Бой в желтом море

uCrazy.ru


ЧАСТЬ 3

Оснований и дальше отстаиваться на внутреннем рейде Артура больше нет никаких, и еще 21 мая Вильгельм Карлович Витгефт шлет телеграмму наместнику:

А дальше… Общепринятое мнение:
1. Алексеев требовал от В. К. Витгефта идти во Владивосток, а тот всячески отнекивался и не желал этого делать.
2. Временно и.д. командующего эскадрой предпочитал использовать флот для защиты Порт-Артура по образцу и подобию обороны Севастополя 1854-55 гг. во время Крымской войны.
3. Флагманы эскадры поддержали контр-адмирала В. К. Витгефта.
Теперь зачастую звучат упреки в недостаточной решительности (а то и в трусости) командиров эскадры: мол, не желали идти в бой, рассчитывали отсидеться за крепостными стенами… Но, читая документы той эпохи, приходишь к выводу, что дело намного сложнее: наместник Алексеев, контр-адмирал В.К. Витгефт и флагманы и командиры кораблей 1-го ранга совершенно по-разному представляли себе задачи порт-артурской эскадры.
Наместник Алексеев полагал, что японский флот существенно ослаблен. Еще до того, как В.К. Витгефт впервые вывел эскадру в море (10 июня 1904 г.) Алексеев сообщил временно и.д. Командующего эскадрой Тихого океана, что японцы имеют у Порт-Артура только 2 броненосца и 5 броненосных крейсеров. Еще больший оптимизм демонстрировал Алексеев в своей телеграмме №5 от 11 июня (полученная в Порт-Артуре только 21 июня):

Здесь Евгений Иванович (Алексеев) сократил японский флот уже и вовсе до 2 броненосцев и 3 броненосных крейсеров. Интересно, с каким чувством прочитал эту телеграмму Вильгельм Карлович, который за день до того, как эта телеграмма была отправлена, встретил в море 4 броненосца (не считая «Чин Иен») и 4 броненосных крейсера японцев?
Итак, наместник считал, что сила, противостоящая артурцам на море, существенно ослабла. В то же время он опасался сухопутного японского наступления на Порт-Артур и вполне справедливо полагал, что сохранение эскадры важнее, чем сохранение крепости. В соответствии с этими соображениями и невзирая на общую неподготовленность эскадры, он дал распоряжение уводить корабли во Владивосток:

Однако спустя пять дней наместник уточнил свою позицию:

Таким образом, позиция наместника сводилась к тому, что необходимо покинуть крепость и идти во Владивосток, пользуясь относительной слабостью неприятеля. Если же вдруг удастся разбить его по дороге, тогда идти во Владивосток смысла нет и можно остаться в Порт-Артуре, помогая крепости.
Первоначально В.К. Витгефт как будто бы разделял мнение своего начальника. В ответ на полученную 6 июня телеграмму наместника:

Контр-адмирал ответил:

Крайне странно такое читать. «Враг не страшен»? Эскадра с марта не выходила на учения из внутреннего рейда, новейшие «Ретвизан» и «Цесаревич» и вовсе никакой подготовки с осени 1903 г. не имели — только двенадцать январских дней, в период с момента прекращения вооруженного резерва и до подрыва в самом начале войны.
Эскадренные броненосцы «Цесаревич» и «Ретвизан» на
внутреннем рейде Порт-Артура
Сам же В.К. Вигефт после выхода 10 июня в море писал в рапорте наместнику:

И все же «враг не страшен», но тут же: «В случае смерти прошу похлопотать пенсию жене»…
Возможно ли, что В.К. Витгефт уверовал в данные наместника о крайнем ослаблении японского флота? Сомнительно: сам контр-адмирал предполагал, что ему встретятся более мощные силы, сообщая Алексееву:
Чего желал добиться этим выходом В.К. Витгефт? Об этом он сам сообщает наместнику в рапорте №66 от 17 июня 1904 г (отчет о выходе эскадры 10 июня):
В.К. Витгефт шел в море в надежде на то, что данные наместника верны, и тогда он собирался дать бой. Однако Вильгельм Карлович предчувствовал, что сам он оценивает численность противостоявшего ему противника куда точнее Алексеева, и бой может обернуться плохо и для эскадры, и для него самого. Возможно, В.К. Витгефт предчувствовал собственную смерть, такое бывает. Но, как бы то ни было, контр-адмирал вывел эскадру и встретил неподалеку от Порт-Артура Объединенный флот, причем в силах, превосходящих ожидания Алексеева, да и его собственные. Отсутствовали только 4 броненосных крейсера Камимуры, занятые поимкой владивостокских крейсеров — их никак нельзя было оперативно вернуть к Артуру, но весь 1-ый боевой отряд в составе 4 броненосцев, «Ниссина» и «Касуги» при поддержке еще двух броненосных крейсеров 2-го отряда находился перед В.К. Витгефтом. Для генеральной баталии Того собрал все доступные ему силы в единый кулак: корабли 1-го и 2-го боевого отрядов сопровождали «раритеты» — «Мацусимы» и «Чин-Иен» третьей эскадры вице-адмирала С. Катаока. Неудивительно, что В.К. Витгефт отступил — он не считал себя в силах сражаться с таким противником. Уже вечером броненосец «Севастополь» наскочил на мину, отчего ему требовался достаточно продолжительный ремонт, так что контр-адмирал увел эскадру на внутренний рейд.
Эскадренный броненосец «Фудзи»
И был, вероятно, немало удивлен, что таковые его действия совершенно не удовлетворили наместника. Несмотря на то, что в своем первом сообщении, отправленном еще до предоставления рапорта В.К. Витгефт указывал:
Алексеев, ничтоже сумняшеся, отвечал В.К. Витгефту:
Отвечая на письмо временно и.д. начальника эскадры Тихого океана, направленное им Алексееву вместе с рапортом, наместник писал:
Вполне вероятно, что эти ответы Алексеева совершенно шокировали В.К. Витгефта. Ведь он был неглупым человеком, и отлично понимал свое несоответствие занимаемой должности, а согласился на нее потому, что был приказ и потому что ему назначено было лишь временно исполнять обязанности в период общей слабости флота и отсутствия крупных активных операций. Но затем ему поручили выход в море и сражение, пусть даже против ослабленных сил неприятеля, а теперь на него возлагалось, ни много ни мало как стать настоящим командующим, повести флот в бой и разбить значительно превосходящие силы противника!
Алексеев отлично понимал слабость своего начштаба и сначала вовсе не собирался бросать его в решительный бой. Но с некоторых пор у него попросту не осталось никакого другого выхода: на смену погибшему С.О. Макарову во Владивосток прибыли вице-адмиралы Н.И. Скрыдлов и П.А. Безобразов, причем последний должен был принять должность начальника Порт-Артурской эскадры. Однако на предложения наместника как-то переправить П.А. Безобразова в Порт-Артур Н.И. Скрыдлов ответил категорическим отказом в силу слишком высокого риска подобной «переправы». А воспрепятствовать осаде Порт-Артура силами сухопутной армии тоже не выходило. И кроме того, Алексеев уже сообщил государю о необходимости прорыва эскадры во Владивосток. Соответственно, 18 июня Николай II отправил телеграмму своему наместнику, в которой с недоумением интересуется, почему эскадра, не получив никаких повреждений, все же вернулась в Порт-Артур и завершает телеграмму словами:

Вот так и получилось, что «удобного» наместнику В.К. Витгефта никто не сменит, но отстаиваться в Артуре ему тоже позволить нельзя. И вместо того, чтобы дождаться вновь прибывшего адмирала и сдать командование, Вильгельму Карловичу предстояло теперь самостоятельно дать генеральное сражение японскому флоту!
Мягко, но весьма настойчиво наместник дал понять В.К. Витгефту, что ситуация совершенно переменилась, и теперь контр-адмиралу вменено в обязанность разбить японский флот либо же провести иным способом Порт-Артурскую эскадру во Владивосток. И тем, очевидно, вогнал последнего в самую черную меланхолию. Потому-то на приведенные выше письма наместника Вильгельм Карлович дает чрезвычайно пессимистичный ответ:
В том же письме В.К. Витгефт очерчивает возможности, которые он видит для вверенных его командованию сил:
Таким образом, Вильгельм Карлович обозначил свою позицию, каковой и придерживался, если судить по иным его письмам наместнику, до самого выхода в море и боя 28 июля 1904 г. В.К. Витгефт не считал возможным ни успешно драться с японцами в виду Порт-Артура, ни прорываться во Владивосток: будь он предоставлен сам себе, вероятно он бы списал экипажи и орудия на берег для обороны крепости по образу и подобию обороны Севастополя. И вот это, конечно, совершенно не устраивает наместника. Поэтому в ответной телеграмме он пишет В.К. Витгефту:
Собрание командиров и флагманов состоялось через день после получения телеграммы наместника, 4 июля 1904 г., по его результатам наместнику был отправлен протокол, согласно которому:
При чтении этого рапорта поневоле складывается впечатление, что ни флагманы, ни командиры кораблей в море идти не хотели и предпочитали разоружить корабли для обороны Артура, но на самом деле это не так. Дело в том, что к самому «Протоколу» прилагались подписанные «Мнения» флагманов и капитанов 1-го ранга, участвовавших в собрании, и там их мнения конкретизированы вполне однозначно:
Мнение начальника отряда броненосцев (подписал контр-адмирал, князь Ухтомский):
Мнение начальника прибрежной обороны (подписал контр-адмирал Лощинский):
Мнение начальника отряда крейсеров (подписал контр-адмирал Рейценштейн):
Мнение командира эскадренного броненосца «Цесаревич» (подписал капитан 1-го ранга Иванов):
Мнение командира эскадренного броненосца «Ретвизан» (подписал капитан 1-го ранга Щенснович):
Мнение командира эскадренного броненосца «Севастополь» (подписал капитан 1-го ранга фон Эссен):
Мнение командира крейсера I ранга «Паллада» (подписал капитан 1-го ранга Сарнавский):
Мнение временно заведующего 1-м отрядом эскадренных миноносцев (подписал лейтенант Максимов):
Мнение временно заведующего II отрядом эскадренных миноносцев (подписал лейтенант Кузьмин-Караваев):
Бронепалубный крейсер «Диана» и два миноносца типа «Сокол»
у ее борта во время дежурства, Порт-Артур 1904 г.
Таким образом, чуть утрируя, мы видим три точки зрения на дальнейшие действия эскадры:
1) Наместник считал, что с боем ли, без оного, но флоту необходимо прорываться во Владивосток.
2) В.К. Витгефт полагал, что лучше всего флоту будет отказаться от активных действий и сосредоточится на защите Порт-Артура.

3) Флагманы и командиры эскадры предполагали, что лучше всего будет оставаться в Порт-Артуре до последней крайности, и в этом их точка зрения совпадала с позицией В.К. Витгефта. Но, в отличие от последнего многие из них видели задачу флота не в том, чтобы свезти пушки на берег и помогать гарнизону отбивать атаки японской армии, а в том, чтобы активными действиями эскадры мешать его армии, ослабл*ть японский флот, а то и вовсе дать ему генеральное сражение.
По мнению автора настоящей статьи, единственно верным являлось мнение флагманов и командиров эскадры.
К сожалению, прорыв во Владивосток был для русской эскадры совершенно невозможен. И дело здесь вовсе не в том, что Объединенный флот Хэйхатиро Того по всем статьям превосходил русские силы в Порт-Артуре. На пути во Владивосток броненосцы В.К. Витгефта ожидал совершенно неумолимый враг, имя ему — уголь.
Лейтенант Черкасов в своих «Записках» писал:
Но кто бы мог дать им этот уголь? По результатам боя 28 июля мы видим совершенно безрадостный результат: «Цесаревич» был не слишком поврежден в бою, его орудия и машины были исправны, корпус не имел критичных повреждений и затоплений. С этой точки зрения ничто не препятствовало прорыву броненосца во Владивосток. Но в бою пострадали дымовые трубы корабля: и если в обычном своем состоянии, следуя двенадцатиузлового ходом, броненосец тратил за сутки 76 тонн угля, то в результате боя этот показатель возрос до 600 (шестисот) тонн.
Вторая дымовая труба эскадренного броненосца «Цесаревич»
после боя 28 июля 1904 г
«Цесаревич» по проекту имел нормальный запас угля — 800 т, полный — 1350 т, в море 28 июля вышел, имея 1100 т, поскольку совсем уж перегружать корабль перед боем никто не хотел. А после боя 28 июля броненосец имел всего лишь 500 тонн: этого не то что до Владивостока, до входа в Корейский пролив не хватило бы.
Примерно та же самая ситуация складывалась и у броненосца «Пересвет»: он пошел в бой, имея 1200-1500 т угля (точное количество, к сожалению, неизвестно), и этого должно было хватить на 3000-3700 миль — фактический расход угля на кораблях этого типа доходил до 114 тонн в сутки при скорости 12 узлов. Расстояние от Порт-Артура и до Владивостока через Корейский пролив было менее 1100 миль, так что, казалось бы, такого запаса броненосцу вполне достаточно. Но в бою сильно пострадали две его дымовые трубы из трех. И хотя точный расход угля броненосца в бою 28 июля неизвестен, но есть свидетельства того, что в Порт-Артур «Пересвет» вернулся с почти пустыми угольными ямами. А это означает, что ни о каком прорыве во Владивосток после боя нельзя было и мечтать — максимум, что можно было сделать, это привести броненосец в то же Циндао и интернироваться там.
Как совершенно справедливо отмечали и В.К. Витгефт и флагманы, выйти в море втайне от наблюдателей Хэйхатиро Того было практически невозможно — слишком много времени эскадре нужно было для выхода на внешний рейд и в море. А затем более быстроходный японский флот во всяком случае успевал перехватить корабли порт-артурской эскадры. Соответственно, русские броненосцы не могли уклониться от сражения, но в бою невозможно избежать повреждений. При этом два самых старых броненосца заведомо не могли добраться до Владивостока. Даже не получив боевых повреждений (что заведомо фантастично), им все равно пришлось бы интенсивно маневрировать и двигаться на более высоких, чем экономическая, скоростях хода — соответственно, они быстро растратили бы уголь. Фактически, единственный возможный вариант их использования состоял в том, чтобы «Севастополь» и «Полтава», выйдя с флотом, помогли ему в сражении с японцами, а затем вернулись в Порт-Артур или интернировались в том же Циндао. Так можно было попытаться обеспечить прорыв четырех броненосцев из шести, но если хотя бы один из этих четырех получит повреждения труб, то он также, как и «Севастополь» с «Полтавой» не сможет следовать во Владивосток. И в конечном итоге прорвется всего лишь половина эскадры, а то и меньше.
Да и прорвется ли? Оценивая последствия боя 28 июля 1904 г., многие авторы указывают на то, что русские уже почти прорвались, что им и оставалось продержаться совсем немного, до наступления темноты, а потом — ищи ветра в поле! Но ведь это совсем не так. Выдержав сражение с русской эскадрой, японцы легко могли взять курс на Корейский пролив, хотя бы даже частью своей эскадры — если русским удастся выбить из строя сколько-то японских броненосцев и броненосных крейсеров. И уже там, соединившись с четырьмя броненосными крейсерами Камимуры, Хэйхатиро Того мог дать второе сражение остаткам русской эскадры. Шансов проскользнуть незамеченными Корейский пролив, мимо всех наблюдательных постов и многочисленных вспомогательных кораблей у В.К. Витгефта практически не было. А даже и случись такое чудо, ничто не мешало японцам выдвинуться к Владивостоку и перехватить русскую эскадру уже на подступах к городу.
Проблема порт-артурской эскадры заключалась в том, что после боя с японским флотом и вне зависимости от его результата часть кораблей должна была либо возвращаться в Артур, либо интернироваться, а во Владивосток могла бы попасть лишь часть вышедших на прорыв кораблей, и скорее всего — часть незначительная. Но японские корабли, поврежденные русским огнем в ходе прорыва, починятся и вновь встанут в строй. А вот русские — нет: те что вернутся в Артур — погибнут, те, что интернируются — спасутся, но не смогут продолжать войну. Соответственно, прорываться имело смысл лишь в том случае, если бы встал вопрос о жизни и смерти артурской эскадры, но ситуация в июне и начале июля 1904 года вовсе не выглядела таковой.
А вот активно действовать из Порт-Артура… это был весьма заманчивый вариант, потому что в этом случае многое начинало играть против японцев. Эскадра Хэйхатиро Того была привязана к местам высадки войск, она прикрывала транспорты, снабжавшие армию. Но там не было японских баз, все, чем располагали японцы — это плавмастерские, и в случае получения каких-то серьезных повреждений им оставалось уходить в Японию на ремонт. В то же время, хотя Порт-Артур как база флота и не был способен соперничать с японскими военно-морскими базами, но чинить повреждения средней тяжести от артиллерийского огня мог весьма быстро. Проблема была с отсутствием дока для броненосцев, но подводные повреждения в артиллерийском бою не так уж часты, да и куда менее разрушительны, чем тот же подрыв на мине.
И потому эскадре не нужно было уходить из Порт-Артура, а следовало вести активные боевые действия, в надежде навязать бой части японского флота. Но даже если бы это и не удалось, вполне можно было рискнуть и дать генеральное сражение Хэйхатиро Того неподалеку от Порт-Артура, когда существовала возможность подбитым кораблям отступить под защиту крепости. Сильно побитый «японец» должен был идти в Японию, да еще и в сопровождении иных боевых кораблей, чиниться там и тратить время на возвращение обратно — аналогично поврежденный русский броненосец имел неплохие шансы вернуться в строй быстрее.

А кроме того, на эскадре, не зная, в каком состоянии находится подготовка 2-ой Тихоокеанской эскадры, всерьез допускали, что она может подойти в течение нескольких месяцев и тут уже появлялся иной резон выйти в море — сразиться с японцами, связать их флот боем, пускай даже потери порт-артурской эскадры окажутся выше, но они не будут бессмысленными, а проложат дорогу идущим с Балтики кораблям.
Настроения флагманов и каперангов артурской эскадры вполне объяснялись вышеприведенными резонами: они долгое время находились в крепости Порт-Артур, понимали, что при попытке прорыва эскадра, с огромной долей вероятности, перестанет существовать как организованная боевая сила, не нанеся существенного ущерба боевому флоту японцев, а ее уход приблизит падение Порт-Артура. Так для чего уходить? Что могла сделать эскадра из Владивостока такого, чего она не имела возможности совершить, базируясь в Порт-Артуре? Контр-адмирал Ухтомский не проявил себя великим флотоводцем, но слова, сказанные им на Собрании флагманов звучали так, как будто его устами вдруг заговорил Федор Федорович Ушаков или Горацио Нельсон:
В отечественной историографии как-то исподволь сложилось мнение, что постоянные требования наместника Алексеева о прорыве эскадры во Владивосток были по сути своей единственно верными, и что только нерешительность (если не сказать — малодушие) временно и.д. Командующего эскадрой Тихого океана В.К. Витгефта препятствовали скорейшему их выполнению. Но если мы поставим себя на место флагманов и непредвзято рассмотрим возможности 1-ой Тихоокеанской эскадры: без послезнания, но так, как могли видеть ее артурские моряки в июне и начале июля 1904, мы поймем, что желание наместника побыстрее увести ее корабли во Владивосток преждевременно и продиктовано извечным «беречь и не рисковать», равно как и то, что наместник, невзирая на свой адмиральский чин, очень плохо представлял себе последствия такого прорыва.
К сожалению, не следует усматривать стратегического гения в попытках В.К. Витгефта задержать эскадру в Порт-Артуре. Эта задержка имела смысл только при условии активных боевых действий против неприятеля на море, а этого В.К. Витгефт совершенно не хотел, предпочитая стоять на якоре и лишь отправляя отряды кораблей для поддержки сухопутных флангов. Дело важное и очень полезное, но недостаточное для эскадры.
Мнения ряда флагманов и командиров кораблей, увы, остались неуслышанными: эскадра вновь замерла во внутреннем бассейне Порт-Артура до того времени, пока не будет починен эскадренный броненосец «Севастополь». А там все и сложилось к одному: 25 июля вошел в строй броненосец и в тот же день корабли на внутреннем рейде оказались под огнем осадных 120-мм гаубиц. На следующий день Вильгельм Карлович Витгефт получил телеграмму наместника:
Через два дня, 28 июля 1904 года, эскадра, ведомая эскадренным броненосцем «Цесаревич», на котором держал свой флаг В.К. Витгефт, вышла на прорыв во Владивосток.
Продолжение следует…

Витгефт Александр Вильгельмович

Витгефт Александр Вильгельмович, 1920Витгефт Александр Вильгельмович, 1921Лейтенант Витгефт Александр ВильгельмовичВитгефт Александр Вильгельмович

Александр Вильгельмович Витгефт, Aleksander Vitgeft (Witthöefft) (28.07.1879 — 29.08.1965, Дармштадт)

Православный. Сын контр-адмирала Вильгельма Карловича Витгефта (2/14.10.1847, Одесса — 28.07/10.08.1904, Желтое море, на борту броненосца «Цесаревич») и его жены Елены Григорьевны, урожденной Ивановской (1853 — 23.08.1926, Таллинн). В службу вступил в 1896. Окончил Морской корпус, из гардемарин произведен по экзамену в мичманы. После производства служил на «Герцоге Эдинбургском». 23.10.1899 переведен из Черноморского в Балтийский флот. Лейтенант (6.12.1903). На 2.07.1904 в 18-м флотском экипаже, в Минном офицерском классе. Окончил курс Минного офицерского класса, по окончании зачислен в минные офицеры 2-го разряда (23.08.1904). Младший минный офицер броненосца «Сисой Великий». Участник сражения с японским флотом в Цусимском проливе (14 — 15.05.1905). После возвращения из японского плена служил в 1-м Балтийском флотском экипаже. Принимал участие в усмирении беспорядков в Курляндии. Зачислен в минные офицеры 1-го разряда (24.07.1906). 16.02.1907 вместе с морским агентом во Франции С.С. Погуляевым и капитаном 2-го ранга К.А. Порембским посетил знаменитую впоследствии станцию искрового телеграфа, устроенную на Эйфелевой башне капитаном военного ведомства Ферри. В 1907 состоял членом-учредителем С.-Петербургского военно-морского кружка. Служил на «Славе». Принимал участие в оказании помощи пострадавшим во время бывшего в 1908 землетрясения в Сицилии и Калабрии. Старший лейтенант (6.12.1908). Флагманский минный офицер Штаба Начальника Балтийского отряда (1908 — 1909). 7.10.1909 назначен на 1-ю Минную дивизию Балтийского моря. С 22.10.1909 И.д. Старшего офицера эскадренного миноносца «Донской Казак». 29.10.1909 в изменение приказа № 765 от 22.10.1909 назначен И.д. Старшего офицера эскадренного миноносца «Туркменец Ставропольский». 29 — 30.10.1909 И.д. Старшего офицера эскадренного миноносца «Туркменец Ставропольский». С 30.10.1909 старший офицер эскадренного миноносца «Туркменец Ставропольский». С 24.08.1910 временно командующий эскадренным миноносцем «Летучий». С 28.10.1910 Заведующий обучением на берегу подрывных партий 1-й Минной дивизии Балтийского моря. С 22.11.1910 на время отпуска старшего лейтенанта Постельникова, наблюдающий за эскадренным миноносцем «Лихой». С 16.09.1911 в 1-м Балтийском флотском экипаже. Командующий эскадренным миноносцем «Летучий». Капитан 2-го ранга (6.12.1912). Старший офицер минного заградителя «Енисей» (1912 — 1913). С 1.04.1915 флагманский минный офицер Штаба Начальника Минной обороны Балтийского моря. С 10.08.1915 командир перестроенного из германского коммерческого судна заградителя «Урал». С 3.05.1916 до 23.09.1917 командир заградителя «Амур». 23.09.1917 допущен к исполнению должности Начальника Юго-Западного района Службы Связи Балтийского моря. Капитан 1-го ранга. 31.10.1917 допущен к командованию 15-м дивизионом эскадренных миноносцев Балтийского моря. Начальник 15-го дивизиона эскадренных миноносцев Балтийского моря до 1918.

Весной 1918 уволился со службы и уехал с семьей в Ревель. Заведывающий радиостанцией Морского Отдела Штаба Северного Корпуса. Прикомандирован к Ревельском Отделению Военно-Морского управления Северо-Западной Армии, штаб-офицер для поручений при Начальнике Управления. Начальник Ревельского Отделения Военно-Морского Управления Армии.

После ликвидации Армии жил в Эстонии. Член Кассы взаимопомощи моряков. Под руководством А.Ф. фон Гернета на яхте «Цецилия» занимался работой по измерению магнитного склонения в Финском заливе и Балтийском море. В качестве специалиста по производству взрывов работал в фирме, разбиравшей затонувший в Моонзунде линейный корабль «Слава». В 1930 — 1939 помощник, затем капитан на эстонских торговых судах.

В 1939 репатриировался в Германию. Служил в городских управлениях в Штеттине (Шецин), затем в Позене (Познань), откуда в январе 1945 при наступлении Красной армии эвакуировался в Потсдам. В мае 1947 бежал из Потсдама в английскую оккупационную зону. Председатель Объединения чинов Российского флота и Морского ведомства в Западной Германии. Официальный представитель в Западной Германии Общества офицеров Императорского Флота в Америке. Страдал астмой, почти полностью потерял зрение. Существовал на правительственную пенсию, как потерявший зрение по обстоятельствам войны. Последние годы жил с супругой в старческих домах под Бременом, затем в Дармштадте. Похоронен в Дармштадте.

Сочинения

  • Воспоминания младшего минного офицера эскадренного броненосца «Сисой Великий» // Исторический Архив № 4, 1961.

Источники

  • Бюллетень Общест­ва офицеров Императорского Флота в Америке № 3, 15.12.1952. С. 43; № 3/108, 15.12.1965. С. 56.
  • Бойков В. История одной легенды // Балтийский архив. Русская культура в Прибалтике. VII. Вильнюс, 2002. С. 246.
  • В.В. Верзунов. Моряки на Северо-Западе Росcии. Офицеры флота и чины морского ведомства, служившие в Отдельном Северном корпусе — Северо-Западной добровольческой армии, или пребывавшие в пределах Эстляндии после октябрьского переворота и гражданской войны в России.
  • Приложение к магистерской диссертации Р. Абисогомяна «Роль русских военных деятелей в общественной и культурной жизни Эстонской Республики 1920 – 1930-х гг. и их литературное наследие» Биографический справочник, Тарту, 2007.
  • Бойков В. Краткий биографический словарь офицеров, чиновников и служащих белой Северо-Западной армии (1918 — 1920 гг.), Таллинн, 2009. С. 77.
  • Волков С.В. База данных «Участники Белого движения в России» на январь 1914. Буква «В».
  • Высочайший приказ по Морскому ведомству № 258, 14.09.1899
  • Битва Желтого моря — Battle of the Yellow Sea

    10 августа 1904

    Желтое море , от Шаньдун (Шаньдунском) полуостров, Китай
    ( 37 ° 57.83’N 122 ° 15.49’E  /  37,96383 ° N 122,25817 ° в.д. Координаты : 37 ° 57.83’N 122 ° 15.49’E  /  37,96383 ° N 122,25817 ° Е )

    Тактический неубедительная
    Стратегическая японская победа

    Битва в Желтом море
    Часть русско-японской войны
    Место битвы.
    Свидание Место нахождения Результат
    Воюющие
    Японская империя Российская империя
    Командующие
    Того Хэйхатиро Дева Шигето Витгефт † Павел Ухтомский
    Прочность
    4 линкоров
    4 бронированные крейсера
    8 защищенных крейсера
    18 эсминцев
    30 торпедных катера
    6 линейных кораблей
    4 защищенных крейсеров
    14 эсминцев
    Потери и убытки
    226 убитых и раненых
    2 линкоров серьезно повреждены
    1 линкор слегка поврежден
    1 защищенный крейсер слегка поврежден
    340 погибли и получил ранение
    1 линкор серьезно поврежден
    5 линейных кораблей слегка повреждены
    несколько судов , интернированных в нейтральных портах

    Битва Желтого моря ( Японский : 黄海海戦 Kokai Kaisen ; русский : Бой в Жёлтом море ) была главным военно — морская битвой русско-японской войны , воевала на 10 августе 1904. В ВМФ России, он был передан в качестве Битва 10 августа . Бой предотвратили попытку российского флота в Порт — Артуре , чтобы вырваться и сформировать с коллегами из Владивостока , заставляя их вернуться в порт. Четыре дня спустя, Сражение от Ульсана так же закончилась вылазка Владивостокского, заставляя оба флотов оставаться на якоре.

    Фон

    Imperial ВМФ России «Первая в Тихоокеанской эскадры под командованием адмирала Витгефт , оказались в ловушке в Порт — Артур , так как Императорский флот Японии » s Блокада началась 8 февраля 1904 с битвы Порт — Артура . На протяжении конце июля и начала августа, как японская императорская армия осадила Порт — Артур, отношения между адмиралом Витгефт и Россией Viceroy Yevgeni Алексеевым более испортились. Viceroy Алексеевым, бывший адмирал, выступает за агрессивную вылазку так, чтобы дать возможность Первой Тихоокеанской эскадры , чтобы соединиться с Владивостокской эскадры , и , таким образом , создать военно — морские силы достаточно мощный , чтобы бросить вызов японский флот. Адмирал Витгефт верил в флот в том , что просто остался на якоре, в то же время способствуя некоторые из его оружия в сухопутной битве , как самый безопасный курс , чтобы следовать. Хотя пассивное предпочтение Витгефт было на самом деле больше в соответствии с доктриной российского военно — морского флота, который наращивая силу (ожидание прихода Балтийского флота, также известный как второй Тихоокеанской эскадры), а затем входит в зацепление с японским флотом в решающем сражении.

    Алексеевым обратился в Санкт — Петербурге , и царь Николай II ответил , что он полностью разделяет мнение вице — короля. Столкнувшись с Императорской искового и угрозой судебного иска, адмирал Витгефт было приказано отплыть во Владивосток сразу. К 06:15 часам, 10 августа 1904 года, адмирал Витгефт, пролетев свой флаг в броненосец Цесаревич , начал вести свои боевые корабли из гавани.

    Вид из Среднего сечения российского флагмана, Цесаревич

    Боевой

    Открытие движения

    В 09:55 его флот рассеялся вход в гавань, а также адмирал Витгефт Тихоокеанского Squadron завершили выход, он благоразумно сделал финт на юго-запад , чтобы скрыть свое фактическое намерение, в результате чего ему удалось отсрочить адмиралом Того Хэйхатиро концентрации «s из его сила. Хотя ход Витгефта по купил ему время, ToGo, тем не менее , ранее издал приказ для своих кораблей , чтобы собрать возле Encounter Rock , в случае адмирал Витгефт был принять этот маршрут. К 11:00, это было ясно , в каком флот Витгефта по й основным направлениям плыли: они направились в открытом море. Русская эскадра состояла из броненосцев Цесаревича , РЕТВИЗАНЫ , Победа , Пересвет , Севастополь и Полтава , защищенные крейсеров Аскольда , Диана , Новик и Паллад и 14 эсминцев .

    Флагман японского адмирала Того, Mikasa

    Около 12:25 Броненосец флоты увидели друг друга возле Encounter Рок на расстоянии около 11 миль (18 км). Battlefleet Витгефт был во главе юго — востоке в 13 узлов (24 км / ч, 15 миль в час), в то время как Togo, на перехватывающих конечно, пришли с северо — востока на 14 узлов (26 км / ч; 16 миль в час). Его флот состоял из четырех уцелевших боевых кораблей Японии Mikasa , Asahi , Fuji , и Shikishima , в бронированных крейсерах NISSHIN и Касуг , а также восемь охраняемых крейсеров, 18 эсминцев и 30 миноносцев . За это время, четыре крейсера адмирала Дэва в ( Читосе , Такасаго , Yakumo или Kasagi и Yoshino ) пришел в поле зрения, быстро приближается с юга в 18 узлов (33 км / ч, 21 миль в час), и ToGo попытался выдавить флот адмирала Витгефт в между две наступающие колонны.

    Сразу после 13:00, ToGo попытался пересечь Витгефт в Т и начал стрелять его основные батареи из крайних значений более чем на 8 миль. Витгефт, с линкора РЕТВИЗАН , открыли ответный огонь, но диапазон был чрезмерным для обеих сторон , и никакие удары не были забиты. ToGo просчитался своей скоростью при попытке пересечь враг T , и Витгефт просто сделал быстрый поворот к порту, сохранил свою скорость, и увеличил свой диапазон от флота Того. В течение нескольких минут, адмирал Витгефт снова направился в открытое море, и пинцет движение адмирала Того не удалось, так как крейсеры адмирала Дэва пришлось повернуть быстро , чтобы избежать battleline ToGo, и , таким образом , нарушил контакт без того выстрелил. Как ToGo наблюдается battleline Витгефта в стремительно двигаться мимо своих в противоположных направлениях, он быстро приказал каждый военный корабль , чтобы включить об индивидуально, который положил крейсера в свинец, но теперь параллельно с battleline Витгефта в.

    Около 13:25, и снова в диапазоне свыше 8 миль (13 км), линкоры ToGo открыли огнь по флагману Витгефту и РЕТВИЗАНЫ , попав последние в 12 раз. Примерно 13:30 русский флагман был ответный огонь, выбивая беспроводной связи ToGo с двумя 305 мм (12 дюймов) SHELL прямых попаданий в этом экстремальном диапазоне. В течение почти получаса два линкор флота толченого друг друг, медленно закрывая их диапазон, пока на 14:05 они не достигли около 3,5 мили (5,6 км), на котором оба флота позволяют свободно с их вторичными 155 мм (6 дюймов) орудия , Как флоты продолжали колотить друг друга всеми доступными орудиями, флагман Того начал чувствовать свои раны, и он пытался превратить его судно немного, из — за ударов она принимала (она в конечном итоге удара в 20 раз), и срочно пытался иметь его крейсера вовлекут российскую battleline. Но с его радио отстрелялось, он должен был полагаться на флагов сигналов и радио реле от сопровождающих кораблей.

    Кормовые погонь

    Японские крейсера восстановили контакт с российским battleline, но были быстро отогнали их 305 мм выстрелов. Оба battlefleets были поддерживать около 14 узлов, но опять же , Витгефт удалось пройти ToGo, и японцы были вынуждены начать суровое преследование. По 14:45 японский флагман был закрыт в течение приблизительно 7 миль (11 км) от заднего линкора Полтавского , который был не в состоянии поддерживать 14 узлов своего флота из — за неисправности двигателя. Mikasa и Asahi скоро забились Полтава , забив несколько хитов. Однако адмирал Ухтомский в броненосец Пересвет наблюдается бедственное Полтавы и приказал дивизии отступить и помочь Полтаву , и они начали концентрируя их перестрелку на Mikasa и Asahi . С разделением стрельбы адмирал Ухтомский, в сочетании с полтавской » Воссоединение с боя, Mikasa и Asahi начал принимать слишком много хитов, и по настоянию своего начальника штаба, ToGo использовал свою высокую скорость , чтобы разорвать контакт, гонки впереди флота Витгефт, в и попытаться повторно установить контакт снова в более благоприятных условиях. К 15:20 был открыт диапазон и стрельба прекратилась.

    Как линкоры были сломанный контакт, адмирал Дэв со своими крейсерами попытался войти в действие, когда вдруг русские броненосцы открыли по нему. Около 15:40 один 305 мм снаряда ударил ДЕВА по крейсеру , Yakumo с дальностью свыше 8 миль, что было хорошо из диапазона его 203 мм (8 дюймов) орудий. Адмирал Dewa решил , что его четыре японских крейсеров не было никакого бизнеса запутыванию с любыми российскими линкоров.

    К этому времени, 6 военных кораблей только Того (4 линейных кораблей и 2 броненосных крейсеров) преследовали 10 боевых кораблей Витгефт (6 линейных кораблей и 4 крейсера). С темнотой всего 3 часа езды, адмирал Витгефт полагал , что он outranged адмирала Того, и потерял бы его полностью , когда с наступлением темноты. ToGo знал это тоже, и заказал 15 узлов (28 км / ч, 17 миль в час) скорость , чтобы догнать хвостового конца флота Витгефт в. К 17:35 часам военные корабли ToGo закрылись в пределах 3,5 миль снова отстала линкора Полтава и открыл огонь на нее. Адмирал Dewa также показал со своими крейсерами и ToGo приказал все линкоры и крейсера обстреливать Полтаву , надеясь хотя бы потопить один российский корабль. Тем не менее, русский командир, капитан Иван Петрович Uspenskiy из Полтавы не войдет кротко, и его члены экипажа забил несколько хитов на флагмане адмирал Того. В это время, Shimose раковина , загруженная внутри мм пушки 305 начала детонирующую преждевременно внутри горячих стволов; выбивания действия одного 305 мм на Shikishima в 17:45, и два 305 мм бочки на Asahi в 18:10 часов. К 18:30, ToGo был только 11 из его оригинал 17 305 мм пушек еще в действии.

    Передать

    Хотя диапазон снизился до около 3 миль, вторичные батареи 155 и 203 мм орудия были еще неэффективны, и Полтавский и Пересвет , хотя сильно повреждена, все еще с русским battleline. К 18:30, ToGo еще имея проблемы с контролем перестрелки его линкора; Shikishima и Asahi были палить на искалеченной Полтавы , Fuji снимал на Победе и Пересвет , в то время как флагман Mikasa был дуэлей с российским флагманом цесаревича . Нет IJN военных кораблей не стреляли в русских линкоров РЕТВИЗАНЫ и Севастополь , что позволило им свободно шумите на Mikasa . С темнотой всего 30 минут езды, японский флагман Mikasa уже почти не бороться эффективно, и , казалось бы , России стрельба становится все более точным и эффективным с каждым выстрел из пушки; флагманом сигнализировал Asahi взять на себя (известном как боевую эстафетную передачу) стрельбу на ведущий российский линкор. В течение 10 минут после освобождаются от Asahi , адмирал ToGo получил счастливый случай, когда в 18:40 Asahi выпустила 305 мм залп в России флагманского Цесаревича , мгновенно убив адмирал Витгефт и его непосредственный персонал и заклинивание рулевого колеса флагмана. Взрыв заклинило колесо в повороте порт, достаточно острым , так что Цесаревич накренилось 12 градусов. Ретвизано , который не был осведомлен о ситуации на флагмане , а затем по ее следу. К тому времени Победа прибыла в точке поворота, Цесаревич качнулся на 180 градусов и направлялся обратно в свою собственную линию. При отсутствии сигнала , чтобы указать , что произошло, другие корабли не знали , что цесаревич не только из — под контроля и без его адмиралом, но на самом деле никто не на всех в команде.

    Начисление РЕТВИЗАН

    Русский броненосец Ретвизан , которого капитан получил тяжелые ранения в храбром сольном заряде корабля против японского флота

    Князь Павел Ухтомский линкора Пересвета вскоре понял , что флагман вышел из строя, и попытались получить контроль над русской эскадрой. Но японская оболочка, падая широкий, вырезать фок из Пересвет , предотвращая флаги сигнала от быть поднят , как обычно; они должны были быть подняты по мосту вместо этого. Будучи , таким образом , почти скрыты от глаз, сигнал , видимо , был замечен только на Севастополь , никакие другие российские корабли капитала не последовали примеру Ухтомский в.

    В то же время капитан Щенснович начальствующего РЕТВИЗАНЫ , немедленно повернул корабль в стороне battleline Того, зарядка прямо в нее со всем обжигом оружия, несмотря на то вниз по носу от боевых повреждений. Battleline ToGo сместилась огнь на РЕТВИЗАН как диапазон упал до менее трех миль. Были так много брызг оболочки вокруг заряда линкора, что японские артиллеристы не смогли отрегулировать огнь. Однако, как линкоры ToGo были на мели 305 мм снарядов, и многие из его главных орудий вышли из строя, он решил перестраховаться, и с русской эскадрой рассеянной, он повернул бой над своими крейсерами и эсминцами .

    Как корабли ToGo начали свою очередь, они выпустили финальный залп, попав вражеский линкор с несколькими оболочками, один из которых серьезно раненых капитана Schensnovich в желудке. Ретвизан положил дым , а также начал отворачиваться, но линкор был фактически закончился дуэлью между противостоящими предварительными дредноутами , и спас флагман от разрушения. Был небольшой выбор , но отказаться от попыток достичь Владивосток и вернуться в Порт — Артур. Даже это оказалось невозможным для координации, и многие корабли бродили сами по себе.

    Два часа спустя, большая часть российского флота вернулся в относительной безопасности Порт — Артура. Пять линейных кораблей, крейсер и девять эсминцев сделал его обратно. Поврежденный Цесаревич и три сопровождавших разрушители приплыли в Kiaochou , где они были интернированы немецкими властями. Крейсер Аскольд и другой эсминец отправился в Шанхай и также были интернированы китайскими властями. Крейсер Диана бежал в Сайгоне , где он был интернирован по — французски . Только маленький крейсер Новик отплыл на востоке вокруг Японских островов , чтобы попытаться добраться до Владивостока. Тем не менее, 20 августа 1904 года преследующих японских крейсеров заставили корабль сел на мель на Сахалине , где он был разрушен экипажем после участия японцев в битве Корсаков .

    Анализ

    Сражение в Желтом море был первым крупным противоборство военно-морской истории в период между современной стальной броненосец флотах, так, за исключением 20-минутной дуэли адмирала Того с линкоров России адмирала Старка в Порт-Артура 9 февраля 1904 года, как Витгефт и ToGo были новыми для борьбы современные стали линкор флот действия.

    Хотя адмирал Oskar Викторович Старк был заменен адмирал Степан Макаров вскоре после Порт — Артур бой, Макаров в свою очередь , был заменен Витгефт, после смерти Макарова в апреле 1904 года, когда его броненосец Петропавловск взорвался и затонул в Желтом море, после того, как бастующих шахт , Если бы адмирал Старк остался в команде во время битвы Желтого моря, адмиралы и ToGo Старк встретили бы на равных условиях, как сохранить о равном боевом опыте в линкоре действий флота. Но военно — морские силы , которые ToGo должен был встретиться в Цусиме в следующем году не был тот же самый тип боевого флота , что он занимается в Желтом море либо. Хотя адмирал Витгефт был новым, многие из его людей не было, большинство из них были ветераны дальневосточного долга, с некоторыми из них ветеранов 1900 ихэтуаней в Китае. Таким образом, когда в августе 1904 года ToGo воевал флот Витгефта в Желтом море, он быстро обнаружил , что они знали , как плавать, и они были хорошими артиллеристами.

    Дальномеры и артиллерийское

    В конце 1890 — х годов считалось , что около 3 до 4 миль будет нормой для линкора обязательств. Хотя 305 мм / 40 калибр орудия было вполне способны достичь к диапазонам , что бой Желтого моря открывшие с (8 милями), отсутствие эффективных дальномеров и прицелов вынуждена практическая 305 мм (12 дюймов) перестрелка в проходить в диапазоне от 3 до 4 миль. Во время сражения русские броненосцы имели Liuzhol дальномеры с диапазоном из 4000 метров (4400 ярдов), в то время как японские предварительные дредноутов были последние (1903 г.) Барр и Страуд совпадений дальномеры, которые имели ряд 6000 метров (6600 ярдов). Несмотря на все вышесказанное, морской мир был весьма удивлен , после того, как противники открыли огонь друг на друга и забил хиты в то же время более 8 миль друг от друга.

    Зацепление Желтого моря длилось около 6 до 7 часов, около 4 из этих часов , являющихся непосредственный бой. За эти почти четыре часа боев примерно 7382 выстрелов были израсходованы с обеих сторон, в размере от 155 до 305 мм снарядов. Из этих 7,382 снарядов , выпущенных примерно 5956 были от 155 мм орудий; 3592 от Императорского японского флота, и 2364 от Императорского русского военно — морского флота. 307 203 мм снаряды были выпущены по IJN , и ни русским флотом. Адмирал флота Витгефт в израсходовал 224 254 мм орудий по сравнению с 33 в Togo оболочек. Длинный диапазон артиллерийское дуэль , которая началась в диапазоне свыше 8 миль, и который начался с 305 мм пушкой огнем, закончился 305 мм пулеметным огнем в темноте возле, во время которого 862 305 мм были уволены главные пушки патронов; 259 из русских броненосцев, и 603 из японских кораблей.

    повреждение битвы и потери

    Почти семь часов морского боя в сочетании с подсчетом 7,382 обожженных снарядов произвели хит скорость 1,7%.

    Капитан Щенснович , который смело поручил своему линкор в battleline адмирала Того, что положил конец дуэли линкора флота и спасение российского флагмана от разрушения, позже умер от ран , полученных в апреле 1910 года, в возрасте 58 лет .

    линкор Первичная Вооружение Линия воды Доспех Год Запущенный строитель повреждения потери
    Цесаревич , (Флагман) 4 12-дюймовые, 12 6-дюймовых орудий 9 3/4 дюйма 1901 Тулон, Франция 13 305 мм пушка удара и два 203 мм хитов 12 членов экипажа погибли и 47 членов экипажа получил ранение. Во-первых Тихоокеанской эскадры адмирал Витгефт был убит в этом линкоре.
    Победа 4 10-дюймовых орудий, 11 6-дюймовые пушки 9 дюймов 1900 Санкт — Петербург, Россия 11 больших хитов калибра 4 члена экипажа погибли и 29 членов экипажа получили ранения
    Пересвет 4 10-дюймовых орудий, 11 6-дюймовые пушки 9 дюймов 1898 Санкт-Петербург, Россия 39 хитов
    Полтава 4 12-дюймовых орудий, 12 6-дюймовые пушки 14 1/2 дюйма 1894 Санкт-Петербург, Россия От 12 до 14 хитов, 203 до 305 мм пушки 12 членов экипажа погибли и 43 членов экипажа получил ранение
    Ретвизан 4 12-дюймовых орудий, 12 6-дюймовые пушки 9 дюймов 1900 Филадельфия, США 18 хитов от 203 и 305 мм пушки 6 членов экипажа погибли и 42 членов экипажа получил ранение
    Севастополь 4 12-дюймовых орудий, 12 6-дюймовые пушки 14 1/2 дюйма 1895 Санкт-Петербург, Россия Пораженные несколько оболочек 1 член экипажа погиб и 62 членов экипажа получил ранение
    Миказа (Флагман) 4 12-дюймовых орудий, 14 6-дюймовые пушки 9 дюймов 1900 Барроу, Великобритания Hit 20 раз и кормовые 305 мм револьверные выбиты из строя 125 жертв
    Asahi 4 12-дюймовых орудий, 14 6-дюймовые пушки 9 дюймов 1899 Clydebank, Великобритания 1 305 мм удар вблизи ватерлинии, и оба кормовая 305 мм пушка бочки лопнуть 2 члена экипажа получили ранения
    Shikishima 4 12-дюймовых орудий, 14 6-дюймовые пушки 9 дюймов 1898 Thames Iron Works, Великобритания 1 вперед 305 мм ствол пушки взрыв
    Yakumo Бронированная Cruiser 4 8-дюймовых орудий, 12 6-дюймовые пушки 7 дюймов 1899 Stetten, Германия 1 305 мм ударил

    Результат

    Русские хотели вырваться и плыть до Владивостока (перемещение флота туда бы оставили японец , нуждающиеся установить новую кампанию , если он хочет , чтобы осадить российский флот снова и такая кампания бы перегружены ресурсы фельдмаршала Оям) , Японцы имели основополагающую цель , чтобы уничтожить русский флот, минимизируя свои потери. После того , как русский флот покинул Порт — Артура японцы изначально стремились предотвратить его возвращение туда. Когда японцы поняли , что русские не возвращались в Порт — Артур , они также пытались помешать русским достичь альтернативный порт. Японцы помешали россиянам достичь Владивостока , но не смогли остановить большую часть флота возвращения в Порт — Артур. Ни одна из сторон достигли своих тактических целей. Японцы, однако, были успешными , чтобы предотвратить прорыв, и вернувшиеся российские корабли были впоследствии устранены в ходе осады Порт — Артура .

    Рекомендации

    внешняя ссылка

    • Общество Исследования русско-японской войны
    • России История военно — морского флота войны: Паровой броненосный и миноносный флот
    • статья на русском языке: Энциклопедия кораблей / Сражения / Русско-японская война / Желтое море