Золотая орда и русская православная церковь

Процесс углубления христианизации Руси, столь успешно начавшийся при Ярославе Мудром, продолжался в эпоху, которая характеризовалась потерей единства и раздробленностью Русского государства. Киевская Русь распадается на множество удельных княжеств. Великий князь Киевский по традиции еще считается старшим среди русских князей. Причем, в начале XII в. Владимиру Мономаху и его сыну св. Мстиславу Великому на какое-то время еще удается восстановить власть Киевского князя и удерживать в повиновении удельных князей. Однако, уже с середины XII в. значение Киева как политического центра Руси стремительно падает. Единой державы по сути больше не было. К началу XIII в. Русь представляла собой множество совершенно обособившихся и независимых княжеств. Потерявший свое политическое значение Киев, тем не менее, продолжает оставаться церковной столицей Руси. Церковь, таким образом, является в условиях феодальной раздробленности наиболее значимым связующим и объединяющим фактором.

Нашествие монголо-татарских орд обозначило новый период в истории Руси и Русской Церкви. Первым делом монголы в 1236 г. взяли Волжскую Болгарию. Путь на Русь Батыю был открыт. Опустошительный поход на русские княжества начался в декабре 1237 г. взятием Рязани. Через несколько лет Русь оказалась покоренной. Князья вынуждены были платить дань и ездить за ярлыком на правление в Орду.

Однако, монголо-татары при всей их жестокости, были очень терпимы по отношению к любой религии. Уважение ко всякой религии монголы строили на признании единого Божественного начала. Сами они таковым почитали Небо. Монголы проявляли большую терпимость и к христианству. Одной из причин этого было также и то, что в эпоху завоеваний Чингисхана и его потомков в Монголии большое влияние имели христиане-несториане. Несторианство исповедовали многие тюркские и монгольские племена.

Толерантное отношение к религии было одним из принципов политики Чингисхана. Понятно, что это было одним из условий, при котором он мог надеяться создать мировую империю. Основным законодательным сборником, которым руководствовались преемники Чингисхана была его «Книга запретов» или «Ясса», в которой предписывалось уважительное отношение ко всем религиям.

Церковь и духовенство пострадали в Батыево нашествие точно так же, как и весь русский народ. Храмы и монастыри были разграблены и преданы огню. Множество священнослужителей перебито. Погиб или, как полагают, бежал в Грецию и митрополит грек Иосиф. Однако, как только монголы ушли, утвердив зависимость Руси от Золотой Орды, так сразу же утвердилось в русских землях основанное на Яссе Чингисхана покровительственное отношение монголов к Русской Церкви. Она осталась фактически единственным свободным установлением на покоренной Руси. Когда в 1246 г. по приказу ханов Гуюка и Батыя была произведена перепись населения с целью обложения его данью, все духовенство было освобождено от любых выплат монголам. Отношение к священнослужителям у монголов помимо идеологически обусловленной терпимости в то же время имело и некоторый оттенок суеверия. Православные священники воспринимались язычниками-монголами отчасти, как и свои собственные шаманы, которых, как считалось, лучше не обижать. Церковь была освобождена от выплаты дани, а церковный суд остался неприкосновенным. Это стало одной из причин значительного роста церковного землевладения – чем более земель переходило в собственность Церкви, тем большее число людей освобождалось от уплаты дани Орде. Отношение монголов к Православной Церкви не изменилось и после того, как брат и третий по счету преемник Батыя – Берке – принял ислам.

При том же Берке, в 1262 г., в столице Орды – Сарае – была учреждена православная епископская кафедра. Возможно, что именно хан по соображениям престижа решил открыть у себя в Орде эту Сарайскую епископию. Эта епархия в самом центре Золотой Орды должна была духовно окормлять русских пленных, рабов, прибывавших в Орду князей. Вероятно, выполняла она и некоторую дипломатическую функцию в отношениях между Ордой, Русью и Византией.

Хан Менгу-Тимур (1266-1281 г.г.) положил начало еще одной традиции в отношениях между Ордой и Русской Церковью. Он впервые выдал первому после Батыева нашествия митрополиту Киевскому и всея Руси Кириллу II ярлык на управление Русской Церковью, подобно тому, как это делалось в отношении русских князей. Поскольку с самого начала монголы не посягали на права православного духовенства, появление ярлыков было мерой не учредительной, а охранительной, дабы избавить духовенство от посягательств ханских чиновников, злоупотреблявших своими полномочиями. Во всяком случае, характер ярлыков митрополичьих заметно отличался от характера княжеских ярлыков: монголы в дела управления Русской Церковью никогда не вмешивались. Ярлыки вменяли в обязанность русскому духовенству молиться за хана и его семью, запрещали хулить веру и святотатствовать.

В этот период сильно меняется значение различных областей Руси. Киев в своем политическом значении пал окончательно. Образуются новые центры. В результате сложных отношений в самой Орде и русских княжествах уже в XIV в. начинается постепенное объединение русских земель, намечается политический союз центральных русских княжеств во главе с Москвой. Татары, однако, стараются посеять вражду между Москвой и Тверью, Москвой и Рязанью, Москвой и Литвой. Русская Церковь в процессе централизации русских земель постоянно выступает как решающая объединительная сила. Благодаря ей было сохранено сознание единства русского народа, и стало возможным восстановление всех сторон его жизни.

Подъем на Руси оказался возможным и потому, что в самой Орде к исходу XIV в. наметилось ослабление. Уже в XVI в., после распада Орды, когда Московский государь упрекал Крымского хана в постоянных набегах, тот отвечал, что не может запретить своим людям грабить русских, так как иначе татарам нечем будет жить. То есть грабеж постепенно стал способом существования, особенностью национального менталитета. Естественно, что такой народ не только не мог развиваться, но даже удерживаться на прежнем уровне.

Несмотря на терпимое в целом отношение татар к Православной Церкви, эпоха монголо-татарского ига (особенно начальный ее период) характеризуется большим числом мучеников за веру. В период, последовавший за утверждением господства монголов на Руси, мучениками были, в основном, князья. Среди духовенства в это время почти не встречается жертв монголо-татар, так как к Церкви они стали относиться лояльно. Но князья в это время очень часто оказываются именно мучениками за веру. Конечно, их гибель очень часто была обусловлена и политическими причинами. Но при этом, желая погубить неугодного князя, ему, как правило, предлагали сделать выбор: жизнь ценой измены Православию или мученическая смерть за веру.

В этот период миссионерская деятельность Русской Церкви была направлена на монголо-татар. Обращение в Православие шло не только через браки, заключаемые княжескими и боярскими семьями со знатными монгольскими родами и даже родственниками хана, но и через прямые обращения. Одним из самых ярких примеров такого рода является судьба Петра, царевича Ордынского, причисленного Русской Церковью к лику святых. Он был племянником хана Берке, т.е. принадлежал к самой верхушке татарской знати. Он крестился, переехал в Ростов, основал здесь Петропавловский монастырь, где перед смертью принял постриг и стяжал к исходу жизни святость.

Для начала «Монгольского» периода русской истории характерно, в первую очередь, то, что государственное начало в жизни страны очень сильно ослабевает. Но русский народ, несмотря на все недостатки Киевского периода и последовавшее за Батыевым нашествием страшное духовное одичание, – это уже народ православный. Именно поэтому недостаток государственности компенсируется за счет возрастания значения Церкви в жизни общества. Именно Русская Церковь является ведущей консолидирующей силой, которая препятствует полному развалу разоренной страны.

В домонгольскую пору мы видим очень мало выдающихся митрополитов Киевских. И напротив, мы встречаем таких великих князей-государственников, как Ярослав Мудрый, Владимир Мономах, св. Мстислав Великий, св. Андрей Боголюбский, Всеволод Большое Гнездо. В XIII-XIV в.в. картина меняется. Это, наоборот, время великих святителей Русской Церкви: Кирилла II, Максима, Петра, Феогноста и Алексия. Среди предстоятелей Русской Церкви мы уже гораздо чаще встречаем русских по происхождению, которые занимают митрополичью кафедру в законном порядке, в отличие от прецедентов с Иларионом и Климентом Смолятичем. И даже митрополиты-греки этого времени мало похожи на отстраненных и безвыездно пребывавших в Киеве первосвятителей прежней поры, как правило, даже не знавших русского языка. Владыки-греки Максим и Феогност ведут себя не менее ревностно и патриотично, чем русские Кирилл или Петр.

Именно Церкви в первую очередь обязана Русь тем, что к XV веку она смогла, несмотря на потерю западных земель, вновь консолидироваться и сбросить ордынское иго. Русские митрополиты, проявлявшие, сменяя друг друга, поразительное единодушие и преемственность, заложили основы той политической линии, которую впоследствии восприняли и развили Московские великие князья.

Вопросы для самостоятельного повторения материала.

1. В каких фактах проявлялось веротерпимое отношение монголо-татар к Русской Церкви, что было причиной такого отношения?

2. Какую политическую роль играла Русская Церковь в период феодальной раздробленности Киевской Руси? Какое историческое значение имела эта её деятельность?

3. В чем состояла особенность наиболее значимых сторон жизни Русской Церкви в период монгольского ига (святые подвижники этого периода, миссионерская деятельность и обоснование новых епархий).

САРА́ЙСКАЯ ЕПА́РХИЯ

САРА́ЙСКАЯ ЕПА́РХИЯ (Сар­ская епар­хия), епар­хия РПЦ в 1261–1785, уч­ре­ж­дён­ная митр. Ки­ев­ским Ки­рил­лом II в сто­ли­це Зо­ло­той Ор­ды – Са­рай-Ба­ту для окорм­ле­ния пра­во­слав­ных жи­те­лей, в т. ч. рус. плен­ных и при­няв­ших пра­во­сла­вие мон­го­лов. Пер­вым епи­ско­пом был Мит­ро­фан. Са­рай­ские епи­ско­пы во 2-й пол. 13 в. ис­пол­ня­ли ди­пло­матич. по­ру­че­ния ха­нов и рус. ми­тро­политов в Кон­стан­ти­но­по­ле. С 1269 С. е. управ­лял еп. Фео­гност, пра­вив­ший и в со­сед­ней Пе­ре­яс­лав­ской епар­хии. На­зва­ние епар­хии с 1291 «Са­рай­ская и По­дон­ская» (с сер. 15 в. «Сар­ская и По­дон­ская») ука­зы­ва­ло на её гра­ни­цу по р. Дон. В сер. 14 в. зем­ли С. е. ме­ж­ду До­ном и р. Хо­пёр пе­ре­шли в со­став Ря­зан­ской епар­хии. При­ня­тие ис­ла­ма ха­ном Уз­бе­ком в нач. 14 в. ос­лож­ни­ло по­ло­же­ние хри­сти­ан и по­бу­ди­ло мн. та­тар – языч­ни­ков и хри­сти­ан-не­сто­ри­ан­цев – пе­рей­ти на служ­бу к рус. князь­ям, но С. е. со­хра­ни­ла ра­нее су­ще­ст­во­вав­шее для всей РПЦ ос­во­бо­ж­де­ние от на­ло­гов. В 15 в. из Ор­ды вы­де­ли­лось неск. ханств, сто­ли­ца при­шла в упа­док, ре­зи­ден­ция са­рай­ских епи­ско­пов пе­ре­мес­ти­лась на Кру­тиц­кое под­во­рье на ок­раи­не Мо­ск­вы. Не­офи­ци­аль­но на­зы­вав­шие­ся «кру­тиц­ки­ми» ар­хие­реи ста­ли по­мощ­ни­ка­ми глав РПЦ в управ­ле­нии ми­тро­по­личь­ей (пат­ри­ар­шей) об­ла­стью, Сто­гла­вый со­бор (1551) за­кре­пил за ни­ми за­ме­ще­ние Мо­с­ков­ской ка­фед­ры на вре­мя её вдов­ст­ва (ва­кан­сии). В 1589 С. е. (Кру­тиц­кая) воз­ве­де­на в ранг ми­тро­по­лии. С 1764 ар­хие­реи С. е. но­си­ли ти­тул «Кру­тиц­кий и Мо­жай­ский». По­след­ним её гла­вой был митр. Ам­вро­сий (По­до­бе­дов). В кон. 18 в. С. е. – од­на из са­мых боль­ших епар­хий РПЦ (бо­лее 900 при­хо­дов), раз­де­ля­лась на неск. епар­хий.

Отношения Золотой Орды и Православной церкви

орда хан татарский иго монгольский

В истории российского государства трудно найти другие такие же сложные сюжеты, как отношения Золотой Орды и Православной церкви; этот вопрос все еще требует специального изучения. Необходимо обратить внимание на ряд важных факторов, объясняющих парадоксальную, с нынешней точки зрения, ситуацию, когда церковь добивалась огромных уступок со стороны нехристианских властей, с одной стороны, и когда эта власть так легко находила общий язык с иерархами церкви в условиях завоевания русских земель — с другой. Русское православие: вехи истории // Науч. ред. А.И. Клибанов. — М.: Политиздат, 1989.

В конце XV в. Великое княжество Московское вовлекло в свою орбиту ордынские владения на Руси и подтвердило свой статус великой православной державы. Но до этого два с лишним века эти земли признавали власть ордынских ханов, и тысячи российских мечетей и церквей напоминают сегодня о былых рубежах великой евразийской империи.

XII век стал периодом небывалого расцвета для католической Европы и временем глубокого кризиса для Руси. В Православной церкви шла борьба за пост митрополита, Москва подвергалась беспрестанным набегам и разграблениям. В эти годы княжеских междоусобиц князья сами приводили кочевников на Русь. Так, Тохтамыш сумел взять Москву в 1382 году только после того, как четверо князей-рюриковичей, бывших в монгольском войске, целовали крест москвичам, что горожан ожидает только уплата дани. Поспеловский Д.В. Православная Церковь в истории Руси, России и СССР. — М.: Библейско-богословский институт святого апостола Андрея, 2006.

Киевские митрополиты оставались главами духовенства всей Руси и поставлялись на престол константинопольским патриархом, но уже в дни раскола XII века правитель Северо-Восточной Руси князь Андрей Боголюбский добивался создания собственной митрополии. Монгольская же политика в отношении всех религий строилась на основе Ясы, которую не смел, нарушать ни один чингисид вплоть до ликвидации Крымского ханства в 1783 году. Монголы не вмешивались в вопросы церковной иерархии и суда и не облагали духовенство налогами. Поэтому в XIV веке в руках церкви оказалась треть всех обрабатываемых земель Северо-Восточной Руси. Именно монгольская эпоха дала Московской Руси большинство ее наиболее знаменитых монастырей. Символично, что Чудов монастырь (уничтоженный советским режимом) был построен на территории двора ордынских послов в Москве как жест доброй воли хана.

Монголы с уважением относились к представителям духовенства, часто щадили их даже во время штурма городов. Так было, например, в Суздале. В Чернигове захваченный в плен епископ Порфирий был отпущен на свободу. Вспоминая монгольский поход на Русь, нельзя не сравнить его с бойней в Константинополе, которую устроили в 1204 году католики-крестоносцы. А позднее папы Гонорий III и Григорий IX объявляли Руси блокаду, запретив католическим государствам торговать с русскими городами. В эти годы булгары бесплатно снабжали зерном голодающие русские города Поволжья.

Только в городах Киевской и Владимирской Руси, бывших под властью монголов, сохранились православные церкви и монастыри времен Киевской Руси. Для сравнения: на Западной Украине уже в начале 1990-х годов греко-католики уничтожили практически все приходы Православной церкви.

В последний раз воспоминание о роли татар как защитников православия проявилось уже в «первые дни Октября». Благодаря телеграмме лидера татарского военного совета подпоручика Ильяса Алкина патриархии удалось отбить первую из попыток большевиков по захвату православных святынь Москвы.

При описании модели взаимоотношений Православной церкви и Золотой Орды нельзя не вспомнить об Александре Невском. Оценки личности и деятельности этого человека полны разнообразных крайностей. Редко упоминают, что Александр Невский был названым сыном Бату-хана, прежде чем стал православным святым. Поневоле возникает простой вопрос: за что Русская православная церковь причислила Александра Невского к лику святых? Формально он всегда выступал на стороне монголов против христиан: отверг предложения Папы Римского, с армией монголов напал на брата Андрея. Как свидетельствует летописец, в 1257 году Александр расправился с новгородцами, стремившимися уничтожить ордынских налоговых чиновников-переписчиков, с беспощадной жестокостью. Он «вынимал очи», говоря при этом, что людям, которые не видят очевидного, глаза не нужны. Каргалов В.В. Монголо-татарское нашествие на Русь. — М., 1996

Александр отверг предложение Папы Иннокентия перейти в католическую веру, отверг союз с Римом, а Даниил Галицкий согласился и получил титул «Русского короля». В 1249 году он начал переговоры о союзе с католической церковью и принял от папского легата (посланца) корону. Как писал виднейший историк Русской православной церкви А. Карташов, Даниил «не угадал преимущества решительной ориентации на татар и против латинского Запада князей и земель северо-восточных». Вероятно, эти уступки переполнили терпение православного населения. После семилетнего отсутствия главы церкви на престол митрополита взошел Кирилл. Он прославился поддержкой объединительной политики Александра Невского. Последующие митрополиты жили в Москве, всегда выступали миротворцами и уговаривали князей признать власть утвержденных ханов, даже налагая отлучение на княжество в случае неповиновения удельного князя, как было с Нижним Новгородом в 1365 году.

Митрополит Александр и Александр Невский объединились в защите православия. Многолетнее сотрудничество с ордынской администрацией принесло плоды. В 1261 году Александр вместе с мусульманином ханом Берке открыл в Сарае, столице Орды, новую православную кафедру, названную Сарской. Сын великого ученого и патриота Владимира Вернадского историк Георгий Вернадский писал: «Два подвига Александра Невского — подвиг брани на Западе и подвиг смирения на Востоке — имели единственную цель: сбережение православия как источника нравственной и политической силы русского народа». Именно за это спасение Русского государства и православной веры Александр Невский и был причислен церковью к лику святых.

Для более полного воссоздания картины по изучаемому нами вопросу следует знать и вот о чем. Сама Русь на протяжении нескольких столетий после официального принятия христианства представляла собой общество христианско-языческого двоеверия; «религиозно-мировоззренческий синкретизм утвердился в древнерусском обществе «сверху донизу», охватывая практически все социальные слои… Среди широких масс народа… число исповедовавших веру предков сокращалось медленно, а временами даже резко возрастало. Подчиняясь давлению церковных и светских властей, низы (а отчасти и верхи) общества выполняли введенные обряды и предписания большей частью формально. В последнюю очередь происходили перемены в сознании». Введение христианства на Руси. — М., 1987, С. 266-267

Ярким доказательством двоеверия служат археологические находки — лунарные и круго-крестовые солярные символы, амулеты и обереги, змеевики, широко распространенные среди славян еще и в XII—XIII и даже XIV вв., т.е. и через триста-четыреста лет после крещения Руси. Нельзя не обратить внимание на совпадение в датировке: языческая символика, судя по данным археологии, выходит из обихода, вытесняемая христианской, в XIII—XIV вв. Очевидно, не является случайным то, что именно нахождение Руси в составе Золотой Орды качественно изменило облик русского православия, дав толчок подлинной христианизации народа.

Обратим внимание на две важные детали в вопросе религиозной стороны взаимоотношений Москвы и Золотой Орды, Учреждение столичной Сарской епархии произошло при хане Берке — первом хане-мусульманине Золотой Орды. И далее: в столь консервативном явлении, как церковная иерархия, мы до сих пор видим следы значимости Сарая — до сего дня одним из ведущих лиц в Русской православной церкви является митрополит Крутицкий и Коломенский (во второй половине XV века Саранская, или Сарская, кафедра, возглавляемая митрополитом Сарским и Подонским, была перенесена на Крутицкое подворье в Москве).Русское православие: вехи истории // Науч. ред. А.И. Клибанов. — М.: Политиздат, 1989.

Отношение к Православной церкви со стороны Сарая определялось фактором веротерпимости. Ордынские ханы проводили политику религиозной толерантности; главным для ханов было не вероисповедание своих подданных, а их лояльность власти, личная преданность хану, вера в святость «дома Чингисхана». Батый «не придерживался ни одной из религий и сект»; после него в борьбе за власть столкнулись две политические группировки, одна из которых ориентировалась на единую Монгольскую империю (шаманисты и христиане-несториане во главе с сыном Батыя Сартаком), а вторая мечтала о создании независимого от Каракорума государства (мусульмане во главе с Берке). Несмотря на то, что после Берке к власти пришли несториане и язычники, процесс усиления мусульман был неостановим, и к началу XIV века они смогли поставить на престол свою креатуру — хана Узбека (1312— 1342 гг.). Придя к власти, он «умертвил большое количество уйгуров — лам и волшебников и провозгласил исповедание ислама».

Принятие ислама как государственной религии Золотой Орды не только не изменило, но и упрочило права Православной церкви; как замечает один из ведущих российских исламоведов А.В. Малашенко, «никаких попыток исламизировать Русь не предпринималось». Более того, по замечанию востоковеда Р.Г. Ланды, «усиление ислама в Орде сопровождалось укреплением православия на Руси». Почему же? Приняв ислам, ордынские лидеры закрепили ту толерантность, которая была свойственна их предкам, тем более что Священный Коран особо выделял христиан в качестве «людей Писания», да еще как «наиболее близких по духу» к мусульманам. Поспеловский Д.В. Православная Церковь в истории Руси, России и СССР. — М.: Библейско-богословский институт святого апостола Андрея, 2006.

Права христиан и Православной церкви особо оговаривались различными указами ханов. Согласно этим ярлыкам, за оскорбление христианский церкви и веры, уничтожение церковного имущества полагалась смертная казнь. В момент одного из острых политических кризисов, охвативших «пост-ордынскую» Русь, руководство церкви даже «вспомнило» о «справедливости» татар: во время бесчинств Ивана Грозного митрополит Филипп, будучи искренне верующим человеком, осмелился во всеуслышание критиковать царя такими словами: «До каких пор будешь ты проливать без вины кровь верных людей и христиан? Татары и язычники и весь свет может сказать, что у всех пародов есть законы и право, только в России их нет».

В 1313 году хан Узбек дал ярлык митрополиту Петру. Хан признавал возможность различного понимания Божьего промысла; «Да не вступаются в церковное и Митрополиче никто же, занеже то Божие все суть; а кто вступится, а наш ярлык и наше слово преслушает, тот есть Богу повинен, и гнев на себя от него приимет, а от нас казнь ему будет смертная». Хан утверждал ответственность митрополита только перед Богом, а не перед государством. Подтверждая былые привилегии, обозначенные в Яcе, хан говорил только об одной обязанности духовенства: «Да правым сердцем и правою мыслию молит Бога за нас, и за наши жены, и за наши дети, и за наши племя»-. При этом даже не выполнившие данные условия должны были держать ответ только перед Богом: «А Попы, и Дьяконы… кто учнет не правым сердцем о нас молитися Богу, то грех на нем будет». Так, в лице ханов, в ставках которых они проводили много времени, митрополиты видели пример царской власти.

Идеологема «смирения», господствовавшая на Руси после монгольского нашествия, легко объяснима с точки зрения господствовавшего тогда мировоззрения: сакрализация власти, незыблемость установленной Богом наследной линии носителей власти в лице чингисидов. Ну и, конечно, церковь довольно скоро поняла всю выгоду своего особого положения в глазах ордынского престола, что и сказалось на ее политической позиции. После разгрома Золотой Орды Тамерланом в 1395 году начался кризис в отношениях Орды и Руси. Но прошло еще 85 лет до тех пор, пока московские князья отвергли власть хана Большой Орды. Российская история начала переписываться, и места «щедрых и милостливых царей» заняли «поганые враги христианской веры»… Но жизнь Александра Невского навсегда останется истинным примером разумных и взаимовыгодных отношений Руси и Орды. Каргалов В.В. Монголо-татарское нашествие на Русь. — М., 1996

Как пишет заместитель председателя ДУМЕР востоковед Ф. Асадуллин, «вплоть до завоевания Казани… бытовало устойчивое мнение, что «государство Русское от их границ на север и запад, до города Москвы, не выключая и самой Москвы» находилось в руках исламизированной татарской элиты… Социальная престижность всего ордынского, в том числе и связанного с исламом, в «Татарской Московии» (так именовали иногда Московскую Русь из-за сильных позиций мурз и беков) имела едва ли не абсолютный характер». Так, многие термины русского языка, обозначающие характерную для того времени одежду или ткани, происходят из тюркских, а также персидского и арабского языков; например «бархат», «кафтан», «кушак». Наглядным примером восточного влияния в этой области является распространение традиционного головного убора татар — тюбетейки (тафьи), ставшее к середине XVI века среди москвичей массовым. Тафья царевича Дмитрия Ивановича и сегодня доступна для обозрения — в Благовещенском соборе Кремля. Один из конфликтов митрополита Филиппа с царем Иваном Грозным возник из-за того, что какой-то опричник вошел в церковь в тюбетейке. Несмотря на противодействие церкви, мода распространялась все сильнее: к концу века все бояре под меховыми шапками носили тюбетейки.

Свой собственный политический проект — «Третий Рим» — церковь осторожно начинает «раскручивать» только с ослаблением центральной власти в Золотой Орде. Однако окончательное закрепление особого, надгосударственного статуса церкви, в результате чего произошло становление даже не государственной церкви, а церковного государства, произошло много позже — с приходом к власти Романовых.

Сарайская (Сарская) епархия

В 1261 году, во время правления в Золотой Орде хана Берке, учреждается православная епископская кафедра в тогдашней столице Золотой Орды городе Сарай-Бату. Первым епископом Сарайским стал Митрофан. Интересен его титул: «Переяславский и Сарайский». Южнорусский город Переяслав был разорен ханом Бату в 1240 году. Епископская кафедра в Переяславе надолго (до 1700 года) прекращает свое существование. Между тем, как полагают некоторые историки, в юрисдикцию Переяславских епископов в древности входили и православные, обитающие в Половецких степях. Таким образом, учреждение Сарайской епархии мыслилось как восстановление древней Переяславской. Большинство историков считают инициаторами создания православной архиерейской кафедры в Сарае митрополита Киевского Кирилла III (ок. 1246-1281) или св. благоверного великого князя Александра Невского. Иного мнения придерживается Евгений Евсигнеевич Голубинский. Он считает маловероятным, чтобы просьба об открытии епархии исходила от митрополита Кирилла. «Подобная просьба, — считает историк, — была бы со стороны митрополита таким притязанием, заявлять которое он не мог отважиться». Голубинский полагал, что инициатива открытия епархии принадлежала самому хану Берке. Советский историк А.Н. Насонов развивает взгляд Е.Е. Голубинского на причины открытия Сарайской епархии. Он уделяет особое внимание тому значению, какое ханская власть придавала епископу Сарайскому как дипломатическому посреднику во взаимоотношениях Золотой Орды и Византии. Такого же мнения придерживается и ряд советских историков.

Епископ Митрофан ушел на покой в 1269 году, приняв великую схиму. Его преемником стал епископ Феогност. Епископ Феогност был деятельным иерархом. В своей архиерейской практике он столкнулся с рядом канонических проблем. Он обратился с вопросами к Константинопольскому Патриарху Иоанну. Ответ на эти вопросы дал состоявшийся в 1276 году Константинопольский архиерейский Собор. На этом Соборе присутствовал и сам епископ Феогност Сарайский. Некоторые вопросы очень примечательны.


«Можно ли освятив трапезу (то есть св. престол), переносить с места на место и литургисать?».

Ответ: «Подобает, ибо это по нужде, — преходящие люди не имеют для себя покойного места. Только надобно охранять ее со всею осторожностью и страхом, поставлять ее на чистом месте и потом служить».

«Должно ли носить в путь Тело Христово?»

Ответ: «Прилично и благоговейно».

Из этих вопросов видно, что духовенство Сарайской епархии было, порой, вынуждено вести кочевую жизнь и окормлять свою паству в условиях кочевий.

«Должны ли служить литургию с сухим виноградом или нет?»

Ответ: «Если где, в какой-либо земле совсем не будет вина, пусть выжмут свежую виноградную кисть, но не сухую».

Возможно, этот вопрос связан с распространением на территории Золотой Орды ислама. Как известно, мусульманская религия воспрещает производство и употребление вина, что, порой, создавало для христиан в местах господства ислама проблему получения вина для таинства Евхаристии.

«Если обращаются татары и хотят креститься, а не будет большого сосуда, не встретится ни реки, ни озера, где бы можно погрузить, как поступить?» — спрашивал епископ Феогност.

Ответ: «Пусть обливают его трижды, произнося: Во имя Отца и Сына и Святого Духа».

Обратившихся в православие из несторианства и яковитства Собор предписывал принимать через таинство миропомазания, при условии отречения от ересей. Несторианство было с давних пор распространено среди уйгуров, бывших непосредственными соседями монголов к западу от их коренных владений. Несторианином был сын и преемник Батыя Сартак.

Из летописей известно о троекратном посещении епископом Сарайским Феогностом Константинополя. По крайней мере, последняя поездка была связана с выполнением дипломатических поручений хана и митрополита Кирилла. «В лето 6787 (1279), — повествует летописец, — … прииде Феогност епископ Сарайский в третии (то есть, в третий раз) из Гречиския земли из Царяграда; посылал убо его преосвященный Кирил митрополит Киевский и всея Руси, и царь Ордынский Менгу-Темир к патриарху и к царю Михаилу Палеологу Греческому от преосвященного Кирила митрополита грамоты и от царя Менгу-Темира грамоты, и поминки от обою».

В 1296 году Сарайский епископ Исмаил участвовал в качестве одного из ханских представителей в княжеском съезде во Владимире. Этот съезд был созван для примирения враждующих русских князей. Согласно летописному повествованию: «Сташа с единой стороны князь Андрей Александрович, Феодор Ростиславич и князь Константин Ростовский, а против их сташа князь Данила Александрович, приде с Москвы Михайло Ярославич Тверской, и был сей съезд во Владимире, где не мало воспоследовало (бы) кровопролитий, когда б не смирил их Симеон владыка да владыка Сарайский Измаил». В 1312 году, согласно летописным известиям, епископ Исмаил был лишен сана по приговору митрополита святителя Петра. Причина этого неизвестна. Евгений Евсигнеевич Голубинский считает возможной политическую причину этого шага святителя Петра: «Так как епископ Сарайский занимал такое положение, что мог играть очень важную политическую роль, направляя благоволение ханского двора в ту или иную сторону, то могло быть, что епископа постигла казнь (т.е. наказание) церковная за вину не церковную. Но если мы примем, что епископ был лишен сана за прямую виновность по должности, то мы должны будем видеть в святом Петре митрополита очень строгого».

Из последующих Сарайских епископов следует отметить Иоанна, поставленного во епископы в 1356 году святителем Алексием. Ему был дан ханшей Тайдулой ярлык для ограждения духовенства Сарайской епархии от обид и притеснений со стороны ханских чиновников.

Епископ Сарайский Матфий (иногда называемый, видимо ошибочно, Матфеем) был поставлен на кафедру не позже 1365 года. Он считается автором дошедшего до нашего времени поучения пастве. О его святительском служении ничего не известно. Не известно и то, был ли в Орде на кафедре русский архиерей в год Куликовской битвы. Сараем-Берке в 1380 году владел уже Тохтамыш.

Епископ Савва был посвящен в епископы на Сарайскую кафедру в 1383 году. Перед своим отъездом в Орду он участвовал в епископской хиротонии святителя Стефана Великопермского. Епископу Савве пришлось налаживать отношения с ханом Тохтамышем, за год до этого разорившим Москву. В 1389 году епископ Савва участвовал в хиротонии архиепископа Иоанна Новгородского и в том же году присутствовал на отпевании и погребении благоверного и великого князя Димитрия Иоанновича Донского. Скончался епископ Савва в 1403 году.

Епископ Сарайский Иов известен тем, что принимал участие в собранном великим князем Василием II Соборе, отвергнувшем Флорентийскую унию и низложившем митрополита Исидора.

В 1454 году епископом Сарайским стал Вассиан, при котором кафедра была перенесена на Крутицы.

В источниках упоминается и иное наименование Сарайских епископов – Сарские. После решения затяжного пограничного спора между Сарайским и Рязанским архиереями епископы Сарайские начинают именоваться «Сарайскими и Подонскими». Этот титул подразумевал то, что в епархию Сарайскую входят земли по Дону, где возможно уже в то время стали появляться поселения донских казаков. Изредко в источниках встречается титул Сарайских епископов «Сарские и Подрельские». Подрельем, возможно, называлось междуречье Волги и Дона. Лев Николаевич Гумилев прочитывал этот титул как «Сарский и Подольский», что не имеет под собой оснований.

Паства Сарайских епископов была не малой. Ими окормлялось русское население Орды, состоящее из захваченных на Руси пленников и их потомков. Была паства, так сказать, и временная. Это посещавшие Орду русские князья, бояре, купцы. Многие пасомые нуждались перед лицом опасности в духовном укреплении. «Сарайскому пастырю, — отмечает видный русский церковный историк архиепископ Филарет (Гумилевский), — прежде всего надлежало быть наставником и утешителем скорбных детей страждущей церкви русской». Однако среди паствы Сарайских епископов были не только русские. Известно, что были обращенные и среди татарского населения. Как видно из вопросов епископа Феогноста, были обращенные в православие из несториан и яковитов.

Из обратившихся в православие в золотоордынскую эпоху татар наиболее известен святой Петр, царевич Ордынский. Согласно его житию, святой был родственником хана Берке. Увлеченный христианством, он прибыл на Русь вместе с Ростовским епископом Кириллом, возвращавшимся из Орды. Через некоторое время татарский царевич крестился в Ростове с именем Петр, а затем вступил в брак с дочерью одного ордынского вельможи, жившего в Ростове. Святой Петр основал храм и монастырь во имя святых апостолов Петра и Павла на озере Неро. Скончался он, согласно его житию, в глубокой старости, приняв монашеский постриг. Известны и другие знатные ордынцы, принимавшие крещение. Крестившийся князь Беклемиш стал родоначальником князей Мещерских. Мурза Чет – родоначальником Сабуровых и Годуновых. Некий царевич Берка является родоначальником Аничковых и т.д. Едва ли не большинство старых дворянских родов в России имеют своими основателями крестившихся татар. Известно также, что дед преподобного Пафнутия Боровского был татарским баскаком. В Великом Устюге почитаются как местночтимые святые праведные Иоанн и супруга его Мария. Они жили во второй половине XIII века. Иоанн был татарским баскаком. Он принял святое крещение и проводил благочестивую жизнь. Святой праведный Иоанн построил в Великом Устюге Вознесенскую церковь. Несомненно, что существование православных храмов и епархии в Золотой Орде способствовало ознакомлению ордынского населения с христианством.

Известны случаи брачных союзов русских князей с представительницами ханского рода и знатных золотоордынских семейств. Первым женился в Орде князь Глеб Василькович Белозерский, сын погибшего в 1238 году во время нашествия Батыя святого князя Василька Ростовского. Разумеется, его невеста-татарка приняла крещение. Московский князь Юрий Данилович был женат на сестре хана Узбека Кончаке, в святом крещении названной Агафьей. Святой благоверный князь Феодор Смоленский и Ярославский был женат на дочери султана Менгу-Темура, крещенной с именем Анна.

Вскоре после похода Батыя в Европу в дипломатическую миссию в Монгольскую империю отправляется Плано Карпини. Он прибыл в Карокорум, где передал хану Гуюку предложение принять католичество. Однако хан не заинтересовался этим предложением. В ответном письме папе Иннокентию IV он требовал полного подчинения всего Запада монголам. Однако во второй половине XIV века отношения между Золотоордынскими ханами и католической церковью налаживаются. Посредниками в этом были генуэзцы и венецианцы, которым ханы позволили иметь свои колонии в Крыму. Согласно западным источникам в Золотой Орде в XIV веке существовала католическая епархия, были францисканские монастыри. Наибольшую интенсивность контакты Золотой Орды с католическим Западом приобретают, вероятно, во время правления темника Мамая. В походе Мамая против Москвы в 1380 году принимала участие «фряжская» пехота, то есть наемники из итальянских колоний в Крыму. Конец католическому влиянию в Золотой Орде положил ее разгром в результате нашествия Тамерлана. Представляется вероятным, что епископы Сарайские прилагали усилия для ослабления католического влияния в Орде.

Ухудшение отношений между Ордой и Великим княжеством Московским при Иоанне III привело к тому, что Сарайские епископы покинули Орду. В 1454 году епископ Вассиан перенес кафедру на свое московское Крутицкое подворье. Отсюда возник новый титул этих архиереев: «Крутицкие». Вплоть до XVIII века Крутицкие архиереи именовались и Сарскими. Любопытно, что на территории Крутицкого подворья существовали топографические наименования, связанные с Сарской епархией. Это речка Сара и ручей Подон. Ныне о древней Сарской епархии напоминает название Саринского проезда, получившего название от речки Сары.

В целом, можно сказать, что об истории Сарайской епархии и деятельности ее предстоятелей нам известно очень мало. Скудные сведения о православии в Золотой Орде, почерпнутые из письменных источников, дополняются археологическими находками. При раскопках Золотоордынских городов найдено достаточно много предметов религиозного назначения, явно принадлежащих православным людям. Это кресты, иконки, различные предметы церковной утвари. Особенно много подобных находок обнаружено при раскопках второй столицы Золотой Орды Сарай-Берке. Раскопки этого города проводил в 40-х годах XIX века археолог А.В. Терещенко. Во время раскопок 1843 года им были обнаружены:

1) медный крест с изображением вверху Господа Саваофа, а под ним Распятия с предстоящими Богоматерью и апостолом Иоанном Богословом.

2) половина епископской рипиды из красной меди.

3) другой медный крест с Распятием.

4) крест из аспидного камня.

5) складной медный крест.

6) обломок камня с изображением креста.

В 1844 году были найдены:

7) верхняя часть от медного церковного подсвечника, обнаруженная на пепелище какого-то большого здания, возможно православного храма.

8) глиняный крест.

9) три медных креста.

10) несколько медноузорчатых блюдечек.

Подобные находки продолжались и в дальнейшем. В 1845 году была найдена верхняя часть епископского жезла, а в 1846 году – обломок рипиды. Находки предметов архиерейского священнослужения показывают, что Терещенко возможно наткнулся на остатки кафедрального храма Сарайского епископа. Проводимые в XX–м веке советскими археологами раскопки золотоордынских городов также позволили обнаружить предметы православного религиозного назначения.

Сартак

Сартак

Сартаг

3-й правитель Улуса Джучи 1255 — 1256 гг.

Предшественник Бату
Преемник Улагчи

Вероисповедание Несторианство
Дата рождения нач. XIII века
Место рождения Сарай-Бату
Дата смерти 1256 год
Место смерти Сарай-Бату

Род Чингизиды

Отец Бату
Мать Боракчин-хатун

Дети сыновья: Туктува, Хукчи, Улагчи

Сарта́к (монг. Сартаг; нач. XIII века — ок. 1256) — третий правитель Улуса Джучи (ок. 1255/1256), старший сын Бату, внука Чингисхана, один из первых известных приверженцев христианства из царского ордынского рода.

Биография

Родился в начале XIII века. В 1252 году Сартак, который уже был соправителем Батыя, организовал вооруженный поход во главе с воеводой Неврюя на Владимир против Великого князя Владимирского Андрея Ярославича. Под Переяславом войско Неврюя разбило рать князя Андрея, Андрей Ярославич был вынужден бежать в Швецию, а Великим владимирским князем был назначен его старший брат Александр Невский.

В 1256 году со смертью отца Сартак стал ханом Золотой Орды. Однако его правление продолжалось недолго. Предположительно он был отравлен по приказу своего дяди Берке. Следующим ханом был назначен его 10-летний сын Улагчи, при котором правила вдова Батыя — Баракчин-хатун, однако вскоре Улагчи также был отравлен, а Баракчин-хатун казнена, после чего ханский престол захватил Берке.

Жизнеописание

Согласно записям многих современников, в частности Папы Иннокентия IV, Сартак исповедовал христианство (по-видимому, несторианство).

В юношеские годы стал кровным побратимом («андой») Александра Ярославича, известного в историографии как Александр Невский.

  1. По Джувейни. Согласно Рашид ад-Дину — сын Бату.
  2. Classic Encyclopedia — Rubruquis
  3. В. В. Бартольд: Мусульманские известия о чингизидах-христианах