Денис Давыдов партизан

Помогите!! Анализ стиха «Партизан» Давыдов 1.Тема 2)идея 3)Выразительные средства ​

. Какова социально-политическая, духовная атмосфера в России этого периода? Каким показан рассказчик Буркин? Что можно сказать о его наблюдательности, ироничности? Как он относится к своему рассказу? Кто такая Мавра? Что читатель узнаёт о ней? Как вы думаете, зачем перед рассказом о Беликове упоминается Мавра, которая никуда не выходила? Найдите в рассказе описания природы. Какие изобразительно-выразительные средства использует автор при создании пейзажа? Каковы функции картин природы в рассказе? Какое настроение они вызывают? Каким показан Беликов (портрет, обстановка в квартире, вещи, речь)? Выпишите психологические детали, которые помогают автору раскрыть характер героя. Раскройте символику фамилии Беликов. Что, по вашему мнению, составляет основу характера Беликова? Какова суть жизненной позиции, обозначенной словами «Как бы чего не вышло»? Как ведет себя Буркин по отношению к Беликову? Протестует ли? Кто такой фискал? В каком значении употребляет это слово учитель Коваленко? Почему он так называет Беликова? Прочитайте по ролям сцену прихода Беликова к Михаилу Коваленко, чтобы предупредить о недопустимости катания на велосипеде. Докажите, что в этом диалоге каждая фраза имеет свой внутренний смысл. Какой читатель видит Вареньку Коваленко? Какова роль песни в создании этого образа? Какова, на ваш взгляд, роль этого образа в системе персонажей рассказа? Как живая жизнь через «футляр» добирается до Беликова? Как и почему Беликов терроризировал город? Почему Беликов умер? Как, по-вашему, можно понять фразу: «Хоронить таких людей… большое удовольствие»? Каковы особенности раскрытия в рассказе «Человек в футляре» темы «маленького человека»? За что осуждает автор Буркина? Почему о Беликове говорят «человек в футляре»? Каковы, на ваш взгляд, черты «футлярной жизни»? Какую роль в ней играет страх? Является ли такая жизнь социально опасной? Изменилась ли жизнь в городе после смерти Беликова? Используя текст рассказа, докажите, что после смерти Беликова беликовщина осталась. Есть ли духовное родство между Беликовым, Буркиным и другими учителями, горожанами? Прокомментируйте оценку творчества А.П.Чехова, данную Максимом Горьким: «Мимо всей этой скучной, серой толпы бессильных людей прошел большой, умный, ко всему внимательный человек, посмотрел он на этих скучных жителей своей родины и с грустной улыбкой, тоном мягкого, но глубокого упрека, с безнадежной тоской на лице и в груди, красивым искренним голосом сказал: — Скверно вы живете, господа!» 18.Дайте развёрнутый аргументированный ответ на вопрос: «Что обличает, осуждает, к чему призывает автор в рассказе «Человек в футляре»?

Денис Давыдов, партизан

К двухсотлетию Отечественной войны 1812 г.
ДЕНИС ДАВЫДОВ, ПАРТИЗАН
Вступление.
Бородино. Село и юности, и детства,
Где каждая тропинка, холм
Ему знакома. Отчий дом,
Казалось, окнами ему кричит:
«Денис, привет, что там лежишь.
Домой иди, тебя я встречу
И стенами своими обниму.
Увидимся ли после сечи?
Денис, сражайся за страну».
Теперь всё здесь переменилось.
Дымы костров, и всё в окрест
Блестит штыками, пушек медью,
Как будто прибыл полковой оркестр.
Там на пригорке воздвигают
Редут Раевского сейчас.
В историю войдёт, как пламень боя,
Как доблесть и как подвиг НАШ.
Отсюда от родного дома
Путь в партизанские места
Начался у Давыдова Дениса
И продолжался до бесславного конца
Всей армии Наполеона, её изгнания,
Разгрома на русской матушке-земле,
И партизанские отряды внесли свой вклад
Заслуженно вполне.
Светлейший князь Кутузов
Ему то дело поручил.
Багратион в подарок адъютанту,
Как бы на память подарил
Губернии Смоленской карту,
Вручая, так ему сказал:
» Не подведи, я на тебя надеюсь.
Война в тылу — не светский бал».
От Колоцкого монастыря с отрядом,
В сто с лишком человек, Давыдов
Поспешил в тыл армии французской.
На базе в Скугореве сел.
1.МЕЖДУ ГЖАТЬЮ и ВЯЗЬМОЙ
К Москве стремился Бонапарт.
Его войско-громада
Заполнило дороги все,
Попутно населенье грабя.
Где неприятель мимо проходил,
В сторонке оставляя села,
Крестьяне, взявши топоры,
Кто вилы, колья,
И стар и млад, ворота на запор,
Его встречать готовы с болью.
Когда отряд к селенью подошёл,
Был встречен он угрюмо
И кто-то из ружья пальнул,
Но, слава Богу, мимо.
То ополчение считало,
Что сей отряд французу подчинён
И собственность свою оберегая,
Готово было принять бой.
Так продолжалось около недели,
Пока крестьяне не признали в них
Своих защитников и стали
Встречать радушно, помогали
Громить французов с ними и без них.
Второе сентября.
В село ворвалась шайка мародёров,
Ограбило селян.
Отряд пришел селу на помощь
И в плен всех мародёров взял. (90 чел.)
Едва расправившись с одними —
Пришли другие в то село.
И с ними также поступили —
В плен взяли всех до одного (70 чел.)
Учил Давыдов всех крестьян,
Как поступать с набегом,
Когда его отряд вдали,
Как истреблять незванного соседа,
Как связь поддерживать с отрядом
И где оружие хранить,
Его он раздавал крестьянам,
Чтоб было чем врага громить.
Царёво-Займище. И первая победа
Над транспортом, которое в Москву
Должно было доставить пропитанье,
То десять фур, с патронами — одну.
Так началось в отряде состязанье
В умении противника разбить,
Его пленить,
Лишить кого-то пропитанья,
Вооружить себя, крестьян вооружить,
Освободить своих из плена,
Число бойцов в отряде нарастить.
В Юхнове ополчение создал.
Полки казачьи, что в уезде были,
Себе их подчинил и с ними
Сильнее стал, чем начинал,
Задачи стал решать солиднее, иные.
Двенадцатое сентября. Отряд Давыдова
Предпринял поиск к Вязьме,
Бой там провел удачно, сам
Рубил, стрелял, ворвался в стан,
Не ранен был. Его пример отваги важен.
Пленили множество,
Освободили
Из плена двести человек.
Атаковали вновь
Идущий транспорт,
Его разбили на виду у всех.
Бой проходил в предместье Вязьмы.
Такая дерзость действий не могла
Не вызвать опасений,
Встревожить
Бараге-Дильера: он отвечал
За безопасность транспортов движений.
От Вязьмы в Гжать дорога вся
Считалась под его присмотром,
А тут на транспорты набег
Происходили часто без его досмотра.
Отдал приказ по гарнизону:
«Давыдова отряд найти,
Его поймать,
Доставить в город
И расстрелять, о чём мне донести».
Умело, маневрируя с отрядом,
С большим отрядом, избегая встреч
(который из Смоленска шёл,
чтоб действия Давыдова пресечь)
Он нападал внезапно, дерзко,
Срывал поставки транспортов,
По-прежнему, хозяином считался
На трассе той. И к бою был всегда готов.
Юренево. Перед рассветом
Атаковал Давыдов. Там
Три батальона ночевали.
Внезапно шум и гам,
Поднявшийся в селенье,
Их на ноги поднял.
Из изб горевших выбегали
В подштанниках. Такой был срам!
Манёвр принес ему богатую добычу.
Пленил французов девятьсот числом.
Не досчиталась армия Наполеона
Ей нужных транспортов во всем.
Боеприпасов, пропитанья,
Медикаментов, фуража,
Одежды теплой, замерзала
В Москве «непобедимая» тогда.
И пополнения рядов
Для оскудевших корпусов.
В Юхново пленных отослал,
Роздал крестьянам часть коней,
Волов, впрягаемые в фуры,
Вооружил свои полки
Из ополчения, теперь они
Не только топоры имели,
Но ружья со штыками заимели.
Встречались и изменники отряду.
Всего три случая в его пору.
Те с мародерами соединялись,
Стремились с ними к грабежу.
Своих же поселян
И даже церкви не прощали —
Разбою, злу их подвергали.
Крестьяне ополчения, Давыдов
Поймали их.
И всех прилюдно наказали,
Дав залп в разбойников своих.
Узнав о смерти П.Багратиона,
Повел отряд и оседлал,
Идущую дорогу к Дорогобужу,
Колонну неприятеля там повстречал.
Их окружил, прижал всех к лесу,
Огнем принудил сдаться в плен, (335 чел.)
Так отомстил за гибель князя
Давыдов, адъютант, гусар, поэт.
«Убить и уйти». Такая тактика
Лесного партизана,
Немало ему славы принесла.
Всегда в движении,
Всегда на страже.
Недосягаем был он для врага.
Не только поиском идущих транспортов
В тылу Давыдов занимался,
Учил и наставлял своих бойцов,
Как наступать, как отступать,
Как рассыпаться.
Учил отряд свой хитрости, смекалки,
Как показаться партией большой,
Чтоб неприятель растерявшись,
Сдавался в плен иль отступал,
Не приняв бой.
Так Храповицкий приказал гусарам
Надеть на пики флюгера,
Чтоб они издали казались
Польским войском,
А сблизившись,
Врага взять на «УРА».
Учил внезапно нападать
И сеять панику в рядах французов.
Так одолел того,
Кто должен был поймать его,
Доставить в Вязьму. Но!!!
Ночной атакой, в моросящий дождь,
Внезапно для французов
Напал, разбил, рассеял и пленил, (400 чел.)
В Уде не мало утопил спасавшихся картузов.
Обратною дорогой в Лосмино
Вновь одержал красивую победу.
Так действуя и нападая
Он и заказывал и исполнял
Всю музыку свою в «гармонь» играя.
Когда Наполеон Москву оставил,
И двинул армию свою
На Гжать — Смоленск.
Давыдов со своим отрядом
Столкнулся с силою,
Как в мифах говорят, без края.
Умело, маневрируя с отрядом,
Он, избегая боя, отходил,
Тревожа неприятеля засадой,
Чуть в окружение не угодил.
Светлейший, представляя дело,
Направил в тыл врагу
Всю конницу свою лихую
Тревожить армию наскоками, в бою.
Шестинедельное блуждание с отрядом
Во вражеском тылу,
Где нет тебе подмоги слева, справа,
Где всюду фронт,
Опасность ежечасно на носу,
Закончилось,
В душе повеселело
Теперь уж не один, как перст,
Теперь всегда ты с целой армией,
Идущей
Изгнать Наполеона с наших мест.
2.ПАРТИЗАНСКОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ
АРМИИ НАПОЛЕОНА
Смоленская дорога. Рыбки.
Какой же там царил хаос!
Толпой валила армия,
Вся в беспорядке.
Обоз лез на обоз.
Там порезвились наши скифы,
Громя захватчиков со всех сторон,
Пока не появился на дороге
Корпус Жюно.
Был в авангарде он.
За ним шла гвардия, но молодая.
Второй, четвертый кавкорпуса.
За ними гвардия почетная, старшая,
Во след другие корпуса. *
Не мог, конечно, удержаться,
Давыдов, как начальник сам,
Чтобы ввиду не показаться
В глазах Наполеона там.
Он вспомнил битву при Эйлау,
Раевского редут в Бородино,
И отступленье к Кёнигсбергу,
Наполеона в Пассаргу.
Тильзит. Плоты. Переговоры.
Парады, балы, вечера.
Российского монарха Александра,
Как разговаривал тогда.
И вот пред ним непобедимая громада,
В карете сам Наполеон
Всё отступает.
Давыдов — партизан с ним рядом
Сопровождает отступленье то.
И гордость за свою Россию,
За армию, за свой народ
Его внезапно захватила,
Из горла что-то сорвалось!
Сопровождал он всю колонну,
Вступая в стычки. Даже взял
В плен свыше ста французов (182 чел.)
И только к вечеру отстал.
У речки Осма вновь столкнулся
Со старой гвардией. Она
В окрестных деревушках разместилась
На отдых,
Но поднята «в ружьё» была.
В сражение отряд, конечно, не вступил,
Но намерение Наполеона
Разбить наш авангард в бою
Пришлось отставить снова.
Внезапность не достигнута,
А без неё
Успех не обеспечен,
Принужден был Наполеон
Оставить это поле сечи.
Давыдов, Фигнер и Сеславин,
Казаки Платова вокруг
Кружились,
Часто подвергая,
Атакам беспрерывным,
Вдруг,
Внезапно нападая
На нить колонны и она,
Сбиваясь в груду, отражала
Наскоки эти, не всегда.
Так трое партизан
(Давыдов, Фигнер и Сеславин)
И граф Орлов-Денисов, тоже партизан
Под Ляхово разбили генерала
Известного во Франции, как Ожеро,
То войско частью разбежалось,
А большей частью в плен ушло.
Давыдову к тому же удалось
Узнать от пленного француза
Наполеона план: «Куда идти.
На сёла Красное или на Катынь».
Завистников всегда в России было много.
На время, соединившись с армией своей,
От них Денис наслушался такого,
Что не поверил, если б не было ушей.
Что действовать в тылу не сложно.
Что донесения его
Сомнительны и от того
Светлейшего похвалы не достойны
Быть оглашёнными.
Всего,
Что сделал партизан Давыдов,
За этот срок,
Три тысячи шестьсот пленил французов.
Их этим не сразил, не смог.
В ходе движения отряда к Красному селу,
Кутузов пригласил к себе Дениса.
Обняв его, сказал ему:
«Тебя благодарю за удаль молодецкую твою
и признаю
всю пользу дерзкой партизанской службы».
Отметим, что Денис предстал
Перед Кутузовым в мужицком одеянье,
Обросший черной бородой,
А не в гусарской форме, по статусу парадной.
На что Кутузов так ему сказал:
«В войне народной, то и та
Не главное,
Не кивер, не мундир ведут войска на бой,
А голова и сердце патриота».
Под Красным граф Орлов-Денисов
С Давыдовым вдвоём
Вновь встретили Наполеона —
Со старой гвардией в колонне шел.
Как слон идет, в спокойствии своем,
Как пушечный фрегат меж лодок,
Как гвардия, её солдат — гранит,
Так шла колонна — монолит.
И все усилия отрядов
Отбить кого-то из рядов
Напрасны были.
Невредимы они прошли
И показали хвост.
Медвежьи шапки, синие мундиры,
Султаны красные и белые ремни,
И эполеты их казались красным маком
На фоне снега белого, почти в степи.
В других колоннах был другой порядок.
Отставшие, обозы, транспорта,
С награбленным добром
И их прислуга,
Всё это было схвачено тогда.
События порядок жизни изменили.
Обед был ночью, в два часа.
В три выступали в свой поход
И беспокоили французов,
Стесняя ход, тылы громя.
Так разгромили на Днепре,
В Копье
Кавалерийское депо.
В Белыничах — французскую колонну.
В бою был ранен брат его,
Успех в том деле был огромен.
Давыдова Кутузов пригласил к себе,
Хвалил за бой, поставил новые задачи,
К Березине идти, Наполеона упредить
И полководца озадачить.
Уместно будет изложить
Здесь взгляд Давыдова на окруженье,
Которое увидел он,
В квартире главной, в то посещенье.
Оно, подобное «слонам Великого Могола»,
Всё в орденах и лентах на камзолах,
Юлило, льстило полководцу,
Не нюхав пороха ни дня,
Но царской властью превратившись
В значительных особ, не подвигам благодаря.
Отметим здесь же отношение к особам,
Которые французам в той войне
Активно помогали, изменяя,
Присяге, церкви и стране.
«Нельзя щадить их, им прощая
поступки, что во вред стране».
Так, те деянья, осуждая, Давыдов
Действовал и отзывался
В Отечественной той войне.
Маршрут Давыдову был изменен
И он отстал от главных сил Наполеона
На сотню с лишним вёрст. Потом
Ускоренным движеньем вел свою колонну.
Маршрут движения французов
Усеян трупами солдат, коней,
Они в снегу, замерзшие лежали,
Взывая к голосу людей,
Что их сюда так умирать пригнали.
Повозки, палубы, лафеты, колёса,
Сани, тихий стон, стенания и крики боли,
Костры из изб — такой разгром
Застал Давыдов на дорогах,
По ним «непобедимая» прошла,
Бросая всё, что ей мешало
Покинуть русские края.
Достиг селений Нов. Троки, да Понари.
Там получил приказ явиться в Вильну
К светлейшему за получением задач,
Как действовать в конце войны —
Дипломатично, но настойчиво и сильно.
Оттуда путь лежал на Гродно.
Его и предстояло взять
Не столько силою военной,
Сколь дипломатией и милость
К сдавшимся питать.
В Мерече захватил огромный магазин припасов,
И к Гродно подступил чрез восемь дней,
По выходе из Вильно,
И после твердо-мирных уговоров
Вступил отрядом в город сей.
Поляки-жители все были хмуры.
В глазах читались злоба, гнев
И намерения склонялись
Не к миру, а к вражде,
Но не у всех.
Евреи радостно встречали отряд Давыдова.
Они одни
Ура кричали
И с цветами на площадь города коня ввели.
Давыдов в черном чекмене
И в красных шароварах.
С курчавой бородой,
Черкеской шашкой на бедре
Вступил на площадь величаво.
И в речи грозной объявил,
Что не допустит
Волнений в городе, пролития крови,
Печалей, грусти.
На площади срубили столб
За взятие Москвы во время смуты.
Изъяли все картины, где
Изображалась ненависть к победам русским,
Открыли церковь русскую и там
Ксендз прочитал молитву
Во славу русского оружия и сам
Тот текст писал и раздавал попутно.
Через четыре дня отряд покинул город.
Пошёл на юг и вскоре
Включен был в авангард Винценгероде.
Так партизанская война закончилась
Для адъютанта П.Багратиона.
Теперь он снова на войне,
Идущей по Европе.
И вновь, и вновь он впереди
Всей атакующей пехоты.
14.01.2009 г.
* корпуса Понятовского, принца Евгения, Даву, Нея.

Денис Давыдов

Записки

партизана.

Стихи

Литографии Ю. ИВАНОВА

Москва «Молодая гвардия.

Денис Васильевич Давыдов (1784—1839) — легендарный герой Отечественной войны 1812 года, поэт, писатель, публицист.

Настоящее издание, приуроченное к 200-летию со дня рождения Давыдова, включает разножанровые его произведения. Стихи неоднократно издавались и широко известны читателям. Проза менее известна. Между тем его «Военные записки» вызывали восхищенные оценки современников. В. Г. Белинский писал: «Прозаические сочинения Давыдова…— перлы нашей бедной литературы: живое изложение, доступность для всех и каждого, интерес, слог его быстрый, живописный, простой и благородный, прекрасный, поэтический! Как прозаик, Давыдов имеет полное право стоять наряду с лучшими прозаиками русской литературы».

Прозаические произведения Д. Давыдова и составили первый раздел этой книги. В них автор рассказывает о военных событиях первой трети XIX века, участником которых ему довелось быть.

Отец Давыдова был потомственным военным, из этой же среды происходили почти все его близкие. Д. Давыдов был воспитан в духе любви к Отечеству и с детских лет мечтал о воинских подвигах. И судьба его сложилась так, что впоследствии он принимал участие почти во всех войнах, которые вела Россия в то время. И сам любил повторять, что имя его в битвах торчит, как казацкая пика. В 1806—1807 годах он воевал с французами в Пруссии, в 1809-м — со шведами в Финляндии, в 1809—1810 годах — с турками на Балканах и, наконец, в Отечественную войну 1812 года прославился как зачинатель партизанского движения в России. Это был его звездный час, именно в это время к нему пришла всенародная слава. Участвовал он и в последующих кампаниях — в 1826 и в 1831 годах, но это был уже закат его военной карьеры, вскоре ему пришлось уйти в отставку.

Всю свою страсть вложил Давыдов в «Военные записки»: не дали ему драться, заставили уйти, так он будет писать!

Денис Давыдов был одним из самых популярных людей своего времени. Личность его полна обаяния. Его любили, им восхищались, ему посвящали стихи многие поэты. Его портреты. — чернокудрый гусар с белым локоном на лбу — писали Кипренский, Орловский, Дау.

Для Давыдова «жизнь была поэзией, а поэзия жизнью,— и он

поэтизировал все, к чему ни прикасался…» — писал Белинский и считал, что Давыдов «решительно принадлежит к самым ярким светилам второй величины на небосклоне русской поэзии».

Давыдов владел, как пишет советский литературовед Вл. Орлов, «гусарским просторечием — легким, бойким, гибким, совершенно непринужденным поэтическим слогом, сохраняющим разнообразные оттенки живой разговорной речи.

За тебя на черта рад,

Наша матушка Россия!

Все это было новым, более того — неожиданным в тогдашней поэзии, как правило,— возвышенной и строгой…»

И в прозе, и в стихах Д. Давыдова ощутима атмосфера 1812 года, они исполнены чувства любви к Родине. Он писал: «Еще Россия не подымалась во весь исполинский рост свой, и горе ее неприятелям, если она когда-нибудь подымется!»

В этот юбилейный сборник, кроме «Военных записок» и стихов, вошла автобиография Давыдова,— написанная от третьего лица, при жизни Давыдова она приписывалась его однополчанам, однако, судя по слогу и манере, принадлежит перу самого поэта-партизана. Она открывает нашу книгу. Особый интерес вызовут впервые публикуемые письма Д. В. Давыдова, составляющие третий раздел книги. В них, как и во всех его произведениях, из живого, непринужденного повествования вырисовывается яркий образ гусара, отважного воина, любимого друзьями и товарищами по оружию, любящего отца своих сыновей.

Завершают книгу стихи, посвященные Д. В. Давыдову его современниками.

«Военные записки» поэта-партизана печатаются в хронологической последовательности событий. Примечания и перевод иноязычных слов и фраз, если это специально не оговаривается в тексте или сноске, принадлежат автору — Д. Давыдову.

Некоторые черты из жизни Дениса Васильевича Давыдова

(Автобиография ‘)

Денис Васильевич Давыдов родился в Москве 1784 года июля 16-го дня1, в год смерти Дениса Дидерота 2. Обстоятельство сие тем примечательно, что оба сии Денисы обратили на себя внимание земляков своих бог знает за какие услуги на словесном поприще!

Давыдов, как все дети, с младенчества своего оказал страсть к маршированию, метанию ружьем и проч. Страсть эта получила высшее направление в 1793 году от нечаянного внимания к нему графа

Александра Васильевича Суворова, который при осмотре Полтавского легкоконного полка, находившегося тогда под начальством родителя Давыдова, заметил резвого ребенка и, благословив его, сказал: «Ты выиграешь три сражения!» Маленький повеса бросил псалтырь, замахал саблею, выколол глаз дядьке, проткнул шлык няне и отрубил хвост борзой собаке, думая тем исполнить пророчество великого человека.

Розга обратила его к миру и к учению. Но как тогда учили! Натирали ребят наружным блеском, готовя их для удовольствий, а не для пользы общества: учили лепетать по-французски, танцевать, рисовать и музыке; тому же учился и Давыдов до тринадцатилетнего возраста. Тут пора была подумать и о будущности: он сел на коня, захлопал арапником, полетел со стаею гончих собак по мхам и болотам — и тем заключил свое воспитание.

Между порошами и брызгами, живя в Москве без занятий, он познакомился с некоторыми молодыми людьми, воспитывавшимися тогда в Университетском пансионе. Они доставили ему случай прочитать «Аониды», полупериодическое собрание стихов, издаваемое тогда H. М. Карамзиным. Имена знакомых своих, напечатанные под некоторыми стансами и песенками, помещенными в «Аонидах», воспламенили его честолюбие, он стал писать; мысли толпились, но, как приключение во сне, без связи между собою. В порывах нетерпения своего он думал победить препятствия своенравием: рвал бумагу и грыз перья, но не тут-то было! Тогда он обратился к переводам, и вот первый опыт его стихосложения:

Пастушка Лиза, потеряв Вчера свою овечку,

Грустила и эху говорила Свою печаль, что эхо повторило:

«О милая овечка! Когда я думала, что ты меня Завсегда будешь любить,

Увы, по моему сердцу судя,

Я не думала, что другу можно изменить!»

В начале 1801 года запрягли кибитку, дали Давыдову в руки четыреста рублей ассигнациями и отправили его в Петербург на службу. Малый рост препятствовал ему вступить в Кавалергардский полк без затруднений. Наконец привязали недоросля нашего к огромному палашу, опустили его в глубокие ботфорты и покрыли святилище поэтического его гения мукою и треугольною шляпою.

Таковым чудовищем спешит он к двоюродному брату своему А. М. Каховскому, чтобы порадовать его своею радостью; но увы, какой прием! Вместо поздравления, вместо взаимных с ним восторгов этот отличный человек осыпал его язвительными насмешками и упреками за вступление на службу неучем. «Что за солдат, брат Денис,— заключил он поразительный монолог свой,— что за солдат, который не надеется быть фельдмаршалом! А как тебе снести звание это, когда ты не знаешь ничего того, что необходимо знать штаб-офицеру?» Самолюбие Давыдова было скорбно тронуто, и с того времени, гонимый словами Каховского, подобно грозному призраку, он не только обратился к военным книгам, но пристрастился к ним так, что не имел уже нужды в пугалищах, чтоб заниматься чтением.

Денис Давыдов

Поделиться

  • Twitter
  • LinkedIn

Денис Давыдов… Гусар, партизан, герой Отечественной войны 1812 года, поэт… Вот пожалуй и всё, что навскидку может сказать о нём практически каждый из нас. Эти знания получены бо́льшей частью из школьного курса, немного из кинофильмов, и уж совсем редко из книг…

Кстати, спрашивал некоторых своих коллег по работе — вообще не знают кто такой Денис Давыдов.

Несколько вступительных мыслей

Честно признаться, я и сам знал о Денисе Васильевиче Давыдове немногим более того, что написал выше. И просто не понимаю почему идея написать статью о нём преследует меня вот уже несколько дней. С чего бы это вдруг?

Но поскольку отделаться от этой навязчивой идеи я всё-равно не могу, то вот пишу эту статью…

Однако сразу хочу предупредить — хоть материалов и разных источников под рукой достаточно, статья не может являться сколь-нибудь глубоким исследованием жизни, боевого пути и Дениса Васильевича Давыдова. Иначе она была бы очень объёмной, а для многих даже скучной.

Вместо этого я постараюсь коротко пройтись по некоторым интересным эпизодам из жизни этого незаурядного человека. А те, кому информация покажется интересной — без особого труда смогут уже самостоятельно углубиться в тему более детально.

И да, в статье я сделал несколько коротеньких вставок видео… Не поленитесь, посмотрите их. Это действительно песни и стихи Дениса Давыдова. Мне видится, что так его характер и его внутренний мир будет более понятен…

Денис Давыдов, начало военной карьеры

Денис Васильевич родился в 1784 году. Его отец, командир легкоконного полка, служил под командованием Суворова…

Да… Это была эпоха, когда слава Суворова гремела по всей стране. Возможно такое стечение обстоятельств и определило дальнейшую судьбу Дениса Давыдова. Он рано приобщился к военному делу и был отличным наездником.

А вот внешностью своей он очень тяготился.

Маленького роста с маленьким-же курносым носом-пуговкой…

Однажды Суворов, приехавший в гости в имение Давыдовых, посмотрев на девятилетнего Дениса, предрёк: «Этот удалый, будет военным, я не умру, а он уже три сражения выиграет…». На всю жизнь запомнилась Денису эта встреча.

Кавалергард или гусар?

К коням, брат, и ногу в стремя,
Саблю вон и в сечу! — Вот
Пир иной нам Бог даёт,
Пир задорней, удалее,
И шумней, и веселее…
Ну-тка — кивер набекрень,
И ура! — Счастливый день!

Денис Давыдов

Отец Дениса последовал пророчеству великого полководца и в 1801 году определил сына в элитный петербургский кавалергардский полк. Элитные конные гвардейцы свысока посматривали на все остальные рода войск, а уж на тех, кто ростом ниже и подавно.

Позже Денис и сам написал о себе такие слова: «Наконец привязали недоросля нашего к огромному палашу, опустили его в глубокие ботфорты и покрыли святилище поэтического его гения мукою и треугольною шляпою»

Однако обаяние, остроумие и скромность Дениса Давыдова пришлись по-душе офицерам полка и вскоре они считали его совершенно своим.

В 1803 году, будучи уже поручиком, он начал писать стихи… А ещё и язвительные басни, высмеивавшие людей власть предержащих.

Уставши бегать ежедневно
По грязи, по песку, по жесткой мостовой,
Однажды Ноги очень гневно
Разговорились с Головой:
«За что мы у тебя под властию такой,
Что целый век должны тебе одной повиноваться;
Днем, ночью, осенью, весной,
Лишь вздумалось тебе, изволь бежать, таскаться…»

«Молчите, дерзкие,- им Голова сказала,-
Иль силою я вас заставлю замолчать!..
Как смеете вы бунтовать,
Когда природой нам дано повелевать?»


» Коль ты имеешь право управлять,
То мы имеем право спотыкаться,
И можем иногда, споткнувшись,- как же быть,-
Твое величество об камень расшибить».
Смысл этой басни всякий знает…
Но должно — тс! — молчать: дурак — кто всё болтает.

Денис Давыдов. Ноги и голова. Приведено с сокращениями.

С первыми лицами государства такие шутки не проходят — из-за этой сатиры Дениса Давыдова перевели из гвардии в гусарский полк Подольской губернии. Перевели с понижением на два чина — он лишился преимущества, которое имела гвардия перед армейцами.

И всё-таки гусар!

Но Денису понравилось в гусарах! Лихие пирушки, буйные шутки (Эх, мне-бы тоже понравилось…) — теперь именно это он воспевал в своих, так называемых, «зачашных песнях», отказавшись от басен. Кроме того, здесь он познакомился с поручиком Бурцевым, которому посвятил несколько стихотворений и который, кстати, упоминается в повести А.С. Пушкина «Выстрел».

Это кадры из фильма «Эскадрон гусар летучих», в котором роль Дениса Давыдова замечательно сыграл Андрей Ростоцкий…

Однако Денис Давыдов едва не пропустил первую войну с Наполеоном — его гусарский полк не принимал участия в военных действиях. И Денис во что бы то ни стало решил попасть на фронт.

Он ночью проник к главнокомандующему русской армией фельдмаршалу Каменскому и потребовал отправить его на фронт.

Главнокомандующий, маленький, сухонький старичок в ночном колпаке, чуть не умер от страха, когда перед ним появился Денис.

Однако старания лихого гусара пропали даром. Каменский вскоре помутился рассудком. Он вышел к войску в заячьем тулупе, в платке и заявил: «Братцы, спасайтесь кто как может…». Вследствие чего и был снят с должности. Есть версия, что помутнение произошло именно после появления перед ним ночью Дениса Давыдова.

Неизвестно, как бы всё сложилось дальше, но тут в дело вмешалась Госпожа Удача в лице фаворитки государя Марии Антоновны Нарышкиной. Слава дерзкого гусара не оставила её равнодушной и она помогла Денису Давыдову в осуществлении его желания.

Адьютант Багратиона

В 1807 году он был назначен адъютантом к генералу Багратиону… Вот она, оборотная сторона Фортуны — в своё время, в одном из своих стихов, Давыдов высмеял огромный нос Багратиона и теперь немного побаивался встречи с ним…

Багратион-же, завидев Дениса, сказал присутствующим офицерам: «Вот тот, кто потешался над моим носом». На что Давыдов, не растерявшись, ответил, что писал о его носе только из зависти, так как у самого его практически нет. Багратион шутку оценил…

И впоследствии, когда ему докладывали, что неприятель «на носу», переспрашивал: «На чьём носу? Если на моём, то можно ещё отобедать, а если на Денисовом, то по коням!»

С этого момента Денис Давыдов принимает участие в боях с французами. В сражении при Прейсиш-Эйлау (ныне Багратионовск) один бой, по мнению Багратиона, вообще был выигран только благодаря Давыдову. Денис в одиночку бросился на отряд французских улан и те, отвлёкшись на Давыдова, пропустили появление русских гусар…

За этот бой Денис получил орден Святого Владимира IV степени, бурку от Багратиона и трофейную лошадь. Храбрость Дениса Давыдова в кампании 1807 года была отмечена золотым Прейсиш-Эйлауским крестом, орденом святой Анны 2-го класса, золотой саблей с надписью «За храбрость» и прусским орденом «За достоинство».

А в самом конце кампании Давыдову довелось увидеть Наполеона. Мир, заключённый в Тильзите, не одобряли многие, в том числе и Багратион. Сказавшись больным, он послал вместо себя Давыдова.

В дальнейшем, Денис Давыдов воевал вместе с Кульневым в Финляндии против шведов, с Багратионом в Молдавии против турок… Наградой за подвиги были алмазные знаки ордена святой Анны 2-го класса и чин ротмистра.

1812 год

1812 год стоял уже посреди нас, русских, с своим штыком в крови по дуло, с своим ножом в крови по локоть

Денис Давыдов накануне Отечественной войны

По представлению Багратиона 8 апреля 1812 г. Давыдов был произведён в подполковники и назначен командиром 1-го батальона Ахтырского гусарского полка.

С первых дней войны 1812 года Ахтырский гусарский полк, прикрывая отход 2-й Западной армии Багратиона, постоянно находился в соприкосновении с неприятелем. Июнь, июль и август — тяжёлые арьергардные бои, в которых Денис Давыдов участвовал со своими гусарами. А 24 августа, у Колоцкого монастыря, Ахтырские гусары отличились в схватке, которая переросла в ожесточённый многочасовой бой.

Бой ужасный! Нас обдавало градом пуль и картечей, ядра рыли колонны наши по всем направлениям

Денис Давыдов

Затем было сражение у Шевардинского редута…

А вы знали, что деревня Бородино, давшая название знаменитому сражению, это родовое имение Давыдовых? Проданное за долги отцом Дениса, оно впоследствии было им выкуплено…

21 августа 1812 года в виду деревни Бородино, где вырос Давыдов и где уже торопливо разбирали родительский дом на фортификационные укрепления, за пять дней до великого сражения Денис Васильевич и предложил Багратиону идею собственного партизанского отряда.

Ваше сиятельство! Вам известно, что я, оставя место адъютанта вашего, столь лестное для моего самолюбия, вступая в гусарский полк, имел предметом партизанскую службу и по силам лет моих, и по опытности, и, если смею сказать, по отваге моей… Вы мой единственный благодетель; позвольте мне предстать к вам для объяснений моих намерений; если они будут вам угодны, употребите меня по желанию моему и будьте надеждны, что тот, который носит звание адъютанта Багратиона пять лет сряду, тот поддержит честь сию со всею ревностью, какой бедственное положение любезного нашего отечества требует…

Из письма Давыдова Багратиону

И Багратион благословил Давыдова на партизанскую войну, издав приказ о создании летучего партизанского отряда. Отряд состоял из 50 ахтырских гусар и 80 донских казаков, которых Давыдов отбирал лично.

Партизанская война

Сразу же по завершению боя за Шевардинский редут отряд Давыдова отделился от действующей армии и отправился в рейд по тылам французской армии.

Но в первую же ночь он попал в засаду, устроенную крестьянами, и Денис чуть не погиб. Дело в том, что крестьяне не разбирались в деталях военной формы, которая у французов и русских была похожей. А русские офицеры, как правило, говорили по-французски. После этого Давыдов надел мужицкий кафтан и отпустил бороду.

Денис Давыдов — партизан

На захваченной неприятелем территории Давыдов с радостью обнаружил, что крестьяне сами создают отряды ополчения и оказывают сопротивление врагу. Давыдов вооружал их отобранным у врага оружием и нередко действовал совместно с ними.

Активные действия отряда Давыдова вынудили французов направить на его ликвидацию 2 тысячи карателей. Но пока каратели искали отряд, Давыдов разгромил пехотный батальон, захватил артиллерийский парк, освободил из плена 400 русских солдат, из которых 250 включил в свой отряд, и ухитрился даже разгромить провиантский и артиллерийский обозы.

Вот как Денис Давыдов описывал одно из дел:

…На рассвете мы атаковали в виду города неприятельский отряд, прикрывавший транспорт. После стремительной атаки большая часть прикрытия рассыпалась, успех превзошел мое ожидание: 270 рядовых и 6 офицеров сложили оружие, до 100 человек легло на месте. Сей транспорт состоял в новой одежде и обуви на весь 1-й Вестфальский гусарский полк и (по найденной накладной) стоил 17 тысяч франков

Гусары

Успехи Давыдова убедили Кутузова в целесообразности партизанской войны, и он не замедлил дать ей более широкое развитие и постоянно присылал подкрепления. А Наполеон ненавидел Давыдова и приказал при аресте расстрелять его на месте. Ради его поимки выделил один из лучших своих отрядов в две тысячи всадников. Давыдов, у которого было в два раза меньше людей, сумел загнать отряд в ловушку и взять в плен вместе со всеми офицерами.

В октябре отряд Давыдова, увеличившийся до 700 человек, разгромил пехотный батальон, взяв 200 пленных, захватил 41 фуру с продовольствием и транспорт с обмундированием на целый полк, снова атаковал гонявшегося за ним противника, уничтожив около 800 солдат и офицеров и столько же взяв в плен. На ликвидацию отряда Давыдова противник направил крупные силы, но партизаны внезапно атаковали и рассеяли их авангард.

Слава Давыдова гремела и когда он появлялся близ какого-нибудь имения (французы были не везде), это было целым событием для местного общества, особенно для барышень. Ах какой гусар!

Одно из наиболее выдающихся дел Давыдова — дело под Ляховым, где он вместе с партизанскими отрядами А. Н. Сеславина, А. С. Фигнера и В. В. Орлова-Денисова 28 октября (9 ноября) 1812 года взял в плен двухтысячный отряд генерала Ожеро.

3 ноября отряд Давыдова взял в плен трёх генералов, до 900 солдат, четыре орудия и большой обоз. На другой день снова был отбит значительный обоз и захвачено около 500 солдат и офицеров. В Копысе Давыдов разгромил крупное французское кавалерийское депо и направил в тыл до 900 пленных солдат. 14 ноября он овладел Белыничами с их крупным провиантским складом. и, продолжая поиски до Немана, занял Гродно.

Что творилось в душе поэта в минуты после таких боёв? Вот один из эпизодов… Эта песня уже звучала в первом видео этой статьи, но теперь она звучит по-иному.

Странно, но для меня она почему-то всегда так звучит. Я беру гитару и могу исполнить только этот вариант. Действительно странно… Может быть я тоже хандрю?

После ухода партизан, французы опять заняли Гродно, но уже более крупными силами. И в конце ноября М. И. Кутузов приказал Давыдову снова занять Гродно «и очистить окрестности оного более через дружелюбные переговоры, нежели посредством оружия».

Денис Давыдов с успехом выполнил поручение и 9 декабря гарнизон Гродно, состоявший из 4 тысяч солдат и офицеров и 30 орудий, оставил город.

Гусар без любви не гусар

Напрасно думаете вы,
Чтобы гусар, питомец славы,
Любил лишь только бой кровавый
И был отступником любви.

Денис Давыдов

Гусар, поэт… Он конечно-же влюблялся. И даже в этот период жизнь его не состояла из одних только сражений…

Про любовную сторону жизни Дениса Давыдова можно было-бы написать отдельную статью. Множество замечательных стихов Дениса посвящены женщинам. Но я приведу здесь лишь один романс…

Впервые я услышал его в 1980 году, мы, молодые офицеры, собрались по какому-то поводу и один из офицеров взяв гитару, спел этот романс.

Я был просто поражён, тут-же срисовал слова и аккорды… И до сих пор это мой любимый романс.

­Какие прекрасные слова! Сколько в них чувства…

Война не партизанская

­24 декабря 1812 года Денис Давыдов получил повеление соединиться с корпусом Дохтурова, на этом для него партизанская война закончилась.

За кампанию 1812 года Денис Давыдов получил ордена Св. Владимира 3-й степени и Св. Георгия 4-й степени.

8 марта 1813 года Давыдов с 500-ми кавалеристами вышел к стенам Дрездена, который защищал французский генерал Дюрют с пятитысячным отрядом.

Давыдов разложил огромные костры, чтобы ввести неприятеля в заблуждение, и послал требовать сдачи города. После длинных переговоров Дюрют согласился отступить за Эльбу. И 10 марта отряд Давыдова торжественно вошёл в город.

А 13 марта генерал Винценгероде, спешно прибывший в Дрезден, обвинил Давыдова в том, что тот самовольно подошел под Дрезден и осмелился вступить в переговоры, вопреки приказу, строго запрещавшему входить с неприятелем в какие бы то ни было условия и переговоры. Давыдов был отстранён от командования и направлен в главную квартиру русской армии для суда.

Однако при рассмотрении дела Александр I вынес решение в пользу Дениса. «Как бы то ни было, а победителя не судят» — сказал он. Давыдов был назначен командиром Ахтырского гусарского полка.

Командир гусарского полка

­Ахтырский гусарский полк, под командованием Дениса Давыдова, отличался во всех боях, где только участвовал. Это и знаменитая «Битва народов» под Лейпцигом, и бои под Бриеном и Ла-Ротьером…

В сражении под Ла-Ротьером под Давыдовым было убито пять (!) лошадей, но он вместе со своими кавалеристами всё же прорвался сквозь гусар бригады Жакино к французской артиллерийской батарее и, изрубив прислугу, решил исход сражения.

За этот бой Давыдов 20 января 1814 года был произведен в генерал-майоры, но из-за путаницы в рапортах получил этот чин лишь 21 декабря 1815 г.

Сражение при Краоне, 7 марта 1814 года, рассматривается историками как одно из самых кровавых за всю кампанию.

Наполеон, заметив отходящие каре русской пехоты, вывел на передовую линию всю доступную артиллерию, около сотни орудий. Одновременно французская кавалерия пыталась атаковать спускающуюся с плато пехоту. Русские гусары и драгуны отбросили кавалеристов Наполеона, что дало время установить на склонах плато русские батареи в две линии, одна над другой. Когда русская пехота миновала свои орудия, те стали бить с такой интенсивностью, что французы были вынуждены убрать батареи с линии огня. Артиллерийская дуэль, по признанию очевидцев беспрецедентная в кампании, продолжалась 20 минут.

В этом бою все генералы 2-й гусарской дивизии были убиты или ранены, Денис Давыдов двое суток командует дивизией, а потом бригадой, составленной из Ахтырского и Белорусского гусарских полков.

После Отечественной войны

После Отечественной войны 1812 года у Дениса Давыдова начались неприятности. Вначале его отправили командовать драгунской бригадой, которая стояла под Киевом. Как всякий гусар, Денис драгун презирал. Затем ему сообщили, что чин генерал-майора ему присвоен по ошибке, и он полковник. И в довершение всего, полковника Давыдова переводят служить в Орловскую губернию командиром конно-егерской бригады. Это стало последней каплей, так как он должен был лишиться своих гусарских усов, своей гордости. Егерям усы не полагались. Он написал письмо царю, что выполнить приказ не может из-за усов. Денис ждал отставки и опалы, но царь, когда ему докладывали, был в хорошем расположении духа: «Ну что ж! Пусть остаётся гусаром». И назначил Дениса в гусарский полк с возвращением чина генерал-майора.

С 1815 по 1818 годы Денис Давыдов занимает различные высокие военные должности в штабах, но эта служба его угнетает. И в 1820 году его освобождают от всех должностей и, как сейчас говорят, увольняют в запас.

Удалившись от военных дел, Денис Васильевич целиком отдается написанию партизанского дневника «под звуки мирных сельских работ». В этот период он особенно сближается с Пушкиным, Грибоедовым, Одоевским, Кюхельбекером. Крепкая дружба завязывается с Баратынским, Вяземским, Бестужевым…

Портрет Дениса Давыдова стоял на столе у Вальтера Скотта, который глубоко его уважал и вёл с ним переписку…

Наконец, ему предлагают вступить в организацию, которую мы сейчас называем «Декабристы», но Давыдов не поддерживает их политические взгляды и отклоняет предложение.

­В 1826 году Давыдов возвращается в армию и, под командованием генерала Ермолова, сражается сначала на Кавказе, а позже, в 1827 году с успехом действует против персов в русско-персидской войне.

Только смещение «неблагонадёжного» Ермолова А.П. с должности начальника Кавказского корпуса вынуждает его вновь оставить службу и вернуться в Москву.

Но вскоре он опять возвращается в строй — в 1831 году воюет против польских повстанцев. Боевые заслуги Давыдова были оценены на этот раз, как, пожалуй, ни в одну прежнюю войну. Кроме ордена Анны 1-го класса, врученного ему за взятие Владимира-Волынского, он за упорный бой у Будзинского леса получил чин генерал-лейтенанта.
Это была последняя его военная кампания…

Пару слов о личной жизни

О, кто, скажи ты мне, кто ты,
Виновница моей мучительной мечты?
Скажи мне, кто же ты?- Мой ангел ли хранитель
Иль злобный гений-разрушитель
Всех радостей моих?- Не знаю, но я твой!

Денис Давыдов

Денис Давыдов из-за своей внешности не пользовался успехом у женщин. Тут не могли повлиять ни знатность происхождения, а он был из очень знатной семьи, ни личное обаяние и харизма, коими он несомненно обладал.

Нет, повздыхать, закрутить роман с Денисом женщины могли, но вопрос замужества всерьёз не рассматривали.

Первый раз Давыдов влюбился в Аглаю де Грамон. Но она предпочла выйти замуж за высоченного кавалергардского полковника.

Потом он влюбился в юную балерину — Татьяну Иванову. Несмотря на то, что Денис часами стоял под окнами балетного училища, она вышла замуж за своего балетмейстера. Давыдов очень сильно переживал по этому поводу.

В очередной раз Давыдов влюбился в племянницу Раевских — Лизу Злотницкую. Тут вроде бы всё начинало складываться, но непременным условием родителей Лизы было, что Денис исхлопочет у государя казенное имение в аренду (это была форма государственной поддержки лиц небогатых, но отличившихся на службе). Давыдов поехал в Петербург хлопотать. Очень сильно помог В. А. Жуковский, который Давыдова просто обожал. С его помощью достаточно быстро Давыдову было предоставлено «в связи с предстоящей женитьбой» в аренду казённое имение Балты, приносившее шесть тысяч рублей в год.

Но тут он получил новый удар. Пока он хлопотал в Петербурге, Лиза увлеклась князем Петром Голицыным. Князь был картёжник и кутила, к тому же его недавно выгнали из гвардии за какие-то тёмные дела. Но был необычайно красив. Давыдову был дан отказ. Причём Лиза даже не захотела с ним увидеться, передав отказ через отца.

­Давыдов очень тяжело переживал отказ Лизы. Все его друзья принялись спасать его и для этого подстроили ему встречу с дочерью покойного генерала Николая Александровича Чиркова, Софьей.

Друзья наперебой её нахваливали. Миловидна, скромна, рассудительна, добра, начитанна. И он решился. Тем более ему уже было 35 лет. Но свадьба чуть не расстроилась, так как мать невесты узнав про его «зачашные песни» велела отказать Давыдову как пьянице, беспутнику и картёжнику.

Друзья покойного мужа еле её уговорили, объяснив, что генерал Давыдов в карты не играет, пьёт мало — а это только стихи. Ведь он поэт!

­ Всего в браке Дениса и Софьи родилось девять детей.

Но в 1831 году Денис без памяти влюбился в 23-летнюю Евгению Золотарёву. Он был на 27 лет старше её. Несмотря на то, что он очень любил свою семью, ничего не мог с собой поделать. Скрыть тоже не получилось. Этот страстный роман продолжался три года. Потом Евгения вышла замуж за первого попавшегося жениха, а Денис, отпустив возлюбленную в этот раз легко, без мук, вернулся в семью.

Денис Давыдов — завершая рассказ

Не знаю насколько получился у меня рассказ об этом незаурядном человеке — герое войны 1812 года, гусаре, поэте… И было ли всё это вам интересно.

Станете ли вы читать что-то о нём, чтобы узнать подробности его жизни, подвигов и любви — тоже не знаю.

­И пожалуй, завершу рассказ ещё одним фактом из жизни Дениса Давыдова.

Денис Васильевич выступил с предложением о перенесении праха Багратиона П.И. из церкви села Симы Владимирской губернии на Бородинское поле. Хлопоты Давыдова увенчались успехом: было решено захоронить останки героя у подножия главного памятника Бородинского поля, заложенного на батарее Раевского. Командовать почетным конвоем было поручено генерал-лейтенанту в отставке Давыдову. Но он не дожил немногим более трех месяцев до осуществления своей мечты.

22 апреля 1839 года около 7 часов утра на 55-м году жизни Денис Васильевич скоропостижно скончался апоплексическим ударом в своем имении Верхняя Маза Сызранского уезда Симбирской губернии. Прах его был перевезен в Москву и погребен на кладбище Новодевичьего монастыря.

Жена, Софья Николаевна, пережила Дениса более чем на 40 лет. Жуковский на скорбную весть о смерти Давыдова отозвался стихами:

И боец — сын Аполлона,
Мнил он гроб Багратиона
Проводить в Бородино, —
Той награды не дано:
Вмиг Давыдова не стало!
Сколько славных с ним пропало
Боевых преданий нам!
Как в нём друга жаль друзьям!..

Жуковский на смерть Дениса Давыдова

А в нашей памяти пусть он останется вот таким — лихим гусаром и поэтом, чей пылкий нрав не изменили годы.

Просмотров: 1 579

Больше, чем поэт: как воевал Денис Давыдов

«Для нас, русских, партизанская война всегда будет крайне необходима и полезна», – писал Денис Давыдов. Самый знаменитый гусар России пытался убедить современников в том, что именно он разработал методы партизанской войны, впервые применил их комплексно и стал лучшим партизаном Отечественной войны 1812 года. Можно ли этому верить? Какими были боевой путь прославленного поэта и его роль в русском партизанском движении 1812 года?

«Рождён для службы царской»

Денису Давыдову на роду было написано стать военным. Его отец был сподвижником Суворова, Николай Раевский и Алексей Ермолов приходились ему родственниками, а детство он провёл в имении Бородино, рядом с которым в 1812 году разыграется главная битва Отечественной войны. Родившись в 1784 году, Денис Давыдов с детства впитывал воинский дух и готовился стать офицером.

Однако на пути юного Давыдова оказалось немало препятствий, главными из которых были его бедность и вольнодумие. В 1801 году он вступил в ряды престижного Кавалергардского полка, но с трудом мог поддерживать расточительный образ жизни столичного офицера. Помимо этого, начальство невзлюбило молодого корнета за сатирические стихи, в которых юноша высмеивал влиятельных лиц. По этим двум причинам Давыдов не задержался в Петербурге и был переведён с глаз долой в Белорусский гусарский полк, квартировавший в Звенигородке Киевской губернии. С тех пор репутация вольнодумца тянулась за ним до конца жизни.

Денис Давыдов. Художник – Дж. Доу
Источник – dic.academic.ru

Перипетии с переводом на новое место службы помешали молодому офицеру принять участие в Аустерлицкой кампании 1805 года, в которой отличились его бывшие однополчане-кавалергарды. Только в 1807 году ему представился случай понюхать пороху. Благодаря поддержке влиятельных лиц при дворе Давыдов сумел получить место адъютанта при генерал-лейтенанте Петре Багратионе. Во время боевых действий против французов порывистый адъютант стал инициатором нескольких стычек с противником – скорее курьёзных, чем успешных. Настоящей школой партизана для Давыдова стала шведская кампания 1808 года, во время которой он попал в отряд полковника Якова Кульнева – прославленного гусара, которого сам Наполеон называл лучшим русским кавалерийским начальником. У Кульнева Давыдов проходил «курс аванпостной службы»: занимался разведкой, пикетами, разъездами, авангардными сшибками. В лесистой Финляндии и шведам, и русским приходилось действовать малыми отрядами и воевать по-партизански. Осваивая премудрости партизанской войны на практике, Давыдов превращался в опытного кавалерийского начальника.

«Война, которой я был создатель»

Денис Давыдов пытался всех убедить в том, что именно он разработал методы партизанской войны, предложил её использовать и был лучшим партизаном русской армии. Однако все эти утверждения, скорее всего, неверны. Небольшой экскурс в историю партизанской войны поможет лучше понять место Давыдова в теории и практике партизанских действий.

В XVIII–XIX веках под словом «партизаны» понимали профессиональных военных, участвовавших в так называемой «малой войне» – стычках, налётах на обозы, разведке и так далее. Первыми методы «малой войны» начали применять австрийцы и русские. Среди подданных Габсбургов и Романовых было немало людей, привыкших вести войну «не по-европейски». В первом случае речь шла о венграх, румынах, сербах и хорватах, а во втором – о казаках. В ходе Первой Силезской войны 1740–1742 годов прусскому королю Фридриху Великому доставили немало хлопот неуловимые венгерские гусары и хорватские пандуры, хозяйничавшие в его тылах. Великие державы поспешили скопировать эту австрийскую находку. В атмосфере зарождавшейся философии Просвещения с её симпатиями к образу noble savage (благородного дикаря) быть гусаром стало весьма привлекательной участью, и сыны лучших европейских фамилий принялись отращивать усы и наряжаться «варварами». Неслучайно куртки венгерского фасона, пышно расшитые шнурами, мы видим на русских гусарах 1812 года – в том числе, и на Денисе Давыдове.

Венгерские гусары генерала Надасти атакуют прусский лагерь во время битвы при Сооре. Художник – Д. Морье
Источник – britishbattles.com

В 1756 году был издан трактат Филиппа Огюстена Тома де Гранмезона La petite guerre ou traité du service des troupes légères en campagne («Малая война, или трактат о полевой службе лёгких войск»). К сожалению, нам неизвестно, читал ли эту работу Давыдов, но она стала настольной книгой для многих последующих поколений партизан, оформив теоретически партизанский опыт эпохи Фридриха Великого.

Зато точно известно, что трактат Гранмезона в 1780 году был переведён на испанский язык и весьма пригодился жителям Пиренеев, которые в 1808 году столкнулись с нашествием наполеоновских войск. В Испании развернулась народная война против захватчиков, в ходе которой взошла звезда нескольких партизанских командиров, самым известным из которых стал Хуан Мартин Диас, или Эль Эмпесинадо («Неустрашимый»). Русское общество, недовольное вынужденным союзом с Наполеоном, с симпатией и надеждой следило за событиями в Испании.

Хуан Мартин Диас – испанский «коллега» Давыдова. Художник – Ф. Гойя
Источник – ruralduero.com

К началу 1812 года неизбежность нового конфликта с Наполеоном стала очевидной, и Александра I засыпали различными записками с планами войны против «корсиканского чудовища». Историк В. М. Безотосный особо отмечает записку служащего Особой канцелярии Военного министерства подполковника Петра Чуйкевича, в которой тот предлагает в будущей войне против Наполеона «предпринимать и делать совершенно противное тому, чего неприятель желает». Чуйкевич перечисляет необходимые меры:

«Уклонение от генеральных сражений, партизанская война летучими отрядами, особенно в тылу операционной неприятельской линии, недопускание до фуражировки и решительность в продолжении войны»

Чуйкевич не исключал, что в войне придётся использовать народ, «который должно вооружить и настроить, как в Гишпании, с помощью Духовенства».

«Я был рождён для рокового 1812 года»

В июне 1812 года Наполеон вторгся в Россию. Подполковник Денис Давыдов начал войну во 2-й армии, которую возглавлял его покровитель князь Багратион. Согласно воспоминаниям поэта, он сам вызвался организовать партизанский отряд. 22 августа 1812 года, накануне Бородинского сражения, состоялось судьбоносное объяснение с Багратионом, в котором Денис Давыдов приводил доводы в пользу своего предложения:

«Неприятель идёт одним путём. Путь сей протяжением своим вышел из меры; транспорты жизненного и боевого продовольствия неприятеля покрывают пространство от Гжати до Смоленска и далее. Между тем обширность части России, лежащей на юге Московского пути, способствует изворотам не только партий, но и целой армии. Что делают толпы казаков при авангарде? Оставя достаточное число их для содержания аванпостов, надо разделить остальное на партии и пустить их в средину каравана, следующего за Наполеоном»

Багратион одобрил этот план и доложил о нём Кутузову. Главнокомандующий отнёсся к затее гусара скептически, но для пробы дал ему небольшой отряд. Современные историки сходятся на том, что Денис Давыдов исказил историю создания партизанских отрядов. В частности, П. П. Грюнберг заметил в мемуарах Давыдова косвенные свидетельства того, что у него были некие устные инструкции от князя Багратиона. Похоже на то, что, скорее, Багратион объяснял задачу Давыдову, а не Давыдов – Багратиону. Между 19 и 22 августа было создано несколько партий, а не одна лишь партия Давыдова. А. И. Попов, исследовавший действия партизанских отрядов в 1812 году, относит первое их появление ещё к июлю. Наконец, отряды Сеславина и Фигнера, двух других известных партизанских командиров, были созданы не по их собственной инициативе, а решением командования. Скорее всего, Давыдов приписал себе инициативу создания партизанских отрядов, которая на самом деле исходила из главного штаба.

Партизаны Дениса Давыдова. Художник – А. Николаев
Источник – pro100-mica.livejournal.com

Яркая фигура поэта-партизана Дениса Давыдова заслонила от нас других партизанских командиров того времени. В дни, когда Давыдов только получал отряд под командование, дерзкий налёт на Витебск совершил барон Фердинанд фон Винценгероде. Капитан Александр Сеславин со своим отрядом первым обнаружил движение Наполеона из Москвы к Малоярославцу, благодаря чему Кутузов раскрыл замысел противника в решающий момент кампании 1812 года. Александр Бенкендорф с летучим отрядом освободил Нидерланды в 1813 году, вызвав антифранцузское восстание. Британский историк Д. Ливен пишет, что в стратегическом отношении важнейшим партизанским рейдом было вторжение отряда Александра Чернышёва на территорию Пруссии в начале 1813 года, которое подтолкнуло прусского короля к переходу на сторону России.

Итак, Денис Давыдов не был ни отцом партизанской войны, ни первым партизаном, ни, скорее всего, самым успешным партизаном Наполеоновской эпохи. Однако этот человек сделал нечто большее для партизанских войн будущего – дал им красивую легенду и теорию, опробованную на практике. Обратимся к последней.

Поэт, гусар и партизан Денис Давыдов в кругу однополчан. Художник – Е. Демаков
Источник – golos-epokhi.ru

«Исполненное поэзии поприще»

«Партизан – это рыба, население – это море, в котором он плавает», – писал Мао Цзэдун. Денис Давыдов не мог знать этого афоризма, но прекрасно понимал важность народной поддержки. В мемуарах Давыдов красочно описывает свою первую встречу с крестьянами после того, как в конце августа 1812 года его отряд покинул расположение действующей армии. Крестьяне приняли русских гусар за французских и чуть не убили их. «Тогда я на опыте узнал, что в народной войне должно не только говорить языком черни, но приноравливаться к ней, к её обычаям и одежде», – вспоминал знаменитый партизан.

По воспоминаниям Давыдова, он надел крестьянскую одежду, отпустил бороду, повесил на грудь образ Николая Чудотворца и был принят крестьянами за своего. Действительно ли ему пришлось прибегнуть к такому маскараду? Скептически относящийся к Давыдову П. П. Грюнберг считает, что пылкий поэт-партизан придумал этот эпизод, и указывает на то, что больше никому из русских партизан иконы и армяки не потребовались. Так или иначе, Давыдов сразу же постарался заручиться поддержкой населения, раздавая крестьянам отбитое у французов оружие и веля им убивать «врагов Христовой церкви». С помощью энергичного уездного предводителя дворянства Семёна Яковлевича Храповицкого Давыдов собрал ополчение, к которому примкнули 22 помещика со своими крестьянами.

Главной мишенью партизанских отрядов Денис Давыдов считал систему снабжения противника. Следовательно, главными действиями партий должны были стать нападения на фуражиров, обозы и склады. Прекрасно понимая, что небольшой отряд не сможет атаковать крупные силы неприятеля или хорошо укреплённую базу снабжения, Давыдов надеялся прервать связь между этой базой и вражеской армией. Чем протяжённее были коммуникации Наполеона, тем проще становилось выполнение этой задачи. К сентябрю 1812 года продовольствие, боеприпасы и пополнения поступали к Наполеону по длинной линии от Вильны через Смоленск к Москве. Когда армия Кутузова совершила Тарутинский манёвр и нависла над этой линией с юга, для отряда Давыдова сложилась почти идеальная ситуация.

Давыдов не принадлежал к числу кабинетных стратегов, которые в то время увлечённо оценивали плюсы и минусы взаимных расположений противоборствующих армий. Он был практиком и хорошо понимал значение морально-нравственной стороны военного дела. Для Давыдова партизанство – грозное психологическое оружие:

«Каких последствий не будем мы свидетелями, когда успехи партий обратят на их сторону всё народонаселение областей, находящихся в тылу неприятельской армии, и ужас, посеянный на её путях сообщения, разгласится в рядах её?»

Поначалу Кутузов дал Давыдову лишь 50 гусар и 80 казаков – с такими силами было непросто «сеять ужас» в тылах неприятеля. Однако партия постепенно росла за счёт пополнений, отбитых пленных и вышеупомянутого ополчения – на пике своей деятельности Давыдов мог поставить под ружье около 2000 человек. Мог, но не хотел. Его отряд должен был быть максимально мобильным, поэтому в партизанских операциях редко участвовало больше полутысячи человек. Остальные (прежде всего, крестьяне) продолжали жить мирной жизнью и помогали партизанам, давая им кров, охраняя пленных и служа проводниками.

Образ жизни партизан был необыкновенен. День обычно начинался в полночь, при свете луны партизаны плотно завтракали, седлали лошадей и около трёх часов ночи выступали в поход. Партия всегда шла вместе, имея небольшой авангард, арьергард и охранение, шедшее со стороны дороги на минимальном расстоянии от основных сил. Шли до наступления сумерек и потом становились на ночлег. Лагерь был организован таким образом, чтобы свести на нет вероятность внезапного нападения – вокруг него выставлялись пикеты, устраивались дальние и ближние разъезды, а в самом лагере всегда находился отряд из двадцати человек в полной боевой готовности. Эту систему Давыдов позаимствовал у своих учителей Багратиона и Кульнева. Багратион говорил: «Неприятель разбить меня может, но сонного не застанет». Кульнев объяснял своим людям: «Я не сплю, чтобы вы спали».

Денис Давыдов во главе партизан в окрестностях Ляхова. Художник – А. Теленик
Источник – pro100-mica.livejournal.com

Отряд Давыдова чаще всего нападал из засады. В четырёх-пяти верстах от места засады назначался сборный пункт, куда всадники должны были отступить в случае неудачи (по возможности, врассыпную и окольными путями). Таким образом, партию было трудно уничтожить даже в случае провала операции. На обоз нападала лишь часть отряда – Давыдов был убеждён, что даже если охранение превышает численность атакующих, его всегда можно разбить, правильно выбрав момент и использовав фактор внезапности. Если это удавалось, то добыча доставалась только тем, кто участвовал в атаке. Иногда атаковавших приходилось подкреплять, и в этом случае добыча доставалась уже резерву, а первая волна не получала ничего.

Пепельница Дениса Давыдова, сделанная из копыта коня. Из собрания Государственного Исторического Музея
Источник – vm1.culture.ru

В 1812 году русские партизаны доставили французам немало хлопот. 28 октября объединённые силы Василия Орлова-Денисова, Дениса Давыдова, Александра Сеславина и Александра Фигнера заставили сложить оружие целую дивизию Жан-Пьера Ожеро – это произошло после боя у Ляхова, недалеко от Смоленска. Когда в следующем, 1813 году русская армия вошла на территорию германских государств, между партизанами началось настоящее «соревнование» по освобождению королевств, княжеств и их столиц. В этой вполне серьёзной борьбе за лавры и чины Денис Давыдов получил в качестве приза ключи от Дрездена. Войну поэт-партизан закончил в Париже в чине генерал-майора.

«И лира немеет, и сабля не рубит…»

В 1815 году у русских военных началась новая жизнь и совсем другая служба. Как и многие другие боевые офицеры, Давыдов долго не мог адаптироваться к мирному времени. «Скучное время пришло для нашего брата солдата!», – пишет он Павлу Киселёву. Своенравный партизан имел сложные отношения как с Александром I, так и со многими влиятельными людьми из царского окружения. Это и предопределило отставку Давыдова в 1823 году. Отойдя от дел, он «раскинул бивак» в имении Верхняя Маза недалеко от Сызрани и окунулся в тихий семейный быт. Лишь в начале царствования Николая I Денис Давыдов ненадолго вернулся в строй, воевал на Кавказе и участвовал в подавлении польского восстания 1830–1831 годов — впрочем, не снискав себе новой славы.

Денис Давыдов. Фрагмент портрета. Художник – В. Лангер
Источник – museumpushkin-lib.ru

Партизанский опыт 1812 года оставался почти невостребованным после Наполеоновских войн. В этом нет ничего удивительного, так как партизанство было средством отчаянным – раздавать гражданскому населению оружие и разжигать в нём ненависть считалось не только непозволительным с точки зрения неписаных правил европейской войны, но и опасным для социальных устоев. Никто не мог ручаться, что крестьянин направит оружие против врага, а не против своего помещика. Образно выражаясь, существовала вполне зримая опасность не удержать в руках «дубину народной войны». В бумагах Дениса Давыдова есть приказы о расстреле крестьян, убивавших дворян и грабивших церкви. Да и сами партизаны не всегда соблюдали законы войны, так как не могли обременять себя пленными.

Существовали и другие трудности. Если на территории «коренной» России Давыдов встречал полное сочувствие населения, то после того, как его отряд переправился через Днепр в районе села Копысь (ныне в Витебской области Беларуси), он вынужден был запросить подкрепление:

«Пока я разбойничал в средине России, я довольствовался прежде 130, а потом 500 человеками; но теперь с 760 человек в неприятельской земле, где всё нам враждебно, я нахожусь слишком слаб и потому прошу ваше превосходительство исходатайствовать мне у его светлости повеление прикомандировать к моему отряду 11-й егерский полк с двумя орудиями оставить при мне впредь до особого повеления, чем меня крайне одолжите»

Воюя под Москвой и Смоленском, партизаны пользовались поддержкой крестьян и легко находили с ними общий язык. В германских землях население также встречало русских радушно, но уже ощущался языковой барьер. Неслучайно, что в этот период на первый план выходят партизаны немецкого происхождения – Бенкендорф, Винценгероде и другие. Во Франции же русские партизаны не встретили ни радушия, ни общности языка, а потому не смогли отметиться значимыми делами. По итогам Наполеоновских войн среди русских военных господствовало убеждение, что партизанская война – это средство лишь для внутреннего употребления. В своих сочинениях Давыдов утверждал обратное, однако не объяснял, каким образом он намеревается вести наступательную партизанскую войну на чужой территории. Как писал о Давыдове в конце XIX века полковник Сергей Гершельман, «нормы, выведенные из наблюдения в Отечественную войну, он возвёл в общую норму».

Проблемой было и то, что партизанская война требовала совсем иной подготовки конницы. Конная партия должна всё время быть в движении, поэтому необходим упор на выносливость конского состава, а не на его силу. Партизаны редко могли рассчитывать на помощь пехоты и артиллерии, а значит, им надо было уметь самим вести огневой бой – как в седле, так и в пешем строю. Всё это не отвечало кавалерийским традициям начала XIX века.

Боевые действия русских на Кавказе и французов в Алжире в 1830–1840-е годы заставили военных крепко задуматься о защите коммуникаций от набегов. На Кавказе формировались усиленные колонны, сопровождавшие ценные грузы (так называемые «оказии»), и горцы не рисковали их атаковать. Похожую систему ввёл в Алжире французский маршал Тома-Робер Бюжо, который подчёркивал превосходство колонн над отдельными постами, не защищающими ничего, кроме земли, на которой они стоят. Казалось, что рецепт надёжной защиты коммуникаций найден, а о партизанах вскоре останутся лишь воспоминания и поэтические строки. Хотя попытки создавать партизанские отряды предпринимались и в царской России, понадобились исключительные обстоятельства Гражданской и Великой Отечественной войн, чтобы русское партизанство возродилось по-настоящему.

Список литературы:

  1. Д. Давыдов. О партизанской войне // Грозное оружие: Малая война, партизанство и другие виды асимметричного воевания в свете наследия русских военных мыслителей. М., 2007
  2. Д. Давыдов. Партизанский дневник 1812 года // Грозное оружие: Малая война, партизанство и другие виды асимметричного воевания в свете наследия русских военных мыслителей. М., 2007
  3. Д. Давыдов. Опыт теории партизанского действия // Грозное оружие: Малая война, партизанство и другие виды асимметричного воевания в свете наследия русских военных мыслителей. М., 2007
  4. Ф. Гершельман. Партизанская война // Грозное оружие: Малая война, партизанство и другие виды асимметричного воевания в свете наследия русских военных мыслителей. М., 2007
  5. Отечественная война 1812 года. Энциклопедия. М., 2004
  6. Безотосный В. М. Россия в наполеоновских войнах: 1805–1815 гг. М., 2014
  7. Lieven D. Russia Against Napoleon: The Battle for Europe, 1807 to 1814. (2014)
  8. Кравчинский Ю. В тылу врага и впереди войска: партизаны, да не те // http://ria.ru/1812_parallels/20121002/764467735.html
  9. Грюнберг П. П. Некоторые особенности воспоминаний Д. В. Давыдова «Дневник партизанских действий 1812 года» // Эпоха наполеоновских войн: люди, события, идеи. М., 2008
  10. Popular Resistance in the French Wars: Patriots, Partisans and Land Pirates. Ed. by Charles J. Esdaile. (Palgrave Macmillan, 2005)
  11. Д. Давыдов. О партизанской войне // Грозное оружие: Малая война, партизанство и другие виды асимметричного воевания в свете наследия русских военных мыслителей. М., 2007