Земландская наступательная операция

Разгром группы «Земланд». Штурм Пиллау

Разгром кёнигсбергской группировки создал благоприятные условия для окончательного уничтожения остатков восточно-прусской группировки — группы «Земланд». Войска 3-го Белорусского фронта под командованием А. М. Василевского 13 апреля почти без паузы перешли в наступление против немецких войск, закрепившихся на Земландском полуострове и военно-морской базе Пиллау. 26 апреля порт и крепость Пиллау были захвачены. Уничтожением гитлеровской группировки на Земландском полуострове закончилась Восточно-Прусская операция.

Положение и силы сторон
СССР. Чтобы сразу сломить сильную оборону противника и не затягивать боевые действия, маршал Василевский решил привлечь к операции пять общевойсковых армий. 2-я гвардейская, 5-я, 39-я и 43-я армии были в первом эшелоне, 11-я гвардейская армия — во втором. Для этого произвели перегруппировку сил: фронт, который ранее занимали 2-я гвардейская и 5-я армии, усилили 39-й армией, на южном побережье залива Фришес-Хафф была развернута 43-я армия, в фронтовой резерв вывели 11-ю гвардейскую армию. Войска 3-го Белорусского фронта насчитывали более 111 тыс. человек, более 3 тыс. орудий и минометов, 824 танка и САУ. В результате в начале операции по живой силе советские войска превосходили противника почти вдвое, в артиллерии в 2,5 раза, в танках и САУ почти в 5 раз.
С учетом небольшой протяженности фронта и малочисленности частей и соединений армии получили для наступления узкие полосы. Самой большой была полоса 2-й гвардейской армии — 20 км, но у неё было преимущество, армия Чанчибадзе занимала эти позиции две недели и успела хорошо изучить местность, оборону противника и подготовиться к наступлению. Остальные армии имели полосы наступления по 7-8 км. Главный удар наносили 5-я и 39-я армии с направлением на Фишхаузен, чтобы рассечь вражескую группировку на две части и затем ликвидировать её. 11-я гвардейская армия должна была развить успех двух армий. 2-я гвардейская и 43-я армии поддерживали общее наступление на флангах, наступая вдоль северного и южного побережья Земландского полуострова.
Балтийский флот должен был прикрыть приморские фланги войск 3-го Белорусского фронта; легкими силами и подводными лодками прикрыть морские коммуникации и нести дозорную службу; высадить тактические десанты во вражеском тылу; поддерживать десантные силы огнем артиллерии и пресечь эвакуацию противника морским путем. Авиация флота должна была нанести массированные удары по морским коммуникациям противника и поддерживать десантные силы.
Германия. Западную часть Земландского полуострова обороняли 9-й и 26-й армейские корпуса, имевшие в своём составе 7-8 пехотных и одну танковую дивизии. С учётом боевых групп и других частей силы противника доходили до 10 дивизий. Советским войскам противостояло более 65 тыс. солдат и офицеров, 1200 орудий и минометов, 166 танков и штурмовых орудий.
Кроме того, на Пиллаусском полуострове во втором эшелоне располагался 55-й армейский корпус (три-четыре дивизии и ряд специальных частей), на косе Фрише-Нерунг спешно восстанавливался 6-й армейский корпус из остатков разгромленной хейльсбергской группировки. Все немецкие войска были объединены во 2-ю армию, а с 7 апреля в армию «Восточная Пруссия». Армия была создана на основе штаба и некоторых частей 2-й армии и остатков частей 4-й армии, находившихся на территории Восточной и Западной Пруссии. Командующий 4-й немецкой армии генерал Мюллер был смещен со своего поста и заменен на генерала Дитриха фон Заукена.

Немецкое командование ожидало главный удар на центральном и южном направлениях, поэтому здесь располагались наиболее плотные боевые порядки: 93-я, 58-я, 1-я, 21-я, 561-я и 28-я пехотные и 5-я танковая дивизии, т. е. около 70-80% войск первого эшелона. Немцы имели хорошо развитую оборону с густой сетью траншей, опорных пунктов и узлов сопротивления. Сильные оборонительные рубежи находились на Пилаусском полуострове. Город Пиллау был сильной крепостью.

Первый этап наступления
Утром 13 апреля началась сильная артиллерийская подготовка. Одновременно по позициям противника наносили удары 1-я и 3-я воздушные армии. После часовой артподготовки войска 3-го Белорусского фронта перешли в наступление. Советские армии прорвали оборону противника. Правда, наступление стало развивать не по первоначальному плану.
Во второй половине дня немецкое сопротивление усилилось. Немцы предприняли ряд контратак в стык 5-й и 39-й армий Крылова и Людникова. К концу дня советские войска продвинулись на 3-4 км, взяв в плен около 4 тыс. немцев. На следующий день битва продолжилась с большим ожесточением. Немецкое командование, разгадав замысел командования 3-го Белорусского фронта, усилило оборону на направлении наступления 5-й и 39-й армий. Одновременно, чтобы спасти северную часть группировки, немцы стали быстро отводить войска перед фронтом 2-й гвардейской армии. В результате за три дня боев наши войска на главном направлении продвинулись всего на 9-10 км, а правый фланг 2-й гвардейской армии Чанчибадзе — на 25 км и вышел к побережью.
Большую помощь советским войскам оказал 2-й дивизион бронекатеров Балтийского флота. Балтийские моряки ворвались в залив Фришес-Хафф и в Кёнигсбергский морской канал, нанесли внезапные удары, подавляя вражеские огневые точки, мешающие продвижению сухопутных войск. Морская авиация и группа морской железнодорожной артиллерии, нанесли массированные удары по врагу. 15 и 16 апреля 1945 г. прошла успешная высадка тактических десантов 24-й гвардейской стрелковой дивизии на дамбу Кёнигсбергского канала в районе Пайс-Циммербуде. Десант и огневая поддержка бронекатеров позволили войскам 43-й армии очистить от гитлеровцев опорные пункты Пайс и Циммербуде, дамбу канала. Это создало благоприятные условия для наступления Красной Армии вдоль побережья залива.
Потеря оборонительных рубежей и большие потери вынудили немецкое командование 15 апреля упразднить управление оперативной группы «Земланд» и остатки её войск подчинить командованию армии «Восточной Пруссии». Немецкое командование, стараясь спасти как можно больше войск, предпринимало отчаянные усилия по эвакуации людей. Морской транспорт работал круглосуточно. Были мобилизованы все свободные плавсредства с побережья Балтийского моря, низовьев судоходных рек оставшихся в руках немцев. Суда стянули в Данцигскую бухту. Однако здесь они подвергались массированным ударам советской авиации и несли значительные потери.
Движение 2-й гвардейской армией вдоль побережья Балтийского моря в южном направлении и наступление 39-й и 5-й армий в общем направлении на Фишхаузен заставило немцев стянуть войска в юго-западную часть полуострова и организовать оборону на узком фронте. В ночь на 17 апреля наши войска взяли сильный узел сопротивления противника Фишхаузен. Остатки немецкой земландской группировки (около 20 тыс. солдат) отошли в район Пиллау и закрепились на заранее подготовленной позиции. Наступление советских войск было приостановлено.
Таким образом, за пять дней наступления наши войска очистили Земландский полуостров от войск противника, и вышли к первому рубежу обороны Пилаусского полуострова, фронт которого был равен 2-3 км. Здесь противник имел возможность максимально уплотнить боевые порядки, и обойти его было нельзя. Наступление фронта приостановилось. С одной стороны, наши войска одержали победу, вышли к побережью и освободили территорию. С другой стороны, раздробить и окружить войска противника не удалось. Немецкое командование вывело из под удара северную часть земландской группировки и отвело войска на заранее подготовленные позиции на Пиллаусском полуострове. Немецкие войска сохранили боеспособность, по-прежнему дрались упорно и умело, хотя и понесли серьёзные потери. Сложившееся положение грозило затягиванием операции. Требовался ввод в бой свежих сил.

Разбитая техника немецкой армии на Земландском полуострове

Минометный расчет 11-ой гвардейской армии на огневой позиции на подступах к г.Пилау
Второй этап операции. Штурм Пиллау
Советское командование решило ввести в сражение 11-ю гвардейскую армию Галицкого. 16 апреля Василевский приказал 11-й армии сменить войска 2-й гвардейской армии и 18 апреля начать наступление на Пиллау и косу Фрише-Нерунг. 5-ю, 39-ю и 43-ю армии также вывели в резерв фронта.
Командование 11-й гвардейской армии решило нанести удар по внешним флангам противника, прорвать его оборону и развить наступление вторыми эшелонами корпусов. К концу второго дня, при поддержке морских десантов, планировали взять Пиллау. В ночь на 17 апреля дивизии 16-го и 36-го гвардейских стрелковых корпусов начали выдвижение на исходное положение.
Пиллаусский полуостров имел длину около 15 км и ширину от 2 км у основания до 5 км у южной оконечности. Немецкие войска возвели здесь шесть оборонительных позиций, которые располагались одна от другой в 1-2 км. Здесь были и доты с броневыми колпаками. На северной окраине Пиллау располагалось четыре крепостных форта и морская крепость, на северном берегу косы Фрише-Нерунг — два форта. Выяснив, что противник имеет серьёзную оборону, начало нового наступления перенесли на 20 апреля. 18 апреля советские войска провели разведку боем. 19 апреля разведка продолжалась. Выяснилось, что перед нами стоят части трех-четырех дивизий, которые поддерживают около 60 артиллерийских и минометных батарей, до 50-60 танков и САУ, несколько боевых кораблей с рейда Пиллау и моря.
В 11 час. 20 апреля 1945 г. 11-й гвардейская армия перешла в наступление. Однако, несмотря на сильную артподготовку (600 стволов) и авиационную поддержку (более 1500 самолето-вылетов), сразу сломить оборону противника не вышло. Наши войска продвинулись только на 1 км, захватив 2-3 линии траншей. На второй день операции ситуации не улучшилась. Позиции противника были скрыты лесом, что затрудняло действия артиллерии, а огонь по площадям давал небольшой эффект. Немцы обороняли последний опорный пункт в Восточной Пруссии с особым упорством, переходили в контратаки силами до батальона пехоты при поддержке танков и штурмовых орудий. На второй день погода ухудшилась, что снизило активность нашей авиации. Кроме того, силы немецкой группировки недооценили, посчитав, что после разгрома земландской группировки победа уже обеспечена.
22 апреля на левом фланге армии был введён в бой 8-й гвардейский корпус. На третий день ожесточенных боев немцев потеснили на 3 км. Немецкое командование бросало в бой остатки ранее разбитых дивизий, все имеющиеся под рукой части и подразделения. Узкая линия обороны была до предела насыщена огневыми средствами, что затрудняло продвижение наших войск. На каждые 100 метров в среднем приходилось по 4 пулемета и 200 солдат с автоматическим оружием. Здесь немцы имели железобетонные и бронированные доты, бетонные площадки для тяжелых орудий, в том числе калибра 210 мм. Немецкую оборону приходилось буквально «прогрызать», метр за метром. И чем ближе советские войска приближались к Пиллау, тем больше становилось долговременных сооружений. Все каменные постройки Пиллау и его пригородов, где почти не было деревянных строений, были приспособлены к обороне. Иные крупные строения были настолько хорошо подготовлены к защите, что почти не отличались от крепостных фортов. На нижних этажах устанавливали орудия, позиции противотанковых гранатометов, на верху — пулеметные гнёзда. Крепость имела трехмесячный запас и могла долго держаться в осаде. Немцы постоянно контратаковали, все строения приходилось брать штурмом. Соотношение сил, особенно в плохую погоду, когда авиация бездействовала, было почти равным.
Поэтому бои носили крайне ожесточенный и упорный характер. 22 апреля 1945 года, на подступах к Пиллау, погиб герой штурма Кёнигсберга, храбрый командир 16-го гвардейского стрелкового корпуса генерал-майор Степан Савельевич Гурьев. С. С. Гурьев начал службу красноармейцем в годы Гражданской войны, уже как командир полка участвовал в боях с японскими войсками в районе реки Халхин-Гол. Воевал с начала Великой Отечественной войны. Был командиром 10-й воздушно-десантной бригады, затем командовал 5-м воздушно-десантным корпусом, отличившись в боях под Москвой. Храбро и умело руководил 39-й гвардейской дивизией в битве за Сталинград. Затем командовал 28-м и 16-м гвардейскими корпусами. За умелое руководство войсками и личную храбрость при штурме Кёнигсберга ему было присвоено звание Героя Советского Союза. В 1946 году в Калининградской области город Нойхаузен переименовали в честь погибшего героя в Гурьевск и образовали Гурьевский район.

Памятник на могиле Героя Советского Союза С. С. Гурьева на мемориале 1200 гвардейцам в Калининграде
Надо сказать, что в этой операции чуть не погиб и сам маршал Василевский. Он выехал на наблюдательный пункт армии в Фишхаузен, район которого регулярно обстреливала вражеская артиллерия, и попал под огневой налет. Машина Василевского была разбита и он сам по счастливой случайности уцелел.

Немецкие солдаты в противотанковом рву у Лохштедского леса. Одна из многочисленных линий обороны перед морской крепостью Пиллау

Немецкие солдаты в укрытиях, выкопанных в откосах противотанкового рва у Лохштедского леса

Советские солдаты у форта Восточный в Пиллау
24 апреля наши войска, несмотря на отчаянное сопротивление врага, бросившего в бой наиболее боеспособные части, включая морскую пехоту, поддержанную танками, взяли Нойхозер. Упорный бой за этот опорный пункт, прикрывавший подступы к Пиллау, длился почти сутки. В ночь на 25 апреля наши войска обошли морскую крепость с востока, на правом фланге завязали бой на ближних подступах к Пиллау. 25 апреля советские войска начали штурм Пиллау. Немецкое командование понимало, что крепость обречена, но старалось выиграть время, чтобы эвакуировать как можно больше войск морем или на косу Фрише-Нерунг. Кроме того, упорной обороной Пиллау хотели хоть как-то повлиять на развитие ситуации на берлинском направлении. Сам гарнизон крепости был небольшим, но в город отошло значительное число полевых войск и различных штабов. Гарнизон Пиллау поддерживала крепостная и полевая артиллерия с северной части косы Фрише-Нерунг и артиллерия 8-10 боевых кораблей и морских катеров.

Командарм Галицкий приказал 16-му гвардейскому корпусу взять крепость на юго-западной оконечности полуострова, с ходу форсировать пролив Зеетиф и занять плацдарм на косе Фрише-Нерунг; 36-му корпусу занять юго-восточный район города и также форсировать пролив; 8-му корпусу — освободить восточную гавань и преодолев пролив, захватить опорный пункт Нойтиф (там располагалась немецкая авиабаза).
25 апреля советские войска, имевшие богатый опыт городских боев и особенно штурма Кёнигсберга, очистили окраины и прорвались к центру города. Штурмовые группы брали здания, пробивали в стенах бреши, подрывали особо укрепленные дома и шаг за шагом брали Пиллау. За немцами осталась только прибрежная часть в юго-западном районе города и крепость. 26 апреля взяли и крепость Пиллау. Модернизированная старая крепость, имевшая 1-тыс. гарнизон, не поддавалась среднекалиберной артиллерии. Многометровые кирпичные стены и арочные перекрытия выдерживали попадания снарядов средних и даже крупных калибров. Ворота были заложены кирпичами и бетонными блоками. Форма крепости в виде многолучевой звезды позволяла вести фланкирующий огонь. Сильным артиллерийско-пулеметным огнем из многочисленных амбразур немцы отбрасывали наши войска. Ультиматум о капитуляции гарнизон отверг. Только подтянув десятки орудий тяжелых калибров, танки 213-й бригады и тяжелые САУ с 152-мм орудиями, сосредоточенным огнем вражескую оборону смогли ослабить. Ворота и баррикады были сметены. С наступлением темноты бойцы 1-й гвардейской стрелковой дивизии пошли на решительный штурм. Гвардейцы, завалив 3-метровый ров фашинами, досками и различными подручными средствами, вышли к стенам и стали взбираться на стены по лестницам, ворвались в проломы. Внутри крепости начался ближний бой с применением гранат, толовых шашек и огнеметов. После яростной схватки, уничтожаемый немецкий гарнизон стал сдаваться.



Крепость Пиллау
Завершение операции. Бои на косе Фрише-Нерунг
Уже 25 апреля наши войска с ходу форсировали пролив Зеетиф. Под прикрытием артиллерийского заградительного огня и мощного удара тяжелых бомбардировщиков, а также дымовой завесы первыми пролив форсировали амфибии капитана Гумедова с гвардейцами 2-го батальона 17-го стрелкового полка под командованием капитана Панарина. Гвардейцы стремительным рывком захватили первую траншею противника и выдержали контратаку немецких войск, которые пытались сбросить первый эшелон в воду. Первым высадился взвод пехоты младшего лейтенанта Лазарева. Он захватил плацдарм и стоял насмерть, даже раненые отказывались уходить, продолжая стрелять. Лейтенант Лазарев был ранен два раза уже во время переправы, третье ранение получил в бою с немцами. Однако герой отказался уйти и продолжал вести огонь из пулемета, расчёт которого погиб, уничтожив до 50 немцев. Только когда Лазарев потерял сознание, его унесли. Первые гвардейцы, захватившие плацдарм на косе — Егор Игнатьевич Аристов, Савелий Иванович Бойко, Михаил Иванович Гаврилов, Степан Павлович Дадаев, Николай Николаевич Демин и комсорг батальона младший сержант Василий Александрович Еремушкин были отмечены званием Героя Советского Союза.
За первым эшелоном на лодках, катерах, баржах и прочих плавсредствах двинулся второй эшелон — основные силы 17-го полка во главе с его командиром подполковником А. И. Банкузовым. Ночью части 5-й гвардейской дивизии переправились через пролив и расширили плацдарм. К 11 час. 26 апреля был взят опорный пункт Нойтиф. Также форсировали пролив и захватили плацдармы войска 84-й и 31-й дивизии. Это позволило утром организовать переброску тяжелого вооружения и начать строительство понтонной переправы, которая была готова к утру 27 апреля.
Для ускорения операции на косе было успешно высажено два десанта. Западный отряд во главе с полковником Л. Т. Белым (подразделения 83-й гвардейской дивизии — около 650 бойцов) — со стороны открытого моря и Восточный отряд контр-адмирала Н. Э. Фельдмана (полк 360-й бригады морской пехоты и сводный стрелковый полк 43-й армии) — со стороны залива Фришес-Хафф. Западный десантный отряд высадился в районе юго-западнее Лемберга (3 км южнее пролива Зеетиф). Восточный отряд высадился в районе мыса Каддих-Хакен двумя эшелонами.
Используя нескольких быстроходных барж, на вооружении которых были 88-мм орудия, противник попытался сорвать советскую десантную операцию. Немцы смогли повредить два катера-тральщика. Но нападение наших бронекатеров вынудило их отступить. Атаку нашего десанта не ожидали, и десантники быстро захватили плацдарм. Однако затем значительно превосходящие силы противника атаковали гвардейцев, и им пришлось вести тяжелый бой. Гвардейцы Белого в первой половине дня отразили 8-10 атак немецких войск. Только после высадки первого эшелона Восточного отряда и подхода войск 5-й и 31-й гвардейской дивизии десантникам стало легче. В целом десанты, хотя и с учетом ряда ошибок, справились со своей задачей. Отвлекли противника на себя, дезорганизовав его оборону.
В освобожденном Пиллау
Немецкие пленные идут колонной по дороге в районе косы Фрише-Нерунг
Коса Фрише-Нерунг (современная Балтийская коса), отделяющая море от залива Фришес-Хафф, имеет в длину около 60 км. Её ширина колеблется от 300 метров до 2 км. Маневрировать на ней было нельзя, поэтому немцы смогли создать плотную оборону и упорно отбивались. На косе защищались части 83-й, 58-й, 50-й, 14-й и 28-й пехотных дивизий, а также многочисленные отдельные части и подразделения. Их поддерживало около 15 танков и САУ, более 40 батарей полевой, береговой и зенитной артиллерии.
Из-за узости косы советские войска наступали силами 1-2 дивизий, регулярно меняя их на свежие. В течение 26 апреля войска 8-го гвардейского корпуса и десантные отряды захватили северное побережье косы Фрише-Нерунг, окружили часть немецкой группировки, пленив около 4,5 тыс. человек. Однако немцы продолжали активно сопротивляться, пользуясь удобством местности. Немецкую оборону, как и на Пилаусском полуострове, приходилось буквально «прогрызать». Отдельные узлы обороны противника некоторое время продолжали сопротивляться даже в нашем тылу. Их окружали, и штурмовать не спешили, в большинстве случаев немцы сдавались, после некоторого промежутка времени.
Немецкое командование, ещё надеясь на «чудо», продолжало требовать стоять насмерть. Тяжелые бои продолжались ещё несколько суток. 11-я гвардейская армия пять дней вела тяжелые наступательные бои и продвинулась по косе Фрише-Нерунг около 40 км. После этого части 11-й гвардейской армии были заменены на войска 48-й армии. Бои по уничтожению немецкой группировки на косе Фрише-Нерунг и в устье Вислы (там располагалось до 50 тыс. гитлеровцев) продолжались до 8 мая, когда остатки немецкой армии (около 30 тыс. человек), наконец, капитулировали.

Бойцы Московской Пролетарской дивизии ведут огонь по противнику на косе Фриш Нерунг. 1945 г.

Артиллерийский расчет 11-й гвардейской армии ведет бой на косе Фриш Нерунг

Советские бойцы-гвардейцы на заливе Фриш Нерунг после разгрома противника. Апрель 1945 г.
Итоги
В ходе боев на Земландском полуострове войска 3-го Белорусского фронта уничтожили около 50 тыс. немецких солдат и офицеров, в плен взяли около 30 тыс. человек. На Пиллаусском полуострове и косе Фрише-Нерунг только с 20 по 30 апреля были уничтожены остатки 5 пехотных дивизий, разгромлены 7 дивизий (включая танковую и моторизованную), не считая отдельных и специальных частей и подразделений. В качестве трофеев было захвачено около 1750 орудий и минометов, около 5 тыс. пулеметов, около 100 самолетов, более 300 складов с различным военным имуществом и т. д. Со взятием Пиллау Балтийский флот получил первоклассную военно-морскую базу. Высвободившиеся армии 3-го Белорусского фронта могли участвовать в завершающих сражениях Великой Отечественной войны.
Восточная Пруссия была полностью освобождена от гитлеровцев. Победа Красной Армии в Восточной Пруссии имела огромное моральное и военно-стратегическое значение. Советские войска захватили Кёнигсберг — второй важнейший военно-политический, исторический центр Германии. С потерей Восточной Пруссии Третий рейх лишился одного из самых важных экономических регионов. Германия потеряла важнейшую базу германских ВМС и ВВС. Советский Балтийский флот улучшил свое положение и условия базирования, получив такие первоклассные базы, порты и гавани как Кёнигсберг, Пиллау, Эльбинг, Бранденбург, Кранц, Раушен и Розенберг. После войны Пиллау станет главной базой Балтийского флота.
Немецкие войска понесли тяжелое поражение: было уничтожено более 25 дивизий, 12 дивизий были разгромлены, потеряв 50-75% живой силы и техники. Немецкие войска потеряли около 500 тыс. человек (из них 220 тыс. взяли в плен). Высокие потери понесли ополченцы (фольксштурм), полиция, организация Тодта, Служба имперских путей сообщения Гитлерюгенд (их численность была вполне соотносима с вермахтом — около 500-700 тыс. человек). Точная цифра потерь немецкого ополчения и милитаризованных организаций неизвестна. Потери 3-го Белорусского фронта в Восточно-Прусской операции — более 584 тыс. человек (из них более 126 тыс. убитых).
Сражение в Восточной Пруссии продолжалось три с половиной месяца (105 дней). Во время первого этапа была порвана мощная оборона противника и восточно-прусская группировка была расчленена на три части: хейльсбергскую, кёнигсбергскую и земландскую группировки. Затем Красная Армия последовательно давила большие очаги сопротивления противника: уничтожение хейльсбергской группировки, штурм Кёнигсберга и разгром группы «Земланд».

Советская Армия отомстила за императорскую русскую армию, которая в 1914 г. потерпела тяжелое поражение в лесах и болотах Восточной Пруссии. Историческое возмездие свершилось. После завершения войны город Кёнигсберг и прилегающие районы навсегда стали частью России-СССР. Кёнигсберг стал Калининградом. Часть Восточной Пруссии была благородно передана в состав Польши. К сожалению, современные польские власти уже забыли о благодеяниях Москвы в отношении польского народа.

Советские бойцы на берегу Балтийского моря. Восточная Пруссия
Советские бойцы поднимают тост за победу. Кенигсберг. Май 1945 г.

Балязин В. Н. Штурм Кёнигсберга. М., 1964 // http://may1945pobeda.narod.ru/shturm-m02-0.htm.
Василевский А.М. Дело всей жизни. М., 1978 // http://militera.lib.ru/memo/russian/vasilevsky/index.html.
Галицкий К. Н. В боях за Восточную Пруссию. М., 1970 // http://militera.lib.ru/memo/russian/galitsky_kn/index.html.
Исаев А. В. Разгром 1945. Битва за Германию. М., 2010.
История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945 гг. (в 6 томах). М, 1960-1965 // http://militera.lib.ru/h/6/index.html.

LiveInternetLiveInternet

7. Поршневой удар

Из сообщения Советского Информбюро. Оперативная сводка за 18 апреля:
«Войска 3-го Белорусского фронта продолжали бои по уничтожению остатков немецких войск, отброшенных в районе порта Пиллау. На других участках фронта — бои местного значения и поиски разведчиков».

7.1. УСПЕХИ И ПОРАЖЕНИЯ 2-Й ГВАРДЕЙСКОЙ АРМИИ

На пятый день наступления 3-й Белорусский фронт занял большую часть Замланда. Успех сопутствовал 2-й гвардейской армии. Ее солдаты прорвали три укрепленных рубежа, захватив двести двадцать восемь населенных пунктов и более тринадцати тысяч гитлеровцев. Но и собственные силы нашей армии были уже обескровлены, а людские потери составили около пяти тысяч ранеными и убитыми.

Из досье:
2-я гвардейская армия была развернута в тылу страны в октябре 1942 года. Учитывая, что Ставка установила довольно жесткий срок окончания формирования армии, боевая подготовка, укомплектование и сколачивание частей проводились ускоренными темпами. Армия участвовала в Сталинградской битве, обороняла рубежи по реке Миус, освобождала Украину и Крым. В составе 1- го Прибалтийского фронта участвовала в Шяуляйской и Мемельской наступательных операциях. В декабре 1944 года была переда на в 3-й Белорусский фронт, в составе которого принимала участие в Восточно-Прусской операции.

Командующий 2-й гвардейской армией генерал П.Г. Чанчибадзе

Когда утром 17 апреля командующий армией генерал П.Г. Чанчибадзе отдал приказ о штурме Пиллау, ему казалось: еще одна атака, еще немного усилий — и город будет взят. Однако с передовой поступали неутешительные доклады. Подвела пехота, разбавленная необученным пополнением. Командиры жаловались, что после Кенигсберга стало намного труднее поднимать атакующие цепи; при ведении огня даже одним пулеметом противника солдаты залегали и требовали помощи артиллерии или самолетов, чтобы подавить огневую точку. При этом немцы дрались организованно, с ожесточением, бросая в бой остатки разбитых дивизий, боевые группы и фольксштурм — стариков и подростков — с фаустпатронами — грозным оружием ближнего боя.

Потеряв за день 334 солдата и офицера, командующий 2-й гвардейской армией прекратил наступление, доложив об этом Маршалу Советского Союза А.М. Василевскому, знавшему П.Г. Чанчибадзе с лета 1941 года, когда, будучи командиром полка, Порфирий Георгиевич сумел выйти из окружения и спасти полковое знамя. Сталин высоко оценил мужество земляка, назначил его командиром дивизии, затем корпуса и, наконец, командующим армией.

Затянувшийся штурм Пиллау едва ли входил в расчеты командующего
3-м Белорусским фронтом и мог вызвать неудовольствие у самого Верховного. Весь мир с замиранием сердца следил, как три советских фронта вели наступление на Берлин, а сводки Информбюро пестрели названиями взятых городов — все ближе и ближе к столице фашистской Германии. В то же время на шоссейных дорогах, ведущих к американским позициям, царил невообразимый хаос. Они были запружены танками, самоходными орудиями, автомобилями самого различного назначения и вида. Одна немецкая дивизия за другой спешили сдаться в плен. И, как писал английский военный корреспондент, поток солдат Вермахта был так велик, что мешал движению американских войск и задерживал боевые действия.

Схема наступления 3-го Белорусского фронта на Замланд

В этой обстановке от Василевского требовались решительные действия. И ему не оставалось ничего другого, как ввести в сражение свежие силы, поручив армии Чанчибадзе оборону Балтийского побережья. Находившаяся севернее Фишхаузена 11-я гвардейская армия была выдвинута вперед, а ее командующему поставлена задача: за два дня взять Пиллау.

7.2. 11-Я ГВАРДЕЙСКАЯ АРМИЯ — НА ШТУРМ ПИЛЛАУ

Командующий 11-й гвардейской армией генерал армии Кузьма Никитович Галицкий

Получив боевой приказ, генерал К.Н. Галицкий с группой офицеров штаба прибыл на командный пункт 2-й гвардейской армии, чтобы как можно больше узнать об обороне противника и о порядке смены войск. Однако серьезного разговора не получилось. «У руководства армии настроение было слишком оптимистичным»,— писал К.Н. Галицкий, не скрывая обиды на боевых товарищей, искренне веривших, что самые тяжелые испытания уже позади.

Из донесения начальнику штаба 3-го Белорусского фронта:
«Армия в прежнем районе. К 12.00. поступило приказание начать подготовку к маршу. Офицерский состав ведет рекогносцировку. Уже после обеда части стрелковых дивизий начали марш. Потерь за 16.04 нет».

Дорога на Пиллау

Солдатам сообщили: предстоит длительный марш. Куда — никто не знал, поэтому многие предполагали, что их бросят на штурм Берлина. Вся дорога, ведущая из Кенигсберга в Пиллау, была забита колоннами артиллерии, танков и самоходных установок, грузовиками и легковыми автомобилями. «В этот затор ворвался майор с эмблемой артиллериста и стал давать распоряжения шоферам занять правую сторону дороги и пропустить броневик. Шоферы не очень спешили выполнять это распоряжение, тем более что маневрировать машинами назад или вперед было почти невозможно. Тогда майор начал кричать: «Я приказываю освободить левую сторону дороги! Пропустите командующего фронтом! — вспоминал наводчик «катюши» сержант И.Г. Братченко. — Шоферы зашевелились, стали потихоньку освобождать левую сторону дороги. И вот уже показался броневик, а за ним — «виллис». В нем сидел командующий 3-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза Василевский. На плечах плащ-накидка, из-под которой виднелись полевые маршальские погоны. Он был в фуражке. Полноватое, приятное лицо. Василевский слегка кивнул головой, броневик тронулся, а за ним и “виллис”».

Пехота двигалась по обочине, преодолевая слякоть и бездорожье. Солдаты обгоняли боевую технику, а затем останавливались и поджидали обозы, то и дело вытряхивая из сапог придорожный песок. Носить брюки навыпуск разрешалось лишь офицерам. Во время короткого привала готовили еду лучшие московские повара, служившие в гвардейских дивизиях. Несмотря на строгий запрет, в ящиках вместо боезапаса везли спирт, муку, масло, сахар, мясо и шоколад. Бойцы пили молоко со свежим хлебом, ели сыр.

Навстречу бесконечной вереницей — на подводах, пешком с рюкзаками за спиной — шли жители Замланда и отдельно от них, в полосатых куртках, бывшие невольники. Позвякивая привязанными к поясу котелками и тяжело шаркая по земле непослушными ногами, шагали на сборные пункты солдаты и офицеры Вермахта. Ожидая в кузове «студебеккера», когда рассосется дорожная пробка, Н.Т. Тищенко увидел, как откуда-то появились кавалеристы, оттеснили охрану и, изрубив пленных власовцев, так же быстро исчезли за поворотом.

На Земландском полуострове

Как только стемнело, в воздух полетели сотни разноцветных ракет, осветивших линию фронта. За одиночными выстрелами последовал шквал огня. Так продолжалось более часа. Как выяснилось, это был стихийный салют по случаю взятия города Фишхаузена.

Всю ночь под моросящим дождем, местами утопая по колени в грязи, дивизии генерала Галицкого занимали свои позиции и к утру 18 апреля сменили части
2-й гвардейской армии. Вымотанные трудным переходом бойцы валились спать, так и не притронувшись к завтраку, перенесенному на одиннадцать часов дня.

Казалось, о наступлении на Пиллау не могло быть и речи. Артиллерия отстала, пехотные части растянулись на марше, а когда рассеялся туман, армейская разведка доложила, что сведения о противнике отличались от тех, что были получены
от 2-й гвардейской армии. Как выяснилось позже, подступы к первым линиям траншей прикрывали дзоты, два десятка орудий и шесть наполовину врытых в землю «пантер». К тому же, на каждые сто метров сухопутного фронта приходилось до 18—20 пулеметов, столько же автоматчиков.

Чтобы выявить батареи противника, в окопах сидели «слухачи-разведчики». Обладая музыкальным слухом, они знали наперечет звуковые отличия немецкой артиллерии. В небо был поднят и аэростат с наблюдателями, которые так и не смогли увидеть того огромного количества оружия и техники, что было укрыто под зеленым покровом пиллауского полуострова.

«Устроились? — спросил по телефону генерал Галицкий командиров корпусов. — Очень хорошо. Изучайте оборону противника. Предстоит штурм. На первом этапе «поршневым ударом» вдоль морского побережья и берега залива прорвать оборону противника, овладеть городом и крепостью Пиллау и форсировать морской пролив. На втором этапе — совместно с войсками 43-й армии овладеть косой Фрише-Нерунг».

Весь день армейские командиры провели на передовой, по крупицам, детально накапливая сведения о немцах и решая задачу, как преодолеть заболоченный, шириной немногим более двух километров, равнинный перешеек, где, по их расчетам, на каждый наступавший полк приходилось около четырехсот метров линии фронта, или сто двадцать метров на батальон, и всего по одному метру на каждого солдата. Нейтральная полоса оказалась настолько узкой, что местами противники буквально смотрели в глаза друг другу.

В наступивших сумерках Галицкий приказал провести разведку боем и овладеть противотанковым рвом. В случае успеха командиры двух корпусов были готовы ввести в бой главные силы, а при неудачном исходе атаки — хотя бы закрепиться на опушке леса. Когда после «жидкой» артподготовки прозвучала команда: «За Родину, в атаку!» — стрелковые батальоны, цепляясь за ломаную линию шоссе, потянулись вперед, еще не зная о том, что вся земля полуострова была пристреляна немецкой полевой и морской артиллерией; она обрушила на гвардейцев огненный шквал из двух тысяч мин и снарядов. Не сумев быстро окопаться, пехотинцы 18-й гвардейской стрелковой дивизии понесли большие потери. Была подбита и сожжена четвертая часть бронетехники, прикрывавшей пехоту. Танкисты тяжело пережили гибель гвардии старшего лейтенанта В.И. Чеславского. Будучи смертельно раненным, он командовал танковой ротой, пока его боевая машина могла идти вперед.

Продвижение вдоль берега моря оказалось более удачным. В короткой рукопашной схватке 31-я гвардейская стрелковая дивизия отбила у немцев спасательную станцию, пленив солдат 32-й немецкой пехотной дивизии, одним из полков которой командовал правнук знаменитого канцлера Бисмарка. Как оказалось, немцы знали о «русском» наступлении и готовились к нему. В окопах находились гитлеровские офицеры, открывавшие огонь по всем, кто самовольно покидал передний край. Немецкое командование выработало следующую тактику: как можно меньше солдат и офицеров держать на переднем крае, а сосредоточить их в глубине обороны. В Пиллау работал «особый штаб Венке», занятый эвакуацией солдат, не включенных в состав формируемых частей и подразделений из-за их низких моральных качеств.

В плен у спасательной станции попали и власовцы из саперно-строительного батальона Вермахта. Вступившие в состав «русской освободительной армии» понимали, что изменили долгу и присяге, оправдывая себя тем, что Сталин и советская власть отказались от них, попавших в плен. У этих людей еще теплилась надежда вернуться домой, и поэтому в начале сражения «русские военнослужащие немецкой армии» перешли на сторону советских войск. Но повезло далеко не всем. В армии Галицкого власовцев не жаловали, подвергали их самосуду прямо на поле боя.

Уже ночью генерал К.Н. Галицкий прекратил атаки и отвел войска на прежние позиции. План не удался «ввиду неготовности артиллерии», после штурма Кенигсберга оставившей в тылу большую часть снарядов крупного калибра и теперь страдавшей из-за их отсутствия. А так как вместо одного корпуса, как оказалось, в штурме будут участвовать все корпуса, решили занять снаряды у соседних армий, но они не сумели собрать их на склады в сотне километров от линии фронта.

Была еще одна причина, из-за которой Галицкий перенес наступление на следующее утро. Надо было «сделать решительный поворот в настроении личного состава», избавиться от «благодушия, зазнайства и шапкозакидательства, имевших место среди отдельных бойцов и офицеров». Так, в одном из политдонесений отмечалось, что новая боевая задача была неожиданной для полка «самоходчиков», полагавших, что война для них уже закончилась.

7.3. НАЧАЛО НАСТУПЛЕНИЯ НА ПИЛЛАУ

После доклада командующему фронтом Галицкому разрешили не бросать с ходу в бой соединения армии и тем самым нести неоправданные жертвы. Однако новый срок готовности армии к наступлению Маршал Советского Союза А.М. Василевский установил жесткий — не позже двадцатого апреля.

Из боевого распоряжения командующего 11-й гвардейской армией:
«В течение 19 апреля и в ночь на 20. 04 командирам корпусов:
В связи с продолжающимся обстрелом со стороны моря укрыть личный состав, для чего рыть окопы, строить землянки и другие укрытия. Командующему артиллерии не допустить подхода кораблей противника к берегу и расстрела наших боевых порядков.
Продолжить изучение противника, его системы огня, инженерных сооружений. Всем командирам подразделений быть на своих наблюдательных пунктах, находясь на поле боя, а не в глубоком тылу. Организовать питание личного состава три раза в сутки горячей пищей. Отобрать в тыловых учреждениях палатки и передать их в строевые подразделения.
Подготовить по одной-двум ночным атакам танкового десанта».

Туманным утром 19 апреля немецкая пехота окружила позиции 31-й гвардейской стрелковой дивизии. Из-за внезапной атаки гвардейцы дрогнули и стали отходить. Отбиваясь от наседавшего противника, группа бойцов и командиров укрылась и штабном блиндаже, стоявшем на берегу ручья. Спустя сутки оставшиеся в живых, вместе с тяжелораненым заместителем командира полка подполковником А.П. Лагуновым, смогли пробиться к своим. От пленных немцы узнали, что воюют с 11-й гвардейской армией.

Ее командующий Кузьма Никитович Галицкий всю войну видел во сне лошадь, очень похожую на ту, на которой он ездил еще в начале тридцатых годов, когда служил в Московской Пролетарской дивизии. У нее была белая звезда во лбу и стройные ноги в «белых чулках». Галицкий вступил в Красную Армию еще в годы Гражданской войны, он не был суеверен. Но сновидения повторялись снова и снова. И каждый раз, просыпаясь, он испытывал прилив душевных и жизненных сил, зная, что образ коня — это символ удачи, не покидавшей его с первых дней войны, которую он начал командиром легендарной Железной Самаро-Ульяновской Краснознаменной стрелковой дивизии на Западном фронте, а позднее командовал корпусом и армией.

Осенью 1943 года, возглавив 1-й Прибалтийский фронт, И.X. Баграмян попросил Ставку назначить своим преемником в 11-ю гвардейскую армию именно Галицкого, отличавшегося, по его мнению, твердостью взглядов, настойчивостью в достижении поставленных целей, умением быстро вникать в боевую обстановку. Ситуация была довольно щекотливой. Сталин хотел передать армию Герою Советского Союза Н.Е. Чибисову, ставшему генерал-лейтенантом после финской кампании, когда Баграмян был всего-навсего полковником. Но Верховный Главнокомандующий все же согласился с предложением и отправил Галицкого к новому месту службы.

Армия Галицкого отличалась высокой боеспособностью, всегда наступала на направлении главного удара. В отличие от других, она имела стабильный состав: девять стрелковых дивизий, сведенных в три корпуса, свою самоходную и полевую артиллерию, зенитные, саперные и другие части.

За боевые заслуги генерал-полковник Галицкий был награжден одиннадцатью боевыми орденами. За успешное руководство войсками в штурме Кенигсберга, личную отвагу и мужество 19 апреля 1945 года ему присвоили звание Героя Советского Союза.

Сроки начала операции переносили, и А.В. Василевский поручил опытному генералу армии И.X. Баграмяну постоянно находиться на командном пункте
11-й гвардейской армии, чтобы исключить возможные ошибки и промахи.
«Я с интересом вглядывался в сутуловатую фигуру Кузьмы Никитовича, в бледное лицо его, в прищур светлых глаз, выражавших сосредоточенность и целеустремленность, и не увидел в нем особых перемен… ни во внешности
(если не считать сильно поредевших светлых волос), ни в манере держаться. Он был, как обычно, сдержан, суховат и уверен в себе»,— вспоминал И.X. Баграмян.

Из боевого распоряжения командующего 11-й гвардейской армией:
«20.04.45 г. — начать наступление, не считаясь с погодой.
Полную готовность войск установить к 7.00 20.04.45.
Начало артподготовки в 8.20 20.04. 45.
Начало атаки пехоты и танков — 9.00 20.04.45.
О готовности войск к наступлению доложить лично командующему в 7.00 20.04.45.»

Всю ночь артиллеристы окапывали орудия, прокладывали связь и разгружали ящики со снарядами, которые везли из армейских тылов, удаленных на многие десятки километров от линии фронта. За время операции автомобильные батальоны «девять раз обогнули земной шар», до предела насытив каждый клочок земли на дальних подступах к Пиллау тысячами тонн боеприпасов и военного имущества.

7.4. РУБЕЖИ ОБОРОНЫ ПИЛЛАУ

Рубежи обороны Пиллау — карта

Сама природа полуострова, прикрытого с трех сторон морем, проливом и заливом, служила естественным рубежом обороны. Мелкозернистые пески позволяли быстро окапываться и вести земляные работы. Поросшие кустарником и деревьями дюны были малопригодны для движения боевой техники. Вдоль морского побережья тянулись высокие обрывы. К тому же, весна 1945 года выдалась холодной, с дождями, низкой облачностью и утренними туманами, мешавшими действиям советской авиации.

Названный «Кенигсбергом в миниатюре», Пиллау вел свою историю от древнего прусского поселения, еще в XIII веке разрушенного рыцарями-крестоносцами, впрочем, немало сделавшими для того, чтобы вдохнуть жизнь в этот заброшенный некогда уголок Европы. Зимой 1945 года город и гавань Пиллау были объявлены крепостью, северная граница которой проходила вдоль оборонительного рубежа «А» у селения Тенкиттен (ныне — пос. Береговое), а юго-западная — в нескольких километрах от города по косе Фрише-Нерунг. В районе крепости, объявленной запретной зоной, комендатура, войска «СС» и полиция установили заградительный кордон и проводили проверки всех частей, учреждений, задерживали отступавшие войска и солдат и направляли их в штаб Шульна, занятый формированием сводных подразделений. Перед штабом пиллауской крепости стояли следующие задачи: «оборонять свой район от неожиданных ударов противника как со стороны моря, так и на суше, ликвидировать деятельность агентов-парашютистов противника, преграждать возможность высадки парашютных частей, а также бороться со шпионажем и диверсионными актами. На боевой гарнизон возлагается оборона крепости до последнего солдата».

В марте 1945 года Гитлер назначил командира 55-го армейского корпуса
генерал-лейтенанта Чилл комендантом крепости Пиллау. В телеграмме, полученной им от командующего Северной группой армий, говорилось: «Настоящим я обязываю Вас удерживать эту крепость до последней возможности. В соответствии с приказом Гитлера за № 11, вы отвечаете своей честью за выполнение возложенной на Вас задачи. Освобождение Вас от этой задачи — удержать крепость Пиллау — может последовать только через меня, после получения согласия от Гитлера». Государственный комиссар обороны Восточной Пруссии назначил своим представителем и уполномоченным национал-социалистической партии крепости Пиллау крейслейтера Маттеса. Предстояло организовать оборону города и гаваней таким образом, чтобы защитить их даже незначительными силами, отражая сухопутные атаки и десанты советских войск. После падения столицы восточной Пруссии оборона противника свелась к удержанию Пиллау, для того чтобы успеть вывезти на Запад огромное количество раненых, гражданское население, ценности и оружие, сковать части
3-го Белорусского фронта на пиллауском полуострове, сохранив в своих руках военно-морскую базу, необходимую для действий германского флота в северо-восточной части Балтийского моря.

Передовая линия немецкой обороны, пересекавшая полуостров юго-западнее Фишхаузена, включала в себя три основные траншеи, несколько рядов проволочных заграждений, орудия прямой наводки, врытые в землю танки, завалы и противотанковый ров.

Собственно, оборона Пиллау состояла из береговых зенитных батарей и старых фортов. На эти преграды опиралась система неприступных рубежей. Первый из них — это две сплошные траншеи, соединенные ходами сообщений с четырьмя десятками пехотных блиндажей и укрытий с проволочными заборами и минными полями и глубоким рвом с ячейками и пулеметными площадками на расстоянии пятнадцати метров друг от друга. Так что сам ров являлся третьей траншеей одновременно. За ним располагалась артиллерия всех видов и калибров: противотанковые, зенитные, дальнобойные, минометные батареи. Далее, в глубине леса, было возведено большое количество землянок, разборных домиков, складов и укрытий для лошадей.

В самом узком месте полуострова, на холмистой, безлесной местности, проходил второй километровый рубеж обороны. Вблизи стен древнего рыцарского замка Лохштедт был отрыт широкий противотанковый ров с наблюдательными вышками и траншеями, за которыми в лесном массиве находилось около полутора сотен блиндажей. В отрытых и хорошо замаскированных котлованах стояли штабные вагоны, для перевозки которых была построена ветка железной дороги. Весь лесной массив до отказа был заполнен складами, ремонтными мастерскими и подвижными радио- и электростанциями. Все это прикрывалось большим минным полем и артиллерией, стоявшей на «семи холмах».

Третья мощная полоса обороны у поселка Нойхойзер (ныне — пос. Мечниково) состояла из трех траншей и противотанкового рва, окруженного пятью минными полями.

Две последующие линии обороны проходили по улицам города, изрезанным паутиной траншей и ходов сообщений. Большинство каменных зданий и пристроек было подготовлено для ведения огня: усилены стены первых этажей, замурованы окна, чердаки засыпаны землей, в подвалах — убежища и склады. Сделаны проломы и установлены противотанковые орудия. На верхних этажах, лестничных клетках и чердаках зданий были созданы позиции для пулеметчиков и снайперов. Улицы перегораживались баррикадами из разбитой техники, повозок, телеграфных столбов и домашнего имущества. По обе стороны железной дороги стояли деревянные надолбы в пять рядов.

Цитадель и форты Пиллау, хотя и относились к старой постройке, могли выдержать снаряды большой мощности. И если подобную фортификацию советские генералы уже видели в Кенигсберге, то об обороне морского побережья им ничего не было известно. Российская разведка интересовалась ею еще накануне Первой мировой войны, когда под видом туристов и коммерсантов Пиллау посещали агенты военно-морского ведомства. Но только в середине 30-х годов XX века советской разведке стало известно о строительстве восьми зенитных береговых батарей калибром 105—150 миллиметров. Их сорокадевятикилограммовые снаряды пробивали броню кораблей, танков и самолетов. Это были батареи, механизированные по последнему слову техники: с бронированными дверями, с двухметровыми стенами и перекрытиями, имевшими, помимо радиолокаторов и дальномеров, свое подземное хозяйство: ремонтные мастерские, артиллерийские погреба, машинное отделение, коммутатор, радиорубку, котельную, умывальник, столовую, спальные комнаты для солдат и отдельно для офицеров, запасные баки с водой, склад для горючего, водопровод, канализацию, вентиляцию, калорифер для подогрева воздуха. Батареи маскировались сетями из искусственных листьев и хвои, не выгоравших от солнечного света. Опираясь на шоссейную и железную дороги, противник мог маневрировать силами, формировать и посылать в бой новые части.

Небольшая ширина косы Фрише-Нерунг позволила неприятелю создать еще восемь рубежей обороны, находившихся на расстоянии, исключавшем обстрел Пиллау. Каждый рубеж состоял из одной-двух линий траншей, оборудованных стрелковыми и пулеметными позициями и прикрытых завалами. На косе были оборудованы до 20 береговых и 12 зенитных батарей, которые могли быть использованы для борьбы с советскими танками. Так, четырехорудийная батарея «Нойтиф» держала под огнем местность, начиная от Фишхаузена, весь полуостров Пайзе и до Хайлигенбайля.

По советским войскам вели огонь до 50 артиллерийских, минометных и реактивных батарей общей численностью в 306 стволов и около 90 танков и штурмовых орудий. К тому же, в цехах Пиллау отремонтировали большое число орудий, переправленных через залив Фришес-Хафф. Лишь нехватка снарядов не позволила противнику в полной мере использовать всю эту огневую мощь. Уже в послевоенные годы советские саперы обнаружили хорошо замаскированные подземные склады с сотнями тысяч снарядов, в силу разных причин, не попавших в руки немецких артиллеристов. Для обороны Пиллау гитлеровцы перебросили сюда и полк химических минометов. Их установили на специальных тумбах. Однако в той обстановке командование Вермахта так и не решилось отдать приказ на применение химического оружия.

Немецкий ДОТ

Немцы, опасаясь блокады, как с суши, так и с моря, создали в Пиллау трехмесячный запас продовольствия. Для этого коменданту крепости пришлось реквизировать все находившиеся в городе склады северной группы армий, земландской группы войск, авиации и флота. В одном из холмов на окраине Пиллау были сооружены специальные хранилища, позднее сгоревшие во время штурма, куда по железной дороге могли войти и стать под разгрузку сразу
три-четыре вагона. Было приостановлено разрушение промышленных предприятий и демонтаж станков и другого оборудования.

В Пиллау и на косе Фрише-Нерунг оборонялось около 40 тысяч солдат и офицеров из остатков десяти пехотных дивизий, танковой дивизии, зенитной и моторизованной дивизии «Великая Германия», других частей, соединений и боевых групп. В последние месяцы войны адмирал Денниц призвал матросов и офицеров Пиллау выполнить свой долг и передал до трех тысяч человек — всех, без кого было можно обойтись на кораблях,— в морскую пехоту для формирования отдельных батальонов, приданных в пехотные дивизии для «поднятия их боеспособности». Вся эта группировка понесла в предыдущих боях ощутимые потери, но сохранила свою боевую устойчивость, хотя было заметно, что «западные немцы» с меньшим упорством сражались в Восточной Пруссии.

Позиции немецкой береговой артиллерии

Из докладной записки в штаб немецкой группировки о положении в Пиллау:
«Внешний вид военнослужащих является в настоящее время недопустимым
и не внушает доверия беженцам. Солдаты и офицеры в течение всего дня разгуливают с женщинами по улицам. На местах стоянок автомашин, на складах имущества и в домах царит беспорядок и захламленность. При воздушных тревогах возникает хаос. Ездовые бросают на улице повозки, и испуганные лошади несутся вдоль улиц. Военнослужащие являются первыми, кто самым грубейшим образом захватывает возможность входа в бомбоубежища. Для того чтобы установить дисциплину и порядок, необходимо вопреки желанию гражданских и партийных организаций разделить Пиллау на районы, в которых гражданские и военные лица находились бы обособленно».

В апрельские дни 1945 года в немецких штабах распространился слух, что Германия вот-вот должна получить «поддержку крупной державы». Это было вызвано смертью президента США Рузвельта, пробудившей у Гитлера надежды на чудо, подобное тому, что когда-то спасло Фридриха Великого от поражения в Семилетней войне.

Несмотря на огонь советской артиллерии и удары авиации, темпы эвакуации из Пиллау возросли. В апрельские дни 1945 года отсюда вывезли еще 90 тысяч раненых солдат и офицеров Вермахта и около 43 тысяч человек гражданского населения. В спасении было отказано лишь иностранным рабочим и военнопленным — их расстреляли эсэсовцы на балтийском побережье. Одним из последних судов, чьи трюмы, палубы и надстройки были до предела заполнены беженцами из Пиллау, был корабль «Марс» с изящными обводами корпуса, больше походивший на яхту, чем на военный госпиталь. Его помещения были с панелями из красного дерева и с богато украшенными потолками. Жителям Калининградской области больше известна послевоенная жизнь корабля. Он прославился как научное океанское судно «Витязь». А в 1994 году после восстановительных работ на нем открылась экспозиция Музея Мирового океана, ставшая одной из главных достопримечательностей янтарного края.

Серия сообщений «БАЛТИЙСК»:
Часть 1 — Мой город — Балтийск. ХРОНИКА ШТУРМА ПИЛЛАУ
Часть 2 — ХРОНИКА ШТУРМА ПИЛЛАУ. Сергей Якимов. 1. В германской дальней стороне

Часть 17 — ХРОНИКА ШТУРМА ПИЛЛАУ. Сергей Якимов. 5. ВПЕРЕД, НА ЗАМЛАНД!
Часть 18 — ХРОНИКА ШТУРМА ПИЛЛАУ. Сергей Якимов. 6. Штурм «рыбного дома»
Часть 19 — ХРОНИКА ШТУРМА ПИЛЛАУ. Сергей Якимов. 7. Поршневой удар
Часть 20 — ХРОНИКА ШТУРМА ПИЛЛАУ. Сергей Якимов. 8. У чёрной ленты
Часть 21 — ХРОНИКА ШТУРМА ПИЛЛАУ. Сергей Якимов. 9. СЕРЫЕ, ГОЛУБЫЕ И МАЛИНОВЫЕ

Часть 30 — Армейский магазин — Первый на флоте!
Часть 31 — Балтийск. День ВМФ — 2013
Часть 32 — Балтийск — маленькая Ибица

amonov

До полного разгрома фашисткой Германии оставалось 27 дней. Несокрушимая Красная армия уничтожала одну группировку противника за другой. 15 апреля наступил черед Земландской группировки.
После завершения Кенигрсбергской операции создались благоприятные условия для разгрома последней группировки противника в Восточной Пруссии на Земландском полуострове, где противник организовал сильную оборону, в систему которой входила старая крепость Пиллау.

Действовавшая против советских войск оперативная группа «Земланд» состояла из 8 пехотных и 1 танковой дивизий, нескольких отдельных частей фольксштурма( около 65 тысяч человек, 1200 орудий, 166 танков и штурмовых орудий.)
Для проведения операции командование 3-го Белорусского фронта( Маршал А.М. Василевский) выделило 2-ю и 11-ю гвардейские, 5-ю, 39-ю и 43-ю армию, 1-ю и 3-ю воздушную армию( 111 тысяч человек, 5,2 тысячи орудий и минометов, 451 РСЗО, 324 танка и САУ).

Замыслом командования предусматривалось: ударом основных сил 5-й и 39-й армии из района Кенигсберга в общем направлении на Фишхаузен рассечь группировку противника и уничтожить ее по частям. Одновременно силами 2-й гвардейской и 43-й армий нанести вспомогательные фланговые удары. 11 гвардейская армия, составлявшая 2-й эшелон фронта, предназначалась для завершения разгрома противника в районе Пиллау. Балтийский флот(адмирал В.Ф. Трибуц) должен был прикрывать приморские фланги фронта, поддерживать наступление сухопутных войск и не допускать эвакуации вражеских войск морем.

13 апреля перешли в наступление войска ударной группировки. К исходу первого дня боев советские войска продвинулись на 3-5 километров, взяв в плен свыше 4 тысяч человек.
14 апреля противник начал отход к Пиллау. На дамбу Кёнигсберского канала советские войска высодили с бронекатеров два тактических десанта, что создало благоприятные условия для наступления войск фронта вдоль побережья залива Фришес-Хафф.
17 апреля советские войска овладели основным узлом сопротивления противника — городом Фишхаузен.
Остатки земландской группировки отступали в район Пиллау. 20 апреля в сражение была введена 11-я гвардейская армия, которая к исходу 25 апреля овладела Пиллау.
После разгрома немецко-фашиских войск на Земландском полуострове противник удерживал в своих руках только косу Фрише-Нерунг, бои по освобождению которой продолжались до 8 мая(9 мая свыше 22 тысяч вражеских солдат и офицеров сложили оружие).
Tags: История с картинками.

«От Пиллау до Балтийска»: история самого западного города России (фото)

Балтийск прочно ассоциируется у калининградцев с военной базой, чудесными широкими пляжами и длинным молом. Недавно открытый для «посторонних» глаз приморский город привыкает к своей привлекательности и не стесняется рассказывать тысячи историй своего существования.

Так получилось, что за Пиллау (именно так назывался Балтийск до 1945 года), боролись многие короли и даже природа. Море всячески способствовало появлению и развитию города. К сожалению, как и во многих городах Калининградской области, от прежней архитектуры в основном остались лишь рассказы. Но узкие мощёные улочки, памятники и набережные помнят всех, кто когда-то пытался стать хозяином этого города.

Гуляя по Балтийску под рассказы гида, то и дело хотелось закрыть глаза и представить Пиллау во все времена — начиная от появления в нём первых авантюристов в погоне за янтарём и заканчивая строительством Северного мола, который по сей день принимает гостей для длительных прогулок на закате. Однако обо всём по порядку.

Русалки, осётр и шторм

Известно, что Балтийск сформировался из пяти самостоятельных деревень. Первые упоминания о поселении в этом районе относятся к XIII веку. Называлась эта деревня Вограм и занимала территорию в 17 гектаров. Населяли её рыцари и переселенцы из Европы, которым приглянулось богатое рыбой море и леса, полные добычи. Впрочем, многих влекло и желание разбогатеть — песок у моря был «размешан» дорогостоящим янтарём.

Как уже говорилось, борьбу за эту территорию предпринимали не только люди, но и стихия. Ненормальные в нашем понимании природные явления случались на этой местности довольно часто. Среди них и Северное сияние, и падение метеорита, и снег в июне. Что касается ветра, то он сыграл решающую роль в жизни этих мест. Так, первый разрушительный шторм обрушился на Вограм в 1690 году, и выжившие люди были вынуждены перебираться в другие поселения.

Что касается деревни с названием, похожим на Пиллау (Пилль, Пиле), то она появилась на 166 лет позже возникновения деревни Вограм. В переводе с прусского это означало «гора», «замок», «крепость». Но существует древняя прусская легенда, что имя городу дала русалка Пилла, которая выходила на берег, чтобы посушить волосы. Верить этому или нет — решать читателю, но, на мой взгляд, такое начало истории для чудесного приморского города звучит вполне натурально.

Все жители этого селения были так или иначе заняты в отлове и обработке осетра. Важнейшим зданием деревни являлась Осетровая изба на холме — на её месте сейчас стоит православный храм. Стоит отметить, что именно этой рыбе Балтийск обязан своим становлением. Вокруг этой избы и появилось первое поселение, а само здание представляло собой что-то вроде казны — помимо рыбы сюда несли собранный янтарь. Тогда в год вылавливали до тысячи осетров, а его переработка была государственной монополией. Мастера осетрового дела и даже их помощники являлись самыми влиятельными жителями города. Впрочем, значимость этой рыбы не прошла мимо — её изображение позже стало красоваться на гербе Пиллау, а сейчас — на гербе Балтийска. Для многих, скорее всего, станет сюрпризом, что в нашем море когда-то водилась такая редкая рыба. Дело в том, что осётр любит чистую воду, и когда корабли перешли на мазутное топливо, он практически исчез из Балтийского моря.

Неизвестно, как сложилась бы судьба этой территории, если бы в 1510 году с моря не пришёл жесточайший шторм, во время которого образовался пролив, отделивший нынешнюю Балтийскую косу от суши. Отголоски этого шторма почувствовали и жители Кёнигсберга, многие из которых не смогли уснуть из-за бушевавшей Преголи. Позже жители Пиллау стали называть пролив «данным Богом», потому что с его возникновением резко к лучшему изменилась и жизнь уже нового поселения.

Новый Пиллау, шведы и первые камни крепости

После шторма жители Пиллау вышли из укрытий и обнаружили, что их город приобрёл иные очертания: часть суши отделилась, и образовался пролив. После этого дня жизнь уже не была прежней — люди обосновались на нынешней косе, а пролив стал судоходным, привнеся колоссальное развитие в экономику и историю города. Именно с этого момента Пиллау разделился на Старый и Новый.

Пролив под названием Фриш-Гаф обеспечил грандиозные перемены, доходы и развитие города. За десять лет в Пиллау появились жаровни с углём для освещения, примитивные фонари, пивная и пекарня. Город стал укрепляться и в военном плане — появился блокгауз, который позже был передан таможне и земляные укрепления, рвы. Таможенные сборы, которые вносили проплывающие суда, и благополучная торговля осётром приносили немалые доходы и обеспечивали жизнь поселения.

За век Пиллау стал лакомым кусочком для завоевателей, и во время прусско-шведской войны в 1623 году король Швеции Густав II Адольф высадился в мирном городе. Через три часа его войска полностью оккупировали Пиллау, а король заявил, что «эта плохая песчаная площадка нужна ему временно». Вскоре он поручил своим подчинённым построить крепость и отправился в поход. Для её возведения было собрано четыре тысячи человек — однако через год огромное количество жизней унесла чума. Строительство известной для нас Шведской крепости продолжилось лишь в год смерти короля, в 1632 году. Голландский инженер Матнал Венту приступил к возведению пятиконечного здания, которое через три года в честь примирения было продано Пруссии. История и архитектурные особенности этой крепости очень занимательны, и мы обязательно вернёмся к ним в следующий раз.

Фридрих Вильгельм Великий, статус города и первые русские следы

Через год после заключения мирного соглашения между пруссами и шведами в Пиллау вошли Бранденбургские войска. Их жизнь на этой территории была несладкой — всё зависело от количества денег, полученных от продажи янтаря и таможенных сборов. Зимой мореходство почти прекращалось, и жизнь становилась практически невыносимой. Однако это не убило боевой дух солдат, и они продолжали строительство крепости.

В 1657 году вновь вспыхнула польско-шведская война, и Пиллау снова угрожала опасность. Для защиты была собрана флотилия в три корабля, которая стала основой будущего прусского флота. Командовал кораблями губернатор Пиллау — полковник Пьер де ля Каве. Спустя три года Польша и Швеция вновь заключили мирный договор, что вернуло в город спокойные времена.

В это время к власти в Пиллау пришёл Фридрих Вильгельм Великий, который стал одной из ключевых фигур в истории города. За время его правления жители получили право торговли с владельцами корабельных грузов, была построена мельница и небольшой деревянный маяк. Недалеко от маяка появилась первая гостиница и первый бастион для защиты от шторма. К 1660 году в Пиллау проживало около 300 человек.

В 1697 году — за три года до того, как была завершена пятиконечная крепость, в рамках Великого посольства в Пиллау прибыл Пётр I. Его свита насчитывала четыре тысячи человек. Для того, чтобы лучше узнать архитектуру и укрепить связи, российский царь был в Пиллау ещё дважды — в 1711 и 1716 годах. Русский правитель пользовался большим уважением среди пруссов. Король Фридрих Вильгельм I даже преподнёс ему в подарок Янтарный кабинет в 55 квадратных метров и Янтарную комнату. Легенды об этой комнате хорошо известны калининградцам, ведь следующим пристанищем для сокровищ после Санкт-Петербурга стал Кёнигсберг. Дальнейшая судьба Янтарной комнаты неизвестна — сколько бы её ни искали. В ответ на щедрый подарок Пётр «преподнёс» пруссу 55 русских великанов для королевской гвардии. Ко дню 300-летия Балтийского флота в городе был установлен памятник последнему российскому царю.

Всё это время стремительно развивающееся и привлекательное для иностранцев поселение не имело статуса города. Его Пиллау приобрёл только в 1725 году. Тогда был введён и известный балтийцам герб с изображением осётра в золотой короне.

Следующий русский след в Пиллау был оставлен во время Семилетней войны, в 1758 году, когда армия Елизаветы I заняла прусские территории. Когда войска российской императрицы сошли на берег Пиллау, многие горожане сбежали в Кёнигсберг. Однако те, кто остался, не подвергались лишениям и пыткам. Напротив — всё население было объявлено свободным в вере, торговле и печати. Студенты продолжали учёбу, а преподаватели пользовались особым почтением русских. Даже занятые в строительстве прусские крестьяне отпускались домой на сбор урожая, который шёл на их обеспечение. В свою очередь, русские войска питались хлебом, привезённым с родных полей.

Рано или поздно патриотические чувства пруссам всё-таки пришлось усмирить — 24 января, в день рождения короля Фридриха Великого, все они дали присягу на верность России. Однако это была своего рода привилегия, ведь в России присягать имели право только дворяне. Своё колено перед Елизаветой преклонил и великий философ Иммануил Кант.

Такое положение дел, по понятным причинам, не устроило прусского короля, и он с первого дня вторжения на свои земли стал вынашивать план возмездия. Одну из ключевых ролей в этом заговоре сыграл почмейстер Пиллау Людвиг Вагнер, который передавал королю информацию и деньги. Несколько лет пруссы разрабатывали схему освобождения Пиллау от «узурпаторов», однако их планы не увенчались успехом. Заговор был раскрыт, а его участники, Вагнер и другие помощники короля, были сосланы в Сибирь.

За время правления Елизаветы в Пруссии в Пиллау была построена «Русская дамба», сегодня более известная как Русская набережная, и православная церковь. Российские средства вкладывались в развитие города, а армия императрицы работала над облагораживанием своих земель и с уважением относилась к местному населению.

Французы, маяк, Северный мол и упадок Пиллау

Во время франко-прусской войны в начале 19 века французы впервые вошли в Пиллау. Тогда армии не удалось взять крепость, а через месяц государства уже заключили Тильзитский мир. Вторая попытка обосноваться в приморском городе пришлась на 1812 год. Занявшие город французы оставались в нём недолго — в это же году они отступили под натиском русских солдат.

Вскоре после этих событий, в 1816 году, в Пиллау был построен новый маяк, который до сегодняшнего дня является одним из символов города. Его высота составляет более 30 метров. Автор постройки неизвестен — разные источники предполагают разные версии. Огонь, указывающий путь морякам, виден на 16 морских миль (около 30 километров).

В 19 веке в Пиллау появилась ещё одна достопримечательность, которая и сегодня является визитной карточкой Балтийска. Самая западная точка России — Северный мол — строился более сорока лет, с 1840 по 1883 год. Предпринять такой дорогой «проект» было необходимо для обуздания морских потоков и предотвращения обмеления пролива. Мол действительно выполнил свою функцию — глубина пролива увеличилась с трёх до девяти метров, а Пиллау не утратил привилегий таможни.

В сороковых годах 19 века Пиллау начал испытывать экономические трудности. Торговля шла хуже, и всё больше людей оставались без работы. Однако работа по развитию города шла непрерывно — в 1865 года Пиллау и Кёнигсберг связала железная дорога, что в разы облегчило доставку товаров. Весь 19 век и до 1945 года в городе проводилось плановое озеленение — высаживались деревья, строились широкие прогулочные дороги.

В 1817 году в Пиллау открылась первая типография, благодаря которой удалось сохранить сведения о судах, заходивших в городской порт. Позже, в 1848 году в будущем Балтийске появилась первая местная газета «Огни Пиллау». Постоянный труд жителей Пиллау и их крепкий дух позволили вывести город из кризиса — во второй половине 19 века он стал самым доходным в Восточной Пруссии. Для отдыха и для того, чтобы «подлечить нервы», в этот город приезжали «сливки» творческой элиты. В 1869 году здесь были впервые организованы соревнования кёнигсбергского яхт-клуба «Рил», которые с 1880 года ежегодно проводятся летом. С началом перестройки эта традиция возобновилась, и регата, как правило, проводится в День военно-морского флота.

Несмотря на успех горожан, прогресс сделал своё коварное дело — в 1901 году был открыт Кёнигсбергский канал, который позволял судам заходить в город, минуя Пиллау. Это событие постепенно стало приводить жизнь горожан в упадок.

С тех пор в городе начались попытки вывести его «на другой уровень». Власти намеревались «перепрофилировать» Пиллау в туристический объект, а для этого ему были необходимы изменения. Кроме того, в это время началось развитие промышленности. «В 1914 году началась первая мировая война. Русский флот заминировал побережье моря. По словам О. Шлихта, мины были очень хорошего качества, но плохо установлены. Настоящая паника была, когда их начало выбрасывать на побережье. Подрывались не только корабли и рыбачьи лодки в море, но и люди на побережье. Специалисты ходили по берегу и обезвреживали мины. Когда русские войска почти приблизились к Кёнигсбергу, многие бежали из города. Огромное впечатление на жителей произвело зрелище, когда конвой из кораблей шёл в сопровождении дирижабля», — пишет в своей книге «Тайны Пиллау» Лидия Довыденко.

Для жителей города наступили тяжёлые времена: еда по карточкам, основной продукт питания — брюква. Люди были обязаны отдавать металл, а ценности государство скупало. После окончания войны Пиллау стал единственной возможностью попасть из Восточной Пруссии в Германию без польского контроля. Через морские ворота города прошли сотни судов с желающими приехать в Пруссию или уехать из неё. В 1921 году Пиллау стал закрытым городом и был объявлен базой германского флота, что, однако, не мешало дальнейшему развитию инфраструктуры города. Так, в 1927 году в городе появился водопровод, а первая водонапорная башня сохранилась и по сей день. А построенные в том же году очистные сооружение остались практически нетронутыми и используются балтийцами сегодня. Кроме того, в тридцатые годы в Пиллау начали масштабно строить отели, пансионаты и маленькие кафе, а в 1934 году было начато строительство аэродрома. Туристы продолжали прибывать в город, было налажено транспортное сообщение с Кёнигсбергом и по городу.

Вторая Мировая война прервала все начинания и строительства и город вновь погрузился в нищету. Из воспоминаний Эрвина Фридриха Кафке, который работал в администрации Пиллау.

«Осётр над ратушей сверкал короной радостно, гостеприимно. Он видел бесконечную нищету, смерть и нужду, когда 18 января 1945 года поток восточно-прусских беженцев влился в город и торопился в порт».

Несмотря на вход советских войск в город, около 250 коренных жителей предпочли остаться в Пиллау. Однако в 1948 году они были принудительно депортированы. 27 ноября 1946 года Пиллау был переименован в Балтийск.

Воспоминания жителя Пиллау

Выходцы из Пиллау сейчас в основном проживают в немецком городке Эккенферде. Ежегодно они собираются у памятника Великому Кюрфюрсту, построенному в 1913 году в их родном Пиллау. Он случайно уцелел во время войны и был найден в Гамбурге, откуда его и доставили на новое место жительства этих людей.

Некоторые из них смогли побывать на родине и рассказать нынешним балтийцам, каково это было — жить в чудесном приморском городе. Лидия Довыденко любезно предоставила журналистам Калининград.Ru рассказ одного из них.

Из воспоминаний Иоахима Рюге, который проживает вместе с женой Верой недалеко от Дрездена:

«Мы любили собираться у большой кафельной печи, особенно в осенне-зимнее время и когда из-за шторма выключали электричество. Отец часто отсутствовал дома, потому что работал лоцманом и провожал заходившие корабли по морскому каналу в Кёнигсберг или в Эльбинг (Эльблонг). А мама всегда была с нами. Мы очень любили сумерничать, экономя электричество, сидя около нашей печи. Мы пели песни, например, «Знаешь ли ты, сколько звёздочек на небе», ели яблочный пирог, или мама рассказывала о своем детстве. Её родительский дом был таким крошечным, что в нем едва помещался стол со стульями вокруг него. Но это не мешало ему быть милым и уютным».

«4 апреля 1937 года я был записан в первый класс. По старой традиции я получил подарок. Была такая картонная упаковка в виде длинного конуса длиной около 80 сантиметров, которая наполнялась сладостями и мелкими предметами, необходимыми в школе. Народная школа, в которую я ходил, находилась на современной улице Головко, это здание не сохранилось. На занятия физкультурой шли мы через школьный двор в спортивный зал, который принадлежал средней школе для мальчиков (сейчас это здание матросского клуба), в которой я стал учиться после Пасхи 1941 года. Мой путь в школу был очень коротким, в отличие от моего старшего брата и сестры, которые учились в Пиллау-2 (сегодня это лицей №1). Английский был первым иностранным языком, а с 3 класса я начал учить латинский».

«Сегодня центром Балтийска является Пиллау-2, а в моё время основная жизнь города была сосредоточена в Пиллау-1. Кажется, это небольшое пространство — а здесь была 21 улица и две площади. Дома по большей части были одноэтажными. Центральная площадь (сегодня конечная остановка микроавтобусов на Кронштадтской) имела треугольную форму. На ней стояла ратуша с башенкой, на шпиле которой вертелся металлический осётр и показывал направление ветра. Тут же располагалась аптека, кафе-мороженое, кайзеровский кафе-магазин, многочисленные торговые лавочки и всеми нами любимое кино. В центре площади был фонтан. Важнейшими постройками были маяк и лоцманская башня, памятник великому курфюрсту (на месте памятника Петру I), великолепное здание почты (не сохранилось), «Золотой якорь», здание суда (музей БФ), реформистская церковь (сегодня православная), старая крепость и казармы (здание штаба базы). Среди кафе и столовых любимым местом у горожан было кафе Ильске-Фалле (не сохранилось). Оно было оформлено в морском стиле, на стенах висели картины, связанные с темой моря и морской жизнью».

«За очистной установкой между крепостью и каналом был луг, и там находилась так называемая белильня. Здесь хозяйки сушили на солнце белое постельное бельё, белые полотенца и скатерти. Зимой же в этом месте один житель Пиллау (имя не помню) заливал здесь каток, и мы катались там, сколько хотели, за 10 пфеннигов. Каток был очень популярен».

«Во время войны в Пиллау стоял знаменитый лайнер «Роберт Лей» как раз напротив памятника курфюрсту. Его каюты стали квартирами для многих матросов-подводников. Мы, дети лоцманов, полностью излазили и изучили этот корабль, учили азбуку Морзе, одевали противогазы. Однажды я обрызгался кислотой, на месте этих брызг появились дырки. Это была катастрофа, и мама долго нашивала множество заплаток, так как другого костюма у меня не было. С августа 1944 года начались бомбардировки Кёнигсберга английской авиацией. Мы с братом залезли на чердак и из окна увидели кроваво-красное небо на востоке. Это горел Кёнигсберг».

Калининград.Ru благодарит за помощь в подготовке материала Лидию Довыденко, учёного и журналиста, которая уже трижды переиздавала свою книгу «Тайны Пиллау». Также редакция выражает благодарность Фёдору Мунтяну за экскурсию и старые фотографии города.

Интересные факты о городе

В 1585 году жители Пиллау наблюдали Северное сияние.

В 1642 году в Пиллау был издан указ, предусматривавший большие штрафы женщинам, которые были замечены в ссорах и сплетнях.

Знаменитый композитор Рихард Вагнер бежал от кредиторов в Лондон через Пиллау.

В 1769 году на территорию Пиллау упал метеорит.

Первый поезд с пассажирами из Кёнигсберга дошел до Пиллау за 78 минут.

В июне 1871 года в Пиллау выпал снег.

Текст — Елизавета Шафер, фото — Кирилл Новиков

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции Калининград.Ru

Удар по «Вале»

Штурмовая и бомбардировочная авиация Краснознамённого Балтийского флота наносила регулярные удары по немецким транспортам и военным кораблям в гавани Пиллау с марта 1945 года. Однако лишь некоторые успехи советских лётчиков хорошо известны любителям военной истории. Одним из забытых эпизодов стало потопление штурмовиками Ил-2 транспорта «Вале» в ходе налётов 9 апреля 1945 года.

В одну строчку о событиях этого дня можно прочесть в немецком документе под названием «Ситуация на Балтике 12 апреля 1945 года, 08:00»: «09.04.45 при бомбёжке гавани Пиллау и Камштигаля затонули пароходы «Юлиус» , «Эльбинг-1» и «Вале» , а также лихтер с боеприпасами». К сожалению, немецких данных за апрель 1945 года сохранилось очень мало, но благодаря советским документам и снимкам фотоконтроля результатов ударов самолётов 11-й ШАД ВВС КБФ гибель парохода «Вале» можно попытаться реконструировать.

Неудача пикировщиков

На утро 9 апреля командование ВВС КБФ располагало тремя ударными авиадивизиями: минно-торпедной 8-й МТАД и штурмовыми 9-й и 11-й ШАД. Судя по документам штаба ВВС КБФ, изначально планировалось, что по Пиллау будет наносить удар только 11-я ШАД. Стоит заметить, что авиация Краснознамённого Балтийского флота наносила удары по Пиллау с марта 1945 года. Задачами этих налётов были дезорганизация работы порта, уничтожение кораблей и судов противника. Обычно удары во взаимодействии друг с другом наносили пикировщики 12-го Гв.ПБАП 8-й МТАД и штурмовики 11-й ШАД. План таких ударов под кодовым названием «Заря» был специально разработан штабом ВВС КБФ.

Пароход «Вале», довоенный снимок

Как сказано выше, было решено, что 9 апреля 1945 года атаковать будет только 11-я ШАД. Вечером 8 апреля дивизия получила следующий приказ:

«08.04.45, 21:30. Командующий ВВС КБФ приказал: командиру 11-й ШАД 09.04.45 по данным воздушной разведки 15-го ОРАП уничтожать транспорты и корабли противника в ВМБ Пиллау, Кёнигсбергском канале и на подходах. Операцию организовывать самостоятельно силами дивизии. Напряжение — три вылета на экипаж».

На этом основании командир 11-й ШАД отдал подчинённым собственный приказ:

«К 06:30 09.04.45 иметь в 30-минутной готовности к вылету на уничтожение кораблей и транспортов противника в порту Пиллау: командиру 47 ШАП — 22 экипажа, из них 1-я и 4-я группа — подавление ПВО с ФАБ-100 с АМ-А , 2-я и 3-я группа — ударные с бомбовой зарядкой по две ФАБ-250 с АВ-1-7 и донным АВ-87 с замедлением 7 секунд; командиру 8-го Гв.ШАП — 22 экипажа, из них: три группы с бомбовой зарядкой по две ФАБ-250 с АВ-1-7 и одна группа с ФАБ-100 с АМ-А; командиру 9-го ИАП — 24 экипажа на сопровождение Ил-2».

Нужно отметить довольно серьёзные силы, выделенные на подавление ПВО Пиллау. Полностью исключить потери и повреждения от зенитного огня они не смогли, но в любом случае свою роль сыграли.

Задействованные в утреннем налёте 9 апреля 1945 года пикировщики 12-го Гв.ПБАП имели на вечер 8 апреля следующий приказ: «09.04.45 к 06:30 иметь в готовности три самостоятельных ударных группы по 12 самолётов Пе-2 в каждой. Задача: во взаимодействии с торпедоносцами и топмачтовиками 1-го и 51-го МТАП… по данным воздушной разведки уничтожать боевые корабли противника в районе мыса Хель. Быть готовым к ударам по конвоям в море». Однако, проведя утром 9 апреля разведку, командование ВВС КБФ перенацелило пикировщики на Пиллау, добавив их к штурмовикам 8-го Гв.ШАП и 47-го ШАП.

В 08:45 11-я ШАД получила новый приказ от командующего ВВС КБФ: «Командиру 11-й ШАД в 10:30 нанести удар по транспортам противника в Пиллау. В 10:33 удар наносят Пе-2 8-й МТАД».

Из документов 8-й МТАД: «08:57, командиру 12-го Гв.ПБАП. В 10:33 нанести удар 27 Пе-2 по транспортам в порту Пиллау. В 10:30 удар наносят Ил-2 Манжосова» . По сути, это было выполнение типового плана удара по Пиллау «Заря», который как написано выше, раз за разом проводили ВВС КБФ.

Первыми в атаку вышли самолёты 47-го ШАП. Один штурмовик по техническим причинам повернул домой, но остальные дошли до цели. В 10:28 с одного захода 10 Ил-2 с планирования с высоты 1500–300 м атаковали четыре батареи зенитной артиллерии, а 11 Ил-2 с высот 300–150 м — транспорт водоизмещением до 10 000 тонн. Экипажи наблюдали попадания двух ФАБ-250 в этот транспорт, взрывы и пожар на нём. Успех удара подтверждался фотографией горящего транспорта, снятого штурмовиком-фотоконтролёром. Атаковавшие зенитки штурмовики доложили о том, что подавили огонь двух зенитных батарей и вызвали большой силы взрыв на берегу военной гавани.

Группа пикирующих бомбардировщиков Пе-2 идёт на боевое задание

Штаб ВВС КБФ в оперсводке №198 от 9 апреля 1945 года (далее — «оперсводка») оценил результаты удара как потопление транспорта водоизмещением 6000 тонн. Судя по снимкам фотоконтроля, можно предположить, что именно в ходе этой атаки «Вале» получил повреждения, но финальный удар по нему будет нанесён через четыре часа.

Полностью подавить ПВО Пиллау не удалось: двум штурмовикам, которые пилотировали лейтенанты В.Я. Глухарёв и В.П. Остапенко, из-за боевых повреждений пришлось садиться на армейских аэродромах, ещё шесть самолётов, вернувшихся на аэродром, механики привели в порядок в течение суток.

Следом, в 10:28–10:30, немецкие корабли в Пиллау четырьмя группами атаковали 22 Ил-2 8-го Гв.ШАП. Группа капитана К.В. Благодарова, по докладам экипажей, атаковала транспорт в 6000 тонн в бассейне №2, добившись попаданий одной ФАБ-250 и двумя ФАБ-100. Группа младшего лейтенанта Х.Х. Абазова атаковала транспорт в 7000 тонн и тоже добилась попадания в него двумя ФАБ-100. Группы лейтенанта А.Г. Махова и младшего лейтенанта А.М. Ермолаева атаковали в военной гавани транспорт в 5000 тонн, но попаданий бомб экипажи не наблюдали.

В штабе ВВС КБФ полагались не только на доклады экипажей штурмовиков, но и на донесения истребителей сопровождения и самолётов-разведчиков 15-го ОРАП. В результате в той же оперсводке штаба ВВС КБФ значится следующее: «Потоплен один танкер водоизмещением 2000 тонн. Вызван взрыв до 15 вагонов железнодорожного состава». Зенитным огнём были повреждены шесть штурмовиков, которые вышли из строя на сутки. Истребители сопровождения 9-го ИАП воздушного противника не встретили, потерь и повреждений не имели.

Снимки фотоконтроля удара по судам в гавани Пиллау двух групп штурмовиков 47-го ШАП ВВС КБФ: слева — в 10:28 группы капитана Г.Т. Попова, справа — в 14:56 группы капитана Ю.А. Акаева

В 10:30–10:33 27 Пе-2 12-го Гв.ПБАП с высоты 2100 м с пикирования сбросили бомбы по кораблям и транспортам в Пиллау. В результате удара экипажи наблюдали пожары на четырёх транспортах, но штаб ВВС КБФ в оперсводке зафиксировал: «27 Пе-2 (ведущий майор Усенко) в 10:30 с высоты 3000–2100 м безрезультатно бомбили транспорты в порту Пиллау».

Зенитным огнём был повреждён Пе-2 лейтенанта И.А. Шестакова, который сделал вынужденную посадку на аэродроме Виттенберг. Позднее самолёт отремонтировали, экипаж не пострадал. В экипаже старшего лейтенанта А.П. Мирошниченко осколками зенитного снаряда был тяжело ранен штурман лейтенант А.Г. Никитин. Истребителям 14-го Гв.ИАП повезло меньше: огнём зенитной артиллерии был сбит Як-9 опытнейшего лётчика, командира эскадрильи капитана И.И. Голосова, который упал в 3-4 км севернее Пиллау.

Вторая серия

В целом первый совместный удар пикировщиков и штурмовиков по Пиллау вышел не слишком успешным, поэтому командование ВВС КБФ решило перенацелить 12-й Гв.ПБАП на совместные с 9-й ШАД удары по немецких кораблям и судам у косы Хель. Из документов 8-й МТАД:

Заметим, что в результате ударов 8-й МТАД и 9-й ШАД немцы понесли потери у мыса Хель, но эти события требуют отдельного исследования, поэтому вернемся к действиям 11-й ШАД по Пиллау. Несмотря на то что пикировщики перенацелили на корабли и суда у мыса Хель, для штурмовиков 11-й ШАД ничего не изменилось: им было приказано наносить удары по порту Пиллау.

В 10:10 командующий ВВС КБФ отдал следующий приказ: «Командиру 11-й ШАД последующие удары по транспортам противника в порту Пиллау наносить самостоятельно». После этого самолёты 11-й ШАД, перевооружившись, во второй раз отправились бомбить корабли и суда в Пиллау.

Лётчики 8-го Гв.ШАП гвардии майор Фёдор Николаевич Тургенев и гвардии лейтенант Борис Вольфович Бурштейн

В 13:20–13:22 штурмовики 8-го Гв.ШАП одним заходом атаковали тральщик и сторожевой катер на выходе из военной гавани. Экипажи наблюдали взрыв одной ФАБ-250 у борта тральщика. От зенитного огня получили повреждения шесть штурмовиков, вышедшие из строя на сутки. В 13:22 одним заходом с планирования с высоты 1100–100 м до девяти сторожевых катеров в военной гавани и в восточной части морского аэродрома бомбили штурмовики 47-го ШАП. По докладам экипажей, они добились попадания бомбами ФАБ-100 в два сторожевых катера, а также подавили огонь трёх зенитных батарей. Зенитным огнём были повреждены пять штурмовиков, которые были восстановлены в течение суток. Получили ранения два воздушных стрелка. Участие истребителей 9-го ИАП свелось к подтверждению потопления экипажами 47-м ШАП катерного тральщика: немецкая авиация над Пиллау отсутствовала.

Гибель «Вале»

В 14:56 обе группы штурмовиков одновременно вышли в атаку по кораблям.

«Илы» 47-го ШАП одним заходом с высот 900–100 м атаковали транспорт водоизмещением 8000 тонн (чёрного цвета, однотрубный, длина 130 метров, ширина 17 метров), стоящий у стенки бассейна №1 военной гавани, и четыре мотобота. По докладу экипажей, они наблюдали два прямых попадания ФАБ-250, cброшенных капитаном Акаевым, в транспорт, на котором произошёл взрыв и возник пожар. Зенитным огнём был тяжело повреждён один Ил-2, но лётчик смог посадить его на передовом армейском аэродроме.

Лётчики 47-го ШАП капитан Юсуп Абдулабекович Акаев и лейтенант Виталий Петрович Остапенко

Штурмовики 8-го Гв.ШАП двумя группами с высот 1100–100 м атаковали транспорт водоизмещением 8000 тонн (двухтрубный, длина 140 м, ширина 24 м) c левой стороны у стенки в бассейне №1. Третья группа подавляла зенитный огонь в районе бассейнов №1 и №2 — её вёл лидер общей группы старший лейтенант Красовский. Экипажи наблюдали попадания в транспорт двух ФАБ-250 (майора Ф.Н. Тургенева и лейтенанта Б.В. Бурштейна), за которыми последовали взрыв и пожар на судне. Немецкие зенитчики повредили два штурмовика, но механики восстановили их в течение 24 часов, получил ранение один воздушный стрелок.

Интересно, что истребители прикрытия несколько по-другому оценили результаты налёта. В донесении 9-го ИАП говорилось: «20 Як-9 (ведущий майор Носков) в период 14:15–15:40 вылетали на сопровождение Ил-2, бомбивших Пиллау. Истребителей противника не было. Наблюдали прямое попадание двух ФАБ-250 третьей группы 8-го Гв.ШАП и одной бомбы группы 47-го ШАП в транспорт противника. На транспорте произошёл взрыв и пожар». В результате штаб ВВС КБФ в оперсводке зафиксировал транспорт в 8000 тонн как совместно потопленный 8-м Гв.ШАП и 47-м ШАП.

Именно в этот момент началась агония «Вале». Немцы оттащили транспорт на другую сторону бассейна №1 военной гавани, где он окончательно затонул. Самое интересное, что на том же месте, где получил смертельные повреждения «Вале», позже будет потоплен другой немецкий транспорт, но это уже другая история. К этому можно добавить лишь, что позднее комиссия, оценивавшая результативность ударов с воздуха ВВС КБФ, указала в своём отчёте: к гибели транспорта «Вале» привели три попадания авиабомб ФАБ-250.

Несмотря на серьёзные повреждения, пароход «Вале» после войны подняли, отремонтировали и включили в состав рыболовного флота СССР под именем «Память Ильича». Ещё несколько лет судно использовалось в качестве плавучей базы траулеров, ловивших сельдь

Это массивное грузовое судно встречается на фотографиях гораздо реже потопленного тремя неделями ранее транспорта «Мендоза» и известно в основном специалистам. Построенный в 1939 году в Эмдене на верфи «Нордзееверке» (Nordseewerke Emden GmbH) пароход имел водоизмещение 5950 тонн при длине 135,2 м, ширине 18 м и осадке 7,2 м, и развивал скорость 11,5 узлов. «Вале» эксплуатировался гамбургской судоходной компанией «Фригга» (Seereederei Frigga AG), и к весне 1945 года уже был знаком с советскими штурмовиками: 23 апреля 1944 года на севере Норвегии судно получило лёгкие повреждения от пушечно-пулемётного огня и осколков бомб, сброшенных самолётами 46-го ШАП ВВС Северного флота.

Четвёртый налёт: «Юлиус» и «Эльбинг»

Хотя штурмовикам 11-й ШАД и удалось добиться весомого успеха, командир дивизии приказал нанести удар по Пиллау в четвёртый раз за день. В 18:09 стартовали 18 Ил-2 47-го ШАП (ведущий подполковник З.Ф. Лазарев), а через три минуты — 18 Ил-2 8-го Гв.ШАП (ведущий старший лейтенант В.М. Дубина). Прикрытие составили взлетевшие в 18:20 20 истребителей Як-9 9-го ИАП (ведущий капитан П.С. Сычёв).

Первыми достигли цели «Илы» 47-го ШАП. В 18:55 одним заходом с высоты 1100–100 м они атаковали два транспорта водоизмещением 4500 и 3500 тонн, а также три быстроходные десантные баржи (БДБ), стоящие в бассейне №1 военной гавани. Группа подавления зенитного огня обрабатывала три батареи в северной части бассейнов №1 и №2. Экипажи наблюдали два прямых попадания ФАБ-250 в транспорт водоизмещением 4500 тонн, сильный взрыв и пожар. Ещё одна ФАБ-250 угодила в транспорт водоизмещением 3500 тонн, вызвав большой взрыв, а четвертая — в одну из БДБ. Штаб ВВС КБФ оптимизм пилотов и стрелков 47-го ШАП не оценил, и в оперсводке отмечено только повреждение транспорта водоизмещением 3500 тонн. Группа подавления ПВО со своей задачей полностью справилась: ни один из самолётов не был сбит и не отправился в ремонт.

Штурмовики 8-го Гв.ШАП вышли в атаку через 10 минут. Они сбросили бомбы с планирования с высоты 900–100 м. Первая из трёх групп, ведомая старшим лейтенантом Дубиной, подавляла огонь ПВО, группа лейтенанта Махова атаковала транспорт водоизмещением до 4000 тонн на входе в бассейн №1, а группа младшего лейтенанта Ермолаева — транспорт водоизмещением до 5000 тонн и стоящие рядом у стенки бассейна №3 две сухогрузные баржи.

Полузатопленный «Вале». Снимок сделан после того, как советские войска заняли Пиллау. В транспорте обнаружили пробоины от трёх 250-кг бомб

В результате атаки экипажи наблюдали прямое попадание одной бомбы ФАБ-250 в рядом стоящие баржи, на которых был вызван взрыв и пожар. Прямых попаданий в транспорт не было: по докладу экипажей, бомбы разорвались в 2–3 метрах от борта транспорта. Штаб ВВС КБФ, как обычно, заявки урезал, и в оперсводке упомянуто лишь о потоплении самоходной баржи. Немецкие зенитчики смогли повредить три Ил-2, но механики восстановили их в течение суток.

Вероятно, именно в ходе этой атаки 8-го Гв.ШАП погиб транспорт «Юлиус». По данным справочника по кригсмарине Эриха Грёнера, это случилось у внешнего мола Пиллау. По советским же документам, как видно из сказанного выше, атак по немецким кораблям у внешнего мола Пиллау 9 апреля не производилось. Если исходить из наружного вида судна (небольшое, с надстройками в кормовой части — чем напоминает самоходную баржу) и донесений экипажей 8-го Гв.ШАП, то «Юлиус» потопила именно эта группа штурмовиков. Остаётся надеяться, что удастся найти снимки фотоконтроля всех атаковавших в тот день групп штурмовиков и судьба этого судна прояснится.

В целом атаки по Пиллау 9 апреля 1945 года можно оценить как весьма успешные. С минимальными потерями лётчики 11-й ШАД достоверно потопили минимум два транспорта и лихтер. Загадкой остаётся упоминание немцами транспорта «Эльбинг-1»: судно с таким названием было потоплено штурмовиками ВВС КБФ ещё 9 октября 1944 года у Моонзундских островов. Возможно, в немецком донесении допущена ошибка, и в действительности 9 апреля 1945 года было потоплено другое судно. Не стоит забывать и то, что на текущий момент не все документы о потерях немецкого военного и торгового флота доступны исследователям, поэтому часть кораблей и судов, потопленные в Пиллау в марте-апреле 1945 года, не идентифицирована по сей день.