Захваченный на войне пленник

Неволя, в которую попадает человек, захваченный во время войны противником 4 буквы

Другие вопросы к слову Плен

  • Состояние порабощенности, того, кто захвачен на войне противником и лишен свободы
  • Город в Германии, Шлезвиг-Гольштейн
  • Мужское имя (славянское)
  • Заключение противника под стражу
  • Захват живой силы противника при ведении вооруженных действий
  • Принудительные «гостевые посиделки
  • Причина, по которой испанский классик Мигель де Сервантес жил среди пиратов
  • Состояние порабощенности, в котором находится человек, захваченный противником и лишенный свободы
  • Состояние того, кто захвачен в войне противником и лишен свободы
  • Ограничение свободы лица, принимавшего участие в военных действиях, с целью недопущения его к дальнейшему участию в них. Взятые в плен в ходе боевых действий военнослужащие именуются «военнопленные
  • Военная неволя
  • Захват и разоружение противника
  • Захват противника
  • Состояние порабощённости в войну
  • Солдатская неволя
  • Неволя
  • Туда берут языка
  • Принудительные «посиделки»
  • Воинская неволя
  • Порабощённость на войне
  • Куда это языка повели?
  • Взять языка в …
  • Захват врага.
  • Неволя, рабство.
  • Военный захват
  • Состояние порабощённости
  • Лишение свободы
  • Состояние зависимости, неволи
  • Состояние зависимости, подчинённости
  • Положение человека, задержанного властями враждебного государства и лишённого свободы
  • Жизнь в неволе, рабстве

Крупнейшая в мире база данных советских военнопленных

Крупнейшая в мире база данных советских военнопленных, захваченных немецкими войсками во время Второй мировой войны, стала доступна онлайн на немецком и русском языке http://www.dokst.ru/main/node/1132

Интернет-архив содержит данные о примерно 700 тысячах военнопленных Второй мировой войны, большая часть которых погибла в немецком плену. Вторая обнародованная на днях база данных включает имена и даты рождения более чем 10 тысяч граждан Германии, в отношении которых были вынесены различные приговоры советскими судами.

Обнародованная база данных включает в себя базовую информацию: имена и фамилии военнопленных, дату рождения и дату смерти. Однако пользователи, которые найдут в списке имена своих близких, могут обратиться к исследователям с запросом для получения более детальной информации.

Министр науки земли Саксония подчеркнул во вторник, что эти архивы помогут миллионам людей узнать судьбу своих погибших или пропавших без вести родственников.

Как следует из заявления министерства, родственники примерно 85 процентов представленных в списке людей и многие из тех, кто остался в живых после немецкого плена до сих пор не знают, какие обвинения были предъявлены им и их близким.

Масштабный список подготовили и опубликовали сотрудники Центра документации при общественном объединении Саксонские мемориалы в память жертвам политического террора, которое базируется в Дрездене. Работа над проектом осуществлялась при поддержке правительств России, Украины и Беларуси и заняла 9 лет.

Саксонские исследователи обещают публиковать любые уточнения к базе данных, как только они будут получены.

LiveInternetLiveInternet

Годы Второй мировой войны отмечены не только огромным количеством жертв, но и большим числом военнопленных. Попадали в плен поодиночке и целыми армиями: кто-то сдавался организованно, а кто-то дезертировал, но были и совсем курьезные случаи.



Итальянцы.

Итальянцы оказались не самым надежным союзником Германии. Случаи попадания итальянских солдат в плен фиксировались повсеместно: видимо, жители Апеннин понимали, что война, в которую втянул их дуче не отвечает интересам Италии.

Когда 25 июля 1943 года Муссолини был арестован новое правительство Италии во главе с маршалом Бадольо приступило к тайным переговорам с американским командованием на предмет заключения перемирия. Результатом переговоров Бадольо с Эйзенхауэром стала массовая сдача итальянцев в американский плен.

В этой связи интересно воспоминание американского генерала Омара Брэдли, который описывает приподнятое состояние итальянских военнослужащих при сдаче в плен:

«Скоро в итальянском лагере воцарилось праздничное настроение, пленные сидели на корточках вокруг костров и пели под аккомпанемент аккордеонов, привезенных с собой».

По мнению Брэдли, праздничное настроение итальянцев было связано с перспективой «бесплатной поездки в Штаты».

Интересный случай поведал один из советских ветеранов, который вспоминал как осенью 1943 года под Донецком встретил огромный крестьянский воз с сеном, а цугом в него были запряжены шесть «тощих чернявых мужиков». Ими погоняла «украинская баба» с немецким карабином. Выяснилось, что это дезертиры-итальянцы. Они так «лопотали и плакали», что советскому солдату с трудом удалось угадать их желание сдаться в плен.


Американцы.

В армии США есть необычный вид потерь – «переутомление в бою». К этой категории относят в первую очередь тех, кто оказался в плену. Так, при высадке в Нормандии в июне 1944 года количество «переутомленных в бою» составило около 20% от общего числа выбывших из боя.

В целом, по итогам Второй мировой войны по причине «переутомления» потери США составили 929 307 человек.

Чаще американцы оказывались плененными японской армией.
Больше всего командованию вооруженных сил США запомнилась операция немецких войск, вошедшая в историю как «Арденнский прорыв». В результате контрнаступления вермахта против союзных войск, начавшегося 16 декабря 1944 года фронт передвинулся на 100 км. вглубь территории противника. Американский писатель Дик Толэнд в книге об операции в Арденнах пишет, что «75 тысяч американских солдат на фронте в ночь на 16 декабря легли спать, как обычно. В этот вечер ни один из американских командующих не предполагал крупного немецкого наступления». Итогом германского прорыва стало пленение около 30 тыс. американцев.



Советские военные.

Точных сведений о количестве советских военнопленных нет. По разным данным их число колеблется от 4,5 до 5,5 млн. человек. По подсчетам командующего группой армий «Центр» фон Бока только к 8 июля 1941 года в плен попали 287 704 советских военнослужащих, включая дивизионных и корпусных командиров. А по итогам 1941 года количество советских военнопленных превысило 3 млн. 300 тыс. человек.

Сдавались в плен в первую очередь из-за невозможности оказывать дальнейшее сопротивление – раненные, больные, не имеющие продовольствия и боеприпасов или при отсутствии управления со стороны командиров и штабов.

Основная масса советских солдат и офицеров попадала в немецкий плен в «котлах». Так, результатом самого крупного в советско-германском конфликте сражения на окружение – «Киевского котла» – стало около 600 тыс. советских военнопленных.

В плен советские солдаты сдавались также по одиночке или отдельными формированиями. Причины были разные, но главная из них, как отмечают бывшие военнопленные, – это страх за свою жизнь. Впрочем, были идеологические мотивы или просто нежелание воевать за советскую власть. Возможно с этих соображений 22 августа 1941 года на сторону противника практически в полном составе перешел 436-й пехотный полк под командованием майора Ивана Кононова.

Немцы.
Если до Сталинградской битвы попадание немцев в плен было скорее исключением, то зимой 1942-43 гг. оно приобрело симптоматический характер: за время Сталинградской операции в плен попали около 100 тыс. военнослужащих вермахта. Немцы сдавались целыми ротами – голодные, больные, обмороженные или просто изнеможённые. За время Великой Отечественной войны советскими войсками было пленено — 2 388 443 немецких солдат.
В последние месяцы войны немецкое командование драконовыми методами пыталось заставить войска сражаться, но тщетно. Особенно неблагоприятной была ситуация на Западном фронте. Там немецкие солдаты, зная о соблюдении Англией и США Женевской конвенции об обращении с военнопленными сдавались гораздо охотнее, чем на Востоке.
По воспоминаниям немецких ветеранов, перебежчики старались переходить на сторону противника непосредственно перед атакой. Были случаи и организованной сдачи в плен. Так, в Северной Африке немецкие солдаты, оставшись без боеприпасов, горючего и продовольствия выстраивались в колонны чтобы сдаться американцам или англичанам.
Югославы.
Не все страны Антигитлеровской коалиции могли давать сильному противнику достойный отпор. Так, Югославия, которую помимо Германии атаковали вооруженные силы Венгрии и Италии не выдержала натиска и 12 апреля 1941 года капитулировала. Части югославской армии, сформированные из хорватов, боснийцев, словенцев и македонцев стали массово расходиться по домам или переходить на сторону неприятеля. В считанные дни в немецком плену оказалось около 314 тыс. солдат и офицеров – практически все вооруженные силы Югославии.
Японцы.
Следует отметить, что поражения, которые Япония терпела во Второй мировой войне приносили немало потерь противнику. Следуя кодексу самурайской чести, даже осажденные и заблокированные на островах подразделения не спешили сдаваться в плен и держались до последнего. В результате к моменту капитуляции многие японские солдаты просто умерли от голода.
Когда летом 1944 года американские войска захватили оккупированный японцами остров Сайпан из 30-тысячного контингента японцев в плен попала только тысяча.
Около 24 тысяч были убиты, еще 5 тысяч совершили самоубийство. Почти все пленники – это заслуга 18-летнего морпеха Гая Габалдона, который отлично владел японским языком и знал психологию японцев. Габалдон действовал в одиночку: он убивал или обездвиживал возле убежищ часовых, а затем уговаривал находящихся внутри сдаться. В самый удачный рейд морпех привел на базу 800 японцев, за что получил прозвище «Сайпанский крысолов».
Любопытный эпизод пленения японца, обезображенного укусами комаров, в своей книге «Воспоминания и размышления» приводит Георгий Жуков. На вопрос, «где и кто его так разделал» японец ответил, что вместе с другими солдатами с вечера был посажен в камыши для наблюдения за русскими. Ночью им пришлось безропотно терпеть страшные укусы комаров, чтобы не выдать своего присутствия. «А когда русские что-то крикнули и вскинули винтовку, – рассказывал пленный, – я поднял руки, так как не мог больше терпеть эти мучения».

Французы.
Быстрое падение Франции во время молниеносного удара в мае-июне 1940 года странами Оси до сих пор вызывает у историков бурные дискуссии. Чуть больше чем за месяц в плен попало около 1,5 миллионов французских солдат и офицеров. Но если 350 тыс. оказались в плену в ходе боев, то остальные сложили оружие в связи с приказом правительства Петэна о перемирии. Так, в короткий период перестала существовать одна из самых боеспособных армий в Европе.

Военнопленные Второй мировой войны


История войн – это не только история битв, дипломатии, побед, поражений, приказов командования и подвигов, это еще и история военнопленных. Судьба советских военнопленных в годы Второй мировой войны составляет одну из самых трагичных страниц нашего прошлого. Советские военнопленные попадали в плен на своей земле, защищая эту землю, а военнопленные гитлеровской коалиции оказывались в плену на чужой земле, в которую они пришли как захватчики.
В плену можно «оказаться» (получив ранение, впав в бессознательное состояние, не имея оружия и боеприпасов для сопротивления) или «сдаться» – поднять руки, когда ещё можно и есть чем сражаться. Почему же присягнувший на верность родине вооружённый мужчина прекращает сопротивление? Может быть, такова природа человека? Ведь он повинуется инстинкту самосохранения, в основе которого чувство страха.
«Конечно, поначалу на войне было страшно. И даже очень. Каково это молодому парню постоянно видеть, как снаряды рвутся, бомбы, мины, товарищи погибают, их калечит осколками, пулями. Но потом, я заметил, уже не страх, а нечто другое заставляло вгрызаться в землю, искать укрытия, прятаться. Я бы назвал это чувством самосохранения. Ведь страх парализует волю, а чувство самосохранения заставляет искать выходы из, казалось бы, безвыходных ситуаций», – так вспоминал об этом чувстве ветеран Великой Отечественной войны – Иван Петрович Вертелко.
В жизни бывает страх частичный, страх какого-то явления. Но бывает и абсолютный страх, когда человек находится на краю гибели. И это самый сильный враг – он отключает мышление, не позволяет трезво воспринимать действительность. Человек теряет способность критически мыслить, анализировать ситуацию, управлять своим поведением. Перенеся шок, можно сломаться как личность.
Страх – массовая болезнь. По оценке ряда экспертов, сегодня 9 миллионов немцев периодически страдают приступами панического страха, а более 1 миллиона испытывают его постоянно. И это в мирное время! Вот как отзывается Вторая мировая в психике тех, кто родился позже. В каждом заложена своя устойчивость к страху: при опасности один впадёт в ступор (резкое психическое угнетение до полного оцепенения), другой – в панику, а третий хладнокровно ищет выход из сложившейся ситуации. В бою, под огнем противника боятся все, но поступают по-разному: одни сражаются, а других бери хоть голыми руками!
На поведение в бою влияет физическое состояние, порой человек «уже просто не может». Недавно здоровые молодые мужчины измучены голодом, холодом, незаживающими ранами, огнём врага без возможности укрыться… Яркий пример этого – сообщение из окружённой 2-й ударной армии Волховского фронта (весна 1942 года): «Болота растаяли, ни окопов, ни землянок, едим молодую листву, березовую кору, кожаные части амуниции, мелких животных… 3 недели получали по 50 г сухарей… Доели последних лошадей… Последние 3 дня не ели вообще… Люди крайне истощены, наблюдается групповая смертность от голода». Война – постоянный каторжный труд. Солдаты перекапывают миллионы тонн земли, как правило, малой саперной лопатой! Чуть сдвинулись позиции – копай опять; о передышке в боевых условиях не может быть и речи. Знает ли какая-нибудь армия о сне на ходу? А у нас это было обычным явлением на марше.

В армии США есть диковинный вид потерь – «переутомление в бою». При высадке в Нормандии (июнь 1944-го) оно составило 20 процентов от общего числа выбывших из боя. В целом во Второй мировой войне потери США по причине «переутомления» составили 929 307 человек! Советский солдат оставался в боевых порядках до гибели или ранения (бывала и смена подразделений, но лишь по причине больших потерь или соображений тактики).
Нам всю войну было не до отдыха. Удар германской военной машины могла выдержать единственная сила в мире – наша армия! И наши измотанные, спящие на марше, при нужде съевшие лошадей солдатики перемогли отлично оснащённого умелого врага! Не только солдаты, но и генералы… Для нашего народа, победившего в самой страшной войне в истории человечества, свобода и независимость Родины оказались важнее всего. Ради нее на фронтах и в тылу люди жертвовали собой. Жертвовали, поэтому и победили.
По разным оценкам число советских солдат в германском плену в 1941-1945 гг. составляло от 4 559 000 до 5 735 000 человек. Цифры действительно огромные, но объективных причин такого массового пленения людей немало. Свою роль в этом сыграла внезапность нападения. Кроме того, оно было массированным: границу с СССР 22 июня перешли около 4,6 млн. человек. Войну начали 152 дивизии, 1 бригада и 2 моторизованных полка вермахта, 16 финляндских дивизий и 3 бригады, 4 венгерские бригады, 13 румынских дивизий и 9 бригад, 3 итальянские дивизии, 2 словацких дивизии и 1 бригада. Большинство из них обладали опытом ведения боевых действий, были хорошо оснащены и вооружены – на Германию к тому времени работала почти вся промышленность Европы.
Накануне войны сводки генштаба вермахта о состоянии Красной Армии отмечали, что её слабость заключается и в страхе командиров перед ответственностью, что было вызвано предвоенными чистками в войсках. Мнение Сталина о том, что воину Красной Армии лучше погибнуть, чем оказаться во вражеском плену было закреплено в советском законодательстве. «Положением о воинских преступлениях» 1927 года устанавливалось равенство понятий «сдача в плен» и «добровольный переход на сторону противника», который карался расстрелом с конфискацией имущества.
Кроме этого, на волю обороняющихся влияло отсутствие надежного тыла. Даже если советские бойцы и командиры вопреки всему держались насмерть, в тылу у них уже были горящие города, которые нещадно бомбили немецкие самолеты. Воины испытывали тревогу за судьбу близких. Потоки беженцев пополняли море пленников. Атмосфера паники первых недель войны также играла на руку нападавшим и не позволяла трезво оценивать сложившуюся обстановку и принимать правильные решения по борьбе с захватчиками.
В приказе народного комиссара обороны СССР № 270 от 16 августа 1941 года подчеркивалось: «Командиров и политработников, во время боя срывающих знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как родственники нарушивших присягу и предавших свою родину дезертиров… Обязать каждого военнослужащего независимо от его служебного положения потребовать от вышестоящего начальника, если часть его находится в окружении, драться до последней возможности, чтобы пробиться к своим, и если такой начальник или часть красноармейцев вместо организации отпора врагу предпочтут сдаться ему в плен – уничтожать их всеми средствами, как наземными, так и воздушными, а семьи сдавшихся в плен красноармейцев лишать государственного пособия и помощи».

С началом войны стало ясно, что истребление не только пленных, но и мирного населения принимает все более ужасающие масштабы. Пытаясь исправить положение, 27 июня 1941 года нарком иностранных дел Вячеслав Молотов телеграфирует председателю МККК (Международный Комитет Красного Креста) о готовности Советского Союза осуществить обмен списками военнопленных и возможности пересмотра отношения к Гаагской конвенции «О законах и обычаях сухопутной войны». Нельзя забывать, что именно отказом СССР присоединиться к Женевской конвенции мотивировал Гитлер свои призывы не применять в отношении советских военнопленных нормы международного права. За месяц до вторжения в Советский Союз Верховное командование вермахта (ОКВ) подготовило инструкции об обращении с захваченными в плен представителями политической власти, находящимися в РККА. Одно из предложений сводилось к необходимости уничтожения политкомиссаров еще во фронтовых лагерях.
17 июля 1941 года Вячеслав Молотов специальной нотой через посольство и Красный Крест Швеции довел до сведения Германии и её союзников согласие СССР выполнять требования Гаагской конвенции 1907 года «О законах и обычаях сухопутной войны». В документе подчеркивалось, что Советское правительство будет соблюдать требования конвенции в отношении фашистской Германии «лишь постольку, поскольку эта конвенция будет соблюдаться самой Германией». Тем же днём датирован приказ гестапо, предусматривавший уничтожение «всех советских военнопленных, которые были или могли быть опасны для национал-социализма».
Отношение к пленным на Руси издавна было гуманным. Милосердия к побеждённым требовало «Соборное уложение» Московской Руси (1649 г.): «Неприятеля, просящего пощады, щадить; безоружных не убивать; с бабами не воевать; малолетков не трогать. С пленными поступать человеколюбиво, стыдиться варварства. Не меньше оружия поражать врага человеколюбием. Воину надлежит мощь вражескую сокрушать, а не безоружных поражать». И так поступали веками.

После 1945 года у нас в плену оказалось 4 миллиона немцев, японцев, венгров, австрийцев, румын, итальянцев, финнов… Каким было отношение к ним? Их жалели. Из пленных немцев у нас выжили две трети, из наших в немецких лагерях – треть! «В плену нас кормили лучше, чем ели сами русские. Я оставил в России часть своего сердца», – свидетельствует один из немецких ветеранов, переживший советский плен и вернувшийся на родину, в Германию. Суточный рацион рядового военнопленного по нормам котлового довольствия для военнопленных в лагерях НКВД составлял 600 граммов ржаного хлеба, 40 граммов мяса, 120 граммов рыбы, 600 граммов картофеля и овощей, другие продукты общей энергетической ценностью 2533 ккал в день.
К сожалению, большинство положений Женевские конвенции «Об обращении с военнопленными» оставались лишь на бумаге. Немецкий плен – одно из самых мрачных явлений Второй мировой войны. Уж очень тяжелой была картина фашистского плена, всю войну зверства не прекращались. Все знают, что делали во время Второй мировой войны «культурные» немцы и японцы, проводя эксперименты на людях, издеваясь над ними в лагерях смерти… Вот как писал К.Д. Воробьев в своей повести «Это мы, Господи!… «, о том, что довелось ему пережить в фашистском плену: «Каунасский лагерь «Г» был карантинным пересылочным пунктом. Не было поэтому в нем особых «благоустройств», свойственных стандартным лагерям. Но в нем были эсэсовцы, вооруженные… железными лопатами. Они уже стояли, выстроившись в ряд, устало опершись на свое «боевое оружие». Еще не успели закрыться ворота лагеря за изможденным майором Величко, как эсэсовцы с нечеловеческим гиканьем врезались в гущу пленных и начали убивать их. Брызгала кровь, шматками летела срубленная неправильным косым ударом лопаты кожа. Лагерь огласился рыком осатаневших убийц, стонами убиваемых, тяжелым топотом ног в страхе метавшихся людей».
Или вот ещё: «Паек пищи, выдаваемый пленным, составлял 150 граммов плесневелого хлеба из опилок и 425 граммов баланды в сутки… В Шяуляе самое большое здание – тюрьма. Во дворе, в коридорах, в четырехстах камерах, на чердаке – всюду, где только было возможно, сидели, стояли, корчились люди. Была их там не одна тысяча. Их не кормили. Водопровод немцы разобрали. Умерших от тифа и голода убирали с первого этажа и со двора. В камерах и коридорах остальных этажей трупы валялись месяцами, разъедаемые несметным количеством вшей. По утрам шесть автоматчиков заходили во двор тюрьмы. Три фургона, наполненные мертвецами и еще дышащими, вывозились из тюрьмы в поле. Каждый фургон тащили пятьдесят пленных. Место, где сваливали в огромную канаву полутрупы, отстояло от города в четырех верстах. Из ста пятидесяти человек, везущих страшный груз, доходили туда сто двадцать. Возвращались восемьдесят – девяносто. Остальных пристреливали по пути на кладбище и обратно».
И всё-таки многие попавшие в плен пытались бежать: группами, в одиночку, из лагерей, во время пересылки. Вот данные немецких источников: «На 01.09.42 г. (за 14 месяцев войны): из плена бежало 41300 русских». Дальше – больше. Министр экономики гитлеровской Германии Шпеер докладывает фюреру: «Побеги приняли угрожающие размеры: ежемесячно из общего числа бежавших удаётся обнаружить и вернуть к местам работ до 40000 человек». К 01.05.44 г. (предстоит ещё год войны) при попытке к бегству убит 1 миллион военнопленных. Наших дедов и отцов!
В Германии и СССР времён Второй мировой близким пропавшего без вести отказывали в поддержке (не платили пособия, пенсии). Сдавшийся в плен человек воспринимался как враг, это не только была позиция власти, но и отношение общества. Враждебность, отсутствие сочувствия и социальной поддержки – со всем этим бывшие пленные сталкивались повседневно. В Японии плену предпочитали самоубийство, в противном случае близкие пленного подвергались гонениям на родине.
В 1944 году поток возвращающихся в Советский Союз военнопленных и репатриированных резко увеличился. Летом этого года была разработана, а затем введена новая система фильтрации и проверки органами государственной безопасности всех возвращающихся лиц. Для проверки «бывших военнослужащих Красной Армии, находившихся в плену и окружении противника», была создана целая сеть специальных лагерей. В 1942 году кроме существовавшего ранее Южского спецлагеря было создано ещё 22 лагеря в Вологодской, Тамбовской, Рязанской, Курской, Воронежской и других областях. Практически эти спецлагеря представляли собой военные тюрьмы строгого режима, причём для заключённых, которые в подавляющем большинстве не совершали каких-либо преступлений.
Освобожденные из спецлагерей военнопленные сводились в особые батальоны и направлялись в отдалённые районы страны на постоянную работу на предприятиях лесной и угольной промышленности. Только 29 июня 1956 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление «Об устранении последствий грубых нарушений законности в отношении бывших военнопленных и их семей». С 1956 г. все дела бывших военнопленных были пересмотрены. Подавляющее большинство из них – реабилитировано.

Объективно, плен – это всегда поражение, подчинение воле противника. Но вместе с тем, – это и право безоружного. Находясь в плену, воин должен рассчитывать на защиту своих прав со стороны государства, пославшего его на фронт. Государство обязано придерживаться одного из древних международных принципов – возвращение военнопленного на Родину и восстановление его во всех правах гражданина. Кроме этого, со стороны государства, захватившего военнослужащего в плен, должны соблюдаться нормы международного права.
Интересны следующие факты. В 1985 году в США была учреждена медаль «За достойную службу в плену». Ею награждают солдат, побывавших в плену, в том числе и посмертно. А 9 апреля 2003 года американский президент объявил о новом государственном празднике – Дне памяти американских военнопленных. Обращаясь по этому поводу к нации, он сказал: «Они являются национальными героями, и их служба нашей страной не будет забыта». Всё это утверждает в солдатах уверенность, что о них позаботятся. В сознании американских солдат прочно укоренилась мысль о том, что родина своих на войне не забывает и ни в чем не обвиняет, если им на войне «не повезёт». В западных странах люди думают иначе: «Самое ценное в жизни – сама жизнь, дающаяся только раз. И можно идти на всё ради ее сохранения». Такие выражения, как «умереть за родину», «жертвовать собой», «честь дороже жизни», «предавать нельзя» уже давно не являются для них мерилом солдата и мужчины.

Русские пленные в Германии

Немецкий плен того времени — не то же, что плен во Второй мировой. Лагеря Великой войны не стойла рабов и не производство смерти, а кузницы германофилов и дешевой рабочей силы.

Политика разобщения пленных и конфликты

Согласно немецкой статистике, 1 420 479 русских солдат и 14 050 офицеров попали в плен в годы войны. После прибытия с фронта военнопленных делили на роты или бараки во главе с унтер-офицером национальности роты. Разделение пленных по национальному признаку было также одним из важнейших элементов немецкого управление пленными — украинцам, полякам, прибалтам, грузинам предлагались лучшие условия содержания в комплексте с пропагандистской литературой. После войны пленные должны были стать проводниками германофильской и антирусской политики дома. Часто пленные из национальных окраин империи, особенно украинцы и грузины, сопротивлялись сами этой обработке, распространявшуюся пропагандистскую литературу собирали и прятали, били тех, кто оказался к ней восприимчив. Согласившихся сотрудничать с лагерной администрацией называли предателями и им угрожали расправой.

Российских пленных в Германии воспитывали в национальном духе

Офицеры (рангом выше унтер-офицеров) и солдаты содержались раздельно — так полагалось и по международным соглашениям, и чтобы офицеры не организовали саботаж, побег или другие антинемецкие акции с участием солдат.

Военнопленные. (www.dhm.de)

Контроль в плену устанавливался и с помощью самих пленных. Унтер-офицеры в бараках должны были сотрудничать с комендатурой лагеря и поддерживать установленный порядок. Если все было хорошо, офицер получал денежное вознаграждение. Благодаря разного рода подаркам вроде табака, продуктов, ускоренного почтового отправления на родину комендатуры обзаводились группами «доверенных» пленных, сообщавших разного рода сведения о русской армии, о поведении и настроении других пленников.

Среди пленных набирались знающие немецкий язык для работы переводчиками и надсмотрщиками на обязательных работах на кухне, в поле или в ремесленных мастерских. Унтер-офицеры и переводчики, пытаясь сохранить свое привилегированное положение на службе у немцев, нередко плохо обращались с соотечественниками. Социальные конфликты между офицерами и солдатами, свойственные русской армии, сохранялись и в плену. Один бежавший из плена солдат говорил позже: «Было хорошо, пока наши старшие не брали верх. А потом немцы дали им право нас колотить и сечь розгами и со своими старшими стало хуже… Когда пленные стали сами собой управлять, в это время у них начались всякие кражи и неприятности… Жили мы между собой в ссорах, которые происходили из-за пищи».

Военнопленные. (smolbattle.ru)

Ругань и неповиновение унтер-офицерам были наиболее распространенными нарушениями лагерных правил. В плену, где постоянно испытывался недостаток предметов первой необходимости, привычной среды общения и связи с домом, в обстановке нервозной редко создавалась атмосфера полной солидарности.

Случались даже конфликты между лагерями, например, из-за права первыми отправиться домой в 1918 г. Ни один лагерь «не хотел делить места с чужими» и заваливал немецкие учреждения и Советское бюро по делам военнопленных в Германии требованиями именно их как можно скорее отправить домой.

Тогда же на фоне революционного взрыва в России и немецкой политики разобщения среди пленных обострились и национальные конфликты. Немцы фиксировали случаи кровавых драк между настроенными в национальном и имперском духе пленными, особенно после провозглашения независимости Украины. Русские злились на поддержавших независимость уроженцев Украины, писали в российские организации, посылавшие лагерям помощь, требования прекратить поддержку теперь самостийных украинцев.

Военнопленные. (smolbattle.ru)

Военные лагеря: самоуправление

В лагерях Первой мировой войны обычной практикой было допущение самоуправления — пленные открывали в лагерях лавки, вели художественную деятельность, искали благотворительную помощь и распределяли. Лагерные комитеты самоуправления собирали библиотеки, строили небольшие церкви, организовывали лекции, кружки по интересам вплоть до самых экзотических у офицеров (например, общество любителей солнечных ванн в Нейссе). Немецкие коменданты оставляли за собой право в случае нарушений порядка наказывать пленных, например, отменой концертов и спектаклей на какое-то время.

Лагерные комитеты сами определяли и наказания за мелкие проступки. Например, за нелегальную торговлю «собачкой» (самогоном) могли приговорить к нескольким дням «черпака», то есть чистки туалетов, а за более серьезные нарушения пленный мог провести несколько ночей вне барака и спать на улице даже при плохой погоде.

Пленные разных стран в лагере Цоссен-Вюнсдорф, 1916 г. Источник: www.berliner-zeitung.de

С позволения управления лагерей пленных отпускали работать на близлежащие фермы и в мастерские, продавать произведенные ими товары (у немцев особенно пользовались спросом предметы столярного искусства с русской резьбой). Часть вырученных средств шла в карман работников, часть — на содержание лагеря. Пленные имели возможность переписки и получения посылок, возможность подавать жалобы и просьбы в международные и русские организации, договариваться о работах с немецкими предприятиями вне лагеря.

Голод и цензура

Хотя немцы не доводили до массового смертельного голода, но обильным пропитание пленных никогда не было, особенно в конце войны, когда Германия испытывала жестокий продовольственный кризис. Хуже всего приходилось тем, кто не имел доступа к сельскохозяйственным работам. Можно было также просить о посылке с едой из дома, но сообщать домой о голоде и других проблемах плены заключенным не разрешалось. Пленные проявляли немалую изобретательность в обходе почтовой цензуры. Один пленный писал домой: «Я живу здесь с Ермолаем Кормильичем Голодухиным, с которым ты вскоре познакомишься, мы с ним неразлучны». Не всякий переводчик, ежедневно проверявший десятки и сотни писем, написанных разного качества русским почерком, мог обратить внимание на такую хитрость. Некоторым цензорам, особенно русским немцам, все же удавалось обнаружить иносказания в почте. Например, один солдат с юмором писал, что живет «…как на Выборгской стороне», другой — что живет «не хуже, чем в нашем пансионе в деревне Медведская». При этом речь шла о психлечебницах или тюрьмах в России.

На работе. (topwar.ru)

Другой пленный, офицер, в тексте письма сделал ссылку на Библию: «2 Кор. 11 — 27». Открыв Писание в указанном месте, читаем слова: «в труде и в изнурении часто в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе».

Возвращение на родину

Возвращение пленных в условиях начавшейся в России Гражданской войны обернулось большим количеством проблем, особенно в 1918 году, когда пленные шли огромными массами, иногда десятками тысяч человек в день. Встреча их была часто плохо подготовлена, людей везли скученно, не обеспечивали в достаточной мере медикаментами, продовольствием и одеждой (особенно зимой). Многие умирали в пути. По воспоминаниям писателя В. Б. Шкловского, на некоторых вагонах были указания: «Если умрешь, отвезут до Курска и там похоронят в «горелом лесу», а гробы обратно». Более или менее благополучно доезжали в основном те, у кого в запасе из лагерей были еда и деньги, то есть прежде всего те, кто работал на разных немецких предприятиях.

Военнопленные. Источник: smolbattle.ru

В Германии осталось более 20 тыс. пленных (в том числе много русских немцев), решивших не возвращаться в охваченную пожаром гражданской войны Россию. Иногда пленные принимали решение об эмиграции, успев побывать на родине. Так, русская газета «Руль» сообщала в марте 1921 г. о военнопленном, который вернулся в Советскую Россию и, пробыв там полтора месяца, увидел разруху и массовую нищету. Под впечатлением этого зрелища он принял решение, не заезжая домой, пешком через Литву вернуться в Германию, избегая пограничные заставы. После закрытия лагерей пленники жили в Германии на правах свободных иностранцев, так, как если бы они были обычными беженцами из России, которые много тогда было в Европе.