Хивинское ханство вошло в состав России

lsvsx


10 июня 1873 года отряд генерала К.П. Кауфмана в ходе крупной войсковой операции занял Хиву.
Как известно, к моменту начала российского покорения Средней Азии ее территория была разделена между тремя феодальными государствами — Бухарским эмиратом, Кокандским и Хивинским ханствами. Бухарский эмират занимал южную и юго-восточную часть Средней Азии — территорию современных Узбекистана и Таджикистана, отчасти — Туркменистана. Кокандское ханство располагалось на землях Узбекистана, Таджикистана, Кыргызстана, части Южного Казахстана и современного Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая. Хивинское ханство занимало часть территории современных Узбекистана и Туркменистана.
Расположенное в низовьях среднеазиатской Амударьи Хивинское ханство практически весь XIX век было для Российской империи словно кость в горле. Неоднократные попытки Санкт-Петербурга еще с начала XVIII столетия наладить с узбекской Хивой цивилизованные торговые и политические отношения заканчивались плачевно: хивинцы как грабили, так и продолжали грабить российские торговые караваны, попутно уводя в плен и продавая в рабство русских купцов и поселенцев в Средней Азии. Причина столь дерзкого отношения к своему огромному северному соседу заключалась в значительной степени в географическом факторе: от России ханство надежно защищали жарко-безводные пески Кара-Кума и Кызыл-Кума.

Однако всему приходит конец — в начале 70-х годов позапрошлого столетия терпение России лопнуло. Следствием стал утвержденный лично императором Александром II план хивинской операции. Генеральное руководство по завоеванию Хорезма (как всегда называло себя Хивинское ханство) было возложено на командующего войсками Туркестанского военного округа генерал-адъютанта К.П. Кауфмана. По легенде, напутствуя его, российский самодержец сказал: «Возьми мне Хиву, Константин Петрович».
Для завоевания непокорного ханства в начале весны 1873 года генерал Кауфман выступил силами четырех отрядов из Ташкента, Оренбурга, Мангышлака и Красноводска. Численность каждого из них варьировала в пределах от 2 до 5 тысяч человек, а общая сила русского воинства достигала 12–13 тысяч человек. Совершив беспримерный переход вначале через степи, а затем пески пустынь, страдая то от лютых морозов, то от страшной жары, основные русские силы через три месяца подошли к столице ханства.
7 июня Оренбургско-Мангышлакский отряд подошел к столице Хивинского ханства — Хиве. До 9 июня они ждали известий от Туркестанского отряда. Но туркмены перехватили русских гонцов. В результате, не получая никаких приказаний, генерал Веревкин утром 9 июня двинулся к городу, за стенами которого хивинцы приготовились к защите.
Несколько орудий хивинцы вывезли за пределы города и стрельбой из них мешали отряду подойти к воротам. Тогда роты Ширванского и Апшеронского полков бросились в атаку и отбили два орудия, а часть ширванцев под командой капитана Алиханова, кроме того, взяла еще одно орудие, стоявшее в стороне и обстреливавшее русский фланг. В ходе перестрелки был ранен генерал Веревкин.

Огонь русских орудий заставил хивинцев очистить стены. Через некоторое время прибыла из Хивы депутация с предложением сдать город, сообщившая, что хан бежал, а жители желают окончания кровопролития и лишь одни туркмены-юмуды хотят продолжать защиту столицы. Депутация была отправлена к генералу Кауфману, который 9 июня вечером со своим отрядом приблизился к Хиве.
10 июня 1873 года русская армия во главе с генералом Кауфманом вошла в столицу среднеазиатской державы, очистила её от непокорных туркмен и освободила всех рабов, томившиеся в неволе (более 10 тысяч человек). Ее правитель Мухаммад Рахим-хан II вначале бежал из города под защиту туркмен, но вскоре вернулся и сдался на милость победителя. В конце августа в летней резиденции хивинского хана, в которой расположилось лагерем русское войско, был подписан Гендемианский мирный договор. Согласно документу узбекский хан попадал в вассальную зависимость от Белого царя, признавая себя «покорным слугой императора всероссийского».

Завоевание Хивы стало составной частью проникновения России в Среднюю Азию, ее культурного, экономического и политического освоения огромной северной империей. И хотя с момента взятия Хивы ханство просуществовало еще почти полстолетия, его политическая история стала стремительно клониться к закату. Став российским протекторатом, Хивинское ханство утратило независимость внешней политики. Кроме того, сократилась и его территория: земли по правому берегу Амударьи вошли в состав России. Для российских купцов в ханстве был введен режим максимального благоприятствования: беспошлинная торговля и провоз товаров.
По договору, Россия получала и исключительное право судоходства по Амударье: правитель Хивы должен был отныне испрашивать разрешения русских властей Средней Азии о возможности прохода своего флота. И в довершение всего прочего на попавшее в вассальную зависимость государство возлагалась значительная контрибуция: Рахим-хан II обязывался выплатить России 2,2 млн рублей в течение 20 лет с момента подписания договора. Придя в Хиву, русские покончили с существовавшим в ханстве рабовладением: отныне бесчеловечная и позорная практика торговли людьми была запрещена. Так исподволь тлевший десятилетиями очаг угрозы русскому присутствию в среднеазиатских владениях наконец-то был потушен.
Дмитрий Зелов Tags: История, Ратное дело

Хивинское ханство

Хорезм, или Хива, — область в нижнем течении Аму-Дарьи. Хивинское ханство было создано в 1511 году совместной деятельностью двух братьев, Илбарса и Билбарса, сыновей Буреке-султана, потомка Шибанида Арабшаха. Эта ветвь династии Шибанидов была враждебна Шибанидам Мавераннахра, которые были потомками Ибрахима, брата Арабшаха. Сыновья Буреке-султана и их ближайшие родственники, по родовой вражде к потомкам Абу-л-Хайра, не принимали никакого участия в походах Мухаммада Шейбани и его ближайших родственников на Мавераннахр и Хорасан, по-прежнему оставались на территории Дешт-и Кипчака.

В 1510 г., после поражения и гибели Шейбани-хана под Мервом, Хорезм, который он завоевал еще в августе 1505 г., перешел во власть персидского шаха Исмаила. Местные суфийские шейхи, не желавшие примириться с господством в стране шиитов, обратились за помощью к остававшимся еще в Восточном Дешт-и Кипчаке Шибанидам, и в 1511 году султан Илбарс прибыл в Хорезм в сопровождении своего брата Билбарса (Байбарса) и небольшого числа кочевых узбеков. Братьям удалось подчинить сначала г. Везир, потом г. Ургенч, наконец и южную часть Хорезма и образовать здесь, в области нижнего течения Аму-Дарьи, самостоятельное ханство.

Образование и упорядочение нового ханства были достигнуты, как обычно, после долгой и кровавой борьбы. Оба брата лично возглавляли воинов в сражении, делили с ними тяготы и опасности. Но вот что здесь удивительно. Билбарс, который в народе более был известен под прозвищем Биликич (здесь — «Меченый»), когда еще был грудным ребенком, заболел и сделался калекою: у него высохли обе ноги ниже колен и он сидел на бедрах. Поэтому он не мог сидеть на коне и ездил на арбе. Устроив на тележке место для удобного размещения одного человека, он велел оковать железом ободья колес своей арбы. Запрягая в нее самых быстроногих аргамаков, он в сопровождении цепкоруких удальцов постоянно ездил в Абулхан и Мангышлак и устраивал там погромы. Он был очень меткий и искусный стрелок, отменный воин. Стоя на коленях в колеснице, в которой он, как казалось, будто лежал, Билбарс прямо несся вперед напролом, не обращая никакого внимания на обстрелы с правой и с левой сторон. Во время жаркого побоища, предводительствуя славными батырами, он всегда находился впереди. Наклонившись на переднюю сторону колесницы, он отдавал приказ своим джигитам: «Так держать! Туда! Вперед! Назад!». На арбе Билбарс сражался на равных со всадниками. Его боевая колесница, запряженная лучшими аргамаками и предельно облегченная, не отставала от конных бойцов .

Вот именно так, сидя на коне и на арбе, приобретали свою империю азиатские кочевники средневековья.

Сначала столицей нового ханства был г. Ургенч, и государство Шибанидов в Хорезме, по установившейся издавна традиции, согласно которой страна обычно называется по столице, называлось «Ургенчским ханством»; по русской терминологии «Юргенское ханство»: образование «юргенский хан» употреблялось в русских грамотах еще в начале XVIII века . С начала XVII столетия средоточием политической и духовной жизни делаются южные города страны и резиденцией хана и столицей государства становится г. Хива (Хивак). Так Ургенчское («Юргенское») ханство превратилось в «Хивинское ханство».

Таким образом, начало XVI века было одновременно окончательным укреплением в Мавераннахре и Хорезме кочевых узбеков Восточного Дешт-и Кипчака. Под главенством двух враждующих между собою ветвей династии Шибанидов они образовали здесь два крупных самостоятельных государства: Бухарское ханство в Мавераннахре с центром вначале в Самарканде, затем в Бухаре, и Ургенчское (Хивинское) ханство в Хорезме. При этом история династии потомков Шибана в Мавераннахре, как уже излагалось, оказалась недолговечной, и государство дома Абу-л-Хайра прекратилось в конце XVI века, Шибаниды Хорезма сохранили свое господство до конца XVII в., несмотря на ряд военно-политических потрясений.

Еще в начале 20-х годов XVI в. Илбарс и Билбарс призвали в Хорезм из Восточного Дешт-и Кипчака остававшихся еще там своих родственников, двоюродных братьев, потомков Аминека и Абулека, которые не замедлили явиться со своими улусными людьми. С появлением новой группы кочевых узбеков, составивших основную военную силу Шибанидов, дело завоевания Хорезма и ближайших областей пошло очень быстро.

Однако эти действия потомков Буреке имели и свои отрицательные последствия. Уже в 20-х годах XVI в. в среде Шибанидов Хорезма четко определилось три династических группы. Первую династическую группу составляли потомки Буреке; они занимали вначале первенствующее положение в Хорезме, так как к ней принадлежали первые завоеватели Хорезма и основатели «Ургенчского» (Хивинского) ханства братья Илбарс и Билбарс. Представители этой группы утвердились в западной части страны: им принадлежали г. Везир и Ургенч, Тисак, Янгишахр и др.

Другую династическую группу составили прибывшие на призыв Илбарса и Билбарса — потомки Аминека. Это была наиболее многочисленная и сильная династическая группа; они в короткий срок захватили г. Хиву, Хазарасп, Кят, подчинив себе таким образом юго-восточную часть Хорезма.

Наиболее малочисленной и слабой была третья династическая группа — потомки Абулека. К ней принадлежала практически только семья Шибанида Хасан-Кули, который тем не менее был избран ханом Хорезма, согласно принципу старшинства, и получил столичный город Ургенч после смерти Илбарса. Но вскоре он был низложен и убит вместе со своим сыном, а оставшиеся члены его семьи были высланы к их родственникам в Бухару. Таким образом, третья династическая группа Шибанидов Хорезма была устранена с политической арены, и вся страна поделена между потомками Буреке-султана и Аминек-султана.

Соперничество между этими двумя династическими группами Шибанидов окончилось победой потомков Аминека. В 1525 г. старшим ханом был избран Суфийан-султан (правил в 1525–1535 гг.), происходивший из династической группы Аминека. С тех пор и до пресечения династии верховная власть в Хорезме оставалась в руках потомков Аминек-султана. Уцелевшие в династической схватке потомки Буреке нашли убежище в Мавераннахре, у потомков Шибанида Абу-л-Хайр-хана.

Кровавые междоусобия происходили не только между династическими группами Шибанидов Хорезма, но и между Шибанидами Хорезма и Мавераннахра вообще, и в XVI веке Хорезм три раза на короткое время подчинялся бухарским ханам.

Первый раз это произошло так. В 1538 г. в Хорезме разгорелись вновь смуты, которыми воспользовался глава маверанннахрских Шибанидов Убайдулла-хан, чтобы захватить Хорезм.

В поход на Хивинское ханство, по словам Абу-л-Гази, кроме самого Убайдуллы приняли участие многие другие Шибаниды из Ташкента, Самарканда, Хисара и т. д. Аванеш-хан, не смея оставаться в своей столице, покинул Ургенч и спешно удалился в степь. Шибаниды Мавераннахра заняли Ургенч, и Убайдулла-хан отрядил вслед за Аванеш-ханом войско, которое настигло его на северной стороне г. Везира и разбило хивинцев; Аванеш-хан попал в плен и был предан смерти. Захватив почти без сопротивления Хорезм, Убайдулла разделил узбеков Хорезма, т. е. дештские роды и племена, на четыре отдела: один из них взял сам Убайдулла-хан, другой — правители Хисара, третий — правители Самарканда, четвертый — правители Ташкента. Разделенные таким образом на четыре группы кочевые племена Дешт-и Кипчака, составлявшие военную силу страны, являвшийся основной и единственной опорой династии, были выведены из ханства в области новых владетелей .

Спасшиеся в ханстве члены династии хорезмийских Шибанидов бежали и нашли убежище в Дуруне, у Дин-Мухаммада, члена семьи Аванеш-хана. Дин-Мухаммад в сопровождении уцелевших султанов и с войском всего в 2000 человек устремился из Дуруна, расположенного между Кызыл-Арватом и Геок-Тепе, в Хорезм. На Узбое султаны Хорезма обратились за помощью к предводителям туркменского племени адаклы-хызр. Они обещали в случае своей победы в Хорезме «сделать их тарханами», лучших из них назначить своими нукерами и уравнять их в положении и правах с узбеками, которые, являясь военной опорой династии, пользовались совершенно исключительным по сравнению с местным населением положением. В результате этих переговоров адаклы дали Дин-Мухаммаду 1000 всадников.

Дин-Мухаммад вторгся в Хорезм, захватил Хиву и убил правившего там от имени Убайдуллы даругу и с ним человек десять его помощников. Посаженный в качестве наместника в Хорезме сын Убайдуллы, абд ал-Азиз, бежал из Ургенча в Бухару. Узнав о случившемся, Убайдулла-хан вновь выступил в поход и направился в Ургенч. Прибыв в местность Тиве-Буин, он остановился там сам, а все войско во главе с одним из военачальников послал против Дин-Мухаммад-султана. Последний, прослышав об этом, решительно выступил с войском из Хивы.

Все нукеры стали отговаривать Дин-Мухаммад-султана от боя: «Нас только десять тысяч, а неприятелей сорок тысяч: битва не будет для нас счастлива; воротимся в Дарун». Дин-Мухаммад не обращал внимания на их слова, устремившись вперед. Тут явились к Дин-Мухаммаду все беки в числе до трехсот человек, сошли с коней, пали перед ним на колени и говорили: «Умоляем тебя, воротись!» Но Дин-Мухаммад, ничего не отвечая, проехал между ними; они во второй раз приступили к нему и говорили те же слова, но и на этот раз он не дал им ответа и проехал между ними. Они сделали то же в третий раз. Тогда Дин-Мухаммад подъехал к ним, сошел с лошади, взял в руку горсть земли и молвил: «Боже! Моя душа в твоей руке, а мое тело — достояние земли!» Затем он засыпал землю за пазуху, встал и, оглядев беков, сказал: «Я обрек себя на смерть; если вы своею жизнью дорожите больше, нежели я, то удалитесь от битвы, если же вы, подобно мне, готовы жертвовать собою, не отставайте от меня». Сел на коня и пустился в путь. В войске поднялся столь сильный вопль, что земля и небо наполнились им. Все со слезами ехали вслед за Дин-Мухаммад-султаном.

Неприятели встретились недалеко от Хазараспа. Врйско, посланное Убайдуллой, было разбито на голову Дин-Мухаммадом. По словам Абу-л-Гази, в результате этой победы были возвращены в Хорезм все увезенные Шибанидами Мавераннахра узбекские племена, все уцелевшие представители династии. После этого все султаны по общему согласию возвели на ханство в Ургенче Кал-хана .

Своей победой над войском Убайдуллы Дин-Мухаммад-султан положил начало новому прочному владению, включавшему в свой состав Мерв, Абиверд и Нису. Абиверд и Ниса после смерти Дин-Мухаммада не были сохранены его потомками, но Мервом владел его сын Абу-л-Мухаммад, а затем побочный сын последнего — Нурум .

После ухода бухарцев в Хорезме возобновились смуты, продолжавшиеся много лет и окончившиеся в 1558 году возведением на престол Хаджжим-хана (собственно: Хаджжи-Мухаммад-хан). Хаджжим-хан правил долго: с 1558 по 1602 гг. В годы его царствования бухарский хан Абдулла И дважды завоевывал Хорезм. Сперва в 1002/1593 г. Об этом походе Абдуллы подробнее чем у Абу-л-Гази говорится в «Бахр ал-асрар» Махмуда ибн Вали, на что впервые обратил внимание ученых В. В. Бартольд еще в 1903 году ; однако пока еще этот сюжет не стал объектом специального рассмотрения. Затем в Хорезме произошло восстание, и в 1004/1595 г. Абдулла вновь завоевал Хорезм.

Хивинский хан Хаджжим с ближайшими родственниками еще после первого завоевания Хорезма Абдуллой бежал сначала к туркменам, а затем в Иран, где и вынужден был находиться до самой смерти Абдулла-хана в начале 1598 года. Сын и преемник Абдуллы, Абд ал-Мумин, был убит своими подданными уже спустя шесть месяцев; и завоевания Абдуллы в Хорасане и Хорезме были потеряны; Ташкент, г. Туркестан (Ясы) и еще ряд присырдарьинсих городов и крепостей перешли в руки казахских владетелей, а в Мавераннахре власть перешла к другой династии — династии Аштарханидов.

Так смерть бухарского хана, Шибанида Абдуллы II, и последовавшие затем события вернули Хорезму самостоятельное политическое бытие.

После освобождения страны от бухарского ига в 1598 г. Хаджжим-хан оставил за собой г. Ургенч и Везир, а сыновьям своим и родичам раздал уделы: г. Хиву (Хивак) и Кят — Араб-Мухаммаду, Хазарасп — Исфандийару и т. д. Хорезмийские узбеки-дештцы, уведенные ханом Абдуллою в Мавераннахр, почти все вернулись в Хорезм. В 1600 году, когда старший сын Хаджжим-хана, Суйундж-султан, вернулся из Турции, куда он бежал во время похода Абдуллы на Хорезм, отец уступил ему Ургенч и Везир, а сам отправился в Хиву, к своему другому сыну Араб-Мухаммаду. Однако в следующем году Суйундж-султан умер.

Есть ряд источников, свидетельствующих о слабости ханской власти правителя Хорезма. Вот что пишет, к примеру, османский автор конца XVI в. Сейфи Челеби: «Хотя Хаджжим-хан и не достоин именоваться падишахом, но поскольку с его именем читается хутба (пятничные и праздничные молитвы. — Т. С.) и чеканятся монеты, то он числится ханом» .

Хаджжим-хан скончался в 1011/1602–1603 г., год Барса, на 84-м году жизни. Ханом Хорезма был провозглашен сын его Араб-Мухаммад-султан, который остался в Хиве. Его старший сын и преемник на престоле Исфандийар-хан (правил в 1623–1642 гг.) также жил в Хиве. Его младший брат Абу-л-Гази, сочинение которого является главным источником по истории Хивинского ханства XVI — первой половины XVII вв., в 1643 году был провозглашен ханом в Арале, а в 1645 г. занял г. Хиву. Так с начала XVII века и по начало XX столетия г. Хива оставался столичным городом ханства.

Абу-л-Гази-хан (правил в 1643–1663) был ханом-историком, ханом-реформатором и первым хорезмийским ханом из династии Шибанидов, который сумел не только примирить враждовавшие между собой отдельные группировки среди султанов и узбеков, но стал совершать набеги на Бухару и соседние земли.

Воцарившись в Хиве, Абу-л-Гази организовал вновь весь государственный аппарат: на различные государственные должности, по рассказу хиванского историка Муниса, он назначил 360 человек из числа узбекской знати, а «тридцати двум из них он дал место около себя». Узбекские племена он разделил на четыре части (гурух), которые называют «тупе», а именно: одно тупе составляли племенные объединения уйгуров и найман, другое — кунгратов и киятов, третье — нукузов и мангытов, четвертое — канглы и кипчаков. В эти четыре крупных племенных объединения узбеков было влито 14 мелких родов (уруг), так называемых «онторт уруг» (т. е. четырнадцать родов). Все земли по каналам, выведенным из Аму-Дарьи, были поделены между этими четырьмя группами. Таким образом, все доходы от земледелия благодаря этому мероприятию были переданы узбекской знати .

Ургенч после высыхания левого рукава Аму-Дарьи понемногу запустел. В правлении Абу-л-Гази в 1645 г. был построен Новый Ургенч, примерно в 33 км северо-восточнее Хивы; туда были переселены жители старого торгового города, потомки которых и Новый Ургенч превратили в важнейший торговый центр Хивы. Новый Ургенч, говорится в источнике, «чрезвычайно благоустроен и находится в цветущем состоянии. Он является главным торговым местом в Хорезме» .

В 1649 г. Хивинское ханство подверглось нападению кал маков. Они разграбили область Кят и с добычею возвращались в свои кочевья, но были настигнуты Абу-л-Гази-ханом и разбиты. Второй поход калмаки совершили в 1653 г. на окрестности Хазараспа, затем на Дарган. Захватив награбленное, калмаки переправились через Аму-Дарью и направились в свои кочевья, но снова были настигнуты Абу-л-Гази-ханом и разбиты .

Абу-л-Гази провел десять лет в Персии и потому был гораздо образованнее своих соплеменников. Он высоко ставил ханскую власть и для оправдания идеи деспотизма проводил такую же теорию, как его английский современник Гоббс: для сохранения порядка в обществе необходимо, чтобы все члены общества отказались от своей воли в пользу одного лица .

Действительно идея Абу-л-Гази особенно интересна тем, что в ней происхождение верховной власти объясняется не теологическими соображениями, но волею народа. Вот подлинные слова самого хивинского хана-историка: «Древний народ был благоразумнее, чем народ нынешний. Если бы народ, собравшись воедино, мог убить человека или изгнать грешника, или если бы он мог сам возглавить какое-нибудь дело, то почему же он одного человека из своей среды провозгласил падишахом? Посадив его на почетное место в доме, народ отдает ему в руки свою волю (ихтийар)» .

В 1663 г. Абу-л-Гази, будучи нездоровым, передал верховную власть в стране своему сыну Ануша-султану, а сам целиком предался литературным занятиям. В «Фирдаус ал-икбал», официальной истории Хивинского ханства, об Абу-л-Гази говорится так: ом был человеком ученым и умным и написал историю, которая называется «Родословное древо тюрков» .

А вот рассказ самого Абу-л-Гази о том, как он работал над своей «Шаджара-йи турк». Он пишет: «Задумав эту историю, я предполагал подробно изложить генеалогию знатных государей и мудрых биев монголов и узбеков; описать по порядку все деяния, ими совершенные; передать слова, ими сказанные, и написать таким образом большое произведение. Но в то время, когда я собрался было осуществить задуманное, я заболел. Болезнь моя затянулась, и я подумал: „Если умру, то книга останется ненаписанной. Человека, знающего, как я, и особенно историю нашего дома от Йадгар-хана до меня, ничтожного, нет. Этого не знает ни один человек из чужого йурта, да и в нашем народе никто не знает про это. Если я унесу мои знания в могилу, то какая будет польза?“ Поразмыслив так, я посадил четырех писцов и стал диктовать им события со времен Адама до Джучи-хана, иногда заглядывая, а иногда и не заглядывая в древние исторические сочинения, потому что все те события я помнил наизусть. от Шибан-хана до моего времени я ни разу не заглядывал в книги, а поведал то, что было у меня в памяти. Но поскольку ум мой утомлялся и диктовал я иногда сидя, иногда лежа, то и сократил рассказы. Изложение их хотя и краткое, но значение их немалое» .

Политику Абу-л-Гази-хана продолжил его сын и преемник на престоле Ануша (правил в 1663–1687 гг.), при котором Бухара даже находилась короткое время во власти Шибанидов Хорезма.

Кровавые войны между Шибанидами Хорезма и Аштарханидами Мавераннахра закончились для Ануша-хана весьма плачевно. Во время очередной стычки с войсками бухарского хана Субхан-Кули, пишет автор «Тарих-и Муким-хани», Ануша потерпел поражение и бежал; недовольные его политикой хорезмийские эмиры, воспользовавшись тем, что в декабре 1687 года Ануша-хан выехал на охоту, набросились на него, схватили его и ослепили на оба глаза. На ханский престол посадили его сына Эрнек-султана, заявляет дальше сочинитель «Муким-ханской истории» Мухаммад Юсуф Мунши .

Согласно известиям хорезмийского историка Муниса, после Ануша-хана по завещанию своего отца на трон правления воссел его сын Худайдад-султан; но срок его жизни был семнадцать лет, а срок правления — два года .

После смерти Худайдад-хана (правил в 1687–1689 гг.) на трон взошел другой сын Ануша-хана, Эрнек-султан (правил в 1689–1695 гг.). Поскольку со смертью Эрнека пресеклась династия Шибанидов в Хорезме, приведем подробнее обстоятельства его кончины.

По словам хорезмийского историка Муниса, Эрнек-хан был дерзским мужчиной красивой наружности, любителем увеселений и имел пламенную страсть — волочиться за хорошенькими женщинами. «Всякую ночь после вечерней молитвы он верхом на ветроногом скакуне с двумя махрамами (близкими друзьями) скакал из Ак-Сардя в Хивак, развлекался и наслаждался там с розоликими девами и еще до рассвета возвращался в Ак-Сарай». При возвращении с одного из таких любовных похождений он был сброшен лошадью и разбился насмерть. Его мать, Тохта-ханым, которая происходила из туркмен, живших на южной окраине Хорезма, около Даргана, узнав о смерти хана, поспешила его похоронить, прежде чем известие о его смерти успело распространиться, и отправилась в Дарган, в дом своего отца. У ее старшего брата был сын, который был сверстником Эрнек-хану и очень походил на него наружностью. Выдав своего племянника за Эрнек-хана, Тохта-ханым распространила слух, что хан ездил навестить своих туркменских родственников и теперь возвращается домой. Посредством такой хитрости молодому туркмену удалось привести в Хиву тысячу своих соплеменников и овладеть городом, после чего он стал подвергать преследованию узбеков Хивы. Некоторые узбеки ушли на Арал, собрали там войско из кунгратов, мангытов, кипчаков и ходжа-эли и пошли походом на Хиву. Самозванец был убит; Тохта-ханым казнена: ее привязали к коням, которые волочили ее; из дарганских туркмен спаслась одна сотая часть. Это событие, согласно Мунису, произошло в 1106/1694–1695 гг. .

С 1694–1695 гг. и до основания нечингизидской династии Кунгратов в Хорезме не было никакой династии, и вся власть в стране перешла в руки главарей узбекских кочевых родов-дештцев, самым влиятельным из которых был инак (глава и военачальник, затем — высшее должностное лицо в Хивинском ханстве) узбекского племени кунграт. Однако в государственной жизни сохранялся принцип, что только потомки Чингиз-хана могут быть законными ханами. Для удовлетворения требования этой формальной законности местная хорезмийская аристократия, в руках которых была фактическая власть в стране, засылали приглашение султанам принять ханское звание то туда, то сюда, чаще всего в Казахские степи, так что в течение XVIII века на престоле Хивы пребывало немалое число казахских Чингизидов. Наиболее подробные известия о казахских султанах — ханах Хивы содержатся в сочинениях хивинских историков Муниса и Агахи, а также в различных русских источниках XVIII — начала XIX вв. .

Подставные ханы Хивы занимали престол (за редким исключением) только короткое время: одни уходили сами, а иных главы местных родов отсылали обратно на родину, в Казахские степи, и заменяли другими ханами. Персидский историк начала XIX века Абд ал-Карим Бухари метко называет этот политический обычай «игрой в ханы» — ханбази.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Война с Кокандским ханством (1864)

В течение короткого времени Кокандское ханство захватило долину реки Сыр-Дарьи, основало свои форпосты в киргизских кочевьях, на Памире. На завоеванных землях кокандцами было построено около 19 крепостей. В 20-30-х гг. XIX в. границы этого государства на юге доходили до г. Джизак, на западе до г. Туркестан, на севере власть кокандского хана распространялась на казахские и киргизские племена до озера Балхаш и реку Или включительно. Успешно осуществлялась экспансия ханства и на восток. Пользуясь тем, что большая часть населения северо-востока Китая являлась мусульманами, кокандцы несколько раз совершали походы на Кашгар — одну из провинций этого государства. В 1831 г. обессиливший от борьбы Китай решил купить мир с Кокандом путем заключения договора, по которому кокандцы получили право собирать в свою пользу пошлины с иностранной торговли в Кашгаре, а также в некоторых других городах Китайского Туркестана. Это обстоятельство, а также тот факт, что крупный экономический центр региона — Ташкент находился под юрисдикцией Коканда, усиливало политическое и торговое значение этого государства как посредника во взаимоотношениях России и стран Востока.
Однако двусторонние связи между Российской империей и Кокандским ханством развивались достаточно сложно и носили в основном конфронтационный характер. При этом инициатива их резкого ухудшения принадлежала, по мнению узбекских историков, среднеазиатскому государству.
Вследствие острой внутриполитической борьбы в ханстве у престола часто — находились группировки, воинственно настроенные по отношению к России. Поэтому российские купцы всячески притеснялись кокандской администрацией, из-за чего часто несли убытки. Кроме того, кокандцы стали претендовать на верховенство в казахских аулах Среднего Жуза, жители которых еще в начале 40-х гг. XVIII в. присягнули на верность российскому государству. Так, в 1831-1834 гг. бывший российский подданный казахский султан Саржан Касымов уговорил кокандского хана дать ему воинские отряды, с помощью которых он стал совершать грабительские набеги на кочевья казахов Среднего Жуза. На реке Сары-Су Касымов построил два укрепления, но потерпел поражение от имперских войск и вынужден был скрыться в Коканде. В мае 1834 г. по приказу кокандского правителя ташкентский беклярбек вместе с тем же Касымовым в сопровождении шеститысячной армии двинулся на казахские аулы Среднего Жуза и дошел до реки Ишим. При этом в степь для организации антироссийской пропаганды было послано около 100 агитаторов. Однако поднять народ на восстание кокандским предводителям не удалось. Они укрепились в крепости Улутау, но, узнав, что из Акмолинска вышел российский военный отряд, оставили гарнизон в городе, а сами бежали обратно в Ташкент. В начале 50-х гг. еще один военный поход в казахские кочевья Среднего Жуза совершил ташкентский беклярбек Мирзаахмед, но вновь потерпел неудачу. Тем не менее агрессивные акции кокандских и хивинских властей (Хива также стремилась к гегемонии в регионе) дорого обошлись России. Подстрекаемые среднеазиатскими правителями, кочевые племена нападали на пограничные селения (аулы) Российской империи, угоняли скот и лошадей, а также людей, которых впоследствии продавали в рабство. Кокандские ханы, кроме того, любой ценой стремились заполучить российских солдат, которых использовали для обучения собственного войска. Поэтому в 20-30-х гг. прежняя либеральная политика российских властей по отношению к казахским племенам, наиболее характерная для времени царствования Екатерины II, когда кочевникам были даны экономические льготы, выделялись средства на постройку мечетей, школ, караван-сараев, а также издание мусульманских книг, была отодвинута на задний план. В силу сложившихся обстоятельств в этот период упор был сделан на административно-военные мероприятия. Для этого царским правительством были предприняты меры по ограничению власти кочевых родоначальников, усилены гарнизоны пограничных крепостей. Кроме того, оренбургский генерал-губернатор Неровский для укрепления границы решил построить между реками Тобол и Иртыш что-то вроде Великой китайской стены. Однако, насыпав защитный вал протяженностью 18 верст, строительство прекратили. Посчитали, что дешевле будет отправлять в степь подвижные отряды, для обеспечения которых стали строить передовые укрепления. Так постепенно были образованы Оренбургская и Западно-Сибирская, а впоследствии Сыр-Дарьинская пограничные линии. К началу 60-х гг. XIX в. крайние пункты этих линий (поселок Яны-Курган на правобережье Сыр-Дарьи и крепость Пишпек в Семиречье) находились уже в составе российского государства. Оставшийся «разрыв», через который в российские владения проникали разбойные отряды, в Петербурге решили ликвидировать. Военно-политическим руководством Российской империи было принято решение о соединении пограничных линий. С этой целью в 1864 г. с обоих направлений навстречу друг другу выступили отряды под командованием полковников Веревкина и Черняева.
Вместе с тем уже весной 1860 г. из Коканда стали поступать известия о подготовке ханства к войне с Россией. Из Британской Индии в столицу, а также в Туркестан были направлены оружейники, приступившие к изготовлению пушек, мортир и артиллерийских снарядов европейского образца. В инженерном отношении совершенствовались защитные сооружения крепостей. Годных для кавалерийской службы коней кокандский правитель Малля-хан своим указом запретил «резать в пищу». Разъезжая по казахским и киргизским аулам, кокандские чиновники реквизировали скот и лошадей, а также настраивали население против России. Малля-хан даже пытался договориться с бухарским эмиром о создании антирусской коалиции, но сделать это ему не удалось.
Российские войска успешно продвигались по заранее намеченному маршруту. Отряд Черняева в мае-июне 1864 г. занял кокандские крепости Мерке и Аулие-Ата (ныне Джамбул). Почти в это же время, 12 июня 1864 г. полковник Веревкин штурмом взял укрепленную крепость Туркестан. Город этот имел важное значение в регионе. Через него проходили караванные дороги в Бухарское ханство, Китай и Индию. В городе находилась Могила Азрет-султана, одна из исламских святынь Средней Азии. Сюда совершали паломничество (хадж) многие жители среднеазиатских ханств, Афганистана и Китайского Туркестана.
С занятием города российскими войсками духовенство и население города сохранили свои права и привилегии согласно шариату. Помимо этого они были освобождены от воинской повинности и уплаты некоторых податей. Существенно были сокращены налоги, оставлена в неприкосновенности собственность. Для инженерного оборудования теперь уже российской крепости было принято решение оплатить все издержки горожан из казны, а также в счет поставки кибиточной подати российскими подданными — киргизами.
Тем не менее, осознавая важное стратегическое и религиозное значение города, кокандские власти предпринимали решительные действия, направленные на возвращение города в свое владение. Руководил ими мулла Алимкул — регент при малолетнем Худояр-хане. Тонкий дипломат и хороший военачальник, Алимкул из простого слуги выдвинулся в крупного сановника ханства. В начале декабря 1864 г. он неожиданно появился в нескольких верстах от крепости, совершив красивый маневр с десятитысячным отрядом. Уходя из-под Ташкента на юг и переправившись на левый берег реки Сыр-Дарьи, Алимкул, показывая намерение к отступлению, пересел со своим отрядом на суда, спустился вниз по течению и высадился напротив города. Российские казачьи пикеты незамедлительно доложили о появлении большого отряда кокандцев коменданту крепости подполковнику Жемчужникову. Последний для выяснения обстановки 4 декабря 1864 г. выслал в степь уральскую казачью сотню под командованием есаула Серова. Казаки выехали в разведку в направлении селения Икань. Здесь и произошел бой.
Отряд муллы Алимкула окружил сотню Серова, которая насчитывала 112 человек и имела одно единственное орудие — «единорог». В этой ситуации Серов принял решение спешиться и занять круговую оборону. Используя подручные средства (мешки с провиантом, ящики из-под зарядов), казаки оборудовали позицию. Кокандцы начали бой с артиллерийской подготовки (в отряде Алимкула было 3 орудия), но, к счастью уральцев, снаряды ложились рядом с позицией, а осколки поражали лишь лошадей. По-видимому, неприятель был уверен в своем численном превосходстве и безысходности положения русских и поэтому не проявлял особой активности. Весь день 4 декабря прошел в артиллерийской и ружейной перестрелке. Однако рано утром 5 декабря кокандцы, выстроившись в колонны, с громкими криками «Аллах!» ринулись на позицию уральцев. Казаки встретили их дружным ружейным огнем, «заговорил» и «единорог». Меткие выстрелы вносили сумятицу в ряды конницы противника. Но неприятель перестраивался и вновь атаковал позицию российского отряда. В полдень пыл наступающих угас, и мулла Алимкул прислал в лагерь Серова парламентеров с предложением сдаться и принять ислам. Ответом стал стройный ружейный залп в сторону врага. При этом раненые российские воины вновь заняли свои боевые места. Казаки Василий Рязанов и Павел Меринов разносили патроны, а урядник Александр Железнов метким огнем выводил из строя кокандских командиров. В это время неприятельский снаряд попал в колеса нашего орудия. Тогда уральцы собственными силами соорудили из ящиков что-то вроде лафета и стали на руках переносить «единорог». После возобновления орудийной стрельбы с российской стороны нападавшие решили прекратить атаки и убрать тела погибших воинов. В этот момент отряду Серова представилась реальная возможность сообщить о случившемся в крепость. Тем не менее доставить известие в крепость удалось не сразу. Лишь под вечер, когда стемнело казаки Аким Чернов, Андрей Борисов и киргиз Ахмед доставили письмо в крепость. Рано утром 6 декабря перед взором наших солдат открылась следующая картина. Азиаты изготовили 16 мантелетов (перевернутые арбы со щитами). Под их прикрытием они сразу же пошли в атаку на позицию русских. Вновь разгорелся жаркий бой. Кокандцы с помощью мантелетов подходили к уральцам на близкое расстояние и бросались в рукопашную схватку. Понемногу силы нашего отряда стали ослабевать. Тогда Серов решил выиграть время переговорами. В течение двух часов он дурачил головы противникам, надеясь на подкрепление. Но помощи не было. Как оказалось, комендант крепости Туркестан подполковник Жемчужников выслал на помощь казакам отряд подпоручика Сукорко, но дал ему следующую инструкцию: при обнаружении крупных сил неприятеля в бой не ввязываться и немедленно возвращаться в крепость. Младший офицер так и поступил. При получении донесения о скоплении больших сил кокандцев он со своим отрядом отошел в крепость. А тем временем 1/3 казачьей сотни Серова уже выбыла из строя. Дальнейшая оборона грозила полным уничтожением отряда. В этих условиях есаул Серов принял решение выйти из окружения. Заклепав «единорог» и подобрав раненых, казаки с криком «Ура!» бросились на врага. Кокандцы растерялись от неожиданной атаки русских и расступились. Наш отряд начал медленное отступление. В течение последующих часов уральцы, преследуемые противником, отбивались от его многократных атак. На глазах у живых раненым и отставшим казакам отрубали головы. Сотня таяла на глазах. И только недалеко от крепости их встретило подкрепление, спасшее оставшихся в живых героев. В итоге двухдневной битвы в казацкой сотне 57 человек были убиты и 41 ранен. Сам есаул был ранен в спину и контужен в шею. Так закончился бой под селом Икань, но не Иканьское дело. Как показывают документы, 7-9 декабря 1864 г. комендант крепости Туркестан Жемчужников послал генерал-майору Веревкину (за соединение Сыр-Дарьинской и Западно-Сибирской линий Веревкин и Черняев были произведены в генерал-майоры) ряд записок, в которых просил о помощи, мотивируя ее тем, что мулла Алимкул намерен штурмовать Туркестан. Однако последний и не думал об этом. Потеряв в бою под Иканем около 500 человек убитыми и столкнувшись с храбростью и мужеством российских солдат, кокандский военачальник не рискнул осаждать крепость.
Веревкин, получив панические по содержанию записки коменданта, в рапорте командиру Оренбургского корпуса писал: «Это странное и очень похожее на какой-то кошмар дело… доказывает тоже не новую вещь, что подполковник Жемчужников не соответствует занимаемой им должности». Еще решительнее поступил генерал-майор Черняев — начальник созданной передовой Ново-Кокандской линии. Приказав начать расследование против тех, кто мог и должен был прийти на выручку сотне Серова, он написал докладную на имя военного министра с прошением о возбуждении против подпоручика Сукорко следствия. Однако огромное расстояние от крепости Туркестан до Петербурга, плохо организованное почтовое сообщение сделали свое дело. Ходатайство Жемчужникова о награждении отличившихся под селением Икань пришло в Петербург гораздо раньше реляции Черняева. Высочайшим указом подпоручик Сукорко был награжден орденом Святого Владимира IV степени, с мечами и бантом… Тем не менее щедро были награждены и настоящие герои. Несколько приказов было подписано в течение года о награждении оставшихся в живых казаков. Есаулу Серову был присвоен чин войскового старшины и пожалован орден святого Георгия IV степени, а подвиг его сотни навечно внесен в летопись славных дел воинов-туркестанцев. Не остались без заботы и семьи казаков, убитых на поле брани. Наказной атаман Уральского казачьего войска 20 января 1865 г. сообщал командиру Оренбургского корпуса, что по получении известия о деле под селением Икань по войску была открыта подписка в пользу осиротевших семейств. В частности, только на поминальном вечере в честь павших воинов в течение часа было собрано 2191 руб. серебром. Вот так простые русские люди откликнулись на горе своих собратьев.
Мужество и благородство российских воинов, прогрессивная внутренняя политика российских властей на завоеванных территориях были оценены и местными жителями. Документы тех лет изобилуют многочисленными просьбами кокандского населения о принятии их в российское подданство. Так, 20 октября 1864 г. Черняев представил в правительство списки киргизов и казахов Большого Жуза численностью в 34,5 тыс. юрт, ставших подданными Российской империи. В конце этого же года манап Саяковского рода Рускулбек обратился к Черняеву с аналогичной просьбой. В составе этого рода насчитывалось 10 тыс. кибиток. В целом с 1855 по 1867 гг. все северные киргизы Кокандского ханства добровольно присягнули России.

Ровно 140 лет назад Кокандское ханство было окончательно присоединено к Российской империи. Попытки России закрепить свое влияние в Средней Азии относятся еще к началу ХIХ в., но напряженное положение в Европе и борьба с Турцией и Персией не давали возможности проводить активную завоевательную политику в отношении восточных ханств. Поэтому тогда Россия стремилась всячески поддерживать дружественные отношения с ними.
С середины XIX в. заметно усиливаются тенденции к закреплению России в Средней Азии. В немалой степени этому способствовали геополитические и экономические факторы. Середина XIX в. — это «Большая игра» между Россией и Великобританией за распространение своего влияния в Евразии. В Средней Азии Великобритания ставила перед собой задачу недопущения перехода этого региона под контроль России, а также использования среднеазиатских ханств для устроения различных проблем России и создания угрозы Уралу и Сибири. Поэтому для Русского правительства жизненно важно было установить контроль за Средней Азией ради защиты собственных границ. Кроме того, Царское правительство не могло не ценить эти регионы как важный рынок для русских мануфактурных товаров. Богатая хлопком Средняя Азия имела огромное значение как поставщик сырья.
После окончания Крымской войны и относительной стабилизации дел на Кавказе русское правительство получило возможность для проведения более активной политики в Средней Азии. Дополнительным фактором для этого было опасение британского продвижения в этом регионе: Англия занимала прочные позиции в Афганистане, а в бухарских войсках появились английские инструкторы.
Одна из первых мер Русского правительства — реализация проекта соединения так называемых внешних линий — Сибирской и Оренбургской. Летом 1863 г. русские войска овладели крепостью Сузак на Сырдарье. Было объявлено, что крепость находится «с окружающим ее населением под покровительством России». В начале 1864 г. был взят г. Аулие-ата (Алма-Ата). Намеченная цель была окончательно достигнута в сентябре того же года взятием Чимкента, находившегося до того времени во владениях Коканда.
Следующим серьезным шагом было овладение Ташкентом. Отряд под командованием полковника Черняева предпринял поход весной 1865 г. При первых же известиях о приближении Русской армии ташкентцы обратились за помощью в Коканд, поскольку город находился под властью кокандских ханов. Фактический правитель Кокандского ханства Алимкул поспешил на выручку. Собрав ташкентскую знать и сарбазов (полурегулярные войска), он обратился с призывом к войне.
Число защитников Ташкента достигло 30 тыс. человек. Среди них сарбазы (2 тыс. которых были одеты в латы), «шапочники», «чернохалатники» (городская стража), молодые индийские рабы, 2 тыс. конницы и, наконец, «гази» — «борцы за веру» из гражданского населения города. Русские войска насчитывали чуть более 2 тыс. человек, но в борьбе с плохо обученными, слабо дисциплинированными войсками это не имело большого значения. В ходе решающего сражения 9 мая 1865 г. кокандские силы были разбиты. В ночь с 14 на 15 мая начался штурм Ташкента. После недельной осады город был взят. Летом 1866 г. издается Царский указ о присоединении Ташкента к владениям Российской империи.

Размах, который приняли завоевания в Средней Азии, вызвал коренную реорганизацию управления подчиненным краем. В 1867 г. из «новых земель» образуется особое Туркестанское генерал-губернаторство в составе Сырдарьинской и Семиреченской областей с центром в Ташкенте. Первым губернатором был назначен инженер-генерал К.П. Кауфман.
Несмотря на успехи Русской армии в борьбе с восточными ханствами, которые фактически находились в орбите влияния России, они продолжали сохранять свою независимость. Первый решительный удар был нанесен по Бухарскому ханству. В результате похода в мае-июне 1868 г. сопротивление бухарских войск было сломлено. Территория ханства присоединялась к России. В июне 1873 г. та же участь постигла Хивинское ханство.
Потеря независимости третьего крупного узбекского ханства — Кокандского — была на некоторое время отсрочена лишь благодаря гибкой политике хана Худояра. Хотя часть его территории с Ташкентом, Ходжентом и др. городами была присоединена к России, Коканд, по сравнению с договорами, навязанными другим ханствам, оказался в лучшем положении. Сохранена была основная часть территории — Фергана с главными городами. Зависимость от России чувствовалась слабее, и в делах внутреннего управления Худояр был более самостоятелен. Однако положение непопулярного хана, «пошедшего на сделку с завоевателем», ухудшала его жесточайшая налоговая политика по отношению к населению. Восстание началось в 1874 г. Хан Худояр обратился напрямую к Кауфману «с дружеской просьбою направить на Коканд русское войско с артиллерией». Большая часть территории ханства была охвачена восстанием. Ненависть к «отступнику-хану» и его приближенным, «продавшим родину», переносилась на Россию. Провозглашен был газават.
Худояр в июле 1875 г. бежал в Ташкент. Новым правителем был провозглашен его сын Насреддин. Между тем восставшие продвигались уже к бывшим кокандским землям, присоединенным к территории России. Ходжент был окружен восставшими. Были прерваны сообщения русских с Ташкентом, к которому уже подходили кокандские войска. Во всех мечетях звучали призывы дать общий отпор завоевателям. Впрочем, Насреддин искал примирения с царскими властями, чтобы укрепиться на престоле. Он вступил в переговоры с Кауфманом, заверяя губернатора в своей лояльности. В августе с ханом было заключено соглашение, по которому его власть признавалась на территории ханства. Однако Насреддин не контролировал положение в своих землях. Отряды восставших продолжали производить набеги на русские владения, вторглись в долину Ангрена.
Русское командование быстро оценило всю серьезность положения. Повстанческое движение могло перекинуться на соседние Бухару и Хиву. В августе 1875 г. в битве под Махрамом кокандским войскам было нанесено тяжелое поражение. Коканд открыл ворота царским войскам. С Насреддином было заключено новое соглашение, по которому он признавал себя покорным слугой Императора Всероссийского, отказывался от дипломатических сношений с другими государствами и от военных действий без разрешения генерал-губернатора. К России отходили земли по правому берегу верхнего течения Сырдарьи с Наманганом.
Но теперь центром повстанческого движения стал Андижан. Здесь было сосредоточено до 70 тыс. человек. Восставшие провозгласили ханом Пулат-бека. Двинувшийся на Андижан отряд генерала Троцкого был разбит. 9 октября 1875 г. восставшие нанесли поражение ханским войскам и овладели Кокандом. Насреддин, подобно Худояру, бежал под защиту царского оружия в Ходжент. В скором времени был захвачен Маргелан, нависала реальная угроза над Наманганом.
Туркестанский генерал-губернатор К.П. Кауфман отправил для подавления восстания отряд под командованием генерала М.Д. Скобелева. В январе 1876 г. Скобелев берет Андижан, а вскоре подавляет мятеж и в других районах. Пулат-бек был схвачен и казнен. 2 марта 1876 г. Кокандское ханство упраздняется. Вместо него была образована Ферганская область в составе Туркестанского генерал-губернаторства. Первым военным губернатором был назначен генерал М.Д. Скобелев. Ликвидацией Кокандского ханства закончилось завоевание Россией среднеазиатских ханств в восточной части Туркестана.
Как видим, исторически присоединение Кокандского ханства к России, начавшей проведение завоевательной политики в этом регионе, было неизбежно. Разрозненные ханства, взаимно ослаблявшие друг друга постоянными войнами, с необученными и плохо вооруженными войсками, не могли противостоять Российской Империи. Только после присоединения всей Средней Азии к Империи, в регион на долгие 40 лет пришел мир и порядок.
С. Еременко

Комментарии читателей:Править

Файл:Bandera de Kokand.svg

Кокандское ханство (узб. Qo’qon xonligi, кирг. Кокон хандыгы) — государство, существовавшее с 1709 по 1876 (а также краткий период в 1917 — 1918) на территории современных Узбекистана, Таджикистана, южного Казахстана и Киргизии. В период наибольшего расширения занимало около 220 тыс. кв. км.

История Править

Основание ханства Править

Файл:Kokand.jpg

Ханство было основано в 1709, когда Шейбанид Шахрух II из узбекского племени минглар основал независимое владение в западной части Ферганской долины. Он построил крепость в небольшом городе Коканде, ставшем столицей ханства. Однако необходимо было обосновать право династии на власть, в связи с чем утверждалось происхождение династии от Тамерлана.

Пo местным преданиям, знаменитый султан Бабур , потомок Тамерлана, направлялся из Самарканда в Индию через Фергану, где одна из жен его разрешилась мальчиком по дороге между Ходжентом и Канибадамом; ребенка, прозванного Алтун-башиком (умер в 1545), приютил кочевавший там узбекский род Минг (откуда и название династии), когда же выяснилось его происхождение, Алтун-башик был провозглашён бием и поселился в Асхы. Звание бия стало наследственным в его потомстве. Один из потомков Алтун-башика, Абду-Раим, поселился в кишлаке Дикан-Тода, но впоследствии главным местом его пребывания стал город Коканд, который он основал около 1732 и который первоначально назывался Иски-Курган или Кала-и-Раим-бай (по имени основателя своего). Абду-Раим, пользуясь междуцарствием в Бухаре, предпринял поход на это ханство, занял будто бы Самарканд, Катты-Курган, добирался и до Шахри-сябза, но ограничился лишь тем, что заключил мир с тамошним правителем и женился на его племяннице, после чего вернулся в Ходжент, где и был убит своими приближенными (около 1740). Между тем персидский шах Надир в 1740 г. занял Бухару и изгнал кокандцев из Самарканда. Брат и преемник Абду-Раима, Абду-Керим-бий, окончательно поселился в Иски-Кургане, который с этого только времени (1740) получает название Коканда(На самом же деле Коканд — город, несравненно более древний. Арабские путешественники Х века, Истахри и Иби-Хаукаль, упоминают о городе Ховакенде или Хоканде, который по расстоянию от Шашской реки (Сырдарья) и от Асхы соответствует нынешнему Коканду; надо поэтому думать, что в XVIII веке вся деятельность «основателей» этого города заключалась в устройстве урды (дворец) и возведении городских стен.).

По смерти Абду-Керима, преемником его провозглашен был сын Абду-Раима, Ирдана-бий, умерший в 1778, после чего правителем стал двоюродный брат его Сулейман, убитый через 3 месяца. Тогда правителем Ферганы провозглашен был Нарбута-бий, внук Абду-Керим-бия и сын Абдурахман-бека, владетеля города. Исфары, хотя Нарбута-бий первоначально и отклонял от себя это не совсем безопасное бремя.

Абд аль-Карим, и Нарбута Бег расширили владение. Однако, и Абд аль-Карим и Нарбута были вынуждены платить дань Китаю в 1774—1798 (это является основанием для периодических китайских территориальных претензий к государствам Центральной Азии).

Экспансия Править

Сын Нарбута Бега, Алим используя таджикских горцев завоевал западную половину Ферганской долины, включая Ходжент (Ленинабад) и Шаш (включая Ташкент). Чтобы утвердить свое государство Алим-хан избил своих родственников, устранил соперников, а затем жестокостью стремился усилить свою власть, почему и прозван был «залим» (тиран) и «шир-гаран» (лютый тигр). Все свое царствование он провёл в счастливых войнах с беками важнейших городов, завоевал Чимкент, Сайрам, Кураму и даже Ташкент, 15 раз ходил на Ура-Тюбе, который ещё со времени Ирдана-бия служил яблоком раздора между кокандцами и бухарцами. Но войны и погубили Алима. Народ не мог долго выносить воинственных наклонностей властолюбивого хана, и в 1809 он был убит приверженцами своего брата Омара. Поэт в душе и покровитель поэтов и учёных, Омар, по-видимому, склонен был более к мирной, чем к военной жизни; по крайней мере с Бухарой он не желал ссориться. Он был любим народом и много заботился о внешней пышности своей власти. Но и правление Омара ознаменовалось расширением владений К. ханства. Он завоевал Туркестанскую область с её священным у мусульман городом Азрет (Туркестан), где правил Тогай-хан (по др. данным Токай-тюря), местными племенами казахов. Этот город на границе с Киргизской степью имел для кокандцев большое значение. С одной стороны, завоевание его закрывало казахам путь для набегов, а с другой — оно доставляло кокандским ханам влияние на казахов, русских подданных. Чтобы ещё более усилить это влияние, Омар-хан задумал возвести ряд укреплений на правом берегу Сырдарьи; таким образом возникли Джон-Курган, Джюлек, Кумыш-Курган, Ак-Мечеть, Кош-Курган, Чим-Курган и др. Это-то и привело к столкновению с Россией. Крепости, возведенные Омар-ханом, явились источниками целого ряда волнений и замешательств в степи: кокандцы не только притесняли казахов, но и грабили их.

В 1821 Омар-хан умер и на престол вступил 12-летний сын его Мадали-хан (Мухаммед-Али). Во время его правления ханство занимало наибольшую площадь. Ханство подчинило себе племена Северной Киргизии и Южного Казахстана. Для обеспечения контроля за этими землями в 1825 были основаны крепости Пишпек и Токмак. Он распространил власть свою на памирские владения Каратегин, Куляб, Дарваз, Рошан и Шугнан, и в Кашгаре поддерживал ходжей против китайцев.

Смута Править

В беспутстве Мадали-хан превзошёл всех своих предшественников, и женился на мачехе, что, по шариату, представляет собою великое преступление. Этим воспользовалась недовольная партия, обратившаяся к бухарскому эмиру Наср-Улле с просьбой освободить страну от преступного хана. Наср-Улла явился под стенами Коканда; Мадали-хан был убит, а К. ханство обращено в бухарскую провинцию (1842), но кокандцы, избравшие ханом двоюродного брата Омар-хана, Шир-Али, вскоре свергли его. Во время этой борьбы выдвинулся кипчак Мусульман-куль, сделавшийся всевластным временщиком. Шир-Али оказался правителем добрым и кротким, но при нём усилилась вражда между кочевниками-тюрками (кипчаками) и оседлыми сартами, которая существовала исстари и уже раньше нередко приводила к столкновениям. Вся дальнейшая история ханства заключается, главным образом, в кровавой борьбе сартов и кипчаков и всякая победа сопровождалась беспощадным избиением побежденных. Мусульман-куль раздавал все видные должности кипчакам, которые и начали хозяйничать в стране, притесняя и избивая сартов. Для сартов, более образованных и развитых (в мусульманском смысле), видеть себя в руках грубых кочевников — было верхом унижения. Воспользовавшись пребыванием Мусульман-куля за Ошем, сарты призвали на ханство Мурад-бека, сына Алим-хана, и убили Шир-Али (1845). Мусульман-куль поспешил в Коканд, убил Мурад-хана, процарствовавшего лишь 11 дней, и возвёл на престол 16-летнего Худояра, младшего из 5 сыновей Шир-Али, сам же стал регентом. Тяготясь опекой Мусульман-куля, Худояр-хан стал опорой сартовской партии, сверг Мусульман-куля и казнил его (1852). С казнью Мусульман-куля дела не пошли лучше: вся разница заключалась в том, что сарты стали резать кипчаков. Сам же Худояр оказался человеком крайне жадным, просто торгашом, каким впоследствии заявил себя и в Оренбурге, где превратился в лошадиного барышника. Невыносимые поборы Худояр-хана содействовали усилению кипчакской партии, во главе которой стал известный борец с русскими Алим-куль, провозгласивший ханом старшего брата Худояра, Малля-хана (1858). Худояр бежал в Бухару. Но и среди самих кипчаков возникли раздоры, и Малля-хан был убит (1862), после чего на престол возведены были племянники Худояра, сначала Ша-Мурад, а потом (1863) Сеид-Султан, сын Малля-хана. Худояр воспользовался этими смутами и при содействии бухарского эмира, Музаффар-Эддина, водворился было в Коканде, но вскоре изгнан был Алим-кулем и опять бежал в Бухару. Когда же Алим-куль погиб под Ташкентом (1865). бухарский эмир вновь явился с войском в Коканд, посадил от себя Худояра беком, но на возвратном пути был разбит русскими под Ирджаром, а последовавшее затем занятие Ура-Тюбе и Дизаха (1866) отрезало К. ханство от Бухары. Смуты облегчали утверждение русской власти в той части Туркестана, которая входила в состав К. ханства.

Конфликты с Россией Править

Файл:Veselovski-1898-Yakub-Bek.jpgФайл:BrullovKP PtVPerovskogoGTG.jpg

С 1855 киргизские и казахские племена подчинённые ханству, стали переходить в российское поддданство, не в силах терпеть произвол и беззаконие кокандских наместников. Это привело к вооружённым конфликтам ханства с российскими войсками, например в 1850 г. предпринята была экспедиция за реку Или, с целью разрушить укрепление Таучубек, служившее опорным пунктом для К. шаек, но овладеть им удалось лишь в 1851 г., а в 1854 г. на реке Алматы построено укрепление Верное и весь Заилийский край вошёл в состав России. С целью же ограждения казахов, русских подданных, оренбургский военный губернатор Обручев построил в 1847 г. укрепление Раимское (впоследствии Аральское), близ устья Сырдарьи, и предположил занять Ак-Мечеть. В 1852 г., по инициативе нового оренбургского губернатора Перовского, полковник Бларамберг, с отрядом в 500 человек, разрушил две К. крепостцы Кумыш-Курган и Чим-курган и штурмовал Ак-Мечеть, но был отбит. В 1853 г. Перовский лично с отрядом в 2767 человек, при 12 орудиях двинулся на Ак-Мечеть, где было 300 кокандцев при 3 орудиях, и 27 июля взял её штурмом; Ак-Мечеть вскоре переименована была в Форт-Перовский. В том же 1853 г. кокандцы дважды пытались отбить Ак-Мечеть, но 24 августа войсковой старшина Бородин, с 275 человеками при 3 орудиях, рассеял при Кум-суате 7000 кокандцев, а 14 декабря майор Шкуп, с 550 человеками при 4 орудиях, разбил на левом берегу Сыра 13000 кокандцев, имевших 17 медных орудий. После этого вдоль нижнего Сыра возведён был ряд укреплений (Казалинск, Карамакчи, с 1861 г. Джулек). В 1860 г. западносибирское начальство снарядило, под начальством полковника Циммермана, небольшой отряд, разрушивший К. укрепления Пишпек и Токмак. Кокандцы объявили священную войну (газават) и в октябре 1860 г. сосредоточились, в числе 20000 человек, у укрепления Узун-Агач (56 верст от Верного), где были разбиты полковником Колпаковским (3 роты, 4 сотни и 4 орудия), взявшим затем и возобновленный кокандцами Пишпек, где на этот раз оставлен был русский гарнизон; в это же время занята была русскими и небольшая крепостца Токмак. Устройством цепи укреплений со стороны Оренбурга вдоль нижнего течения Сырдарьи, а со стороны западной Сибири вдоль Алатау, русская граница постепенно замыкалась, но в то время огромное пространство около 650 верст оставалось ещё незанятым и служило как бы воротами для вторжения кокандцев в казахские степи. В 1864 г. решено было, чтобы два отряда, один из Оренбурга, другой из западной Сибири, шли навстречу друг другу, оренбургский — вверх по Сырдарье на город Туркестан, а западносибирский — вдоль Киргизского хребта. Западносибирский отряд, 2500 человек, под начальством полковника Черняева, вышел из Верного, 5 июня 1864 г. взял штурмом крепость Аулие-ата, а оренбургский, 1200 человек, под начальством полковника Верёвкина, двинулся из Форта-Перовского на город Туркестан, который был взят с помощью траншейных работ 12 июня. Оставив в Аулие-Ата гарнизон, Черняев во главе 1298 человек двинулся к Чимкенту и, притянув оренбургский отряд, взял его штурмом 20 июля. Вслед затем предпринят был штурм Ташкента (114 верст от Чимкента), но он был отбит. В 1865 г. из вновь занятого края, с присоединением территории прежней Сырдарьинской линии, образована была Туркестанская область, военным губернатором которой назначен был Черняев. Слухи, что бухарский эмир собирается овладеть Ташкентом, побудили Черняева занять 29 апреля небольшое К. укрепление Ниязбек, господствовавшее над водами Ташкента, а затем он с отрядом в 1951 человек, при 12 орудиях, расположился лагерем в 8 верстах от Ташкента, где, под начальством Алимкула, сосредоточено было до 30000 кокандцев, при 50 орудиях. 9 мая Алимкул сделал вылазку, во время которой был смертельно ранен. Смерть его дала обороне Ташкента невыгодный оборот: борьба партий в городе усилилась, а энергия в защите крепостных стен ослабела. Черняев решился воспользоваться этим и после трёхдневного штурма (15—17 мая) взял Ташкент, потеряв 25 человек убитыми и 117 ранеными; потери же кокандцев были весьма значительны. В 1866 г. занят был и Ходжент. В это же время Якуб Бег, бывший правитель Ташкента, бежит в Кашгар, ставший на время независимым от Китая.

Попадание в зависимость от России Править

Отрезанный от Бухары, Худояр-хан принял (1868 г.) предложенный ему генерал-адъютантом фон-Кауфманом торговый договор, в силу которого русские в К. ханстве и кокандцы в русских владениях приобретали право свободного пребывания и проезда, устройства караван-сараев, содержания торговых агентств (караван-баши), пошлины же могли быть взимаемы в размере не более 2½% стоимости товара. Коммерческое соглашение с Россией 1868 года фактически сделало Коканд зависимым от неё государством.

Восстание и ликвидация ханства Править

Недовольство населения внутренней политикой Худаяра привело к восстанию(1873—1876). В 1875 г. во главе недовольных Худояром стал кипчак Абдурахман-Автобачи (сын казненного Худояром Мусульман-куля), и к нему примкнули все противники русских и духовенство. Худояр бежал и ханом провозглашен был старший сын его Наср-Эддин. Одновременно с этим объявлена была священная война, и многочисленные шайки кипчаков вторглись в русские пределы и заняли верховья Зеравшана и окрестности Ходжента. Абдурахман-Автобачи, собрав до 10 тыс. человек, сделал центром своих операций К. укрепление Махрам на левом берегу Сырдарьи (44 версты от Ходжента), но 22 августа 1875 г. генерал Кауфман (с отрядом из 16 рот, 8 сотен и 20 орудий) взял эту крепость и совершенно разгромил кокандцев, потерявших более 2 тыс. убитыми; урон с российской стороны ограничился 5 убитыми и 8 ранеными. 29 августа он без выстрела занял Коканд, 8 сентября — Маргелан, 22 сентября был заключен с Наср-Эддином договор, в силу которого он признавал себя слугой русского царя, обязывался уплачивать ежегодную дань в 500 тыс. руб. и уступал все земли к северу от Нарына; из последних образован был Наманганский отдел.

Но едва удалились русские, в ханстве вспыхнуло восстание. Абдурахман-Автобачи, спасшийся бегством в Узгент, низложил Наср-Эддина, бежавшего в Ходжент, и провозгласил ханом самозванца Пулат-бека. Смуты отразились и в Наманганском отделе. Начальник его, знаменитый впоследствии Скобелев, подавил восстание, поднятое в Тюря-Кургане Батырь-Тюрей, но жители Намангана, воспользовавшись его отсутствием, атаковали российский гарнизон, за что вернувшийся Скобелев подверг город жестокой бомбардировке.

Затем Скобелев, с отрядом в 2800 человек, двинулся на Андижан, который штурмовал 8 января, а 10 января андижанцы изъявили покорность. 28 января 1876 г. Абдурахман сдался военнопленным и был сослан в Екатеринославль, а захваченный Пулат-бек был повешен в Маргелане. Наср-Эддин вернулся в свою столицу, но ввиду трудности своего положения задумал привлечь на свою сторону враждебную России партию и фанатическое духовенство. Вследствие этого Скобелев поспешил занять Коканд, где захватил 62 орудия и огромные запасы боевых снарядов (8 февраля), а 19 февраля состоялось Высочайшее повеление о присоединении всей территории ханства и образовании из неё Ферганской области.

Наср-Эддин водворен на жительство в пределах империи, как и его отец Худояр, ещё раньше поселенный в Оренбурге. Для упрочения российской власти оставалось покорить ещё один беспокойный элемент — племена киргизов, живших на Алае, то есть на высоком плато, образуемом двумя параллельными хребтами, замыкающими долину Ферганы с юга.

Летом 1876 г. Скобелев предпринял экспедицию на Алай и принудил предводителя киргизов, Абдул-бека, спастись бегством в кашгарские владения, после чего киргизы были окончательно приведены к покорности.

Земли Кокандского ханства вошли в Ферганскую область русского Туркестана.

1917—1918 Править

В декабре 1917 — февраля 1918 предпринималась попытка восстановить Кокандское ханство, но она закончилась неудачей.

Правители государства Коканд Править

  • Шахрух-бий, сын Ашуркул Шахмаст-бия, бий племени Мингкадар, аталык государства Аштарханидов, суверенный бек Коканда 1710—1721
  • Абд ур-Рахим-бий, сын Шахрух-бия, бий племени Мингкадар и бек Коканда 1721—1739
  • Абд ур-Карим-бий, сын Шахрух-бия, бий племени Мингкадар и бек Коканда 1739—1751
  • Низам уд-Дин Мухаммад Баба-бий, сын Абд ур-Рахим-бия, бий племени Мингкадар и бек Коканда 1751—1752
  • Ирдани-бий, сын Абд ур-Рахим-бия, бий племени Мингкадар и бек Коканда 1752—1769
  • Сулайман-бий бий племени Мингкадар и бек Коканда 1769—1770
  • Нарбута-бий, сын Абд ур-Рахим-бия, бий племени Мингкадар и бек Коканда 1770—1798
  • Али Мухаммад-хан, сын Нарбута-бия, хан Коканда 1798—1809
  • Сайид Мухаммад Умар-хан, сын Нарбута-бия, хан Коканда 1809—1822
  • Сайид Мухаммад Али-хан, сын Сайид Мухаммад Умар-хана, хан Коканда 1822—1842
  • Сайид Мухаммад Шир Али-хан, сын Хаджи-бия, хан Коканда 1842—1845
  • Сарымсак-хан, сын Сайид Мухаммад Шир Али-хана, хан Коканда 1845
  • Мурад-хан, сын Али Мухаммад-хана, хан Коканда 1845
  • Сайид Мухаммад Худойар-хан, сын Сайид Мухаммад Шир Али-хана, хан Коканда 1845—1858, 1862—1863, 1865—1875
  • Сайид Бахадур Мухаммад Мулла-хан, сын Сайид Мухаммад Шир Али-хана, хан Коканда 1858—1862
  • Султан Шах Мурад-хан, сын Сарымсак-хана, хан Коканда 1863—1865
  • Насир уд-Дин-хан, сын Сайид Мухаммад Худойар-хана, хан Коканда 1875


В статье использованы материалы из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1890—1907).

Файл:Noia 64 apps ktip.png Актуальность
Данные приведены по состоянию на конец XIX века
(требуется перевод в современные единицы измерения).

Азербайджан • Казахстан • Киргизия • Турция • Туркмения • Узбекистан

Непризнанное государство: Северный Кипр¹

Исчезнувшие государства: Флаг Бухарского ханства Бухарское ханство • Флаг Восточного Туркестана Восточный Туркестан • Флаг Кокандского ханства Кокандское ханство • Османская империя • Флаг Хивинского ханства Хивинское ханство

Тюркские административно-территориальные образования в других странах

В Азербайджанской Республике: Нахичевань | В Иране: Южный Азербайджан | В Монголии: Баян-Ольгейский аймак | В Китае: Восточный Туркестан • Кызылсу-Кыргызская автономная область • Илийско-Казахская автономная область | В Молдавии: Гагаузия | В России: Республика Алтай • Башкортостан • Дагестан • Долгано-Ненецкий автономный округ • Кабардино-Балкарская Республика • Карачаево-Черкесская Республика • Саха (Якутия) • Татарстан • Тыва • Хакасия • Чувашия | На Украине: Крым | В Узбекистане: Каракалпакстан

¹ Турецкая Республика Северного Кипра признана только Турцией

Страны и автономии с присутствием тюркского этноса

ca:Khanat de Kokand

  1. Википедия Кокандское ханство адрес
  2. Викисловарь — адрес
  3. Викицитатник — адрес
  4. Викиучебник — адрес
  5. Викитека — адрес
  6. Викиновости — адрес
  7. Викиверситет — адрес
  8. Викигид — адрес

Выделить Кокандское ханство и найти в:

  1. Вокруг света ханство адрес
  2. Академик ханство/ru/ru/ адрес
  3. Астронет адрес
  4. Элементы ханство+&search адрес
  5. Научная Россия ханство&mode=2&sort=2 адрес
  6. Кругосвет ханство&results_per_page=10 адрес
  7. Научная Сеть
  8. Традиция — адрес
  9. Циклопедия — адрес
  10. Викизнание — ханство адрес
  1. Google
  2. Bing
  3. Yahoo
  4. Яндекс
  5. Mail.ru
  6. Рамблер
  7. Нигма.РФ
  8. Спутник
  9. Google Scholar
  10. Апорт
  11. Онлайн-переводчик
  12. Архив Интернета
  13. Научно-популярные фильмы на Яндексе
  14. Документальные фильмы
  1. Список ru-вики
  2. Вики-сайты на русском языке
  3. Список крупных русскоязычных википроектов
  4. Каталог wiki-сайтов
  5. Русскоязычные wiki-проекты
  6. Викизнание:Каталог wiki-сайтов
  7. Научно-популярные сайты в Интернете
  8. Лучшие научные сайты на нашем портале
  9. Лучшие научно-популярные сайты
  10. Каталог научно-познавательных сайтов
  11. НАУКА В РУНЕТЕ: каталог научных и научно-популярных сайтов
  • Страница 0 — краткая статья
  • Страница 1 — энциклопедическая статья
  • Разное — на страницах: 2 , 3 , 4 , 5
  • Прошу вносить вашу информацию в «Кокандское ханство 1», чтобы сохранить ее