Столица Казахстана до астаны

Решение о переносе столицы было принято 6 июля 1994 года. Далось оно совсем непросто. Глава государства неоднократно встречался с парламентариями, убеждая их в необходимости этого шага.

Как известно, Акмола не сразу была выбрана в качестве будущей столицы. Очевидцы и участники тех событий рассказывают, что рассматривалось несколько вариантов. В числе первых предлагалась Караганда. Однако расположение этого рабочего города было не очень удобным: под ним находились шахты. Историки призывали перенести столицу в Улытау (районный центр в Джезказганской области), который географически считается центром Казахстана. Но чтобы построить там столицу, нужны были, во-первых, большая вода, во-вторых, железная дорога: пути пришлось бы тянуть либо из Аркалыка, либо из Джезказгана. Да и слишком провинциален Улытау.

Также рассматривался Кокшетау, но рядом с ним курортная зона, которую нельзя портить. Кто-то предлагал Павлодар. Город хорошо развит, мимо него течет большая река. Однако он расположен ближе к границе Казахстана, а одним из главных требований к будущей столице было то, чтобы она находилась в центре страны.

В общем, наиболее оптимальным вариантом выглядела Акмола. Там смыкаются крупные железнодорожные и автомобильные дороги, связывающие юг Казахстана с севером, восток с западом. Известно, что во времена правления Никиты Хрущева этот город (тогда еще Целиноград) рассматривался в качестве центра будущей автономной Целинной республики. А в конце 1970-х, уже при Леониде Брежневе, его собирались сделать столицей Немецкой автономной республики. И такой выбор был отнюдь не случайным: центр целинного края имел хорошую инфраструктуру. Например, под городом находилось несколько узлов телефонной связи, благодаря которым можно было связаться с любой точкой Советского Союза.

Инициатива переноса столицы независимого Казахстана исходила от Нурсултана Назарбаева, который создал под эту идею консультативный совет. В его состав вошел и первый в Казахстане профессиональный демограф ныне покойный Макаш Татимов.

– На одном из очередных заседаний совета с участием парламентариев Нурсултан Абишевич забросил пробный камень, – рассказывал он в одном из своих последних интервью. – Президент полушутя сказал, что рядом с Акмолой есть много привлекательных мест. На щучинских курортах можно отдохнуть и подлечиться, в местечке Ерментау – поохотиться на зверя, а в Кургальджино – настрелять уток. Но никто из присутствовавших не повелся на это. Писатель Иван Щеголихин открыто сказал: зачем в столь трудные времена переносить столицу? Формально, если не учитывать того, что речь шла о далеко идущих стратегических планах, он, конечно, был прав. После этого в зале наступило молчание. В перерыве президент подошел ко мне и сказал, что столь сложное решение нужно обосновать с демографической точки зрения.

Вообще, главной причиной переноса столицы была необходимость смещения центра демографической тяжести с юго-востока на северо-запад. Все остальные доводы были второстепенными, но выпячивались именно последние – это был отвлекающий маневр. Алматы, дескать, находится в опасной близости к Китаю, кроме того, здесь сейсмоопасно, возможны разрушительные селевые потоки. Для обывателя это был хороший «крючок». Если бы мы заговорили вслух об основной причине переноса, это вызвало бы шквал возмущения. Активисты таких радикальных движений, как, например, «Лад», и казачьи лидеры могли спровоцировать волну возмущения в обществе. Казахские националисты-радикалы (особенно те, что родом с юга), присоединились бы к ним. Руководствуясь чисто местными родовыми интересами, не задумываясь о больших стратегических целях, они тоже были против переноса столицы.

Подчеркну: суть заключалась не просто в демографии, а в этнодемографии. На тот момент юг страны был перенаселен представителями коренного этноса, а север, наоборот, оголен. Согласно результатам переписи 1959 года, в северных областях республики проживало мизерное количество казахов – не больше одной четверти от общей численности населения. Например, в Северо-Казахстанской области они составляли лишь 13 процентов, в Кустанайской и Акмолинской – по 19…

Я вышел «на арену» в самый последний момент. Напирая на плачевные демографические показатели, стал говорить о том, что нам надо бороться за то, чтобы Казахстан состоялся не только как суверенное государство, но и как национальное. Но какое же это национальное государство, если оно не имеет своего «лица»? Так, в год обретения независимости коренное население составляло менее 40 процентов.

Результат «хода конем», который сделал тогда президент страны, налицо. За полтора десятка лет доля казахского населения в северных и восточных регионах Казахстана выросла более чем вдвое и сегодня приблизилась к 50 процентам. Но я считаю, что даже этого недостаточно. В идеале данный показатель должен составлять не менее 60 процентов, для чего надо ускорить процесс заселения этих территорий за счет внутренней и внешней миграции. Кем они должны быть заселены в первую очередь? Оралманами, разумеется. Не стоит держать репатриантов вокруг Алматы, надо равномерно расселять их по республике.

В Монголии, к примеру, сейчас проживают сто тысяч казахов. Часть их планирует вернуться на историческую родину. В демографическом плане монгольские казахи «не испорчены» – они не увлекаются абортами и не довольствуются малым количеством детей в семьях. Следовательно, это хороший потенциал, который Казахстан должен использовать для обеспечения своей демографической безопасности.

Кайрат Закирьянов, ректор Казахской академии спорта и туризма:
«Заселение севера и востока республики надо продолжать и дальше»

– Та же самая мотивация была, когда объединяли две области – Семипалатинскую, чисто казахскую, и Восточно-Казахстанскую с ее преимущественно русским населением. Когда Усть-Каменогорск сделали областным центром, конечно, было много недовольных. Якобы отдав предпочтение этому городу, ущемили интересы коренной нации.

Но вот началась заваруха в Крыму, и пошли разговоры о том, что следующим может быть Казахстан, причем имелся в виду восток республики. В самом деле, когда я работал в середине 1990-х заместителем акима ВКО, местное казачество не раз ставило вопрос об отделении Восточного Казахстана. Один осужденный атаман из Усть-Каменогорска написал в своих мемуарах, что они намеревались захватить большинство мест в областном маслихате, чтобы потом проголосовать за присоединение области к России. Но если сегодня провести референдум на эту тему в объединенной Восточно-Казахстанской области, то вряд ли такое произойдет: сейчас 60 с лишним процентов населения ВКО составляют казахи.

Эту практику – обустройство севера и востока – нужно продолжать и дальше. Может быть, даже принять целую программу по строительству капитальных домов на приграничных территориях. На мой взгляд, именно этот вопрос должен был обсуждаться на недавно прошедшем Всемирном курултае казахов. Если приграничные районы застроить хорошими домами и заселить их оралманами, то это может стать окончательным решением проблемы.

Приведу пример. Год назад я был во Внутренней Монголии в тогда еще городе-призраке Ордос. Во времена тюркского каганата там располагалась ставка тюркских ханов. И хотя сейчас это китайская земля, но в сознании многих название Ордос связано с тюрками. Дальновидные китайцы, чтобы избежать в будущем претензий на эту землю, возвели здесь многоэтажный город, рассчитанный на двух-трех-миллионное население. Сейчас сюда постепенно переселяют жителей из густозаселенных районов Китая. И нам тоже, думая о целостности страны, надо активно обустраивать север и восток Казахстана, заселяя его представителями коренной нации.

«МИД Казахстана направил ноту протеста Китаю» — В Министерстве иностранных дел Республики Казахстан состоялась встреча с Послом КНР в РК Чжан Сяо, в ходе которой казахстанской стороной был выражен протест по поводу статьи на китайском сайте www.sohu.com под названием «Почему Казахстан стремится вернуться в Китай». Об этом сообщили в пресс-службе МИД РК, передает Kazpravda.kz.

Послу Китая было отмечено, что публикация подобного содержания не соответствует духу вечного всестороннего стратегического партнерства, отраженного в Совместном заявлении Республики Казахстан и Китайской Народной Республики, подписанном Главами государств 11 сентября 2019 года.

Стороны договорились тесно взаимодействовать в области распространения информации и СМИ. Также Посольством РК в Пекине направлена соответствующая нота в МИД КНР, добавили во внешнеполитическом ведомстве.

Газиз АБИШЕВ – «Казахстанское «нет» на китайские притязания» — Казахстанский МИД отправил в Пекин дипломатическую ноту и вызвал на ковёр китайского посла. Всему виной очередная статья на популярной китайской блог-платформе, рассуждающая о перспективах присоединения Казахстана к КНР.

Почему же Казахстан столь резко отреагировал на дилетантский материал на какой-то блог-платформе?

В общем, проблема в том, что в китайском информационном пространстве распространяются месседжи, что территория Казахстана частично или полностью принадлежит Китаю, и что казахстанцы, частично или полностью, мечтают вернуться под крыло Поднебесной империи. Это ведь информационная война, в которой оружием становятся исторические интерпретации…

Другими словами, возникает подозрение, что кто-то внутри китайского политического класса продвигает повестку «углубленной интеграции» Казахстана с Китаем, не исключая политическую интеграцию, что, учитывая соотношение двух стран, представляется односторонним поглощением. Для Казахстана это, естественно, неприемлемо. И Казахстан не намерен пропускать такие месседжи. Казахстанские дипломаты понимают, что это проверка и реагируют соответственно: no passaran, уважаемые китайские товарищи, ни пяди земли не отдадим, даже не заикайтесь.

Виктория ПАНФИЛОВА – «Казахстан обнаружил в Китае угрозу своим землям» — МИД Республики Казахстан (РК) выразил протест Пекину по поводу опубликованной на одном из китайских ресурсов статьи с провокационным названием, в которой утверждается, что современный Казахстан занимает территорию, исторически принадлежавшую Китаю. Нур-Султан расценил публикацию как угрозу территориальной целостности страны. Нота протеста вручена послу Китая в Казахстане. Протест адресован и напрямую руководству Китайской Народной Республики.

Кстати, аналогичные публикации почему-то участились, считают в Нур-Султане — «Это не первый случай, когда появляются такие провокационные материалы с акцентом на какие-то неизвестные исторические документы либо на псевдоисторическую информацию, где акцент делается на том, что в свое время часть казахстанской территории контролировалась Китаем либо принадлежала Китаю. Если такие публикации появляются в СМИ государства, где традиционно контроль за медийным полем очень жесткий, то возникает вопрос: нет ли здесь целенаправленной политики определенных сил в Китае создавать ажиотажные настроения внутри Китая с претензиями к другим странам? Если это происходит случайно, что сомнительно, то почему на уровне руководства страны не делается жестких заявлений по этому поводу? Один случай – это случай, второй случай – это совпадение, а третий – тенденция», – сказал «НГ» директор Группы оценки рисков Досым САТПАЕВ.

По мнению политолога, это довольно настораживающий и неприятный момент, способный усилить антикитайские настроения, которые в Казахстане и так достаточно заметны.

Китайский аналитик Шэн СИЮ полагает, что казахстанскому МИДу надо поменьше обращать внимания на отдельные публикации в китайской прессе. «Не нужно верить, что вся пресса контролируется ЦК КПК (Центральным комитетом Компартии Китая. – «НГ»). Да, в китайском сегменте интернета периодически появляются такие публикации, но без подсказки партийных органов. Я понимаю болезненное отношение в Казахстане к этой теме, но есть ряд государственных договоров, согласно которым граница проведена, граница остается неизменной, и официальных заявлений Пекина на этот счет нет. Так что проблема надуманная. Хотя, с другой стороны, я искренне рад, что в МИД Казахстана нет более важных задач, чем обращать внимание на такие публикации. В целом же было бы неплохо принести Пекину извинения за волну синофобии, которую мы наблюдали в Казахстане в последнее время», – сказал «НГ» Шэн Сию.

Тагир БАИРОВ – «Почему в Поднебесной решили, что «Казахстан стремится вернуться в Китай»?» — Казахстанский политолог и бывший дипломат Казбек БЕЙСЕБАЕВ так отреагировал на возможные территориальные претензии: «Эта тема не нова, еще во времена СССР, когда были напряженными советско-китайские отношения, Китай считал территории Казахстана до Балхаша своими. Это обосновывалось тем, что по мнению Китая, казахи признавали власть Империи Цин. Такие материалы и сейчас публикуются в разных китайских изданиях, но считать их официальной позицией, как было отмечено выше, нельзя».

Получается, что территориальных претензий нет, но страна уже целиком воспринимается в правящих кругах КНР как часть «китайского мира». Уже всем очевидно, что эта скандальная статья является целенаправленным вбросом, с целью проверить реакцию как казахстанских государственных чиновников, так и населения, а также является намеком на то, что страна уже находится в сфере влияния Поднебесной.

То есть, можно ответственно сказать, что материальная почва для таких публикаций уже создана тем, что Казахстан должен более 20 миллиардов долларов КНР, а доля китайских государственных добывающих корпораций в добыче нефти составляет 22%. Это цена переноса производства и громадных инвестиционных проектов, в которых массово участвуют китайские специалисты.

Вывод напрашивается сам собой, Китай уже считает Казахстан своей вотчиной, в отношении которого проводит массированную экспансию капитала. Это также прямой результат проводимой безоглядной и многолетней «многовекторной» политики, на деле означающей предоставление наших ресурсов, земель, рабочей силы китайским и западным компаниям на кабальных условиях по засекреченным контрактам по недропользованию.

«Стоит ли верить гневу Нурсултана?» — Как сказал «Правде.Ру» директор международных программ Института национальной стратегии Юрий СОЛОЗОБОВ — Китай — это очень управляемая страна, поэтому ни одно высказывание, тем более на официальном сайте, отвечающем за международную политику, случайно не появляется.

Значит, «это чья-то директива, пробный шар, одобрено на самом верху, и именно так это было расценено казахстанскими дипломатами».

Но, отметил он, казахам в Китае разрешена национально-культурная автономия (как и русским), поэтому «претензия на управление Казахстаном как бывшими территориями Поднебесной прослеживается в историческом и политическом дискурсе Китая».

«Конечно, это возмущает и казахстанское руководство, и самое главное, на бытовом уровне простых граждан. В Казахстане очень большая синофобия. Был массовый протест против возможной передачи земель китайским компаниям, засилья их предприятий. И эту чувствительность низов верхи Казахстана не могут игнорировать», — отметил эксперт.

«Китай почувствовал, что он справился с первой волной эпидемии коронавируса, он стал более собранным и стал вести себя более агрессивно и внутри страны, и на международной арене. Почти военная мобилизация Китая, которая произошла в момент чрезвычайного положения с коронавирусом, теперь сказывается на международной ситуации. Так что со временем мы увидим более агрессивное лицо нашего восточного соседа», — резюмировал Юрий Солозобов.

«Демпартия «Ак жол» поддержала ноту МИД РК по поводу публикаций в китайских СМИ, а также направила соответствующие обращения руководству ЦК Компартии Китая и послу КНР в Казахстане» — «Демократическая партия Казахстана «Ак жол» выражает свое возмущение по поводу недавних провокационных публикаций в китайских СМИ и присоединяется к соответствующей ноте Министерства иностранных дел Республики Казахстан», – говорится в официальном письме на имя Заведующего Международным отделом ЦК КПК Сун ТАО и Посла КНР в Казахстане Чжан СЯО.

Как сообщают открытые источники, в соседней стране наблюдается рост публикаций, выражающих претензии на территорию Республики Казахстан и ее Независимость. Так, 28 марта т.г. в популярной китайской соцсети WeChat была размещена статья «Когда Казахстан вернется в состав Китая»; 8 апреля на сайте крупнейшей китайской интернет-платформы www.sohu.com размещен материал «Почему Казахстан стремится вернуться в Китай».

«Мы считаем недопустимыми подобные измышления. Смею заверить, что Независимость и национальная государственность Республики Казахстан являются высшей ценностью для Демократической партии «Ак жол» и миллионов граждан нашей страны. Считаем, что высказывания, подобные указанным публикациям, наносят огромный вред отношениям добрососедства и доверия между нашими народами», – отмечается в обращении Азата ПЕРУАШЕВА.

***

Акмолинск, Целиноград, Астана: история переименований города

Официальное предложение о новом названии города — Нұр-Сұлтан — было одобрено накануне на внеочередной сессии маслихата Астаны. Tengrinews.kz предлагает вспомнить, сколько раз город менял свое название.

Продолжение

Бозок

Как пишет портал E-history, в своей книге «В сердце Евразии» Нурсултан Назарбаев отметил, что нынешняя столица Казахстана возникла не на пустом месте, а на территории, обжитой человеком еще в глубокой древности. Это подтверждается недавним открытием средневекового городища Бозок, который на протяжении ряда веков был политическим и духовным центром Сары-Арки — великой и бескрайней степи, раскинувшейся на тысячи километров в центре материка, называемого Евразией.

Средневековое городище Бозок, находящееся в пяти километрах от Астаны, является тысячелетним предшественником казахстанской столицы.

Акмолинск

В 30-х годах XIX века в степях Казахстана на месте селения Акмола возник город Акмолинск. Его население насчитывало немногим более двух тысяч человек. Однако за следующие 30 лет население города возросло в три раза. Как сообщается в открытых источниках, Акмолинск получил статус города в 1862 году.

Фото с postcard.mycollection.kz

Город сначала был основан как казачий форпост (военное укрепление. — Прим. автора). Сообщается, что форпост был построен на берегу Ишима, где сейчас расположен стадион на улице Кенесары. Он был расположен на островке в заболоченной местности, куда проход был затруднен. В советское время большое влияние на хозяйственное развитие города оказала железная дорога на Карталы, построенная в 1931-1936 годах.

Целиноград

Новый этап в жизни города начался в 60-х годах ХХ века: в декабре 1960 года город со стотысячным населением становится центром целины северного Казахстана. 20 марта 1961 года Акмолинск был переименован в Целиноград как центр всесоюзного освоения североказахстанской и южносибирской целины. Он имел всесоюзное значение в обеспечении страны зерном. Город носил это название до 1992 года.

Фото из группы в Facebook.com/Целиноград и целиноградцы

В Целинограде действовали два крупнейших в Казахстане завода — «Целинсельмаш»и «Казахсельмаш». В 1961-1962 годах на свободных землях на юго-востоке города были созданы новые жилые районы, застроенные многоэтажными домами по типовым проектам. Именно в Целинограде появились знаковые здания: Дворец целинников — ныне перестроен в «Конгресс-холл», Дом молодежи — сейчас дворец «Жастар», гостиница «Ишим»(гостиница «Гранд Парк Есиль»).

Акмола

С 1992 по 1997 год город назывался Акмолой. 6 июля 1992 года город переименован по историческому названию — в Акмолу. По одной из версий, название сложилось после того, как местность стала центром проведения торговых ярмарок, где продавалось значительное количество молочных товаров (кумыс, шубат и так далее), что придало названию местности значение — Ак мол — «белое изобилие».

6 июля 1994 года было принято постановление Верховного Совета Казахстана о переносе столицы из Алматы в Акмолу. 10 декабря 1997 года Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев принял окончательное решение о переносе столицы. Международное представление Акмолы в качестве новой столицы состоялось 10 июня 1998 года.

Астана

6 мая 1998 года указом Президента Казахстана город Акмола был переименован в город Астана. Астана — в переводе с казахского — «столица», «столичный». Позднее День Астаны был перенесен на 6 июля, так как именно в этот день Верховный Совет Казахстана принял постановление о переносе столицы страны.

После обретения столичного статуса город стал вторым по величине в Казахстане, в нем реализуется множество современных архитектурно-градостроительных проектов. Численность населения возросла с 270 тысяч человек в 1996 до 700 тысяч в 2011 году, а территория города значительно расширена до площади более 700 квадратных километров за счет сооружения нового административно-делового центра и других кварталов рядом. Статуса миллионника город достиг в июне 2017 года, когда население составило 1 002 874 жителя.

Нұр-Сұлтан

20 марта 2019 года новый президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев в своей инаугурационной речи после принятия президентской присяги предложил переименовать столицу страны Астану в Нурсултан в честь первого президента Нурсултана Назарбаева. Предложение было поддержано Парламентом, а затем и депутатами городского маслихата.

«В соответствии с Конституцией Республики Казахстан правительством внесено предложение Президенту республики о проведении республиканского референдума для внесения поправки в Конституцию об изменении названия Астаны. Президентом принято решение направить данное предложение на рассмотрение Парламента без вынесения на референдум. Конституционным Советом представлено положительное заключение по данному вопросу», — заявил в ходе совместного заседания палат Парламента Нурлан Нигматулин.

История переименований столицы Казахстана. Как Акмолинск превратился в Нур-Султан

Городище Бозок / Фото с сайта ruh.kz

Бозок (VIII-XVIII века)

Археолог Кемаль Акишев в 1998 году нашёл древнее городище в пяти км от столицы Казахстана. Изначально он хотел назвать его Акжол. Но потом в письменных источниках по истории тюрков-огузов обнаружил топоним Бузукты, сохранившийся в названии озера. Поэтому городище назвали Бузук.

Как сообщает портал e-history.kz, в процессе обсуждения смысла, вложенного в название местности, Первый Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев и Кемаль Акишев пришли к мнению, что название Бозок (Светлая стрела) будет лучшим.

Акмолинск (1832-1961 годы)

После включения казахских земель в состав Российской империи Николай I в 1832 году санкционировал открытие Акмолинского округа. Он получил название «по имени знатнейшего урочища на занимаемых оным землях».

Центр Акмолинска / Фото с сайта pkzsk.info

Крепость основал русский полковник Фёдор Шубин для защиты южных границ казахских степей от джунгар. В 1862 году селение Акмола получило статус города.

Население Акмолинска насчитывало немногим более 2000 человек. История происхождения названия имеет несколько объяснений. Наиболее интересным является буквальный перевод слова «Акмола» – «белая могила». В то время через Акмолу шли караванные пути, и зачастую джунгары совершали набеги. К 1915 году в населённом пункте, возникшем на месте крепости, проживало около 19 тысяч человек.

Целиноград (1961-1992 годы)

В 1961 году город со стотысячным населением был переименован в Целиноград – как центр всесоюзного освоения целины. Постановлением Пленума ЦК КПСС «О дальнейшем увеличении производства зерна в стране и об освоении целинных и залежных земель» было решено освоить в Казахстане 1,3 млн га земли. В город эшелонами прибывала молодёжь, в это же время начались масштабные строительные работы.

Символ целины трактор К-700 / Фото с сайта pkzsk.info

Акмола (1992-1998 годы)

В 1992 году городу возвращают название Акмола. Его население составляло около 300 тысяч человек.

«Без учёта мнения населения и местных органов была упразднена существовавшая с 14 октября 1939 года Акмолинская область и восстановлена в прежних границах под наименованием Целиноградская область, а город Акмолинск, существовавший с 1832 года, переименован в город Целиноград», – говорится в постановлении председателя Верховного Совета РК Серикболсына Абдильдина.

В документе указывается, что для восстановления исторических наименований президиум Верховного Совета РК отменил указ президиума Верховного Совета Казахской ССР от 20 марта 1961 года «О переименовании города Акмолинска Целинного края в город Целиноград» и восстановил прежнее название населённого пункта.

Ещё спустя два года, 6 июля 1994 года, Нурсултан Назарбаев принял решение о переносе столицы из Алматы в Акмолу.

«Уже в 1992 году, во время одной из своих рабочих поездок в Акмолу у меня возникла мысль о переносе столицы. Проект новой столицы Казахстана появился неслучайно. С обретением независимости возникла новая государственная реальность, которая требовала адекватных форм», – пишет Нурсултан Назарбаев в своей книге «Эра независимости».

Он учитывал географические, природно-климатические, социально-экономические, военно-стратегические факторы, а также перспективы транспортной и инженерной инфраструктуры, возможности строительного, демографического, научного и культурного роста.

Комплексный анализ вывел в конечном счёте на первое место Акмолу. Город выгодно отличался и от Алматы, и от прочих городов-кандидатов. Удачным было географическое положение Акмолы, располагавшейся на пересечении крупных транспортных артерий.

«Перенос столицы на новое место должен был способствовать обновлению политико-административной элиты страны. Приход во власть молодой политической бюрократии, не обременённой прежними стереотипами, неизбежно придал бы мощный импульс развитию обновлённой системы государственного и административного управления во всей республике», – отметил Первый Президент.

Первым из госучреждений переехало Министерство транспорта. В городе начался строительный бум, резко подскочили цены на жильё. Если в марте-апреле 1997 года, по данным областного управления по оценке и регистрации недвижимости, средняя цена за квадратный метр составляла 150 долларов, то в июле уже она уже достигла 250-300 долларов.

Астана (1998-2019 годы)

6 мая 1998 года Нурсултан Назарбаев подписал указ о переименовании Акмолы в Астану. При этом учли ходатайства местных исполнительных и представительных органов, пожелания общественности города и заключение Государственной ономастической комиссии при Правительстве.

Перенос столицы – 20 лет спустя. Как менялась Астана

«Помню, как в 1998 году по дороге из аэропорта я предложил назвать столицу «Астана». Вечером в резиденции разговор продолжился. Аргументы за «Астану» я привёл весомые: слово имеет чётко фиксированный смысл, оно означает «столица»; во-вторых, оно не обременено какими бы то ни было негативными политическими или историческими интерпретациями; в-третьих, оно точно отражает функции города, благозвучно как на государственном, так и на других языках, и, наконец, оно может стать символом города во время презентации столицы, которая войдёт в мировой список главных городов государств уже с новым именем», – вспоминает Нурсултан Назарбаев в книге «Эра независимости».

В ноябре 2016 года впервые поступило предложение мажилисмена Куаныша Султанова о переименовании Астаны в честь первого президента. Он тогда возразил, что Астана – это бренд.

Нур-Султан (2019 год)

20 марта, когда Касым-Жомарт Токаев вступил в должность президента, одним из первых его предложений было переименовать Астану в Нурсултан.

«Считаю необходимым увековечить имя нашего великого современника следующим образом. Наша столица должна носить имя нашего Президента и называться Нурсултан», – сказал он на инаугурации.

Касым-Жомарт Токаев вступает в должность президента / Фото Informburo.kz

Этот вопрос в тот же день обсудили на совместном заседании палат Парламента, и все депутаты в первом чтении единогласно поддержали переименование столицы Казахстана.

Депутаты столичного маслихата на внеочередной сессии единогласно поддержали инициативу по переименованию Астаны, но предложили новый вариант: «Нур-Султан».

«К нам поступают письма от жителей города в поддержку этой инициативы. Сегодня в социальных сетях мне пришло письмо. Один из жителей столицы написал, что новое название столицы станет началом новых побед города. Он так и сказал: «Сильное имя Нурсултан». Недаром у казахов говорят: «Ардақты есім – аспаннан да асқақ» («Почётное имя – выше небес»)», – сказал аким Астаны Бахыт Султанов.

Он заключил, что переименование Астаны в честь Нурсултана Назарбаева подчеркнёт величие его политической мудрости и исторической миссии для всех будущих поколений казахстанцев.

То, что столица РК носит название «Астана», было прописано в Конституции, поэтому нужно было внести поправки в основной закон страны.

«В соответствии с Конституцией Правительство внесло предложение президенту Казахстана провести республиканский референдум для внесения поправки в Конституцию. Президент принял решение направить предложение на рассмотрение Парламента без вынесения на референдум. Конституционный совет дал положительное заключение по этому вопросу», – сообщил спикер Мажилиса Нурлан Нигматулин.

В этот же день Парламент Казахстана принял законодательные поправки в Конституцию относительно переименования Астаны.

Маслихат и городская ономастическая комиссия одобрили предложение о переименовании город, как и республиканская ономастическая комиссия. Аким столицы Бахыт Султанов пояснил, что жителей города Нур-Султан будут по-прежнему называть «астанчанами».

23 марта Конституционный совет РК рассмотрел обращение Касым-Жомарта Токаева о переименовании столицы. Совет решил, что замена слова «Астана» на «Нур-Султан» связана с признанием исторической роли и увековечиванием заслуг Первого Президента Республики Казахстан перед народом. Она не затрагивает вопросы независимости государства, территориальной целостности, формы её правления, а также основополагающие принципы деятельности Республики, заложенные основателем независимого Казахстана, Первым Президентом Республики Казахстан – Елбасы, и не противоречит Конституции.

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев 23 марта подписал закон, заменяющий в Конституции Астану на «Нур-Султан».

Кызылординские вести

7 октября 1997 года, выступая на совещании руководителей министерств, ведомств, а также строителей, я еще раз акцентировал внимание на том, что никаких сбоев с обеспечением Акмолы электричеством, водой и т.п. быть не должно. Никто не верил, что мы в такие сроки сумеем подготовить Акмолу к переезду государственных органов, но мы это сделали.
20 октября 1997 года вышел мой указ «Об объявлении города Акмолы столицей Республики Казахстан». В нем говорилось, что с 10 декабря 1997 года город Акмола становится столицей Республики Казахстан, а официальная презентация столицы состоится 10 июня 1998 года.
Выступая тогда в Парламенте, я отмечал, что все строительные работы закончены в рекордно короткие сроки. Посудите сами: решение о реконструкции Акмолы было принято в октябре 1996 года, в феврале работы были начаты, а к октябрю 1997 года осталось провести коммуникации и электричество.
Думаю, у наших потомков не будет повода упрекать нас в неверном решении. Алматы по-прежнему останется крупнейшим городом страны. А наличие двух мощных центров только увеличит экономический потенциал республики. Примеров существования двух столиц в мире много. Это Анкара и Стамбул, Москва и Санкт-Петербург, Карачи и Исламабад, Рио-де-Жанейро и Бразилия, Мельбурн и Камберра, Оттава и Торонто, Вашингтон и Нью-Йорк. В этом ряду, я думаю, мы будем не первые и не последние.
8 ноября 1997 года в Акмолу прибыли эталоны государственных символов Казахстана. Акмола обрела исключительное положение, став хранителем Государственного Флага и Герба, а также Президентского штандарта. Помню, это событие взволновало меня особенно. Потому что все-таки, если отвлечься от чисто экономических и геополитических объяснений и выкладок, есть в столице что-то сакральное, что-то знаковое, что чувствуется всеми людьми.
И наши потомки прочувствуют это также. А может быть они, не отягощенные старыми образами и старой памятью, воспримут нашу новую столицу гораздо глубже. Не просто как символ обновления. Не только как рубеж начала нового периода. Астана – это город-знак, знак мечты, воплощенной в реальность. Много десятилетий идея свободы и независимости обитала в этих степях, обретала силу в людях, преданных своей земле. И вот – свершилось. В бескрайних степях Казахстана, существовавших века и тысячелетия, теперь будут приниматься государственные решения. Мы с нуля строили столицу. Через сердце пропустили все проблемы, связанные с ее переносом. Это была мечта. Теперь это — чудесный город, гордость и сердце Казахстана.
С утверждением новой столицы мы поставили не точку, а многоточие. Мы ожидали, что с переездом столицы не только оживится жизнь регионов, но также данный факт придаст динамизм рыночным преобразованиям, послужит развитию инфраструктуры в стране, создаст дополнительные рабочие места. В это напряженное время преобразований мы засевали то поле, которое должно было дать всходы и плоды как для нынешнего, так и для будущих поколений.
С обретением статуса столицы в биографию Акмолы вписывалась новая золотая строка. Как я говорил вначале, Акмола неоднократно, причем в переломные для республики годы, находилась в эпицентре высокозначимых общественных событий. Так было в годы освоения целины, принесшей заслуженную славу и гордость акмолинской земле, ставшей родной для тысяч и тысяч людей. Здесь также был накоплен богатейший управленческий опыт, когда Акмола была центром обширного целинного края.
Не случайно и сейчас, в это переломное для государства время, наши взоры вновь были обращены к Акмоле. Стране нужен был патриотический порыв, нужен подвиг сродни целинному. Только он был связан с новыми реалиями — укреплением независимости, построением государственности, углублением социально-экономических и политических преобразований. И мы были убеждены, что переезд столицы в Акмолу во многом будет способствовать достижению этих целей.
Мечтая о том, чтобы столица росла и развивалась, я часто забывал о времени. Вспоминая первые месяцы строительства, я думаю о тех людях, которые стали моими единомышленниками. Огромное число людей. Хочу выразить огромную благодарность всем тем, кто был в те дни рядом со мной, кто поддерживал меня в моем решении, кто также, как и я, болел за новую столицу. Это Кисё Курокава, Владимир Ни, Аманжол Булекпаев, Адильбек Джаксыбеков, Николай Макиевский, Ахметжан Есимов, Фарид Галимов, Жанабек Карибжанов и многие другие.
Особо хочу отметить заслуги первого председателя Госкомиссии по переносу столицы Николая Макиевского, тогдашнего управляющего делами Владимира Ни. Они приехали в город, где вода подавалась по часам, в домах температура не превышала 10 градусов по Цельсию, негде было поесть. Город ночью темный, без освещения. Приехали и начали думать — с чего начать. Ни разу я не слышал от них неуверенности. Они верили мне. Но глазам своим — нет. Благодарен им. Также высоко ценю работу первого акима новой столицы Адильбека Джаксыбекова. В этой должности он находился в самые бурные первые шесть лет. Он родился, вырос в Акмоле, любил город и знал его. Но Алматы, куда он только что переехал, стал нравиться больше. Он внес большой вклад в становление сегодняшнего облика Астаны, проявил инициативу. Мне нравилась его работа, его уверенность. Он был моим стойким сторонником.

Сделать из ещё «советской» провинции современную столицу – задача не из лёгких. От старого, постсоветского наследия не избавишься в одночасье. Изношенные дома неудобной планировки, неразвитая инфраструктура, морально устаревшая промышленность и так далее. Строительство нового города должно быть планомерным, логичным, основанным на международном опыте в этой области и непременно учитывающим национальный менталитет.
Кроме того, чтобы внедрить новые идеи и инновационные технологии, необходимо решить кадровый вопрос – обучить и переобучить персонал. Нужно было в акмолинцах воспитать свое¬образную ответственность, лицо страны, говоря образно, ее визитную карточку. Выражая им признательность за огромную по объему и темпам подготовительную работу для приема органов госуправления, в то же время приходилось требовать от них проявления не только гостеприимства и радушия, но и особой производственной, интеллектуальной, творческой культуры. Органы всех ветвей власти должны были с первого же дня задать себе напряженный ритм деятельности, соответствующий высокому государственному предназначению.
Отныне в центре огромной страны будут приниматься решения, судьбоносные для народа. Здесь теперь бьется сердце нашей Родины. Отсюда Казахстан будет определять свою историческую судьбу в преддверии третьего тысячелетия. Выбор определен и тем, что с течением времени Астана станет одним из мощных коммуникационных центров Евразийского материка. Экономические, технологические, информационные потоки развивающегося евразийского пространства в ХХI веке будут протекать и через нашу новую столицу.
В драматической истории ХХ века мы впервые приняли самостоятельное решение о столице своего государства. Безвозвратно прошло то время, когда за нас определяли, где и как нам жить, с кем дружить и с кем враждовать. Возможно впервые в национальной истории мы дышали воздухом свободы без опасений за будущее своих детей. И на пороге ХХI века заявили о своем собственном выборе – новой столице под святым небом древней степи. За этим выбором не только позиция нынешнего руководства страны. За этим выбором стоят прозорливость хана Тауке и величие хана Абылая, мудрость легендарных биев и бесстрашие тех юных сердец, которые в декабре 1986 года показали всей планете, что такое национальная гордость. За этим выбором стоит воля миллионов наших соплеменников, отдавших жизни за право быть хозяевами своей судьбы.
Если насчет самого факта переноса мнения разделились, то позже в одном все были единодушны: Акмолу надо переименовать! Были разные идеи – Караоткель, Есиль, Ишим, Сары-Арка.Даже были предложения назвать по имени страны – Казахстан, были и другие предложения, в том числе — Нурсултан. Но однажды ночью меня осенило – Астана! Столица она и есть столица. На всех языках произносится и понимается четко и ясно.
В более укрупненном плане могу сказать, что переносом столицы мы начали масштабную работу по преодолению однобокого размещения производительных сил, ликвидации скрытой безработицы на юге страны из-за его перенасыщенности населением. В этом регионе естественным образом будет происходить и развитие инновационных, нау¬коемких, высокотехнологичных производств, дальнейшее расширение сельхозмашиностроения и, что особенно важно, сети перерабатывающей сельской индустрии. А это, опять-таки, новые рабочие места, эффективное использование трудовых ресурсов, повышение экономической активности всей страны.
Но помимо этих, для всех очевидных аргументов, надо было держать в поле зрения и факторы стратегического порядка.
В масштабах Центральной Азии, раскинувшейся от Афганистана до северной оконечности Западной Сибири, от Каспия до Монголии, новая столица лежит как раз в центре того перспективного района, куда могут устремиться огромные инвестиционные потоки. Будучи расположенной на перекрестке протянувшихся от тихоокеанского побережья до Европы коммуникационных линий, она может претендовать в будущем на роль крупного транзитного перевала и чутко реагировать на транспортно-коммуникационные сигналы будущего столетия.
Таким образом, все предшествующие переносы столицы республики, диктовавшиеся соображениями то «революционной», то «классовой» целесо¬образности никоим образом не учитывали интересы самого Казахстана. И то, что мы впервые в своей истории приняли решение о переносе и строительстве столицы исходя из наших национальных интересов имело огромный политический и нравственный смысл.
Вспоминая время начального строительства столицы, я всегда с теплотой вспоминаю как человека, как одного из моих сподвижников, поддержавших и сделавших очень много для Астаны, — я вспоминаю об Ишиме. Во времена СССР Ишим был обыкновенной речушкой, которой уделялось ровно столько внимания, сколько требовалось для сохранения воды, не более. Правый и левый берега были сплошь застроены дачами. А в городской черте, примыкающей к центру, благоустройство побережья было сведено к минимуму. В центре города река была заросшей камышом. Все изменилось с переносом сюда столицы. Были реконструированы русла и берега, а набережная стала излюбленным местом горожан. Глядя сейчас на набережную Ишима, нельзя и подумать, какого титанического труда стоило людям заполнить берега мелеющей реки, а под водой скрыть целую систему жизнеобеспечения города и предотвращения природных катастроф.
(Из книги Президента
Казахстана Нурсултана Назарбаева «Казахстанский путь»)