Советские войска в венгрии

Содержание

Венгрия. Страна в центре Европы. Просвещенная и демократичная. 23 октября 1956 года, то есть ровно 60 лет назад, в этой стране началось контрреволюционное восстание. По словам либеральных историков, оно было подавлено советской армией с невероятной жестокостью. Однако, эти же самые либеральные историки «забывают» упомянуть, с какой жестокостью бывшие коллаборационисты и приверженцы германского нацизма вели себя в ходе этого восстания.

Это было страшно. Коммунистов вешали на всем, что было приблизительно вертикальным. Трупы висели на улице неделю, и европейцев-венгров это устраивало. Это было чрезвычайно демократично. И очень гуманно. Вешать солдат страны, которая освободила Венгрию от нацизма.

Вообще Венгрия вся соткана из противоречий. Это страна-парадокс. Страна-оксюморон. Фактически тюркское государство в середине Европы. Вдумайтесь: накануне Второй мировой войны Венгрия была страной без выхода к морю, которую возглавлял адмирал Миклош Хорти. Еще раз если вы не поняли — АДМИРАЛ. На память приходит только Филиппе, адмирал из одноименного рассказа О. Генри, возглавлявший анчурийский флот, состоящий из одной шлюпки.

Но это сатира. А в октябре-ноябре 1956 года веселого было мало. В Венгрии, где располагался контингент советских войск, вспыхнуло вооруженное восстание. Его называют сегодня по-разному. В советской историографии — контрреволюцией, в венгерской — революцией. А по сути это был реваншистский нацисткий бунт. Германия проиграла Вторую мировую войну. А ее союзник, нацистская Венгрия, мириться с этим не захотела. Но посмотрим на ситуацию изначально.

После Потсдамской конференции в августе 1945 года сферы влияния в Европе были поделены между странами-победителями. Венгрия оказалась в советской зоне, и 4 ноября 1945 года в Венгрии были проведены всеобщие выборы. Результат был предсказуемым: 57% голосов получила Независимая партия мелких хозяев и лишь 17% — коммунисты. Сталина этот расклад не устроил категорически.

И в 1947 году коммунистическая ВПТ (Венгерская партия трудящихся) на выборах стала единственной легальной политической силой. Естественно, что советские войска стали силой, на которую опирались венгерские коммунисты в своей борьбе с оппонентами. Так, 25 февраля 1947 года советское командование арестовало популярного депутата парламента Белу Ковача, после чего он был вывезен в СССР и осуждён за шпионаж.

Замечу, не расстрелян, не уморен в лагерях, а осужден. Умер, кстати, вполне себе благополучно в своей кровати в 1959 году.

К власти пришла Венгерская партия трудящихся во главе с генсеком Матьяшом Ракоши. Однако тут же внутри партии начались склоки. Внутрипартийная борьба между сталинистами и сторонниками реформ 18 июля 1956 года привела к отставке генерального секретаря ВПТ, который был заменён на Эрнё Герё, кстати, бывшего министра госбезопасности.

А 16 октября 1956 года часть студентов университета в Сегеде организованно вышли из прокоммунистического Демократического союза молодежи. Это венгерский аналог комсомола. И возродили Союз студентов венгерских университетов и академий, существовавший после войны и разогнанный правительством. В течение нескольких дней отделения Союза появились в Пече, Мишкольце и других городах.

Я один тут вижу что-то оранжевое? Кажется, не один. Об участии британских спецагентов в событиях в Венгрии можно прочитать тонны художественных и документальных произведений. Хотя бы «Человеческий фактор» Грэма Грина.

Война, а это была реальная война, длилась две недели: с 23 ноября по 9 ноября. Это стоило Советскому Союзу 669 убитых, 1251 ранены и 51 пропавших без вести, венгерским силовикам — 53 убитых, а повстанцам — 2652 убитых и 13 000 ранены. Это, кстати, говорит нам о тактике советской армии. Не убивать. Останавливать.

А теперь, собственно, о венграх. Основой венгерской нации стал племенной союз тюркских и германских племен. Гунны. Считается, что это часть племен народности хунну, иммигрировавшего из Китая во время второй волны переселения народа.

Их предводитель — Атилла — получил среди христиан Европы имя «Бич Божий». Венгерский язык единственный в Европе, который к европейским группам отношения не имеет вообще.

После смерти Атиллы смутно идентифицированная народность на территории Венгрии стала христианами, а 29 августа 1526 года в битве при Мохаче 50-тысячная армия османского султана Сулеймана I во главе с великим визирем Ибрагим-пашой нанесла 25-тысячному венгерскому войску жестокое поражение.

Примечательно: главной причиной стала наступившая феодальная анархия (внимательно смотрим на Польшу). Многие венгерские дворяне просто не явились на призыв короля, феодалы так и не решились вооружить крестьян, а король Лайош II утонул в болоте во время бегства. Напоминает смерть Мазепы, заеденного клопами в придорожной гостинице в Бендерах, правда? Через 12 дней Сулейман вступил в венгерскую столицу, которая сдалась туркам без боя.

Затем Венгрия стала частью Австро-Венгерской империи. И тут венгры отличились, подняв восстание в 1848-49 годах, подавить которого австрийцам помогли войска русского генерала Паскевича. В «благодарность» за это австрийцы поддержали агрессию франко-британско-турецких войск в Крыму в 1854 году.

Ну, а затем была Первая мировая и Вторая. И адмирал Хорти. Адмиралом он был в стране, где флот имелся — в Австро-Венгрии. А в Венгрии, которая имеет сухопутную границу с Украиной, Румынией, Словакией, Сербией, Хорватией, Словенией и Австрией, но выходом к морю не обладает, он стал просто нацистом, коллаборационистом и сторонником Гитлера.

Его последователи и устроили реваншистский бунт в Венгрии в 1956 году.

Кстати, главную роль в подавлении венгерской революции сыграла вовсе не измученная Отечественной войной советская армия, а сугубо дисциплинированная немецкая. Партия сказала: надо! Немецкий фельдфебель ответил: есть! Пока русские танкисты, глядя в прицелы, думали, как бы не попасть в детей и женщин, немецкие нажимали на все возможные рычаги — от газа, до спуска орудия — без раздумий. И в этом не было жестокости. Просто немцам хотелось жить. А что такое венгры — они знали не понаслышке. Они воевали с ними бок о бок на восточном фронте и знали о жестокости присущей венграм.

А знания приумножают скорбь. Экклезиаст.

Олег Денежка

uCrazy.ru


Венгерское восстание 1956 года.
23 октября 1956 года в Венгерской народной республике началось вооруженное восстание, известное как Венгерское восстание 1956 года, или Венгерская революция 1956 года.
Толчком к этим событиям послужили кадровые перестановки в правительстве республики. А точнее, смены глав государства.
До июля 1953 года Венгерскую партию трудящихся и одновременно правительство возглавлял Матьяш Ракоши, прозванный «лучшим учеником Сталина».

После смерти советского вождя, в Москве посчитали, что Ракоши слишком фанатичен, что не способствует популяризации советской модели построения будущего. На его место назначили венгерского коммуниста Имре Надя, который провёл ряд популярных мер по улучшению социально-экономической обстановки в стране. В частности, для «улучшения жизни народа» были уменьшены налоги, увеличены зарплаты, либерализированы принципы землепользования.
У власти Надь продержался менее двух лет, по общепринятой версии, слишком самостоятельный и демократичный политик опять не устраивал Москву.

Разрушенное здание из-за беспорядков в центральном Будапеште
во время восстания венгерцев против поддержанного Советом
коммунистического режима в 1956 году. © Laszlo Almasi/Reuters
На его место был поставлен Андраш Хегедюш, а Надя сняли с должности и исключили из партии. Хегедюш повёл страну прежним сталинским курсом, что вызвало недовольство среди широких слоёв населения, уже посчитавших социалистический курс Венгрии ошибкой. Появились требования проведения альтернативных выборов и возвращение к власти Имре Надя.
Внутрипартийная борьба в Венгерской партии труда между сталинистами и сторонниками реформ началась с самого начала 1956 года и к 18 июля 1956 года привела к отставке Генерального секретаря Венгерской партии труда, которым оставался «лучший ученик Сталина» Матьяш Ракоши. Его сменили на Эрнё Герё (бывший министр госбезопасности).

Повешенный вниз головой изуродованный труп
сотрудника госбезопасности. Будапешт, 1956 год.
Отстранение Ракоши, а также вызвавшее большой резонанс Познанское восстание 1956 года в Польше привели к росту критических настроений в среде студенчества и пишущей интеллигенции.

Демонстрация студентов в Венгрии.
Свою роль сыграла и подрывная работа западных разведок. В рассекреченных спустя 40 лет документах МИ-6 признавалось, что еще с 1954 года антисоветских диссидентов перевозили через границу в Австрию, в британскую зону оккупации, где обучали военному и подрывному делу. Также и американская разведка с 1955 года готовила отряды из венгерских эмигрантов для тайных акций в их стране.

Советские солдаты! Мы боремся за нашу родину,
за венгерскую свободу! Не стреляйте!
23 октября началась демонстрация, в которой приняли участие около тысячи человек — в том числе студенты и представители интеллигенции. Демонстранты несли красные флаги, транспаранты, на которых были начертаны лозунги о советско-венгерской дружбе, о включении Имре Надя в состав правительства и т. д.


Венгерское восстание 1956 года.
К демонстрантам присоединились радикально настроенные группы, выкрикивавшие лозунги другого толка. Они требовали восстановления старого венгерского национального герба, старого венгерского национального праздника вместо Дня освобождения от фашизма, отмены военного обучения и уроков русского языка.
В 20 часов по радио первый секретарь ЦК ВПТ Эрнё Герё произнес речь, резко осуждающую демонстрантов.

Центральная радиостанция в Будапеште после обстрела. © Laszlo Almasi/Reuters
В ответ на это большая группа демонстрантов штурмом попыталась проникнуть в радиовещательную студию Дома радио с требованием передать в эфир программные требования демонстрантов. Эта попытка привела к столкновению с оборонявшими Дом радио подразделениями венгерской госбезопасности AVH, в ходе которого после 21 часа появились первые убитые и раненые. Оружие повстанцы получили или отняли у подкрепления, посланного на помощь охране радио, а также на складах гражданской обороны и в захваченных полицейских участках. Группа повстанцев проникла на территорию казармы Килиана, где располагались три строительных батальона, и захватила их оружие. Многие стройбатовцы присоединились к повстанцам.
23 октября 1956 года начался венгерский фашистский мятеж,
подготовленный и руководимый западными спецслужбами.
Усилиями провокаторов акции протеста переросли в самые настоящие беспорядки. Толпа направила оружие против своих коммунистических противников и расквартированных в стране частей советской армии, соблюдавшей нейтралитет. Появились многочисленные жертвы.
Новое венгерское правительство обратилось за поддержкой в ООН и к государствам НАТО, которые не решились на прямую военную помощь, учитывая огромную военную мощь Советского союза, с которым имелись негласные договорённости.
Развитие событий в Венгрии совпало по времени с Суэцким кризисом. 29 октября Израиль, а затем и члены НАТО Великобритания и Франция напали на поддерживаемый СССР Египет с целью захвата Суэцкого канала, рядом с которым они высадили свои десанты.
Венгерские борцы за свободу в Будапеште около советской пушки.
31 октября Никита Хрущёв на заседании Президиума ЦК КПСС заявил: «Если мы уйдём из Венгрии, это подбодрит американцев, англичан и французов империалистов. Они поймут как нашу слабость и будут наступать». Было принято решение создать «революционное рабоче-крестьянское правительство» во главе с Яношем Кадаром и провести военную операцию с целью свержения правительства Имре Надя. План операции, получившей название «Вихрь», был разработан под руководством министра обороны СССР Георгия Жукова. Послом СССР в Венгрии в то время был Юрий Андропов.
К 8 ноября, после ожесточённых боёв, были уничтожены последние очаги сопротивления восставших. Члены правительства Имре Надя укрылись в посольстве Югославии. 10 ноября рабочие советы и студенческие группы обратились к советскому командованию с предложением о прекращении огня. Вооружённое сопротивление прекратилось.
После 10 ноября ещё до середины декабря рабочие советы продолжали свою работу, нередко выходя на прямые переговоры с командованием советских частей. Однако к 19 декабря 1956 года органами государственной безопасности рабочие советы были разогнаны, а их лидеры арестованы.
Сразу же после подавления восстания начались массовые аресты: всего спецслужбы Венгрии и их советские коллеги арестовали около 5000 венгров (846 из них были отправлены в советские тюрьмы), из них «значительное количество членов ВПТ, военнослужащих и студенческой молодёжи»

На рассвете 3 ноября 1956 года югославский посол в СССР Велько Мичунович в полном недоумении записал в своем дневнике: «Все это чрезвычайно странно. Дела развиваются, как во время войны; впрочем, это и есть война, и обстановка все больше усугубляется: первая и могущественнейшая держава социализма затевает поход против «братской страны», одного из членов своего лагеря. Подобного в истории социализма еще не бывало!» Оставался всего день до «второго вмешательства» — таким эвфемизмом назвали потом действия Советской Армии на территории Венгрии, начавшиеся 4 ноября 1956-го.


Матьяш Ракоши в 1948—1956 годах возглавлял Венгерскую партию трудящихся (ВПТ). Этот убежденный сталинист с 1940 года жил в Москве, а на родину вернулся с советскими войсками в 1944-м. Когда летом 1956 года его положение пошатнулось, генсек «по привычке» сбежал в СССР

Почему восстала Венгрия?

Массовое восстание, потрясшее основы системы, могло произойти в любой стране социалистического блока, а вот произошло именно в Венгрии. Почему же? После 1945 года лидер Венгерской компартии Матьяш Ракоши и его окружение делали в стране то, чему учил Сталин: укрепляли всевластие партийной верхушки и органов госбезопасности, развязывали массовые репрессии, раскулачивали крестьян и подавляли инакомыслие, вели разорительную индустриализацию… Подобные разрушительные социально-политические процессы происходили и в других странах Восточной Европы. И все же отличия были. Вот одно из них: к моменту, когда Хрущев сделал знаменитый «секретный доклад» на XX съезде КПСС, в Венгрии уже имелся опыт десталинизации и борьбы за реформы, связанный с первым пребыванием во главе правительства Имре Надя (1953—1955 годы). Парадоксально: после смерти «кремлевского горца» Надя назначили премьером именно по настоянию советского руководства, вышло же, что его инициативы по реабилитации жертв репрессий и ограничению партийного произвола ударили по политике Москвы. Неудивительно, что Надь вскоре потерпел поражение в противоборстве с оставшимся во главе партии Ракоши и отправился в отставку.

Весной и летом 1956 года требования умеренной оппозиции еще сводились только к возвращению на пост популярного «народного премьера» и продолжению его демократических реформ — под руководством компартии. СССР сделал вид, что поддался давлению: в июле Ракоши сместили, и партию возглавил… Эрнё Герё — в консерватизме не уступавший своему предшественнику.


Жители Будапешта вышли на улицы, чтобы поддержать революцию

Небархатная осень

К концу октября накал общественного недовольства достиг критической точки, и 23 октября 1956 года в Будапеште вспыхнуло антикоммунистическое восстание. Советские войска — и те, что находились «на месте», и срочно переброшенные из СССР и Румынии — вмешались немедленно, и все же восстание в считанные дни смело с политической сцены ставленников Москвы. На местах власть перешла к стихийно возникшим революционным и национальным комитетам, на предприятиях — к рабочим советам, и к концу октября в Венгрии фактически победила народная революция. Лозунги ее повергли советских лидеров в шок: мадьяры требовали восстановления национального суверенитета (вывода советских войск!) и свободных выборов на многопартийной основе. Под ногами наследников Сталина, свято веривших в неколебимость социалистического блока, земля заходила ходуном. Первоначальные попытки подавить вооруженное восстание провалились. Более того, Надь, 24 октября вновь вставший во главе правительства, признал справедливыми требования повстанцев, и с ним солидаризировалось обновленное руководство компартии, включая первого секретаря Яноша Кадара.

30—31 октября советские войска, «не попрощавшись», покинули бурлящий Будапешт. В течение следующих нескольких дней Венгрию раздирали попеременно то революционная эйфория, то страх. Истинные намерения Москвы не были ведомы никому.

Двуликий Янош

Исход событий известен: 4 ноября 1956 года 16 советских дивизий приступили к наведению «порядка»: штурмовали столицу и, сломив сопротивление повстанцев, свергли правительство Надя. Во главе Венгрии встал сформированный накануне в Москве Совет министров, который согласился возглавить тот же самый Кадар, который за несколько дней до того в программной речи по радио объявил о победе «славного восстания венгерского народа». Гораздо меньше известно о том, что происходило в дни «Будапештской осени» в стенах Кремля, где определялась тогда судьба не одного только Будапешта, но и всего советского блока.


Памятник Сталину стоял на Площади героев, а сюда, на площадь актрисы Луизы Блахи в центре Будапешта, голову вождя притащили после его «свержения» 23 октября

«Сводки с фронтов»

…23 октября 1956 года. Около 10 вечера в Президиуме нет единства по вопросу о вооруженном вмешательстве. Резко против выступает Микоян. Он ссылается на неподготовленность акции и возможную острейшую реакцию венгров. И время быстро докажет его правоту: когда на рассвете 24 октября советские части вошли в Будапешт, внутривенгерская политическая борьба немедленно приняла национально-освободительный характер. Не располагавшие четкой диспозицией, не знавшие города, лишенные поддержки пехоты, советские танкисты и их машины стали легкой добычей повстанцев, вооруженных бутылками с горючей смесью, во всем мире известной под ироническим названием «коктейль Молотова». За первые четыре дня боев советские войска потеряли около 300 человек убитыми; сил для наведения порядка в двухмиллионном Будапеште не хватало. Уже 24 октября ряд важных объектов оказался в руках вооруженных групп повстанцев. Полиция бездействовала, целые подразделения переходили на сторону восставших. Словно парализованные, замерли и лидеры страны — Надь с Кадаром. Потеряла остатки авторитета компартия, включая и реформаторское крыло…

28 октября чаша весов склоняется в сторону уступок. «Занять позицию поддержки нынешнего правительства, — выразил Булганин мнение, поддержанное Хрущевым, Жуковым, Шепиловым, — иначе оккупацию надо проводить. Это нас втянет в авантюру». Маленков предложил объявить повстанцам амнистию. С оговорками согласился «выразить доверие» Надю и Молотов. Последним сдался Ворошилов, в словах которого слышалась скорее паника, чем убежденность: «Если бы хоть группа создалась, могли бы оставить войска. Не на кого опираться. Иначе война».

В этот день, согласовав свои действия с Москвой, премьер-министр ВНР выступил с программным заявлением: правительство объявило перемирие, признав восстание «широким национально-демократическим движением», сплотившим венгерский народ в борьбе за независимость и демократические свободы. Надь наметил способы скорейшего удовлетворения справедливых социальных требований трудящихся и объявил о ликвидации ненавистного Управления госбезопасности.

г
Днем 25 октября на площади Лайоша Кошута при разгоне собравшейся у парламента многотысячной манифестации был убит 61 и ранено 284 безоружных манифестанта. Расстрел, о котором находившиеся в Будапеште Микоян и Суслов немедленно сообщили в Москву, подлил масла в уже разгоревшийся огонь вооруженного восстания…

Расстрел на площади Кошута, вошедший в историю как «кровавый четверг», произошел, однако, не из-за провокации (которая, по свидетельству многих очевидцев, тоже имела место), а потому что митингующие… «вступили в дружественный контакт» с советскими танкистами, охранявшими парламент! Экипажи нескольких советских машин, не желая «стрелять в братьев-трудящихся», позволили водрузить на свои машины трехцветные венгерские флаги и даже братались с демонстрантами. В ЦК венгерской правящей партии, где с 9 утра шло заседание Политбюро с участием Микояна и Суслова, была принята следующая информация: «Тов. Илона Виг из V района докладывает: мимо Университета им. Этвеша сотни людей, студенты с национальными флагами движутся к парламенту. С ними советские танки. 4 советских танка перешли на их сторону, говорят, что не будут стрелять в рабочих. Молодежь забралась на танки…»
По-видимому, после этого советские войска получили приказ о разгоне митинга. Кто конкретно его отдал, до сих пор неизвестно, в открытых архивах документы отсутствуют. Ясно одно — Москва смертельно испугалась массового разложения, неповиновения своих частей в Венгрии. Бойня началась в 11 утра и длилась всего 20 минут. Согласно отчету Суслова, срочно вызванного 28 октября на заседание Президиума ЦК КПСС, «был открыт огонь. 70 убитых из населения». А в архиве Министерства обороны Венгрии сохранился рапорт начальника Генштаба генерал-майора Л. Тота, где о событиях 25 октября сказано: «Советские войска получили приказ ликвидировать демонстрацию у парламента. И они его выполнили…»

Призрак XX съезда

Вечером 30 октября появился один из самых загадочных документов хрущевской эпохи — Декларация Правительства СССР об основах взаимоотношений с социалистическими странами. Ход ее обсуждения в Президиуме ЦК показывает: «дух XX съезда» имел некоторый, хоть и зыбкий, шанс возобладать в советской внешней политике. В декларации, переданной по радио тем же вечером, говорилось: «В целях обеспечения взаимной безопасности социалистических стран Советское Правительство готово рассмотреть с другими социалистическими странами — участниками Варшавского договора — вопрос о советских войсках, находящихся на территориях указанных выше стран». Документ расценивал события в Венгрии как «справедливое и прогрессивное движение трудящихся», к которому примкнули и реакционные силы.

Декларация могла радикально изменить ситуацию в мире, и это сразу поняли в Вашингтоне. На совещании в Белом доме шеф ЦРУ Аллен Даллес заметил: это публичное заявление — одно из самых серьезных, какие только поступали из Советского Союза со времен окончания Второй мировой войны». Эйзенхауэр усомнился в искренности намерений Советов, но и он был готов к встречным шагам. По мнению американского президента, одним из возможных ответов мог быть вывод сухопутных войск США из Западной Германии.

Хрущев меняет решение

События в Будапеште тем временем развивались с головокружительной быстротой. 30 октября Надь объявил о ликвидации однопартийной системы и возрождении коалиционной формы правления, каковая действовала в Венгрии сразу после войны. Шансы удержать страну в орбите советского влияния таяли на глазах. Вдобавок днем раньше Израиль атаковал Египет, и 31 октября к этому нападению присоединились французы и англичане; причем американцы совершенно не ожидали этой акции. Действия европейцев раскололи Запад, и Кремль, по выражению биографа президента США Эйзенхауэра Стива Амброза, теперь заметался между надеждой и страхом: надеждой, что Суэцкий кризис приведет к развалу НАТО, и страхом, что события в Венгрии приведут к развалу Варшавского договора.

Что же заставило Хрущева круто переменить позицию в венгерском вопросе? Агрессия против Египта, несомненно, развязывала ему руки для более решительных действий. Не последнюю роль сыграло и внезапное «просветление», снизошедшее на зарубежных коммунистических лидеров. Например, вечером 30 октября делегация ЦК Коммунистической партии Китая, находившаяся в СССР, вдруг предложила «не выводить войска из Венгрии». Пересмотрев свою оценку событий, Мао Цзэдун (который как раз поначалу очень приветствовал декларацию в надежде ослабить позиции СССР в соцлагере) счел, что события в Венгрии приобретают не только антисоветскую, но и антикоммунистическую направленность. Тогда же из Рима прилетела паническая телеграмма от лидера итальянских коммунистов Пальмиро Тольятти. Он высказывал убеждение, что события в Венгрии могут развиваться дальше только в реакционном направлении.

В общем, 31 октября, на ходу развивая новый сценарий, Хрущев выступил с предложением: оценку ситуации в Венгрии пересмотреть. Войска — не выводить и довести до победного конца инициативу в «наведении порядка».

Из-за стола переговоров — под арест

Смысл предложения, поддержанного членами Президиума почти так же единодушно, как днем раньше было поддержано прямо противоположное, сводился к созданию нового правительства. Как быть с кабинетом Надя? Пригласить его правительство в максимально полном составе на переговоры о выводе войск «и решить вопрос» (то есть всех арестовать!)? А если премьер испугается и согласится на все условия, «ввести его зампремьером».

К счастью, ввиду абсолютной скандальности идею ареста всех венгерских министров предали забвению. Но испытанный прием «серовской дипломатии» (весной 1945 года заместитель Берии в НКВД сумел заманить в западню псевдопереговоров почти всю верхушку польской Армии Крайовой — соперницы коммунистов по антифашистскому сопротивлению) все же пригодился. В ночь на 4 ноября, за несколько часов до начала новой, завершающей операции по захвату Будапешта, генерал Серов, теперь уже председатель КГБ СССР, обезглавил военное руководство правительства Надя, явившееся во главе с министром обороны генералом Малетером на инсценированные переговоры в штаб Особого корпуса Советской Армии в окрестностях Будапешта.


Повстанцы конвоируют сотрудника ненавистной им венгерской тайной полиции. AVH (министерство госбезопасности) работало в тесном контакте с аналогичными советскими органами

Как возник режим Кадара?

Вечером 1 ноября в Посольство СССР были тайно приглашены два министра правительства Надя — Ференц Мюнних и Янош Кадар. После разговора с Андроповым они сели в БТР и на следующее утро с советской военной базы вылетели в Москву.

.

На рассвете 4 ноября, после начала штурма, Имре Надь обратился по радио к населению страны, призвав народ оказывать пассивное сопротивление «оккупационным войскам и марионеточному правительству». Сам же он вместе с группой сторонников воспользовался убежищем, предоставленным ему югославским посольством (о чем Хрущев заранее договорился с Тито, конечно, — сложная игра!) однако категорически отказался сложить полномочия. В результате Кадар и несколько министров его самопровозглашенного правительства, доставленные утром 6 ноября в Будапешт на советских бронетранспортерах, оказались не только в изоляции от собственного народа, но и в ситуации двоевластия, спутавшей кремлевским сценаристам все карты.

«Вихри» враждебные

Военная операция под условным названием «Вихрь» началась 4 ноября в 6.15 по московскому времени. Общее командование шестнадцатью советскими дивизиями осуществлял прибывший специально в Венгрию прославленный маршал Иван Конев. Наряду с усиленным дополнительными (танковыми, десантными и артиллерийскими) частями Особым корпусом, получившим приказ овладеть Будапештом, были задействованы введенные из Прикарпатья Восьмая гвардейская механизированная и 38-я армии под командованием генерал-лейтенантов Бабаджаняна и Мамсурова.

Всего в «блицкриге» принимали участие около 60 тысяч советских солдат, половина из них сражалась в столице. Основная задача заключалась теперь уже не в демонстрации силы, как 23 октября, а в подавлении вооруженных групп повстанцев и верных Надю регулярных частей. И надо сказать, что некоторые формирования венгерской армии оказали серьезное сопротивление советским войскам. Впрочем, большинство венгерских солдат и офицеров в боях не участвовали. Командиры, осознавая огромный перевес противника в численности и технике (всего на территорию Венгрии ввели около 6 000 танков), во избежание бессмысленного кровопролития отдавали приказы о разоружении. Однако вооруженные столкновения в Будапеште продолжались до 11 ноября, когда на острове Чепель при поддержке артиллерии и авиации был уничтожен последний крупный очаг сопротивления.

В Сибирь?

Во многом благодаря кипучей деятельности вездесущего генерала Серова, практически с первого дня восстания (с 24 октября) и до начала декабря находившегося в Венгрии, хрущевскому руководству удалось не только усмирить стихию восстания, но и добиться почти невозможного — сравнительно быстро консолидировать ситуацию.

Теперь на плечи Кадара, согласившегося возглавить новое правительство и тем самым придать интервенции видимость законности, легла непосильная задача: реорганизовать власть. По всему выходило, что без репрессий никак не обойтись, но ни новый премьер, ни маленькая компания его сторонников, на словах то и дело разоблачавших «беззакония клики Ракоши», не были к ним готовы. Отсюда шло их «либеральное», как считал Серов, отношение к «врагам» и робкие попытки, ссылаясь на негативную реакцию населения, сдерживать размах деятельности советских органов безопасности и их венгерских коллег. В политическом плане работу по «наведению порядка» координировали и направляли представители Президиума ЦК КПСС — Маленков, Суслов и секретарь ЦК Аристов, с середины ноября до начала декабря 1956 года также работавшие в Будапеште — неофициально.

В первые недели после 4 ноября 1956 года кадаровскому руководству усиленно и с нажимом внушалось — способ, приведший его к власти, не оставляет возможности обойтись малой кровью и прикрыться фиговым листком «сохранения демократических преобразований». Венгров в те дни уже активно депортировали в советские тюрьмы, а Хрущев с негодованием это отрицал.

Телефонограмма И.А. Серова и Ю.В. Андропова из Будапешта в ЦК КПСС

14 ноября 1956 г.: Сегодня в течение всего дня к нам неоднократно звонили товарищи Кадар и Мюнних (каждый в отдельности), которые сообщили, что советские военные власти отправили в Советский Союз (в Сибирь) эшелон венгерской молодежи, принимавшей участие в вооруженном мятеже. Кадар и Мюнних заявили в связи с этим, что они не одобряют подобных действий с нашей стороны, поскольку эти действия вызвали якобы всеобщую забастовку венгерских железнодорожников и ухудшили внутриполитическое положение в стране в целом. Сегодня вечером будапештское радио им. Кошута передало тенденциозное сообщение о вывозе венгерской молодежи в Сибирь.

Тов. Мюнних обратился с просьбой, чтобы командование советских войск сделало официальное заявление в печати о том, что оно никого не вывозило и не будет вывозить из Венгрии в СССР. С нашей стороны т. Мюнниху было сказано, что мы выясним этот вопрос и завтра сообщим ему ответ.

В действительности сегодня, 14 ноября, был отправлен на станцию Чоп небольшой эшелон с арестованными, следственные дела на которых оформлены как на активных участников и организаторов вооруженного мятежа. Эшелон проследовал границу. При передвижении эшелона заключенные на двух станциях выбросили в окно записки, в которых сообщали, что их отправляют в Сибирь. Эти записки были подобраны венгерскими железнодорожниками, которые сообщили об этом в правительство. По нашей линии дано указание впредь арестованных отправлять на закрытых автомашинах под усиленным конвоем.

Завтра при встрече с т. Мюннихом т. Серов имеет в виду сказать ему, что ввиду отсутствия в Венгрии достаточно подготовленной для содержания заключенных тюрьмы, где можно было бы обеспечить проведение объективного следствия, мы имели в виду небольшую группу арестованных разместить в помещении, близрасположенном от советско-венгерской границы.

Серов, Андропов

.

Жертвы «междуцарствия»

В общей сложности, по сообщению Серова, «небольшая группа арестованных», отправленная в первой половине ноября в тюрьмы Ужгорода, Стрыя, Станислава и Дрогобыча, составила 860 человек, в том числе 68 несовершеннолетних. Впрочем, справедливости ради нужно отметить, что кампания «возмездия» за 1956 год по-настоящему развернулась уже после отъезда советских эмиссаров, основная задача которых состояла в том, чтобы помочь марионеточному венгерскому руководству возродить партию и собственные структуры безопасности. В середине декабря в Венгрии открыли лагеря для интернированных и ввели институт чрезвычайного судопроизводства (единственной мерой, которую мог назначить чрезвычайный суд, была смертная казнь). До начала 1960-х годов участникам «мятежа», включая премьер-министра Надя и нескольких его сторонников, было вынесено 229 смертных приговоров. Десятки тысяч повстанцев, членов рабочих советов и национальных комитетов, деятелей партийной оппозиции, писателей, журналистов оказались в тюрьмах и лагерях. Свыше 180 тысяч человек эмигрировали.

Кроме того, подсчитано, что в боях с 23 октября по 11 ноября и в последующих карательных операциях, до января 1957 года включительно, с венгерской стороны погибло более 2,5 тысячи человек, а число раненых превысило 19 тысяч. Жертвами «Будапештской осени» стали не только повстанцы, но и сотни безоружных манифестантов, кровь которых пролилась и на площади имени Кошута у парламента (расстрел 25 октября), и в провинции. В одном только Шалготарьяне, где после 4 ноября шахтеры с особым упорством отстаивали власть Областного рабочего совета, 8 декабря каратели расстреляли свыше 130 демонстрантов.

С другой стороны, по данным советского Генштаба, потери с советской стороны составили 720 погибших, скончавшихся от ран и пропавших без вести, и 2 260 раненых. Такова была цена относительно быстрой «нормализации обстановки».

Эскалация зла

Происходили тогда в ВНР эксцессы и иного рода — ведь народные возмущения неизбежно высвобождают потенциал зла и слепого насилия. Октябрь 1956-го, когда в движение пришли сотни тысяч людей, разных по убеждениям и намерениям, явил миру случаи дикого самосуда и кровавых расправ над людьми, зачастую совсем неповинными в ужасах сталинизма и ракошизма. Впоследствии эти случаи, прежде всего кровавую драму, происшедшую 30 октября на площади Республики, не раз описывали — часто тенденциозно. «В Будапеште вешали коммунистов!» — этой фразой советская пропаганда на протяжении десятилетий оправдывала действия СССР в то время. Действительно, жертвами самосуда с 25 по 31 октября в Будапеште и других городах Венгрии стало не меньше 28 человек, в том числе 23 служащих госбезопасности, три офицера армии и милиции, а также двое гражданских. И все же вторжение в Венгрию было мотивировано не этим, да и законности советскому вооруженному вторжению подобные акции не прибавляли.

Осень, приведшая к зиме

Мировая общественность, в том числе рассчитывавшие на помощь Запада оппоненты социализма в самих странах Восточной Европы, справедливо восприняла происшедшее как подтверждение прочности мировой биполярной системы, возникшей после Второй мировой войны и господствовавшей вплоть до 1980-х. Немалые последствия венгерские события имели и для мирового коммунистического движения: они его раскололи. Сторонники «национально-ориентированных» концепций социализма увидели, что любые попытки отхода от советской модели общественного устройства воспринимаются официальной Москвой как посягательство на ее «хозяйскую» роль. И разочаровались…

Ну и, наконец, внутриполитическая ситуация в самом СССР тоже обострилась: страх перед развитием событий по «венгерскому образцу» охладил и без того скудный реформаторский потенциал «хрущевцев». Процесс десталинизации общества пошел на спад. Существенно ослабло положение самого Никиты Сергеевича, а критика «курса XX съезда» с ортодоксальных позиций — усилилась, возникла реальная внутрипартийная оппозиция, которая и выступила совершенно открыто — в июне 1957-го. Но это уже совсем другая история.

Венгрия по-своему отметила 20-летие вывода Южной группы советских войск

Москва, 20 июня 2011, 22:49 — REGNUM В Венгрии решили недружественным жестом отметить 20-летие вывода из страны советских войск. 16 июня ведущее венгерское государственное информационное агентство MTI сообщило, что в венгерском городе Веспрем, его районе бывшем прежде отдельным селом Дьюлафиратот, проведены траурные церемонии в память местного жителя Йожефа Радича. Официально он объявлен «последней жертвой советской военной оккупации Венгрии».

Венгерский военный времени союзничества Венгрии с гитлеровской Германией — на обложке венгерского журнала 1942 года.

Новая венгерская конституция в своей преамбуле заявляет, что Венгрия была «оккупированным, лишенным суверенитета государством» с 19 марта 1944 г. по 2 мая 1990 г. Что касается начальной даты — 19 марта 1944 г., то в этот день во исполнение операции «Маргарита» подразделения Вермахта заняли всю территорию Венгрии. Но почему в тот день тогда венгры не оказали им никакого сопротивления? Более того, по многочисленным воспоминаниям, известно, что венгерское население в массе своей, за известным исключением, приветствовало тогда германских солдат. Впрочем, подразделения гитлеровской армии и до 19 мая 1944 г. размещались на территории Венгрии. Германские вооруженные силы использовали местные коммуникации и аэродромы уже с осени 1940 г. По царящей в Венгрии ныне исторической концепции, закрепленной Основным законом, получается, что гитлеровская Германия была союзником Венгрии с 20 ноября 1940 г. по 19 марта 1944 г. Но с 19 марта 1944 г. по 2 апреля 1945 г. Германия стала оккупантом. Т. е. пока сражения II Мировой войны с участием венгерских войск шли вне территории их страны, германские войска были «союзниками» венгров. После того, как война со всеми ее ужасами пришла в саму Венгрию, германские союзники, в интерпретации нынешних венгерских идеологов, превратились в «оккупантов». Статус «оккупанта» явно смертельно оскорбил бы, доживи он до сегодняшних дней, оберста Ганса-Ульриха Руделя — легендарного пилота штурмовой авиации Люфтваффе и единственного иностранца, получившего высшую награду Венгрии — Золотую медаль за доблесть, а также высшую награду Рейха — бриллианты к Рыцарскому кресту за бои в небе Венгрии с советскими танковыми колоннами в ноябре-декабре 1944 г.

А какой статус тогда имеет Советская Армия в подобных трактовках? Напомним, что подразделения Красной Армии пересекли венгерскую границу в сентябре 1944 г. Ответ прост — русские изначально и потом были оккупантами. Итак, могилы захороненных на территории Венгрии погибших в кровопролитнейших сражениях 1944-1945 гг. друг с другом солдат и офицеров Вермахта и солдат и офицеров Красной Армии — это всё могилы оккупантов. Такова официальная концепция, закрепленная, напомню, новой Конституцией страны. Правда, тут у венгров, как сейчас выясняется, получается маленькая нестыковочка. Южная группа советских войск была выведена из Венгрии 19 июня 1991 г. В этой связи хотелось бы спросить у нынешних венгерских идеологов, а какой статус имела Советская Армия на территории их страны с 2 мая 1990 по 19 июня 1991 г.? Вероятно, «разгромленный и бегущий противник» — таков будет ответ?

Однако вернемся к несчастному каменщику Йожефу Радичу, попавшему под танк современных идеологических игр Фидес.

Как сообщается ведущим государственным венгерским информационным агентством MTI, ровно 25 лет назад 16 июня 1986 г. он погиб у местной пивной. В память трагического события на ее стене была установлена памятная табличка со следующей надписью: «Мы помним. На этом месте лишилась жизни последняя венгерская жертва советской военной оккупации — Йожеф Радич. Установлено любящим свободу населением Дьюлафиратота».

С речью перед собравшимися перед пивной «Колоштор» «любящими свободу» местными жителями выступил нынешний министр обороны Венгрии Чаба Хенде (Фидес). Он сказал: «Случившееся с Йожефом Радичем не обычная кабацкая история… Происшедшее демонстрирует господствовавшие в Красной Армии порядки, когда можно было оставить на улице боевую машину Т-52 и отправиться в корчму». По мнению министра обороны Венгрии, случившееся стало следствием того, что солдаты оккупационной армии и «сыны народа, потерявшего свободу» оказались в состоянии конфликта друг с другом. Эта трагедия продемонстрировала, — сказал член нынешнего венгерского правительственного кабинета, — что советские люди лгали о дружбе, а в действительности вели себя как на «завоеванной территории» побежденного народа. Присутствовавшие на памятной церемонии военнослужащие отдали воинские почести Йожефу Радичу.

О том, что случилось в пивной Дьюлафиратота впервые поведал в статье «На танке в корчму» журналист Томаш Кегль в журнале «Новый горизонт» (Új Horizont, 2002, № 5). Рассказ сильно беллетризован, поэтому передадим только общую канву истории. В жаркий июньский день 1986 г. три советских офицера — капитан, лейтенант и младший лейтенант (на самом деле, по-видимому, прапорщик) по пути со стрельбища отправились в злополучную пивную. Свою боевую машину они остановили на окраине села и оставили охранять ее рядового-срочника. В пивной советские офицеры изрядно подзагрузились, чередуя водку с пивом. Их пиршество длилось несколько часов. К 5-ти часам пополудни они были в таком состоянии, что капитан устроил в корчме соревнование. Он стал меряться силой с местными жителями. После того, как он победил всех присутствующих, он гордо заявил: «Все венгры — гэ». Это сильно обидело разогретых алкоголем венгров. Они в это время, объясняет автор статьи, в душе тяжело переживали «чернобыль венгерского футбола» — матч на чемпионате мира в Мексике между сборными СССР и Венгрии, на днях закончившийся для венгров разгромным счетом 6-0. С того времени, понятие «6-0» стало нарицательным для венгров, примерно тем же, чем «Березина» для французов. Как бы там ни было, но обидевшиеся обитатели корчмы крепко поколотили пьяных советских офицеров. Капитан тогда пошел к танку, завел его и въехал в село, чтоб наказать своих обидчиков. Перед самой пивной управляемый пьяным капитаном танк и переехал случайно оказавшегося у него на пути Йожефа Радича. После этого танк завяз в арыке.

История, разумеется, неприглядная. Но обратим внимание на то обстоятельство, что автору статьи «На танке в корчму» не известны ни имена советских офицеров, ни их дальнейшая судьба. По слухам, циркулировавшим у местного населения, капитан по суду военного трибунала получил 8 лет, лейтенанты по 4, срочник — 6. По утверждению автора статьи «На танке в корчму», капитан был «коммандос», т. е. спецназовец, до кабацкой драки в Венгрии успевший повоевать в Афганистане. Непонятна и марка боевой машины, под гусеницы которой угодила «последняя жертва оккупантов». Министр обороны Венгрии утверждает, что это был Т-52, но машины подобной марки никогда не состояли на вооружении Советской Армии. Может быть, это был танк Т-72? Но почему тогда такая мощная машина завязла в каком-то арыке? Скорее всего, за танк венгры выдают обычное БМП. Короче, вся история, после того, как случившееся в 1986 г. в Дюлафиратоте вышло сейчас на государственный уровень, нуждается теперь в дополнительном расследовании в России.

Обратим внимание и на свойственные европейцам обычные архетипы в рассказе Томаша Кегля о «побоище» в Дьюлафиратоте. Это — кабак, водка, пьяный русский медведь, переодевшийся в капитана и танк. Случившееся в Дьюлафиратоте мучительно напоминает уже рассказанную Гашеком в «Похождениях бравого солдата Швейка» историю про ненавидевшего мадьяр капрала Водичку, спьяну поколотившего в 1915 г. население венгерского городка Шопронь.

Но любой венгр согласится, что если Йожеф Радич — это «последняя жертва советских оккупантов», а погиб он, напомню, в 1986 г. и Советская Армия стояла в Венгрии после этого еще 5 лет, и за эти пять лет ничего подобного случившемуся в Дьюлафиратоте не повторилось, то значит происшедшее есть единичный эксцесс, который нынешние власти Венгрии пытаются выдать за обычную практику «оккупационного советского режима». Поэтому установка министром обороны от Фидес памятной таблички на стенах пивной — это сцена, достойная пера Гашека.

Конечно, не нужно идеализировать отношения солдат и офицеров стоявшей в Венгрии Южной группы войск с местным населением. Но, тем не менее, отметим — дисциплина в советских войсках Южной группы в 1960-1970-е гг. была железной.

Случайно или нет, но к обошедшему Венгрию сообщению об открытии памятной доски в честь «последней жертвы советских оккупантов в Дьюлафиратоте» и к публикациям в ведущих изданиях, посвященных выводу советских войск из Венгрии, на следующий день, т. е. 17 июня, было добавлено другое — о смене командования на американской военно-воздушной базе в венгерском городе Папе. Венгерское информационное агентство MTI опубликовало на страницах своего портала фото базы, американских самолетов и американских военных. Именно с этой венгерской базы американская авиация с 24 марта по 10 июня 1999 г. вела свои воздушные операции против Югославии с севера. Не успела тогда Венгрия 12 марта вступить в НАТО, как через две недели была вовлечена этим союзом в военный конфликт со своей соседкой — Сербией. Сейчас размещенные в Венгрии американские подразделения рассматриваются венграми в качестве союзников. Что должны совершить американцы, чтобы венгры стали смотреть на них как на оккупантов?

«Усмирение Венгрии». За что Россию прозвали жандармом Европы

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption «Россия не есть держава промышленная, земледельческая или торговая, Россия есть держава военная, и назначение ее — быть грозой остальному миру» (Николай I)

170 лет назад потерпела поражение борьба венгров за независимость от австрийской монархии. Главную роль в этом сыграло военное вмешательство России.

Венгрия — единственное восточноевропейское государство (не считая Польши, которая 124 года вообще была разделена между соседями и оккупирована), где русские войска «наводили порядок» два раза.

Действия СССР в 1956 году были по-своему логичны: Москва считала Восточную Европу своей собственностью по праву победителя. Как заявил Леонид Брежнев «ревизионистским» лидерам Чехословакии: «Границы территорий, которые во время войны освободил советский солдат, — это наши границы!»

  • Венгрия: гнев старшего брата
  • Прага-68: за вашу и нашу цензуру

Интервенция 1849 года не принесла России ни территориальных приобретений, ни иных выгод, зато настроила против нее все тогдашнее мировое сообщество.

Николай I не догадался назвать свои действия братской интернациональной помощью. Кампания официально именовалась «усмирением Венгрии».

Именно тогда Россия получила прозвище «жандарм Европы». Причем, по некоторым данным, определение пустил в оборот сам Николай — он этим гордился.

О полузабытом в России, но памятном венграм событии поговорили ведущий научный сотрудник Института славяноведения РАН, член комиссии историков России и Венгрии Александр Стыкалин и обозреватель Русской службы Би-би-си Артем Кречетников.

Би-би-си: Давайте для начала вспомним, что, собственно, случилось.

Александр Стыкалин: Ветер перемен, как всегда бывало в XIX веке, подул из Парижа. 24 февраля 1848 года там свергли короля Луи-Филиппа. Спустя неделю будущий лидер венгерского восстания Лайош Кошут произнес в Государственном собрании историческую речь, потребовав автономии от Австрии, правительства, ответственного перед парламентом, и либеральных реформ.

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption Первый президент Венгрии Лайош Кошут умер в изгнании

Би-би-си: Австрийский император Фердинанд сперва вроде бы склонялся к компромиссу: 18 марта расширил права венгерского парламента, который сформировал кабинет во главе с умеренным либералом Баттяни и принял ряд реформ. Почему дальше события пошли по радикальному сценарию?

А.С.: Во-первых, Хорватия, которая согласно административно-территориальному делению империи считалась частью Венгрии, заявила о выходе из нее и потребовала прямого правления из Вены. Император, вероятно, решил, что на этом можно сыграть, и с уступками он поторопился.

Со своей стороны, венгерское правительство 7 мая декретировало создание собственной армии, что для империи было совершенно неприемлемо.

31 августа монарх распустил венгерский парламент и объявил все его прежние решения не имеющими силы. Парламент отказался распускаться и передал исполнительную власть Комитету обороны во главе с Кошутом. Назначенный чрезвычайным губернатором генерал фон Ламберг был схвачен толпой и повешен на мосту через Дунай.

В октябре начались боевые действия.

Венгерская армия насчитывала 170 тысяч человек при 400 орудиях. Австрийское командование смогло направить на фронт 80 тысяч человек и 250 пушек.

В начале декабря вспыхнуло восстание уже в Вене. Император Фердинанд отрекся от престола в пользу племянника Франца-Иосифа, правившего впоследствии 68 лет.

Сначала венгры едва не взяли Вену, но к весне 1849 года обстановка стабилизировалась.

Би-би-си: И тут вмешалась Россия…

А.С.: 21 апреля (9 апреля по старому стилю) 1849 года австрийское правительство обратилось к Петербургу с просьбой о военной помощи. 8 мая (26 апреля) Николай I издал манифест «О движении армий наших для содействия императору Австрийскому на потушение мятежа в Венгрии и Трансильвании». 16 мая Николай I и Франц-Иосиф встретились в Варшаве и решили практические вопросы.

В Венгрию вступил 120-тысячный экспедиционный корпус под командованием первого военного авторитета Российской империи, фельдмаршала Ивана Паскевича, ранее удостоенного за победы над Персией и Турцией титула графа Эриванского, а за подавление Польского восстания 1831 года — светлейшего князя Варшавского.

С учетом частей, находившихся в резерве, некоторые авторы говорят о 170-тысячной и даже 200-тысячной армии.

24 июля венгры потеряли Пешт и Буду (тогда это были два разных города), а 13 августа их основные силы капитулировали неподалеку от селения Вилагош.

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption Фельдмаршал Паскевич — самый титулованный российский военачальник после Александра Суворова

Би-би-си: Николай I напутствовал Паскевича кратко и энергично: «Не щадить каналий!»- но тот впоследствии писал, что выиграл не баталиями, а маневрами.

А.С.: Командующий избегал крупных сражений и массового пролития крови. Его войска по большей части прикрывали тылы и коммуникации австрийцев и давили на противника фактом своего присутствия. Пленных русские не обижали: они передавали их австрийцам, а уж те вешали и расстреливали.

Би-би-си: Потери составили около 24 тысяч человек у венгров, 16600 у австрийцев, у русских — 708 человек убитыми, 2447 ранеными и 10885 умершими от болезней. От каких болезней за три теплых месяца скончался практически каждый десятый участник похода?

А.С.: Причиной послужила эпидемия холеры: заболели 85387 человек. Санитарные потери погибшими и пострадавшими превысили боевые в 28 раз.

Би-би-си: А что там была за история с капитаном Гусевым?

А.С.: К 100-летию «усмирения» венгерский коминтерновец Бела Иллеш, вернувшийся на родину офицером Советской армии, опубликовал статью о якобы найденных им перед войной в архиве Минска документах по делу капитана Алексея Гусева, расстрелянного в мае 1849 года за отказ участвовать в походе.

В социалистической Венгрии «капитан Гусев» стал символом дружбы народов и солидарности трудящихся. О нем писали в школьных учебниках, одна из улиц Будапешта до 1990 года носила его имя.

Никакого капитана Гусева в реальности не было. Помимо многочисленных фактов дезертирства солдат имели место несколько случаев «идейного» перехода офицеров русской армии на сторону революционной Венгрии, однако перешедшие были этническими поляками.

Примечательна реакция руководства СССР: оно не стало ни пропагандировать историю о Гусеве, вроде бы выигрышную с позиций пролетарского интернационализма, ни опровергать ее, а просто отказало венгерским ученым в доступе к архивам для дальнейших изысканий.

Би-би-си: Так можно ли утверждать, что исход войны всецело определило российское вмешательство, и, не будь его, Венгрия обрела бы независимость?

А.С.: Именно подключение русской армии, перед которой, при осознании неравенства сил, сложило оружие революционное войско генерала Артура Гёргея, спасло дом Габсбургов от военной катастрофы.

Первоначально в Вене рассчитывали на вспомогательную роль российской армии. «Австрийцы объявляют, что мы должны постоянно находиться в резерве, а драться впереди должны они, мы только помогаем», — писал в мемуарах участник кампании штабной полковник Александр Баумгартен.

В дальнейшем ставку на русскую армию пришлось заметно усилить.

«Наша армия одним своим появлением на театре войны решила участь Венгрии. У венгерцев, очевидно, как говорится, опустились руки», — писал участник похода, штабной офицер, впоследствии генерал-лейтенант Михаил Лихутин.

«С момента вмешательства России борьба венгров за независимость была делом конченым», — указывал автор написанной в эмиграции в 1930-х годах 4-томной «Истории русской армии» Антон Керсновский.

Демонстрация всему миру решающей роли русского оружия была позорна для Габсбургов. То, что генерал Гёргей демонстративно капитулировал перед русскими войском, а не перед армией своего императора, вызвало в Вене немалое озлобление, скорее всего сказавшееся на трагической судьбе плененного венгерского генералитета.

Вот на вопрос, обрела бы Венгрия независимость, нельзя ответить определенно. Скорее, нет.

Не только в Петербурге, но также в Лондоне и Париже (заметьте: республиканском Париже) не проявили никакой готовности к признанию правительства Кошута, декларировавшего в апреле 1849 года полный разрыв с Габсбургами.

Австрийская империя воспринималась как «европейская необходимость», гарант стабильности в Дунайско-Карпатском регионе — преддверии Балкан, еще контролируемых ослабевающими османами.

В случае успеха венгерского национального движения Париж и Лондон, несомненно, оказали бы сильное давление в пользу отстранения непримиримого Кошута и компромисса с Веной.

Именно такой сценарий и был реализован в 1867 году, когда еще более ослабевшая Австрийская империя, утратившая северные итальянские земли и вытесненная Бисмарком из процесса объединения Германии, пошла на компромисс с венгерским движением.

Со своей стороны, его новый харизматический лидер Ференц Деак отказался от борьбы за полную независимость, а граф Дюла Андраши, в 1849 году заочно приговоренный в Австрии к смертной казни, в 1871 году стал ее министром иностранных дел.

Би-би-си: В 1956 году СССР боролся за свою сферу влияния. А что получила Россия в 1849-м?

А.С.: Никакого возвеличения России в глазах европейского общественного мнения не произошло, и никакого политического выигрыша Российская империя не получила.

Среди русских офицеров во время похода была популярна идея провозгласить королем Венгрии кого-то из великих князей. Но при дворе, насколько известно, она никогда всерьез не рассматривалась. Начальная фраза рапорта Паскевича царю по завершении кампании «Венгрия у ног Вашего Величества» осталась фигурой речи.

Би-би-си: Россия не приобрела не только территорий, но и геополитических или экономических выгод. Никто, включая спасенных Габсбургов, не испытывал к ней благодарности. Для общественности она сделалась «жандармом», а у политиков сформировалось устойчивое мнение, что Петербург слишком много на себя берет.

Генерал Лихутин видел смысл кампании в поддержке славян Австрийской империи против «мадьяр, угнетавших их 1000 лет». Некоторые современные российские историки, например, Владилен Виноградов и Чилла Желицки, также склонны возлагать ответственность за поражение венгерской революции на самих венгров, которые, требуя независимости для себя, игнорировали национальные чаяния хорватов, словаков, закарпатских русинов и трансильванских румын.

А.С.:Теория панславизма приобрела большое влияние в России лет через двадцать. Мнение о панславизме как главном мотиве российского вмешательства в Венгрии, которое разделял, в частности, Карл Маркс, не находит подтверждения в документах.

Я убежден, что для Николая I речь шла не о защите родственных по языку или вере народов, а о монархической солидарности и поддержании устоев. Венгерская революция была воспринята в Петербурге как составная часть всеевропейского заговора против существующего миропорядка.

Би-би-си: Лицейский однокашник Пушкина Модест Корф утверждал в воспоминаниях со ссылкой на свидетелей, что Николай I, узнав о перевороте в Париже на балу, вскричал: «Седлайте коней, господа!». А затем выпустил манифест, кончавшийся словами: «Трепещите, языцы, и покоряйтесь, ибо с нами Бог!»

«Никогда, никогда не могу я признать того, что случилось во Франции!»- эмоционально восклицал он.

А когда революция перекинулась из Франции в Германию, он ни с того ни с сего набросился на камердинера своей жены, немца по национальности: «Гёте! Эта ваша гнусная философия, ваш гнусный Гёте, ни во что не верующий — вот причина несчастий Германии! Шиллер, Гёте и подобные подлецы, которые подготовили теперешнюю кутерьму!»

«Повсюду вокруг него в Европе под веянием новых идей зарождался новый мир, но этот мир индивидуальной свободы и свободного индивидуализма представлялся ему во всех своих проявлениях лишь преступной и чудовищной ересью, которую он был призван побороть, искоренить во что бы то ни стало», — вспоминала фрейлина Анна Тютчева.

А.С.: Отношение Николая I к либерализму сомнений не вызывает. «Чему там учиться? Наше несовершенство во многом лучше их совершенства!» — говаривал он.

Однако документы показывают немалые колебания царского двора в вопросе о военном вмешательстве.

27 (15) марта 1848 года, после обнародования манифеста «трепещите, языцы», царь написал Паскевичу, занимавшему должность наместника пограничного с Европой Царства Польского: «Вчера я издал манифест свой, он указывает всем, и нашим, и врагам, что я хочу, не трогая других, но и не дозволяя трогать себя; в этом вся моя задача».

На следующий день последовало подтверждение: «Итак, мы должны оставаться в оборонительном состоянии, обращая самое бдительное внимание на собственный край, дабы все попытки дома укрощать в самом начале».

Всего за месяц до вторжения, 13 (1) апреля 1849 года, он писал Паскевичу: «Австрийцы, не сладив сами, хотят теперь чужими руками жар загребать; оно легко и приятно, но я того не хочу».

«Государь признает неудобным вооруженное с нашей стороны вмешательство во внутренние дела Австрии», — писал военный министр Александр Чернышев командующему российским корпусом в Молдавии и Валахии генералу Лидерсу 31 декабря 1848 года.

«Эта возможность подверглась со стороны Государя серьезному изучению», — дипломатично сообщал министр иностранных дел Карл Нессельроде российскому послу в Вене Павлу Медему.

Одной из причин могла быть экономическая ситуация. В 1848 году страну поразили засуха, массовые пожары и эпидемия холеры. Бюджет 1848 года был сведен с дефицитом в 32 миллиона рублей. «Не знаю, право, как вывернуться из сметы! Ужасно. Надо везде беречь копейку, везде обрезывать, что только можно и изворачиваться одним необходимым», — делился император с Паскевичем 7 августа 1848 года.

Венгерский поход обошелся России в 47,5 млн рублей.

Би-би-си: Как вспоминал генерал Дмитрий Остен-Сакен, царь однажды сказал ему: «То, что сделал я с Венгрией, ожидает всю Европу». Блеф? Головокружение от успехов? Или реальная угроза?

А.С.: Легкая победа могла вскружить голову даже такому опытному политику, каким, несомненно, был Николай. Однако ненадолго. Объективный потенциал России показала Крымская война, разразившаяся через четыре года.

Би-би-си: В Европе к этим разговорам отнеслись серьезно, результатом чего во многом и стала та самая война. «Я полагаю, что если бы эта варварская нация, враждебная всякому прогрессу, утвердилась в сердце Европы, это было бы величайшим бедствием для рода человеческого», — заявил в парламенте 19 июня 1854 года ветеран британской политики лорд Линдхерст.

А как к венгерскому походу отнеслись в России?

А.С.: Точку зрения государственников выразил упомянутый выше Михаил Лихутин: «Великодушная помощь Австрии не спасла ли цивилизацию Европы и не сохранила ли правильный ход судеб России?»

Николай I учредил медаль «За усмирение Венгрии и Трансильвании», которой были награждены все участники похода. 28 полков получили серебряные трубы или георгиевские знамена. Поскольку Паскевич уже имел все мыслимые чины, ордена и титулы, ему было предоставлено право на воинские почести, полагавшиеся императору. Кроме него, такого отличия удостаивался только Суворов.

В устах русской интеллигенции, как свидетельствовал в автобиографическом романе «Детство Тёмы» писатель Николай Гарин-Михайловский, слова «венгерский герой» звучали оскорблением.

Среди офицеров были широко распространены антипатия к австрийцам и уважение к венграм как достойному противнику.

«Цель войны была нам чужда. Союзники наши, австрийцы, были нам противны», — вспоминал генерал Николай Исаков.

Возмущение, в том числе при дворе, вызвала казнь австрийцами примерно 140 венгров, в том числе 13 генералов, так называемых «арадских мучеников», и умеренного либерала Лайоша Баттяни.

Би-би-си: В России те события почти забыты. А помнят ли венгры?

А.С.: При всех сменявших друг друга режимах они считали события 1849 года ничем не оправданной безнравственной агрессией, только в коммунистическую эпоху винили не Россию, а «реакционный царизм». Лайош Кошут и идеолог восстания поэт Шандор Петефи были и остаются самыми почитаемыми национальными героями.

«Венгрия не позабудет 1849 года и постарается отомстить России», — писал в мемуарах офицер Александр Верниковский.

Би-би-си: Участник Первой мировой войны, историк Антон Керсновский указывал, что венгерские национальные части сражались против русских с особенной яростью. А во Второй мировой войне Венгрия стала самым боеспособным и стойким союзником Германии.

  • Союзники Третьего рейха — боеспособные и не очень

А.С.: Символика 1848-1849 годов играла важнейшую роль во время Венгерского восстания 1956 года. Перезахоронение главной жертвы режима Ракоши Ласло Райка состоялось 6 октября, в день казни «арадских мучеников».

Лозунги студенческой демонстрации 23 октября под заголовком «16 пунктов» были прямой отсылкой к «12 пунктам», с которыми молодежь Пешта выступила 15 марта 1848 года. Одна из революционных газет так и называлась — «15 марта». Правительство Имре Надя одобрило использование Национальной гвардией воинских званий и знаков отличия 1848 года.

В коммунистической Венгрии день начала восстания 1849 года, 15 марта, официально не отмечался, но ежегодные оппозиционные акции были неизменной головной болью для местных спецслужб.

Теперь революция 1848-1849 годов воспринимается в Венгрии как культовое событие в истории страны, предмет национальной гордости. 15 марта является государственным праздником наряду с 23 октября — днем начала восстания 1956 года. Правда, социалисты делают упор на ее демократических лозунгах, а правые — на национально-освободительном содержании.

Эпилог

К концу царствования Николая I Россия пришла с полуторамиллионной армией, нерешенным крестьянским вопросом, единственной железной дорогой, «дабы не побуждать народ к ненужным перемещениям с места на место», гладкоствольными ружьями, 24 военными пароходами против 150 английских и 108 французских, и 20-кратным отставанием от Британии по выплавке чугуна на душу населения.

26 июня 1853 года Петербург начал войну с Турцией. Британия и Франция встали на ее защиту. «Спасенная» Австрия заняла недружественную к России позицию «вооруженного нейтралитета».

9 сентября 1855 года пал Севастополь.

  • Крымская война: история на современном фоне

2 марта 1855 года Николай I скончался, простудившись на параде, 58 лет от роду. «Государь, это самоубийство!» — крикнул лейб-медик Мандт, увидев, как он садится на коня в одном мундире. «В дурном порядке сдаю тебе команду», — сказал император сыну перед смертью.

20 января 1856 года умер в Варшаве Иван Паскевич. Узнав о сдаче Севастополя, он слег и уже не выздоровел.

15 марта 1867 года Венгрия получила самоуправление и равные права с Австрией, в ведении общеимперского правительства остались только оборона и внешняя политика.