А м Головин

В.М. Головнин. Великий мореход


Широко известно имя русского мореплавателя Василия Михайловича Головнина. В его честь названы бухта в Беринговом море, пролив между островами Курильской гряды, гора и мыс на Новой Земле. В.М. Головнин внес заметный вклад в науку, многое сделал для укрепления русского флота и по праву занимает свое почетное место среди видных морских деятелей.
Родился он 8 апреля 1776 года в деревне Гулынки, Пронского уезда (сейчас это Старожиловский район в Рязанской области), в семье потомственного военного. В возрасте девяти лет Василий Головнин остался без родителей. Через четыре года родственники отправили его в Морской кадетский корпус. Четырнадцатилетним кадетом Головнин участвовал в Русско-шведской войне 1790 года. На боевом корабле «Не тронь меня», который входил в состав эскадры вице-адмирала Круза, он отличился в сражениях под Красногорском и Выборгом. За храбрость Василий Головин был награжден медалью. Уже в корпусе Головнин выделялся среди однокашников любознательностью и тягой к знаниям. Все свое свободное время он отдавал книгам.
В списке литературы, прочитанной Головниным в те годы, можно найти произведения Монтескье и Дидро, Вольтера и Руссо, а также многих других философов и идеологов французской буржуазной революции.
В 1793 году В.М. Головнин окончил корпус вторым по успеваемости и получил звание мичмана. В течение нескольких лет он служил на кораблях эскадры Балтийского флота, принимал деятельное участие в военных кампаниях против Франции 1798-1800 годов. В это время эскадрой командовал вице-адмирал М.К. Макаров. Он обратил внимание на недюжинные способности молодого офицера. По его представлению в 1799 году Головнин получил звание лейтенанта. А по прошествии двух лет как одного из лучших офицеров русского флота в составе группы волонтеров его отправили на стажировку в Англию.
В Англии В.М. Головнин написал свою первую научную статью «Сравнительные замечания о текущем состоянии Русского и Английского флотов», который переслал морскому министру в Россию. Перед отъездом на Родину Головнин приступил к составлению книги «О военно-морских сигналах для дневного и ночного времени», которую закончил уже по возвращении домой. Четверть века разработанный Головиным свод сигналов использовал русский флот.
За свои труды Головнин был награжден ценным подарком и денежной премией. В 1807 году Василия Михайловича назначают командиром строящегося военного шлюпа «Диана». То был знаменательный год в истории нашего флота. Завершив кругосветное плавание, в Кронштадт возвратились Крузенштерн и Лисянский. Головнин должен был продолжить их почин. На него возлагалась задача заняться географическими исследованиями и гидрографическими работами в водах Тихого океана.

Между тем за время плавания «Дианы» международная обстановка осложнилась. В 1807 году произошел разрыв между Россией и Британией. Головнин не имел сведений об этом. «Диана» следуя своему курсу к мысу Доброй Надежды весной 1808 года, зашла в одну из бухт в английской Капской колонии, где стояла английская военная эскадра. Несмотря на тот факт, что шлюп «Диана» имел специальное разрешение британского правительства на проведение научных изысканий, английское командование решило его задержать, якобы до получения распоряжений своего правительства. Но шли месяцы, а указаний не было. Головнин разработал дерзкий план побега и стал готовить к нему экипаж. Он скрупулезно изучил направление и продолжительность ветров у береговой черты и в открытом океане, точно определил время выхода из бухты.

В пасмурный вечер 19 мая 1809 года налетел крепкий шквал с дождем. Выбрав удобный момент, Головнин приказал поставить штормовые стаксели и обрубить якорные канаты. На английской эскадре поднялась тревога, но было уже поздно. Русские выходили в океан. Впереди была свобода. «Таким образом, — писал Головнин, — закончилось наше задержание, или, правильнее сказать, наш арест англичанами на мысе Доброй Надежды, который длился один год и 25 дней». Несмотря на все трудности и лишения, дальнейшее плавание к берегам Камчатки прошло благополучно.
Особенно большую работу Головнин проделал по прибытии к месту назначения — в Петропавловск-на-Камчатке. Он тщательно изучил материалы, которые собрали его предшественники по изучению северной части Тихого океана, и в частности Курильской гряды. Проведя свои исследования, Головнин определил, что Курильская гряда состоит из 24-х островов, а не из 21-го, как ранее считалось, и одновременно составил точнейшую карту Курильских островов. Он поставил перед собой задачу исследовать каждый остров гряды. Однако вскоре работы были прерваны. Головнин с парой сопровождающих офицеров и четырьмя матросами был незаконно арестован японцами во время поездки на остров Кунашир.

Василий Михайлович, будучи в плену, оставался прирожденным путешественником и исследователем. Он прекрасно понимал, что мало кто из европейцев бывал в Стране восходящего солнца. Ведь Япония была тогда еще загадкой для Европы. Несмотря на тяжелые, а порой даже невыносимые условия плена, не имея под рукой чернил и бумаги, он ведет необычный дневник, который состоял из разноцветных ниток одежды определенной длины с узелками, заносит в него свои наблюдения об образе жизни японцев, их обычаях и нравах. Позднее, используя этот дневник, В.М. Головнин написал свои прекрасные заметки «В плену у японцев», переведенные на многие языки и изданные в разных странах мира.
В 1814 году, после дух с лишним лет плена, В.М. Головнин вернулся в Петербург. За проявленное в плавании отличие Василию Михайловичу было присвоено звание капитана 2 ранга.
В 1816 году Головнин избирается почетным членом Государственного Адмиралтейского департамента, а на следующий год его назначают начальником готовящейся кругосветной экспедиции на новом шлюпе «Камчатка». Экспедиция должна была доставить на Камчатку различные грузы, а затем сделать астрономические определения координат неизученных островов и описать северо-западную часть берега Нового Света от 60 до 63 градусов северной широты. Головнин с честью справился с задачей.
Говоря об этом плавании, следует отметить, что в нем участвовали такие впоследствии известные русские мореплаватели, как Ф. Литке, Ф. Матюшкин и Ф. Врангель. Это были достойные ученики Головнина, они с честью продолжили дело своего наставника, внеся ценный вклад в русскую науку. В 1819 году «Камчатка» бросила якорь в Кронштадте. Последующие страницы жизни Головнина также достойны внимания. Особенно отличился он после того, как его назначили в 1823 году генерал-интендантом флота. В этот период в его ведении оказались все корабельные постройки и береговые здания Адмиралтейского ведомства от Риги до Камчатки, за исключением Черноморских портов.

И на этом высоком посту служебный долг, честь и правда оставались законом и щитом В.М. Головнина. Известный русский историограф флота Ф.Ф. Веселаго написал: «Среди своих сослуживцев-современников Головин выделялся глубочайшими теоретическими и практическими морскими знаниями, широким, разносторонним образованием, ясным, светлым разумом и широким государственным взглядом».
Головнин был назначен на этот ответственный пост в период интенсивного развития техники, когда паровой флот постепенно заменял парусный. В его годы было создано более 200 судов, из них 10 пароходов, проведена реконструкция части верфей, определен срок постройки корабля в два года, с перерывом на одно лето для того, чтобы набор на стапеле успел просохнуть. Для подготовки кораблестроителей в 1826 году был организован корпус корабельных инженеров.
Перу Головнина принадлежат также описания плаваний на «Диане» и «Камчатке». Им был переведен с английского труд о кораблекрушениях Дункена, который он дополнил сведениями об авариях отечественных судов, издал трактат о тактике военно-морских флотов и правилах описания морских берегов. Некоторые из этих произведений были переизданы уже в 20 веке.
Из документов известно, что В.М. Головнин был знаком и близок с декабристами, с некоторыми из них часто общался. В библиотеке Головнина хранились списки запрещенных стихотворений А.С. Пушкина: «Послание цензору», «Ода на свободу», эпиграммы.
Будучи прогрессивным деятелем своего времени, Василий Михайлович Головнин состоял членом совета Российско-Американской кампании, был корреспондентом Российской императорской академии наук и одновременно — членом Вольного экономического общества, а также Общества любителей словесности, наук и художеств, избирался почетным членом Харьковского университета.
Умер В. М. Головнин от холеры в звании вице-адмирала 29 июня 1831 года в Петербурге.

Самое интересное в истории Российского флота


Портрет В.М. Головнина
Неизвестный художник, пер. пол. XIX в.

8 (19) апреля 1776 года родился Василий Михайлович Головнин. В плеяде даже самых знаменитых мореплавателей трудно найти такого, который мог бы сравниться с ним по широте кругозора и многогранности деятельности. Он был мореплавателем и учёным, историком и географом, экономистом и лингвистом, кораблестроителем и навигатором, литератором и теоретиком военно-морского флота, государственным и общественным деятелем. В каждую из этих областей деятельности он внес свой вклад, способствовавший ее дальнейшему развитию.

Поразительно, но за свою короткую жизнь он сделал так много, что мы до сих пор почитаем его как выдающегося русского ученого, отважного мореплавателя и очень популярного писателя. При этом Головнин не был баловнем судьбы, не имел могущественных покровителей, зато был близок к декабристам и нажил много недругов в высших эшелонах власти. Будучи вице-адмиралом и занимая высокие государственные посты, он не был богат, и умер от чумы в 1831 году.

Начало пути

Василий Михайлович происходил из старинной дворянской фамилии. В 10 лет он лишился родителей, а в 13 лет родственники определили его в Морской кадетский корпус (подробнее об этом самом престижном морском учебном заведении читайте в статье о Морском кадетском корпусе). В 1790 году Головнин был произведен в гардемарины и назначен на корабль «Не тронь меня». На этом корабле он участвовал в Красногорском (23-24 мая 1790 года) и Выборгском (22 июня 1790 года) сражениях. Во втором сражении «Не тронь меня» получил большие повреждения, было много убитых и раненых, был убит и командир корабля, но Василия Головнина судьба сохранила для будущих важных дел. За эти два боя он получил свою первую медаль.

В январе 1793 г. он был произведен в офицеры и с тех пор беспрерывно находился в плаваньях. В 1800 году в числе наиболее подготовленных и способных офицеров Головнина отправили в Англию для ознакомления с организацией и тактикой английского флота. В течение 5 лет он служил под командованием адмиралов: Корнвалиса, Нельсона и Колингвуда. По возвращении из Англии в 1806 году, он привез не только отличные характеристики от этих адмиралов, но большой объем практических знаний.

В этом же году он издал свод «Военных морских сигналов» (ими пользовались четверть века) и «Сравнительные замечания о состоянии английского и русского флотов». За эти труды Головнин был удостоен внимания и награды императора Александра I. В 1806 году его назначили командиром транспорта-лесовоза «Диана». Под руководством В.М. Головнина его перестроили в небольшой трехмачтовый шлюп и подготовили к кругосветной экспедиции для проведения научных исследований в северной части Тихого океана. Впервые в истории русского флота командовать судном, уходящим в столь дальнее и ответственное плавание, было поручено лейтенанту. Морское министерство приняло это решение из уважения к опытности и познаниям Головнина, писал позднее адмирал Ф.Ф. Врангель. Об удивительной судьбе и многогранной деятельности этого выдающегося адмирала читайте в статье «Фердинанд Врангель — мореплаватель и исследователь Арктики».

Плавание Головнина на шлюпе «Диана»

Из Кронштадта «Диана» вышла 25 июля 1807 года. Головнин планировал обогнуть Южную Америку, а затем через Тихий океан идти на Камчатку, однако у мыса Горн «Диана» попала в сильный и продолжительный шторм. После нескольких дней тяжелейшей борьбы со стихией Василий Михайлович взял курс на восток. Он решил обогнуть Африку и идти через Индийский океан.


Шлюп Диана уходит из порта Симонстаун
С картины Е.В. Войшвилло

В середине апреля 1808 года «Диана» зашла в порт Симонстаун (Кейптаун) и была задержана английскими властями, поскольку Англия находилась в это время в состоянии войны с Россией. Эта война началась в результате присоединения России к наполеоновской Франции, осуществлявшей континентальную блокаду Англии.

Начались долгие и бесполезные разбирательства. Головнин использовал это время для изучения страны, быта и нравов местного населения, составил подробное описание мыса Доброй Надежды и прилегающей к нему бухты. Убедившись в бесполезности переговоров, Головнин решил воспользоваться беспечностью англичан и 16 мая 1809 года в штормовую погоду «Диана» успешно вышла из бухты.

Это было сделано так неожиданно, что англичане не успели даже поднять паруса, чтобы броситься в погоню. «Диана» находилась в плену один год и 25 дней. Дальнейшее плавание через Индийский и Тихий океан было очень трудным из-за недостатка продовольствия и питьевой воды. Испытав много лишений и трудностей, 25 сентября «Диана» благополучно пришла в Петропавловск. Здесь Головнин получил сразу два ордена — Св. Георгия 4-й степени за 18 морских кампаний, и Св. Владимира за «благополучное свершение многотрудного путешествия».


Головнин у берегов Камчатки
С картины В. Соколова-Ширшова

Два следующих года он посвятил изучению Камчатки и Русской Америки. Затем в течение нескольких месяцев исследовал острова Курильской гряды. «Цепь или гряду островов, лежащих между южным мысом Камчатки и Японией, Курильскими островами, наименовали русские, — писал Головнин, — ибо, увидев с Камчатского берега дымящиеся на сих островах сопки, они назвали их Курилы, от слова курящиеся».

В японском плену и новая кругосветка

Он составил карту тех островов Курильской гряды, жители которых считали себя русскими подданными, и намеревался продолжить эту работу на захваченных Японией островах. С этой целью «Диана» 4 июля 1811 года подошла к острову Кунашир. Головнин вместе с двумя офицерами и 4-мя матросами направился на остров. Японцы очень доброжелательно встретили его и пригласили в крепость, а затем арестовали и поместили в тюрьму, поскольку подозревали, что русский шлюп прибыл в их воды с враждебными намерениями. Весной следующего года пленники решились на побег. Им даже удалось найти рыбацкий баркас, но появились стражники и всех арестовали. Тюремный режим стал еще более суровым. Однако и здесь Головнин находил время для изучения страны и ее жителей.


Карта плаваний Головнина

Только в октябре 1813 года после почти двух с половиной лет плена японцы освободили Головнина и его товарищей. Решающую роль в этом сыграли победы нашей армии в войне с Наполеоном и рост авторитета России на международной арене. В 1814 году Головнин вернулся в Петербург, но совсем скоро пришлось готовиться к новому кругосветному плаванию на шлюпе «Камчатка». Надо было продолжить исследования Курильских островов и берегов Северной Америки, начатые еще Берингом и Чириковым (подробности читайте ). После войны 1812 года в стране наступила полоса реакции. Александр I и его окружение считали, что флот России не нужен. В этих условиях Головнин надеялся, что успешное кругосветное плавание привлечет внимание общественности к флоту, и будет способствовать решению его проблем. Второе кругосветное плавание длилось более двух лет и завершилось 5 сентября 1818 года.

В отчете Головнина по этому плаванию, помимо огромного фактического материала, были отвергнуты притязания англичан на приоритетную роль в исследованиях северо-западной части Тихого океана, а также намерения американцев утвердиться в регионе Русской Америки. Вскоре Василий Михайлович был избран членом-корреспондентом Петербургской Академии Наук. Это было признанием большого научного значения проведенных им исследований. А впереди ожидало и литературное признание. Его книги о плаваниях на шлюпах «Диана» и «Камчатка», о пребывании в японском плену были переведены на многие европейские языки, ими зачитывалась молодежь, мечтая о дальних плаваниях и новых открытиях.

Последние годы и большие дела

В 1827 году Головнин получил в свое ведение департаменты: кораблестроительный, комиссариатский и артиллерийский. На этой должности он работал 8 лет и очень много времени уделял строительству новых кораблей. Его заботами было построено более 200 новых судов, в том числе 26 линейных кораблей и 10 первых в России пароходов. В 1830 году В.М. Головнину было присвоено звание вице-адмирала. Деятельность таких прогрессивных офицеров как М.П. Лазарев, В.М. Головнин, В.А. Корнилов и многих других имела огромное значение для поддержания престижа и боеспособности Российского флота.

Летом 1831 года в Петербурге разразилась эпидемия чумы. Она унесла двух прославленных русских адмиралов — Г.А. Сарычева и В.М. Головнина. Василия Михайловича отличала глубокая и разносторонняя эрудиция, большой практический опыт, стремление проникнуть в сущность явлений, целеустремлённость и несгибаемость воли в достижении поставленной цели. Хорошо зная обстановку в северной части Тихого океана, Василий Михайлович выступал за укрепление безопасности русских дальневосточных границ. Его вклад в развитие науки и отечественного флота получил широкое признание в нашей стране и за рубежом.

При написании статьи были использованы следующие материалы:

Головнин Василий Михайлович (биография)

Головнин Василий Михайлович (1776–1831), мореплаватель, дважды обогнувший земной шар, военно-морской теоретик, исследователь Тихого океана и Курильских островов, вице-адмирал, член-корреспондент Петербургской академии наук, писатель.

Родился в дворянской семье. Четырнадцатилетним участвовал в сражениях в Финском заливе. Окончив Кронштадтский морской корпус, в 1793–1801 годах плавал на Балтике и в Северном море, в 1802–1806 годах — волонтером на английских военных судах в Средиземном море, Атлантике и у Антильских островов. В этот период разработал новые морские сигналы, четверть века применявшиеся на русском флоте.

Летом 1807 года на шлюпе «Диана» Головнин отплыл из Кронштадта в свое первое путешествие вокруг света, весной 1808 года подошел к мысу Доброй Надежды, но был задержан англичанами из-за начавшейся англо-русской войны. Лишь через год Головнину удалось с попутным штормовым ветром скрытно вывести судно из гавани. Он совершил безостановочный переход в «ревущих сороковых широтах» до острова Танна (архипелаг Новые Гебриды) и в начале октября достиг Камчатки.

Курсируя от Камчатки к острову Баранова и обратно (1810), Головнин собрал данные о климатических условиях северной части Тихого океана, в следующем году описал и заснял центральную часть Курильских островов от острова Райкоке до острова Уруп, уточнив на карте их форму и взаимное расположение. Высадившись на остров Кунашир для пополнения запасов провианта и воды, Головнин вместе с шестью членами экипажа и курильцем-переводчиком попал в плен к японцам. После освобождения из двухлетней неволи вернулся через Камчатку и Сибирь в Петербург. Впечатления и собранные сведения о Японии и японцах легли в основу «Записок флота капитана Головнина о приключениях его в плену у японцев в 1811–1813 годах», опубликованных в 1816 году и переиздававшихся несколько раз (последнее издание — в 1972 году). Переведенная на европейские языки, книга принесла автору мировую известность.

В 1817—1819 годах на шлюпе «Камчатка» Головнин совершил второе кругосветное плавание; описал острова Алеутской гряды и Командорские острова. В 1821 году был назначен помощником директора Морского кадетского корпуса, в 1823 году — генерал-интендантом флота. Умер от холеры.

Головнин воспитал плеяду выдающихся мореплавателей, ставших адмиралами: Ф. Врангеля, П. Анжу, Ф. Литке, Ф. Матюшкина, П. Рикорда. Под его руководством было построено более двухсот военных кораблей, в том числе десять первых пароходов.

Василий Головнин: пленник Японии и автор бестселлера

Михайлов Андрей10.04.2019 в 20:00

Имя русского мореплавателя, писателя, вице-адмирала Василия Михайловича Головнина вписано в историю золотыми буквами. Причем это самое золото родилось не в чиновных креслах, а в тяжких морских путешествиях. Он совершил два исторических кругосветных плавания на кораблях «Диана» и «Камчатка». Его также называют первым русским писателем-маринистом.

Василий Михайлович Головнин родился в апреле 1776, в селе Гулынки Рязанской губернии, ныне Старожиловского района Рязанской области. Был он выходцем из обедневшего старинного дворянского рода, происходящего от армянских князей Гаврасовых, когда-то правивших одним из крымских княжеств. Как гласят исторические первоисточники, отец и дед Василия Головнина служили в знаменитом Преображенском полку, образованном еще Петром I.

Туда, согласно существовавшему тогда обычаю, на шестом году от рождения был записан сержантом и Василий. Потеряв родителей в юном возрасте, он был определен в Морской кадетский корпус и показал удивительное усердие в изучении наук. Произведенный в гардемарины, юный Василий Головнин участвовал на легендарном корабле «Не тронь меня» 23 и 24 мая и 22 июня 1790 года в сражениях против шведов и был даже награжден медалью.

Окончив курс в корпусе в 1792 году, был по малолетству оставлен еще на один год и воспользовался этим для изучения словесности, истории и физики. Как показала жизнь, усердное изучение наук очень помогло ему в морских путешествиях. В январе 1793 года Василий Головнин был торжественно произведен в мичманы и с тех пор много находился в походах и за границей. Довелось ему и повоевать: в 1799 году молодой мичман участвовал в высадке десанта и сражениях на берегах Голландии. Время с 1801 года по 1805 год он провел в Англии, куда был послан для службы на судах английского флота под начальством знаменитых британских адмиралов Корнвалиса, Нельсона и Колингвуда.

В 1806 году в чине лейтенанта Василий Головнин был назначен командиром шлюпа «Диана». До этого «Диана» была самым обычным транспортом-лесовозом, который под руководством самого Головнина перестроили на Олонецкой верфи в шлюп — небольшой трехмачтовый парусный корабль. Интересно, что этот был самый первый случай в истории российского флота, когда командование кораблем доверили лейтенанту, еще достаточно молодому по возрасту.

Позднее знаменитый русский путешественник адмирал Фердинанд Врангель писал про него: «Лейтенанту Головнину надлежало плыть далее пределов Балтийского моря. Однако, по уважению к опытности и познаниям Головнина, морское министерство отступило от общего правила не назначать руководить дальними плаваниями лейтенантов и назначило командиром экспедиции именно его». «Диана» ушла из Кронштадта в июле 1807 года.

31-летнему лейтенанту Головнину, обстрелянному в громах русско-шведской войны и других боевых походах, поручалось дело мирное, исследовательское, в северных широтах Тихого океана. Русский флот только что вписал в свои летописи первую кругосветку Ивана Крузенштерна и Юрия Лисянского. Головнин словно принял эстафету от них. Назначение начальником такой экспедиции означало прямое признание высоких профессиональных достоинств. То непростое время можно смело назвать эпохой великих географических открытий в дальних российских морях.

Читайте также: Мельница мифов: Марко Поло не существовало

Правительство, несколько запутавшись в истинных размерах громадной империи, решило направить шлюп «Диана» в кругосветную экспедицию, главной целью которой были географические открытия в северной части Тихого океана. Экспедиции Головнина было также поручено доставить разные материалы в Охотск.»Диана» отправилась в плавание 25 июня 1807 года. Было оно непростым, в том числе и из-за разразившихся в Европе войн.

27 февраля 1808 года «Диана» прошла мимо островов Тристан-да-Кунья, а на рассвете 18 апреля 1808 года русские моряки увидели берега мыса Доброй Надежды. Через два дня шлюп вошел в Саймонстаун, принадлежавший англичанам. Несмотря на то что «Диана» имела специальное разрешение английского правительства, командующий английской эскадрой вице-адмирал Барти, объявив Головнину о войне, начавшейся между Россией и Англией, задержал русский корабль до получения соответствующего распоряжения из Лондона.

В книге Патрика О’Брайена «Миссия на Маврикий», упоминается, что адмирал Барти, будучи не очень уверенным в своих действиях, не взял на себя ответственность объявить экипаж «Дианы» военнопленными после ареста шлюпа, поскольку в этом случае ему пришлось бы выделить деньги на их питание. Если бы правительство Англии не утвердило его решение, все потраченные деньги он был бы вынужден компенсировать из своих средств. Поэтому адмирал взял с капитана шлюпа Головнина слово, что тот не сбежит, запретил выдавать ему провизию и оставил шлюп стоять в бухте в расчете на то, что когда Головнину все это надоест, он нарушит свое слово и сбежит, и, таким образом, проблема его ареста решится сама собой. Так и получилось. Весьма своеобразный плен длился около года.

Молодому руководителю путешествия претило бездействие, тем более, что цели и задачи экспедиции никто не отменял — из Санкт-Петербурга он за этот год не получал практически никакой информации, хотя сам отправлял туда письма с оказией не раз.16 мая 1809 года, более года проведя в плену, Василий Головнин на «Диане» предпринял дерзкий побег. Корабль успешно вышел из бухты на глазах нескольких английских кораблей и благополучно прибыл на Камчатку. Описание этого путешествия напечатано Головниным несколько позже, в 1819 году.

Тогда же он опубликовал подробное описание Курильских и Шантарских островов и берегов Татарского пролива. Кстати, к тому времени он уже прославился своими печатными трудами. Так, еще по возвращении со стажировки в Англии в 1805 году он составил книгу «Военные морские сигналы для дневного и ночного времени», которой русский флот пользовался в течение долгих 24 лет.

В 1811 году на Головнина было возложено описать дальневосточные берега России. Но злая судьба опять «подбросила» его экспедиции необычную вводную: во время работ у острова Кунашир Головнин был обвинен в преступлении принципов сакоку и захвачен японцами в плен вместе с мичманом Муром, штурманским помощником Хлебниковым и четырьмя матросами. Японский плен продолжался более двух лет. Кстати, описание этого плена, изданное в 1816 году, было переведено на многие европейские языки и стало, как бы сейчас сказали, настоящим бестселлером.

Как отмечают историки, избавление Головнина и его помощников от плена было настоящим чудом — японская бюрократическая машина (а она в начала позапрошлого века уже работала вовсю) просто перепутала имена узников, в результате чего всех членов русской экспедиции очень неожиданно отпустили восвояси. В 1817–1819 годах В. М. Головнин совершил новое кругосветное путешествие. На этот раз для его экспедиции был уже специально построен военный шлюп «Камчатка». Кстати, в этом плавании первую серьезную практику получили будущие выдающиеся русские мореплаватели Фердинанд Врангель и Федор Литке.

Читайте также: Африку открывал русский немец

Тяжкое плавание под руководством Василия Головнина стало для них настоящей школой, не только профессиональной, но и жизненной. Дальнейшая, уже береговая карьера Головнина складывалась успешно, ему могли бы позавидовать многие государственные люди того времени. Знаменитый к тому времени путешественник показал себя и как талантливый управленец. В 1821 году в чине капитан-командора был назначен помощником директора Морского корпуса.

Как пишут историки, сменив каюту на флигель на Галерной улице Петербурга, сменив шаткую палубу на домашний уют, Василий Михайлович не задремал у камина, облачившись в халат и вооружившись чубуком. Почетный член Вольного общества любителей российской словесности, член-корреспондент Академии наук, он работал усердно и успешно, соединив в трудах своих географию и морскую практику со словесностью ясной, энергичной и выразительной. В 1823 году он был назначен генерал-интендантом флота, а в 1827 году получил в свое ведение кораблестроительный, комиссариатский и артиллерийский департаменты.

За время восьмилетнего управления Головниным интендантской частью на флоте было построено 26 линейных кораблей, 21 фрегат, два шлюпа, 10 пароходов (к слову, самых первых в России) и многих других мелких судов общим количеством свыше двухсот. Умер Василий Михайлович Головнин в 1831 году от холеры во время вспыхнувшей в столице империи эпидемии. Похоронен он на Митрофаниевском кладбище Санкт-Петербурга. Его именем назван вулкан на Камчатке, река на Дальнем Востоке, поселок и порт на острове Кунашир, пролив в средней части Большой Курильской гряды между островами Райкоке и Матуа, гора на Новой Земле, а также залив, лагуна и город, находящийся на полуострове Сьюард на Аляске в США. Его книги, как и его путешествия, тоже вошли в историю.

В свое время не только специалисты, моряки и географы, но и, так сказать, простая публика зачитывались книгами Головнина «Путешествие шлюпа «Диана», «Путешествие вокруг света на шлюпе «Камчатка», «Описание примечательных кораблекрушений», памфлетом о состоянии флота Российского, подписанным псевдонимом «мичман Мореходов». Сочинения первого русского писателя-мариниста Василия Михайловича вошли в золотой фонд русской морской библиотеки. И не только русской. Они переведены на английский и голландский, немецкий и датский, они издавались в Варшаве и в Токио и в других странах.

12 3 4 5 6 7 …189

А. Хорошевский. Вступительная статья

Головнины – род древний. Не Рюриковичи конечно, но генеалогическое древо в полтора столетия – тоже немало. Первым из фамилии в исторических документах значился «служилый человек» Игнатий Головнин. За особые военные заслуги ему был пожалован герб и вотчина. Впрочем, древний-то древний, но обедневший и, как говорится, без претензий. «Дворянствовали» себе потихоньку в Гулынках – старом селе в Рязанской губернии. Здесь и появился 8 (19) апреля 1776 г. первенец Михаила Васильевича и Александры Ивановны (урожденной Вердеревской), нарекли которого Василием.

Для таких мелкопоместных дворянских отпрысков, как Вася Головнин, судьба была расписана едва ли не до рождения. Дед и отец служили в гвардейском Преображенском полку, туда же в шесть лет был записан сержантом и Василий. Далее, как виделось Михаилу Васильевичу, по накатанной: нужно сыну пройти чины, дослужиться до майора, выйти в почетную отставку и обосноваться в родных Гулынках.

Не сложилось. Отец и мать умерли рано, а родственники-опекуны рассудили, что пойдет сирота (мнения которого за малостью лет никто не спрашивал) по морской части. Резон был простой: гвардия требовала денег. У Василия их не было, родственники же тратиться на недоросля не хотели. В Морском же кадетском корпусе, куда определили юношу в 1788 г., все было попроще.

Корпус, основанный в 1752 г. и в 1771-м переведенный из Санкт-Петербурга в Кронштадт, знавал лучшие времена. Помещения, где жили и учились кадеты, обветшали, снабжение, и без того не аховое, усугублялось традиционным российским «воруют». Закон сохранения энергии и снабжения из государственной казны работал здесь на сто процентов: если где-то прибывает, то где-то обязательно убывает. Прибывало в карманах каптенармусов и, чего греха таить, высшего начальства, убывало же в желудках кадетов, которым, чтобы обеспечить себе пропитание, нередко приходилось «пользоваться услугами» соседних огородов.

Тем не менее, свою задачу Морской кадетский корпус исправно выполнял – регулярно выпускал партии гардемаринов, многие из которых прославляли Россию во всех концах света и океана. Выучился и Василий Головнин. И сразу же попал на войну. С одной стороны – вот она, жизнь военного моряка: красавец линкор, грозный, но справедливый и всезнающий командир, «дым баталий грозных». А с другой… Это, вообще-то, была самая настоящая война, и на ней вполне по-настоящему могли убить. Ядра и пули – они ведь не разбирают, кто перед ними: старый морской волк, для которого смерть в бою – почетней и милее, чем в кровати от немощей и болезней, или четырнадцатилетний гардемарин, который жизнь по-настоящему еще не повидал.

Воевали родственники. Государственные мужи и историки, наверное, хорошо знали, что не поделили между собой двоюродные брат и сестра – шведский король Густав III и российская императрица Екатерина II, но гардемарину 66-пушечного линейного корабля флота Ее Величества «Не тронь меня» Василию Головнину рассуждать об этом было не положено.

Сразу же после поступления в корпус, Головнин начал вести «Записную книжку» – примечательный документ, в который он скрупулезно заносил все события, произошедшие с ним во время службы с 1788 по 1817 г. По поводу своего пребывания на войне со шведами Василий предельно лаконичен: «Участвовал в троекратном сражении», имея в виду два боя у Красной Горки 23 и 24 мая 1790 г., окончившиеся без явного перевеса одной из сторон, и Выборгское сражение 22 июня, в котором русский флот одержал победу. Уже с юности проявляется характер Головнина – скромный, без выпячивания своих заслуг и талантов. Ведь не только участвовал, но получил боевую медаль. А это значит – не отсиживался в трюме, проявил себя, несмотря на «сухопутное» происхождение, как настоящий моряк.

* * *

Закончить обучение в Морском корпусе Василий должен был в 1792 г. На выпускных экзаменах он был вторым по числу набранных баллов среди всего выпуска. Но товарищи стали мичманами, а его сделали «второгодником». Причина – малый возраст гардемарина Головнина: ему не стукнуло еще и семнадцати. Вот она, справедливость: на войну в четырнадцать – пожалуйста, а выпустить способного ученика и позволить ему надеть мичманский мундир – мал еще.

И снова Василий проявил не по годам крепкий характер. Моряку, конечно, не положено плакать, но обидно было до слез. Однако не раскис, пережил и, раз уж так получилось, с упорством продолжил учиться дальше. Этот дополнительный год дал Головнину едва ли не больше, чем предыдущие четыре. Он взялся за физику, словесность, английский язык – уступавший в те времена в «модности» французскому, но, как оказалось, очень пригодившийся в дальнейшей службе. И тогда же, в последний год в корпусе, поглощая одну за другой книги о дальних странствиях, Василий загорелся путешествиями.

В январе 1793 г. состоялось наконец-то долгожданное производство Головнина в мичманы. В имении, в Гулынках, дела шли неважно, надо бы заняться хозяйством, но обязанностям помещика Василий предпочитает морские походы. Он добился назначения на транспорт, на котором в Стокгольм, теперь уже дружественный, направлялось русское посольство. В 1795–1796 гг. служил на кораблях «Рафаил» и «Пимен», в составе эскадры вице-адмирала П. И. Ханыкова, противодействовавшей французам в Северном море. А в апреле 1798 г. Василий Головнин назначен флаг-офицером на эскадру контр-адмирала М. К. Макарова, младшего флагмана вице-адмирала Ханыкова.

Это уже серьезная должность, «прямой помощник командующего», как было сказано во флотских наставлениях. Часто на нее назначали «своих», по протекции. У Головнина протекции не было, но Михаил Кондратьевич Макаров и без нее приметил энергичного и любознательного офицера. И не ошибся. «Поведения весьма хорошего, должность свою знает хорошо и исполняет оную с ревностным усердием к службе, – писал в 1801 г. Макаров о Головнине, который тогда уже стал лейтенантом. – А сверх того, по знанию его английского языка, был употреблен к переводу английских сигналов и прочих дел… Потому долгом поставляю рекомендовать его достойным к повышению чина и впредь в команде моей иметь желаю».

Вопреки желанию контр-адмирала Макарова, под его началом Головнин служил недолго. В июне 1802 г. он в числе двенадцати лучших молодых офицеров российского флота был отправлен в Англию – совершенствоваться, изучать, перенимать опыт. Тогда такие командировки продолжались не месяцы – годы. Повидать пришлось многое, хотя в своей «Записной книжке» Василий Михайлович был краток: служил на разных английских кораблях, за четыре года на семи, плавал в разных морях. В эти годы Британия соперничала с Францией за господство на море, Головнину довелось участвовать в боевых действиях англичан в Средиземном море и Вест-Индии, служить под началом прославленных адмиралов Корнваллиса, Нельсона, Коллингвуда. Последние двое оставили похвальные аттестации русскому моряку. Немалая честь, между прочим, но Головнин верен себе – в его записках об этом ни слова.