Танковый завод в тагиле

Танкоград – город, которого не было на карте

Не менее серьезным является вклад ЧКЗ и в выпуске самого массового танка Великой Отечественной войны – Т-34. Конвейер средних танков заработал 22 августа 1942 года, всего их цехов вышло 5094 машины.

Всего за годы Великой Отечественной войны завод выпустил:

  • 18 тысяч средних и тяжелых танков и самоходных установок;
  • 48,5 тысяч танковых дизельмоторов;
  • 85 тысяч комплектов топливной аппаратуры;
  • 17 миллионов боевых припасов.

Изначально Челябинский тракторный создавался как предприятие не только народнохозяйственного, но и оборонного значения.

Постановление о начале постройки тракторного завода на Урале было вынесено СНК СССР 29 мая 1929 года. Был определён профиль будущего завода: выпуск мощных гусеничных тракторов и поточное производство. Предприятие в Челябинске становилось первым в стране заводом гусеничных тракторов, в отличие от Харьковского и Сталинградского тракторных заводов, выпускавших колёсные тракторы. То есть, ещё на стадии проектирования, ЧТЗ формировался для выпуска продукции не только народнохозяйственного, но и оборонного значения.

Было предусмотрено, что здесь можно будет в достаточно короткие сроки наладить массовое производство танков и артиллерийских тягачей. По оборонной ориентации 1930 года планировалось начать сборку танков Т-24 в ноябре 1932 года, а в долгосрочной перспективе — танков Т-26, но вся работа на ЧТЗ ограничилась обновлением чертежей танка.

Все это предопределило будущее челябинского завода, ставшего в годы Великой Отечественной войны центром тяжелого танкостроения.

Первые тяжелые машины завод начал собирать еще до войны. Постановлением СНК Союза ССР и ЦК ВКП(б) от 19 июня 1940 года и приказом наркома среднего машиностроения от 20 июня 1940 года ЧТЗ имени Сталина предписано освоить выпуск тяжелых танков нового поколения «КВ» (Клим Ворошилов) разработки Ленинградского Кировского завода.

31 декабря 1940 года на Челябинском заводе был собран первый экспериментальный тяжелый танк, получивший название КВ (Клим Ворошилов). До начала Великой Отечественной войны на ЧТЗ было собрано 25 танков «КВ-1».

В начале войны на челябинскую землю были эвакуированы Ленинградский Кировский и Харьковский заводы. Слившись воедино с ЧТЗ, они и образовали — Танкоград. Отныне работа завода полностью перешла на военные рельсы.

«Война брони» побуждала челябинцев создавать все более совершенные машины, которые могли бы противостоять технике фашистской Германии. Конструкция танка КВ претерпела множество модификаций. Выпускались танки: КВ-1, КВ-8, КВ-IС, затем – машины серии ИС (Иосиф Сталин) Ис-1, ИС-2, ИС-2М. К концу войны был выпущен «танк Победы» ИС-3.

На базе тяжелых танков конструктора завода создали поистине удивительную машину. 25 января 1943 года на заводе была собрана первая артиллерийская самоходная установка СУ-152 на шасси танка КВ-IС. Она получила неофициальное название «Зверобой», поскольку мощным ударом из пушки 152-ого калибра пробивала немецкие «тигры» и «пантеры». Самоходку спроектировали и изготовили в рекордные сроки – от первой линии на чертеже до машины в металле прошло всего 25 дней!

Конвейер тяжелых танков: как это было

Производство тяжелых танков на ЧТЗ было поставлено на поток к концу 1943 года. Слаженная и самоотверженная работа тракторостроителей в сутки давала по десять тяжелых машин. Однако нужно было больше. Больше машин. Все для фронта – все для Победы!

Благодаря улучшению организации и оснащенности производства, внедрению нескольких тысяч организационно-технических мероприятий, которые вносили люди в фонд Победы, ежемесячно снижалась трудоемкость изготовления танков на 15-20%. Сборщики и сдатчики вдвое сократили цикл сборки машин, кузнецы в 2,5 раза повысили производительность своих молотов, литейщики резко увеличили выпуск литья и освоили выпуск литых траков. То есть цифры производительности труда полностью способствовали поэтапному развитию поточно-конвейерного производства.

В августе 1944 года конвейер тяжелых танков начал свою работу. Он стал первым в мировой практике, поскольку ни одно предприятие мира не имело подобного опыта.

Это событие стало крупнейшим достижением Челябинского Кировского завода перед страной. Работа конвейера дала фантастические результаты: заводская стоимость тяжелого танка сократилась от 348 тыс. руб. в начале производства до 234,4 тыс. руб. в первом квартале 1945 г., что лишь немногом превышало стоимость среднего танка Т-34-85.

Кроме того, пуск конвейера стал показателем высокой культуры организованности и согласованности действий заводчан и руководителей, человеческое единодушие и патриотизм.

Пресс-служба ЧТЗ-УРАЛТРАК

Танкоград

В годы Великой Отечественной войны Урал стал основным арсеналом Красной Армии, заняв ведущее положение в снабжении армии вооружением и снаряжением. Он давал 40% всей военной промышленности страны: его заводы поставляли 60% средних и 100% тяжелых танков; каждый второй снаряд, выпущенный советской артиллерией по врагу, был изготовлен из уральской стали.
30 июня 1941 года был образован Государственный Комитет Обороны. В его первом постановлении говорилось: «Немедленно приступить на Уральских и Сибирских заводах к прокату специальных марок сталей для танкового производства ЧТЗ; перевозку всех грузов для ЧТЗ … производить наравне со срочными воинскими грузами».
Начиная с июля месяца, в цехах тракторного завода резко изменился ритм работы, началась перестройка производства. Продолжительность рабочей смены увеличилась до 11 часов. Вырос удельный вес военной продукции в третьем квартале 1941 года.
6 октября 1941 года, по решению ГКО, началась эвакуация танкового производства Ленинградского Кировского завода. В тот же день приказом наркома танковой промышленности СССР, ЧТЗ имени Сталина был переименован в Кировский завод Наркомтанкпрома в городе Челябинске. Директором его назначен И.М. Зальцман.
Скоростными методами на заводе были построены и введены в действие 17 новых цехов, общей площадью 100 тысяч кв.м. В минимально короткие сроки, был проведен монтаж оборудования этих цехов. С ходу, «с колес», нередко на морозе, среди сугробов на пустырях разгружали оборудование и тут же в недостроенных порой помещениях ставили на фундаменты станки, пускали их в дело, а потом уже возводили стены цехов и сооружали кровлю.
Параллельно с перевооружением цехов продолжалась работа над производством танков. Начали с единиц в сутки, а в скором времени довели до 12-15. Специалисты завода добивались постоянного усовершенствования и сокращения трудоемкости изготовления танков. Если на 1 мая 1941 г. боевые машины имели 23.453 части, то к 1 сентября 1941 г. число частей сократилось до 11.647, а к концу года до 9 тысяч. Уже в четвертом квартале 1941 года, в сравнении с третьим выпуск тяжелых танков «КВ» увеличился в 5,5 раза, а по сравнению с первой половиной 1941 года – в 17 раз.
Все основные цехи перешли на казарменное положение. В холодных, кое-как отапливаемых паром от трех паровозных котлов цехах завода и под открытым небом в коробках новостроек, люди работали по шестнадцать – восемнадцать часов, а бывало по двадцать. Систематически недосыпая и недоедая, они работали с полной отдачей сил и не покидали своих мест, пока не выполняли две-три нормы в смену. «Все для фронта! Все для Победы!». Эти слова составили суть и смысл жизни завода военных лет.
С ноября 1941 года на ЧТЗ полностью прекращалось производство тракторов и артиллерийских тягачей, снарядов, мин, авиабомб. Завод освобождался от поставки всем внешним потребителям литья, штамповок и поковок. Отныне все его цехи, тысячи людей, оборудование, должны были переключиться только на выпуск тяжелых танков.
Труднее было при слиянии челябинских тракторостроителей с коллективом Ленинградского Кировского завода. С технической и организационной стороны у челябинцев и ленинградцев был разный подход к делу. Это определялось спецификой производства каждого из коллективов.
Так, в суровые годы войны родился Танкоград – мощнейший комбинат по производству тяжелых танков в городе Челябинске. Этот город, не существовавший на карте, стал крупнейшей научно-исследовательской лабораторией.
В начале ноября 1941 года был учрежден Уральский комбинат по производству тяжелых танков КВ. В него, помимо ЧКЗ, вошли Уральский завод тяжелого машиностроения Уральский турбомоторный завод (№76) (г. Свердловск), а позднее и броневой завод №200 (сегодня – Челябинский завод имени Серго Орджоникидзе). При этом директором и главным конструктором всего комбината были назначены И.М. Зальцман и Ж.Я. Котин.
В силу сложившихся обстоятельств, Челябинский Кировский завод оказался местом расположения нескольких крупных конструкторских бюро.
Директор завода в годы войны И.М. Зальцман отмечал, что решающую роль в успехах Танкограда сыграла высочайшая концентрация научно-технических кадров, а так же наличие в структуре завода многочисленных научных конструкторских подразделений.
Весной 1942 г. приказом наркома танковой промышленности СССР В.А. Малышева был создан опытный танкомоторный завод Народного Комиссариата Танковой Промышленности №100 на базе Опытного завода ЧТЗ и Харьковского станкостроительного завода им. Молотова. В составе образовавшегося завода были конструкторские и исследовательские подразделения. Этим же приказом на новую структуру возлагалось «руководство опытно-конструкторской тематикой на заводах Наркомата, разработка, изготовление и доводка конструкций по танкам, их агрегатам, танковому вооружению и моторам».
Вскоре было получено еще одно очень сильное подкрепление: в Челябинск перебазировалось конструкторское бюро Военной академии моторизации и механизации во главе с известным военным инженером А. И. Благонравовым. Здесь ученые в погонах занимались разработкой планетарных механизмов поворота для тяжелых танков.
В конце 1943 года Опытный завод №100 был выделен из состава ЧКЗ. Фактическим руководителем этого завода с момента создания и до конца войны был Ж.Я. Котин. После ухода с ЧКЗ Ж.Я. Котина главным конструктором головного завода стал Н.Л. Духов.
Третьим конструкторским бюро стало эвакуированное из Харькова вместе с заводом № 75 дизельное Специализированное конструкторское бюро (СКБ-75) во главе с И.Я. Трашутиным и его заместителями Я. Е. Вихманом и М. А. Мексиным. В Челябинске оно пополнилось специалистами по двигателям тракторного завода.
В ноябре 1941 г. в Челябинск прибыла лаборатория электротермии (ЛЭТИ) во главе с профессором В. П. Вологдиным, которая занималась закалкой стали токами высокой частоты (ТВЧ). Под его руководством на ЧКЗ был построен высокочастотный цех, где были смонтированы установки ТВЧ. Цех был пущен в августе 1942 года. Внедрение технологии закалки ряда ответственных деталей танков, таких как шестерни бортового редуктора, поршневые пальцы, гильзы цилиндра, которые ранее подвергали цементации, затрачивая массу топлива, позволило сократить время термообработки деталей с 70 часов до 37 секунд.
Очевидно, что в Наркомате танковой промышленности в целом и при основных его заводах были сконцентрированы и объединены общей целью лучшие умы страны. Именно этим объясняется то, что в невиданно быстрые сроки на пустом месте появились новые цехи, производства, конвейеры и поточные линии.
Еще 25 июня 1941 года в Челябинск прибыл Сергей Нестерович Махонин, главный инженер ЧКЗ, для организации поточно-конвейерного производства танков КВ. Он сумел, опираясь на предвоенные наработки челябинцев и опыт своего родного Харьковского завода №183, создать конвейер и в Челябинске. В сентябре 1941 года в строй действующих был введен сборочный цех №2, а в начале октября с конвейера сошел первый танк. Однако из-за срыва поставок заводов-смежников наладить должный ритм его работы не удалось. Через два месяца после пуска конвейер остановили по приказу Ж.Я. Котина, а танки КВ стали собирать так же, как ранее в Ленинграде — на стендах.
Производство дизелей В-2 на Челябинском Кировском изначально строилось по харьковскому образцу – поточно-конвейерному принципу. Оно было развернуто в цехах тракторных двигателей и в большом корпусе, возведенном в свое время для выпуска газогенераторов. Серийное производство началось через 35 дней после прибытия в Челябинск первого из 26 эшелонов Харьковского завода № 75. В декабре 1941 года двигатели собирали уже из деталей уральского изготовления, а полностью моторное производство было развернуто к концу первого квартала 1942 года.

В мае 1943 года моторный завод достиг стабильного выпуска 50 дизелей в сутки или 1500 в месяц. Этот темп выдерживался вплоть до конца войны.
Самым высокотехнологичным производством моторного завода, как и в 30-е годы был цех топливной аппаратуры. Благодаря сочетанию опыта массового производства челябинцев и передовых технологий Харьковского завода № 75 выпуск топливной аппаратуры был доведен до 100-110 комплектов в сутки. Это покрывало потребности не только Челябинского Кировского завода.
15 июля 1942 года, назначенный наркомом танковой промышленности И.М. Зальцман, прибыл на ЧКЗ и сообщил о решении развернуть в Челябинске производство танков Т- 34, чтобы восполнить потери от остановки Сталинградского тракторного завода.
Сборочный конвейер танка Т-34 на Челябинском Кировском заводе решили развернуть на месте главного тракторного конвейера – в механосборочном цехе. Осуществить это удалось за 33 дня. Поточная сборка Т-34 началась 22 августа 1942 года.
К концу 1943 года заводом был обеспечен суточный выпуск 20 танков Т-34 и 10 тяжелых машин.
Конструкторское сопровождение серийного производства средних танков в Челябинске было возложено на Н. Л. Духова. Кировцы так же внесли свой вклад в совершенствование конструкции Т-34.
Так, в начале 1943 года Конструкторское бюро ЧКЗ разработало новый фильтр очистки воздуха, поступающего в двигатель – «Мультициклон». Благодаря его применению улучшалось качество очистки воздуха и значительно снижались энергозатраты. Позже чертежи «Мультициклона» были разосланы по всем заводам для организации их самостоятельного производства.
В том же 1943 году челябинские конструкторы завершили опыты с новыми катками Т-34, бандажи которых изготовлялись из профилированного проката с минимальной обработкой. Это давало огромную экономию трудозатрат и металла, так что челябинскую конструкцию и технологию приказом по Наркомату от 24 июля предлагалось немедленно внедрить на всех заводах, выпускающих тридцатьчетверки.
В отчете конструкторского бюро танкового производства ЧКЗ за 9 месяцев 1943 г. значатся также отработка командирской башенки Т-34 и установка на нем смотрового прибора, создание улучшенных масляных радиаторов, установка импортной радиостанции и многое другое…
Под руководством этого талантливого конструктора было освоено производство нового тяжелого танка ИС-2. В конце октября 1943 г. ИС-2 был принят на вооружение Красной Армии. Новый танк сочетал в себе подвижность Т-34 и более мощное вооружение и броню. Он стал основным в гвардейских тяжелых танковых полках прорыва.
Для челябинского Кировского завода 1944 год был особенным. Необходимо было совместить производство танков «ИС» с выпуском «Т-34». Причем, при постепенном сокращении выпуска танков «Т-34» должен был возрасти выпуск танков «ИС». После нескольких месяцев стендовой сборки танков «ИС» в августе 1944 года был пущен в действие первый в мире конвейер тяжелых танков. В результате заводская стоимость тяжелого танка сократилась на сто с лишним тысяч рублей (от 343 тыс. руб. в начале производства до 234,4 тыс. руб. в первом квартале 1945 г.), и лишь немногим превышала стоимость среднего танка Т-34-85.
В августе 1944 года челябинский конструктор М.Ф. Балжи предложил конструкцию новой машины – танка ИС-3.
30 декабря 1944 года И.В.Сталин санкционировал производство этого танка Челябинским Кировским заводом.
Помимо совершенной противоснарядной формы корпуса и башни, танк имел множество других новшеств. Впервые на серийном отечественном танке появилась командирская система управления наводкой. Оптические приборы позволяли уверенно вести огонь на предельных для танкового боя дистанциях: 2000-2500 м. Двигатель В-2 имел ту же мощность, что и его предшественник в танке ИС-2, но благодаря новой системе охлаждения расходовал на самообслуживание меньше мощности. Причем экономия составляла десятки л.с. Запуск двигателя в зимнее время облегчался наличием котла подогрева охлаждающей жидкости.
Ж.Я. Котин называл заочное соревнование советских и иностранных танковых Конструкторских бюро «войной умов». На Западе это же называлось «войной брони».
В 1944-1945 гг. советский ум полностью переиграл западную броню. Таких машин, как ИС-2 и ИС-3, в 1944-1945 гг. не имела ни одна армия мира. Ни одному иностранному КБ, ни заводу не удалось добиться столь же великолепного сочетания высочайшей боевой эффективности, дешевизны и технологичности в производстве. В конце 1944 и первые месяцы 1945 гг. именно челябинские тяжелые танки ИСы и «Зверобои» (так называли самоходные артиллерийские установки ИСУ-122 и ИСУ-152,) проломили своей броней и чудовищными 122-мм и 152-мм снарядами сплошную оборонительную стену немецких городов. В этом огромная заслуга конструкторов, инженеров, технологов и рабочих Челябинского Кировского завода.

В 1945 г. на заводе действовало уже 150 поточных линий, на которых изготовлялись до 80% всех необходимых деталей и узлов танков, САУ и дизелей. Впервые в мировой практике на челябинском Кировском заводе при отливке крупных стальных деталей песочные формы были заменены металлическими (отливка деталей в кокиль). Впервые на заводе была применена термическая обработка деталей токами высокой частоты, ручная сварка брони корпусов танков была заменена автоматической.
Танкоград дал фронту: 18 тысяч танков и САУ, 48,5 тысяч танковых дизель-моторов, 85 тысяч комплектов топливной аппаратуры, 17,5 млн. заготовок боеприпасов.
Коллектив завода в ходе Всесоюзного соревнования предприятий Наркомтанкопрома 33 раза завоевывал переходящее Красное знамя ГКО (Государственного Комитета Обороны). Два знамени оставлены заводу на вечное хранение.
Родина высоко оценила трудовые подвиги танкоградцев, наградив завод орденом Красной Звезды (1944 год), орденом Кутузова I степени (1945 год), конструкторское бюро по двигателям — орденом Ленина (1945 год), опытный завод — орденом Ленина (1944 год).
Так, благодаря умной и смелой мысли талантливых конструкторов, высокой технической эрудиции технологов, героическому труду рабочих завод успешно справился с одной из главных задач оборонной промышленности, сумев организовать крупносерийный выпуск танков, самоходных артиллерийских установок, танковых двигателей, внося тем самым свой вклад в обеспечение превосходства вооруженных сил СССР над фашистской Германией.

Машиностроитель

Выпуск №17 | 08.05.2013 08.05.2013 Версия для печати

На полях сражений, у заводских станков

Защитниками свободы называем мы побывавших на войне. Выполнившими гражданский долг считаем тех, кто, ослабев от недоедания и недосыпания, ударным трудом в тылу приближал победу. У каждого из этих людей жизнь раскололась на две неравные части – до и после. У многих Великая Отечественная война, словно итоговая черта, под которой короткое: «Погиб, защищая Родину». Тагильчане честно выполнили свой долг, вписав свои имена в историю страны.

В августе 1941 года по решению Государственного Комитета Обороны на базе Уралвагонзавода был создан крупнейший в мире Уральский танковый завод № 183 имени Коминтерна. На его территорию было эвакуировано тринадцать предприятий с западных регионов СССР. Привезено и установлено более 3000 единиц оборудования, эвакуировано около 70 тысяч человек.

На УТЗ были собраны лучшие специалисты со всей страны и создано научно-производственное объединение, в котором успех зависел не столько от уровня квалификации рабочего, сколько от совместных усилий ученого, конструктора, инженера. Именно поэтому за три с половиной года один завод выпустил почти 40% того количества машин, которое вся германская промышленность создала за 9 лет.

Директором Уральского танкового завода № 183 им. Коминтерна был Юрий Максарев. Под его руководством впервые в мире было создано поточно-конвейерное производство танков Т-34. За годы войны выпуск танков на УТЗ был увеличен в 10 раз. Предприятие стало головным в стране по производству танка Т-34 и к 27 мая 1945 года выпустило 35 тысяч бронемашин, с учетом машин, выпущенных в Харькове до войны. Каждый третий танк, воевавший на фронтах Великой Отечественной войны, сошел с конвейера Уральского танкового завода.

Становление поточно-массового производства танков на УТЗ невозможно представить без участия главного инженера завода – Лазаря Кордунера – директора Сталинградского тракторного завода, эвакуированного в 1942 году на Уральский танковый завод № 183. Выдающийся российский инженер, он отдал все свои силы и знания внедрению поточно-конвейерных методов производства. В годы войны он много внимания уделял совершенствованию технологий производства танка Т-34 и его модификаций.

Конструкторский отдел под руководством Александра Морозова в 1944 году был награжден орденом Ленина за создание и совершенствование конструкции танка Т-34.

Металлургами завода была освоена высокопроизводительная технология изготовления литой башни взамен сварной, что значительно усилило бронезащиту танков, а также внедрена новая марка марганцовистой стали для гусеничных лент, что позволило во много раз увеличить срок их службы.

Сотрудники Киевского института электросварки под руководством академика Евгения Патона, эвакуированные на Урал, сумели переналадить установки Р-70 вагонного производства для сварки бортов танков Т-34. Новый метод продемонстрировал великолепное качество: при испытании сваренной конструкции снарядным обстрелом оказался разбит не шов, а броневой лист. Внедрение автоматической сварки корпусов танка под слоем флюса повысило производительность труда примерно в 8 раз. Были впервые в мире спроектированы и построены поточные линии сварки бронекорпусов и налажен их массовый выпуск, разработаны и внедрены новые технологии холодной обработки деталей.

Уже в первые месяцы войны патриотический подъем и трудовая активность охватили весь коллектив предприятия.

Почин фрезеровщика Дмитрия Босого, выполнившего дневное задание на 1480%, нашел широкое распространение по всей стране. Тысячи работников завода вкладывали в свой труд новаторство и изобретательность.

Трудовой подвиг совершила молодежь под руководством партийной и комсомольской организаций. На заводе работало более 1000 комсомольско-молодежных бригад, 15-ти из них было присвоено почетное звание гвардейских. Бригады Василия Воложанина, Наума Корензаева, Татьяны Бревновой, Надежды Хайдуковой выполняли за смену несколько норм.

Помимо танков Т-34, на заводе было выпущено 63 тысячи артпередков, сотни тысяч авиабомб, снарядов и направляющих для самоходных ракетных зенитных установок («катюш»). Для двух авиационных заводов, эвакуированных из Москвы и Ленинграда, УТЗ поставил около четырех тысяч бронекорпусов самолетов ИЛ-2. Каждый девятый легендарный штурмовик имел бронекорпус УТЗ.

Уральский танковый завод в 1943 году сыграл исключительную роль в создании Уральского добровольческого танкового корпуса. Из более 200 необходимых для комплектования корпуса танков, он произвел 145. Добровольцами на фронт весной 1943-го ушли 185 заводчан. Всего на полях сражений Великой Отечественной войны воевало более шести тысяч уралвагонзаводцев, из них 3111 человек отдали свои жизни за Родину.

Уральский танковый завод № 183 за заслуги в создании танков в годы Великой Отечественной войны был награжден орденами Трудового Красного Знамени (1942 год), Красного Знамени (1943), Отечественной войны I степени (1945). 28 тысяч танкостроителей награждены медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»

Технологии победы: автоматическая сварка танковых корпусов


Аппарат автоматической сварки борта танка Т-34 с днищем на нижнетагильском заводе №183. Источник: Российский государственный архив экономики

Укрощение брони

Одной из основных проблем производства корпусов и башен средних танков Т-34 было трещинообразование в местах сваривания деталей. Все дело в высокой твердости брони 8С, когда рядом со сварным швом образовываются небольшие надрывы или микротрещины. Наличие остаточных напряжений после сваривания в первое время после производства бронемашины не давало о себе знать, но с течением времени выходило наружу трещинами длиной до 500 мм. Все это, естественно, снижало ударную стойкость танковой брони. Для решения этой проблемы сразу после организации производства эвакуированных предприятий, во второй половине 1942 года, привлекли специалистов Броневого института (ЦНИИ-48) и Института электросварки Академии наук СССР. Исследования проводились на двух предприятиях: Уральском танковом заводе №183 в Нижнем Тагиле и Уральском заводе тяжелого машиностроения в Свердловске. В общей сложности с июля по октябрь металлурги и материаловеды исследовали образование трещин при сваривании около 9500 бронедеталей. Целью изучения был поиск наиболее оптимального химического состава брони 8С. Оказалось, что наиболее важным компонентом в броне в этой ситуации был углерод. В случае, если его содержание в броне было больше 0,25%, твердость закаленной зоны в районе сварного шва резко возрастала, что неминуемо приводило к трещинообразованию.


Установка для автоматической сварки под флюсом корпуса танка Т-34-85. Завод №183, 1944 год. Источник: Российский государственный архив экономики
Но обеспечить такое низкое содержание углерода в броневой стали и в мирное время было непросто, а в условиях военного времени вообще казалось невозможным. Небольшие «косметические» изменения сварочного цикла путем использования аустенитных электродов, многоваликовой системы наложения сварных швов и низкий отпуск узлов после сварки позволяли поднять верхний предел содержания углерода лишь до 0,28%. Кстати, в немецкой танковой промышленности о столь серьезных требованиях к танковой броне и не слышали – в среднем доля углерода была в пределах 0,4-0,5%. Решением проблемы появления трещин в области сваривания оказался предварительный нагрев деталей до 150-200 градусов Цельсия с последующими медленным остыванием деталей после сваривания до 100 градусов в течение 30 минут. Для этой цели в Броневом институте были разработаны специальные индукторы, обеспечивающие локальный нагрев бронедеталей в зоне газовой резки либо сварочного шва. На Уральском заводе тяжелого машиностроения индукторы применялись при сваривании стыка лобовой части с бортами и крышей, а также при вырезании балансирных отверстий в закаленных бортовых деталях танков. Таким образом была решена проблема трещинообразования при сваривании среднеуглеродистых бронесталей. Со временем практика свердловского завода была распространена на остальные танковые заводы.

Сварочные автоматы

В июле 1941 года распоряжением Совета Народных Комиссаров в Нижний Тагил был эвакуирован Институт электросварки Академии наук СССР. Именно поэтому на Уралвагонзаводе впервые была внедрена автоматическая дуговая сварка танковых корпусов под флюсом. Безусловно, эта технология был известна и ранее, но группа академика Евгения Оскаровича Патона с сотрудниками ЦНИИ-48 смогли адаптировать её для сварки броневых сталей. Одним из выдающих ученых, внесших вклад в развитие бронетанкового сварочного дела, был Владимир Иванович Дятлов. Он вместе с сотрудниками Харьковского завода имени Коминтерна решил проблему трещинообразования в броне при сварке путем введения в сварочную ванну низкоуглеродистой проволоки (подробнее об этом пойдет речь ниже). В 1942 году ученый, первый в мире, открыл явление саморегулирования дуговых процессов с плавящимся электродом, что позволило значительно упростить конструкции подающих механизмов сварочных автоматов. Также за счет этого удалось создать относительно простые одномоторные сварочные головки, более надежные и дешевые. Без Дятлова не удалось бы создать эффективные флюсы на основе шлаков доменных древесно-угольных печей Ашинского металлургического завода, которые получили названия «шлаковые флюсы ША». С октября 1943 года ученый возглавил лабораторию сварочного Уралвагонзавода и пробыл на этой должности до 1944 года, пока его не перевели в ЦНИИ Технологий судостроения.
Но вернемся к легендарному Т-34, который никогда бы не стал таким массовым танком, если бы не автоматическая сварка его бронекорпусов (башен) на заводах №183 и УЗТМ. Использование сварочных автоматов позволяло сократить время на сварку в 3—6,5 раза. При этом на каждый танковый корпус использовалось не менее 40 погонных метров сварочных швов.


Академик Евгений Оскарович Патон. Источник: patom.kiev.ua
Кроме Т-34, сварка академика Патона применялась на бронекорпусном заводе №200 в Челябинске. С её помощью варили днище корпуса танка КВ, что в общей сложности составляло около 15 погонных метров шва на одну машину. Немаловажно, что автоматизация сварки брони позволила привлекать к производству низкоквалифицированных рабочих – мастеров-сварщиков на протяжении всей войны хронически не хватало. В Нижнем Тагиле с июля 1942 года работал уникальный танковый конвейер, на котором действовало 19 установок автоматической сварки под флюсом. Оцените масштаб новации — это позволило высвободить для других работ 280 высококлассных сварщиков, заменив их 57 рабочими низкой квалификации. Сам академик Евгений Оскарович Патон в докладной записке на имя секретаря отдела танковой промышленности Свердловского обкома ВКП(б) в марте 1942 года говорил об эффективности внедрения автоматической сварки (цитата по книге Н. Мельникова «Танковая промышленность СССР в годы Великой Отечественной войны»):
«Вследствие большой производительности скоростной автоматической сварки под слоев флюса сроки сварки корпусов будут заметно сокращены, причем уменьшится расход рабочей силы, электроэнергии и электродной проволоки».
Сравнение затрат времени на ручную и автоматизированную сварку можно найти в архивах выставочного комплекса ОАО «НПК Уралвагонзавод». В соответствии с ними, на сварку, к примеру, сектора погона башни Т-34 у сварщика уходит чуть более пяти часов, а автоматическая сварка справляется с этим всего за 40 минут. Стыки днища с помощью ручной сварки провариваются за три часа, а в автоматическом режиме — за один час.

Борьба за шов

Нельзя сказать, что автоматические сварочные аппараты в одночасье появились на сборочных предприятиях советского танкопрома. Во-первых, доля ручной сварки все-таки была очень велика в производстве бронепродукции, а во-вторых, на первых порах с самой технологией не все было гладко. Не удавалось придать сварному шву необходимый уровень пластичности – после остывания он становился твердым и хрупким. Это, естественно, самым негативным образом сказывалось на снарядостойкости брони. После разбора причин оказалось, что все дело в превышении глубины проплавления свариваемого металла, перемешивании металла проволоки с основным металлом и значительном легированием металла шва. Группы из ЦНИИ-48 под руководством И. Ф. Срибного и из Института сварки, во главе которой стоял упоминаемый выше В. И. Дятлов, предложили и апробировали следующие приемы сварки «непокорной» брони 8С и 2П. Прежде всего это многопроходная сварка, когда автомат за несколько приемов соединяет свариваемые детали. Так обеспечивается малое проплавление стыков и формированием прочного и пластичного шва. Понятно, что такой прием не самый эффективный в условиях военного времени: все-таки многопроходная сварка требует большое времени в сравнении с однопроходной.

Установка для автоматической сварки под флюсом крыши башни танка Т-34-85. Завод №112 «Красное Сормово», 1945 год. Источник: Российский государственный архив экономики
Вторым приемом от ЦНИИ-48 и Института сварки была закладка проволоки из малоуглеродистой стали в разделку швов для снижения «разваривания» металла брони. В итоге шов после остывания становился пластичнее, проволока серьезно снижала температуру внутри разделки шва, а также в два раза увеличивала производительность сварочных автоматов. Это оказалось наиболее эффективным приемом, который в дальнейшем был даже усовершенствован. Новый способ сварки «в две проволоки», при котором в ванну шва под углом к электродной проволоке подавалась вторая (присадочная) проволока, не подключенная к источнику тока. Подачу и диаметр второй проволоки рассчитывали таким образом, чтобы количество наплавляемого от нее металла было равно количеству металла от наплавляемой электродной проволоки, то есть диаметр второй проволоки должен быть равен диаметру электродной проволоки и скорости их подачи должны быть одинаковыми. Однако в связи с необходимостью переоборудования автоматических головок с подачи одной проволоки на подачу двух внедрение этого способа было отложено и он был заменен способом с закладкой прутков. Тем не менее, уже в июне–июле 1942 года этот способ был применен на заводе № 183 при сварке партии нижних листов носа корпуса танка с носовыми балками.

Установка для автоматической сварки под флюсом крыши башни танка Т-34-85 на нижнетагильском заводе №183. 1944 год. Источник: Российский государственный архив экономики
Сложности с автоматизацией сварки танковых корпусов (башен) были и организационного плана. Стоит помнить, что никогда ранее сварочные автоматы не собирались серийно и были, по сути, продуктами опытного производства Института сварки. Это и объясняет некоторую медлительность в освоении новых технологий в танкопроме. Так, к концу 1942 года на танковых заводах было всего от 30 до 35 сварочных автоматов, которых, естественно, не хватало. Поэтому нарком И. М. Зальцман приказом №200с от 28 марта 1943 года распорядился на заводе №183 дополнительно установить до середины мая 7 автосварочных агрегатов, на Уральском заводе тяжелого машиностроения до 1 июня 8 автоматов и до 15 июня 5 агрегатов требовал поставить на челябинский завод №200. Этот шаг стал один из многих, позволивших отечественному танкопрому выйти на плановые показатели производства столь необходимой фронту гусеничной бронетехники.
Продолжение следует…

Предприятия танковой промышленности СССР

Вадим Петров 18.05.2019 4017 39 16 в Избранноев Избранномиз Избранного 6

Советские танки внесли основную лепту в нашу победу в Великой Отечественной войне. И победа ковалась всего на 6-и основных заводах. Ниже вы найдёте обзор этих предприятий.


В СССР танки выпускались на следующих заводах:

  • Завод №183;
  • Нижнетагильский вагоностроительный завод;
  • Кировский завод (Челябинский Кировский завод);
  • Завод №112 «Красное Сормово»;
  • Уральский завод тяжелого машиностроения;
  • Завод № 174. Сталинградский тракторный завод.

Самые массовые советские танки Второй Мировой Войны Т-70, Т-34-76 и Т-34-85

Завод №183

Самым крупным производителем танков в период войны стал расположенный в Нижнем Тагиле завод №183. Этот завод по своим производственным мощностям занимал третье место в наркомате, уступая только таким гигантам, как Кировский завод и знаменитый УЗТМ (Уральский завод тяжелого машиностроения). Важнейшие статистические сведения об этом заводе приведены в таблице. Завод был создан в результате объединения Уральского вагоностроительного завода и завода №183, эвакуированного в октябре-ноябре 1941 г. из Харькова. Свою первую продукцию завод дал уже в декабре 1941 года, а в марте перекрыл довоенный уровень.

Директором завода за исключением короткого периода в начале 1942 года был Ю. Е. Максарёв, опытный танкостроитель и талантливый организатор производства. Он родился 28 июля 1902 года в г. Порт-Артуре в семье офицера. Учился в 1912–1917 годах в кадетском корпусе. В 1920–1921 гг. служил в РККА. Член ВКП(б) с 1921 года. В 1921–24 годах учился в Петроградском поли­техни­ческом институте, в 1924–30 – в Ленинградском технологическом. С 1929 года работал на заводе «Красный Путиловец». Начав с должности мастера, он доходит до начальника танкового цеха. В 1938 году Максарёва назначают директором Харьковского паровозостроительного завода № 183. В начале 1942 года Максарёва за слишком медленное восстановление производства снимают с должности директора, и он некоторое время работает главным инженером, но вскоре вновь возвращается на прежнее место. Максарёв активно внедрял на заводе новые технологии производства, такие как автоматическая сварка и использование автоматических станков, по его инициативе сборка Т-34 была поставлена на конвейер. За свои заслуги Максарёв награжден звездой Героя Социали­сти­ческого Труда, семью орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, орденом Суворова первой степени, орденом Кутузова второй степени, двумя орденами Трудового Красного Знамени.

Таблица. Численность работников, производственные мощности и объем производства важнейшей продукции завода №183

Как и многие другие заводы НКТП, завод №183 имел собственное металлургическое производство, плавил сталь, изготовлял стальные и чугунные отливки. В 1941 году завод выплавил 1,8 % от общесоюзной выплавки стали, а в 1944 году — даже 2,4 %. Литейное производство завода №183 имело самые высокие объемы среди всех предприятий наркомата. Благодаря развитому литейному и штамповочному производствам завод широко использовал высокопроизводительные технологии и был пионером в снижении трудоёмкости и материалоёмкости танка. Трудоёмкость танка Т-34 на заводе № 183 в течение всей войны была самой низкой среди предприятий НКТП. Завод считался самым передовым предприятием танкостроения с точки зрения эффективности организации произ­водства. КБ завода, руководимое главным конструктором А. А. Морозовым, было главным центром по совершенствованию конструкции и модернизации танка Т-34. Большинство нововведений в этой области разрабатывалось и апробировалось именно на заводе № 183.

Автоматическая приварка крыши башни танка Т-34–85 к её литой бронеоснове с помощью сварочных автоматов Патона. Завод №183, Нижний Тагил.

Завод №183 представлял собой комбинат, соединявший много разнообразных производств. Помимо непосредственной сборки танка, завод производил большую часть его деталей, броне­корпуса и литые башни. Кроме того, на заводе производились запчасти (в 1944 году завод произвел запчастей к танкам на 78,5 миллионов рублей). Завод производил бронекорпуса Ил-2, бронедетали для других самолетов, корпуса для авиабомб, детали реактивных снарядов и даже… передки для 122-миллиметровой гаубицы и 76-мм полковой пушки. Завод №183 был наиболее независим от внешних поставок во всей системе НКТП. От других заводов НКТП он получал дизели В-2 и электро­оборудование. От заводов Наркомата вооружения — вооружение танка, от заводов Наркомата черной металлургии — прокат, в том числе бронелист. Основными поставщиками завода были Магнито­гор­ский и Кузнецкий металлургические комбинаты. Другой важной деталью, от поступления которой всегда сильно зависело танковое производство, были подшипники. До войны их поставляли 1-й и 2-й ГПЗ в Москве, эвакуированные затем в Куйбышев, Саратов и Томск.

Свою ведущую роль в танкостроении завод сохранил и после войны. Благодаря своим размерам он даже попал в книгу рекордов Гиннеса как самый большой военный завод в мире.

вернуться к меню

Кировский завод

Кировский завод занимал первое место в наркомате по количеству работающих и по числу станков. Располагал завод и значительным парком кузнечно-прессового оборудования. Основные стати­сти­ческие данные о заводе приведены в таблице.

Кировский завод в Челябинске был создан на основе эвакуированной части ленинградского Киров­ского завода и Челябинского тракторного завода. Помимо оборудования с ленинградского Киров­ского завода, в Челябинск попала также значительная часть завода №75 из Харькова, завод «Красный пролетарий» и завод № 7 (шлифовальных станков). Так появился знаменитый «Танко­град». Судя по тому, что именно в Челябинске первоначально создавались органы Центрального управления наркомата, именно на «Танкоград» возлагало руководство НКТП свои основные надежды.

Большим влиянием и известностью пользовался директор Кировского завода И. М. Зальцман. С июля 1942 года по июнь 1943 года он был наркомом танковой промышленности, а заводом руко­во­дили сначала С. Н. Махонин, затем А. А. Горегляд, и, наконец, М. Е. Длугач. Летом 1943 года И. М. Зальцман вновь стал директором завода. К Зальцману, как человеку и руководителю, можно предъ­являть много претензий, но одного у него отнять было нельзя – он превосходно умел организо­вы­вать производство.

Таблица. Численность работников, производственные мощности и объём производства важнейшей продук­ции Кировского завода в Челябинске

Первоначально предполагалось, что Кировский завод будет производить только тяжелые танки КВ. Но в 1942 году выяснилось, что армия больше нуждается в Т-34, а КВ по своим характеристикам не вполне отвечает её требованиям. Поэтому завод начал параллельно с КВ производить средние танки. Раздробление усилий завода на одновременное производство двух типов танков отрица­тельно сказывалось на эффективности использования оборудования и рабочей силы. Следовало не сокращать производство тяжелых танков, а, раз прежний вариант перестал удовлетворять военных, создавать новый и наращивать его производство. Так в конечном итоге и поступили в 1943 году, создав тяжелый танк ИС. Но сохранение вплоть до второго квартала 1944 года выпуска Т-34 отрицательно сказывалось на поступлении в армию нужных ей тяжелых танков. Одновременно в 1943 году завод начал производство тяжелых самоходок СУ-152, вооружённых 152-миллиметровым орудием, способным пробить броню любого немецкого танка и разрушить любой ДЗОТ или ДОТ. Позже вместо этих самоходок начали производиться ИСУ-152 и ИСУ-122 на базе танка ИС.

Кировский завод, именуемый иногда «Комбинатом тяжелых танков», сочетал в своих стенах разно­образное производство. Он осуществлял сборку танков, производил к ним большой ассортимент деталей, почти не нуждаясь в кооперированных поставках, а также производил танковые дизели, занимая первое место в НКТП по объему этой важной продукции. Доля завода в дизельном произ­водстве наркомата достигала двух третей. Дизели Кировского завода ставились не только на танки собственного выпуска, но и на танки других заводов. Все производимые дизели были различными модификациями дизеля В-2. Также Кировский завод производил запчасти к танкам (на сумму 545 тыс. руб. в 1944 г.), литье для 76-мм снарядов и 120-мм мин, детали реактивных снарядов. Завод не изготовлял корпуса для тяжелых танков, производство которых для него вёл завод № 200.

Сборочный цех танков КВ-1 челябинского Кировского завода. Хорошо видно, что все корпуса уже «упрощённого» типа с прямым кормовым листом, а башни как сварные, так и литые. Весна 1942 года

Опытное производство на заводе было организовано в цехе ОП-2. В 1942 году этот цех был выделен из состава завода и превращен в завод № 100, в состав которого также вошел бывший опытно-тракторный завод и завод им. Молотова. Возглавил новое предприятие Ж. Я. Котин. Произ­вод­ст­вен­ная база завода № 100 позволяла изготавливать практически любые детали танков.

вернуться к меню

Завод №112 «Красное Сормово»

Это предприятие, известное также как Сормовский завод, находилось в городе Горький. До войны оно относилось к наркомату судостроения. В 1941 году директором завода был Д. В. Михалев, а главным инженером — Г. И. Кузьмин. С 1942 года директором завода стал Е. Э. Рубинчик.

Е. Э. Рубинчик родился в 1903 году. В 1922 году вступил в ВКП (б). В 1929 году окончил Коммуни­стический университет им. Я. М. Свердлова. Затем в 1927–1938 гг. занимал ряд партийных постов. С 1941 года – директор Коломенского машиностроительного завода. С 1942 года – директор завода №112. Награжден четырьмя орденами Ленина, орденом Кутузова первой степени, орденом Отече­ст­венной войны первой степени, тремя орденами Трудового Красного Знамени, орденом Дружбы народов. Главный металлург завода №112 Н. Н. Смеляков дал Рубинчику такую характе­ри­стику:

«Его энергия, огромная трудоспособность, колоссальная память, преданность делу, умение заставить всех работать в нужном направлении, изменить стиль работы, выполнять задание при любых трудностях были весьма полезны заводу».

Но одновременно он не сумел удержаться от довольно двусмысленного комментария:

«Все эти достоинства с лихвой покрывали его недостаточное знание конкретной технологии, конструкции и иных тонкостей инженерной науки».

Завод располагал солидным парком оборудования, имел 4 прокатных стана расчетной произво­ди­тельностью 88 900 тонн проката в год. В действительности такой производительности никогда не достигалось. В 1942 году прокатали 61 тысячу тонн проката, в 1943 году – 63,8 тысячи тонн, в 1944 году – 64,7 тысяч тонн, а в 1 полугодии 1945 года – 31,4 тысячи тонн. Завод играл заметную роль в металлургическом производстве СССР. В 1942 году его производство проката составило 1,5 % от общесоюзного.

Таблица. Численность работников, производственные мощности и объём производства важнейшей продук­ции завода №112

Это был один из немногих заводов наркомата, не переживший катастрофы эвакуации. Не имея опыта производства танков, как у завода №183, и располагая средним, по масштабам НКТП, парком оборудования, он всё же внёс весомый вклад в производство танков. В конце 1941 – начале 1942 годов из-за нехватки дизельных двигателей на танки производства завода №112 устанав­ли­вали карбюраторный мотор М-17. Помимо танков завод производил корпуса Т-34, отливал башни для Т-34, выпускал запчасти (в 1944 году на 25,1 млн. руб.), обрабатывал корпуса 76-мм снарядов, изготовлял детали к авиабомбам, собирал реактивные снаряды и т. д. Не забывал он и свое прежнее занятие – производство подводных лодок.

В течение всей войны, особенно в 1941 году, завод №112 испытывал большие трудности, связан­ные с нехваткой некоторых видов необходимого для танкового производства оборудования. По этой причине он сильно зависел от кооперированных поставок, которые часто, особенно в первый период войны, срывались. Продукция завода долгое время считалась низкокачественной, И. В. Сталин в 1943 году даже назвал танки завода №112 в письме В. А. Малышеву

«сормовским уродом, на котором боятся воевать наши танкисты».

Впрочем, нарком танковой промышленности внял совету вождя и нашел способ улучшить качество машины. С 1944 года негативные отзывы о танке завода № 112 исчезают.

вернуться к меню

Уральский завод тяжелого машиностроения

Четвёртым по количеству произведённых танков и САУ среди предприятий НКТП являлся Ураль­ский завод тяжелого машиностроения (УЗТМ). Первоначально завод выпускал только корпуса для танков Т-34. 28 июня 1942 года заводу постановлением ГКО поручили наладить у себя выпуск танков Т-34. Тогда же для помощи в производстве танков к УЗТМ был присоединён завод №37. Правда, в 1943 году этот завод был вновь выведен из его состава.

Директором завода в период войны был Б. Г. Музруков (1904–1979), один из выдающихся дея­телей советской оборонной промышленности. Он окончил Ленинградский технологический институт в 1929 году. Работал после этого инженером Кировского завода, а затем — его главным металлургом. В 1938 году вступил в ВКП (б). В 1939 году стал директором УЗТМ. Б. Г. Музруков награжден двумя звёздами Героя Социалистического труда, четырьмя орденами Ленина, орденом Октябрьской революции, орденом Кутузова первой степени, орденом Отечественной войны первой степени, тремя орденами Трудового Красного Знамени. Работники завода вспоминают о своём директоре как об исключительно заботливом и внимательном к нуждам людей руководителе. В будущем Музруков сыграет большую роль в развитии советской атомной промышленности.

В советской литературе утверждалось, что УЗТМ перешел к выпуску танков по инициативе рабочих и парторганизации завода. Однако сомнительно, чтобы руководство парторганизации, а тем более рядовые рабочие, могли оценить возможности завода с точки зрения организации такого сложного производства, с которым большинство из них было знакомо только через изготовление броне­корпусов.

Во второй половине 1942 года завод наладил сначала производство танков Т-34, а затем и само­ходных орудий СУ-122. Отличительной чертой Т-34 выпуска УЗТМ стала оригинальная штампован­ная башня. Эта технология оказалась излишне ресурсоёмкой и в целом не оправдала себя. Её использование было вызвано нехваткой оборудования для крупного литья. Постепенно завод сосредотачивается исключительно на производстве средних самоходных орудий, прекратив производство танков. Это позволяет избежать «узкого места» в башенном производстве. В 1943 году завод прекратил производство СУ-122, предназначенной для борьбы с ДОТами, ДЗОТами и противотанковыми орудиями, и полностью переключился на противотанковые САУ. В 1944 году он освоил производство противотанковых самоходок СУ-100, которые очень высоко ценились нашими войсками за низкий силуэт и мощную пушку.

Таблица. Численность работников, производственные мощности и объём производства важнейшей продукции УЗТМ

УЗТМ соединял в себе множество разнообразных производств. Помимо танков и САУ, на заводе в годы войны производили металлургическое оборудование, заготовки к артиллерийским орудиям, в том числе, к танковым пушкам Д-5 и Д-25, гаубице М-30, заготовки к дизелю В-2, авиабомбы, реактивные снаряды. УЗТМ имел самое мощное сталелитейное производство из всех заводов НКТП и первенствовал среди заводов НКТП по выплавке стали. В 1942 году выплавка стали на заводе составляла 2 % от общесоюзного производства.

вернуться к меню

Завод №174

Танковый завод № 174 в Омске возник благодаря слиянию нескольких предприятий: ленинградского завода №174, Ворошиловского паровозостроительного и Омского паровозоремонтного заводов. Ленинградский завод № 174 занимал в 30-е годы ведущее положение в танкостроении благодаря простому и хорошо освоенному танку Т-26. Но Омский завод во время войны не смог занять аналогичное место. Его станочный парк и число рабочих на новом месте в Омске были по меркам НКТП относительно небольшими, а технология производства считалась наименее эффективной. Нарком Малышев открыто называл завод отсталым.

В 1941 еще в Ленинграде завод произвел 102 Т-26 и 48 Т-50. В 1942 году от Т-50, которых выпустили 15 штук, окончательно отказались Завод начал осваивать производство Т-34, которые выпускал до конца войны. Помимо выпуска танков завод занимался также производством бронекорпусов, запчастей к танкам (в 1944 году на сумму 19,7 млн. рублей), 122-мм снарядов и деталей к реактивным снарядам.

Таблица. Численность работников, производственные мощности и объём производства важнейшей продукции завода № 174

Как показывает таблица, в 1942 году парк станков и оборудования завода существенно возрос, очевидно, благодаря продолжавшемуся вывозу имущества из Ленинграда. В 1944–1945 годах он, напротив, сократился, что, видимо, связано с возвращением части оборудования на восста­нав­ливаемые заводы. Директором завода с 1942 года был К. Е. Задорожный, бывший директор СТЗ.

вернуться к меню

Сталинградский тракторный завод

В первый период войны важное место в системе предприятий НКТП занимал Сталинградский тракторный завод (СТЗ). 1 января 1942 года это был гигант, располагавший 2968 металлорежущими станками, на котором трудились 15 464 рабочих и служащих. Зимой 1941/1942 годов он стал основным производителем Т-34 в СССР, пока завод № 183 боролся с последствиями эвакуации. В 1941 году завод произвел 1256 танков, а в 1942 — 2520. Директором завода с сентября по ноябрь 1941 года был А. А. Горегляд, а с ноября 1941 года до гибели завода — К. А. Задорожный.

Эвакуация этого завода прошла исключительно неудачно. Решение об её начале запоздало, и завод продолжал выпускать танки вплоть до начала боев на его территории. Организованную эвакуацию произвести не удалось. Значительная часть рабочих погибла в боях за город.

После освобождения Сталинграда на заводе начались восстановительные работы, но к произ­вод­ству танков он больше не привлекался. В 1943–1945 годах он занимался ремонтом бронетехники. Его основной задачей вновь стало производство тракторов.

До своего разрушения СТЗ занимался производством танковых дизелей В-2 (благодаря эвакуации на его площади дизельного производства Харьковского тракторного завода). В 1941 году он произвел 197 дизелей, в 1942 году — 2553 дизеля. Производство дизелей после освобождения Сталинграда было возобновлено. В 1943 году завод изготовил 40 дизелей, в 1944 – 551 дизель, в первом полугодии 1945 – 428 дизелей.

СТЗ перед войной располагал значительным металлургическим оборудованием – 21 электропечью. В 1942 году, несмотря на то, что уже в сентябре завод не имел возможности нормально работать, на нем было выплавлено 54 780 тонн стали. После освобождения Сталинграда на восстанавливаемом заводе вновь было создано металлургическое производство. 1 января 1944 года он имел уже две электропечи, а 1 января 1945 года — даже шесть электропечей. Однако производство стали на заводе так и не достигло довоенных объемов.

Фронтальная проекция танка КВ-1

Фронтальная проекция Т-34

вернуться к меню

Литература и источники: