пленницы, чтобы не быть обесчещенными, бросались за борт или убивали себя кинжалами. В конце концов, после дикой оргии, перегрузив все сокровища к себе на борт, пираты позволили своему призу уйти. Теперь люди Эвери были достаточно богатыми, чтобы прожить в избытке остаток своих дней.

1695 год, ноябрь — корабль Эвери прибыл на остров Бурбон, где «все датчане и все французы были высажены на сушу со своей долей добычи, доходившей до 970 фунтов на человека».

Вместе с этим в Индии сообщение о нападении пиратов на корабли Великого Могола вызвало бурю возмущения. Когда «Ганг-и-Савай» прибыл в Сурат и уцелевшие моряки и пассажиры рассказали местным жителям о совершенных пиратами жестокостях, пытках, убийствах паломников, изнасиловании пассажирок, неистовая толпа мусульман осадила английскую факторию. Лишь вмешательство войск спасло англичан от расправы. Агент Сэмюэл Эннсли и 65 других служащих Ост-Индской компании в Сурате были закованы в цепи и брошены в тюрьму. Они оставались на протяжении 11-ти месяцев в индийских тюрьмах и были освобождены лишь 27 июня 1696 года.

Что касается «виновника торжества» Генри Эвери, то он к тому времени ушел из Индийского океана в Америку.

1696 год, апрель — «Фэнси», имея на борту 113 человек, бросил якорь у багамского острова Ройял-Айленд, и его капитан Генри Бриджмен (Эвери) послал губернатору Николасу Тротту прошение на провизию и разрешение войти в воды Нассау. Тротт разрешил пиратам стоянку. За это он получил от каждого члена команды «Фэнси» по 20 пиастров, от Эвери – 40 пиастров и еще 1000 фунтов стерлингов с добычи. Кроме этого, в доле с купцом Ричардом Тальяферро он за бесценок приобрел корабль и груз.

После дележа оставшейся добычи большая часть пиратов перебралась на материк: часть в Новую Англию, часть в Северную Каролину и Пенсильванию, несколько человек остались в Вест-Индии, двое уплыли на Бермудские острова. Эвери купил у капитана Кросскиса корабль «Мейфлауэр» и отправился в Бостон с 19 сообщниками, имея при себе только 500 фунтов стерлингов.

По следу пирата

В Бостоне он попал под подозрение губернатора и был вынужден уехать в Ольстер (Ирландия). За его поимку король пообещал награду в 500 фунтов стерлингов, столько же пообещали директора Ост-Индской компании, но найти «счастливчика Эвери» так и не удалось. По свидетельству одного из пойманных пиратов, летом 1696 г. Эвери перебрался из Ирландии в Шотландию, но говорил, что уедет в Экзетер. Свидетель встретил в Сент-Олбансе жену квартирмейстера с «Фэнси», которая призналась ему, что «едет к капитану Бриджмену», но не сказала, куда именно.

След Генри Эвери окончательно потерялся. Позднее появилась легенда, будто бывший пират, пытаясь сбыть награбленные драгоценности, был обманут мошенниками и умер в нищете – «при нем не оказалось денег даже на то, чтобы купить ему гроб».

Томас Тью (? – 1695 г.) – известный английский капер, ставший профессиональным пиратом. Его любимый регион – Атлантика, а также Красное море. За ним числится участие лишь в двух крупных пиратских экспедициях. Однако всего завоеванного ему вполне хватило, чтобы, наряду с Сэмюэлем Беллами и сэром Френсисом Дрейком, войти в тройку самых удачливых пиратов в истории.

Томас Тью родился в Англии, в Нортгемптоншире. Когда он еще пребывал в младенческом возрасте, его семья перебралась на постоянное место жительства в колонии. Сведения об обстоятельствах его жизни крайне скудны, но известно, что непосредственно перед тем, как обосноваться на Бермудах (1690), Томас Тью уже, скорее всего, зарекомендовал себя в качестве незаурядного капера, специализировавшегося на французских и испанских судах. Он в глубине души предпочитал семейный образ жизни, а потому обзавелся супругой, которая впоследствии родила ему двух детей. Его закадычным другом становится некий капитан Уильям Вонт, пират. Именно благодаря последнему Томас Тью решает стать профессиональным «джентльменом удачи». Правда, своего желания он пока что не высказывает вслух. Но это лишь до поры до времени.

В 1692 году (тогда уже вовсю шла война между Англией и Францией!) ему достаточно легко удается получить у губернатора Бермуд специальный патент, позволявший ему задерживать французские корабли и разорять владения Франции на побережье в Гамбии (Западная Африка). Надо сказать, что у Томаса вообще был талант располагать к себе людей. Ему ничего не стоило уговорить многих толстосумов, симпатизировавших ему, скинуться на покупку приличного фрегата. Имея достойное судно, убедил их Томас, богатую добычу можно будет взять куда как просто. Таким образом, все вложения не только вернутся, но еще и окупятся сторицей. Толстосумы поверили Томасу Тью, да и как было ему не поверить?! Убеждать он умел!

В итоге под началом у Томаса оказался вполне достойный шлюп водоизмещением в 70 тонн. На «Эмити» (таково было название этого шлюпа) установили 8 орудий; если добавить сюда и прилично обученную команду общей численностью в 46 человек, можно сделать вывод, что Томас Тью был достаточно хорошо экипирован для самостоятельного каперского рейда по Атлантике. Только вот на деле ему предстояло постоянно сновать вдоль побережья с дозором, выполняя правительственное назначение. Был в этой экспедиции у Тью и партнер – капитан Джордж Дью.

Едва только в декабре 1692 года «Эмити» покинула Бермуды, Томасом овладели мучительные раздумья. А правильно ли он поступил, обзаведясь патентом, который обрекал его прозябать у берегов Африки, тогда как сам Тью всей душой рвался на морские просторы, на волю. Он всегда мечтал стать настоящим пиратом; ему и во сне и наяву грезились лихие рейды. Не желая противостоять велению души, Тью собрал на палубе «Эмити» всю команду и во всеуслышание предложил морякам переквалифицироваться в пираты. Команда единогласно приняла предложение своего капитана! Моряки, проревев: «Златая цепь иль культя деревянная, мы с тобой!!!» – тут же, согласно пиратскому обычаю, принялись выбирать квартирмейстера, который должен был представлять интересы команды перед капитаном. «Эмити» развернулась и направилась… в Красное море (!). Направилась в одиночестве. Незадолго до описанных событий разразился шторм, изрядно потрепавший корабль партнера Томаса – Джорджа Дью. В результате тот предпочел вернуться на Бермуды, а принадлежавшее ему судно благополучно избегло «пиратизации».

От своего закадычного друга, капитана Вонта, также находившегося на борту, Томасу Тью не раз приходилось слыхать о баснословных богатствах и экзотических сокровищах, прибывавших в Европу из Индии. И именно по Красному морю пролегали торговые пути, по которым следовали индийские и турецкие корабли. Добравшись без особых приключений до Баб‑эль‑Мандебского пролива и Красного моря, Томас Тью со всем рвением приступил к пиратской деятельности.

На излете 1693 года добычей его команды стал крупный арабский корабль с огромной командой, насчитывавшей свыше трехсот человек. Судно направлялось из Индии в Турцию и перевозило богатый груз: серебро, золото, слоновая кость, драгоценности, шелка, редкие пряности. Несмотря на габариты и внушительный численный перевес, корабль практически без боя сдался пиратам. Каждый из команды Тью мгновенно стал зажиточным человеком, а он сам, имея право, как капитан, на особую долю в тройном размере, обогатился еще более. Казалось бы, после такого блестящего начала следовало хорошенько поработать в акватории Красного моря. Именно эту цель и преследовал Томас Тью. Однако ему пришлось натолкнуться на яростное сопротивление квартирмейстера. Тот полагал, что нельзя чересчур искушать судьбу, куда безопаснее будет выйти из сравнительно ограниченного пространства Красного моря и продолжить пиратские рейды уже в океане, предпочтительно в Индийском. В сущности, заявил квартирмейстер, там плавают все те же суда индийского флота с не менее впечатляющей добычей на борту, зато атаковать их на океанских просторах будет куда проще и безопаснее. Но перед этим будет лучше доставить добычу домой, в Ньюпорт. Поскольку квартирмейстер выступал от лица команды, Томасу Тью пришлось подчиниться. Все было понятно: его морякам теперь уже было что терять, поскольку они прилично разбогатели, а потому им хотелось, прежде всего, обеспечить свои семьи.

«Эмити» оставила Красное море и через некоторое время встала на стоянку у одного из небольших островов возле Мадагаскара; судну был необходим ремонт. Этот островок носил тогда название Нози Бараха; впоследствии он был переименован в остров Святой Марии. Покуда судно приводили в порядок, Тью сошелся накоротке с туземной королевой, которую величали Антаваратра Рахена. От этой мимолетной и довольно‑таки экстравагантной связи родился мальчик – еще один ребенок, ниспосланный Томасу Тью. Малышу дали имя Ратсимилахо. (Правда, обо всем этом Томас Тью узнал чуть ли не полтора года спустя. Ратсимилахо же стал в 1710 году королем и, благополучно процарствовав 46 лет (!), скончался.)

По завершении ремонтных работ «Эмити» вновь обогнула Африку, пройдя мимо мыса Доброй Надежды, и к апрелю 1694 года вернулась в Ньюпорт. Когда Тью вручил своим спонсорам оговоренные договором дивиденды, оказалось, что те получили прибыль в… четырнадцатикратном размере. Любопытный штрих: значительную часть своей доли Томас Тью вручил своим доверенным лицам на Бермудах, чтобы те приобрели ему самые лучшие плантации.

Еще длились пламенные восторги встречи, а Тью уже задумывал новую экспедицию. Прежде всего он позаботился насчет приобретения очередного каперского патента, поскольку срок действия прежнего к этому времени уже вышел. Это обошлось ему в 300 фунтов стерлингов. Еще он решил немного разбавить экипаж своими горячими сторонниками; в итоге, когда вышедшая в ноябре 1694 года из Ньюпорта «Эмити» вновь достигла Мадагаскара, численность экипажа составляла уже шестьдесят человек. Кроме того, увеличилось количество кораблей: помимо самого Тью с «Эмити» в состав пиратской эскадры вошли: его друг‑пират Уильям Вонт (плывший на собственной бригантине), бравый капитан Гловер (на судне, снаряженном на средства крупных нью‑йоркских коммерсантов), а также еще один пиратский «авторитет» – Томас Уэйк собственной персоной, вышедший на небольшом барке из Бостона и примкнувший к Тью в Ньюпорте. Отменная команда поддержки!

Томас Тью, конечно же, намеревался вернуться обратно и вновь попытать счастья на Красном море. На этот раз ему было куда проще настоять на своем. К вожделенной цели своей новой экспедиции Томас Тью привел «Эмити» уже в июне 1695 года. Забавно, что Красное море явилось для него местом встречи с эскадрой известного пирата Генри Эвери, шедшего на флагмане под названием «Фэнси». Эвери, прослышав о том, как повезло Томасу Тью на Красном море, тоже решил двинуться туда, чтобы попытать счастья.

И вот теперь они встретились. Томас Тью, мгновенно оценив все преимущества возможного союза, решил примкнуть к эскадре Эвери. Для всех было очевидно, что Красное море стало принадлежать пиратам. Вскоре они решили атаковать флотилию из 25 судов индийского казначейства. Их дерзкий и отважный демарш наверняка бы увенчался полным успехом, но в завязавшейся баталии Томас Тью был убит на месте, попав под пушечное ядро, выпущенное с вражеского борта. Тело Тью было разорвано на части, палубу «Эмити» обагрила кровь капитана… Жуткая и внезапная гибель Томаса Тью совершенно деморализовала подавляющее большинство экипажа «Эмити» – тут сказалась досадная поспешность (естественно, вынужденная), которую проявил Тью при обновлении команды. Экипаж судна сдался; Генри Эвори, выказав свою верность уставам пиратского братства, яростно атаковал противника и сумел отбить всех членов команды Тью, угодивших в плен. Мимоходом Эвери еще отбил два корабля с золотом. Пираты вновь изрядно обогатились.

Что стало с останками безвременно погибшего Томаса Тью, так и осталось невыясненным.

Маршрут, которым следовал Тью от Бермуд и потом вдоль побережья Африки (с прохождением мыса Доброй Надежды) к Баб‑эль‑Мандебскому проливу и Красному морю, получил название: «Пиратский круг». Генри Эвори и еще один знаменитый пират – Уильям Кидд впоследствии неоднократно им пользовались.

У всех в памяти также сохранился любимый флаг капитана Тью: рука с кривым обнаженным мечом на черном фоне. Примечательно, что примерно два с половиной столетия спустя у 13‑й горной дивизии «Ханджар» имела место схожая эмблема.

Ганг-и-Савай (англ. Ganj-i-Sawai) — хорошо вооруженный торговый корабль, принадлежащий Великому Моголу Аурангзебу, который, наряду с сопровождающим его судном Фатех Мухаммед, был захвачен 7 сентября 1695 года английским пиратом Генри Эвери на пути от современного Йемена в Сурат.

В августе 1695 года, Эвери на своём корабле Fancy достиг Баб-эль-Мандебского пролива, где объединился с четырьмя другими пиратскими кораблями, в том числе со шлюпом Amity под командованием Томаса Тью. Хотя флотилия Могола из 25 судов, направляющаяся в Индию, уклонилась от пиратского флота ночью, на следующий день пираты настигли Ганг-и-Савай и его эскорт Фатех Мухаммед, которые отстали от основных сил.

Эвери и его пираты напал на Фатех Мухаммед, который ранее отразил нападение Amity, в ходе которого погиб капитан Тью. Возможно, запуганная 46 орудиями Fancy или ослабленная более ранним сражением с Тью, команда Фатех Мухаммеда почти не сопротивлялась, и Эвери, разграбив корабль вместе со своей командой, нашёл сокровища общей ценностью 50,000£.

Затем Эвери устремился в погоню за Ганг-и-Саваем. Погоня длилась 8 дней, при этом Эвери не позволял зайти индийцам в Сурат. Ганг-и-Савай был внушающим страх противником, будучи вооружённым 62 орудиями и неся на борту вооруженную мушкетами охрану численностью около тысячи человек. Но первый залп уравнял шансы обеих противников, так как взорвалось одно из орудий индийского судна, убив при этом нескольких его стрелков и вызвав панику и деморализацию среди команды, в то время как Эвери вёл прицельный огонь из всех орудий соответствующего борта. Fancy соприкоснулся бортом с Ганг-и-Саваем, и пираты вскарабкались на палубу.

Последовало яростное рукопашное сражение, в котором бесчисленное множество пиратов потеряло 20 человек. Однако превосходство индийцев было сведено на нет их трусливым предводителем Ибрагимом Ханом, который бежал на нижнюю палубу и попытался скрыться среди своего гарема. После двух часов жестокого, но спонтанного сопротивления индийцы всё-таки сдались.

Победив, пираты в течение нескольких дней повергали своих пленников в ужас, насилуя и убивая заключенных по собственному желанию, а также пытая их, чтобы вынудить их показать местоположение сокровищ на корабле. Пираты изнасиловали женщин на судне, и некоторые женщины совершили самоубийство, выпрыгнув в открытое море. Оставшихся в живых пленников перевели на борт нескольких судов, которые пираты оставили свободными.
«Золота́я лань» (англ. Golden Hind) — небольшой английский галеон, который между 1577 и 1580 годами обогнул Земной шар. Это был второй в истории корабль, вернувшийся из кругосветного плавания после магеллановской каракки «Виктория». Капитаном судна был сэр Френсис Дрейк

«Месть королевы Анны» (англ. Queen Anne’s Revenge) — флагманский корабль капитана Черная Борода.
Судно построено в 1710 году. Водоизмещение — 200 тонн, первоначально называлось Конкорд. В 1713 году был продан Испании, а затем перешёл в собственность Франции. В 1717 году, когда Чёрная Борода захватил судно, он увеличил количество пушек до 40, переоборудовал внутренность судна и переименовал корабль в Месть королевы Анны. Кульминацией походов Эдварда Тича стала блокада входа в гавань Чарльстона, в мае 1718 года. В июне 1718 года корабль сел на мель у побережья Северной Каролины. В апреле 2012 года появились сообщения, что американские археологи обнаружили затонувшую Месть королевы Анны и ведут работы по её подъёму со дна

Уида (англ. Whydah Gally, также встречаются неправильные «Whidah» или «Whidaw») — флагманский корабль пирата Чёрного Сэма Беллами. Распространенный перевод «Вайда» или «Уайда» является неверным, так как корабль был назван в честь города Уида в Бенине — тогдашнего центра работороговли.
Корабль был спущен на воду в 1715 году в Лондоне. Использовался для перевозки рабов из Африки. Ходил по так называемому «треугольнику»: Лондон — Африка — Америка.
Он был очень быстроходным для своего времени, развивая скорость около 13 узлов, чтобы не допустить гибели негров, но рабы, которых он перевозил, плыли в нём три месяца.
Капитан «Уиды» голландец Лауренс Принс (англичане называли его Лоуренсом) в 1717 прибыл на Карибы и получил золото за африканских рабов. В марте 1717 на пути в Англию «Уида» был захвачен Беллами без единого выстрела. Великодушный Сэм отдал свой корабль торговцам, а сам перебрался на «Уиду».
На судне были одни из самых огромных сокровищ за всю историю пиратства (в современном эквиваленте это 6-8 миллионов долларов). «Уида» могла вместить до 4,5 тонн сокровищ.
Беллами довёл количество орудий до 26 (или 28), а по другим данным до 50, такой корабль мог выдержать любое нападение. Орудия имели дальнобойность около километра, однако, прицельно стрелять можно было лишь с расстояния в полукилометр.
Чёрный Сэм пиратствовал в районе от берегов Карибского моря до Флориды. Вскоре он повернул на север к своей возлюбленной, Мэри Халлет. Он попал в шторм скоростью до 70 морских узлов. «Уиду» снесло к берегу и выбросило на отмель, мачта переломилась, корабль опрокинулся, много людей было раздавлено пушками и погибло на рифах.
Из 146 людей выжили только двое. Это Томас Дэвис 23 лет, которого оправдали на суде, так как он клялся, что его заставили быть пиратом. И Джон Джулиан, которого продали обратно в рабство.
Сам е Сэм погиб, его карьера продолжалась всего лишь год.