Атомная бомба в СССР

Атомный проект СССР. Экскурс в историю

29 августа 1949 года в районе города Семипалатинска было проведено первое испытание советского атомного оружия, положившее конец ядерной монополии США. Ядерный щит обеспечил мирное развитие нашей Родины.

В начале 60-х годов на русском языке вышли в свет две книги: Роберта Юнга «Ярче тысячи солнц. Повествование об ученых-атомниках» и бригадного генерала Лесли Гровса – руководителя Атомного проекта по хозяйственной части с интригующим названием «Теперь об этом можно рассказать», в которых повествуется история создания ядерного оружия в США. В 1995 году в США вышла книга «Сталин и Бомба», теперь уже посвященная истории советского «Атомного проекта».

Харитон Юлий Борисович высоко ценил работу атомных разведчиков. Но лишь в 1992 г. он смог, притом первым в нашей стране, опубликовать информацию о роли разведки в атомном проекте. Исключительную ценность представляли данные, полученные от Клауса Фукса, хронология контактов с которым охватывает период с конца 1941 по начало 1949 г. (в 1959 г. Ю.Б. Харитон через Д.Ф. Устинова ходатайствовал о награждении Фукса государственной наградой СССР). Познавательна и книга Ю.Б. Харитона «50 лет мира», изданная в 1999 году в Сарове, в которой академик пишет о том, что если в 1941-1945 годах роль разведывательной информации была первостепенной, то в 1946-1949 годах главное значение приобрели собственные усилия СССР и собственные достижения отечественных ученых. Атомные взрывы в Хиросиме и Нагасаки в августе 1945 года привели к выводу о необходимости форсировать работы по созданию советского атомного оружия.

Между двумя Юбилеями: нашего Института – 50-летие ВНИИНМ (1995 г.) и 50-летие первого советского испытания атомной бомбы (1999 г.), силами Института было выпущено множество воспоминаний, мемуаров и статей об истории создания Института и его основных направлений деятельности в период создания ядерного щита страны (11 изданий с общим объемом 900 стр.).

В этом предъюбилейном очерке в знак выдающихся заслуг сотрудников Института в период работы над созданием первой отечественной атомной бомбы слово «Институт» будем писать с заглавной буквы, как имя собственное!

Институт и его роль в «Атомном проекте» окончательно были раскрыты перед всем миром в издании «Ядерная индустрия России» (2000 г.).
В последующем воспоминания сотрудников-первопроходцев Института были использованы для публикаций о советском «Атомном проекте», например, книги В.С. Губарева «Белый архипелаг Сталина» (2004 г.), М.Я. Важнова «Виктор Шевченко – металлург и атомщик» (2007 г.).

Мировая прелюдия Атомного проекта

Середина и конец 30-х годов и начало 40-х годов прошлого века: Бум в науке о радиоактивности, появление нового направления – ядерная физика.
1937 год: Пуск в Радиевом институте первого в Европе циклотрона и мощного нейтронного источника.
1938 год: Ганс Боте теоретически обосновал возможность термоядерной реакции – слияние ядер водорода в ядра гелия с выделением значительной энергии.
1939 год: Нильс Бор сообщил об открытии деления урана нейтронами и возможности протекания цепных реакций.
1939 год: Письмо А. Эйнштейна Президенту США Ф.Д. Рузвельту о возможности использования атомной энергии для создания исключительно мощных бомб нового типа.
1939 год: Я.Б. Зельдович и Ю.Б. Харитон на семинаре Ленинградского физико-технического института докладывают, что последние зарубежные исследования говорят о возможности создания компактной сверхмощной бомбы на основе урана-235.
В 1939 году в работе Харитона и Зельдовича впервые оценена критическая масса плутония – несколько килограммов.

1939 год: Письмо в Военное министерство Германии физиков – профессора Хартека и доктора Вильгельма о необходимости организации разработки по новому «взрывчатому веществу».
1940 год: Создание в Германии специального Центра по проблеме урана.
1940 год: И.В. Курчатов с сотрудниками, Нильс Бор и Дж. Уиллер обнаружили запаздывающие нейтроны, позволяющие перейти от неуправляемой цепной реакции в бомбе к управляемой реакции деления в «урановом котле».

1940 год: Г.Н. Флеров и К.А. Петржак обнаружили явление самопроизвольного деления урана.
1940 год: Письмо И.В. Курчатова, Ю.Б. Харитона, Л.И. Русинова и Г.Н. Флерова в Президиум АН СССР «Об использовании энергии деления урана в цепной реакции».
1940 год: Создание в АН СССР Урановой комиссии под председательством В.Г. Хлопина.
1940 год: Создание в Великобритании Комитета по использованию атомной энергии в военных целях «Комитет Мод».
1941 год: Создание в США Управления по урану.
1941 год: Прекращение публикаций по ядерной физике, засекречивание тематики.

Самым быстрым откликом государства на обращение ученых в 1940 году о возможности использования атомной энергии в военных целях был СССР.
В других странах привлечение государственного финансирования было связано с определенными рутинными формальностями. Это заняло в США около 2 (!) лет, хотя первые попытки выйти на Президента были предприняты Сцилардом и Эйнштейном еще весной 1939 года. Нападение японцев на Пирл-Харбор 6 декабря 1941 года позволило американским физикам запустить свой Атомный проект и то в стадии экспериментов и консультаций.
Широкомасштабная промышленная реализация Атомного проекта началась после соглашения США с Великобританией и старта проекта «Манхэттен» 13 августа 1942 года, и то после получения данных от немецких физиков о работах по урану в Германии.

Секретный город проекта «Манхэттн»

Прекращение публикаций по ядерной физике в 1940-41 годах было одним из аргументов советских физиков об интенсивном начале работ по бомбе за рубежом и их засекречивании.

Однако в последствии стало известно, что в 1939 году Сциллард, получив доказательства возможности осуществления цепной реакции на уране, начал сначала в США, затем в Великобритании, кампанию за обет «молчания».

В начале Второй Мировой войны сложилась странная ситуация: осколки бывшего «братства» физиков-атомщиков в частном порядке продолжали обмениваться информацией, а некоторые, например, Клаус Фукс, участник английского Атомного проекта, затем и проекта «Манхэттен», добровольно находили каналы для передачи информации в СССР. (Клаус Фукс, немецкий физик-теоретик. В 1933 г. эмигрировал в Англию. Он внес существенный вклад в разработку атомного и термоядерного оружия в США и Англии. Бескорыстно помогал Советскому Союзу, сообщая данные, касающиеся атомных проектов Англии и США).
В декабре 1942 года под руководством Э. Ферми в Чикаго был осуществлен пуск первого в мире «атомного котла»уран-графитовой конструкции (реактора). В Москве станет известно о деталях этой конструкции через 7 месяцев.

Хроники участников «Атомного проекта СССР»

8 лет до Взрыва (1941 год)

По каналам разведки из Великобритании поступает доклад Комитета Мод «Использование урана как источника получения энергии и как взрывчатого вещества» с упоминанием об элементе с атомным весом 239 (плутоний), который возможно имеет также способность к делению, как и уран-235.

7 лет до Взрыва (1942 год)

Уполномоченный Государственного Комитета по Обороне (ГОКО или ГКО) по науке С.В. Кафтанов вместе с А.Ф. Иоффе направили письмо на имя И.В. Сталина о необходимости возобновления работ по урану, прерванные началом войны.

Осенью 1942 года вышло распоряжение ГКО СССР «Об организации работ по урану» и Постановление «О добыче урана».

Важную роль в принятии решений по возобновлению работ по урану сыграло поступление разведывательной информации, которая свидетельствовала о широком развертывании в обстановке большой секретности работ по использованию атомной энергии в военных целях не только в Великобритании и США, но и о возможном проведении таких работ в Германии.

В Казане на базе эвакуированного Физико-технического института организуется лаборатория атомного ядра (Лаборатория №1).

6 лет до Взрыва (1943 год)

Весной выходит Распоряжение ГКО «О дополнительных мероприятиях в организации работ по урану», И.В. Курчатов назначен начальником лаборатории №2 АН СССР(ныне РНЦ «Курчатовский институт», РНЦ «КИ»).

В 1943 году «Гиредмет» Наркомата цветных металлов, созданному в период индустриализации страны, было поручено возобновить работы по урану, считая их первоочередной проблемой, решаемой совместно с Лабораторией №2 во главе с И.В. Курчатовым (РНЦ «КИ»). Свою роль о принятии конкретных шагов по ускорению работ по атомной проблеме сыграли материалы, полученные разведкой, которые косвенно свидетельствовали об интенсивных исследованиях по данной проблеме в США и Великобритании.

К этому времени были определены два пути создания атомной бомбы: с начинкой из изотопа урана-235 или плутония. Плутоний отсутствовал в значимых количествах в природе (присутствие обнаруживалось только в виде следов в урановой руде как продукта природных ядерных реакций), это требовало его искусственной наработки. Принимая путь производства плутония, который, судя по разведывательным данным, был принят за первоочередную основу атомной программы США, следовало срочно создавать «урановые котлы» для превращения природного урана в плутоний.

Этот путь, также как и другие способы производства «ядерной начинки» – диффузионное, центрифужное и электромагнитное выделение изотопа урана-235, в качестве отправной точки требовали наличие большого количества природного урана, которого в то время не было в СССР. При этом помимо необходимости практически с нуля создавать новую атомную отрасль промышленности, был неизвестен конечный результат – возможно ли воплощение расчетов на практике для осуществления взрывной цепной реакции в самой бомбе?

Это мог подтвердить только взрыв!

5 лет до Взрыва (1944 год)

25 сентября запущен циклотрон в лаборатории №2.
19 мая 1944 года куратор атомного проекта от Совета народных комиссаров М.Г. Первухин информирует И.В. Сталина о состоянии «проблемы с ураном». Позднее, уже осенью в конце сентября, И.В. Курчатов, обращаясь к Л.П. Берия, характеризует это состояние как крайне неудовлетворительное.
8 декабря выпущено постановление ГКО «О мероприятиях по обеспечению развития добычи и переработки урановых руд».

8 декабря 1944 года в постановлении ГКО «О мероприятиях по обеспечению развития добычи и переработки урановых руд», впервые исторически документально был обозначен наш Институт как «Институт специальных металлов НКВД (Инспецмет)».
Первейшими задачами «Инспецмет НКВД» были «комплексные изыскания и проектирование… в части горной, обогатительной и химико-металлургической деятельности». Учитывая значимость работ, порученных Инспецмету, ГКО сразу же ввел для сотрудников персональные оклады и особые нормы питания, а также по особому списку давалось право приобретения промтоваров. Сотрудники Института были освобождены от призыва в армию на действительную военную службу, в народе это называли «дать бронь».

В 1944 году З.В. Ершова сотрудница «Гиредмет» (начальник лаборатории №1, получившая с коллегами первый в СССР слиток металлического урана в лабораторных условиях), будущая сотрудница Института, русская «мадам Кюри», как ее называли после стажировки во Франции в лаборатории Ирэн Жолио-Кюри, обратилась к руководству Совнаркома с докладной запиской о необходимости создания специального уранового института, поскольку «Гиредмет» «из-за неудовлетворительного состояния помещений, недостатка оборудования, аппаратуры и кадров не обеспечивает проведение в надлежащих темпах работ в области изучения сырьевых ресурсов, усовершенствования добычи и переработки урановых руд и получения металлического урана…».
Ершова

В те времена подобное обращение в высшие инстанции, минуя руководство «Гиредмет» и Наркомата цветных металлов, могло завершиться плачевно. Однако в виду накопленной разведывательной информации об интенсивных работах по атомной проблеме в США, а также обращений И.В. Курчатова о необходимости реорганизации работ по урану, докладная записка была принята к действию и сыграла важную роль. Немаловажную роль в рождении Института также могло сыграть стремление Л.П. Берии забрать под свое крыло службы НКВД все работы по «Атомному проекту».

В конце 1944 года первый высокочистый урановый слиток, как теперь называют металл «ядерной чистоты» был продемонстрирован высшему руководству страны в Совнаркоме в присутствии непосредственного исполнителя З.В. Ершовой в Совнаркоме. Согласно легенде именно этот слиток и в том виде, в котором он сейчас хранится в Институте (на бархате в деревянной шкатулке, взятой из-под какого-то прибора), видели Л.П. Берия и И.В. Сталин приблизительно 70 лет назад.

4 года до Взрыва (1945 год)

6 января приказом НКВД за №007 директором «Инспецмет НКВД» назначен В.Б. Шевченко.
15 мая Постановлением ГКО создан Горно-химический комбинат по добыче и переработке урановых руд.
За плечами первого директора «Инспецмет», возглавлявшего его до 1952 года, уже была работа на руководящих должностях на крупных металлургических комбинатах страны.

Весной 1945 года В.Б. Шевченко в составе нескольких экспедиций, начал «прочесывать» территорию Европы по мере занятия Красной Армией промышленных районов и научных центров в поисках следов германского атомного проекта, в первую очередь урана.

Главным выводом инспекционных поездок, продолжавшихся до конца 1945 года с некоторыми перерывами, стал то, что под руководством В. Гейзенберга, при содействии мощной химической промышленности, в том числе и в оккупированных странах, немецкие ученые существенно продвинулись в подготовке к осуществлению управляемой цепной реакции в «атомном котле» на природном уране и тяжелой воде и создании «секретного оружия Третьего Рейха».

Теперь уже очевидно, что принятый в Германии путь на использование тяжелой воды практически исключил возможность создания атомного оружия во время войны, тем более, после взрыва завода по производству тяжелой воды в Норвегии. Вместе с тем запасов рудников в Силезии и Чехии, а так же рудника в Конго, принадлежавшего оккупированной Дании, хватало для производства необходимого количества природного урана и осуществления цепной реакции в уран-графитовом «атомном котле» для получения плутониевой «взрывчатки».

Это выдается, как грубейший просчет немецких физиков, однако, учитывая позицию В. Гейзенберга по затягиванию немецкого атомного проекта, можно предположить, что это была затеянная им тонкая игра.

Практическим результатом инспекционной поездки советских ученых и инженеров стали документы, сотни килограммов оксидов урана и небольшое количество металлического урана в виде пластин, вероятно предназначавшихся для изготовления мишеней и их облучения на ускорителе.
Приблизительно в то же время, что и поездки В.Б. Шевченко, с инспекционной миссией в Европе, в форме полковника, был и будущий директор Института член-корреспондент АН СССР А.А. Бочвар. Вряд ли пересекались пути двух первых наших уважаемых директоров, поскольку миссия А.А. Бочвара была несколько другой – выявление последних достижений Германии в области технологий легких сплавов, включая оборудование, и определение возможности его использования в СССР.

Мир узнал, что такое атомная бомба

16 июля 1945 года в США в пустыне штата Нью-Мексико была испытана плутониевая атомная бомба.
У человечества была еще слабая надежда на отказ от применения атомного оружия именно после первого успешного испытания.
1945 год известен и тем, что США выступили с миссией «Алсос» (захват материалов и физиков-атомщиков). Когда американским ученым стало ясно, что немцы были далеки от создания атомной бомбы, то американские военные сказали: «Не затем налогоплательщики давали нам деньги, чтобы эта штука была не использована!».
Разведданные свидетельствовали, что испытанный в США атомный заряд был сделан из плутония, что подтвердило правильность выбранного направления работ в СССР.

6 и 9 августа 1945 года проведена атомная бомбардировка японских мирных городов Хиросимы и Нагасаки.

20 августа Постановлением ГКО создан Специальный комитетдля руководства всеми работами по использованию атомной энергии.
30 августа Решением СНК СССР образовано Первое главное управление (ПГУ) – фактическое начало перехода в промышленную стадию отечественного Атомного проекта.

4 сентября вышли: Решение ГКО о передаче в ПГУ ГСПИ-11 (ныне ВНИПИЭТ)для проектирования объектов атомной промышленности и Решение ГКО об организации производства тяжелой воды.

8 октября вышло Решение Технического совета Спецкомитета при ГКОпо разработке реакторов на тяжелой воде.
13 октября выпущено Решение СНК СССР о реконструкции завода №12 (ныне ОАО «Машиностроительный завод» корпорации «ТВЭЛ») для производства металлических урановых блоков для ядерных реакторов – наработчиков плутония.
1 декабря Решением СНК СССР создан Комбинат №817(ныне ПО «Маяк») в составе:

  • завод «А» – промышленный реактор по наработке плутония,
  • завод «Б» – радиохимический завод,
  • завод «В» – металлургический завод по производству плутония.

В декабре 1945 года Решениями и Постановлениями СНК СССР также организованы:

  • Комбинат №813 для разделения изотопов урана газодиффузионным методом,
  • Лаборатория №4 ПГУ по разработке технологии разделения изотопов урана методом центрифугирования,
  • Лаборатория «В» для разработки новых типов реакторов (ныне ГНЦ РФ — ФЭИ),
  • ОКБ «Электросила» (ныне НПО «Электрофизика») для выпуска оборудования для электромагнитного разделения изотопов урана.

«Инспецмет», после Радиевого института и Лаборатории №2, стал третьей организацией в системе предприятий, работающих на «Атомный проект». Через несколько лет в атомной промышленности было уже множество институтов, предприятий и КБ: одни перешли из системы АН СССР и Наркоматов, другие были выделены, например, из нашего Института.

Работы в «Инспецмет» начались сразу же, в «голых коробках» недостроенных корпусов. К полноценной деятельности приступили во второй половине 1945 года. И 1945 год принят за официальную дату «рождения» Института. Первым был обжит в прямом смысле корпус «Б», в котором жилые помещения соседствовали с лабораторными. Только через три года (!) корпус «Б», как теперь говорят, был сдан в эксплуатацию и холл с колоннами был увенчан барельефом, с рыцарским гербом с цифрой 1948 на щите.

Название Института многократно менялось: «Инспецмет НКВД» – «НИИ-9», «ВНИИНМ», различные номера почтовых ящиков. В атомной отрасли среди специалистов укоренилось название «Девятка» или «Институт Бочвара». В официальных кругах Институт теперь известен как «Высокотехнологический научно-исследовательский институт неорганических материалов имени академика А.А. Бочвара», сокращенно – ОАО «ВНИИНМ».

В конце 1945 года Советским Союзом были начаты совместные работы по разведке и добыче урановой руды в Восточной Германии, Болгарии, Чехословакии. В этом же году в СССР добыто 115 т урана, из стран Восточной Европы вывезено 100 т урана (в виде руды).

3 года до Взрыва (1946 г.)

28 января Постановлением СНК СССР создан ОКБ «Гидропресс»для разработки ядерных реакторов.
18 марта Постановлением СНК СССР в НИИ-9 организована «тяжеловодная» лаборатория.
9 апреля Постановлением Правительства СССР создано КБ-11(ныне РФЯЦ-ВНИИЭФ) по разработке атомного оружия.
27 июля Постановлением СМ СССР обязал ПГУ и НИИ-9 разработать технологию извлечения и химической переработки на концентраты урана с попутным извлечением никеля, ванадия и молибдена.
16 декабря создана Радиационная лаборатория(ныне » Институт Биофизики»).
За 8 месяцев к апрелю 1946 года были созданы все звенья цепи для разработки ядерного оружия но, в отличие от «Манхэттенского проекта» США-Великобритания, одновременно с военным применением атомной энергии в СССР сразу же были сделаны шаги к ее мирному использованию.
25 декабря 1946 года ПГУ были сформулированы основные направления освоения атомной энергии в мирных целях.
В 1946 году из собственных месторождений и из месторождений Восточной Европы в сумме с имеющимся запасом, был сделан запас, при котором Первый отечественный ядерный ректор Ф-1 был обеспечен ураном.

25 декабря 1946 года в Лаборатории № 2 АН СССР был осуществлен пуск ядерного реактора Ф-1

В отчете руководителей «Атомного проекта» за 1945-1946 годы сказано, что в НИИ-9 разработана технология переработки руд на урановые концентраты для всех типов месторождений.

Параллельно со строительством экспериментального реактора Ф-1, были начаты проектные работы по двум вариантам промышленных уран-графитовых реакторов. Первый проект разрабатывался на основе информации, добытой разведкой в США (горизонтальное расположение каналов в графитовой кладке), второй был разработкой собственной конструкции с вертикальными каналами, позволяющей производить разгрузку облученных урановых блочков из каналов под собственным весом. Именно второй вариант был принят для промышленного воплощения в СССР.

В отличие от американского варианта, отечественный вариант требовал принятия беспрецедентных инженерных решений. Позже оказалось, что «саморазгрузка» и условия работы урановых блоков в купе с разработанной в Институте технологией их изготовления, обеспечили меньшую аварийность работы реакторов, и это в конечном итоге определило наше превосходство над американцами по показателям наработки плутония.

В 1946 году, численность Института перевалила отметку 1000 человек. В Институте с участием немецких ученых были созданы лаборатории по ядерно-физическим измерениям (начальник – Р. Допель) и технологиям тяжелой воды (начальник – М. Фольмер).

2 года до Взрыва (1947 г.)

В Институте созданы опытно-промышленные радиохимические и металлургические установки по плавке и обработке ядерных материалов, сформировались головные лаборатории: геологическая – обогатительная – металлургическая. Начало работать мощное КБ .
Численность Института — 2000 тыс. человек.

В это время главным направлением деятельности Института становится плутоний.

Завершена работа по созданию легендарной установки У-5 по выделению плутония из облученного урана. На имитаторах отработана технологическая схема.
Весной из реактора Ф-1 в Институт на установку У-5 поступили первые облученные урановые блоки. В ночь с 18 на 19 декабря 1947 года на У-5 в лаборатории З.В. Ершовой были получены микрограммы светло-голубого раствора плутония, которые были сразу же переданы И.В. Курчатову для ядерно-физических измерений.

В августе 1947 года Л.П. Берия докладывал И.В. Сталину, что в НИИ-9 ПГУ при СМ СССР с участием немецких специалистов разработан новый способ производства тяжелой воды.

Интересным фактом, описанным в мемуарах наших сотрудников, было то, что из-за отсутствия экспресс-мониторинга радиационной обстановки (мелкосерийное производство приборов в стране было налажено только в 1949 году), немецкие ученые для этих целей использовали древесных жучков, которых в деревянных перекрытиях было много. Жучки реагировали на озон, образующейся в воздухе под действием радиации, и начинали беспорядочную суету. Это значило, что радиационный фон повышен.

Первые урановые блоки, облученные в реакторе Ф-1, переносили в приемное отделение У-5 вручную. Неоднократно, когда отсутствовало начальство, не доверяя дистанционному процессу, одна из сотрудниц открывала тяжелую чугунную дверь и, прислонив ухо к аппарату растворения, слушала, есть ли бульканье, идет ли процесс.
Неизвестны дозы радиации, которые получили сотрудники радиохимического отделения, известна лишь печальная статистика – средняя продолжительность жизни первопроходцев-радиохимиков была менее 50 лет.

Другим фактом, характеризующим существовавший в то время уровень радиационного контроля, был следующий. В Институте был создан минералогический музей с образцами урановых и ториевых минералов. По воспоминаниям ветеранов, при их освещении ультрафиолетовыми лучами, они сияли сказочным фосфоресцирующим светом. Только в 1950 году случайно обнаружилось, что витрины музея являются мощным источником радиации – в соседней комнате за толстой кирпичной стеной был приведен в полную негодность запас трофейных фотопластинок, поступивших в Институт.

Отличным, по воспоминаниям ветеранов, было снабжение. Материалы и оборудование по малейшему запросу доставлялось со всех точек страны, независимо от географического расположения, будь то трофейные склады, склады Артиллерийской Академии, Московского завода им. Войкова или химической лаборатории в Ленинграде. В Институт были переданы установки и оборудование из многих предприятий Наркомцветмета.

Из отчета И.В. Курчатова «Об основных научно-исследовательских, проектных и практических работах по атомной энергии, выполненных в 1947 году»:
«…НИИ-9 ПГУ из небольшого количества облученных в котле урана были выделены, хотя и микроскопически малые, но все же видимые и весомые количества плутония. Этим было показано, что образование плутония идет в согласии с нашими расчетами. Выделение плутония позволило осуществить проверку химической системы выделения урана и плутония, которая была разработана в РИАНе под руководством т. Хлопина и положена в основу химического завода комбината №817. В феврале этого года (прим. – 1948 года) мы выделили 2000 мкг плутония и провели аффинажную часть проекта металлургического завода комбината №817».

«До недавнего времени мы могли вести в этом направлении (прим. – получение металлического плутония) только предварительные научно-исследовательские и проектные работы, так как не располагали даже малыми количествами плутония. Теперь положение изменилось, и научно-исследовательские и проектные работы ведутся в более широком масштабе под общим руководством академика Бочвара при участии академика Черняева и член-корреспондента Никитина».
«Центрифугование, которым занимаются немецкий специалист доктор Стеенбек и профессор Ланге в НИИ-9 … не вышли еще из стадии лабораторной разработки».

Первый слиток промышленного плутония

1 год до Взрыва (1948 г.)

По воспоминаниям ветеранов института ампулы с разноцветными препаратами плутония были продемонстрированы руководству страны.
8 и 10 июня осуществлены физические пуски первого промышленного реактора – наработчика плутония.

В начале осени модифицированная технология получения плутония высокой чистоты, отработанная в Институте на У-5, была передана на завод «Б» комбината №817.
В этот же период в Институте начаты исследования процессов выделения полония из облученного висмута по проблеме нейтронных запалов и другие работы, связанные с первой атомной бомбой.

В мемуарах ветеранов Института говорится, что толку от немецких специалистов было мало, и позже возникла определенная отчужденность в отношениях с иностранцами, из-за большой разницы в зарплате и ряда дополнительных привилегий, установленных для немецких ученых. В начале 50-х годов немецкие ученые были направлены в НИИ под Сухуми и через полгода, обласканные премиями и наградами, отпущены в Германию (ГДР) с назначением на видные научные посты.
Только в единичных случаях немецкие специалисты были оставлены в СССР и продолжали работать в атомной промышленности.

Испытание. Взрыв 29 августа 1949 года

Интересное заявление ТАСС от 23 сентября 1949 года прозвучало в эфире.

Сообщение ТАСС от 23 сентября 1949 года.
23 сентября президент США Трумэн объявил, что по данным правительства США в одну из последних недель в СССР произошел атомный взрыв… .
В связи с этим ТАСС уполномочен заявить следующее.
В Советском Союзе, как известно, ведутся взрывные работы в больших масштабах – … Поскольку эти взрывные работы происходили и происходят довольно часто в разных районах страны, то возможно, что это могло привлечь к себе внимание за пределами Советского Союза.
Что же касается производства атомной энергии, то ТАСС считает необходимым напомнить о том, что еще 6 ноября 1947 года Министр иностранных дел СССР В.М. Молотов сделал заявление относительно секрета атомной бомбы, сказав что «этого секрета больше не существует». Это заявление означало, что Советский Союз уже открыл секрет атомного оружия, и он имеет в своем распоряжении такое оружие…

29 октября 1949 года Указом Президиума Верховного Совета СССР многие сотрудники Института получили звания и были награждены правительственными наградами.

«… Я поражаюсь и преклоняюсь перед тем, что было сделано нашими людьми в 1946-1949 годах, – писал Ю.Б. Харитон– Было нелегко и позже. Но этот период по напряжению, героизму, творческому взлету и самоотдаче не поддается описанию. Только сильный духом народ после таких невероятно тяжелых испытаний мог сделать совершенно из ряда вон выходящее: полуголодная и только что вышедшая из опустошительной войны страна за считанные годы разработала и внедрила новейшие технологии, наладила производство урана, сверхчистого графита, плутония, тяжелой воды… Через четыре года после окончания смертельной схватки с фашизмом наша страна ликвидировала монополию США на обладание атомной бомбой. Через восемь лет после войны СССР создал и испытал водородную бомбу, через 12 лет запустил первый спутник Земли, а еще через четыре года впервые открыл человеку дорогу в космос. Создание ракетно-ядерного оружия потребовало предельного напряжения человеческого интеллекта и сил. Почти пятьдесят лет ядерное оружие удерживало мировые державы от войны, от непоправимого шага, ведущего к всеобщей катастрофе».

Президент США долго не мог поверить, что «эти азиаты могли сделать такое сложное оружие, как атомная бомба. И 31 января 1950 года Президент Трумэн объявил о своем решении начать полномасштабную программу по разработке супер-бомбы (имеется ввиду водородная бомба), но это уже совсем другая страница славной истории российской науки и атомной промышленности страны.

Задача создания термоядерного оружия СССР была официально сформулирована Постановлением Совета министров СССР от 10 июня 1948 г.

Атомные проекты СССР: как и зачем создавалось ядерное оружие

Легендарный писатель и журналист Владимир Губарев, свидетель и участник событий, связанных с созданием атомной бомбы в СССР, рассказал в интервью RT об основных этапах развития атомного проекта.

Ещё в советское время он сотрудничал с физиками, которые стояли у истоков отечественной ядерной программы: Игорем Курчатовым, Яковом Зельдовичем, Юлием Харитоном. В интервью RT он описал, какие эмоции переживал, когда сам стал свидетелем ядерных испытаний. Губарев отметил роль советских разведчиков, а также советских и немецких учёных в разработке ядерных вооружений. Кроме того, писатель назвал главное отличие отечественных создателей ядерной бомбы от американских.

Игорь Курчатов (справа) с группой сотрудников Ленинградского физико-технического института / РИА Новости

— Владимир Степанович, вы присутствовали на испытаниях ядерного оружия. Как это было?

—Есть несколько очень страшных вещей в этом мире, когда у человека возникает ощущение физиологического страха. Например, когда впервые присутствуешь на пуске ракеты. Но ещё страшнее наблюдать ядерное испытание. Ты стоишь далеко от места взрыва. И вдруг перед тобой поднимается земля! Встаёт стеной! Потом в ней появляются точки, которые становятся всё ярче. Затем из них вырывается пламя! Эта стена отрывается от поверхности и уходит вверх — всё происходит за секунды!

— В каком году это было?

— В 1965-м. Это был подземный взрыв в Казахстане. В своё время руководитель атомного проекта Игорь Курчатов настоял на том, чтобы каждый великий учёный поделился своими впечатлениями о ядерном испытании. С одной стороны, они были потрясены чудовищной разрушительной мощью нового оружия. С другой — признавались, что это потрясающее зрелище.

Ядерный гриб наземного взрыва РДС-1 29 августа 1949 года © Музей ядерного оружия РФЯЦ-ВННИЭФ / Wikipedia .

— Как проходила работа по созданию атомной бомбы?

— Работа над атомным проектом велась по трём направлениям. Курчатов занимался плутонием, Исаак Кикоин — разделением изотопов, Лев Арцимович — электромагнитными методами выделения урана. Каждое из этих трёх направлений могло привести к созданию ядерной бомбы. Все учёные находились в равном положении. Это была «русская атомная тройка», которая неслась вперёд к открытиям.

— Никто не знал, какой вариант сработает?

— Нет. Но добытые на Западе ]]>данные нашей разведки]]> указывали, что с плутонием всё может получиться. Именно Курчатова допустили к тем секретным разведывательным материалам, которые приходили к Лаврентию Берии.

Игорь Курчатов в лаборатории Ленинградского физико-технического института Академии наук СССР, 1929 год РИА Новости

— Из США?

— Вначале из Англии, а потом уже из Америки. Во многом благодаря этим материалам Курчатов очень быстро продвинулся в своей работе. Он безошибочно определял, в каком направлении нужно идти, а в каком не следует, поскольку оно тупиковое. В этом была его великая заслуга. Особенно важными были данные из США по Манхэттенскому проекту, которые передавал разведчик Клаус Фукс. Эти документы были гигантским подспорьем в работе — более 10 тыс. страниц с подробным описанием реакторов и конструкции бомбы. Однако нужно было прежде всего убедиться в том, что всё это правда. К тому же никто не знал, насколько правильный путь изложен в западных работах, поэтому к делу надо было подходить очень творчески.

Владимир Губарев, редактор отдела науки газеты «Правда» РИА Новости © Борис Приходько

— В своей книге вы опубликовали доклад-отчёт от 18 июня 1945 года о том, что в СССР отправились 39 германских учёных и инженеров. Насколько определяющей была их роль в советском атомном проекте?

— Есть несколько немецких учёных, которые сыграли значительную роль в этой работе, например Николаус Риль. По сути, он создал завод №12 в Электростали, где был получен первый металлический уран для атомной бомбы. Риль возглавлял производство урана в течение пяти лет. Его, единственного немца в истории, наградили высшим советским званием — Героя Социалистического Труда — после испытаний атомной бомбы. Германские учёные привезли с собой всю аппаратуру, связанную с физическими процессами. Работа этих специалистов имела большое значение ещё и по той причине, что после войны в СССР осталось очень мало специалистов по ядерной физике.

— Погибли…

— Да. При этом в их число входили и те, кто преподавал в школе, то есть не занимался наукой. На мой взгляд, те группы учёных, которые приехали из Германии в СССР, сыграли большую роль.

— Риль в своей книге «Десять лет в золотой клетке» писал: «В области ядерной энергетики Советы и сами бы достигли своей цели, без немцев. На год или, самое большее, на два года позже». Вы согласны с этим?

— Абсолютно! Только я считаю, что невозможно точно определить, за какое время советские ученые создали бы ядерное оружие.

— Я процитирую письмо легендарного физика Петра Капицы Иосифу Сталину: «Товарищи Лаврентий Берия, Георгий Маленков и Николай Вознесенский ведут себя в работе над атомным проектом как сверхчеловеки. В особенности товарищ Берия. У него «дирижёрская палочка» в руках, он курирует нашу работу. Это неплохо. У товарища Берии основная слабость в том, что дирижёр должен не только махать палочкой, но и понимать партитуру». Когда Берия потребовал санкцию на арест Капицы, Сталин сказал: «Я его уволю, но ты его не трогай».

— Да, всё так и было.

Пётр Капица / РИА Новости

— Я был потрясён тем, что Капица мог открыто выступать против Берии.

— Дело в том, что Сталин сам просил, чтобы Капица давал ему свою оценку хода работ и проблем атомного проекта.

— В своей книге вы приводите высказывание Риля, что он работал по контракту в СССР.

— Мы должны учитывать, что происходило в послевоенной Германии. Там была не то что нищета — полная разруха!Работа в советском проекте спасала немецких учёных, поэтому они подписывали контракты. Естественно, их свободу ограничивали. Одни специалисты работали на островах, вдали от цивилизации, другие не могли выехать за пределы той или иной территории. Что касается Риля, то он работал под тотальным контролем. При этом немецкие учёные получали зарплату в десять раз больше, чем советские специалисты, и вернулись из СССР богатыми людьми.

— Сталин внимательно изучал отчёты физиков атомного проекта?

— Он знал всё по этому вопросу и стоял надо всем.

Лишь Берия и Сталин знали о реальном положении дел в атомном проекте. Маленков и Никита Хрущёв, которые затем пришли к власти, понятия не имели, что такое атомный проект, поэтому наделали много глупостей.

Одной из самых больших было создание термоядерной авиационной ]]>Царь-бомбы]]>.

2 августа 1945 года. Никита Хрущёв, Иосиф Сталин, Георгий Маленков, Лаврентий Берия, Вячеслав Молотов / РИА Новости

— Почему вы так считаете?

— В ней не было смысла. Против производства Царь-бомбы возражали многие физики, в частности Курчатов и Кирилл Щёлкин, которые были ключевыми фигурами атомного проекта. В итоге Андрей Сахаров сказал, что сделает её. Но зачем? Это был большой расход материала.

— Насколько я помню, после создания Царь-бомбы был подписан Договор о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой.

— Не совсем так. 12 апреля 1961 года мы отправили в космос Юрия Гагарина. То есть показали, что наша ракета была лучше американской. 30 октября того же года мы испытали Царь-бомбу. Ударная волна от взрыва три раза обошла земной шар. Это стало началом ядерной гонки вооружений и холодной войны. Именно после этого разразился Карибский кризис 1962 года, который поставил мир на грань катастрофы. А договор был подписан только в 1963-м.

— На Западе поняли, что теперь советские ракеты могут донести мощные заряды туда, куда надо?

— Конечно. Почему возник ]]>Карибский кризис]]>? Ведь не из-за того, что неправильно сработали дипломаты. В начале 1960-х годов Джон Кеннеди спросил военных, какие города может уничтожить СССР в США. Они ответили: «Нью-Йорк». Тогда президент заявил, что не может «рисковать даже одним американским городом, потому что в Советском Союзе на старте стоит ракета, нацеленная на Нью-Йорк». Судьбу мира решала ядерная мощь той или иной страны. Кстати, СССР только в 1972 году достиг ]]>ядерного паритета]]> с США. С этого момента Советский Союз смог бы уничтожить 80% их потенциала.

Натурный макет Царь-бомбы АН602 в Музее ядерного оружия РФЯЦ-ВНИИЭФ © Wikipedia

— Вы писали в своих книгах, что упоминание об участии в ядерном испытании приравнивалось к госизмене.

— Да. Однажды я попросил Зельдовича, одного из создателей атомной и водородной бомб, поделиться со мной воспоминаниями о первом ядерном испытании. Это был уже конец 1960-х годов, то есть через 20 лет после окончания этих событий. Пересмотрев некоторые документы, учёный сказал, что ещё шесть-семь лет не имеет права что-либо разглашать. То же самое было и с Юлием Харитоном.

— Насколько высок был уровень секретности?

— Система секретности была точной копией американской.

Однако советская атомная программа отличалась от американской тем, что в США было несколько человек, которые работали на нас, тогда как в СССР не было ни одного специалиста, кто работал бы на Вашингтон.

Первая советская атомная бомба «изделие РДС-1»

При этом с самого начала было ясно, что многие технические решения американского прототипа не являются наилучшими. Даже на начальных этапах советские специалисты могли предложить лучшие решения как заряда в целом, так и его отдельных узлов. Но требование руководства страны состояло в том, чтобы гарантированно и с наименьшим риском получить действующую бомбу уже к первому ее испытанию.

Предположительно конструкция РДС-1 во многом опиралась на американского «Толстяка». Хотя некоторые системы, такие как баллистический корпус и электронная начинка, были советской разработки. Разведматериалы по плутониевой бомбе США позволили избежать ряда ошибок при создании бомбы советскими учеными и конструкторами, значительно сократить сроки ее разработки, уменьшить расходы.

Первая отечественная атомная бомба имела официальное обозначение РДС-1. Расшифровывалось оно по-разному: «Россия делает сама», «Родина дарит Сталину» и т. д. Но для обеспечения режима секретности в официальном постановлении Совета Министров СССР от 21 июня 1946 года она именовалась как «Реактивный двигатель специальный» («С»).

Первоначально атомная бомба разрабатывалась в двух вариантах: с применением «тяжелого топлива» (плутония, РДС-1) и с применением «легкого топлива» (урана-235, РДС-2). В 1948 году работы по РДС-2 были свернуты из-за относительно низкой эффективности.

Конструктивно РДС-1 состояла из следующих принципиальных составных узлов: ядерного заряда; взрывного устройства и системы автоматики подрыва заряда с системами предохранения; баллистического корпуса авиабомбы, в котором размещались ядерный заряд и автоматика подрыва.

Первая атомная бомба разрабатывалась применительно к подвеске ее в самолете ТУ-4, бомболюк которого обеспечивал возможность размещения изделия диаметром до 1,5 метра. Исходя из этого габарита, было определено наибольшее по площади поперечное сечение баллистического корпуса бомбы РДС-1. Разработанная бомба имела характерную «каплевидную» форму, диаметром 1,5 метра и длиной 3,3 метра. Ее масса составляла 4,7 тонны.

Внутри корпуса был расположен ядерный заряд (из особочистого плутония) мощностью 20 килотонн и блоки системы автоматики. Заряд бомбы РДС-1 представлял собой многослойную конструкцию, в которой перевод активного вещества (плутония в надкритическое состояние) осуществлялся за счет его сжатия посредством сходящейся сферической детонационной волны во взрывчатом веществе. Плутоний размещался в центре ядерного заряда и конструктивно состоял из двух сферических полудеталей. В полости плутониевого ядра устанавливался нейтронный инициатор (детонатор). Поверх плутония находились два слоя взрывчатого вещества (сплав тротила с гексагеном). Внутренний слой формировался из двух полусферических оснований, внешний собирался из отдельных элементов. Внешний слой (фокусирующая система) был предназначен для создания сферической детонационной волны. Система автоматики бомбы обеспечивала осуществление ядерного взрыва в нужной точке траектории падения бомбы. Для повышения надежности срабатывания изделия основные элементы автоматики подрыва были выполнены по дублирующей схеме. На случай отказа высотного взрывателя установлен взрыватель ударного типа для осуществления ядерного взрыва при ударе бомбы о грунт.

При испытаниях сначала проверялась работоспособность систем и механизмов бомбы при сбрасывании с самолета без плутониевого заряда. Отработка баллистики бомбы была завершена к 1949 году.

Для испытаний ядерного заряда в 1949 году был построен полигон в районе города Семипалатинска Казахской ССР в безводной степи. На опытном поле находились многочисленные сооружения с измерительной аппаратурой, военные, гражданские и промышленные объекты для изучения воздействия поражающих факторов ядерного взрыва. В центре опытного поля находилась металлическая башня высотой 37,5 метра для установки РДС-1.

29 августа 1949 года на Семипалатинском полигоне был успешно испытан размещенный на вышке атомный заряд с автоматикой, без корпуса бомбы. Мощность взрыва составила 20 килотонн в тротиловом эквиваленте.

Технология создания отечественного ядерного оружия была создана, и стране надо было разворачивать его серийное производство.

Еще до испытания атомного заряда в марте 1949 года Совет Министров СССР принял постановление о строительстве первого в СССР завода по промышленному производству атомных бомб в закрытой зоне объекта № 550, в составе КБ-11, производственной мощностью 20 единиц РДС в год.

Разработка серийного технологического процесса на сборку атомного заряда потребовала не меньше усилий, чем создание первого опытного образца. Для этого понадобилось разработать и ввести в эксплуатацию технологическое оборудование, дополнительные операции, новейшие на тот момент технологии.

1 декабря 1951 года в закрытом городе Арзамас-16 (с 1995 года Саров) началось серийное производство первой модели советской атомной бомбы под названием «изделие РДС-1», а уже к концу года первые три серийные атомные бомбы типа РДС-1 «вышли» с завода.

Первое серийное предприятие по производству атомного оружия имело ряд условных наименований. До 1957 года завод находился в составе КБ-11 и после, когда стал самостоятельным, вплоть до декабря 1966 года, он назывался «Союзным заводом № 551». Это было закрытое наименование, использовавшееся исключительно в секретной переписке. Для внутреннего пользования, параллельно с этим закрытым названием, использовалось еще одно — завод №

3. Начиная с декабря 1966 года предприятие получило открытое наименование — Электромеханический завод «Авангард». С июля 2003 года является структурным подразделением в составе РФЯЦ-ВНИИЭФ.

Первая атомная бомба РДС-1, испытанная в 1949 году, автоматически лишила американцев монополии на ядерное оружие. Но только когда в 1951 году наладился выпуск первых серийных атомных бомб, можно было с уверенностью сказать о гарантированном обеспечении мирной жизни народа и создании надежного «ядерного щита» страны.

В настоящее время макет заряда РДС-1, пульт, сигналом с которого был подорван этот заряд, и корпус авиационной бомбы, изготовленный для него, экспонируется в музее ядерного оружия в городе Сарове.

На боевом дежурстве первую атомную бомбу РДС-1 сменили многократно усовершенствованные «потомки».

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

ЯДЕРНАЯ ПРОГРАММА СССР

Организация создания советских атомных (ядерных) оружия и энергетики.

Предыстория

Обнаружение эффекта деления атомного ядра в 1938-1939 годы открыло возможность осуществления цепной реакции, приводящей к взрыву огромной мощности. В октябре 1939 года было принято решение о создании Консультативного уранового комитета в США, в 1940 году комитет по урановой проблеме был создан в Великобритании. Работы по этой тематике велись и в Институте кайзера Вильгельма в Германии.

Работа «Урановой комиссии»

30 июля 1940 года в СССР была создана Комиссия по проблеме урана при Президиуме АН СССР («урановая комиссия») во главе с В. Хлопиным. Исследования возможностей военного применения урана велись в Ленинградском физико-техническом институте под руководством А. Иоффе. В 1940 году сотрудники ЛФТИ Г. Н. Флёров и К. А. Петржак сумели осуществить спонтанное деление ядер урана. Я. Б. Зельдович и Ю. Б. Харитон провели расчеты возможности цепной реакции. Однако с началом Великой Отечественной войны 1941-1945 годов. эти работы были прерваны. 28 сентября 1942 года было принято постановление Государственного комитета обороны «О работах по урану», в соответствии с которым в Казани была создана лаборатория сотрудников ЛФТИ во главе с И. Курчатовым. Работу лаборатории курировал нарком химической промышленности М. Первухин. В 1942-1945 годы велись исследовательские работы. В 1943 году лаборатория Курчатова была преобразована в «Лабораторию номер 2 Академии наук СССР». 8 декабря 1944 года было принято постановление ГКО «О мероприятиях по обеспечению развития добычи и переработки урановых руд». Курчатов получил широкие полномочия по привлечению специалистов к работе лаборатории даже из рядов вооруженных сил. Государственную поддержку осуществлял Специальный комитет во главе с Л. Берия, созданный постановлением ГКО 20 августа 1945 года (то есть вскоре после атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки 1945 года). Было создано Первое главное управление (ПГУ) при правительстве во главе с наркомом боеприпасов Б. Ванниковым для организации работ по созданию атомного оружия. Курчатов был научным руководителем проекта. В 1946 году на встрече Курчатова со Сталиным было приняты практические решения по значительному расширению ядерной программы.

Разработка ядерного оружия

В ноябре 1945 года было принято решение по строительству комбината по производству и переработке атомного топлива (комбинат «Маяк»). Были построены реактор Ф-1 и промышленный реактор А-1. В 1947 году была создана сеть специальных факультетов для подготовки специалистов-атомщиков. В конце 1947 года в связи с болезнью Ванникова работой по обеспечению заказов атомной отрасли руководил М. Первухин.

Монополия США на атомное оружие воспринималось как угроза существованию СССР. Сократить отставание от США в этой области помогла разведка. В НКГБ (МГБ) под руководством П. Судоплатова был создан отдел по сбору информации о ядерных программах США и Великобритании. Успехам советских разведчиков способствовали инициативы западных специалистов с левыми взглядами, которые решили помочь СССР. К. Фукс, с 1940 года участвовавший в британской атомной программе, в конце 1941 года решил поддержать СССР и вступил в контакт с советской агентурой. В начале 1942 года он получил доступ к секретным материалам по ядерным исследованиям в США, в декабре 1943 года переехал в США и с августа 1944 года работал в секретной атомной лаборатории в Лос-Аламосе. Он передавал советской разведке важную секретную информацию о разработке атомного оружия в США. В Лос-Аламосе механиком работал коммунист Д. Грингласс, который передавал секретную информацию старшему брату своей жены, советскому агенту Д. Розенбергу. С советской разведкой сотрудничали ученые, проводившие исследования в интересах атомной программы в Канадском национальном исследовательском центре в Монреале, в том числе А. Мей, который передал в СССР технические характеристики бомбы, сброшенной на Хиросиму, образцы урана и другую информацию. Выдающийся физик Б. Понтекорво связался с советским представительством в Монреале и предоставил секретные материалы и расчеты. По западным атомным исследованиям поставляла информацию и Кембриджская пятерка. Хотя советские ученые могли создать атомную бомбу и самостоятельно, но в условиях «холодной войны данные разведки позволяли выиграть время, что могло оказаться критически важным фактором.

25 декабря 1946 года в СССР заработал атомный реактор. 29 августа 1949 под Семипалатинском было произведено первое испытание советской атомной бомбы. В 1949 году Лаборатория номер 2 была переименована в Лабораторию измерительных приборов АН СССР, на основе которой в 1956 году был создан Институт атомной энергии АН СССР.

«Мирный атом»

26 июня 1953 года для развития ядерной программы было создано Министерство среднего машиностроения во главе с В. Малышевым.

После испытания советского атомного оружия, советские ученые уже самостоятельно первыми создали термоядерную бомбу (испытание проведено 12 августа 1953 года) и с 1954 года обеспечили развитие атомной энергетики. Для получения ядерной энергии как правило в ядерном реакторе проводится управляемая цепная реакция деления ядер урана-235, урана 233 или плутония-239, при которой выделяется большое количество тепла, преобразуемого в дальнейшем в электричество. Ядерная энергия производится в атомный электростанциях (АЭС), используется на атомном флоте. Продукты работы АЭС используются при создании ядерного оружия. Первая в мире устойчивая цепная ядерная реакция была обеспечена 9 мая 1954 года в Обнинске, и 27 июня 1954 в Обнинске была пущена первая в мире АЭС (мощность 5 тыс. кВт). Для сравнения – первая АЭС в Великобритании пущена в 1956, в США – в 1957. В 1958 в СССР был пущен блок в 100 МВт — первый блок Сибирской АЭС. Ее мощность была доведена до 600 МВт. В 1964 году вступили в строй Белоярская и Нововоронежская АЭС. В 1973 году на Ленинградской АЭС был запущен первый высокомощный энергоблок в 1000 МВт.

Использование атомной энергии связано с большим риском, так как аварии на атомных объектах приводят к радиоактивному заражению обширной территории на сотни лет. Серьезную проблему представляет собой хранение отработанного ядерного топлива и захоронение радиоактивных отходов. 29 сентября 1957 произошла крупнейшая авария с хранилищем отходов (Кыштымская авария). В 1986 произошла Чернобыльская катастрофа. За рубежом также происходят атомные аварии: в Уиндскейл в 1957, в Три-Майл-Айленд в 1979, в Фукусиме в 2011 г. и др.

В 1980 году на советских АЭС производилось 72,9 млрд кВт∙ч из 1294 кВт∙ч общего производства электроэнергии, в 1985 году 167 млрд кВт∙ч из 1544 кВт∙ч, в 1989 г. 213 млрд кВт∙ч из 1722 кВт∙ч.

Развитие атомного флота

Важным направлением использования ядерной энергетики является создание атомного флота. 20 ноября 1953 года было принято решение Совета министров СССР о строительстве атомного ледокола. Под руководством главного конструктора В. Неганова и главного строителя В. Червякова был спроектирован и построен первый в мире атомоход «Ленин». Он был спущен на воду 5 декабря 1957 года. Ядерная энергетическая установка смонтирована в 1958—1959 годах. 3 декабря 1959 атомоход «Ленин» был сдан в эксплуатацию. В июне 1971 г. ледокол «Ленин» первым из надводных судов прошёл севернее Северной Земли из Мурманска в Пивек. С 1989 года ледокол «Ленин» – корабль-музей в Мурманске. В 1975 году был построен ледокол «Арктика». В 1977 он достиг Северного полюса. Последний ледокол класса «Арктика» заложен в 1989 году и введен в строй в 2007 году. СССР и Российская Федерация особенно заинтересованы в развитии атомного ледокольного флота, так как имеют наибольшую протяженность транспортных путей в Северном ледовитом океане.

Также СССР, как и его противники по НАТО, развивал атомный подводный флот. В США первая подводная лодка «Наутилус» вступила в строй в 1954. Первая советская атомная подводная лодка «К-3» была построена в 1958 (глава КБ В. Перегудов, главный конструктор реактора Н. Доллежаль). На К-3 создавались условия повышенного комфорта. Однако доза облучения при испытаниях К-3 превышалась в сто раз. Во второй половине 1950-х годов опасность этого для испытателей и моряков еще не была в должной степени выявлена. В дальнейшем эта доза была уменьшена в 10 раз. В конце 1959 года в строй вступили еще три атомные подводные лодки («К-5», «К-8», «К-14»). В июле 1962 года советская подводная лодка “К-3” достигла Северного полюса. Развитие атомного подводного флота связано с авариями. В СССР погибала 1 подводная лодка на 89, находящихся в строю, в США 1 — на 33.

В связи с созданием атомного подводного флота и ядерного ракетного оружия Арктика и Атлантика стали ареной противоборства подводных флотов, так как через эти океаны США и СССР могли нанести друг по другу ядерный удар. В 60-80-х годах на советский атомный подводный флот возлагались задачи нанесения сокрушительного удара по противнику в случае начала войны с США. В 1966 году советские подводные лодки совершили кругосветное путешествие в подводном положении. Это показало, что они могут скрытно прибыть в любую точку мира.

Развитие советской ядерной программы показало, что индустриализация СССР вышла на такой уровень, что советская промышленность в состоянии решать наиболее передовые для того времени технологические задачи. Многие задачи, имеющие первостепенное значение с военной и экономической точки зрения, были решены впервые в мире. В то же время развитие ядерной программы, особенно в первые годы, осуществлялось в условиях пренебрежения некоторыми требованиями безопасности работников и за счет напряжения всего экономического потенциала страны.

История изобретения атомной бомбы в СССР

Создание такого оружия массового поражения, как атомная бомба было спровоцировано тем, что в начале 20 века начали активно развиваться технологии, а также наука. Кроме того, в начале этого века человечество столкнулось с самыми ужасными войнами, в которых каждая страна хотела иметь самое сильное оружие. После того как американцы сбросили на японские города атомные бомбы, Советский Союз, уже давно всерьез задумывавшийся о создании подобного оружия, начал более активно развивать свои разработки.

Предпосылки к созданию

Нужно сказать, что первый шаг в истории изобретения подобного оружия сделал французский химик А. Беккерель.

Антуан Беккерель

Именно он открыл радиоактивность урана. Впоследствии цепные реакции этого вещества легли в основу разработки оружия массового уничтожения. Соединенные Штаты первыми проявили самую большую заинтересованность в подобной бомбе. В начале войны в 1941 году правительством Соединенных Штатов выделялись огромные средства на подобные разработки и эксперименты. 16 июля 1945 года был произведен первый экспериментальный взрыв новейшего оружия, которым стала атомная бомба.

Разработка подобного вооружения в СССР

После того, как американцы сбросили атомную бомбу на два японских города и весь мир мог узнать о страшных последствиях такой атаки, в Советском Союзе всерьез задумались о своей безопасности. Рассказывают, что Иосиф Сталин был настолько под впечатлением от нового американского вооружения, что практически через несколько дней он приказал начать разработки собственного оружия массового поражения.

Как вы оцените изобретения атомной бомбы? ПоложительноОтрицательно

Новый комитет, который должен был создавать атомные бомбы, возглавил лично Лаврентий Берия. 1945 года 20 августа этот комитет начал свою активную работу.

Лаврентий Берия

Нужно сказать, что исследования по ядерной физике в Советском Союзе начались еще задолго до Второй мировой войны, сразу по окончанию Первой. Уже в середине Второй мировой войны в 1943 году специальные агенты СССР передавали, что западные страны уже далеко продвинулись в процессе создания подобного оружия. Все необходимые данные, а также засекреченные материалы западных стран советские шпионы передавали своим коллегам на родину, которые в свою очередь сохраняли эти данные и на их основании в будущем также создали свое оружие массового поражения.

Первая советская ядерная бомба

Знаменитые советские ученые физики-ядерщики Курчатов и Харитон стояли во главе научной группы исследователей, которые должны были изобрести первую для СССР атомную бомбу. Устройство РДС-1, именно такое кодовое название носила эта бомба, было подорвано 29 августа 1949 года на специальном полигоне.

Устройство РДС-1

Нужно сказать, что конструкцию этого заряда советские ученые позаимствовали у своих американских коллег. Но электронная начинка, которая находилась внутри бомбы, была полностью изготовлена по советским чертежам и разработкам ученых из СССР.

Есть теория, что американские власти планировали провести специальную операцию под кодовым названием “Троян”. На 70 городов Советского Союза должны были быть сброшены атомные бомбы. Но из-за того, что Советский Союз получил свое оружие массового уничтожения, мог последовать ответный удар по американским городам и этот план был отменен.

Мнение эксперта Иван Федорович Шварц Аналитик и один из руководителей ветки внутренних исследований секретных дел при Комитете информации при Совете Министров СССР. После того, как на полигоне провели взрыв первой атомной советской бомбы, всему миру и в частности американцам стало понятно, что Соединенные Штаты не стали монополистами во владение таким серьезным вооружением. Советский Союз, начиная с 1949 года, опять наряду с Америкой стал сверхдержавой.

Ядерный клуб

Таким условным обозначением называли те страны, которые имели ядерные боеголовки и подобное вооружение. Как уже было сказано раньше, первой страной, которая имела атомную бомбу стали Соединенные Штаты Америки.

Первая атомная бомба СССР

В 1949 году к этому клубы присоединился и Советский Союз. Со временем европейские страны также разработали своим атомные бомбы, которые были созданы по чертежам и разработкам своих американских коллег. Так, например, Великобритания стала обладателем ядерных боеголовок в 1952 году, а Франция в 1960.

Не стояло на месте развитие подобного вооружения и у восточных стран и азиатских, например, таких как Пакистан, Индия и Китай. В 2006 году у КНДР появились также ядерные боеголовки.