Доспех из дендры

Доспехи Троянской войны (часть вторая)

Также как и в случае с мечами, доспехи Троянской войны появились задолго до того, как сама она началась. Самым ранним элементом оборонительной брони является бронзовый наплечник, найденный в одной из гробниц из Дендры (гробница №8) и относящийся к 1550 – 1500 до н.э. Сначала посчитали, что это шлем, но позднее правильно определили как наплечник для правого плеча. Других частей не оказалось и это дало основание для трех гипотез:
а) весь доспех первоначально был помещен в гробницу, но позже он был удален;

б) наплечник символизировал всю броню;
в) только этот наплечник был металлическим, а весь остальной доспех из кожи и он просто рассыпался от времени.
Зато в гробнице Дендры № 12 (1450 – 1400 гг. до н.э.) нашли полный доспех воина, состоявший из бронзовых деталей.

Доспех из Дендры.
Эта защита состоит из: а) двух бронзовых пластин толщиной около 1 мм, которые защищают туловище воина; б) двух бронзовых наплечников (аналогичные, но не равные по форме находке в гробнице № 8); в) две части изогнутых бронзовых пластин, прикрепленных к нижней стороне наплечников для защиты предплечья; г) два треугольных куска бронзы, прикрепленных к наплечникам для дополнительной груди; е) бронзовый нашейник; е) шесть бронзовых пластин, прикрепленных к нижней кромке панциря – три спереди и три сзади.

Реконструкция доспеха из Дендры.
Все части имеют ряд небольших отверстий по краям с диаметром 2 мм, используемых для крепления подкладки к внутренней части панциря. Подкладка была кожаной, ее останки были найдены внутри пластин. Были найдены тонкие нити из козьей шерсти. Большие отверстия, примерно 4 мм, на краях всех элементов использовались, чтобы соединять различные пластины друг с другом при помощи кожаных шнурков.

Знаменитая «маска Агамемнона» из «златообильных Микен».
Доспехи были реконструированы, и выяснилось, что, несмотря на свой странный дизайн и немалый вес, они были достаточно гибкими и удобными для использования пехотинцами, а не, как иногда утверждают, исключительно воинами на колесницах. Эта экспериментальная реконструкция приводит также к выводу, что эти доспехи создавались для борьбы с мечом и копьем. А вот пользоваться в них луком неудобно. Защита горла особенно важна, если мы вспомним наличие у воинов мечей-рапир типов С и D (см. часть первую, посвященную мечам). Конечно, это не означает, что эта броня была разработана специально для защиты только от этих мечей, но это, конечно, создатели доспеха учитывали. Интересная особенность этих доспехов заключается в разнице в ширине проймы: для правой руки пройма больше, чем обеспечивается большая свобода правой руки в бою. Это еще одно свидетельство, что «броня из Дендры» предназначена для наземных боев, а не только для парада или воинов на колесницах.

«Львиные ворота» в Микенах.
Кстати, общий вес этого доспеха составляет от 15 до 18 кг. Учитывая размер грудных пластин и анализ скелета, найденного в гробнице, было установлено, что воин, которому принадлежала «броня из Дендры», был ростом 1,75 м, но при этом был очень стройным и весил около 60-65 кг.

Находку подтверждают фрагменты керамики из Микен (1350 – 1300 гг. до н.э.). На этом изображении кираса с большим нашейником вполне узнаваема. К сожалению, из этого фрагмента невозможно определить, является ли воин пешим или сражается на колеснице.

Фрагмент керамики с изображением воина в доспехе с характерным нашейником.
Были найдены также 117 бронзовых пластинок (около 1370 – 1250 гг. до н.э.) во время раскопок в гробницы в Мессении. На них имеются небольшие отверстия от 1 до 2 мм в диаметре для крепления на подкладку. То есть броня из чешуек-пластинок древним ахейцам была тоже известна.
Следует подчеркнуть, однако, что большинство вышеописанных доспехов использовались воинами крито-микенской культуры задолго до собственно Троянской войны. Если годом падения Трои считать 1250-й, то за 100 – 250 лет, а если датировать это событие 1100 или 1000 годом, как это делают некоторые историки, то это время становится еще большим. И отсюда опять-таки возникает вопрос о преемственности и традиционности ахейского оружия. Насколько оно соответствовало не столько времени его находки, тут как раз проблемы не возникает, сколько интересующему нас времени. То есть, образно говоря, «мог ли носить доспехи из Дендры» легендарный Ахиллес.

«Марш воинов» – изображение на микенской вазе. Обратите внимание на их странные рогатые шлемы с гребнями и круглые щиты с обрезанным нижним краем.
Поскольку бронзовый доспех должен был быть чрезвычайно ценным, то есть все основания полагать, что одна и та же «броня» могла передаваться от одного поколения к другому, пока не приходила полностью в негодность, либо ее не хоронили вместе с воином в могиле. Но… развитие доспеха на основе боевого опыта тоже нельзя исключать, хотя традиционность древних исторических культур была исключительно высокой. В Японии, например, чуть ли не до наших дней все старое считалось лучше нового, так что выщербленная чашка для чая ценится больше, чем новая!
В то же время в остальных районах Европы, также использовались цельнокованные доспехи из бронзы и, в частности, бронзовые кирасы. Они были найдены в Словакии, Венгрии и Италии, поскольку граничили с ахейской цивилизацией и либо их заимствовали, либо покупали, либо… добывали в боях.
Замечательный образец ахейской брони… в виде каменного сосуда в форме кирасы с наплечниками. Из погребения на Крите в районе дворца в Кноссе (около 1350 г до н.э.).
Так, например, до нас дошли хорошо сохранившиеся бронзовые кирасы, найденные в Дунае возле Пилисмарота Венгрии (1300 – 1100 гг. до н.э.)

Кираса из Пилисмарота.
Обнаружен фрагмент нагрудной пластины панциря в Словакии (около 1250 г. до н. э.) Также найден фрагмент кирасы из Черна-над-Тисой, Словакия, (1050 до 950 г. до н. э.). Правда, все эти находки фрагментарны. Но они показательны в том отношении, что доказывают наличие подобных доспехов в то время. То есть в бронзовом веке металлические доспехи не были такой уж удивительной редкостью! По сути дела это были самые настоящие… рыцарские латы, закрывавшие торс, шею и ноги до колен, либо пластинчатые («чешуйчатые») доспехи, опять-таки очень похожие на более поздние, но сделанные из бронзы, а не из железа. То есть где-то с XV века и до падения Эгейской цивилизации уровень характерной для нее металлообработки был очень высок.

Ну, а более поздние изображения героев и сцен Троянской войны, сделанных классическими греками, никакого реального отношения к прошлому не имеют. То есть мы видим подписи под (или над фигурами): Ахилл, Аякс, Гектор, но это не более чем художественные образы, связанные с особенностью отсутствия у людей того времени исторического мышления. То, что они видели вокруг себя, они же и проектировали на прошлое. Поэтому щиты-гоплоны, «шлемы с гребнями» и мускульные кирасы из арсенала воинов Троянской войны следует исключить. В том числе и будущим оформителям книг «Илиада» и «Одиссея», издаваемых для детей!

Пацифистская идиллия или военная машина?

Проблема войны в минойском мире, как и многие другие аспекты изучения этой культуры, до недавнего времени в научной литературе рассматривалась несколько однобоко. Вслед за очарованным минойцами Артуром Эвансом (британским археологом, раскопавшем в начале XX века Кноссос) многие исследователи придерживались «пацифистской» теории, во главу угла которой ставилось отсутствие на Крите мощных военных укреплений как признак некоей особенной миролюбивости минойцев. Считалось, что незначительное количество батальных сцен в минойском искусстве также подтверждает тезисы Эванса о высокоразвитой культуре торговцев и дипломатов.

Фреска с воинами из Акротири

Современная историческая наука не так радикальна и всё чаще на конференциях, в докладах и статьях можно услышать о том, что минойцы, несомненно, должны были воевать, причем весьма немало, чтобы установить контроль над столь обширным регионом как Эгеида. Чего только должно было стоить искоренение пиратства на важнейших торговых путях. Например, Barry P.C. Molloy, археолог из университета Шеффилда, проводивший в последние годы активные изыскания на Крите, считает, что именно здесь можно найти самые ранние образцы вооружения, которое доминировало в Европе вплоть до средневековья, а именно мечи, металлические боевые топоры, щиты, копья и, вероятно, доспехи.

Щиты в форме восьмерки (фрески из Кноссоса)

Археологи находят все больше подтверждений того, что вопросы войны были актуальны для минойцев также, как для всех цивилизаций бронзового века. Например, в 2010 году в ходе раскопок в Гурнии на севере Крита, помимо развитой городской инфраструктуры (60 близко расположенных друг к другу домов, корабельный склад и небольшой дворец в центре города) были найдены серьезные фортификационные сооружения. Город защищали две линии стен толщиной от 27 до 2 метров в зависимости от места расположения с башнями и бастионами. Стены имели каменное основание, а выше были сделаны из глиняных кирпичей. Защитники крепости, засевшие на стенах, судя по всему, использовали луки и пращи и могли обрушить на врагов град стрел и камней. В захоронениях Гурнии найдено большое количество оружия, свидетельствующее о том, что военное дело было особенно важным для местных жителей.

Крито-микенские воины (художенственная реконструкция)

Вообще на Крите находят действительно немало оружия: мечи, кинжалы и стрелы и защитное снаряжение, такие как шлемы. Хотя собственно минойского значительно меньше чем более позднего, микенского. Тем более интересен вопрос о том, был ли Крит завоеван «варварами с материка» или пал после разрушительного землетрясения и цунами, пришедшего со стороны Санторини в промежутке между 1642 и 1540 годами до н.э., но это вопрос для отдельного обсуждения.

В данном контексте стоит лишь оговориться, что, судя по музейным экспозициям, ритуального минойского оружия в распоряжении археологов больше, чем боевого, и гигантские лабрисы хоть и внушают некоторый трепет, для военных действий не приспособлены. Например, как множество топоров из пещеры Аркалохори и Кноссоса.

Шлем из бивней кабана (Нерополь в Арменои ок.1450 г. до. н.э. / Археологический музей в Ретимно) Шлем из Кноссоса, ок. 1450

Что действительно интересно, так это, например, шлемы из бивней дикого кабана — уникальная конструкция, перенятая затем и микенцами. Отполированные, подогнанные по размеру клыки пришивались на кожаную основу. Именно такой шлем описывается Гомером в «Иллиаде»:

Вождь Мерион предложил Одиссею и лук и колчан свой,

Отдал и меч; на главу же надел Лаэртида героя

Шлем из кожи; внутри перепутанный часто ремнями,

Крепко натянут он был, а снаружи по шлему торчали

Белые вепря клыки, и сюда и туда воздымаясь

В стройных, красивых рядах; в середине же фетром подбит он.

Минойские бронзовые мечи также отнюдь не декоративные и вполне передовые для той исторической эпохи: обоюдоострые, с мощными рукоятками, нередко искусно отделанные. Щиты в форме восьмерки, изображения которых и даже модели из кости находят во всех минойских дворцах, вызывают больше вопросов в силу своей массивности, но, возможно, рабочие боевые модели были функциональны в определенных видах схваток, например, для защиты от лучников.

Микенцы же были не менее искушенными в военном деле и к тому же у них было несомненное преимущество в виде боевых колесниц, неизвестных минойцам. В континентальной Греции, в одном из микенских захоронений Дендры, также были найдены поразительные кованые многосоставные доспехи из бронзовых платин, удивительно прогрессивные для того времени.

Но важно сказать, что минойское военное дело, несомненно, было теснейшим образом связано с морскими походами, о чем наглядно свидетельствуют, например, фрески из Акротири. Военные корабли скорее всего было основой минойской боевой мощи, и именно утрата флота после извержения Санторинского вулкана стало тем необратимым катастрофическим событием, приведшим к гибели и долгому забвению этой цивилизации.

Гайд: Как найти все части доспеха «Микенского Воина» в игре Assassin’s Creed: Odyssey

В «Одиссеи» существует довольно интересная цепочка заданий, которая связана с неплохой экипировкой. Речь идёт об эпическом наборе «Микенских доспехов». Помимо того, что можно обзавестись неплохой экипировкой, можно заодно и раскрыть тайны древнегреческой гробницы. Как взять задание, которое связано с этим снаряжением? Когда окажитесь в местечке под названием «Беотия», обязательно спасите от диких зверей местного исследователя по имени Эппи. С него и начинается прохождение задания, которое связано с поиском обмундирования.

Также перед тем, как ознакомитесь с остальной частью гайда, стоит отметить, что данный доспех – не легендарный. Тем не менее, он довольно хорош для своего уровня. Все бонусы данного снаряжения связаны с ближним боем и веткой «Воина», при этом определённые характеристики немного выше, чем у вещей эпического качества. Таким образом, можно получить симпатичный набор брони и сэкономить время/ресурсы на разного рода улучшения экипировки. Где найти доспехи Микенского воина в Assassin’s Creed: Odyssey?

Часть – 1: «Пещера Оракула»

Assassin’s Creed: Odyssey. Гайд по броне

Первым делом доберитесь до западной части места под названием «Беотия» и возьмите там задание под названием «Ценность жизни» у вышеупомянутого персонажа. Суть задания заключается, в том, что археолог отыскал часть микенской стрелы и теперь просить оказать ему помощь в поиске/исследовании древней гробницы. Вход внутрь находится прямо за алтарём. Место называется «Пещера Оракула». Впрочем, персонаж покажет, где находится данное место.

Итак, благодаря тому, что у вас будет обломок стрелы, можно будет отпереть двери и спокойно пробраться внутрь прямиком к стене, на которой имеются древние надписи. Кроме того, в этом месте будет стоять первый сундук. Внутри сундука лежит ржавый доспех. Следом после этого момента, нужно будет найти ещё целых 4 фрагмента микенской стрелы. Два фрагмента можно найти полностью самостоятельно, а вот другие два фрагмента лишь в ходе прохождения задания.

Часть – 2: «Озеро Копаида»

Assassin’s Creed: Odyssey. Лучшие эпические доспехи

Первым делом нужно будет посетить озеро под названием «Копаида». Однако если вы побывали в этом месте раньше, тогда ничего страшного в этом нет – вы всё равно сможете забрать квестовый предмет. В любом случае, в южной части этого озера на дне можно будет найти запретный сундук (внутри лежит фрагмент стрелы). Ключ от сундука можно будет взять у трупа рядом.

Часть – 3: «Храм Афродиты»

Assassin’s Creed: Одиссея. Лучшие эпические доспехи

Следующий ценный фрагмент можно будет найти внутри затонувшего храма Афродиты. Руины находятся в северо-восточной части побережья Беотии. При этом учтите, что сундук не будет помечен в качестве сокровища области, но за то его сможет заметить орёл Икар, поэтому обязательно воспользуйтесь его услугами.

Часть – 4: «Гробница Ориона»/»Пещера Безумства»

Assassin’s Creed: Odyssey. Где найти эпические доспехи

Следующие два фрагмента никак не получится отыскать без ценнейших указаний исследователя Эппи. Первым делом он пошлёт персонажа прямиком в гробницу Ориона, чтобы отыскать своего верного помощника. При этом не забудьте посетить саму гробницу и внимательно её изучить, потому что внутри есть много чего интересного. Впоследствии в ходе прохождения задания вы доберётесь до Пещеры Безумства, которая расположена в южной части – именно в этом месте придётся отобраться последний фрагмент. Кроме того важно отметить, что без задания местные фанатики банально не появляются, а они важны для прохождения квеста.

Часть – 5: «Сожжённый храм»

Assassin’s Creed: Odyssey. Характеристики брони

Следующая важная остановка – это сожжённый храм, расположенный в Орхомене (северная часть Беотии). В этом месте нужно будет отыскать вора и отобрать у него последний фрагмент стрелы. Только по после этого можно будет вернуться обратно к Эппи и получить ценную награду в виде снаряжения Микенского воина.

ОРУЖИЕ И ДОСПЕХИ

Поскольку возничие колесниц были безоружны, вероятно, упомянутые на кносских табличках панцири предназначались именно для них. Изображение панциря или кольчуги на кносской табличке отличается от пилосских табличек, хотя слова для их обозначения совпадают. В пилосской табличке для этого использовано классическое слово thorax (грудь), идеограмма которого напоминает кирасу, нарисованную на «Вазе воина», относящейся к микенской эре. Кносский панцирь очень похож на бронзовую кольчугу, недавно найденную в камерной гробнице в Дендре (Мидия), которая относится к середине раннеэлладского периода или к концу XV в. до н. э., то есть немного раньше, чем предполагаемая дата кносских табличек. Эта уникальная находка напоминает нам, что много ценностей утрачено и по описаниям, содержащимся в табличках, можно делать лишь общие выводы.

Рис. 53. Таблетка с колесницей из Кносса (по Чедвику)

На «Вазе воина» изображена самая поздняя разновидность доспеха, очевидно изготовленная из металла, скрепленного кожей, тогда как на кносских табличках показаны более ранние доспехи, сделанные из бронзы. Бронза прекрасно сохранялась на протяжении долгого времени, но она была достаточно ценным металлом и часто привлекала внимание грабителей гробниц.

В табличках не упоминается еще о двух видах вооружения – щитах и латах. Отсутствие их описаний не может не удивлять в сопоставлении с имеющимися находками. Хотя не сохранилось ни одного образца щитов, можно с уверенностью утверждать, что они существовали; сохранилось множество документально подтвержденных свидетельств, в частности изображения на микенских произведениях искусства.

На охотничьем кинжале с рукояткой в виде головы льва из шахтной могилы IV изображены два различных типа щитов: в виде восьмерки и «башенный» щит. Изображение последнего есть в сцене боя, вырезанной на золотом кольце-печатке, найденном в той же самой могиле.

Размеры данных щитов, прикрывавших все тело воина, позволяют предположить, что их изготавливали из нетяжелых материалов типа кожи. На фресках, обнаруженных в кносском и тиринфском дворцах, видно, что щиты, которыми украшены изображения воинов, сделаны из бычьих шкур. Пятнистая отделка щита воспроизводит защитную окраску животного.

Похоже, и этот щит, и щит в виде башни созданы именно на Крите. В материковой Греции его использование ограничивается XVI и XVII вв., отголоски можно найти в «Илиаде», где пространные описания щитов воспринимаются как дань старой и почти забытой традиции. Находки позднеэлладского периода показывают, что начиная с XIV в. все микенское вооружение изменилось. Расширившиеся в это время контакты с Ближним Востоком привели к появлению новых видов оборонительного и наступательного оружия. Огромный щит, пригодный для поединка или защиты в строю, заменен небольшим круглым щитом, лучше приспособленным для коллективного боя. Но как священный символ и украшение статуй большой щит продолжал использоваться еще на протяжении двух столетий. На «Вазе воинов» представлены два типа круглых щитов, но ученые расходятся по поводу их интерпретации.

Рис. 54. Пилосский воин в латах (по Вентрису и Чедвику)

Люди моря, то есть жители островов, использовали округлый щит, похожий на отмеченный нами тип, он изображен на черепке того времени. Скорее всего, данный щит имел не плечевые ремни, а рукоятку, чтобы его можно было держать рукой. Этим он отличается от щита-восьмерки, который носили на специальной подвеске. Как показано на «Вазе воинов», щит носили на левой руке. Планы микенской крепости свидетельствуют о том, что подобный обычай был достаточно распространен. Бастионы для охраны главных ворот и бокового входа размещались так, чтобы с них было удобно наносить удары по незащищенной (правой) стороне нападающего противника.

В «Илиаде» часто говорится о «хорошо защищенных ахейцах», но лишь недавно археологи обнаружили фрагменты бронзовых наколенников, относящиеся к концу микенского периода. Один из них нашли на Кипре, а другой – в южном Пелопоннесе.

У изображенного на «Вазе воина» пехотинца ноги чем-то защищены, возможно наколенниками. На фресках также сохранилось несколько изображений мужчин, солдат или придворных, которые одеты похожим образом. Видимо, что материалом для них служил фетр или кожа. В поздний период, когда металл начали производить в больших количествах и он стал дешевле, их заменила бронза.

Чисто греческим видом вооружения можно считать шлем из клыков кабана. Он подробно описан Гомером, однако данный тип шлема вышел из употребления задолго до его времени. В микенский период он уже не применялся. Изображения шлемов часто встречаются на микенских памятниках: его носят воины, изображенные на геммах, он встречается на серебряном ритоне с изображением осады. Очень хорошо виден шлем (во всех подробностях) на голове воина на рельефе из слоновой кости. Обычно его относят к последней трети позднеэлладского периода.

Появление такого шлема, по-видимому, восходит к концу среднеэлладского периода. Шлем явно относился к предметам роскоши, чтобы изготовить его, требовалось от 30 до 40 пар кабаньих клыков. Многочисленные фрагменты обработанных клыков находили в гробницах по всей Греции.

Изготовление шлема занимало много времени. Сначала клыки кабана аккуратно разрезали на продолговатые куски, затем на их коротких концах прокалывали отверстия, потом пластины пришивали к раме конической формы, предположительно изготовленной из кожи. Материал, естественно, не сохранился. Клыки располагались рядами, слегка перекрывая друг друга. Чтобы закрыть всю поверхность шлема, требовалось четыре или пять рядов. Подобная схема воспроизведена и на рельефах из слоновой кости. Верхняя часть шлема увенчивалась перьями или завершалась узлом. На рельефах из слоновой кости также показаны полосы, защищавшие шею и подбородок воина.

Рис. 55. Поздние минойские и микенские шлемы (по Вентрису и Чедвику)

Кроме данного шлема, известно еще несколько других типов. То, что одно время считали бронзовым шлемом (найден в гробнице в Дендре много лет назад), сегодня определяют как кусок плечевой части кольчуги, на который выше мы уже ссылались.

Рис. 56. Подставка для ног (по Чайлду)

Последний по времени тип шлема изображен на «Вазе воинов». Там представлены две разновидности шлемов: один из клыков с пером, другой заостренной формы и украшен гребнем. Похоже, обе формы создавались под влиянием образцов, привезенных с Ближнего Востока. Белые пятна, украшающие шлемы и доспехи, изображенные на вазе, обычно рассматриваются как металлические диски, которые пришивали на материал, возможно, их изготавливали из кожи или фетра.

Рис. 57. Подставка для ног среднеминойского периода (по Чайлду)

Основным наступательным оружием микенцев считались копье, сабля и лук. Самые ранние копья имели наконечники необычной формы, но они встречаются редко. Бронзовый наконечник имел углубление на одной или обеих сторонах, в него вставляли расщепленный конец деревянной рукоятки. Подобные копья были найдены в Сексле, Левкасе, Азине и в шахтной гробнице IV в Микенах, видимо, все они происходят с материка.

Гораздо чаще на протяжении всего микенского времени использовался традиционный узкий наконечник в форме листа с сильным средним ребром и углубленным основанием, который прикреплялся к деревянной рукоятке с помощью металлического хомута. Похоже, по происхождению он был кипрским.

Несколько длинных тяжелых копий подобного рода обнаружено в шахтных могилах царей, а их использование на колесницах показано на стеле. Применение копий во время единоборств запечатлено на печатках того же времени. Короткое копье использовалось как оружие типа кинжала во время охоты на львов.

Хотя от позднего микенского периода до нас дошло немного изображений данного вида оружия, о его военном значении свидетельствует то, что копье оказалось единственным оружием, изображенным на «Вазе воинов». Однако единственное изображение – еще не доказательство, что легкое метательное копье, которое когда-то играло такую важную роль в эпосе Гомера, использовалось как вооружение в материковой Греции.

В начале микенского периода главным оружием для нападения считались длинные и узкие мечи, множество образцов которых найдено в шахтных могилах. В захоронении каждого воина всегда было больше оружия, чем ему могло понадобиться во время его беспокойной жизни. Все образцы превосходной работы, и некоторые из них богато и изящно украшены, что позволяет предположить, что это погребальные подношения, а не настоящее оружие.

У мечей обычно закругленные выступы, короткие рукоятки и ярко выраженные ребра; по поперечному сечению они представляют собой сочетание окружностей. Предшественниками мечей подобного типа (А), несомненно, были образцы минойского типа (рис. 58).

Однако наряду с этими мечами в скальных могилах находят изделия другого типа (В), хотя он не так широко распространен, как тип А. В ранних круговых могилах найден только один образец такого меча. Основное различие между двумя типами оружия в том, что у типа В квадратные или заостренные выступы, удлиненная рукоятка и более короткое лезвие.

Возможно, предшественниками данных мечей были широкие кинжалы, позволявшие наносить рубящий удар. В круговых могилах нашли несколько похожих образцов, видимо происходящих с Ближнего Востока. Вариантом типа В считается меч или сабля в форме полумесяца, заостренные выступы, похоже, заимствованы у типа А.

Превосходные образцы кинжалов того времени найдены в скальных могилах, у них великолепная отделка. Искусная техника нанесения инкрустаций из золота, серебра и черни, несомненно, восходит к традициям азиатских, а не минойских мастеров.

Благодаря расширению контактов с Ближним Востоком в позднеэлладский период получил распространение новый тип сабли. Прямые рапирообразные мечи, известные по находкам предшествующего времени, стали постепенно заменяться обоюдоострым мечом или саблей, то есть рубящим оружием. Техника его использования стала совершенно иной.

Одна микенская версия нового типа сабли имеет квадратные выступы, отделанные так же, как рукоятка. Лезвие плоское, расширяющееся к концу, не имеет среднего ребра. Ранние образцы таких сабель датируются, возможно, самым концом позднеэлладского периода, то есть второй половиной XIV в. В табличках не указывается, о каком типе меча идет речь, да и изображения достаточно схематичны.

Изображение на табличке позволяет представить крестообразный меч середины позднеэлладского периода. У него широкое лезвие, выкованное вместе с рукояткой, небольшие выступы и четко намеченное среднее ребро, без которого рубящее оружие просто нельзя было бы использовать (рис. 61).

На археологических находках представлены единичные примеры использования лука, в основном в сценах охоты. Подобным примером можно считать кинжал с изображением охоты на львов. Они показывают, что, скорее всего, в микенский период лук не играл особой роли во время военных действий, но на фрагменте стеатитовой вазы из Кносса изображен бородатый лучник, по его одежде можно определить, что он из Микен.

Рис. 58. Рапиры. Типы А и В (по Чайлду)

Рис. 59. Крестообразный меч (по Фуремарку)

Рис. 60. Кинжал листообразной формы или меч (по Фуремарку)

В кноссском дворце обнаружены два огромных склада бронзовых наконечников для стрел вместе с ярлыками-табличками, насчитывающими 6010 и 2630 штук соответственно. Бронзовые головки для стрел соответствуют наконечникам копий на пилосских табличках.

Рис. 61. Табличка с изображением меча (по Чедвику)

Рис. 62. Бронзовый наконечник стрелы (по Вентрису и Чедвику)

Данные находки показывают, что луки находились на вооружении у микенских воинов. Об устройстве луков известно гораздо меньше. По изображениям известен только цельный лук, выполненный из одного куска дерева. Нет свидетельств, подтверждающих существование составного лука, аналогичного тому, который использовался Одиссеем для наказания женихов.

В начале позднеэлладского периода наконечники для стрел изготавливали из кремня или обсидиана, и они имели высверленную полость внутри, так что их форма напоминала митру епископа (рис. 62, 65). Снаружи поверхность тщательно отделывали. Со временем их начали отливать из бронзы, и тогда на них нередко делались зазубрины. Изображения лучников и камнеметателей с пращами встречаются на фрагменте ритона со сценами осады, но это изображения не микенцев, а их врагов.

Следует также упомянуть примерно о пяти сотнях гребцов, перечисленных на пилосских табличках. Но это единственное упоминание, указывающее на возможность существования военного флота. Изображения кораблей немногочисленны и очень схематичны (см. рис. 74). Возможно, одни и те же типы судов использовались и для торговли, и для войны (или пиратства).

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >