В о каппель

Генерал Каппель — жизнь и смерть генерала

Каппель Владимир Оскарович — (рожд. 16 (28) апреля 1883 г. — смерть 26 января 1920 г.) Выдающийся русский полководец, принимал участие в Первой мировой и Гражданской войне. Стал известен в 1918 г., когда во главе Народной армии Комуча в ходе ряда дерзких боев смог отбить у красных Казань. Легендарная личность Белого движения.

Но, начав как герой, он закончил как мученик…

— Salik.biz

Его отец участвовал в походах в Туркестан под предводительством генерала Черняева, а мать Елена Петровна происходила из семьи генерала П.И. Постольского — героя обороны Севастополя. Сам В.О. Каппель продолжил семейную традицию. 1903 год — он окончил Николаевское кавалерийское училище и был направлен служить в 54-й драгунский Новомиргородский полк.

Как вспоминал о нем однополчанин полковник Сверчков:


«Из большинства офицеров полка он выделялся всесторонней образованностью, культурностью и начитанностью, думаю, что не осталось ни одной книги в нашей обширной библиотеке, которую он оставил бы непрочитанной… Владимира Оскаровича любили все, начиная от рядового 1-го эскадрона, в котором он вместе со мной служил, до командира полка включительно»

В начале 1906 года Каппеля произвели в поручики. В годы первой русской революции он принимал участие в разгроме террористических формирований в Пермской губернии. Потом продолжил службу в полку. 1913 год — он окончил элитную Николаевскую академию Генерального штаба по первому разряду, а за успехи в изучении военных наук был награжден орденом Св. Анны 3-й ст.

Первая мировая война

Рекламное видео:

Первую мировую войну В.О. Каппель начал как обер-офицер для поручений в штабе 5-го армейского корпуса, в котором служил до февраля 1915 года. В это время он стал участником победоносной Галицийской битвы (в ходе которой австрийцы потерпели крупное поражение) и оборонительных боев у Варшавы (где были остановлены уже германские войска). Потом на должности старшего адъютанта служил в штабах ряда казачьих и кавалерийских дивизий и корпусов, а одно время временно замещал должность начальника штаба 14-й кавалерийской дивизии.

1916 год, март — капитан В.О. Каппель был прикомандирован к Управлению генерал-квартирмейстера штаба Юго-западного фронта, где принимал участие в детальной проработке плана крупномасштабного наступления, который вошел в историю как Брусиловский прорыв. 1916 год, август — был произведен в подполковники и занял должность помощника начальника оперативного отделения.

Генерал С.А. Щепихин — о Каппеле:

«По рождению — кавалерист. Человек подвижный, живой, любит боевую обстановку, коня. Штабная работа — не по нему… Ему, Каппелю, абсолютно не был свойственен авантюризм».

После Февральской революции

На этой должности Владимир Оскарович и встретил Февральскую революцию. Будучи кадровым офицером (а по убеждениям — монархистом), он довольно тяжело воспринял эти события. Но, как и многие другие военные, Каппель руководствовался принципом, по которому армия должна находиться вне политики, а потому присягнул на верность новой власти: в час тяжелейшей войны необходимо сделать все, чтобы дать отпор врагу внешнему.

Фрагмент фотографии выпускников Императорской Николаевской военной академии 1913 года

К сожалению, Временное правительство не только не приложило необходимых усилий что бы поддержать боеспособность вооруженных сил, но и само поспособствовало их разложению. Не удивительно, что в офицерской среде стали нарастать требования порядка и законности, которые в те времена назывались «контрреволюционными». Одной из видных фигур офицерской «оппозиции» стал Л.Г. Корнилов, который в ходе своего неудачного выступления в конце августа стремился силой восстановить порядок в столице.

Вряд ли Каппель был активно вовлечен в подготовку этого выступления, но, наверняка, он всецело сочувствовал чаяниям русских патриотов. Любопытно, что согласно заявлению солдат 3-го ординарческого эскадрона (располагался при штабе Юго-западного фронта), Владимир Оскарович в числе других (Деникин, Марков и пр.) был назван приверженцем «старого, монархического строя, несомненным участником контрреволюционного заговора».

Так или иначе, но Каппель арестован не был и, больше того, стал исполнять обязанности начальника оперативного отдела управления генерал-квартирмейстера штаба фронта. Но в период фактически полного развала армии никакой реальной боевой работы фронтовое начальство вести не могло.

1917 год, начало октября — Каппель взял отпуск и (официально по болезни) отправился к родным в Пермь. Уже у себя дома он пережил Октябрьскую революцию, разгон Учредительного собрания, демобилизацию русской армии, заключение большевиками позорного Брестского мира, первые шаги строительства «военного коммунизма». Для Владимира Оскаровича развал страны и начавшаяся смута стали в первую очередь личной трагедией.


От Перми до Самары

Довольно жесткая политика большевиков оттолкнула от них многие слои населения. Если на юге благодаря усилиям Корнилова и Алексеева формировалась Добровольческая армия, то по всей стране действовали разные тайные офицерские организации. Существовали они в Поволжье, где весной 1918 года активную подпольную работу разворачивала также партия социалистов-революционеров (эсеры), которая получила большинство при выборе в Учредительное собрание.

Одновременно собственные вооруженные силы формировали и большевики. В частности, в штабе Приволжского военного округа (Самара) предполагалось создать армию, которая предназначалась для борьбы с германцами, если они вдруг начнут продвижение вглубь страны. На сотрудничество дали согласие многие кадровые офицеры, считавшие, что они будут стоять на защите державы. Для кого-то это был способ выжить в сложившихся условиях, кто-то боялся за свою семью, находившуюся в заложниках, а те, кто входили в состав тайных военных организаций, не без оснований считали, что таким образом они получают контроль над большевистской военной машиной. Неизвестно, какими соображениями руководствовался Каппель, когда пошел на службу в Красную армию. Но довольно интересно отметить, что от предложенной ему должности заведующего отделом штаба округа он отказался.

1918 год, конец мая — грянуло восстание чехословацкого корпуса, когда под его контролем оказалась большая часть российской территории — от Пензы до Владивостока. Быстро активизировали и различные подпольные организации. 8 июня чехословацкие силы смогли взять Самару, где власть захватил Комитет членов Учредительного собрания (состоявший из эсеров). Тогда же началось и формирование Народной армии, которая на первых порах состояла из добровольцев. Среди них оказался и Каппель.

От Самары до Симбирска

Уже спустя несколько дней он добровольно вызвался командовать 1-й добровольческой Самарской дружиной, заявив: «Я монархист по убеждениям, но встану под какое угодно знамя, только бы воевать с большевиками. Даю слово офицера держать себя лояльно Комучу».

В общей сложности дружина изначально состояла из 350 добровольцев, спаянных вместе идеей противостояния большевистской власти.

Опыт службы на уровне дивизия — корпус в кавалерийских частях как никогда пригодился молодому подполковнику в условиях Гражданской войны. Он быстро смог понять ее особенности: значение маневренности, быстроты, постоянной активности, изматывающей врага.

Владимир Оскарович на практике воплотил такие суворовские принципы, как «глазомер, быстрота и натиск». Причем он все время находился среди простых солдат, на передовой.

Больше того, Каппель проявил глубокое понимание психологии Гражданской войны: «Гражданская война — это не то, что война с внешним врагом… Эту войну необходимо вести особенно осторожно, потому как один ошибочный шаг если не погубит, то сильно повредит делу…

Как вспоминал служивший с ним полковник В.О. Вырыпаев:

«Добровольцы отряда, видя своего начальника постоянно перед глазами, живущего с ними одной жизнью, с каждым днем все больше и больше привязывались к Каппелю. Переживая сообща радость и горе, они полюбили его и готовы были для него на все, не щадя своей жизни»

«В Гражданской войне победит тот, на чьей стороне будут симпатии населения… И кроме того, раз мы честно любим Родину, нам необходимо забыть о том, кто из нас и кем был до революции». Неудивительно, что попавших в плен простых красноармейцев Каппель как правило разоружал и отпускал по домам.

Результаты такого управления сказались в очень скором времени. Уже 11 июня в ходе дерзкой атаки была взята Сызрань: население с ликованием встретило войска Каппеля. Потом его отряд был передвинут вверх по Волге, где он очистил от противника ряд деревень напротив Ставрополя. После подполковник вновь оказался под Сызранью, где смог разбить красную Пензенскую пехотную дивизию и захватил Бугуруслан и Бузулук.

От Симбирска до Казани

В середине июля вместе с приданными подразделениями чехословаков Каппель начал наступление на Симбирск (родной город Ленина). Его оборонял отряд известного героя Гражданской войны Г.Д. Гая: под его началом находились около 2 000 человек и сильная артиллерия. Подполковник пошел на военную хитрость: чехословацкие силы, двигавшиеся по Волге на пароходах, отвлекли внимание врага, в то время как сам Каппель 21 июля сделал резкий бросок и с тыла захватил город. Население приветствовало войска цветами. Спустя несколько дней его дружина была развернута в дивизию (около 3000 тысяч человек).

Генерал Каппель

Слава Каппеля быстро распространялась по Поволжью. В одной из большевистских газете его даже назвали «маленьким Наполеоном», а противник назначил награду за его поимку в 50 тысяч рублей. Яркие победы каппелевцев на фоне общего подъема антибольшевистского движения заставили командование красных обратить повышенное внимание на события на Востоке: в спешном порядке в районе Симбирска и Самары была сформирована армия Тухачевского, а у Казани усиливалась 5-я армия под непосредственным руководством командующего Восточным фронтом Вацетиса.

1918 год, август — Главный штаб белых в Самаре планировал активно наступать в Юго-западном направлении: захватить Саратов и объединить усилия с восставшими уральцами. Каппель же настаивал, что нужно двигаться на северо-запад, занять крупные промышленные центры, а потом идти на Москву. Военное руководство в Самаре согласилось только на проведение демонстрации против Казани. Но задача была перевыполнена: утром 6 августа Каппель с тыла ворвался в город, чем вызвал переполох в стане противника. К вечеру следующего дня Казань была взята.

Ни численное превосходство, ни имеющаяся сильная артиллерия не смогли помочь Красной армии, чьи части в большинстве попросту бежали (за исключением занявшего упорную оборону 5-го Латышского полка). Потери же Каппеля составили 25 человек, однако в его руках остались огромное количество военного имущества и большая часть золотого запаса Российской империи (650 млн золотых рублей), которая была поспешно вывезена и стала финансовой основой деятельности всей белой армии. Больше того, на сторону Народной армии в полном составе перешла находившаяся здесь Академия Генштаба, а казанская победа способствовала успеху Ижевско-Воткинского восстания рабочих против советской власти. Казань стала самой западной точкой, до которой удалось дойти белым войскам Восточного фронта.

От Казани до Уфы


В дальнейшем Каппель планировал развить наступление на Нижний Новгород, а оттуда — на Москву. Он справедливо полагал, что необходимо воспользоваться слабостью Красной армии: постоянным наступление наносить ей все больший и больший урон, захватывая новые территория и способствуя широкому народному восстанию. Но его мнение не услышали ни военачальники в Самаре, ни чехословаки, ни многие другие сослуживцы, настаивавшие на необходимости в первую очередь закрепить успехи.

Тем временем давление красных все больше нарастало, и белый фронт начал трещать по швам. Слабое правительство Комуча не могло наладить ни порядка в тылу, ни организовать эффективной мобилизации. Потому войска Каппеля (как наиболее боеспособные) стали использоваться в качестве «пожарной команды» на угрожаемых участках. Уже в середине августа они были переброшены под Симбирск с целью остановить наступающую армию Тухачевского. В результате красных все же удалось отбросить, но не разгромить. В конце месяца Каппель вновь под Казанью, где сковывает противника. Но к тому времени силы Народной армии были почти полностью исчерпаны. Пришло осознание того, что город в скором времени падет. В это время, кстати, ему был присвоен чин полковника.

В середине сентября каппелевцев перебросили под Симбирск, вернуть который, однако, не удалось, Каппель активно прикрывал отступление всех белых сил, подчиняя себе отходящие от города части. Образовали Сводный корпус, который в скором времени получил наименование Симбирской группы. Она была усилена отдельными частями и теперь насчитывала больше 5 000 человек при 29 орудиях. Эти части были сильно утомлены и измотаны постоянными боями и переходами, страдая от колоссальных проблем со снабжением; появились и признаки разложения (и даже самовольный уход отдельных частей), но на общем фоне деморализованной Народной армии войска Каппеля были одними из наиболее устойчивых. Продолжая отступление, они выдержали ряд серьезных арьергардных боев. Так, в ноябре вместе с 1-й чехословацкой дивизией они перешли в непродолжительное контрнаступление и смогли разгромить Бугульминскую группировку противника.

В приказе по войскам Каппель написал:

«Несмотря на ряд тяжелых условий, при которых пришлось Вам вести боевые операции, несмотря на превосходство сил противника, Вы, доблестные войска, своим решительным и смелым напором сломили сопротивление дерзкого и обнаглевшего врага, и он в панике бежал, бросая оружие и обозы».

В ноябре Каппелю присвоили чин генерал-майора. Остаток 1918 года для его изрядно поредевших частей прошел в тяжелых переходах и стычках. Только в начале январе 1919 года каппелевцев отвели в резерв.

Тем временем произошел довольно интересный эпизод, характеризующий Каппеля не только как военного, но и политика. При остановке на уральском заводе Аша-Балашовская контрразведка донесла, что рабочие враждебно настроены к проходящим белогвардейским войскам. Тогда генерал Каппель без охраны лично пришел на завод, выступив на собрании рабочих. Как вспоминал В.О. Вырыпаев: «В кратких словах Каппель обрисовал, что такое большевизм и что он с собой принесет, закончив свою речь словами:

— Я хочу, чтобы Россия процветала наравне с другими передовыми странами. Я хочу, чтобы все фабрики и заводы работали и рабочие имели бы вполне приличное существование.

Рабочие пришли в восторг от его слов и покрыли его речь громким «ура!». Потом вынесли Каппеля из шахты на руках и провожали до штаба… Наутро я, прибыв в штаб по своим делам, увидал в коридоре делегацию от рабочих, которые говорили: «Вот это — так генерал!»

Следует заметить, что, в то время когда на фронте шли тяжелые бои, не менее жестокие баталии, правда, уже за власть, происходили в тылу. Вплоть до конца сентября Комуч и Сибирское правительство вели борьбу за создание единой системы власти. Неэффективность, неопытность и откровенная слабость обоих правительств бросались в глаза достаточно многим.

Ротмистр В.А. Зиновьев:

«В большинстве своем офицеры, как и сам Владимир Оскарович Каппель, считали, что не время сейчас заниматься внутренними распрями. Есть одна цель — победить большевиков, и к этому должны быть направлены все усилия. В этом отношении покойный Владимир Оскарович Каппель до конца своей жизни придерживался строго этого принципа и выделялся этой своей жертвенностью во имя общего блага среди прочих высших начальников. Сам он был абсолютно далек от всех левых группировок. Обладая твердой волей и прямым характером, он в то же время был удивительно тактичен и умел располагать к себе людей разных направлений и взглядов»

Бои на Урале и Сибири

Не помогло и учреждение единой Директории, в которой продолжали доминировать эсеры, ассоциировавшиеся с «керенщиной». Представители деловых кругов и армия все настойчивей требовали прихода «жесткой руки». Эти чаяния поддерживал и В.О. Каппель. Такая рука нашлась в лице адмирала Колчака, который в ходе переворота 18 ноября стал Верховным правителем.

При новом правителе в высших кругах отношение к бывшей Народной армии было предвзятым: «сибиряки» недолюбливали «самарцев», называя всех офицеров, сражавшихся за Комуча, эсерами и социалистами. Эта предвзятость порой переносилась и на Каппеля, который своими успехами и независимостью вызывал раздражение у многих штабных начальников. Личная встреча с Колчаком, произошедшая в январе 1919 года, изменила ситуацию. Войска Каппеля стали переформировываться в 1-й Волжский корпус, который превратился в стратегический резерв.

Следует заметить, что комплектование нового корпуса Ставкой было пущено по сути на самотек. С подготовкой и началом крупного весеннего наступления пополнения поступали как правило в действующие армии, а соответственно систематического комплектования резерва не происходило. Больше того, зачастую Каппелю в качестве рядовых присылали бывших пленных красноармейцев, чья моральная стойкость справедливо вызывала большие сомнения. Самое же важное заключалось в следующем: пополнение отдельными насильственно мобилизованными или бывшими пленными размывало изначальный состав добровольцев (сражавшихся за идею), снижая общее качество войск. А должного времени на их подготовку у Каппеля не было.

Начавшееся наступление белых к середине апреля выдохлось, а в конце месяца уже красные (под командованием Фрунзе) перешли в контрнаступление, чем поставила в тяжелое положение Западную армию генерала Ханжина. Именно на ее усиление в начале мая и был выдвинут 1-й Волжский корпус. Но из-за поспешности, ошибок вышестоящего командования и тяжелой обстановки на фронте он был введен в бой по частям, которые попали под атаки красных, понеся тяжелые потери (некоторые подразделения вообще перешли на сторону противника). К скорому времени Каппель собрал свои части воедино, но наступать они уже не могли. Отход продолжался.

То — не сокол поднебесный,

То — наш Каппелъ-генерал.

Разогнал в Самаре красных,

И Волжан к себе собрал.

— Из песни Волжских стрелков

Особый героизм Волжский корпус проявил в начале июня на реке Белой, где он трижды отбрасывал противника. Вопреки расхожему мнению, там противником Каппеля был не Чапаев, а соседняя 24-я дивизия. Несмотря на тяжелые непрерывные бои, белые не только оборонялись, но и переходили в успешные контратаки, захватывая пленных и пулеметы. При этом сам генерал Каппель непосредственно принимал участие в боях, тем самым укрепляя дух своих солдат.

Полковник Вырыпаев свидетельствовал:

«Невольно возникал вопрос: какой силой, как гипнозом, действовал Каппелъ на солдат? Ведь на таком большом участке прибывшие резервы, остатки Уржумского полка, нормально не могли ничего сделать. Части же, стоявшие на этом участке, имели в продолжение 4-х дней беспрерывный бой и на протяжении этого времени были почти без сна. Потом после боя я много разговаривал с офицерами и солдатами на эту тему. Из их ответов можно было заключить, что огромное большинство слепо верило, что в тяжелую для них минуту Каппелъ явится сам, а если так, то должна быть победа. — С Каппелем умирать не страшно! — говорили они»

Сибирский Ледяной поход

Но, несмотря на отдельные успехи, войска белых отступали под общим давлением противника. Попытки провести контрнаступление в конце июля под Челябинском не принесли желаемых результатов. Восточный фронт белых находился на грани гибели. В ноябре Каппеля назначили командующим 3-й армией, а в декабре он стал главнокомандующим, но фронт уже практически рассыпался: кроме натиска с запада, белым войскам приходилось бороться с многочисленными красными партизанскими отрядами в тылу, самоуправством чехов, а также с резким падением дисциплины. Но дух многих добровольцев не был сломлен, и они продолжали борьбу. В эмигрантской литературе этот тяжелейший период движения на восток в суровых зимних условиях стал известен под названием «Сибирского ледяного похода».

Памятник на могиле Каппеля

Новый главнокомандующий хотел отвести войска к Красноярску и за р. Енисей, но в начале января 1920 года выяснилось, что гарнизон этого города перешел на сторону противника, а потому довелось искать обходной путь через быструю горную реку Кан. Из-за крутых берегов большую часть реки пришлось преодолевать по ее руслу. Основная проблема была в том, что река не полностью промерзла, а потому сухие места под снегом приходилось искать на ощупь.

Как вспоминал генерал Ф.А. Пучков: «Переход Уфимской группы от деревни Подпорожное до деревни Барга занял от 36 до 48 часов. Тяжелей всего он был для 4-й дивизии и конвоя генерала Каппеля, прокладывавших дорогу по целине. Трудная сама по себе задача становилась невозможной там, где головные всадники вступали в полосу незамерзшей воды… Мы проложили по реке хорошо обозначенную, укатанную и безопасную теперь дорогу. Шедшие за нами части 3-й армии потратили на весь путь только 12–14 часов».

Смерть генерала Каппеля Владимира Оскаровича

А генерал Каппель, как и всегда, шел впереди. Он передвигался пешком, из-за мороза не желая садиться на коня. Так, он случайно утонул в снегу и зачерпнул в сапоги ледяной воды. В результате генерал получил обморожение, а в скором времени начало развиваться воспаление легких. Только в деревне Барги главнокомандующий был осмотрен врачом, который принял тяжелое решение: ампутация ступней. Еще какое-то время главнокомандующий мог передвигаться сидя на коне, собственным видом подбадривая войска. В ходе наступления 15 января был взят Канск, а 22-го — Нижнеудинск.

На предложение лечь в госпиталь при чехословацком эшелоне, который направлялся по железной дороге дальше на восток, главнокомандующий категорически отказался: «Ежедневно умирают сотни бойцов, и если мне суждено умереть, я — умру среди них».

Но состояние Каппеля ухудшалось.

Вскоре это произошло — В.О. Каппель скончался 26 января. Последние его слова были адресованы добровольцам: «Передайте им, что я с ними. Пусть они никогда не забывают Россию!»

Каппель был отпет и похоронен в Чите. 1920 год, осень — его могилу перенесли в Харбин, где в 1929 году на деньги местной общины установили памятник. В дальнейшем захоронение дважды осквернялось: вначале в августе 1945 года с приходом советских войск, а потом — в начале 1950-х по приказанию советского консульства. И только в 2007 году останки одного из наиболее доблестных белых генералов — который начал как герой, а закончил как мученик — были перезахоронены в Донском монастыре в Москве.

Н. Копылов

Каппель Владимир Оскарович

Каппель Владимир Оскарович родился 16 марта 1893 года в Тульской области, был потомственным офицером. Каппели были потомками прибалтийских немцев. Владимир Оскарович много и хорошо учился, окончил кадетский корпус и Николаевское кавалерийское училище, позже учился в Николаевской академии генерального штаба.

Каппель был хорошим офицером, его командиры отмечали в нем хорошее знание дела, большое усердие, высокую нравственность, отличную строевую подготовку и наличие лидерских качеств. Как мы видим личность Каппеля представляла из себя симбиоз профессионализма и отличных человеческих качеств, которые представляют перед нами чуть ли неидеального офицера русской армии.

Первую свою награду Каппель получил в 1910 году, за образцовую службу он был награжден орденом Святого Станислава, через три года получил и вторую награду орден Святой Анны. В Первую Мировую Каппель служил капитаном, в 1916 году получил чин полковника. Служил на фронте в разных частях.

Вскоре грянул февраль 17-ого. Владимир Оскарович, как истинный монархист и патриот сильно переживал начавшуюся смуту, развал страны и армии. В августе он подозревался в поддержке Корнилова, однако по некоторым причинам не был арестован. В октябре Каппель оставляет службу и уезжает в Пермь к семье.

Через некоторое время он оказывается в Самаре. В мае 1918 года в Самаре произошло восстание чехословацкого корпуса. Красная Самара пала. В городе образовалось новое правительство КОМУЧ. КОМУЧ начал создание собственной армии.

На начальном этапе армия КОМУЧа состояла из нескольких сот человек. Командовать армией было поручено Владимиру Оскаровичу Каппелю. Первые месяцы боевых действий были очень успешными. Каппель освободил ряд городов и даже взял Казань, где находилась часть царской казны. Благодаря успехам, его отряд сильно подрос в численности.

Каппель планировал двинуться в Нижний Новгород и, захватив его, отправиться на Москву. Для такого похода ему нужно было разрешение КОМУЧа, подкрепление и обеспечение его солдат продовольствием, формой и оружием. Вместо подкрепления КОМУЧ прислал Каппелю известие о присвоение ему нового чина. Каппеля такое положение дел совсем не радовало. Владимир Оскарович радел за общее дело, а не за личные успехи и славу.

В боях, он снискал большое уважение солдат, лично водил их в атаки. Его положение обязывающие к неким привилегиям, вкусной еде и более комфортных условиях передвижения и проживания, Каппель не использовал. Он жил также, как и его солдаты, ходил в старой, поблекшей форме, питался из общего котла.

Каппеля угнетала политика КОМУЧа, его армии приходилось воевать под красным знаменем, погоны КОМУЧ тем более не признавал. Такое положение дел не могло не сказаться на общем успехе… Стоит отметить, что Каппель не расстреливал пленных красных, а обезоружив их отпускал по домам. Красные же расстреливали всех, кого подозревали в связи с белыми. Советы не могли не реагировать на успехи Владимира Оскаровича. За его голову было учреждено немалое вознаграждение, а в газетах его презрительно называли «маленьким Бонапартом».

Успехи Белой Армии Каппеля, однако, скоро закончились. Красные отправили на восточное направление большие силы и вскоре КОМУЧ пал. Войско Каппеля мужественно отражало атаки превосходившего в численности противника, однако, сил катастрофически не хватало.

После падения КОМУЧа он спешит в Сибирь, под начало Колчака. Несколько месяцев его войско отдыхает на стоянке, Владимир Оскарович просит бюрократию Колчака прислать ему подкрепление, но его долго нет. Тем временем положение на фронте стало угрожающим. Тогда, генерал Лебедев, руководивший войсками Колчака, все же присылает Каппелю пополнение… из пленных красноармейцев и приказывает Каппелю двигаться на фронт.

Белые армии начинают паническое отступление, фронт разорвался. Правительство покидает Омск. Колчак понимает неспособность Лебедева и других его генералов управлять армией, и передает это право Каппелю. Он получил армию, которая находилось в безнадежном положении. Чехи предали и захватили все белые поезда и многие ценности. Каппель вызвал командира чехов Яна Сырового на дуэль, за предательство Колчака, но ответа Владимир Оскарович так и не получил.

Отступать Владимиру Оскаровичу приходилось пешком. Через тайгу в смертельных климатических условиях, стоял сильный мороз, не было еды, должного обмундирования. Белой Армии нужно было двигаться к Иркутску. Для того, чтобы добраться до города, каппелевцам нужно было преодолеть 3 тысячи верст. Этот поход, был назван Ледяным. Во время похода Каппель провалился в полынью, и отморозил ноги. Часть ног ему ампутировали.

Несмотря на сложную операцию, он продолжал руководить войсками. Его хотели положить на сани, но генерал отказался. Каппеля сажали на седло, и генерал из последних сил, привознемогая боль проезжал на коне мимо своих бойцов и отдавал им честь. Глядя на командира, солдаты переполнялись чувством гордости за своего генерала и находили моральные силы (иных уже просто не было) двигаться дальше.

Не дойдя до Иркутска, Каппель умер 26.01.1920г. Умирая, он передал командование Войцеховскому. Белые армии все же дошли до Иркутска, но не смогли взять город. Тело Каппеля, армия не бросила, а довезла его до Читы, где еще была белая власть. После падения Читы, тело выкопали и перезахоронили в Харбине. В 1955 году могила была разрушена китайскими коммунистами. В 2006 году, останки Каппеля были перевезены в Россию и захоронены на кладбище Донского Монастыря.

Последняя тайна генерала Каппеля


Документальный фильм об одном из самых благородных, дерзких и талантливых белых генералов, Владимире Оскаровиче Каппеле. Каппель — генерал-лейтенант царской армии, герой Белого движения имел в годы гражданской войны репутацию «непобедимого и бесстрашного». Умер 26 января 1920 года в результате ранения. Последними слова Каппеля были: «Пусть войска знают, что им предан был, что я любил их, и своей смертью доказал это». В фильме использованы уникальные материалы, часть из которых держались в тайне, как, например, документы Государственного архива Российской Федерации, касающиеся пребывания жены Каппеля, Ольги, под арестом у красных. В фильм также вошли уникальные хроникальные кадры 2007 года, когда многолетние поиски захоронения останков легендарного генерала Белого движения, наконец-то увенчались успехом, и свидетельства участников поисковой экспедиции.

Съемки кинофильма проходили наиболее полугода в Харбине, Пекине, Перми и Москве,
в кинофильм также вошли неповторимые хроникальные кадры 2007 года,
когда долголетние поиски захоронения останков знаменитого генерала Белоснежного движения, наконец — тоувенчались фуррором, и свидетельства соучастников поисковой экспедиции.
Его премьера совпала с открытием монумента генерал — лейтенанту Каппелю В. О.
т. е. с событием которое в прессе теснее получило свое заглавие — «крест в деле Каппеля».
Генерал-лейтенант Владимир Оскарович Каппель – участник Первой мировой войны, один из наиболее доблестных белых генералов на Востоке России, зарекомендовал себя как храбрый офицер, до конца сохранивший долг раз данной присяге. Он лично водил в атаки подчиненные части, по- отечески заботился о вверенных ему солдатах. Этот доблестный офицер Русской Императорской армии навсегда остался народным героем Белой борьбы, героем, горевшим пламенем неистребимой веры в возрождение России, в правоту своего дела. Доблестный офицер, пламенный патриот, человек кристальной души и редкого благородства, генерал Каппель вошел в историю Белого движения как один из самых светлых его представителей. Показательно, что когда во время Сибирского Ледяного похода в 1920 г. В.О. Каппель (он находился тогда в должности Главнокомандующего Белыми армиями Восточного фронта) отдал Богу душу, солдаты не оставили в безвестной ледяной пустыне тело своего славного командира, а совершили с ним беспримерный тяжелейший переход через озеро Байкал, чтобы достойно и по православному обряду предать его земле в Чите.
По прибытии в Читу 22 февраля 1920 г. каппелевцы (а именно так стали неофициально называться чины Дальневосточной армии) похоронили своего командира в ограде читинской церкви. Позднее, при оставлении ими города, останки генерала были перевезены в Харбин и при большом стечении народа перезахоронены у северной стены Свято — Иверского храма. Над могилой была зажжена негасимая лампада.
Генерал-лейтенант в гробу, рядом стоит каппелевец почетного караула в феврале 1920 г. в Чите
Свято хранившие память о своем командире, делившем с ними все невзгоды и тяготы ратных будней, его боевые товарищи стремились навечно запечатлеть место упокоения В.О. Каппеля. Сделать это удалось уже после окончания Гражданской войны. Памятник был воздвигнут на народные пожертвования и освящен 28 июня 1929 г. в окружении тысячной толпы. Он представлял собой гранитную глыбу с каменным крестом над нею, у основания которого была помещена эмблема Сибирского ледяного похода – меч в терновом венке. На надгробии была высечена надпись: «Люди, помните, что я любил Россию и любил вас и своей смертью доказал это. Каппель». Через несколько дней после освящения памятника каппелевцы праздновали корпусной праздник, на котором присутствовало более 200 человек. За столом было оставлено одно свободное место, перед которым поставили прибор и букет белых роз. Это было место генерала Каппеля. Ежегодно, 28 июля, в ограде Свято — Иверской церкви на могиле В.О. Каппеля совершалась панихида, на которую собирались бывшие соратники генерала по Белой борьбе.
Перенесение праха генерал-лейтенанта Каппеля из Нового собора в женский монастырь в Чите, февраль 1920 г.
После освобождения Харбина в августе 1945 г. от японских оккупантов, на могилу генерала В.О. Каппеля приходили высшие советские военачальники и отдавали солдатский долг «бесклассовой» памяти этому отважному человеку. Но уже в 1956 г. по распоряжению советского Генерального консульства в Харбине могила Каппеля была осквернена: памятник разрушен, вывезен и брошен у ограды Нового (Успенского) кладбища, а саму могилу сравняли с землей. В настоящее время останки В.О. Каппеля все еще покоятся в земле Харбина.. Несмотря на то, что могила была уничтожена, место захоронения генерала все же удалось установить.Каппель Владимир Оскарович 16 апреля 1883 – 25 января 1920

Сражения и победы

Выдающийся русский полководец, участник Первой мировой и Гражданской войн. Стал известен в 1918 году, когда во главе Народной Армии Комуча в ходе ряда дерзких боев сумел отбить у красных Казань. Легендарная личность в Белом движении.

Но начав как герой, он закончил как мученик…

Его отец был участником походов в Туркестан под предводительством генерала Черняева, а мать, Елена Петровна, происходила из семьи генерала П.И. Постольского — героя обороны Севастополя. Сам В.О. Каппель продолжил семейную традицию. В 1903 г. он окончил Николаевское кавалерийское училище и был направлен служить в 54-й драгунский Новомиргородский полк.

Как вспоминал о нем однополчанин полковник Сверчков:

Из большинства офицеров полка он выделался всесторонней образованностью, культурностью и начитанностью, думаю, что не осталось ни одной книги в нашей обширной библиотеке, которую он оставил бы непрочитанной… Владимира Оскаровича любили все, начиная от рядового 1-го эскадрона, в котором он вместе со мной служил, до командира полка включительно.

Каппель В.О. при выпуске из училища

В начале 1906 г. Каппель был произведен в поручики. В годы первой русской революции он участвовал в разгроме террористических формирований в Пермской губернии. Затем продолжил службу в полку. В 1913 г. он окончил элитную Николаевскую академию Генерального штаба по первому разряду, а за успехи в изучении военных наук был награжден орденом Св. Анны 3-й ст.

Первую мировую войну В.О. Каппель начал как обер-офицер для поручений в штабе 5-го армейского корпуса, в котором прослужил до февраля 1915 г. В это время он стал участником победоносной Галицийской битвы (в ходе которой австрийцы потерпели крупное поражение) и оборонительных боев у Варшавы (где были остановлены уже германские войска). Затем на должности старшего адъютанта служил в штабах ряда казачьих и кавалерийских дивизий и корпусов, а одно время временно замещал должность начальника штаба 14-й кавалерийской дивизии. В марте 1916 г. капитан В.О. Каппель был прикомандирован к Управлению генерал-квартирмейстера штаба Юго-Западного фронта, где участвовал в детальной проработке плана крупномасштабного наступления, вошедшего в историю как Брусиловский прорыв. В августе 1916 г. был произведен в подполковники и занял должность помощника начальника оперативного отделения.

На этой должности Каппель и встретил Февральскую революцию. Будучи кадровым офицером (а по убеждениям — монархистом), он весьма тяжело воспринял эти события. Но, как и многие другие военные, Владимир Оскарович руководствовался принципом, согласно которому армия должна находиться вне политики, а потому присягнул на верность новой власти: в час тяжелейшей войны необходимо сделать все, чтобы дать отпор врагу внешнему. К сожалению, Временное правительство не только не приложило необходимых усилий для поддержания боеспособности вооруженных сил, но и само способствовало их разложению. Не удивительно, что в офицерской среде начали нарастать требования порядка и законности, которые в то время назывались «контрреволюционными». Одной из видных фигур офицерской «оппозиции» стал Л.Г. Корнилов, который в ходе своего неудачного выступления в конце августа стремился силой восстановить порядок в столице. Вряд ли Каппель был активно вовлечен в подготовкуэтого выступления, но, несомненно, он всецело сочувствовал чаяниям русских патриотов. Интересно, что согласно заявлению солдат 3-го ординарческого эскадрона (располагался при штабе Юго-западного фронта), Каппель в числе других (Деникин, Марков и пр.) был назван приверженцем «старого, монархического строя, несомненным участником контрреволюционного заговора».

Так или иначе, но Владимир Оскарович арестован не был, и более того начал исполнять обязанности начальника оперативного отдела управления генерал-квартирмейстера штаба фронта. Однако в период фактически полного развала армии никакой реальной боевой работы фронтовое начальство вести не могло.

По рождению — кавалерист. Человек подвижный, живой, любит боевую обстановку, коня. Штабная работа — не по нему… Ему, Каппелю, совершенно не был свойственен авантюризм.

Генерал С.А. Щепихин о Каппеле

В начале октября 1917 г. Каппель взял отпуск и (официально по болезни) уехал к родным в Пермь. Уже у себя дома он пережил Октябрьскую революцию, разгон Учредительного собрания, демобилизацию русской армии, заключение большевиками позорного Брестского мира, первые шаги строительства «военного коммунизма». Для Каппеля развал страны и начавшаяся смута стали в первую очередь личной трагедией.

Весьма жесткая политика большевиков оттолкнула от них многие слои населения. Если на юге благодаря усилиям Корнилова и Алексеева формировалась Добровольческая армия, то по всей стране действовали различные тайные офицерские организации. Существовали они в Поволжье, где весной 1918 г. активную подпольную работу разворачивала также партия социалистов-революционеров (эсеры), получившая большинство при выборе в Учредительное собрание.

Одновременно собственные вооруженные силы формировали и большевики. В частности, в штабе Приволжского военного округа (Самара) предполагалось создать армию, которая предназначалась для борьбы с германцами, если они вдруг начнут продвижение вглубь страны. На сотрудничество согласились многие кадровые офицеры, полагавшие, что они будут стоять на защите страны. Для кого-то это был способ выживания в сложившихся условиях, кто-то боялся за собственную семью, которая находилась в заложниках, а те, кто входили в состав тайных военных организаций, не без оснований полагали, что таким образом они получают контроль над большевистской военной машиной. Неизвестно, какими соображениями руководствовался Каппель, когда пошел на службу в Красную армию. Однако весьма интересно отметить, что от предложенной ему должности заведующего отделом штаба округа он отказался.

В конце мая 1918 г. грянуло восстание чехословацкого корпуса, когда под его контролем оказалась большая часть территории России — от Пензы до Владивостока. Быстро активизировали и различные подпольные организации. 8 июня чехословацкие силы взяли Самару, где власть захватил Комитет членов Учредительного собрания (состоявший из эсеров). Тогда же началось и формирование Народной армии, которая на первых порах состояла из добровольцев. Среди них оказался и Каппель.

Уже через несколько дней он добровольно вызвался командовать 1-й добровольческой Самарской дружиной, заявив::

Я монархист по убеждениям, но встану под какое угодно знамя, лишь бы воевать с большевиками. Даю слово офицера держать себя лояльно Комучу.

В общей сложности дружина изначально состояла из 350 добровольцев, спаянных вместе идеей противостояния большевистской власти.

Солдаты чехословацкого корпуса

Опыт службы на уровне дивизия — корпус в кавалерийских частях как никогда пригодился молодому подполковнику в условиях гражданской войны. Он быстро сумел понять ее особенности: значение маневренности, быстроты, постоянной активности, изматывающей врага. Каппель на практике воплотил такие суворовские принципы, как «глазомер, быстрота и натиск». При этом он постоянно находился среди простых солдат, на передовой.

Как вспоминал служивший с ним полковник В.О. Вырыпаев:

Добровольцы отряда, видя своего начальника все время перед глазами, живущего с ними одной жизнью, с каждым днем все более и более привязывались к Каппелю. Переживая сообща радость и горе, они полюбили его и готовы были для него на все, не щадя своей жизни.

Более того, Каппель проявил глубокое понимание психологии гражданской войны: «Гражданская война – это не то, что война с внешним врагом… Эту войну нужно вести особенно осторожно, ибо один ошибочный шаг если не погубит, то сильно повредит делу… В Гражданской войне победит тот, на чьей стороне будут симпатии населения… И кроме того, раз мы честно любим Родину, нам нужно забыть о том, кто из нас и кем был до революции». Неудивительно, что попавших в плен простых красноармейцев Каппель обычно разоружал и распускал по домам.

Результаты подобного управления сказались очень скоро. Уже 11 июня в ходе дерзкой атаки была взята Сызрань: население с ликованием встретило войска Каппеля. Затем его отряд был передвинут вверх по Волге, где он очистил от противника ряд деревень напротив Ставрополя. После подполковник снова оказался под Сызранью, где разбил красную Пензенскую пехотную дивизию и захватил Бугуруслан и Бузулук. В середине июля вместе с приданными подразделениями чехословаков Каппель начал наступление на Симбирск (родной город Ленина). Его оборонял отряд известного героя гражданской войны Г.Д. Гая: под его началом находилось около 2000 человек и сильная артиллерия. Каппель пошел на военную хитрость: чехословацкие силы, двигавшиеся по Волге на пароходах, отвлекли внимание врага, в то время как сам подполковник 21 июля сделал резкий бросок и с тыла захватил город. Население приветствовало войска цветами. Через несколько дней его дружина была развернута в дивизию (около 3000 тыс. человек).

Слава Каппеля быстро распространялась по Поволжью. В одной большевистской газете его даже назвали «маленьким Наполеоном», а противник назначил награду за его поимку в 50 тыс. рублей. Яркие победы каппелевцев на фоне общего подъема антибольшевистского движения заставили командование красных обратить повышенное внимание на события на Востоке: в спешном порядке в районе Симбирска и Самары была сформирована армия Тухачевского, а у Казани усиливалась 5-я армия под непосредственным руководством командующего Восточным фронтом Вацетиса.

В августе 1918 г. Главный штаб белых в Самаре планировал активно наступать в юго-западном направлении: захватить Саратов и объединить усилия с восставшими уральцами. Каппель же настаивал, что необходимо двигаться на северо-запад, занять крупные промышленные центры, а затем идти на Москву. Военное руководство в Самаре согласилось лишь на проведение демонстрации против Казани. Однако задача была перевыполнена: утром 6 августа Каппель с тыла ворвался в город, чем вызвал переполох в стане противника. К вечеру следующего дня Казань была взята. Ни численное превосходство, ни имеющееся сильная артиллерия не помогли Красной армии, чьи части в большинстве просто бежали (исключение составил занявший упорную оборону 5-й Латышский полк). Потери же Каппеля составили 25 человек, однако в его руках остались огромное количество военного имущества и большая часть золотого запаса Российской империи (650 млн золотых рублей), которая была поспешно вывезена и стала финансовой основой деятельности всей белой армии. Более того, на сторону Народной армии в полном составе перешла находившаяся здесь Академия Генштаба, а казанская победа способствовала успеху Ижевско-Воткинского восстания рабочих против советской власти. Казань стала самой западной точкой, до которой удалось дойти белым войскам восточного фронта.

В дальнейшем Каппель планировал развить наступление на Нижний Новгород, а оттуда — на Москву. Он справедливо считал, что надо воспользоваться слабостью Красной Армии: постоянным наступление наносить ей все больший и больший урон, захватывая новые территория и способствуя широкому народному восстанию. Но его мнение не услышали ни военачальники в Самаре, ни чехословаки, ни многие другие сослуживцы, которые настаивали на необходимости, прежде всего, закрепить успехи.

Тем временем давление красных все более усиливалось и белый фронт стал трещать по швам. Слабое правительство Комуча не могло наладить ни порядка в тылу, ни организовать эффективной мобилизации. Потому войска Каппеля (как наиболее боеспособные) начали использоваться в качестве «пожарной команды» на угрожаемых участках. Уже в середине августа они были переброшены под Симбирск с целью остановить наступление армии Тухачевского. В результате красных все же удалось отбросить, но не разгромить. В конце месяца Каппель опять под Казанью, где сковывает противника. Однако к тому времени силы Народной армии были почти полностью исчерпаны. Пришло осознание того, что город в скором времени падет. В это время, кстати, ему был присвоен чин полковника.

В середине сентября каппелевцы были переброшен под Симбирск, вернуть который, однако, не удалось, Каппель активно прикрывал отступление всех белых сил, подчиняя себе отходящие от города части. Был образован Сводный корпус, который вскоре получил наименование Симбирской группы. Она была усилена отдельными частями и теперь насчитывала более 5000 человек при 29 орудиях. Эти части были сильно утомлены и измотаны постоянными боями и переходами, страдая от колоссальных проблем со снабжением; появились и признаки разложения (и даже самовольный уход отдельных частей), однако на общем фоне деморализованной Народной армии войска Каппеля были одними из наиболее устойчивых. Продолжая отступление, они выдержали ряд серьезных арьергардных боев. Так, в ноябре вместе с 1-й чехословацкой дивизией они перешли в непродолжительное контрнаступление и разгромили Бугульминскую группировку противника.

В приказе по войскам Каппель писал:

Несмотря на ряд тяжелых условий, при которых пришлось Вам вести боевые операции, несмотря на превосходство сил противника, Вы, доблестные войска, своим решительным и смелым напором сломили сопротивление дерзкого и обнаглевшего врага, и он в панике бежал, бросая оружие и обозы.

В ноябре Каппелю был присвоен чин генерал-майора. Остаток 1918 г. для его изрядно поредевших частей прошел в тяжелых переходах и стычках. Лишь в начале январе 1919 г. они каппелевцы были отведены в резерв.

В это время произошел весьма интересный эпизод, характеризующий Каппеля не только как военного, но и политика. При остановке на уральском заводе Аша-Балашовская контрразведка донесла, что рабочие враждебно настроены к проходящим белогвардейским войскам. Тогда генерал Каппель без охраны лично пришел на завод, выступив на собрании рабочих. Как вспоминал В.О. Вырыпаев: «В кратких словах Каппель обрисовал, что такое большевизм и что он с собой принесет, закончив свою речь словами:

— Я хочу, чтобы Россия процветала наравне с другими передовыми странами. Я хочу, чтобы все фабрики и заводы работали, и рабочие имели бы вполне приличное существование.

Рабочие пришли в восторг от его слов и покрыли его речь громким «ура». Потом вынесли Каппеля из шахты на руках и провожали до штаба… Наутро, я прибыв в штаб по своим делам, увидел в коридоре делегацию от рабочих, которые говорили: «Вот это — так генерал!».

Необходимо отметить, что в то время когда на фронте шли тяжелые бои, не менее жестокие баталии, правда, уже за власть, происходили в тылу. Вплоть до конца сентября Комуч и Сибирское правительство вели борьбу за создание единой системы власти. Неэффективность, неопытность и откровенная слабость обоих правительств бросались в глаза достаточно многим. Не помогло и учреждение единой Директории, в которой продолжали доминировать эсеры, ассоциировавшиеся с «керенщиной». Представители деловых кругов и армия все настойчивее требовали прихода «жесткой руки». Эти чаяния поддерживал и В.О. Каппель. Такая рука нашлась в лице адмирала Колчака, который в ходе переворота 18 ноября стал Верховным правителем.

Большинство офицерства, как и сам Владимир Оскарович Каппель, считали, что не время сейчас заниматься внутренними распрями. Есть одна цель — победить большевиков, и к этому должны быть направлены все усилия. В этом отношении покойный Владимир Оскарович Каппель до конца своей жизни придерживался строго этого принципа и выделялся этой своей жертвенностью во имя общего блага среди прочих высших начальников. Сам он был совершенно далек от всех левых группировок. Обладая твердой волей и прямым характером, он в то же время был удивительно тактичен и умел располагать к себе людей различных направлений и взглядов.

Ротмистр В.А. Зиновьев

При новом правителе в высших кругах отношение к бывшей Народной армии было предвзятым: «сибиряки» недолюбливали «самарцев», называя всех офицеров, сражавшихся за Комуч, эсерами и социалистами. Эта предвзятость порою переносилась и на Каппеля, который своими успехами и независимостью вызывал раздражение у многих штабных начальников. Личная встреча с Колчаком, которая произошла в январе 1919 г., изменила ситуацию. Войска Каппеля начали переформировываться в 1-й Волжский корпус, который превратился в стратегический резерв.

Каппель В.О. Зима, 1919 г.

Стоит отметить, что комплектование нового корпуса Ставкой было пущено фактически на самотек. С подготовкой и началом крупного весеннего наступления пополнения поступали в основном в действующие армии, а, соответственно, систематического комплектования резерва не происходило. Более того, зачастую Каппелю в качестве рядовых присылались бывшие пленные красноармейцы, чья моральная стойкость справедливо вызывала большие сомнения. Самое же важное заключалось в следующем: пополнение отдельными насильственно мобилизованными или бывшими пленными размывало изначальный состав добровольцев (сражавшихся за идею), снижая общее качество войск. А должного времени на их подготовку у Каппеля не было.

Начавшееся наступление белых к середине апреля выдохлось, а в конце месяца уже красные (под командованием Фрунзе) перешли в контрнаступление, тем самым поставив в тяжелое положение Западную армию генерала Ханжина. Именно на ее усиление в начале мая и был выдвинут 1-й Волжский корпус. Однако из-за поспешности, ошибок вышестоящего командования и тяжелой обстановки на фронте он был введен в бой по частям, которые попали под атаки красных, понеся тяжелые потери (некоторые подразделения вообще перешли на сторону противника). К скорому времени Каппель собрал свои части воедино, однако наступать они уже не могли. Отход продолжался.

Особый героизм Волжский корпус проявил в начале июня на реке Белая, где он трижды отбрасывал противника. Вопреки расхожему мнению, здесь противником Каппеля был не Чапаев, а соседняя 24-я дивизия. Несмотря на тяжелые непрерывные бои, белые не только оборонялись, но и переходили в успешные контратаки, захватывая пленных и пулеметы. При этом сам Владимир Оскарович непосредственно участвовал в боях, тем самым укрепляя дух своих солдат.

Полковник Вырыпаев свидетельствовал:

Невольно возникал вопрос: какой силой, как гипнозом, действовал Каппель на солдат? Ведь на таком большом участке прибывшие резервы, остатки Уржумского полка, нормально не могли ничего сделать. Части же, стоявшие на этом участке, имели в продолжение четырех дней беспрерывный бой и в течение этого времени были почти без сна. Потом после боя я много разговаривал с офицерами и солдатами на эту тему. Из их ответов можно было заключить, что огромное большинство слепо верило, что в тяжелую для них минуту Каппель явится сам, а если так, то должна быть победа. – С Каппелем умирать не страшно! – говорили они.

Но, несмотря на отдельные успехи, войска белых отступали под общим давлением противника. Попытки провести контрнаступление в конце июля под Челябинском не принесли должных результатов. Восточный фронт белых стоял на грани гибели. В ноябре Каппель был назначен командующим 3-й армией, а в декабре стал Главнокомандующим, однако фронт уже практически рассыпался: помимо натиска с запада белым войскам приходилось бороться с многочисленными красными партизанскими отрядами в тылу, самоуправством чехов, а также с резким падением дисциплины. Однако дух многих добровольцев не был сломлен, и они продолжали борьбу. В эмигрантской литературе этот тяжелейший период движения на восток в суровых зимних условиях стал известен под названием «Сибирского ледяного похода».

Новый главнокомандующий хотел отвести войска к Красноярску и за р. Енисей, однако в начале января 1920 г. выяснилось, что гарнизон этого города перешел на сторону противника, а потому пришлось искать обходной путь через быструю горную реку Кан. Из-за крутых берегов большую часть реки пришлось преодолевать по ее руслу. Основная проблема заключалась в том, что река не полностью промерзла, а потому сухие места под снегом приходилось искать наощупь. Как вспоминал генерал Ф.А. Пучков: «Переход Уфимской группы от деревни Подпорожное до деревни Барга занял от 36 до 48 часов. Тяжелее всего он был для 4-й дивизии и конвоя генерала Каппеля, прокладывавших дорогу по целине. Трудная сама по себе задача становилась невозможной там, где головные всадники вступали в полосу незамерзшей воды… Мы проложили по реке хорошо обозначенную, укатанную и безопасную теперь дорогу. Шедшие за нами части 3-й армии потратили на весь путь всего 12-14 часов».

А генерал Каппель, как и всегда, шел впереди. Он передвигался пешком, из-за мороза не желая садиться на коня. Так он случайно утонул в снегу и зачерпнул в сапоги ледяную воду. В результате Владимир Оскарович получил обморожение, а вскоре начало развиваться воспаление легких. Только в деревне Барги главнокомандующий был осмотрен врачом, который принял тяжелое решение: ампутация ступней. Еще некоторое время главнокомандующий мог передвигаться сидя на коне, собственным видом подбадривая войска. В ходе наступления 15 января был взят Канск, а 22-го — Нижнеудинск.

Однако состояние генерала ухудшалось.

На предложение лечь в госпиталь при чехословацком эшелоне, который направлялся по железной дороге дальше на восток, главнокомандующий ответил категорическим отказом:

Ежедневно умирают сотни бойцов, и если мне суждено умереть, я – умру среди них.

Вскоре это случилось – В.О. Каппель умер 26 января. Последние его слова были адресованы добровольцам: «Передайте им, что я с ними. Пусть они никогда не забывают Россию!».

Памятник на могиле Каппеля В.О.

Каппель был отпет и похоронен в Чите. Уже осенью 1920 г. его могила была перенесена в Харбин, где в 1929 г. на деньги местной общины был установлен памятник. В дальнейшем захоронение дважды осквернялось: сначала в августе 1945 г. с приходом советских войск, а затем — в начале 1950-х по приказанию советского консульства. И лишь в 2007 г. останки одного из наиболее доблестных белых генералов — который начал как герой, а закончил как мученик — был перезахоронены в Донском монастыре в Москве.

То — не сокол поднебесный,

То — наш Каппель-генерал

Разогнал в Самаре красных

И Волжан к себе собрал.

Из песни Волжских стрелков

Гей волжан, Гей лихо,

Марш на Родину вперед,

Марш на Родину вперед,

Марш на Родину вперед,

Из каппелевских походных песен и частушек

Пахалюк К., руководитель интернет-проекта «Герои Первой мировой», член Российской ассоциации историков Первой мировой войны

Литература

Гагкуев Р.Г. Генерал Каппель. Каппель и каппелевцы. М., 2010 Вырыпаев В.О. Каппелевцы. Каппель и каппелевцы. М., 2010

Интернет

Копец Иван Иванович
19.09.1908 — 23.06.1941
Герой Советского Союза

Даты указов

21.06.1937 Медаль № 16


Копец Иван Иванович — лётчик-истребитель, командир добровольческой авиационной истребительной группы в войсках республиканской Испании, полковник.
Родился 19 сентября 1908 года в Царском Селе (ныне город Пушкин в составе города Санкт-Петербурга) в семье рабочего. Белорус. С 1916 года учился в городском училище города Гельсингфорс (ныне столица Финляндии Хельсинки).
В начале 1918 года, спасаясь от голода, семья переехала в город Ишим, ныне Тюменской области. Окончив в 1925 году 8 классов школы второй ступени имени Карла Маркса в Ишиме, работал секретарём окружного суда.
В Красной Армии с 1927 года. В 1928 году окончил Ленинградскую военно-теоретическую школу, в 1929 году — Качинскую 1-ю военную школу лётчиков имени А.Ф.Мясникова, в 1941 году — курсы усовершенствования высшего начальствующего состава РККА при Академии Генерального штаба.
С 1929 года проходил службу в Качинской школе лётчиков инструктором. С 1930 года — лётчик-инструктор 1-й учебно-лётной авиационной эскадрильи при Военно-воздушной академии РККА имени профессора Н.Е.Жуковского.
Зарекомендовал себя отважным пилотом и мастером пилотажа. Однако в 1932 году допустил грубую ошибку в одном из полётов, следствием которой стала авария его самолёта-разведчика Р-5, повлекшая полное разрушение самолёта. За это в том же году осужден Военным трибуналом Московского военного округа к 3 годам лишения свободы. 22 февраля 1933 года освобождён по амнистии. Продолжил службу в 70-м отдельном истребительном авиационном отряде отдельной авиационной бригады при Военно-воздушной академии имени Жуковского, командовал там звеном и отрядом.
Участник национально-революционной войны испанского народа 1936-1939 годов с сентября 1936 по июнь 1937 года. Сначала воевал рядовым пилотом, затем стал командиром авиационной группы лётчиков-добровольцев в эскадрилье П.В.Рычагова. К декабрю 1936 года имел две личные воздушные победы, а всего в воздушных боях в небе Испании старший лейтенант И.И.Копец сбил шесть самолётов противника.
Постановлением Центрального Исполнительного Комитета СССР от 21 июня 1937 года за образцовое выполнение специальных заданий Правительства по укреплению оборонной мощи Советского Союза и проявленный в этом деле героизм полковнику Копцу Ивану Ивановичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина. После учреждения знака особого отличия «Золотая Звезда» ему была вручена медаль №16.
По возвращении из Испании карьера отважного пилота стала стремительной: в 1937 году он из старших лейтенантов стал полковником, а 22 февраля 1938 года ему присвоено воинское звание «комбриг». В июне 1938 года И.И.Копец назначается заместителем командующего Военно-воздушных сил Ленинградского военного округа. Во время советско-финляндской войны 1939-1940 годов с декабря 1939 по март 1940 года — командующий ВВС 8-й армии. Комдив (31.03.1940).
С апреля 1940 года — командующий ВВС Белорусского Особого военного округа.
Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 4 июня 1940 года И.И.Копцу присвоено воинское звание «генерал-майор авиации».
Осенью 1940 года получил тяжелые травмы в авиационной катастрофе, по выздоровлении направлен на курсы. После их окончания в марте 1941 года вернулся на должность командующего Военно-воздушными силами Западного Особого военного округа.
В первый день Великой Отечественной войны генерал-майор авиации И.И.Копец стал командующим Военно-воздушными силами Западного фронта, принявшего главный удар немецко-фашистских захватчиков и их авиации. Узнав, что в первые часы войны воздушным налётам противника подверглись 26 аэродромов округа, и находящаяся под его командованием авиация потеряла 738 самолётов, из них 528 — на аэродромах, где базировались самолёты новых типов, не уступавшие по своим тактико-техническим данным немецким, генерал-майор авиации И.И.Копец 23 июля 1941 года* застрелился в своём служебном кабинете в Минске. Тем самым он избежал не менее трагической судьбы командования Западным фронтом — генерала армии Д.Г.Павлова, генерал-майоров В.Е.Климовских, А.Т.Григорьева и А.А.Коробкова, приговорённых к расстрелу по приговору Верховного Суда Союза ССР от 22 июля 1941 года.
Награждён 2 орденами Ленина (21.06.1937; 1940), орденом Красного Знамени (02.01.1937), медалью «ХХ лет РККА».
Место захоронения Героя остаётся неизвестным.
6 мая 2005 года в городе Ишим Тюменской области на здании школы, в которой учился Герой, открыта мемориальная доска; его именем названа одна из улиц города.
* Другие многочисленные источники указывают, что И.И.Копец застрелился вечером 22 июня.

Биография дополнена Антоном Бочаровым
(посёлок Кольцово Новосибирской области)

ИЗ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ К ЗВАНИЮ «ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА»:

«Старший лейтенант Копец — бесстрашный лётчик-истребитель, героически дравшийся с фашистской авиацией с первых дней гражданской войны в Испании… В качестве командира группы истребителей И-15 тов. Копец участвовал почти во всех воздушных боях над Мадридом. Он имеет более 300 часов боевого налёта. Лично им сбиты три «хейнкеля» и два «фиата». Тов. Копец по праву занимает одно из первых мест среди лучших лётчиков истребительной авиации, боевая слава которых широко распространена не только в воздушных, но и в наземных частях республиканской армии».