В чем причины поражения

Содержание

Из воспоминаний капитана А.Р.Трушенкевича командира пулеметной роты Корниловского полка.

«Многие прекрасные и до той поры честные офицеры тоже начали грабить, рассуждая: «Те, там, в тылу убегут с награбленным, а нас бросят на произвол судьбы».

«В чем причина поражения победоносной и вооруженной лучше красных Добровольческой армии? Исчерпывающий ответ я получил в первой же деревне за Обоянью, где ночевал со своей пулеметной командой. Он заключался в одной фразе, сказанной мне простым мужиком: — Кабы землю дали крестьянину, да кабы не грабили!

Значит, причина поражения бывшей Белой армии — неразрешенный аграрный вопрос и моральное разложение. По дороге на фронт я пробыл два дня в Харькове, где стояла хозяйственная часть нашего полка. Остановился в главной гостинице у знакомого офицера.

Ночью на этажах шла очередная пьянка, о которой я мог судить на следующий день по состоянию комнат, почти все двери которых были открыты настежь. В полдень зашел к хозяйственному вельможе в надежде, что они уже «соизволили продрать глазки». Но вельможа еще «изволили почивать», а на столе я увидел счет за ночной кутеж на пять с чем-то тысяч рублей. На фронте командир роты получал двести пятьдесят рублей в месяц.

В зале гостиницы проходили скандальные вечера с цыганками. И в этой проституированной обстановке беспрерывно пьяными голосами прославлялась Москва белокаменная.

Начальник хозяйственной части продавал военную добычу. Прибыль делилась между ним, его шайкой и несколькими тыловыми офицерами из начальствующих. В частях мы давно не видели сахара, в тылу его продавали мешками. …

Прибыв в полк, я надеялся увидеть полковников и генералов. Но как командовали мы, молодые поручики и капитаны, батальонами и полками, так и продолжали командовать. В тылу же, куда ни глянешь, — полковники да генералы.

Правда, немало было самозванцев. Были и большевицкие агенты, в чем я удостоверился уже при большевиках. Но все это было возможно лишь при царившем моральном упадке. Разницы между нашими господами тыловиками и товарищами большевиками уже почти не было. В России торжествовало злое начало.

Наше командование включало в свою политическую программу и аграрные реформы. Они должны были осуществиться только после победы законодательным органом, который еще надлежало избрать, и облик которого был далек и туманен. Я к тому же сомневался, что намерения эти были вполне искренними: факты говорили о другом.

Большевики отбирали у крестьян продукты, скот, все, что им требовалось, показывая на практике, что такое социализм и коммуна. И крестьяне встречали нас как избавителей. Если бы наше командование состояло из людей разумно мыслящих, оно нашло бы правильный путь, тот, по которому шел Столыпин.

Аграрный вопрос стоял в центре всей государственной и общественной мысли России не только в последние годы. Он стоял в течение почти целого столетия. Наши начальники, оторванные от общественной мысли и от народа, этого не понимали. Может быть, многие из них и желали добра, но решающим влиянием обладали люди, приведшие Россию к катастрофе.

Тем, кто охотно забывает события и факты недалекого прошлого, полезно вспомнить, что большинство крестьян с радостью приняли революцию только потому, что надеялись на аграрную реформу, и все мысли их были о разделе помещичьей земли.

Верно, что к достойным и культурным помещикам крестьяне относились хорошо. Но это были лишь хорошие личные отношения, отнюдь не заменявшие закон об аграрной реформе. Крестьяне учинили много ненужных насилий и грабежей. Но я знал также немало помещиков, в кутежах и диком разгуле разбрасывавших деньги, добытые крестьянским трудом, за взятки устраивавших своих сыновей в тылу, прятавшихся за нашими спинами.

При наступлении в Курской губернии мы заняли селение, в окрестностях которого было два поместья. Во время революции крестьяне воспользовались помещичьим лесом, и многие построили себе дома. Не успел наш полк отдохнуть, как на другой же день явились два помещика с отрядом жандармов и начали обыскивать крестьян.

Один из них нашел у крестьянина свои галоши и велел его выпороть. Дома, построенные из помещичьего леса, приказали сломать. Крестьяне толпами приходили жаловаться к нашим командирам, но помещики показывали какие-то бумаги, и наши не знали, как себя вести. Более решительные прекращали безобразия на свой страх и риск, другие на все смотрели сквозь пальцы.

Через две недели эти крестьяне партизанили у нас в тылу. А большевики, мастера на обман, распространяли слухи, что они теперь переменились к лучшему. Если бы был правильно разрешен аграрный вопрос, то даже при содоме и гоморре, которые творились у нас в тылу, мы взяли бы Москву. …

Ночью мы продолжали отступать. Тихо шел снег, заглушая шум двигавшегося полка. Бои и длительные переходы сказались и на людях, и на снаряжении. Мы с Игнатием ехали верхом и говорили о пережитом во время нашей разлуки.

— Ну и хорошо, что мы не взяли Москву, нас бы оттуда метлой вымели, — так закончил свой рассказ Игнатий, семь раз раненный первопоходник, оставшийся в строю с ампутированной правой рукой. Все, кто только его знал и видел, глубоко его уважали. Утром ему помогали сесть в седло и вечером — сойти с коня. Поводья были укорочены и связаны, чтобы облегчить управление одной рукой.

— А что же дальше? Крестьянство нас гонит, развал в тылу идет полным ходом и заражает уже строевые части, казаки воевать тоже не хотят. Сколько зла принесли России и Белому движению казаки Шкуро и Покровского! Как можно забыть грабеж Украины?

За что же мы будем дальше воевать? Вождей у нас больше нет, о духе армии и говорить не приходится… Воюем по инерции, без воодушевления. Многие прекрасные и до той поры честные офицеры тоже начали грабить, рассуждая: «Те, там, в тылу убегут с награбленным, а нас бросят на произвол судьбы».

Кто мы с Игнатием? Ландскнехты, кондотьеры? За что мы воюем? За право грабить Россию? Разве нам некуда уйти? Ведь мы иностранные подданные, иностранный паспорт всегда в нашем распоряжении. Но все же мы держимся России и цепляемся за соломинку надежды. Мы надеемся, что появится сильная личность и положение изменится. …

Отступаем… В полку остается менее семисот штыков. За нами идут лучшие большевицкие части: шестой и седьмой латышские полки. В каждом по две-три тысячи штыков.

В большом селе Верхопенка три дня подряд идут жестокие упорные бои. В первый день боя я принял командование пулеметной ротой из шести пулеметных команд: одной офицерской, одной конной и четырех смешанных.

Бои были жестокие, потери большие, особенно во время уличных боев. На третий день удалось нанести большевикам чувствительный удар. Шедший нам в обход латышский батальон натолкнулся на мою пулеметную роту. Я выстроил в линию батарею из двенадцати тяжелых пулеметов, и через считанные минуты от батальона осталось несколько десятков человек.

Здесь я должен упомянуть о благородном поступке латышей: при отходе наших частей с улицы не смогли вынести нескольких раненых офицеров. При повторном наступлении я увидел их лежащими так, как мы их оставили. Латыши над ними не издевались и их не добили. В истории русской Гражданской войны это было большой редкостью.

В обход Верхопенки была выслана офицерская рота. Через полчаса за ней последовал верхом командир полка, а им к тому времени стал капитан Франц (мой Игнатий). Дорога, по которой прошла рота, была усеяна офицерскими погонами. И мы поняли: дело серьезное.

За два дня мы потеряли четверть состава. В полку оставалось не более 350 штыков. Число пулеметов мне пришлось сократить с тридцати до двадцати двух. К вечеру третьего дня мы заняли южную половину Верхопенки, большевики — северную.

Утром сообщили, что нам на смену идет какая-то 49-я дивизия. У нас таких формаций до того не было, и мы запросили пояснения. Из штаба ответили, что дивизия сформирована недавно и что вообще начато формирование старых частей. Не поздно ли? Нам также сообщили, что полки новой дивизии по составу приближаются к частям военного времени.

К вечеру подошла одна из бригад. Мы рассматривали ее с любопытством и недоверием, свойственным много раз обманутым людям. Частями командовали, как полагается: полками — полковники, батальонами — подполковники. Набранные из мобилизованных крестьян солдаты нам не внушали никакого доверия, на этот счет у нас выработалось почти абсолютное чутье.

После первого же совещания с командирами этой бригады мы поняли, что пришла не помощь, а тяжелый гнет на наши плечи. Командир спрашивал: где неприятель, где его фланги, какова его численность? Мы могли сказать только, что вот здесь, в этой деревне, большевики, латышская бригада, шестой и седьмой полки. Ответ их явно смутил. Пришлось дать им проводников, чтобы вывести в тыл противника.

Бригада ушла в ночь, и больше мы ничего о ней не слышали. Через два дня обнаружился их командир и несколько офицеров. Рассказали, что их солдаты без единого выстрела перешли к большевикам, захватив с собой многих офицеров. Командир дивизии, бедняга, с горя заболел психическим расстройством. Так окончилась, еще не начавшись, история 49-й дивизии из мобилизованных крестьян. …

Ранним утром мы атаковали большевиков и выбили их из села. Затем продолжали общее отступление на юг. Шли перестрелки и бои, для нас удачные, но безрезультатные, потому что на соседних участках большевики нас обходили, и мы должны были с боями выходить из охватов. Наши части держались еще крепко, но и в них участились переходы к большевикам, даже офицеров.

Из Харькова мы уходили последними. До нас, как голоса из другого мира, доносились крики с большевицкого митинга. Старо-Покровская. Одно из самых страшных воспоминаний моей жизни. Не хочу затруднять читателя описанием этого боя, он описан у большевиков!

Наш полк с четырехорудийной батареей не получил от командира полка Скоблина приказа об отступлении и был оставлен на своих позициях, в то время как все другие отошли. Два дня мы держались в отрыве от армии. Ночью справа и слева от нас под тяжестью переправлявшихся красных трещал лед замерзшего Дона.

На третье утро, перед рассветом, мы пробились из полного окружения, в котором, кроме латышских частей, участвовало несколько тысяч крестьян-повстанцев. На рассвете вошли в громадные змеевские леса.

Сзади доносились крики раненых, добиваемых большевиками. Лесными тропами и по железнодорожной насыпи мы прошли 75 верст с трехчасовым отдыхом и соединились с дивизией только на третий день. Из полка спаслось 56 человек, со знаменем, снятым с древка.

Впоследствии многие считали, что Скоблин сознательно утаил от нас приказ об отходе. В это время с ним уже была известная исполнительница романсов Плевицкая — агент большевиков, как потом выяснилось. Игнатий в ярости искал Скоблина и застрелил бы его, но тот куда-то исчез.»

В ожесточенной гражданской войне, длившейся фактически с 1917 г. по 1922 г., большевики сумели захватить и удержать власть.

Белое движение так и осталось разрозненным, разнородным, не имевшим четких и популярных лозунгов со слабой идеологической основой. Отсутствие идеологии у этого движения во многом способствовало его перерождению.

Большевики же, напротив, сумели соединить коммунистическую идеологию с теми особенностями российского менталитета, в котором новая идеология нередко замещала религию.

Причины победы «красных» над «белыми» в гражданской войне:

1. Социальная и идейная разнародность белого движения

2. Использование большевиками возможностей мощного государственного аппарата, способного проводить массовые мобилизации и репрессии.

3. Продуманное идиалогическое обеспечение военных компаний.

4. Поддержка значительной частью населения лозунгов и политики большевиков.

5. Отсутствие массовой поддержки населения «белых».

6. Центральное положение РСФСР, что позволяло с успехом использовать промышленную базу страны и маневрировать резервами.

7. Нескоординированность действий белых армий и интервентов.

Исторические последствия гражданской войны.

Гражданская война привела к огромным материальным и людским потерям. Общая сумма ущерба составила 50 млрд. золотых рублей, а человеческие жертвы оцениваются сегодня в 13-16 млн. чел.

Потери Красной Армии в боях составили около 1 млн. человек, примерно столько же составили боевые потери ее противников. Остальные погибли от голода и эпидемий, связанных с войной. Эмигрировало из России около 2 млн.чел. Если же учесть снижение прироста населения в годы войны, т.е. посчитать не родившихся россиян, то сумму потери можно оценить примерно в 25 млн.чел.

В результате победы в гражданской войне большевикам удалось сохранить государственность, суверенитет и территориальную целостность России.

Победа большевиков в гражданской войне привела к свертыванию демократии, господству однопартийной системы, когда от имени народа правила партия, ЦК, Политбюро, Генсек или его окружение.

В результате гражданской войны были не только заложены основы нового общества, апробирована его модель, но и во многом сметены те тенденции, которые вели Россию на западный путь цивилизационного развития.

В ходе Гражданской войны борьба шла за пути дальнейшего развития страны. Этих путей было несколько.

Первый — сохранение советской власти и распространение ее на всю территорию бывшей Российской империи, подавление всех сил, не согласных с политикой большевистского руководства. Этот путь означал создание социалистического государства, государства диктатуры пролетариата.

Второй — это попытка сохранения в России буржуазно-демократической республики и продолжение той политики, которая декларировалась Временным правительством и Советами весной—летом 1917 г.: дальнейшее развитие демократии, свободного предпринимательства. За этот путь в основном выступали партии “революционной демократии”, участники Временного правительства и Советов — меньшевики, эсеры, кадеты.

Третий — отвечал интересам крупной буржуазии, дворянства, верховного руководства царской армии и означал попытку сохранения ограниченной монархии и России как “единой и неделимой” страны, верной “союзническим обязательствам”.

Заключение и выводы

В результате победы большевистской армии в гражданской войне мы получили следующее:

· разгром всех антисоветских, антибольшевистских сил, поражение Белой армии и войск интервентов;

· сохранение, в том числе силой оружия, значительной части территории бывшей Российской империи, подавление попыток ряда национальных регионов отделиться от Республики Советов;

· свержение национальных правительств на Украине, в Белоруссии и Молдавии, на Северном Кавказе, в Закавказье (Грузии, Армении, Азербайджане), в Средней Азии, а затем в Сибири и на Дальнем Востоке, установление там советской власти. Это фактически заложило основы созданного в 1922 г. унитарного государства — СССР.

Победа создавала геополитические, социальные и идейно-политические условия для дальнейшего укрепления большевистского режима. Она означала победу коммунистической идеологии, диктатуры пролетариата, государственной формы собственности российского общества.

Исторический опыт свидетельствует, что гражданскую войну легче предотвратить, чем остановить. Но, к сожалению, и сегодня психология гражданской войны не просто присутствует, а нередко и реанимируется, сознательно нагнетается как политиками, так и СМИ.

Гражданской войне во многом способствовал развал русской армии. И это позволяет задуматься о сегодняшнем положении дел в РФ, оценить реальное состояние, в котором находятся современные Вооруженные силы России. Готовы ли мы сегодня отразить агрессию любого, самого сильного противника? Забота о Вооруженных Силах должна быть одним из приоритетных направлений в деятельности современного руководства России, но не главенствующим, как было несколько десятилетий назад.

Выводы:

1. Гражданская война была порождена сложным комплексом социальных, противоречий, экономических, политических, психологических и др. причин и стала величайшим бедствием для России.

2. Глубокий, системный кризис Российской империи завершился ее распадом и победой большевиков, которые при поддержке масс разгромили своих противников в гражданской войне и получили возможность реализовать на практике свои представления о социализме и коммунизме.

3. Исторический опыт учит, что гражданскую войну легче не допустить, чем остановить, о чем российская политическая элита должна помнить постоянно. Недаром в народе говорят: «лучше худой мир, чем война».

4. Неудача сторонников третьего возможного пути, несмотря на объединение военных сил, их связь с интервентами, была исторически предопределена, так как этот путь отвергла подавляющая масса трудящихся.

5. К 1921 году население России по сравнению с осенью 1917 года сократилось более чем на 10 млн. человек; промышленное производство уменьшилось в семь раз; в полнейшем упадке был транспорт; добыча угля и нефти находились на уровне конца 19 века; резко сократились посевные площади. Народ был измучен. На протяжении ряда лет жили впроголодь, не хватало одежды, обуви, медикаментов. Из-за нехватки сырья и топлива закрылись многие предприятия. Одним из наиболее трагических последствий военных лет была детская беспризорность.

Современное руководство должно помнить об ужасающих последствиях гражданской войны и, анализируя исторические факты и события стараться не допустить в стране вооруженные конфликты.

Список использованной литературы

Анисимов А. Армии Деникина до и после разгрома // Военно-исторический журнал. 1996. №6. С.65-76.

Гражданская война и военная интервенция в СССР. Энциклопедия. М., 2001.

Данилов А.А. История России, ХХ век. Справочные материалы. М., 2007.

Данилов А.А., Косулина Л.Г. Рабочая тетрадь по истории России. ХХ век. Вып. 1. М., 2008.

Долуцкий И.И. Отечественная история. ХХ век. М., 2005.

Поляков Ю.А. Гражданская война в России: последствия внутренние и внешние//Новая и новейшая история.-2005. М., № 4.

Поляков Ю.А. Гражданская война: взгляд сквозь годы. Уфа,2006.

Рыбников В.В., Слободин В.П. Белое движение в годы гражданской войны в России. М.,1993.

Исаев И.А. История государства и права России: Учебник. – 3-е изд., перераб. и доп. – М., Юристъ, 2006. – 797 с.

История России: Учебно-методическое пособие / Под ред. проф. А.Ф. Бичехвоста. – 3-е изд., стереотип. – Саратов: СГАП. – 2002. – 140 с.

masterok

» … Сразу укажу на три причины неудачи белого движения:
1) недостаточная и несвоевременная,
руководимая узкокорыстными соображениями помощь союзников,
2) постепенное усиление реакционных элементов в составе движения и
3) как следствие второй, разочарование народных масс в белом движении…

П. Милюков. Доклад о белом движении.
Газета «Последние новости» (Париж), 6 августа 1924 года

Для меня не совсем хорошо понятный и изученный период нашей истории, по-этому с большим интересом читаю статьи на эту тему. Предлагаю вам, как мне кажется, любопытный и качественный материал для обсуждения. Итак текст от авторов:

К началу Гражданской войны белые превосходили красных практически во всём —казалось, что большевики обречены. Тем не менее, именно красным было суждено выйти из этого противостояния победителями. Среди всего огромного комплекса причин, которые к этому привели, отчётливо выделяются три ключевые.

Для начала стоит оговорить, что определения «красные» и «белые» в значительной мере условны, как это всегда бывает при описании гражданской смуты. Война — это хаос, а гражданская война — хаос, возведённый в бесконечную степень. Даже сейчас, спустя без малого столетие, вопрос «так кто же был прав?» остаётся открытым и трудноразрешимым.

В те же времена всё происходящее воспринималось как настоящий конец света, время полной непредсказуемости и неопределённости. Цвет знамён, декларируемые убеждения — всё это существовало только «здесь и сейчас» и в любом случае не гарантировало ничего. Стороны и убеждения менялись с удивительной лёгкостью, и это не считалось чем-то ненормальным и неестественным. Революционеры с многолетним стажем борьбы — например, эсеры — становились министрами новых правительств и клеймились противниками как контрреволюционеры. А большевикам помогали создавать армию и контрразведку проверенные кадры царского режима — в т. ч. дворяне, гвардейские офицеры, выпускники Академии Генштаба. Людей в попытках хоть как-то выжить бросало из одной крайности в другую. Или «крайности» сами приходили к ним — в виде бессмертной фразы: «Белые пришли — грабят, красные пришли — грабят, ну куды бедному крестьянину податься?». Как одиночки, так и целые воинские части регулярно меняли стороны.

Пленных могли в лучших традициях XVIII века отпустить под честное слово, перебить самыми изуверскими способами или поставить в собственный строй. Упорядоченное, стройное деление «эти — красные, эти — белые, вон те — зеленые, а эти морально нестойкие и неопределившиеся» сложилось только спустя годы.

Поэтому всегда следует помнить, что когда речь идёт о какой-либо стороне гражданского конфликта, имеются в виду не строгие ряды регулярных образований, а скорее «центры силы». Точки притяжения множества групп, которые находились в постоянном движении и непрекращающихся конфликтах всех со всеми.

Но почему же победил центр силы, который мы обобщённо именуем «красными»? Почему «господа» проиграли «товарищам»?

Вопрос о «Красном терроре»

«Красный террор» часто используется как ultima ratio, описание главного инструмента большевиков, который якобы бросил к их ногам запуганную страну. Это не так. Террор всегда шёл рука об руку с гражданской смутой, потому что является производным от предельного ожесточения такого рода конфликта, в котором противникам некуда бежать и нечего терять. Более того, противники не могли в принципе избежать организованного террора как средства.

Ранее уже было сказано, что первоначально противники представляли собой маленькие группы, окружённые морем анархической вольницы и аполитичной крестьянской массы. Белый генерал Михаил Дроздовский привёл из Румынии около двух тысяч человек. Примерно столько же добровольцев было изначально у Михаила Алексеева с Лавром Корниловым. А основная масса просто не хотела воевать, включая очень значительную часть офицерства. В Киеве офицерам случалось работать официантами, при форме и всех наградах — «так больше подают-с».

</p> Второй дроздовский конный полк
rusk.ru

Для того, чтобы победить и реализовывать своё видение будущего, всем участникам требовались армия (то есть призывники) и хлеб. Хлеб для города (военного производства и транспорта), для армии и для пайков ценным специалистам и командирам.

Людей и хлеб можно было взять только на селе, у крестьянина, который не собирался отдавать ни того, ни другого «за так», а платить было нечем. Отсюда — реквизиции и мобилизации, к которым с равным рвением пришлось прибегать и белым, и красным (а до них — ещё и Временному правительству). Как следствие — волнения села, противодействие, необходимость подавлять возмущения самыми жестокими методами.

Поэтому пресловутый и ужасный «красный террор» не был решающим аргументом или чем-то резко выделяющимся на общем фоне зверства Гражданской войны. Террором занимались все и победу большевикам принёс не он.

Но что же тогда?

Авторы статьи полагают, что всё многообразие факторов можно свести к трём принципиальным моментам.

  1. Единоначалие.
  2. Организация.
  3. Идеология.

Рассмотрим эти пункты последовательно.

1. Единоначалие, или «Когда в господах согласия нет…».

Надо отметить, что большевики (или, если брать шире, «социалисты-революционеры» вообще) изначально имели очень хороший опыт работы в условиях нестабильности и хаоса. Ситуация, когда враги кругом, в собственных рядах агенты охранки и вообще ‘trust no one’ — была для них рядовым производственным процессом. С началом Гражданской большевики в общем-то продолжили то, чем занимались ранее, только в более льготных условиях, потому что теперь они сами становились одним из главных игроков. Они умели лавировать в условиях полного разброда и повседневной измены. А вот у их противников навык «привлеки союзника и вовремя предай его, пока он не предал тебя» использовался куда хуже. Поэтому на пике конфликта против сравнительно единого (по наличию одного лидера) лагеря красных дралось множество белых группировок, причём каждая вела свою войну по собственным планам и разумениям.

Собственно, этот раздрай и неповоротливость общей стратегии лишили белых победы ещё в 1918 году. Антанта позарез нуждалась в русском фронте против немцев и готова была на многое, лишь бы сохранить хотя бы его видимость, оттягивая немецкие войска от западного фронта. Большевики были крайне слабы и неорганизованны, и помощь можно было требовать хотя бы в счёт частичных поставок уже оплаченных царизмом военных заказов. Но… белые предпочли брать через Краснова снаряды у немцев для войны против красных — создав тем самым соответствующую репутацию в глазах Антанты. Немцы, проиграв войну на Западе, исчезли. Большевики неуклонно создавали организованную армию вместо полупартизанских отрядов, пытались наладить военную промышленность. А в 1919-м Антанта уже выиграла свою войну и не хотела, да и не могла нести большие, а главное — не дающие зримой выгоды расходы в далёкой стране. Силы интервентов одна за другой покидали фронты Гражданской войны.

Белые не смогли договориться ни с одним лимитрофом — в результате их тыл (практически весь) повис в воздухе. И, словно этого было мало, у каждого белого лидера в тылу сидел собственный «атаман», вовсю отравляя жизнь. У Колчака — Семёнов, у Деникина — Кубанская рада с Калабуховым и Мамонтовым, у Врангеля — орловщина в Крыму, у Юденича — Бермондт-Авалов.

</p> Агитационный плакат белого движения
statehistory.ru

Итак, хотя внешне большевики казались окружённым врагами и обречённым лагерем, они могли концентрироваться на выбранных участках, перебрасывая хоть какие-то ресурсы по внутренним транспортным линиям — несмотря на развал транспортной системы. Каждый отдельно взятый белый генерал мог сколь угодно жёстко бить противника на поле боя — и красные признавали эти поражения, — но эти погромы не складывались в единую боксёрскую комбинацию, которая нокаутировала бы бойца в красном углу ринга. Большевики выдерживали каждый отдельный выпад, копили силы и били в ответ.

Год 1918-й: Корнилов идёт на Екатеринодар, но другие белые отряды оттуда уже ушли. Потом Добровольческая армия увязает в боях на Северном Кавказе, а казаки Краснова в это же время идут на Царицын, где и получают своё от красных. В 1919-м благодаря зарубежной помощи (об этом ниже) пал Донбасс, наконец взят Царицын — но Колчак в Сибири уже разбит. Осенью Юденич идёт на Петроград, имея отличные шансы его взять — а Деникин на юге России разбит и отступает. Врангель, имея превосходную авиацию и танки, в 1920-м выходит из Крыма, сражения поначалу успешны для белых, но поляки уже заключают с красными мир. И так далее. Хачатурян — «Танец с саблями», только намного страшнее.

Белые в полной мере осознавали серьёзность этой проблемы и даже попытались её решить, выбрав единого вождя (Колчак) и пытаясь координировать действия. Но к тому времени было уже слишком поздно. Причём реальная координация по факту отсутствовала как класс.

«Белое движение не завершилось победой потому, что не сложилась белая диктатура. А помешали ей сложиться центробежные силы, вздутые революцией, и все элементы, связанные с революцией и не порвавшие с ней… Против красной диктатуры нужна была белая «концентрация власти…»

Н. Львов. «Белое движение», 1924 год.

2. Организация — «война выигрывается в тылу»

Как опять-таки говорилось выше, долгое время белые обладали явственным превосходством на поле боя. Оно было столь ощутимо, что по сию пору является предметом гордости сторонников белого движения. Соответственно, изобретаются всевозможные конспирологические объяснения, призванные объяснить — почему всё так закончилось и куда же делись победы?.. Отсюда и легенды про чудовищный и не имеющий аналогов «красный террор».

А разгадка на самом деле проста и, увы, безблагодатна — белые выигрывали тактически, в бою, но проиграли главное сражение — в собственном тылу.

Н. Астров — В. Пепеляеву. Новороссийск, 16/29 января 1920 года:

«Ни одно из правительств … не сумело создать гибкий и сильный аппарат власти, могущий стремительно и быстро настигать, принуждать, действовать и заставлять других действовать. Большевики тоже не захватили народной души, тоже не стали национальным явлением, но бесконечно опережали нас в темпе своих действий, в энергии, подвижности и способности принуждать. Мы с нашими старыми приёмами, старой психологией, старыми пороками военной и гражданской бюрократии, с петровской табелью о рангах не поспевали за ними…»

Весной 1919 года командующий деникинской артиллерией имел всего двести снарядов в день… На отдельно взятое орудие? Нет, на всю армию.

Англия, Франция и другие державы, несмотря на позднейшие проклятия белых в их адрес, оказывали немалую или даже огромную помощь. Одному только Деникину в этом же 19-м году англичане поставили 74 танка, полтораста самолётов, сотни автомобилей и десятки тракторов, более пятисот орудий, включая 6–8-дюймовые гаубицы, тысячи пулемётов, больше двухсот тысяч винтовок, сотни миллионов патронов и два миллиона снарядов… Это очень приличные числа даже в масштабах только что отгремевшей Великой войны, их не стыдно было бы привести в контексте, скажем битвы при Ипре или Сомме, описывая ситуацию на отдельном участке фронта. А уж для гражданской войны, вынужденно бедной и оборванной — это сказочно много. Такая армада, сконцентрированная в нескольких «кулаках», сама по себе могла бы порвать красный фронт, как гнилую тряпку.

</p> Отряд танков Ударно-огневой бригады перед отправлением на фронт
velikoe-sorokoletie.diary.ru

Однако в компактные сокрушительные группировки это богатство не объединилось. Более того, подавляющая часть вообще не добралась до фронта. Потому что была полностью провалена организация тылового снабжения. И грузы (боеприпасы, еда, униформа, техника…) либо разворовывались, либо забивали отдалённые склады.

Новые британские гаубицы портились необученными белыми расчётами в три недели, что неоднократно приводило английских советников в смятение. 1920 год — у Врангеля, по оценке красных, на день боя отпускалось не более 20 снарядов на орудие. Часть батарей вообще приходилось отводить в тыл.

На всех фронтах оборванные солдаты и не менее оборванные офицеры белых армий, без еды и патронов, отчаянно сражались с большевизмом. А в тылу…

«Глядя на эти сонмища негодяев, на этих разодетых барынь с бриллиантами, на этих вылощенных молодчиков, я чувствовал только одно: я молился: «Господи, пошли сюда большевиков, хоть на неделю, чтобы хотя бы среди ужасов чрезвычайки эти животные поняли, что они делают».

Иван Наживин, русский писатель и эмигрант

Нескоординированность действий и неспособность организовать, выражаясь современным языком, логистику и тыловую дисциплину, приводили к тому, что чисто военные победы Белого движения растворялись в дыму. Белые хронически не могли «дожать» противника, при этом медленно и необратимо теряя свои боевые качества. Белые армии в начале и конце Гражданской принципиально отличались только степенью оборванности и душевного надлома — причём не в лучшую к финалу сторону. А вот красные — менялись…

«Вчера состоялась публичная лекция полковника Котомина, бежавшего из Красной Армии; присутствующие не поняли горечи лектора, указавшего на то, что в комиссарской армии много больше порядка и дисциплины, чем у нас, и произвели грандиозный скандал, с попыткой избить лектора, одного из идейнейших работников нашего национального Центра; особенно обиделись, когда К. отметил, что в красной армии пьяный офицер невозможен, ибо его сейчас же застрелит любой комиссар или коммунист».

Барон Будберг

Будберг несколько идеализировал картину, но суть оценил верно. И не только он. В нарождающейся Красной армии шла эволюция, красные падали, получали болезненные удары, но поднимались и шли дальше, делая выводы из поражений. И даже в тактике не раз и не два усилия белых разбивались об упорную оборону красных — от Екатеринодара до якутских селений. Напротив, неудача белых — и фронт рушится на сотни километров, зачастую — навсегда.

1918 год, лето — Таманский поход, на сборные отряды красных в 27 000 штыков и 3500 сабель — 15 орудий, в лучшем случае от 5 до 10 патронов на бойца. Нет еды, фуража, обоза и кухонь.

</p> Красная армия в 1918 году.
Рисунок Бориса Ефимова
http://www.ageod-forum.com

1920 год, осень — Ударная огневая бригада на Каховке имеет батарею шестидюймовых гаубиц, две лёгких батареи, два отряда броневиков (ещё отряд танков, но в боях он не успел принять участие), более 180 пулемётов на 5,5 тысяч человек, огнемётную команду, бойцы одеты с иголочки и поражают выучкой даже врага, командиры получили кожаную форму.

</p> Красная армия в 1921 году.
Рисунок Бориса Ефимова
http://www.ageod-forum.com

Красная кавалерия Думенко и Будённого заставила изучать свою тактику даже противника. Тогда как белые чаще всего «блистали» лобовой атакой пехоты в полный рост и обходом конницы с фланга. Когда армия белых при Врангеле благодаря поставкам техники начала напоминать современную — было уже поздно.

У красных находится место и кадровым офицерам — как Каменев и Вацетис, и делающим успешную карьеру «из низов» армии — Думенко и Будённый, и самородкам — Фрунзе.

А у белых, при всём богатстве выбора, одной из армий Колчака командует… бывший фельдшер. Решающее наступление Деникина на Москву возглавляет Май-Маевский, выделяющийся запоями даже на общем фоне. Гришин-Алмазов, генерал-майор, «работает» курьером между Колчаком и Деникиным, где и гибнет. Почти в каждой части процветает презрение по отношению к другим.

3. Идеология — «голосуй винтовкой!»

Чем была Гражданская война для обычного гражданина, рядового обывателя? Перефразируя одного из современных исследователей, в сущности это оказались грандиозные, растянутые на несколько лет демократические выборы под лозунгом «голосуй винтовкой!». Человек не мог выбрать время и место, где ему довелось застать удивительные и страшные события исторического значения. Однако мог — пусть и ограниченно — выбрать своё место в настоящем. Или, на худой конец, своё отношение к нему.

Вспомним то, о чём уже говорилось выше — противники крайне нуждались в вооружённой силе и продовольствии. Людей и продовольствие можно было достать силой, но не всегда и не везде, умножая врагов и ненавистников. В конечном итоге победитель определялся не тем, насколько жестоким он окажется и сколько отдельных сражений он сможет выиграть. А тем, что он сможет предложить огромной аполитичной массе, безумно уставшей от беспросветного и затянувшегося конца света. Сможет ли привлечь новых сторонников, сохранить лояльность прежних, заставить колебаться нейтральных, расшатать мораль врагов.

Большевики — сумели. А их противники — нет.

«Чего хотели красные, когда они шли воевать? Они хотели победить белых и, окрепнув на этой победе, создать из нее фундамент для прочного строительства своей коммунистической государственности.

Чего хотели белые? Они хотели победить красных. А потом? Потом — ничего, ибо только государственные младенцы могли не понимать, что силы, поддерживавшие здание старой государственности, уничтожены до основания, и что возможностей восстановить эти силы не имелось никаких.

Победа для красных была средством, для белых — целью, и притом — единственной.»

Фон Раупах. «Причины неудачи белого движения»

Идеология — инструмент, который сложно подсчитать математически, однако он также имеет свой вес. В стране, где большая часть населения едва-едва читала по складам, было крайне важно суметь внятно разъяснить, ради чего предлагается воевать и умирать. Красные смогли. Белые не сумели даже консолидированно решить между собой, за что воюют. Наоборот, они сочли верным откладывание идеологии «на потом», сознательное непредрешенчество. Даже среди самих белых союз между «имущими классами», офицерами, казаками и «революционной демократией» называли противоестественным — как же им убедить колеблющихся?

«…Нами поставлена громадная кровососная банка больной России… Переход власти из советских рук в наши руки не спас бы Россию. Надо что-то новое, что-то до сих пор неосознанное — тогда можно надеяться на медленное возрождение. А ни большевикам, ни нам у власти не быть, и это даже лучше!»

А. Лампе. Из «Дневника». 1920 год

Повесть о проигравших

В сущности, наша вынужденно краткая заметка стала повестью о слабостях белых и в существенно меньшей степени — о красных. Это не случайно. В любой гражданской войне все стороны демонстрируют немыслимый, запредельный уровень бардака и неорганизованности. Естественно, и большевики с примкнувшими попутчиками не составили исключения. Но белые поставили абсолютный рекорд по тому, что сейчас назвали бы «безблагодатностью».

В сущности это не красные выиграли войну, они в общем-то делали то, чем занимались и раньше — сражались за власть и решали проблемы, преграждавшие путь к их будущему.

Это белые проиграли противостояние, проиграли на всех уровнях — от политических деклараций до тактики и организации снабжения действующей армии.

Ирония судьбы — большинство белых не защищало царский режим, а то и приняло активное участие в его свержении. Они отлично знали и критиковали все язвы царизма. Однако при этом скрупулёзно повторили все основные ошибки прежней власти, приведшие её к краху. Только в более явной, даже карикатурной форме.

Напоследок хотелось бы привести слова, которые изначально были написаны применительно к гражданской войне в Англии, но прекрасно подходят и к тем ужасным и великим событиям, что сотрясли Россию без малого сто лет назад…

«Говорят, что этих людей закрутил вихрь событий, но дело в другом. Никто их никуда не увлекал, и не было необъяснимых сил и невидимых рук. Просто всякий раз, когда они оказывались перед выбором, то принимали верные, со своей точки зрения, решения, но в итоге цепочка верных по отдельности намерений приводила в тёмный лес… Оставалось лишь плутать в злых чащах, пока, наконец, не выходили на свет выжившие, с ужасом глядя на оставленную за спиной дорогу с трупами. Многие прошли через это, но благословенны те, кто понял своего врага и потом не проклинал его»

А. В. Томсинов «Слепые дети Кроноса».

источники

http://warspot.ru/4587-voyna-krasnyh-i-belyh-lyudi-proigravshie-vsyo — авторы Евгений Белаш /Игорь Николаев

Литература:

А вот еще в свое время довольно бурное обсуждение вызвала такая статья в блоге — Не киношный АДМИРАЛ и Мифы германского следа в Октябрьской Революции. А можно еще обсудить Восстание декабристов, но если не верить в официальную версию и Как грабили Ленина Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия — http://infoglaz.ru/?p=85004Tags: История

Почему «белые» потерпели поражение в гражданской войне?

Пожалуй, история Гражданской войны в России является весьма поучительной страницей скрижалей народной памяти. Эти события напоминают нам о том, чего нельзя допускать ни в коем случае, ибо данная категория войн – самая бессмысленная, жестокая и кровопролитная.

Один из наиболее интересных и важных вопросов: «Отчего проиграло белое движение?»

Как ни странно, но сложившееся исторически разделение на «красных», «белых» и «зеленых» в годы войны практически отсутствовало. С чем это связано? В период, когда происходит страшный разлад, человеку сложно однозначно примкнуть к какой-либо из сторон. На одного «идейного» последователя монархии или революции найдется сто человек «выжидающих». И это нормально, так как такое положение существовало во все времена и при любой власти. Легко меняли сторону конфликта не только одиночки, но даже целые военные части! Причем многие переходили туда-сюда по нескольку раз в течение войны. Миф о «красном терроре» .Во многих современных источниках одной из наиболее весомых причин поражения «беляков» считается «всепоглощающий красный террор», который якобы «бросил к их ногам испуганную страну». Увы, террор был. Вот только практиковали его все стороны конфликта, и не стоит искать среди них «правильных» и «неправильных». В условиях, когда гражданское общество рухнуло, когда имеется критический уровень напряженности, людям уже нечего терять, а потому они легко идут на самые крайние меры. Кроме того, не стоит считать, что вся территория бывшей Российской империи в одночасье превратилась в пылающее горнило революции: изначально красные и белые представляли собой небольшие островки, окруженные целыми морями абсолютно инертной крестьянской массы. Смешно сказать, но и красные, и белые (не говоря уже о «мутных зеленых») практиковали массовую вербовку сторонников за рубежом. Более того, прославленное «царское офицерство» порой вообще не хотело воевать. Известны случаи, когда офицеры становились официантами в ресторанах Киева, причем работали при всех наградах. Так больше подавали. Для чего мы все это говорим? Все просто. Чтобы вы понимали, какой страшный разброд царил в первые месяцы и даже годы войны. На первых порах Гражданской войны —Не было «подавляющего превосходства» в живой силе у белых, не отмечалось этого и у красных. Большая часть населения просто желала спокойно жить, быстро меняя «окрас» в соответствии с политическими реалиями.

Так что подкосило белое движение»? Причины поражения его кроются сразу в нескольких деталях. Что нужно армии? Любой из сторон, грубо говоря, нужны были две вещи: живая сила (то есть призывники) и хлеб. Все остальное приложится. Оба ресурса можно было взять только на селе, только у многострадального крестьянства, которое уже не желало давать ничего и никому. Отсюда – практика террора, к которой прибегали обе стороны, как до них этим же инструментом пользовалось Временное правительство Керенского. Следствием были постоянные крестьянские волнения, которые опять-таки подавлялись всеми сторонами Гражданской войны, причем самыми жестокими методами. А потому «страшный красный террор» чем-то выдающимся не был. Во всяком случае, он никак не выделялся из террора белого. Так что большевики победили вовсе не благодаря «силовым акциям». Таким образом, причинами поражения белого движения стали: отсутствие единоначалия в формированиях «белого» движения; плохая его организация; несовершенная идеология.

Давайте несколько подробнее остановимся на каждом из этих пунктов, за каждым из которых скрывается целый комплекс тяжелых проблем. Каждый из них мог подкосить белое движение. Причины поражения же кроются в том, что они действовали одновременно. Однажды лебедь, рак и щука… Вообще, изначально красным действовать все же было намного проще. Они привыкли играть в ситуации, когда кругом – агенты охранки, когда каждый может предать, но при этом подчиняться нужно единому «командному центру». В Гражданскую им пришлось заниматься ровно тем же самым, но в этих условиях большевики сами могли устанавливать требуемые правила игры. Им приходилось лавировать, но делать это было намного проще. А вот белые могли работать в столь напряженных условиях намного хуже, да и точек зрения на происходящее у них было в несколько раз больше. На пике войны против более-менее единого лагеря красных сражался фактически не один десяток белых, причем многие из их формирований вели откровенно противоположную политику. Адекватности происходящему все это не добавляло ни в малейшей степени. Вообще, весь этот бардак и «неповторимость» лишили шансов на победу белое движение. Причины поражения кроются в неумении договариваться и вовремя устранять откровенно опасных людей. Так, например, ситуация с Антантой. В свое время большевики были откровенно слабы, немощны и разобщены, о чем с горечью писал еще Владимир Ульянов. Казалось бы, затребуй у своих союзников оружия и снарядов, воспользовавшись тем, что все эти заказы уже были оплачены царизмом, да и реши проблему раз и навсегда… Брошены и забыты Но те же снаряды решили просить у немцев. Последние, проиграв Первую мировую войну, тихо исчезли со сцены, а «союзники» из Антанты, возмущенные поведением белых, не спешили оказывать им действенную помощь.

В 1919 году они предпочитали вводить войска интервентов. Для чего? А что могло им дать белое движение? Разграбить богатства России им было проще единолично, а весь этот «цвет офицерства» им оказался (до поры до времени) не нужен. Когда же красные окончательно сформировались и смогли вести эффективные наступательные действия, интервенты срочно засобирались домой, так как воевать им совершенно не хотелось, а белые к тому времени окончательно разобщились, их моральный дух оказался низок, а цели – призрачны, как миражи в пустыне. Помните, кстати, о том, что одной из причин поражения белого движения стало, каким бы странным это ни казалось, полное отсутствие идеологии. Проблем много, а решений нет…

В тылах белых сидели десятки обнаглевших лимитрофов, проблемы с которыми смогли решить только красные. Более того, у каждого мало-мальски способного командира белых в тылах мог свободно хозяйничать какой-нибудь «атаман», грабя и убивая население, но дальше «предупреждений и выговоров» борьба с этой «вольницей» не заходила. О каком единоначалии может идти речь, если прославленное офицерство оказалось совершенно неспособным к базовым организаторским действиям? Кроме того, белые совершенно сознательно подставляли друг друга из сиюминутных интересов, никогда не могли договориться хотя бы об одновременном начале наступления, постоянно заключали сепаратные соглашения с любыми местными «царьками». При этом военной стороне их нужно отдать должное: в большинстве случаев бывшие царские офицеры оказывались более гибкими и лучше подкованными в тактике. Но со временем из среды красных выросло много толковых командиров, к ним же ушли бывшие самодержавные специалисты. Армия же «монархистов» все больше напоминала одну большую банду с прогнозируемо низкой эффективностью в боях против линейных соединений. Какие еще существуют причины поражения белого движения в гражданской войне?

Организаторский беспредел. Что же касается организации тыла, то с ней все было еще страшнее (хотя, куда уж хуже).

Один только Деникин заполучил-таки от союзников в 1919 году 74 танка, не менее 148 аэропланов, несколько сотен автомобилей, несколько десятков тракторов, около полутысячи артиллерийских орудий, включая тяжелые образцы, несколько тысяч винтовок и пулеметов, миллионы патронов к ним…. Да о таком богатстве даже царская армия, замерзающая в окопах Первой мировой, могла только мечтать! Так в чем же заключаются причины поражения белого движения, когда накопленной массой техники можно было порвать фронт в любом месте? Куда все пропало?

Львиная доля всего добра или разворовывалась и продавалась… все тем же красным, или же мертвым грузом оседала где-то на далеких складах, причем древние винтовки порой находили даже в середине 40-х годов уже советские военные во время ревизий. Так что причины поражения белого движения – банальное воровство, разгильдяйство и шкурничество. Новейшие гаубицы необразованные расчеты умудрились «убить» всего за пару недель. Впоследствии советские командиры вспоминали, что у белых на одно орудие за весь день уходило не более 20 снарядов по причине полнейшей «расхлябанности» материальной части.

Неумелое распределение ресурсов. В тылу, у белых, был сплошной «хруст французской булки»: огромные деньги проматывались на меха и драгоценности любовниц, по вечерам устраивались балы и банкеты. И это в то время, когда войска терпят отчаянные поражения от красных? Более того, сегодня нередко можно прочесть в романах о «высокообразованном белом офицере» и про «оборванных красных». Быть может, в какой-то период так оно и было… Вот только полковник Катомин, перебежавший к «белякам», с горечью отмечал обилие пьяных офицеров и солдат. «У красных такое невозможно… Любого упившегося офицера тут же расстреляют, моральный дух у ваших противников чрезвычайно высок», — вот что говорил он своим новым коллегам. За что его чуть не побили прямо во время выступления. Вот они, причины поражения белого движения. Кратко говоря, это разброд и полная безнаказанность. И это не говоря уж о частях «неопознанной принадлежности», что чувствовали себя в монархических тылах очень вольготно.

Бандиты и дезертиры, «отпавшие» от своих части интервентов и просто банды зеленых – справиться с ними оказалось некому, да и браться за это никто не хотел. В результате тылы разлагались, на фронтах также царил полный беспорядок.

Никто и ни за что не отвечал, так что причины поражения белого движения в гражданской войне становятся вполне очевидными… Следует особо отметить также условия оказания медицинской помощи. Точной статистики о масштабах медицинских потерь отсутствуют, но известно, что у белых медпомощь раненым оказывалась… худшего качества. В мемуарах и архивных документах неоднократно встречаются упоминания о массовых эпидемиях тифа, полном отсутствии нормальных медиков в войсках, о неумении организовать более-менее нормальный госпиталь даже в глубоком тылу.

Еще один немаловажный фактор, обеспечивший большевикам победу – монолитность их армий. Белые силы были сильно рассеяны по территории России, что приводило к невозможности грамотного командования войсками.

Идеология. Принято считать, что монархисты «со слезами на глазах» вспоминали «Россию, которую мы потеряли» и всячески старались возродить монархию. Вот только это не так. Да, были среди белых убежденные монархисты, но таковых история помнит немного. Во многом причины победы красных и поражения белого движения кроются в разброде и шатании даже в идейной сфере. «Беляки» не могли договориться даже друг с другом о планах послевоенного обустройства страны, а уж «унижаться» и что-то объяснять своему «электорату» и вовсе не желал никто. И в это в то время, когда красные создали целый институт комиссаров, эффективно насаждая свою идеологию. «Сказал – сделай!» Причем не стоит считать красных простыми болтунами: уж если они ставили цель, то своего добивались. Делали они это, показывая практическую эффективность своей политики. Монархисты же повторили ошибку «балабола» Керенского с его Временным правительством: (невыполнимые обещания, размытость идеологии, отсутствие гарантий для «электората» — подчеркните причины поражения белого движения, которые вам больше по вкусу, сами. Пока Ленин выступал со своим гениальным в простоте декретом, в котором обещал хлеб рабочим, а землю крестьянам, бывшие царские офицеры и чиновники соревновались в остроумии, обсуждая очередной проект будущего законодательства.

Отметим самые главные причины поражения белого движения в Гражданской войне:

Слабая идеологическая база Белого движения. Красные (большевики) обладали мощной идеей, которая смогла объединить подавляющее большинство населения России – рабочих и крестьян. Белые же не обладали такой идеей, нелепо считать, что они были монархистами, которые бились за «единую и неделимую Россию», на основе принципов «самодержавия, православия и народности». Противниками большевиков были самые различные партии, движения, группировки: от социалистов – эсеров и меньшевиков и «центристов» — конституционных демократов (кадетов), октябристов до националистов и монархистов. Причём, те же монархисты не были едины, выступая за разных кандидатов на престол, и с ними боролись социалисты, либералы, стараясь не допустить их усиления.

Исходя из слабости идеологической платформы, можно выделить другую причину – белые не смогли выдвинуть популярную для большинства населения общую программу действий и начать её выполнять. Большевики тут их полностью переиграли с их лозунгами «земля крестьянам», «фабрики рабочим», «самоопределение наций вплоть до отделения и образования суверенных государств» и т. д. Белые правительства настроили против себя крестьянство, пытаясь решить земельный вопрос в пользу помещиков, оттолкнули националистов лозунгом «единой и неделимой России». Попытками реставрации старых порядков они вызвали раздражение большинства населения.

Большевики чётко уловили настроения крестьянства и с VIII съезда в марте 1919 года изменили свою крестьянскую политику. Они перешли от политики «нейтрализации» крестьянина-середняка к поиску союза с ним.

В итоге красные смогли развернуть многочисленную, крестьянскую в своей основе армию. К примеру: в марте-апреле 1919 года, на пике успехов армии Александра Колчака, у него было примерно 130 тыс. человек, в это же время у Антона Деникина была 60-тыс. армия, у Николая Юденича около 10 тыс. штыков и сабель, у Владимира Марушевского (формировал Северную армию) около 15 тыс., а численность Красной армии в этот период возросла почти до 1,5 млн. бойцов.

В сентябре-октябре 1919 года, во время наивысших успехов Деникина, у него было 150 тыс. человек, у Колчака оставалось до 50 тыс., у Юденича 15—20 тыс., у Миллера до 20 тыс., у Владимира Толстова 20 тысяч (командующий отдельной Уральской армией). А численность Красной армии к этому времени выросла до 3,5 млн. штыков и сабель.

При всей многочисленности Красной Армии в ней смогли поддерживать более высокий уровень дисциплины. В Белой армии дезертирство рядового состава из крестьян и рабочих приняло куда более серьёзные масштабы, чем в Красной армии. Тыл белых погряз в пьянстве, коррупции, мародерстве.

Большевики смогли привлечь в строительство Красной армии значительную часть офицерского корпуса царской России, т. н. военспецов. Качество красных частей постоянно росло.

Красные смогли организовать в тылу Белого движения целую сеть подпольных большевистских комитетов, началось массовое партизанское движение. Это резко ослабило боеспособность белых армий, которым приходилось прикладывать большие усилия для борьбы с крестьянским движением.

N.B. Ряд историков даже считают, что именно крестьянское движение стало главной причиной поражения белых. Большевики, в отличие от белых, смогли обеспечить более прочный тыл, причём достигалось это не только за счёт репрессивных мер (белые тоже не стеснялись их применять), но и благодаря определённому компромиссу с крестьянством.
Большевистское правительство не стеснялось проводить резкие и жестокие реформы. Парадоксально, но именно такая жесткость и была важна в военное время: люди не верили сомневающимся и оттягивающим решение политикам. Большой ошибкой белого командования была задержка земельной реформы – ее проект предполагал расширение хозяйств за счет земель помещиков. Однако был выпущен закон, до Учредительного Собрания запрещающий захват земель и сохраняющий их во владении дворян. Конечно, крестьянское население, 80% населения России, восприняли это распоряжение как личное оскорбление.
Ещё одна причина поражения белых – это выгодное положение территорий большевиков относительно белых фронтов. Они имели в своем расположении области с самой высокой концентрацией населения и развитой промышленностью, включая два мегаполиса – Москву и Петроград. Большевики могли проводить более массовые мобилизации, причём имея на этой территории немало идейных сторонников из рабочего класса. К тому же это облегчало возможности манёвра армиями – разгромив или ослабив одного противника, можно было перебросить ударные силы на другой фронт.

Интервенция Западных стран привела к тому, что вокруг большевиков стали объединяться патриоты, государственники. Они увидели в них силу, которая сможет сохранить Россию.

Надо отметить и тот факт, что западные державы поддерживали Белое движение не в полную силу. Их целью был развал России, делёж её на сферы влияния и максимальное обескровливание русского народа в братоубийственной Гражданской войне. Им не нужна была «единая и неделимая Россия». Поэтому, помогая белым одной рукой, представители Запада другой рукой мешали им и поддерживали красных – к примеру Троцкого.

Если статья Вам понравилась и оказалась для вас полезной, то поделитесь ей с другими:

Хочу себе плагин с такими кнопками

Белое движение в годы Гражданской войны: лидеры, основные цели, причины поражения

Белое движение – традиционное именование военно-политического течения, образовавшегося в ходе Гражданской войны в России. Движение, неоднородное по своему составу, ставило своей целью борьбу с большевиками, пришедшими к власти в результате Октябрьской революции.

Формирование структуры

Движение белых сформировалось летом 1917 г. как оппозиционное противодействие политике Временного правительства и органов народной власти (Советам). После революционных событий началось образование организационных структур движения и его отделение от общего антибольшевистского противодействия. Военным центром объединения стал Ростов-на-Дону. Здесь Белые нашли союзников в лице казачества, и в конечном итоге сформировалась Добровольческая армия.

Лидеры движения

18 ноября 1918 года в Омске власть была передана А.В. Колчаку. Он был провозглашен Верховным правителем России и Верховным главнокомандующим ее армии и флота. Другими известными лидерами Белого движения были:

  • А.И. Деникин – главнокомандующий вооруженными силами Юга России;
  • Л.Г. Корнилов – генерал армии, один из организаторов движения;
  • А.И. Дутов – атаман Оренбургского казачества, носивший генеральское звание;
  • М.В. Алексеев – командующий Добровольческой армией;
  • Г.С. Семенов – генерал-лейтенат, казачий атаман в Забайкалье и на Дальнем Востоке.

Цели белых

Наибольшую ненависть по отношению к большевикам имели монархически настроенные офицеры, представители казачества, духовенства, интеллигенции. Гражданская война считалась основным методом борьбы за реставрацию потерянной власти и своих социальных прав. В течение всей войны на подконтрольных территориях Белое движение предпринимало попытки реанимировать дореволюционную военную структуру, социальные и экономические отношения.

Стремление вернуть прежнюю жизнь было таким большим, что оно нивелировало серьезное численное превосходство большевиков и их сторонников, и почти три года помогало осуществлять масштабные военные действия против новой власти в стране. Этому способствовал опыт в управленческих делах, дисциплина, высокое знание военной науки и стремление взять реванш за доставленное унижение.

Причины поражения

О том, почему большевиков в Гражданской войне историки спорят по сей день. К причинам поражения Белого движения многие относят:

  1. Популярность большевистских лозунгов (пусть Ленин сотоварищи и не собирались исполнять свои обещания на деле). Белые же вообще не смогли придумать единый лозунг.
  2. Разобщенность движения. У белых не было единого общепризнанного центра, координирующего движение всех их армий и ведущего их к одной цели.
  3. Иностранная интервенция. Западные «помощники» вроде и поддерживали белых, но на деле решали свои задачи, главной из которых было максимальное ослабление России. Нередки были и случаи предательства со стороны «союзников».

Также силу Белой армии подорвало массовое дезертирство в ее рядах (впрочем, у красных дезертиров было еще больше), а также многочисленные восстания в тылу. Все это привело к перелому в сражениях на Южном и Восточном фронтах. С 1921 года все центральные белогвардейские штабы переместились в зарубежные страны, где произошло их политическое размежевание.

В то же время в историческом масштабе признать полное поражение Белого движения нельзя. Большевики сумели одержать победу и утвердиться у власти, только когда демократия пролетариата переродилась в режим полного контроля власти над всеми объектами общественной и частной жизни.