Танкисты второй мировой

Содержание

Советские танковые асы. Константин Самохин


В годы Великой Отечественной войны огромный вклад в победу над врагом внесли советские танкисты. В самые тяжелые летние месяцы 1941 года, жертвуя техникой и своими жизнями, они спасали пехоту, давая красноармейцам хотя бы какие-то шансы отойти на новые позиции, задерживая продвижения противника, вставая на пути немецких клиньев стальной стеной. Все они: и те, кто погиб в первом же бою, и те, кто записал на свой счёт десятки уничтоженных машин противника, как могли, защищали свою Родину. Просто кто-то по причине лучшей подготовки, тактической грамотности, удачи и везения добился больших успехов на поприще уничтожения бронетехники противника, вписав своё имя в когорту советских танковых асов. Одним из таких героев был Константин Самохин из знаменитой 4-й танковой бригады Катукова, однополчанин самого известного советского танкиста Дмитрия Лавриненко.

Жизненный путь Константина Самохина до войны

Известный советский танковый ас родился 14 марта 1915 года, хотя даже в наградных документах можно встретить разные даты рождения и 1916, и 1917 год. Будущий офицер Красной Армии появился на свет на станции Бударино, которая сейчас входит в состав поселка Черкесовский на территории Новоаннинского района Волгоградской области. При этом информации о жизненном пути танкиста до начала Великой Отечественной войне крайне мало.
Известно, что в 1928 году Константин Михайлович Самохин вступил в ряды ВЛКСМ, а в 1933 году был принят в партию, став членом ВКП(б). До Великой Отечественной войны Самохин успел окончить Киевское танко-техническое училище. Скорее всего, азы управления и командования танком Самохин получал на машинах серии БТ. По крайней мере, на 1 января 1936 года из 77 танков училища 50 машин приходились именно на быстроходные танки БТ-2, БТ-5 и БТ-7, из которых львиную долю – 37 составляли танки БТ-2. После завершения обучения он успел поучаствовать в боях советско-финской войны, где 21 января 1940 года получил тяжелое ранение. За участие в данном конфликте Константин Самохин получил свою первую награду, 20 мая 1940 года его грудь украсила медаль «За боевые заслуги».

Константин Михайлович Самохин. Фото из семейного архива

Тяжелое начало Великой Отечественной войны

Великую Отечественную войну Константин Самохин встретил офицером 15-й танковой дивизии, входившей в состав формирующегося 16-го механизированного корпуса Киевского особого военного округа. Дивизия дислоцировалась недалеко от границы в городе Станислав (сегодня Ивано-Франковск). Сам корпус входил в состав 12-й армии и первоначально действовал в составе войск образованного после начала войны Юго-Западного фронта, а затем был переведен на Южный фронт. На 1 июня 1941 года в составе корпуса насчитывался 681 танк, из которых новых было всего 4 танка КВ. Сам Константин Самохин войну встретил на танке БТ-7, командиром роты танков в составе 30-го танкового полка.
Дивизия достаточно долго не участвовала в боях, вступив в сражение лишь к концу первой декады июля в районе Бердичева. Во время многочисленных передислокаций в тылу дивизия теряла материальную часть, которая выходила из строя из-за поломок. К 15 июля дивизия, как и весь 16-й мехкорпус, понесла тяжелые потери, в боях в районе Ружина погиб командир 30-го танкового полка полковник Никитин. В начале августа остатки 15-й танковой дивизии погибли в Уманском котле, где они действовали в составе группы генерал-майора Павла Понеделина. 14 августа 1941 года 15-я танковая дивизия была расформирована. При этом Константин Самохин и Дмитрий Лавриненко, которые вместе служили в одной дивизии, смогли избежать плена и вышли к своим.


Подбитый советский танк БТ-7
Сохранившийся к тому моменту личный состав 15-й танковой дивизии частично был отправлен в Сталинградскую область на переформирование. На территории области был образован Сталинградский учебный автобронетанковый центр, на базе которого велось формирование 4-й танковой бригады полковника Михаила Ефимовича Катукова. Впоследствии это соединение станет знаменитым, став 1-й гвардейской танковой бригадой, а её командир, солдаты и офицеры покрыли себя неувядающей славой, проявив свои лучшие качества во время битвы за Москву осенью-зимой 1941 года. В новой части лейтенант Константин Самохин стал командиром 1-й роты легких танков БТ 2-го батальона, которым командовал будущий Герой Советского Союза капитан Анатолий Рафтопулло (еще один офицер, вышедший из 30-го танкового полка 15-й танковой дивизии).


Фото из семейного архива

На полях сражений под Москвой

23 сентября 1941 года сформированная 4-я танковая бригада была отправлена в Подмосковье железнодорожным транспортом. К 28 сентября подразделения бригады сосредоточились в районе станции Кубинка и деревни Акулово, где соединение дополнительно пополнилось легкими танками БТ-5 и БТ-7, вышедшими из ремонта. При этом третий танковый батальон бригады так и остался в Кубинке, так как по-прежнему не получил материальной части. 2 октября 4-я танковая бригада была выдвинута в направлении на Мценск, где с 4 по 11 октября танкисты бригады Катукова вели тяжелые бои против наступающих танков Гудериана, широко используя тактику танковых засад. Боевые действия советской танковой бригады серьезно замедлили продвижение войск противника и испортили жизнь 4-й немецкой танковой дивизии и её командованию. Самохин вместе со своей ротой легких танков вступил в бой 7 октября, защищая рубеж бригады Ильково-Головлёво-Шеино в районе населенного пункта Шеино. Часть танков БТ-7 лейтенант Самохин приказал закопать в землю, оставшиеся держал в качестве подвижного резерва. После длительного боя, в котором на помощь роте Самохина пришлось отправить танки из 1-го батальона, в том числе машины старшего лейтенанта Бурды и начальника штаба 1-го батальона лейтенанта Воробьева, атаку удалось отбить с большими для противника потерями. Бойцы 4-й танковой бригады заявили тогда о выведенных из строя 11 танках врага.
К моменту начала ноябрьских боев под Москвой бригада пополнилась новой техникой, теперь Самохин воевал уже на танке Т-34-76. Особенно отличился экипаж Самохина во время ликвидации скирмановсого плацдарма. Этот район обороняла 10-я танковая дивизия немцев. Бои на этом направлении начались 12 ноября, а к 13-14 ноября плацдарм противника был ликвидирован. За бой в районе Скирманово и Козлово (на тот момент Истринский район, Московской области) Константин Самохин был представлен к званию Героя Советского Союза, но в итоге был награжден орденом Ленина.

Подбитый в Скирманово немецкий танк PzKpfw III
В наградном листе отмечалось, что в боях за Скирманово и Козлово Константин Самохин проявил исключительную отвагу и храбрость. Несмотря на полученную контузию, офицер оставался в бою на протяжении 20 часов, выполняя задания командования. Танком Самохина во время боя было уничтожено 6 танков противника, три противотанковых орудия, тяжелая противотанковая пушка (так в документе, возможно, речь о 88-мм немецкой зенитке), 10 ДЗОТов, 4 пулеметных гнезда, 2 миномета и истреблено до роты гитлеровцев. Особенно отмечалось, что, израсходовав 5 боекомплектов снарядов, Самохин продолжал вести бой, закидывая блиндажи и окопы противника ручными гранатами из танка.
В начале декабря 1941 года Самохин вновь отличился. С ротой из 7 танков Т-34 он внезапно атаковал позиции немцев в деревне Надовражино, оказывая поддержку бойцам 18-й стрелковой дивизии, операцию он готовил несколько дней, наблюдая за позициями немцев в деревне. Для атаки было выбрано ночное время, при этом периодически начиналась метель. В результате дерзкой атаки рота Самохина уничтожила в деревне до 5 танков, 6 самоходных орудий, около 20 автомашин, 50 мотоциклов и до 200 солдат противника. Совершив налёт на деревню, танкисты успели вовремя отойти назад и подошедшие на помощь к гарнизону деревни немецкие танки, не разобравшись в обстановке, некоторое время перестреливались с гарнизоном населенного пункта, потеряв ориентировку. В декабре 1941 года Константин Самохин получил очередное звание – гвардии старший лейтенант. А февраль 1942 года встречал уже гвардии капитаном, в бригаде Катукова он считался одним из самых перспективных офицеров, да и весь состав подразделения показал себя в тяжелых боях под Москвой с самой лучшей стороны.

Гибель Константина Самохина

Капитан Константин Самохин погиб 22 февраля 1942 года немного не дожив до 27 лет во время боя возле небольшой деревни Аржаники в Смоленской области. В эти дни 1-я гвардейская танковая бригада вела упорные бои по освобождению Кармановского района Смоленской области. Позднее Анатолий Рафтопулло вспоминал, что еще 19 февраля в бою за деревню Петушки, которая состояла из 80 дворов, Самохин едва не погиб в бою. Сам бой за деревню был очень тяжелым, населенный пункт трижды переходил из рук в руки. Во время боя в танк, которым командовал отважный командир, попал снаряд противника, Константин получил тяжелую контузию, плохо слышал, но покидать боевые порядки и отправляться в тыл на лечение отказался. Ночью 22 февраля Катуков лично поздравил Самохина с присвоением звания капитана, вспоминал Рафтопулло. В тот же день при штурме деревни Аржаники отважный советский танкист погиб.
По воспоминаниям бывшего комиссара танкового полка 1-й гвардейской танковой бригады Я. Я. Комлова, задача овладеть деревней Аржаники была поставлена вечером 22 февраля. Для взятия деревни были созданы две сводных группы танков, одну из которых в бой повел капитан Константин Самохин. Танк Самохина был подбит недалеко от самой деревни, в него попало не меньше трех тяжелых снарядов, боевая машина загорелась. Все члены экипажа погибли в этом бою, единственным, кто успел выбраться из горящей машины, был Самохин, тело которого обнаружили возле танка.

Танки Т-34 1-й гвардейской танковой бригады, февраль 1942 года, фото: waralbum.ru
В своей книге «Советские танковые асы» Михаил Барятинский пишет, что Самохин с основной группой танков отступил из деревни, так как танкисты не могли развить успех. К ним не смогла пробиться пехота и другие танки, а немцы сосредоточили по населенному пункту сильный артиллерийский огонь из глубины обороны. При этом в самой деревне осталось три обездвиженных советских танка. Один из них вышел по радио на связь с остальными подразделениями, и Самохин принял решение спасать своих однополчан. К тому же на связь вышел экипаж Пугачёва и Литвиненко, с которыми Константин воевал до этого в одном танке. Вернувшись назад к деревне вместе с взводом тридцатьчетверок, Самохин обнаружил два танка сожженными, третий танк был подбит, из него успели извлечь раненых бойцов, а саму машину взяли на буксир. Именно в этот момент при попытке эвакуировать с поля боя подбитую машину и спасая товарищей, в танк Самохина попал тяжелый снаряд, пробивший броню боевой машины. Весь экипаж танка погиб в начавшемся пожаре.

Официально на счету Константина Самохина значилось 30 уничтоженных танков и самоходных установок противника. При этом в некоторых источниках в последнее время упоминается о том, что Самохин уничтожил 69 танков врага и много другой техники противника. Но здесь речь идет уже об общем счете его танковой роты, которой он командовал на протяжении шести месяцев. Несмотря на выдающиеся результаты, продемонстрированные в наиболее тяжелых сражениях осени-зимы 1941 и начала 1942 года Константин Самохин не был награжден званием Героя Советского Союза, хотя командование и представляло его к этой награде. Не поднимался этот вопрос и после завершения войны.
При этом заслуги Константина Самохина всё же были отмечены многочисленными орденами и медалями. За успехи в бою он был награжден Орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды, медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги», а также уже посмертно медалями «За оборону Киева» и «За оборону Москвы». Интересным является тот факт, что приказом №73 от 7 мая 1943 года 1-й гвардейской танковой бригады капитан Константин Михайлович Самохин был посмертно зачислен в списки личного состава частей и подразделений бригады. Память героя была увековечена там, где оборвался его жизненный пункт. Недалеко от южной окраины деревни Аржаники на месте гибели офицера был установлен памятный обелиск. А в поселке Карманово Смоленской области, где в братской могиле похоронен герой-танкист, одна из центральных улиц названа в его честь.

«Стоять насмерть!»

В начале 1990-х годов в России появилось огромное количество литературы, прославляющей подвиги немецких лётчиков, танкистов, моряков. Красочно описанные похождения гитлеровских военных создавали у читателя чёткое ощущение, что победить этих профессионалов Красная Армия смогла не умением, а числом — мол, завалили противника трупами.

Подвиги советских героев при этом оставались в тени. О них писали мало и, как правило, ставя под сомнение их реальность.

Зиновий Колобанов

Между тем, самый успешный танковый бой в истории Второй Мировой войны был проведён советскими танкистами. Причём произошёл он в самое тяжёлое военное время — в конце лета 1941 года.

8 августа 1941 года немецкая группа армий «Север» начала наступление на Ленинград. Советские войска, ведя тяжёлые оборонительные бои, отступали. В районе Красногвардейска (такое название тогда носила Гатчина) натиск гитлеровцев сдерживала 1-я танковая дивизия.

Обстановка была крайне тяжёлой — вермахт, успешно применяя большие соединения танков, прорывал советскую оборону и угрожал захватом города. Красногвардейск имел стратегическое значение, так как был крупным узлом шоссейных и железных дорог на подступах к Ленинграду.

19 августа 1941 года командир 3-й танковой роты 1-го танкового батальона 1-й танковой дивизии старший лейтенант Зиновий Колобанов получил личный приказ от комдива: перекрыть три дороги, которые ведут к Красногвардейску со стороны Луги, Волосово и Кингисеппа.

— Стоять насмерть! — отрезал комдив.

Рота Колобанова была укомплектована тяжёлыми танками КВ-1. Эта боевая машина могла успешно бороться с танками, которыми располагал вермахт в начале войны. Крепкая броня и мощная 76-миллиметровая пушка КВ-1 сделали танк настоящей грозой панцерваффе.

Недостатком КВ-1 была его не лучшая маневренность, поэтому наиболее эффективно эти танки в начале войны действовали из засад. Для «засадной тактики» была и ещё одна причина — КВ-1, как и Т-34, к началу войны в действующей армии было мало. Поэтому имеющиеся в наличии машины от боёв на открытой местности старались по возможности оберегать.

Профессионал

Но техника, даже самая лучшая, эффективна только тогда, когда ей управляет грамотный профессионал. Командир роты старший лейтенант Зиновий Колобанов именно таким профессионалом и был.

Он родился 25 декабря 1910 года в селе Арефино Владимирской губернии в крестьянской семье. Отец Зиновия погиб на Гражданской войне, когда мальчику не было и десяти лет. Как и многим его сверстникам в ту пору, Зиновию пришлось рано приобщиться к крестьянскому труду. Окончив восьмилетку, он поступил в техникум, с третьего курса которого и был призван в армию.

Начинал службу Колобанов в пехоте, но Красной Армии нужны были танкисты. Способного молодого солдата отправили в Орёл, в бронетанковую школу имени Фрунзе. В 1936 году Зиновий Колобанов окончил бронетанковую школу с отличием и в звании лейтенанта был отправлен на службу в Ленинградский военный округ.

Боевое крещение Колобанов принял на советско-финской войне, которую начал командиром танковой роты 1-й лёгкой танковой бригады. За время этой недолгой войны он трижды горел в танке, каждый раз возвращаясь в строй, и был награждён орденом Красного Знамени.

В начале Великой Отечественной войны Красной Армии остро не хватало таких, как Колобанов — грамотных командиров с боевым опытом. Именно поэтому ему, начинавшему службу на лёгких танках, срочно пришлось осваивать КВ-1, чтобы затем не просто бить на нем гитлеровцев, но и обучать этому своих подчинённых.

Засадная рота

В экипаж танка КВ-1 старшего лейтенанта Колобанова входили командир орудия старший сержант Андрей Усов, старший механик-водитель старшина Николай Никифоров, младший механик-водитель красноармеец Николай Родников и стрелок-радист старший сержант Павел Кисельков.

Экипаж был под стать своему командиру: люди хорошо подготовленные, с боевым опытом и холодной головой. В общем, в данном случае достоинства КВ-1 приумножались достоинствами его экипажа.

Получив приказ, Колобанов поставил боевую задачу: остановить вражеские танки, поэтому в каждую из пяти машин роты было загружено по два боекомплекта бронебойных снарядов.

Прибыв в тот же день на место неподалёку от совхоза Войсковицы, старший лейтенант Колобанов распределил силы. Танки лейтенанта Евдокименко и младшего лейтенанта Дегтяря заняли оборону на Лужском шоссе, танки младшего лейтенанта Сергеева и младшего лейтенанта Ласточкина прикрывали кингисеппскую дорогу. Самому Колобанову досталась расположенная в центре обороны приморская дорога.

Танковый окоп экипаж Колобанова обустроил в 300 метрах от перекрестка, намереваясь вести огонь по противнику «в лоб».

Ночь на 20 августа прошла в тревожном ожидании. Около полудня немцы попытались прорваться по Лужскому шоссе, но экипажи Евдокименко и Дегтяря, подбив пять танков и три бронетранспортёра, заставили противника повернуть назад.

Спустя два часа мимо позиции танка старшего лейтенанта Колобанова проехали немецкие мотоциклисты-разведчики. Замаскированный КВ-1 себя никак не обнаружил.

22 подбитых танка за 30 минут боя

Наконец, появились давно ожидаемые «гости» — колонна немецких лёгких танков, состоящая из 22 машин.

Колобанов скомандовал: — Огонь!

Первыми залпами были остановлены три головных танка, затем командир орудия Усов перенёс огонь на хвост колонны. В результате немцы потеряли возможности для манёвра и не могли покинуть зону обстрела.

В то же время танк Колобанова был обнаружен противником, который обрушил на него шквальный огонь.

Вскоре от маскировки КВ-1 не осталось ничего, немецкие снаряды ударяли в башню советского танка, однако пробить его не удавалось.

В какой-то момент очередное попадание вывело из строя башню танка, и тогда для того, чтобы продолжить бой, механик-водитель Николай Никифоров вывел танк из окопа и стал маневрировать, разворачивая КВ-1 так, чтобы экипаж мог продолжать вести огонь по гитлеровцам.

В течение 30 минут боя экипаж старшего лейтенанта Колобанова уничтожил все 22 танка, находившиеся в колонне.

Подобного результата в ходе одного танкового боя не удавалось достичь никому, включая хвалёных немецких танковых асов. Это достижение позднее было занесено в Книгу рекордов Гиннесса.

Когда бой стих, Колобанов с подчинёнными обнаружили на броне следы от более чем 150 попаданий немецких снарядов. Но надёжная броня КВ-1 выдержала всё.

Всего же 20 августа 1941 года пять танков роты старшего лейтенанта Зиновия Колобанова подбили 43 немецких «оппонентов». Кроме того, были уничтожены артиллерийская батарея, легковая машина и до двух рот гитлеровской пехоты.

Неофициальный герой

В начале сентября 1941 года все члены экипажа Зиновия Колобанова были представлены к званию Героя Советского Союза. Но высшее командование не сочло, что подвиг танкистов заслуживает столь высокой оценки. Зиновия Колобанова наградили орденом Красного Знамени, Андрея Усова — орденом Ленина, Николая Никифорова — орденом Красного Знамени, а Николая Родникова и Павла Киселькова — орденами Красной Звезды.

Ещё три недели после боя под Войсковицами рота старшего лейтенанта Колобанова сдерживала немцев на подступах к Красногвардейску, а затем прикрывала отход частей на Пушкин.

15 сентября 1941 года в Пушкине во время заправки танка и загрузки боекомплекта рядом с КВ-1 Зиновия Колобанова взорвался немецкий снаряд. Старший лейтенант получил очень тяжёлое ранение с повреждениями головы и позвоночника. Война для него закончилась.

Но летом 1945 года, восстановившись после ранения, Зиновий Колобанов вернулся в строй. Ещё тринадцать лет он служил в армии, выйдя в запас в звании подполковника, затем много лет жил и работал в Минске.

С главным подвигом Зиновия Колобанова и его экипажа произошёл странный казус — в него попросту отказывались верить, несмотря на то, что факт боя под Войсковицами и его результаты были официально задокументированы.

Кажется, власти стеснялись того факта, что летом 1941 года советские танкисты могли столь жестоко громить фашистов. Подобные подвиги не вписывались в общепринятую картину первых месяцев войны.

Но вот интересный момент — в начале 1980-х годов на месте боя под Войсковицами было решено поставить памятник. Зиновий Колобанов написал письмо министру обороны СССР Дмитрию Устинову с просьбой выделить танк для установки на постамент, и танк был выделен, правда, не КВ-1, а более поздний ИС-2.

Однако сам факт того, что министр удовлетворил просьбу Колобанова, говорит о том, что о герое-танкисте он знал, и подвиг его под сомнение не ставил.

Легенда XXI века

Зиновий Колобанов ушёл из жизни в 1994 году, но ветеранские организации, общественники и историки по сей день предпринимают попытки добиться от властей присвоения ему звания Героя России.

В 2011 году Министерство обороны России отклонило ходатайство, сочтя новое награждение Зиновия Колобанова «нецелесообразным». В итоге подвиг советского танкиста на Родине героя так и не оценен по достоинству.

Восстановить справедливость взялись разработчики популярной компьютерной игры. Одна из виртуальных медалей в онлайн-игре на танковую тему присваивается игроку, который в одиночку одержал победу против пяти и более танков противника. Она носит название «Медаль Колобанова». Благодаря этому о Зиновии Колобанове и его подвиге узнали десятки миллионов человек.

Возможно, такая память в XXI веке и есть лучшая награда для героя.

/Андрей Сидорчик, www.aif.ru/

Охота за призраком: как мы искали тяжелый «Тигр»

В Беларуси не так много мест, где можно увидеть настоящую технику Великой Отечественной войны. Сотрудники Историко-культурного комплекса «Линия Сталина» раз за разом отправляются на ее поиски в разные уголки страны. 42.TUT.BY сел на хвост экспедиции в Толочинский район, где, по сведениям местных краеведов, утонул при переправе «Тигр».

Танк Т-34 Фото: архив ИКК «Линия Сталина»

История сохраняется в металле, железе, побитом осколками, местами исковерканном, по которому можно увидеть, как тяжело далась победа.

Корпус танка Т-34 Фото: архив ИКК «Линия Сталина»

В Беларуси не так много мест, где можно увидеть настоящую технику Великой Отечественной войны. Чтобы пересчитать раритеты, которые хранятся в музеях или установлены в памятных местах, хватит, пожалуй, пальцев одной руки.

Восстановление Т-34 Фото: архив ИКК «Линия Сталина»

Сотрудники Историко-культурного комплекса «Линия Сталина» раз за разом отправляются на поиски техники Второй мировой войны. В экспозиции уже есть легендарная тридцатьчетверка, не менее знаменитая САУ-100 и другие машины. Но нет самых грозных немецких «хищников» — Т-V «Пантера» и Т-VI «Тигр», за подбитие которых давали орден и солидную денежную премию.

Разделаны на металл, переплавлены на сеялки

— Найти любого из этих «хищников» — большая удача, — рассказывает Михаил Метла, заместитель по развитию историко-культурного комплекса «Линия Сталина». — Большинство танков после войны были переплавлены на металл, некоторые отправились на белорусский металлургический завод, другим повезло меньше — закончили свою жизнь в виде ржавых сеялок на колхозных дворах. Причем сельчане поступали следующим образом: частенько танк бросали, если он застревал в болоте или речке, и тогда над водой возвышался только ствол орудия или часть башни. Все это спиливалось на металл и переплавлялось в ближайшей кузнице. Также много танков «погибло» при разминировании: советские саперы просто собирали валяющиеся вокруг боеприпасы, складывали их внутрь танка и подрывали.

Останки самоходного орудия StugIII Фото: архив ИКК «Линия Сталина»

Фашисты считали, что уже победили

На счету команды Михаила Метлы несколько поднятых танков. Советские — тяжелый КВ, несколько средних Т-34, легкий БТ-7, немецкие — средний танк Pz III и самоходка Stug III.

Танк Pz III Фото: архив ИКК «Линия Сталина»

Большой удачей стало поднятие немецкой тройки, которая сохранилась практически целиком нетронутой. Внутри были личные вещи танкистов, карты, записные ручки, планшеты и… книги. Каждый член экипажа вез собой несколько изданий по агрономии, животноводству.

Боевое отделение Pz III Фото: архив ИКК «Линия Сталина»

Ведь, согласно плану «Ост», часть жителей СССР следовало уничтожить, а на их землях расположились бы завоеватели.

Корпус Pz III Фото: архив ИКК «Линия Сталина»

Где можно отыскать танк?

Танков военного времени в нашей стране сохранилось немного. В основном это «утопленники». Завязшие в болоте, потерянные при переправе или просто загнанные в трясину (чтобы не достались врагу) машины. Найти танк, ржавеющий в поле или в лесу, практически невозможно, да и от времени такая машина пострадает серьезно.

Останки Stug III Фото: архив ИКК «Линия Сталина»

Осталось немного людей, которые хорошо помнят боевые события, отгремевшие почти семь десятков лет назад. Рассказы о них передаются от отца к сыну, со временем теряются детали, искажаются события, но среди городских легенд и историй, рассказанных старожилами, попадаются порой и ценные сведения.

Проверить всю информацию не представляется возможным, а как показывает опыт, даже в списках безвозвратных потерь техники допускалось много ошибок в названиях населенных пунктов.

Чтобы проверить очередную легенду, Михаил Метла с коллегами и команда добровольцев-водолазов из клуба «Капитан Морган» отправились в Толочинский район, где, по сведениям местных краеведов, утонул при переправе настоящий танк, быть может, даже «Тигр».

Этой машине был посвящен целый материал в толочинской газете, о ней не раз говорили местные старожилы, даже припоминали, что, будучи детьми, ныряли с пушки в речку.

Но конкретно по типу танка мнения расходятся. По словам Михаила Метлы, первоначально говорилось о «Тигре», но местный военком сообщил, что затонула, скорее всего, «Пантера».

Обе версии выглядят вполне правдоподобными. «Пантера» хоть и называется средним танком, но весит, как тяжелый — 45 тонн (для сравнения: советский тяжелый танк ИС-2 весил 46 тонн). Этот танк держали только капитальные мосты, а вот деревянный мост через Друть мог и спасовать перед таким весом. Да и ломались «Пантеры» часто — эти танки так до конца войны и не избавились от детских болезней. Поэтому нередко оставлялись экипажами, подрывались, загонялись в болото или топились в речке.

Фото: skaramanga-1972.livejournal.com

А «Тигры» в Толочинском районе тоже были. В 1944 году во время наступления советских войск в Беларуси 330-ю пехотную дивизию вермахта поддерживал 505-й батальон тяжелых танков. «Тигры» этого батальона участвовали в боях под Борисовом, и несколько тяжелых танков было подбито на территории Толочинского района. Об этом в своей книге «Танкисты» писал еще генерал-майор танковых войск И. Вовченко. Бой с «Тиграми» был описан в главе «Ах, Толочин ты, Толочин».

Фото: kvoku.org

Вооружившись этими знаниями и заручившись помощью местных жителей, отправляемся на берег речки Друть. Дорога больше напоминает полосу препятствий, и на ней лучше всех себя чувствует полноприводная «Нива».

На фото: Александр Метла и Дмитрий Ермаков (на переднем плане)

На берегу инструктаж поисковиков провел военный комиссар Толочинского районного военного комиссариата Дмитрий Ермаков:

— Бои в районе Друти развернулись нешуточные, в 1941 году наши части с боями отступали на восток, множество подбитой техники осталось по обоим берегам. В 1944 году ситуация поменялась кардинальным образом — бежали на этот раз немцы, и здесь на переправе, по рассказам местных жителей, танк свалился с моста. Зимой рыбаки из числа местных жителей и активисты Союза офицеров заинтересовались находкой. Чтобы уточнить место ее нахождения, прозванивали лед металлоискателями. Контуры, определенные с помощью приборов, совпали с габаритами танка.

Добраться до места, где оказалась боевая машина, непросто — берега заболоченные, и без резиновой лодки не стоит даже пытаться. Первые несколько часов поиска проходят безрезультатно: водолазы начинают замерзать в холодной воде, а танка все нет. Возможно, виновата сама речка: Друть каждое лето меняет свое русло, так случилось и на этот раз.

Поисковики принимают решение проверить эту теорию, сместить район поисков на десяток метров левее. Водолазы, вооруженные подводным миноискателем, снова ныряют в ледяную воду, спустя несколько минут миноискатель оповещает писком о долгожданной находке.

Нечто, безусловно, железное похоронено под слоем ила, осталось только провести подводные раскопки. Для этого в арсенале водолазов имелась обыкновенная совковая лопата. Через полчаса напряженной работы выясняется, что все усилия были напрасны: на дне речки покоится длинная металлическая труба, которая даже отдаленно не напоминает танковое орудие.

Алексей Якименко справа в камуфляжной форме.

Быть может, не там копали? За помощью в дальнейших поисках обращаемся к присоединившемуся к нашей команде председателю районной организации Белорусского союза офицеров Алексею Якименко, который утверждает, что зимой этого года с рыбаками и обнаружил танк.

— Информацию о танке нашел в архивах корреспондент местной газеты «Наша Талачыншчына» Михаил Королев, в частности, упоминание о боевых действиях, которые развернулись здесь в июле 1944 года. Тогда основная немецкая группировка стояла у деревни Скураты, к ним прорывалась немецкая колонна танков Т-IV. Недалеко от места поиска произошел скоротечный бой, в результате два немецких танка были подбиты, а третий отступил к переправе с остальной частью колонны. И если мотоциклисты смогли переправиться, то под весом танка мост сломался. Возможно, «четверка» там и лежит вместе с экипажем. Местные старожилы рассказывали, что подбитые танки были разделаны на металлолом, а вот этот так и остался в реке. В марте этого года, 3 или 4 числа, мы решили отыскать его местоположение. Нам помог местный житель, чей отец в мальчишестве купался в реке, ныряя с орудия этого танка. Конечно же, он показал это место сыну. Действительно, через несколько сот метров миноискатель сработал. Вскоре по сигналам сработки удалось прозвонить контуры танка. Это было зимой, а Друть постоянно меняет русло, но место я вам покажу.

Протонный магнитометр ППМА-3 помогает обнаружить металлические предметы.

На этот раз разделяемся на два отряда — один вместе с Михаилом Королевым отправляется на лодке, другой вместе со специалистом по вооружениям Сергеем Захаровым идет по берегу.

В указанном месте речка петляет, берег практически зарос кустарником, но в руках специалиста по вооружению оживает миноискатель — вот и первые находки: несколько гильз от стрелкового оружия. И удача — они немецкие, предположительно, от «Маузер К98». Еще несколько пуговиц, советских и немецких. Кажется, то место!

Специалист по вооружению Сергей Захаров.

Водолазы снова готовятся к спуску, проверяя основное снаряжение. Все в предвкушении находки, уже идет обсуждение, каким образом поднимать танк.

Тем временем в интернете нахожу заметку местной газеты о боях, шедших недалеко от близлежащей к Толочину деревни Круглое. Тогда части 3-го гвардейского танкового корпуса генерала Вовченко отражали атаки танковой группировки немцев (у фашистов имелись, в том числе, и тяжелые танки «Тигр»). Бои развернулись как раз на переправах, а один тяжелый танк провалился в болото. Быть может, это тот «Тигр», который мы ищем.

Мирные жители частенько путали поздние, увешанные противокумулятивными экранами, танки T-IV и T-VI «Тигр». Но какой бы танк сейчас ни лежал на дне озера, заплывший илом, он все равно хорошо сохранился и представляет собой историческую ценность.

По прошествии часа на берег поднялись уставшие водолазы из клуба «Капитан Морган», по их жестам видно, что поиски были безрезультатными.

— Быть может, не там искали, — сожалеет Алексей Якименко, — речка каждый год меняет русло, но танк там точно есть.

Михаил Метла также расстроен, но признается, что был готов к такому исходу.

— Очень часто бывает так, что рассказы и даже документальные сведения о танках, которые якобы затонули, не подтверждаются. Проверив сотню заявок, мы находим один-два танка. Но они есть, война была слишком долгой, а бои — жестокими, железо, закопанное во время той войны в белорусскую землю, мы будем находить еще много лет.

Михаил не теряет надежды найти легендарный немецкий танк, ведь существуют документальные сведения о пропавших «Тиграх» группы майора Леве. В последний раз танки видели под Витебском, затем все подразделение со своим командиром буквально пропало и никогда больше не упоминалось в сводках боевых действий. Возможно, эти машины все еще ждут, когда их найдут, хотя это очень непросто, и больше похоже на охоту за призраками.

P. S. Если вы знаете места, где сохранилась техника времен войны, пишите на адрес ma@stalin-line.by.

Читайте также: Т-34−85 против «Королевского тигра», или Когда воюют не калибры, а мужество

40 танков во власти природы. Как будто войны и не было

Танки впервые выехали на поля сражений во время Первой мировой войны, почти 100 лет назад.

Но далеко не всем из них довелось пережить войну и стать музейными экспонатами. Многие из этих неуклюжих стальных гигантов так и остались брошенными и забытыми где-то в лесах, полях, оврагах и буераках. Когда-то они были боевым домом для своих экипажей, но судьба распорядись всеми по-своему.

Эта коллекция танков, захваченных природой, — из разных стран мира. От японских танков времен Второй мировой войны, нашедших свое вечное пристанище в джунглях, где их экипажам приходилось бороться с американскими противниками, до редких немецких машин, застрявших посреди заброшенной местности где-то в Восточной Европе.

Шумшу, Россия

Заброшенный танк на пляже в Пуэрто-Рико

Танк, захваченный природой

Сайпан, Северные Марианские острова

Врастая в природу

Танки в Антарктике

Танк на Фламенко-Бич, Пуэрто-Рико

Дорсет, Великобритания

Заброшенный танк в Восточной Германии

Заброшенная танковая база, Россия

Танк во власти кораллов

Влиланд, Нидерланды

ИС-3 на острове Шикотан, Россия

Остров Желтухина, Россия

Шикотан, Россия

Танк «Чифтен», Бордон, Великобритания

Танк во власти природы

Остров Кулебра, Пуэрто-Рико

Военная база Форт-Нокс, США

«Челленджер», Великобритания

Советский танк в Афганистане

Танк недалеко от гробницы Масуда, Афганистан

Покинутый танк в России

Танковым асом № 1 в Красной Армии считается Дмитрий Лавриненко, воевавший в составе 4-й (1-й гвардейской) танковой бригады. Начало Великой Отечественной войны лейтенант Лавриненко встретил у самой границы в должности командира взвода 15-й танковой дивизии, которая дислоцировалась в городе Станиславе (ныне Ивано-Франковск), на территории Западной Украины. Уже в первых боях, но словам однополчанина и боевого друга старшего лейтенанта Александра Рафтопулло, Лавриненко уничтожил не менее 10 немецких танков.
Вновь отличился Лавриненко уже в сражении за город Мценск, когда 4-я танковая бригада полковника Михаила Катукова отражала яростные атаки немецкой 2-й танковой группы генерал-полковника Хайнца Гудериана. В октябре 1941 года во время боя в районе села Первый Воин взвод танков под командованием Лавриненко спас от уничтожения минометную роту, на позиции которой уже почти ворвались немецкие танки. Из рассказа механика-водителя танка старшего сержанта Пономаренко:
«Лавриненко нам сказал так «Живыми не вернуться, но минометную роту выручить. Понятно? Вперед!»
Выскакиваем на бугорок, а там немецкие танки, как собаки, шныряют. Я остановился.
Лавриненко — удар! Но тяжелому танку. Потом видим, между нашими двумя горящими легкими танками БТ немецкий средний танк — разбили и его. Видим еще один танк — он убегает. Выстрел! Пламя… Есть три танка. Их экипажи расползаются.
В 300 метрах вижу еще один танк, показываю его Лавриненко, а он — настоящий снайпер. Со второго снаряда разбил и этот, четвертый по счету. И Капотов — молодец: на его долю тоже три немецких танка досталось. И Полянский одного угробил.
Так вот минометную роту и спасли. А сами — без единой потери!»

Курсант танкового училища Дмитрий Лавриненко (1938 год)

Дважды Герой Советского Союза генерал армии Д. Д. Лелюшенко в своей книге «Заря Победы» поведал об одном из приемов, который применил лейтенант Дмитрий Лавриненко в боях под Мценском:
«Запомнилось мне, как лейтенант Дмитрий Лавриненко, тщательно замаскировав свои танки, установил на позиции бревна, внешне походившие на стволы танковых орудий. И не безуспешно: фашисты открыли по ложным целям огонь. Подпустив гитлеровцев на выгодную дистанцию, Лавриненко обрушил на них губительный огонь из засад и уничтожил 9 танков, 2 орудия и множество гитлеровцев».
К 11 октября 1941 года на счету у Лавриненко было 16 танков противника, 1 ПТО и до двух взводов немецкой пехоты. Однако до сих пор нет точных данных о количестве немецких танков, подбитых экипажем Д. Лавриненко в боях за Мценск. В книге Я. Л. Лившица «1-я гвардейская танковая бригада в боях за Москву», изданной в 1948 году, говорится, что на счету Лавриненко было 7 танков. Генерал армии Д. Д. Лелюшенко утверждает, что только при обороне железнодорожного моста через реку Зуша в районе Мценска экипаж Дмитрия Лавриненко уничтожил 6 немецких танков (кстати, экипаж KB старшего политрука Ивана Лакомова, который также участвовал в обороне этого моста, подбил 4 танка противника).

Танковый экипаж Д. Лавриненко (крайний слева). Октябрь 1941 г

В других источниках сообщается о том, что тридцатьчетверки лейтенанта Лавриненко и старшего сержанта Капотова пришли на помощь танку своего комбата капитана Василия Гусева, прикрывавшего отход 4-й танковой бригады через мост. В ходе боя экипажам Лавриненко и Капотова удалось уничтожить только по одному танку, после чего противник прекратил свои атаки. Существует также утверждение о том, что в боях под Мценском Дмитрий Лавриненко уничтожил 19 немецких танков.
19 октября 1941 года один единственный танк Лавриненко отстоял от вторжения захватчиков город Серпухов. Его тридцатьчетверка уничтожила моторизованную колонну противника, которая наступала но шоссе из Малоярославца на Серпухов. 17 ноября 1941 года недалеко от села Лысцево танковая группа уже старшего лейтенанта Лавриненко, состоявшая из трех танков Т-34 и трех танков БТ-7, вступила в бой с 18 немецкими танками. Группа Лавриненко в этом бою уничтожила 7 танков противника, но и сама при этом потеряла безвозвратно два БТ-7 и подбитыми два Т-34. На следующий день, уже один танк Лавриненко, будучи в засаде у шоссе, идущего к деревне Шишкино, снова вступил в бой с немецкой танковой колонной, состоявшей опять-таки из 18 машин. В этом бою Лавриненко уничтожил 6 немецких танков.

Лавриненко на фоне своего белого танка 18 ноября 1941 года. Место действия — Гусенево Волоколамского района

19 ноября 1941 года в деревне Гусенево Лавриненко оказался свидетелем гибели командира 316-й стрелковой дивизии генерала И. В. Панфилова (По другим данным Д. Ф. Лавриненко узнал о гибели Панфилова несколько позже. — Прим. автора). В этот момент на шоссе появилось 8 немецких танков. Его тридцатьчетверка незамедлительно вступила в бой с танками противника, и Лавриненко сумел 7 снарядами уничтожить 7 немецких боевых машин, восьмой танк поспешно отступил. Почти сразу же появилась еще одна колонна, состоявшая из 10 немецких танков. На этот раз Лавриненко выстрелить не успел: болванка пробила борт его тридцатьчетверки, были убиты механик-водитель и стрелок-радист.
Фронтовой корреспондент И. Козлов успел в самом начале контрнаступления советских войск под Москвой встретиться с Лавриненко и побеседовать с ним. Уже после войны Козлов написал небольшой рассказ об этой встрече. Вот небольшой отрывок из него:
«- Мы пошли на помощь, — говорил Лавриненко. — Сшибаться с немцами лоб в лоб — какой резон. У нас шесть машин, у них в пять раз больше. Мы действовали из засад. Даже весьма успешно.

Танки БТ-7 и Т-34 1-й гв. тбр в засаде. Декабрь 1941 г

Я хотел уточнить, что вкладывает мой собеседник в слова «весьма успешно», и спросил, сколько в том бою пришлось фашистских машин на его долю.
— Я подбил шесть танков.
— Шесть?
— Да, шесть. Это было восемнадцатого ноября.
Я вспомнил, что по заданию редакции я искал в тот день Лавриненко, улыбаясь, он заметил:
— Найти меня тогда было невозможно. Ни восемнадцатого, ни девятнадцатого… Девятнадцатого был новый бой за деревню Гусеново (Гусенево — Прим. автора). В этой деревне находился командный пункт генерала Панфилова, и его обходила немецкая пехота, а пехоту поддерживали двадцать четыре танка. По дороге, которую мы охраняли, двигались восемь машин. Я подбит семь, восьмая успела повернуть назад».

Танки Т-34 1-й гв. тбр. Декабрь 1941 г

К 5 декабря 1941 года Дмитрий Лавриненко был представлен к званию Героя Советского Союза. На его счету было 47 уничтоженных танков. Однако Лавриненко наградили только орденом Ленина. Но к тому времени, когда должно было состояться награждение, его уже не было в живых.
Свой последний 52-й танк Лавриненко уничтожил в боях на подступах к Волоколамску 18 декабря 1941 года. В этот же день самый результативный танкист Красной Армии погиб от шального осколка мины, попавшего ему в висок.
Лавриненко довелось участвовать в 28 танковых боях, трижды гореть в танке, и в результате — 52 уничтоженных танка. Конечно же, в сравнении с немецкими танковыми асами количество побед у Лавриненко не столь и велико. Однако почти все самые результативные немецкие танкисты прошли всю войну от начала до конца, а Лавриненко уничтожил свои 52 танка всего за 2,5 месяца ожесточенных боев.
Лавриненко воевал на танках Т-34-76 образца 1941 года, у которых, как впрочем и на всех модификациях тридцатьчетверки, оснащенных 76-мм пушкой, функции командира и наводчика выполняло одно лицо — сам командир танка. На немецких «тиграх» и «пантерах» командир командовал боевой машиной, а отдельный член экипажа — наводчик — вел огонь из орудия. Командир же помогал наводчику, что позволяло наиболее успешно бороться с танками противника. Да и приборы наблюдения, прицел и круговой обзор на Т-34 первых образцов были значительно хуже, чем у появившихся значительно позже «тигров» и «пантер».

Экипаж Дмитрия Лавриненко в перерывах между боями

По иронии судьбы, звание Героя Советского Союза Дмитрию Лавриненко присвоили (посмертно) только в 1990 году. Однако нападки на него не прекращаются и по сей день, хотя старший лейтенант погиб в далеком 1941 году, защищая Москву. Считается, что все победы Лавриненко — это не что иное, как продукт сталинской пропаганды. Мол, так воевать мы не могли и не умели. Борис Соколов в своей книге «Тайны Второй мировой войны» с большим сомнением относится к 52 победам танкиста Лавриненко. При этом он ссылается на высказывания его бывшего командира маршала бронетанковых войск М. Е. Катукова, считавшего, по вполне понятным причинам, самым результативным танкистом Второй мировой войны именно Лавриненко. Конечно. Катуков не мог (опять же, по вполне понятным причинам) знать о Виттмане и других немецких танковых асах Б. Соколов же считает, что в Красной Армии просто не было и не могло быть танкистов подобных Михаэлю Виттману. Его смущает тот факт, что последний уничтоженный Лавриненко танк был «тяжелым». Так вот, во многих боевых документах Красной Армии в течении всей войны немецкие танки Pz. IV (T-IV) считались тяжелыми, а не средними. Также Борис Соколов ссылается на корреспондента газеты «Правда» Юрия Жукова, писавшего в годы Великой Отечественной войны очерки о танкистах Катукова, который якобы утверждал, что Лавриненко уничтожил только 47, а не 52 танка противника. Однако, Юрий Жуков в своей книге «Люди 40-х годов» указывает не на 47, а именно на 52 уничтоженных Дмитрием Лавриненко немецких танка. А как уже упоминалось выше, Лавриненко уничтожил 47 танков уже к 5 декабря 1941 года.
Биография.
Дмитрий Федорович Лавриненко, родился 10 сентября 1914 г. в станице Бесстрашной на Кубани. Национальность русский. Погиб 18 декабря 1941 г. у д. Горюны.

Образование Д. Ф. Лавриненко получил в школе крестьянской молодежи (станица Вознесенская, окончил в 1931). Затем пошел на трехмесячные педагогические курсы.
В 1934 г. пошел добровольцем за 2 года до призыва в РККА. В 1935 г. Д. Ф. Лавриненко поступил в Ульяновскую Краснознаменную бронетанковую школу (с апреля 1936 — училище) им. В. И. Ленина. В мае 1938 г. выпустился из училище в звании младший лейтененат.
В сентябре 1939 Д. Ф. Лавриненко участвовал в освободительном походе в Западную Украину и Белоруссию. В июне 1940 г. — в походе в Бессарабию. Великую Отечественную войну лейтенант Дмитрий Лавриненко встретил у самой границы в должности командира взвода 15-й тд, которая дислоцировалась в городе Станиславе, на территории Западной Украины.
Во время боя 6 октября 1941 г. в районе с. Первый Воин танковая группа лейтенанта Лавриненко, состоявшая из 4 танков Т-34, решительно атаковала колонну немецких танков, втянувшихся в лощину для уничтожения мотострелкового батальона бригады. Постоянно меняя огневые позиции, появляясь в различных местах, четыре Т-34 производили на немцев впечатление действий большой танковой группы. В этом бою экипаж лейтенанта Лавриненко уничтожил 4 немецких танка, экипаж старшего сержанта Антонова — 7 танков и 2 ПТО, экипаж сержанта Капотова — 1 танк, экипаж мл. лейтенанта Полянского — 3 танка и 4 мотоцикла. Взвод же Лавриненко потерь не имел. Бой был проведен быстро, мотострелковый батальон был спасен.
В бою 9 октября 1941 у д. Шеино Лавриненко удалось одному отразить атаку 10 немецких танков. Используя проверенную в деле тактику танковых засад и постоянно меняя позицию, экипаж Лавриненко сорвал танковую атаку противника и при этом сжег 1 немецкий танк.
К 11 октября 1941 г. на счету Лавриненко имелось уже 7 танков, 1 ПТО и до двух взводов уничтоженной немецкой пехоты.
17 ноября 1941 г. недалеко от села Лысцево танковая группа под командованием уже старшего лейтенанта Лавриненко, состоявшая из 3 танков Т-34 и 3 танков БТ-7, вступила в бой с 18 немецкими танками. В этом бою немцам удалось поджечь 2 БТ и повредить 2 Т-34, но и сами они потеряли в этой схватке 7 танков. Танк Лавриненко в этом бою повреждений не имел, и вскоре остатки его танковой группы заняли село Лысцево. Вслед за танками Лавриненко село занял стрелковый полк.

В д. Гусенево 19 ноября 1941 г. ст. лейтенант Лавриненко был свидетелем гибели командира 316-й сд генерала И. В. Панфилова. Его танк находился как раз неподалеку от КП Панфилова. В этот момент на шоссе у села появилось 8 немецких танков. Экипаж Лавриненко моментально занял свои места в машине и Т-34 на максимальной скорости помчался навстречу немецким танкам. Перед самой колонной она резко свернула в сторону и застыла на месте. Тотчас раздались выстрелы. Лавриненко бил в упор, с близкого расстояния. Заряжающий Федотов едва успевал подавать снаряды. Первым же выстрелом был уничтожен головной танк. Остальные встали. Это помогло Лавриненко стрелять без промаха. Семью снарядами он уничтожил 7 танков. На восьмом выстреле заело спусковой механизм орудия, и последнему немецкому танку удалось скрыться. Не успели танкисты остыть от этой схватки, как на шоссе появилось еще 10 немецких танков. На этот раз Лавриненко выстрелить не успел: болванка пробила борт его Т-34. Механик-водитель Бедный был убит. Стрелок-радист Шаров был смертельно ранен осколком в живот. Лавриненко с Федотовым с трудом вытащили его через люк башни. Но Шаров тут же скончался. Бедного вынести не удалось: в пылающей машине начали рваться снаряды.
К 5 декабря 1941 г. когда Лавриненко был представлен к званию Героя Советского Союза, на его счету было 47 уничтоженных немецких танков.
Свой последний танк Лавриненко уничтожил в боях 18 декабря 1941 на подступах к Волоколамску. Его передовой отряд прорвался в район Гряды-Чисмены и застиг немцев врасплох. Не ожидая подхода главных сил, Лавриненко решил атаковать с. Покровское. Но противник опомнился, пропустил группу Лавриненко вперед и, подтянув 10 танков и ПТО, стал продвигаться к д. Горюны, чтобы отрезать передовой отряд от основных сил бригады. Обнаружив у себя в тылу движение немецких танков, Лавриненко развернул свою роту и повел ее в атаку на Горюны. Как раз в этот момент к Горюнам подошли и главные силы подвижной группы Катукова. В итоге немцы сами попали в клещи. Разгром им был учинен полный. В этом бою Лавриненко уничтожил свой 52-й немецкий танк, 2 ПТО и до полусотни немецких солдат. Потерпев неудачу, противник обрушил на Горюны шквальный огонь из тяжелых минометов. В это время полковник Н. А. Чернояров, командир 17-й тбр, также входившей в состав подвижной группы Катукова, вызвал Лавриненко к себе для уточнения и увязки дальнейших действий. Доложив полковнику обстановку и получив приказ двигаться вперед, Лавриненко направился к своему танку. Но, не дойдя до него нескольких шагов, вдруг упал в снег. Маленький осколок мины оборвал жизнь самого результативного танкиста Красной Армии.

Награды: Герой Советского Союза 5 мая 1990 г. (посмертно)
Смирнов Александр. Танковый ас Дмитрий Федорович Лавриненко.
Танковый экипаж Д. Лавриненко (крайний слева)
Танковый экипаж Д. Лавриненко (крайний слева). Октябрь 1941 г.
Танки Т-34 1-й гвардейской танковой бригады. Декабрь 1941 г.
Танки Т-34 1-й гв. тбр. Декабрь 1941 г.
Танки БТ-7 и Т-34 1-й гвардейской танковой бригады в засаде. Декабрь 1941 г.
Танки БТ-7 и Т-34 1-й гв. тбр в засаде. Декабрь 1941 г.
Танки Т-34 1-й гвардейской танковой бригады. Декабрь 1941 г.
Экипаж Дмитрия Лавриненко в перерывах между боями.
Осень 1941 г.
Листовка с описанием подвига Д. Лавриненко, изданная в феврале 1942 г.
Листовка с описанием подвига Д. Лавриненко, изданная в феврале 1942 г.
После боев под Мценском с немецкой танковой группой генерал-полковника Гудериана 4-я танковая бригада полковника М. Е. Катукова перебрасывалась под Москву на Волоколамское направление. Вечером 19 октября 1941 г. она прибыла на станцию Чисмена, что находится в 105 км от Москвы. Утром 20 октября выяснилось, что пропал один из танков бригады, а именно тридцатьчетверка командира взвода лейтенанта Дмитрия Лавриненко.
Катуков оставил танк Лавриненко по просьбе командования 50-й армии для охраны ее штаба. Командование армии обещало комбригу долго не задерживать его. Но с этого дня прошло уже четверо суток. Катуков и начальник политотдела старший батальонный комиссар И. Г. Деревянкин кинулись звонить во все концы, но следов Лавриненко найти так и не смогли Назревало ЧП.
В полдень 20 октября к штабу бригады, лязгая гусеницами, подкатила тридцатьчетверка, а вслед за ней немецкий штабной автобус. Люк башни открылся и оттуда, как ни в чем ни бывало, вылез Лавриненко, а следом за ним члены его экипажа — заряжающий рядовой Федотов и стрелок-радист сержант Борзых. За рулем штабного автобуса сидел механик-водитель старший сержант Бедный.
На Лавриненко набросился разгневанный начальник политотдела Деревянкин, требуя объяснения причин задержки неизвестно где находившихся все это время лейтенанта и членов его экипажа. Вместо ответа Лавриненко вынул из нагрудного кармана гимнастерки бумагу и подал ее начальнику политотдела. В бумаге было написано следующее:
Полковнику тов. Катукову. Командир машины Лавриненко Дмитрий Федорович был мною задержан. Ему была поставлена задача остановить прорвавшегося противника и помочь восстановить положение на фронте и в районе города Серпухова. Он эту задачу не только с честью выполнил, но и геройски проявил себя. За образцовое выполнение боевой задачи Военный совет армии всему личному составу экипажа объявил благодарность и представил к правительственной награде.
Комендант города Серпухова комбриг Фирсов.
Дело оказалось вот в чем. Штаб 50-й армии отпустил танк Лавриненко буквально вслед за ушедшей танковой бригадой. Но дорога оказалась забитой автотранспортом и, как ни торопился Лавриненко, нагнать бригаду ему не удалось.
Прибыв в Серпухов, экипаж решил побриться в парикмахерской. Только Лавриненко уселся в кресло, как внезапно в зал вбежал запыхавшийся красноармеец и сказал лейтенанту, чтобы тот срочно прибыл к коменданту города комбригу Фирсову.
Явившись к Фирсову, Лавриненко узнал, что по шоссе из Малоярославца на Серпухов идет немецкая колонна численностью до батальона. Никаких сил для обороны города у коменданта под рукой не было. Части для обороны Серпухова должны были вот-вот подойти, а до этого вся надежда у Фирсова оставалась на один-единственный танк Лавриненко.
В роще, у Высокиничей, Т-34 Лавриненко стал в засаду. Дорога в обе стороны просматривалась хорошо.
Через несколько минут на шоссе показалась немецкая колонна. Впереди тарахтели мотоциклы, потом шла штабная машина, три грузовика с пехотой и противотанковыми орудиями. Немцы вели себя крайне самоуверенно и не выслали вперед разведку.
Подпустив колонну на 150 метров, Лавриненко расстрелял колонну в упор. Два орудия были сразу же разбиты, третье немецкие артиллеристы пытались развернуть, но танк Лавриненко выскочил на шоссе и врезался в грузовики с пехотой, а затем раздавил орудие. Вскоре подошла пехотная часть и добила ошеломленного и растерянного противника.
Экипаж Лавриненко сдал коменданту Серпухова 13 автоматов, 6 минометов, 10 мотоциклов с колясками и противотанковое орудие с полным боекомплектом Штабную машину Фирсов разрешил забрать в бригаду. Ее-то своим ходом и вел пересевший из тридцатьчетверки механик-водитель Бедный. В автобусе оказались важные документы и карты, которые Катуков немедленно отправил в Москву.
Дмитрий Федорович Лавриненко родился 10 сентября 1914 г. в станице Бесстрашной на Кубани. В семь лет пошел в школу. В 1931 г. Дмитрий окончил школу крестьянской молодежи в станице Вознесенской, после чего был послан на трехмесячные педагогические курсы. После их окончания работал учителем в начальной школе хутора Сладкого. Тогда Лавриненко едва исполнилось 17 лет.
В 1934 г., за два года до призыва, Лавриненко подал заявление о своем желании служить в рядах Красной Армии Год Дмитрий прослужил в кавалерии, а затем был зачислен в танковую школу в Ульяновске.
Окончив ее в мае 1938 г., Лавриненко получил звание младшего лейтенанта. В этом звании он участвовал в «освободительном» походе в Западную Украину, а в июне 1940 г. в походе в Бессарабию.
Начало Великой Отечественной войны лейтенант Дмитрий Лавриненко встретил у самой границы в должности командира взвода 15-й танковой дивизии, которая дислоцировалась в городе Станиславе, на территории Западной Украины.
Отличиться в первых боях с немцами Лавриненко не удалось. Однако во время отступления Дмитрий проявил характер и наотрез отказался уничтожить свой неисправный танк, как это делали другие экипажи, чтобы не стеснять движение пятившихся на восток войск. Лавриненко добился своего, и его танк каким-то чудом следовал за отступавшими частями 15-й танковой дивизии. Только после того, как оставшийся личный состав дивизии был отправлен на переформирование, Лавриненко сдал свою неисправную машину в ремонт.
Впервые Лавриненко отличился в сражении под Мценском, когда 4-я танковая бригада полковника М. Е. Катукова отражала яростные атаки 2-й немецкой танковой группой генерал-полковника Гейнца Гудериана.
6 октября 1941 г. во время боя в районе села Первый Воин танковая группа лейтенанта Лавриненко, состоявшая из четырех танков Т-34, решительно атаковала колонну немецких танков, втянувшихся в лощину для уничтожения мотострелкового батальона бригады. Атака группы Лавриненко оказалась весьма своевременной, так как гудериановские танки, окружив пехоту, начали расстреливать ее из пулеметов и давить гусеницами. Избегая подхода на излишне близкую дистанцию, Т-34 открыли огонь по танкам противника. Постоянно меняя огневые позиции, появляясь в различных местах, четыре тридцатьчетверки производили на немцев впечатление действий большой танковой группы. В этом бою экипаж лейтенанта Лавриненко уничтожил 4 немецких танка, экипаж старшего сержанта Антонова – 7 танков и 2 ПТО, экипаж сержанта Капотова – 1 танк, экипаж младшего лейтенанта Полянского – 3 танка и 4 мотоцикла. Взвод же Лавриненко потерь не имел. Бой был проведен быстро, мотострелковый батальон был спасен.
9 октября в бою у деревни Шеино Лавриненко удалось одному отразить атаку 10 немецких танков. Используя проверенную в деле тактику танковых засад и постоянно меняя позицию, экипаж Лавриненко сорвал танковую атаку противника и при этом сжег один немецкий танк.
К 11 октября на счету Лавриненко имелось уже 7 танков, 1 ПТО и до двух взводов уничтоженной немецкой пехоты.
Вновь отличился Лавриненко уже в боях на Волоколамском направлении. К тому времени 4-я танковая бригада постановлением ГКО была переименована в 1-ю гвардейскую.
17 ноября 1941 г. недалеко от села Лысцево танковая группа под командованием уже старшего лейтенанта Лавриненко, состоявшая из трех танков Т-34 и трех танков БТ-7, вступила в бой с 18 немецкими танками. В этом бою немцам удалось поджечь два БТ и повредить две тридцатьчетверки, но и сами они потеряли в этой схватке 7 танков. Танк Лавриненко в этом бою повреждений не имел, и вскоре остатки его танковой группы заняли село Лысцево. Вслед за танками Лавриненко село занял стрелковый полк.
Однако, пока группа Лавриненко вела бой за Лысцево, немцы, занявшие на следующий день деревню Шишкине, осуществили прорыв на правом фланге панфиловской дивизии и, развивая успех, вышли в тыл тому самому стрелковому полку, с которым взаимодействовал Лавриненко. Более того, таким глубоким маневром немцы могли окружить другие Части панфиловской дивизии Из коротких переговоров со штабом генерала Панфилова Лавриненко узнал, что танковая колонна противника уже движется в тылу боевых порядков дивизии.
Оставался единственный выход из создавшегося положения: применить испытанный в боях верный способ — бить противника из засады.
Лавриненко скрытно вывел свой Т-34 навстречу немецкой танковой колонне и вблизи шоссе, идущего на Шишкине, поставил свой танк в засаду. Правда, на этот раз позицию, которую занял танк Дмитрия, трудно было назвать засадой, так как удобных укрытий нигде не было. Выручило лишь то, что выкрашенный белилами танк Лавриненко в заснеженном поле был почти незаметен и в первые минуты боя в наиболее выгодном положении оказались советские танкисты.
Вскоре немецкая колонна, состоявшая из 18 танков, выползла на дорогу. Соотношение сил было далеко не в пользу Лавриненко. Но раздумывать некогда — тридцатьчетверка открыла огонь. Лавриненко ударил по бортам головных немецких танков, перенес огонь на замыкающие, а затем, не давая противнику опомниться, дал несколько пушечных выстрелов по центру колонны. Шесть немецких танков уничтожил экипаж Лавриненко, а сам незаметно, опять же прикрываясь складками местности, ускользнул от преследования.
Ускользнул невредимый. Так один танк Лавриненко застопорил дальнейшее продвижение колонны немецких танков.
19 ноября 1941 г. в деревне Гусенево старший лейтенант Лавриненко был свидетелем гибели командира 316-й стрелковой дивизии генерала И. В. Панфилова. Его танк находился как раз неподалеку от КП Панфилова.
В этот момент на шоссе у села появилось 8 немецких танков. Экипаж Лавриненко моментально занял свои места в машине и тридцатьчетверка на максимальной скорости помчалась навстречу немецким танкам. Перед самой колонной она резко свернула в сторону и застыла на месте. Тотчас раздались выстрелы. Лавриненко бил в упор, с близкого расстояния. Заряжающий Федотов едва успевал подавать снаряды. Первым же выстрелом был уничтожен головной танк. Остальные встали. Это помогло Лавриненко стрелять без промаха. Семью снарядами он уничтожил семь танков. На восьмом выстреле заело спусковой механизм орудия, и последнему немецкому танку удалось скрыться.
Не успели танкисты остыть от этой схватки, как на шоссе появилось еще 10 немецких танков. На этот раз Лавриненко выстрелить не успел: болванка пробила борт его тридцатьчетверки. Механик-водитель Бедный был убит. Стрелок-радист Шаров был смертельно ранен осколком в живот. Лавриненко с Федотовым с трудом вытащили его через люк башни. Но Шаров тут же скончался. Бедного вынести не удалось: в пылающей машине начали рваться снаряды.
К 5 декабря 1941 г., когда Лавриненко был представлен к званию Героя Советского Союза, на его счету было 47 уничтоженных немецких танков. Однако, Лавриненко почему-то наградили только орденом Ленина. Правда, к тому времени его уже не было в живых.
Свой последний танк Лавриненко уничтожил в боях на подступах к Волоколамску 18 декабря 1941 г. Его передовой отряд прорвался в район Гряды-Чисмены и застиг немцев врасплох. Не ожидая подхода главных сил, Лавриненко решил атаковать село Покровское.
Но противник опомнился, пропустил группу Лавриненко вперед и, подтянув 10 танков и ПТО, стал продвигаться к деревне Горюны, чтобы отрезать передовой отряд от основных сил бригады. Обнаружив у себя в тылу движение немецких танков, Лавриненко развернул свою роту и повел ее в атаку на Горюны.
Как раз в этот момент к Горюнам подошли и главные силы подвижной группы Катукова. В итоге немцы сами попали в клещи. Разгром им был учинен полный. В этом бою Лавриненко уничтожил свой 52-й немецкий танк, 2 ПТО и до полусотни немецких солдат.
Потерпев неудачу, противник обрушил на Горюны шквальный огонь из тяжелых минометов. В это время полковник Н. А. Чернояров, командир 17-й танковой бригады, также входившей в состав подвижной группы Катукова, вызвал Лавриненко к себе для уточнения и увязки дальнейших действий. Доложив полковнику обстановку и получив приказ двигаться вперед, Лавриненко направился к своему танку. Но, не дойдя до него нескольких шагов, вдруг упал в снег. Маленький осколок мины оборвал жизнь самого результативного танкиста Красной Армии.
Старший лейтенант Дмитрий Федорович Лавриненко был похоронен около шоссе, между Покровским и Горюнами. Сейчас его могила находится между деревней Деньково и станцией Долгоруково.
Провоевал Лавриненко недолго — не прошло и шести месяцев с первого его боя на границе до гибели под Москвой. Он участвовал в 28 ожесточенных схватках и всегда выходил победителем. Трижды горел в танке. В бою действовал на редкость активно и находчиво. Даже находясь в обороне, Лавриненко не ждал противника, а искал его, применяя самые эффективные способы ведения боя. Результат — 52 уничтоженных танка.
Конечно, в настоящее время известны имена более результативных танковых асов. По сравнению с такими асами как Виттман, Кариус и другими, количество танков, уничтоженных Лавриненко, невелико.
Почти все немецкие танковые асы прошли всю войну, от начала до конца. Поэтому их результаты столь значительны, что вызывают восторг и удивление у тех, кто интересуется бронетехникой и историей 2-й Мировой войны.
Однако Лавриненко уничтожил свои танки в самые критические и трагические дни 1941 г. Не стоит забывать и тот факт, что Лавриненко уничтожил свои 52 танка всего за 2,5 месяца ожесточенных боев! Его результат мог быть значительно выше, если бы осколок мины не убил старшего лейтенанта.
Следует отметить, что Лавриненко воевал на танках Т-34/76 образца 1941 г., у которых (как впрочем, и на всех модификациях танков Т-34 с 76-мм пушкой) функции командира и наводчика выполняло одно лицо — сам командир танка. Как известно, и на «тиграх», и на «пантерах» командир танка только командовал боевой машиной, а отдельный член экипажа — наводчик — вел огонь из орудия. Командир же помогал наводчику, что позволяло наиболее успешно бороться с танками противника.
Также известно, что приборы наблюдения и круговой обзор у Т-34 образца 1941 года был значительно хуже, чем у более современных «Тигров» и «Пантер». Да и в башне первых тридцатьчетверок было крайне тесно.
Заканчивая рассказ о Дмитрии Лавриненко, следует напомнить еще об одном факте. До 1990 года самый результативный советский танкист так и не был удостоен звания Героя Советского Союза. По иронии судьбы этим званием награждались и истинные герои, и отпетые негодяи, генсеки и престарелые маршалы. О Лавриненко знали многие, но присвоить ему звание не торопились.
Справедливость восторжествовала только 5 мая 1990 года, когда первый и последний президент Советского Союза присвоил старшему лейтенанту Дмитрию Федоровичу Лавриненко звание Героя Советского Союза (посмертно). Уж лучше поздно, чем никогда.

Литература и источники:
Фронтовая Иллюстрация. № 2. 2006. Смирнов А. Танковые асы СССР и Германии 1941 — 1945. М.: Издательство «Стратегия КМ»
Смирнов Александр. Танковый ас Дмитрий Федорович Лавриненко//Танкомастер № 3, 2002