Снаряды для танка т 72

Боевое применение танка Т-72


В отличие от своего предшественника танка Т-64, география боевого использования которого ограничена лишь конфликтом в Приднестровье, «семьдесятдвойкам» пришлось участвовать в боевых действиях во многих горячих точках бывшего СССР и мира.
Впервые эти машины применили при боевых действиях в 1982 году в Ливане, в долине Бекаа. Вскоре в зарубежной печати появились репортажи с мест боев, которые один краше другого описывали пустыню, усеянную уничтоженными сирийскими Т-72. В одной из программ западногерманского канала ZDF в 1982 г. показывались уничтоженные танки, но не только сирийские Т-72, а в основном израильские танки американского производства М60А1. Машины имели от 3 до 6 пробоин каждая – особенность стрельбы арабских танкистов, танк должен быть поражен наверняка. Показали и детали уничтоженных Т-72, крупным планом и все время разные. Но ни одной пробоины, как в случае с М60А1, операторы почему-то не показывали. А когда показали общий план одной из уничтоженных сирийских «семьдесятдвоек», стало понятно, что снимался все время один и тот же танк, уничтоженный самими сирийцами, чтобы не достался врагу. Об этом говорили открытые и поставленные на стопоры крышки люков механика-водителя и остальных членов экипажа, снятые (не сорванные взрывом) с танка наружные топливные баки, пулеметы ПКТ и НСВТ, подготовленные к сцепке и буксировке машин тросы. Несведущая в таких вопросах публика могла и взаправду поверить о больших потерях танков Т-72, понесенных сирийскими танковыми войсками, фильм-то смонтирован профессионалами.

Для чего же все это делалось? Ответ прост для тех, кто немного знаком с восточными нравами. Хорошо зарекомендовавшие себя в боях с израильтянами советские танки явились серьезной угрозой американским торговцам оружия на Ближневосточном рынке. Там страны богатые и всякую дрянь покупать не будут. Вот и пришлось американским бизнесменам таким образом «пудрить» мозги потенциальным покупателям. Примерно то же самое происходит и сейчас – слишком конкурентоспособную продукцию выпускает российская оборонная промышленность. В ход пускаются самые грязные технологии и методы, вплоть до задействования Международного валютного фонда и подкупа чиновников.


После окончания боев в Ливане в 1982 г. президент Сирии Х.Асад в одном из интервью заявил: «Танк Т-72 лучший в мире» – и особо подчеркнул, что израильским танкистам не удалось уничтожить или подбить ни одной такой машины советского производства. Косвенным подтверждением тому может быть и такой факт, что до 1987 г. ни у американцев, ни у израильтян не имелось ни одного более или менее целого танка Т-72. Во время тех событий в противоборстве сирийских и израильских танкистов побеждали те, у кого были лучшие танки. В тех случаях, когда встречались «семьдесятдвойки» и «Меркавы», побеждала советская техника. Так, например, по словам участника тех событий офицера сирийской армии Мазина Фаури, на его глазах танк Т-72 одним выстрелом осколочно-фугасным снарядом (бронебойно-подкалиберные и кумулятивные в тот момент уже закончились) «снимал» башню с израильского танка «Меркава».
Еще один сирийский танкист Юсиф (к сожалению фамилия не сохранилась в памяти автора), обучавшийся в Академии бронетанковых войск, подтвердил высокую живучесть Т-72 на поле боя во время экзамена по дисциплине кафедры Танков и БТР. Преподаватели этой кафедры запросто могли учебной группе на итоговом экзамене поставить за один раз по 5–6 «неудов», поэтому отвечать требовалось четко и по существу. В экзаменационном билете Юсифу попался вопрос: «Дать оценку защищенности танка Т-72». По идее слушатель при ответе на этот вопрос должен был рассказать о возможностях броневой и динамической защиты, систем противопожарного оборудования и коллективной защиты. Но Юсиф ответил по-другому. Он сказал, что после того как завершился бой, и он увидел на броне своего Т-72 несколько отметин от бронебойно-подкалиберных снарядов израильтян. то он броню этого танка просто целовал, как целуют любимую женщину. Больше он ничего не сказал, и экзаменационная комиссия поставила ему «отлично». К этому трудно что-либо добавить.

Хорошо зарекомендовали себя «семьдесятдвойки» и в ходе операции «Буря в пустыне» в 1991 году. Там они участвовали и с одной и с другой стороны. И опять, как и после ливанских событий 1982 г., американская пропагандистская машина раструбила о несовершенстве советской военной техники. В журналах (в том числе и в некоторых наших) десятками публиковались фотографии уничтоженных «семьдесятдвоек» в самых мрачных ракурсах, описания того, как доблестные американские танкисты расстреливали их из пушек «Абрамсов» с первого выстрела на дальностях более 3000 м. Никто не спорит, были случаи, когда иракские Т-72 уничтожались и из М1А1. Но вот ведь в чем загвоздка – все уничтоженные «семьдесятдвойки» (да и другие танки тоже) записали на свой счет американские танкисты. Причем по разным американским источникам цифры уничтоженных иракских танков разнятся на тысячи – от 500 до 4000! Правда, сами же зарубежные издания подвергают сомнению эти цифры.
Анализ других статей в американских журналах, переводы которых у нас почему-то не публиковались, позволяет составить более реальную картину тех событий. У американских танкистов было преимущество в возможностях по обнаружению противника благодаря использованию на их современных танках тепловизионных приборов. Эти приборы позволяли обнаруживать иракские танки ночью и в условиях плохой видимости (в тумане или при пыльных бурях) на дальностях свыше 3000 м. С этих дальностей и открывался огонь, и иногда действительно были случаи поражения иракских танков с первого выстрела. Почему иногда? Потому, что через год после окончания войны в зоне Персидского залива появились сообщения о странных болезнях у кувейтских детей. Оказалось, что эти дети играли в пустыне с бронебойно-подкалиберными снарядами из обедненного урана от 120-мм пушек «Абрамсов», которых в этой пустыне потом насчитали более 20 тысяч. Другими словами, это те снаряды, которые не достигли своей цели. Простая арифметика показывает, что на один уничтоженный иракский танк в среднем было израсходовано от 5 до 40 таких снарядов (это если считать, что все-таки было уничтожено 4000 иракских танков). Иракским танкистам было тяжело бороться с новейшими американскими танками, т.к. стреляли они по ним из «семьдесятдвоек» бронебойно-подкалиберными снарядами ЗБМ9. снятыми с вооружения в Советской Армии (с производства еще раньше) в 1973 году, т.е. когда М1 даже в проекте не было. Тем не менее иракцы боролись и этими снарядами с американскими «Абрамсами» (танкисты других стран антииракской коалиции с иракскими Т-72 не сталкивались), лишний раз показывая миру высокую боевую мощь советских танков.

Подтверждением того, что потери от огня сирийских танков «Абрамсы» несли, может служить такой пример. Весной 1993 г. в Военную академию им. М.В.Фрунзе прибыла делегация американских офицеров во главе с начальником штаба сухопутных войск армии США генералом К.Вуона. На встрече с офицерами академии он много рассказывал, как американские танкисты уничтожали иракские танки и вообще как они лихо воевали. Но когда я его спросил о количестве потерянных «Абрамсов» от огня иракских танков, то генерал сначала смутился и отвечать отказался, ссылаясь на усталость.

Другие американские журналы все же написали, что для уничтожения иракских Т-72 чаще всего использовались ПТРК TOW с дальностей более 3000 м, ближе к иракским танкам подходить боялись. В целях снижения эффективности стрельбы американских ПТУР на некоторых иракских «семьдесятдвойках» устанавливался на башне постановщик помех китайского производства. Стрельба ракетами TOW по таким танкам успеха не имела, поэтому для уничтожения одного Т-72 американцами выделялись не менее 3 танков М1А1 при поддержке 2-3 БМП М2 «Брэдли», при этом старались обойти его с тылу или хотя бы с фланга, в лоб, как правило, не стреляли. По возможности, для уничтожения иракских танков привлекалась авиация или мощная корабельная артиллерия. На их долю приходится львиная доля уничтоженных танков армии Ирака. И все же большая часть танков, в первую очередь Т-72, при отступлении уничтожались самими иракскими танкистами из-за нарушений в снабжении топливом и боеприпасами. Были случаи, когда на поле боя оставались почти целехонькие, на первый взгляд, «семьдесятдвойки». Это случалось тогда, когда в машинах не оставалось ни боеприпасов, ни топлива, и иракские танкисты подручными средствами разбивали прицелы и некоторые блоки, выводили из строя электропроводку. Об этом свидетельствуют и опубликованные в журналах фотографии. Что касается М1А1, то эти танки горели даже сами по себе, не успев еще вступить в бой, чего не замечалось за машинами советского производства. Так, например, сирийская танковая дивизия, вооруженная танками советского производства, совершив в район боевых действий 1000-километровый марш своим ходом, не оставила на пути следования ни одного танка, за весь марш не было ни одной поломки, ни одного отказа! (имеются в виду танки Т-62, – Виталий).
Всего, как выяснилось, за всю операцию «Буря в пустыне» всеми средствами было уничтожено… 14 танков Т-72, включая те, которые были уничтожены отступающими иракскими войсками.

Довелось «семьдесятдвойкам» поучаствовать и в различных военных конфликтах на территории бывшего СССР – в Нагорном Карабахе и Таджикистане. И вновь они показали свои высокие боевые качества и надежность. Но самым серьезным испытанием для этих машин явились события в Чеченской Республике.
Использование неподготовленных к боевым действиям танков (отсутствие динамической защиты, неподготовленное вооружение и т.п.), комплектование подразделений необученными, собранными из разных военных округов, экипажами, которые не прошли даже боевого слаживания, отсутствие взаимодействия между танкистами и мотострелками при бое в городских условиях против хорошо подготовленных боевиков, оснащенных большим количеством противотанковых средств, привело к ощутимым потерям бронетанковой техники в первый период войны. По состоянию на начало февраля 1995 года из задействованных в боевых действиях 2221 единицы бронетехники было безвозвратно потеряно 225 машин, в том числе 62 танка. Почти половина из этого количества приходится на долю 131-й Майкопской бригады. Впрочем, досталось и другим частям.

Так, например, танковый батальон одной из мотострелковых частей Уральского военного округа, дислоцирующийся в г. Екатеринбурге, динамическую защиту получил только при совершении марша на штурм Грозного в декабре 1994 г., когда времени на ее установку уже не оставалось. Защита устанавливалась на малых привалах в ходе марша, кто сколько успел, т.к. никто из старших начальников не хотел брать на себя ответственности за задержку полка на марше. Во время боев в городе танк Т-72Б №436 этого полка был уничтожен выстрелом в борт из станкового противотанкового гранатомета СПГ-9, расчет которого притаился между домами частного сектора. Граната пробила броню и вызвала детонацию боекомплекта, машину буквально разорвало на куски, экипаж машины, к сожалению, погиб. Как всегда, платой за нерасторопность некоторых больших начальников стала жизнь солдат и офицеров.
Во время боев в Грозном гранатометчики боевиков вели огонь по российским танкам минимум с 4 направлений одновременно. При этом стрельба велась с выгодных для них ракурсов в слабозащищенные части танков – по люкам членов экипажей, сверху по крыше МТО, сзади под башню, по бортам, не прикрытых экранами. Для снижения чувства страха и болевого порога дудаевские гранатометчики широко использовали наркотические средства. Под их воздействием они выскакивали на наступающие танки из укрытий, не обращая внимания на ответный огонь из стрелкового оружия, и те, кого этот огонь не сразил, поражали танки в упор.
Так, например, в январе 1995 года по танку Т-72Б №529 из отдельного танкового батальона 131-й Майкопской бригады вели огонь одновременно несколько расчетов РПГ-7 и СПГ-9. Умело маневрируя и ведя огонь по боевикам из всех видов оружия, экипаж танка в составе командира танка лейтенанта Цымбалюка, механика-водителя рядового Владыкина и наводчика младшего сержанта Пузанова смогли, в конечном счете, уничтожить расхрабрившихся под действием наркотиков гранатометчиков и благополучно выйти из боя. На корпусе и башне после этого насчитали 7 попаданий гранат от СПГ и РПГ, но пробитий брони не было.
Часто в зарубежных источниках специалисты по советской бронетанковой технике стараются подчеркнуть о чувствительности танка Т-72 к пожару, дескать, небольшое возгорание внутри танка приводит к детонации боекомплекта, а, следовательно, и к срыву башни. Если смотреть объективно, то к пожару чувствительны все танки, да и не только танки – корабли, самолеты, автомобили и т.д. Другое дело, что в результате детонации боекомплекта у Т-72 отлетает башня, а на «Абрамсе» она, можно сказать, остается на месте, только корпус разваливается. Результат все равно один – танк восстановлению не подлежит. А что касается пожаров в танке Т-72, то есть и другие примеры.
В январе 1995 г. в Грозном в танк, в котором находился начальник штаба танкового батальона одного из мотострелковых полков Уральского военного округа майор Н.Г.Гочерян, выстрелили из гранатомета РПГ-7. Граната попала в правый борт, не прикрытый экраном, который сорвало в предыдущих боях. Кумулятивная струя пробила броню и правый топливный бак. Внутри машины возник пожар. Механик-водитель остановил машину, и экипаж по приказу майора покинул ее, при этом двигатель машины продолжал работать.

Начальник штаба занял место механика-водителя в горящей машине и привел ее в расположение своего батальона. Там подручными средствами, водой из луж пожар в машине потушили. Боеприпасы, находящиеся в машине, от огня раскалились, а пороховые заряды артвыстрелов почернели, тем не менее все обошлось. Конечно, если бы баллоны системы ППО были бы заправлены огнегасящим составом, то все было бы проще, но они были израсходованы раньше. Заправить их заново было негде, да и некогда, война шла полным ходом, а техническое и тыловое обеспечение должным образом еще не было организовано.
После обеспечения всех танков динамической защитой и при правильном их использовании танкисты выполняли поставленные задачи практически без потерь. В марте 1996 года в освобождении п. Гойское, который обороняли более 400 хорошо вооруженных боевиков, принимала участие танковая рота одного из мотострелковых полков Уральского военного округа. Эта рота была вооружена танками Т-72Б, оснащенными динамической защитой. Танки атаковали в боевых порядках мотострелков с рубежа атаки, удаленного от позиций боевиков на 1200 м. В ходе атаки противник пытался отразить танковую атаку огнем из ПТРК ракетами 9М111 «Фагот». Всего было произведено 14 пусков ПТУР. Две ракеты не достигли цели благодаря умело проведенному экипажем машины маневру (обе ракеты предназначались одному танку), 12 ракет попали в танки, а в одну из машин попали сразу 4 ракеты. Тем не менее после этих попаданий экипаж и танк сохраняли свою боеспособность и продолжали выполнять поставленную боевую задачу. На машине были повреждены турель зенитного пулемета, командирский прибор наблюдений ТКН-3В и разбит призменный прибор наблюдения наводчика.
На остальных танках роты, которые получили по одному-два попадания ПТУР, имелись повреждения следующего характера: повреждение ящиков с ЗИП на надгусеничной полке (на двух машинах), разрушение прожекторов «Луна-4» (на двух машинах), повреждение турели зенитного пулемета НСВТ-12,7 «Утес» (на одной машине). Остальные попадания ПТУР в танки вызвали только срабатывание элементов динамической защиты. Пробитие брони было достигнуто только на одном танке в результате пуска ракеты «горкой» и попадания ее в башню под углом 15-20° сверху вниз в районе люка наводчика. В результате пробития брони кумулятивной струёй была повреждена электропроводка и легко ранен находящийся на месте наводчика старший лейтенант И.В.Абрамов (ожог и касательные осколочные ранения затылочной части головы). Танк сохранил свою боеспособность и, несмотря на то, что в результате повреждения проводки вышел из строя A3, продолжал выполнять поставленную задачу. После боя он был отправлен в ремонт. На остальных машинах были заменены лишь сработавшие элементы динамической защиты. Огнем из танковых пушек пусковые установки ПТУР и их расчеты были уничтожены.
В начале апреля 1996 года один из танков Т-72Б того же подразделения выполнял боевую задачу по уничтожению автомобильной колонны боевиков на горной дороге. Огонь из танка велся из окопа на дальность 3600 м. После того как на машине был израсходован боекомплект из вращающегося транспортера A3, к ней для пополнения боекомплекта подошел кормой другой танк с ящиками с боеприпасами, уложенными на крыше моторно-трансмиссионного отделения. В момент загрузки боеприпасов в танк боевиками был произведен пуск ПТУР 9М111 «Фагот» с дальности 1900 м, которая попала в ящики с боеприпасами. В результате разрыва ракеты осколками был убит командир танка, находящийся рядом с ящиками. Часть осколков рикошетом от открытой крышки люка попала внутрь танка, вызвав небольшое возгорание внутри, возникшее в результате повреждения электропроводки. Ящики с боеприпасами тоже загорелись. Действиями экипажей танков огонь был потушен. Несмотря на то, что кумулятивная струя разорвавшейся ПТУР прошла через заряды танковых боеприпасов, они не воспламенились и снаряды не сдетонировали, хотя расчет оператора ПТРК был именно на это. Этот случай еще раз подтверждает высокую живучесть танков Т-72 на поле боя.
Во вторую чеченскую кампанию потери бронетанковой техники федеральных сил были значительно меньше, чем в первую. Сказались наличие у большинства офицеров боевого опыта, обученность экипажей и организация четкого взаимодействия и всестороннего обеспечения боевых действий. При умелом использовании танки успешно применялись и при боях в городских условиях. Входе наступления мотострелковых подразделений поддерживающие их танки играли решающую роль. Они своим огнем уничтожали обнаруженные огневые средства противника, после чего пехота продвигалась вперед. Так, например, действовала танковая рота отдельного мотострелкового батальона 205-й отдельной мотострелковой бригады, поддерживая действия мотострелков по освобождению Старопромысловского района г. Грозного в декабре 1999 г. – январе 2000 г. Удаление танков от мотострелков составляло не более 50 м, что обеспечивало их защиту от огня гранатометчиков с флангов и с тыла, а их огонь во фронтальные проекции машин не причинял им вреда. За время боев за Грозный от огня боевиков был поврежден только один танк этой роты, который в кратчайшие сроки был восстановлен ремонтными подразделениями бригады. Эта машина под командованием одного из командиров взводов, нарушившего приказ командира батальона, вырвалась вперед и остановилась под стенами пятиэтажного дома, занятого боевиками. Боевики мгновенно открыли по ней огонь из гранатометов с верхних этажей здания. В результате нескольких попаданий на танке были повреждены радиаторы и зенитно-пулеметная установка. Своим ходом экипажу удалось вывести машину из боя, после чего ее отправили в ремонтное подразделение, где она и была восстановлена. Никто из членов экипажа не пострадал. За период с октября 1999 г. по август 2000 г. в танковой роте, о которой идет речь, не потеряли ни одного человека и ни одного танка.
Описанные выше эпизоды применения танков Т-72 в различных военных конфликтах подтверждают их высокую надежность и живучесть, а также сводят на нет байки некоторых западных авторов и генералов о том, как якобы просто можно расправиться с советскими танками. Многие наши и зарубежные танкисты после боев благодарили Всевышнего и создателей этой замечательной машины – танка Т-72 за то, что она спасла им жизнь.

«Вестник Мордовии» на днях сообщил о том, что в Сирии танки Т-72Б3 впервые использовали танковые управляемые ракеты комплекса 9К119М «Рефрекс-М», которые по классификации НАТО имеют обозначение АТ-11 «Снайпер».

«Рефлекс-М» и его предшествующую модификацию — 9К119 «Рефлекс» — принято называть противотанковым ракетным комплексом (ПТРК). Однако это не в полной мере отражает реальность», поскольку комплекс способен поражать не только танки, но и вертолеты, другие низколетящие цели, инженерные сооружения, уничтожать живую силу противника.

Данная универсальность достигнута за счет того, что ракета помимо противотанковой боевой части оснащается еще и осколочно-фугасной, а также термобарической.

Но наиболее востребован, разумеется, противотанковый вариант, способный пробивать 900-миллиметровую гомогенную броню или броню толщиной 800−850 мм под динамической защитой. Данный боеприпас тандемный кумулятивный. Лидирующий заряд предназначен для уничтожения динамической защиты. Основной заряд ракеты, срабатывающий во вторую очередь, обеспечивает пробивание брони.

Российский основной боевой танк Т-72Б3 Российский основной боевой танк Т-72Б3

«Рефлекс-М», разработанный в тульском КБ приборостроения, — достаточно «возрастной» комплекс, принятый на вооружение во второй половине 90-х годов. Тем не менее, он не утратил своей актуальности и по нынешний день. О чем косвенно свидетельствует то обстоятельство, что разработки КБ приборостроения обладают значительным временным ресурсом.

Ракета выстреливается из гладкоствольной танковой пушки калибра 125 мм. Наведение на цель осуществляется при помощи лазерного луча. При этом стрельба может выполняться в движении на скорости до 30 км/ч. Скорость цели может находиться в пределах до 70 км/ч.

Дальность стрельбы — 5000 м. Это дает танку значительное преимущество перед противником в танковой дуэли, если тот не имеет ракетного вооружения и ведет огонь подкалиберными снарядами. Их максимальная дальность не превышает 3−3,5 км. То есть Т-72 или иной танк, оснащенный ПТРК «Рефлекс», сближаясь с противником, может его обстреливать на протяжении 1,5−2 км, не встречая огневого сопротивления. К таким «безракетным» танкам относится, например, американский «Абрамс».

Ракета выталкивается из ствола специальным метательным устройством, играющим роль выстрела, придавая ей скорость в 400 м/с. После выхода ракеты из ствола отбрасывается поддон, защищающий фотоприемник, раскрывается оперение и включается маршевый двигатель. Причем двигатель расположен ближе к передней части ракеты, чтобы пламя из сопел не препятствовало нормальной работе фотоприемника, реагирующего на наводящий лазерный луч.

В комплект «Рефлекса-М» входит управляемый снаряд 9М119Ф1. Это не ракета, а именно снаряд, наведение его на цель осуществляется точно таким же, лазерным, способом. И коррекция полета происходит также при помощи аэродинамических рулей. Снаряд осколочно-фугасный. Его максимальная дальность полета — 3−3,5 км. Но он имеет определенное преимущество по сравнению с ракетой: поскольку у него нет маршевого двигателя, то его нельзя засечь приборами, фиксирующими тепловое и ультрафиолетовое излучение летящего боеприпаса.

Но главное достоинство 9М119Ф1 — почти трехкратное увеличение эффективности. Это достигнуто за счет того, что отсек, предназначенный для двигателя, начинен взрывчатым веществом. При этом второй заряд подрывается с задержкой по отношению к первому, это повышает и фугасный, и осколочный эффекты. Такое инженерное решение привело к тому, что снаряд уничтожает живую силу (в том числе и в средствах индивидуальной бронезащиты) в радиусе 20−25 м. Также происходит поражение легкобронированной техники.

Ракеты и снаряд «Рефлекса» могут использоваться не только в танках, имеющих гладкоствольную пушку калибра 125 мм, но и в самоходных, а также в буксируемых артиллерийских установках.

Куда большие результаты достигаются, если увеличить калибр орудия до 152 мм. Такая возможность существует в самоходных гаубицах «Мста» и «Коалиция-СВ». Перспективный танк Т-14 на платформе «Армата», готовящийся к серийному производству, могут оснащать не только 125-мм пушкой, но и 152-мм. В этом случае Т-14 будет запускать «пушечным методом» ПТУР «Корнет», также разработанный КБ приборостроения.

Дальность «Корнета» в два раза выше — 10 км. И в случае встречи с американским танком, который прикрывает БТР с ПТРК «Джавелин», выигрыш по дальности стрельбы у «россиянина» будет громадный. Потому что «Джавелин» имеет дальность, не превышающую 2,5 км.

У «Корнета», по сравнению с «Рефлексом», выше и бронепробиваемость под динамической защитой — 1300−1400 мм. Этого более чем достаточно, чтобы продырявить фронтальную проекцию башни любого танка мира. Наведение на цель такое же, как и у «Рефлекса», по лазерному лучу.

Как было сказано выше, тандемная БЧ ракеты служит для того, чтобы преодолевать динамическую защиту брони. Однако «Корнет», в отличие от «Джавелина», способен прорывать при этом дополнительно еще и активную защиту танка, которая представляет собой автоматический отстрел подлетающего боеприпаса гранатой или иными средствами. Для этого российский ПТРК имеет возможность производить парный пуск ракет, которые управляются одним лазерным лучом. Первая ракета пробивает активную защиту, «погибая» при этом, а вторая устремляется к танковой броне. В ПТРК «Джавелин» такая стрельба невозможна даже теоретически, поскольку вторая ракета не способна «видеть» танк из-за первой. Дело в том, что американская ракета имеет инфракрасную ГСН, в связи с чем вторую ракету будет ослеплять работающий двигатель первой.

Помимо противотанковой ракеты в комплект «Корнета» входят осколочно-фугасная и термобарическая ракеты.

Большинство иностранных противотанковых ракет запускается при помощи специализированной пусковой установки и не предназначены для стрельбы ими из танковой пушки. Поэтому рассматривать американский «Джавелин» нет смысла.

Еще одна особенность западных ракет, использующихся в танках, — все они противотанковые, то есть тандемные кумулятивные. Среди них, в отличие от «Рефлекса» и «Корнета», нет осколочно-фугасных и термобарических.

Превзошли «Рефлекс», но не дотянули до «Корнета» в Израиле, где в танке «Меркава» используется ракета Lahat калибра 120 мм. Она имеет полуактивную лазерную ГСН, то есть цель подсвечивается лазерным лучом, и ГСН захватывает его отражение. При этом подсветка может осуществляться как из танка, так и с беспилотника. Дальность ракеты — 8 км. При этом атака на танк осуществляется сверху, где он менее защищен. Однако бронепробиваемость у ракеты не столь высока — 800 мм гомогенной брони.

Большой интерес представляют два южнокорейских управляемых снаряда (без реактивного двигателя), имеющие ИК ГСН, — 120 мм и 155 мм. Первый улетает на 5 км, второй на 8 км. Но в танке используется только 120 мм снаряд. Снаряд летит по баллистической траектории, достигая в высшей точке отметки в 350 м. Сведений о бронепробиваемости нет.

И, наконец, французы в этом десятилетии собираются оснастить свой танк «Леклерк» управляемым снарядом Polynege калибра 120 мм. Без ракетного двигателя он улетает на 8 км, поднимаясь при этом на высоту 650 м. Снаряд интересен тем, что он использует две системы наведения на цель, в процессе стрельбы выбирается одна из них. Либо работает инфракрасная ГСН, либо полуактивная ГСН, требующая лазерной подсветки цели.

Противотанковые управляемые реактивные снаряды

Смотреть что такое «Противотанковые управляемые реактивные снаряды» в других словарях:

  • Противотанковые управляемые реактивные — снаряды (ПТУРС), противотанковые управляемые ракеты, оружие, предназначенное для борьбы с танками и др. бронированными целями. Появились в вооруженных силах многих государств в 50 60 х гг. 20 в.; состоят на вооружении общевойсковых подразделений … Большая советская энциклопедия

  • танкіге қарсы басқарылатын реактивтік снарядтар — (Противотанковые управляемые реактивные снаряды) құрлықтағы әскер бөлімдерінің қарамағындағы танкіге қарсы қуатты күрес құралы. Т.қ.б.р.с. ұрыс машиналарынан, сауытты транспортерлардан немесе өткізгіш қондырғылардан тікелей бағытталады. Соңғы… … Казахский толковый терминологический словарь по военному делу

  • Оружие (воен.) — Оружие (воен.), общее название устройств и средств, применяемых в вооружённой борьбе для уничтожения живой силы противника, его техники и сооружений. Развитие О. зависит от способа производства и особенно от уровня развития производительных сил.… … Большая советская энциклопедия

  • Оружие — I Оружие (воен.) общее название устройств и средств, применяемых в вооружённой борьбе для уничтожения живой силы противника, его техники и сооружений. Развитие О. зависит от способа производства и особенно от уровня развития… … Большая советская энциклопедия

  • Артиллерия — (франц. artillerie, от старофранц. atillier приготовлять, снаряжать) 1) род сухопутных войск; 2) совокупность предметов вооружения; 3) наука, изучающая устройство артиллерийского вооружения, его свойства и способы использования. … … Большая советская энциклопедия

  • Ракетное оружие — система, в которой средства поражения доставляются до цели с помощью управляемых или неуправляемых ракет (См. Ракета); представляет собой комплекс, включающий ракету с ядерным или обычным зарядом, пусковую установку, средства наведения на … Большая советская энциклопедия

  • Танк вчера, сегодня, завтра — ОТ “ВЕЗДЕХОДА” ДО Т 54 В оснащении современных армий ведущая роль принадлежит так называемым комплексным системам вооружения, примером которых может служить танк боевая гусеничная машина, сочетающая в себе мощное вооружение, надежную… … Энциклопедия техники

  • Ракетные танки — В конце второй мировой войны немецкими конструкторами были созданы первые в мире противотанковые управляемые реактивные снаряды (ПТУРС), но запустить их в массовое производство не успели. В послевоенные годы ПТУРСы появились во… … Энциклопедия техники

  • Боевые припасы — боеприпасы, предметы вооружения, предназначенные для поражения живой силы противника, уничтожения его боевой техники, разрушения укреплений, сооружений и выполнения других задач (освещение местности, переброска агитационной литературы).… … Большая советская энциклопедия

  • Таран (противотанковая САУ) — У этого термина существуют и другие значения, см. Таран (значения). Эта статья об опытной советской послевоенной самоходной противотанковой пушке СУ 152 «Таран». О советской САУ периода Великой Отечественной войны см. СУ 152 … Википедия

В состав танковых средств входили аппаратура 9С461 («Град» танковый, наземный — ГТН) системы полуавтоматического управления с передачей команд управления по радиолинии миллиметрового диапазона с применение пяти литер и двух кодов и модулированной световой линией обратной связи, дневной квантовый (лазерный) прицел-прибор слежения со стабилизированным полем зрения 1Г21М, электромеханический баллистический вычислитель с автоматическим вводом параметров 1В59, блок цепей управления 9В387, преобразователь ПО-900. Общий объем аппаратуры составлял 144 дм3. В связи с возросшим энергопотреблением ранее устанавливавшийся на танке стартер генератор СГ-10 заменили на СГ-18, подняв вырабатываемую мощность с 10 кВт до, как нетрудно догадаться, 18 кВт.
Орудие можно было зарядить ракетой только через механизм заряжания, так что теоретически танк мог идти в бой с 28 «Кобрами». Но на практике нормой считалась загрузка в боекомплект шести ракет.
Эксплуатация управляемого вооружения обеспечивалась с использованием контрольно-проверочных машин 9В862 (для работ с ракетой) и 9В863 (для обслуживания аппаратуры комплекса), а также тренажера 9Ф68М.
Предусматривался выпуск модификации Т-64Б без комплекса «Кобра» (Т-64Б-1), стоимость которого была на 18% ниже ракетного варианта, но на 40% превышала соответствующий показатель Т-64А, в основном из-за дорогостоящей системы управления огнем 1АЗЗ и более совершенной системы бронирования. Танк Т-64Б получил также кодовое наименование «Сосна».
Правительственное постановление ставило задачи в 1977 гг. провести работы по совершенствованию комплекса в части повышения бронебойного действия боевой части и уменьшения влияния пыледымового облака, а также по внедрению комплекса «Кобра» на танк Т-80.
Первое направление определило на предстоящие полтора десятилетия основные направления совершенствования создаваемого КБТМ танкового управляемого вооружения, а второе было реализовано буквально за пару лет. Уже в 1977 г. танк Т-80 с комплексом управляемого реактивного вооружения «Кобра» с улучшенной системой управления огнем «Обь», разрабатывавшийся по теме «Совершенствование», был предъявлен на испытания. Так как практически все «шишки» уже были набиты при отработке «Кобры» на Т-64А, испытания этого комплекса на Т-80 прошли быстро и безболезненно.
Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 6 июня 1978 г. на вооружение принимался танк Т-80 с ракетно-пушечным вооружением с присвоением ему шифра Т-80Б, определились тактико-технические характеристики вооружения, отличающиеся от принятых для Т-64Б значением минимальной дальности (1000м), а также несколько иным составом танковых средств, в частности, применением танковой аппаратуры управления в модификации 9С461-1, более совершенного квантового прицела-дальномера прибора слежения 1Г42 со стабилизацией поля зрения в двух плоскостях и панкратическим увеличением (регулируемым от 3,9 до 9 крат), электрогидравлического двухплоскостного стабилизатора пушки 2Э26М, электронного баллистического вычислителя 1В517 с автоматическим вводом поправок.
Перечисленные танковые средства входили в усовершенствованную систему управления огнем «Обь», разрабатывавшуюся по приказу Министерства оборонной промышленности от 17 августа 1973 г. и впервые испытанную совместно с комплексом «Кобра» не на Т-80, а на «объекте 447» (варианте Т-64А). Эскизный проект танка Т-64А-2М, воплотившего в себе всю совокупность наработанных танкостроителями новшеств, в том числе как по управляемому, так и по обычному артиллерийскому вооружению, был выпущен в 1973г. под непосредственным руководством Н.А. Шомина, будущего главного конструктора, а в то время первого заместителя А.А. Морозова. В 1975 г. на заводе в Харькове были собраны танки №56,57 и 58. Еще два (№59 и 60) задержались в производстве из-за отсутствия комплектующих. Готовые машины в 1976 г. поступили на испытания, успешно завершившиеся в следующем году. В дальнейшем отработанная на этих танках и принятая для Т-80Б комплектация танкового оборудования внедрялась и на машины семейства Т-64Б («объект 447А»).
Еще до принятия Т-80Б на вооружение в соответствии с постановлением партии и правительства от 21 апреля 1978г. разработчики «Кобры» были удостоены одной из высших наград Родины — Ленинской премии.
В целом ракета и комплекс расценивались как вполне удачные, и дальнейшее совершенствование вначале велось в основном в направлении повышения бронепробиваемости боевой части. Уже в 1977 г. успешно испытали дюжину ракет 9М112М и две 9М112М2, на которых предусматривалось увеличить бронепробиваемость на 20 и 40% соответственно. В следующем году испытания 9М112М завершились, и с конца 1979 г. она поступила в серийное производство
В 1977 г. в серийное производство был направлен газорассекатель, служащий для снижения загазованности боевого отделения танка. Испытывался и дульный насадок, сконструированный в расчете на уменьшение пылеобразования.
Совершенствование ракеты велось и в направлении снижения трудоемкости ее производства, в частности, изучался переход на одноканальную схему органов управления по типу «Малютки». Применение этой схемы обеспечивалось тем, что, в отличие от «Фаланги», «Кобра» не стабилизировалась по крену, а вращалась в полете со скоростью 10 оборотов в секунду, что достигалось установкой консолей крыльев под небольшим утлом к плоскости, проходящей через продольную ось ракеты. В 1978—1979 гг. прошли успешные испытания одноканального варианта ракеты, но в серийное производство его не передавали.
В 1979 г. в Гороховце были проведены с положительными результатами стрельбы в ночных условиях, а также испытания по применению «Кобры» против вертолетов. Удачные ночные пуски на дальность до 4 км обеспечивались использованием двух-трех 120-мм осветительных мин, выстреливаемых с интервалом 4—8 с.
«Кобры» могли успешно применяться и по воздушным целям, но для этого требовалось своевременное получение внешнего целеуказания. Так, для поражения на удалении 4 км вертолета, летящего со скоростью до 300 км/ч на высоте до 500 м, соответствующее целеуказание должно было поступить уже при его приближении на дистанцию 5 км.
Велось конструирование варианта 9М112М2 с боевой частью с бронепробиваемостью, увеличенной на 40% по сравнению с исходным образцом. Летная отработка этой ракеты проходила в 1983 г. Еще через пару лет была создана ракета, получившая к тому времени наименование 9М124. Ее бронепробиваемостъ в 1,8 раза превышала соответствующий показатель первой принятой на вооружение «Кобры».

К началу 1980-х гг, устарела и снималась с производства элементная база, на которой была выполнена бортовая и танковая аппаратура «Кобры». В соответствии с решением ВПК от 10 октября 1979 г. началась разработка комплекса 9К117 «Агона», для которого предполагалось создание новой ракеты и усовершенствованного прицела при унифицированной аппаратуре. Начиная с 1980 г. отрабатывались новая боевая часть, двигатель, лампы. Тогда же был выпущен технический проект комплекса. С разработчиками бронеобъектов было согласовано размещение аппаратуры комплекса 9К117 на танках Т-64Б и Т-80Б. Изменились и характеристики ракеты: немного выросла скорость, а стартовый вес увеличился на 0,4 кг.
Государственные испытания «Агоны» на Т-64Б и Т-80 начались 14 декабря 1982 г. При этом подтвердилась работоспособность системы управления на новой элементной базе. Через два года они успешно завершились, но еще долгое время не удавалось организовать серийное производство новых систем, контрольно-проверочной машины и 9В931, контрольно-проверочной аппаратуры.
Еще с начала 1970-х гг. неоднократно рассматривалась возможность оснащения комплексом «Кобра» танка Т-72, который отличался от Т-64 и Т-80 применением вместо харьковского механизма заряжания типа «корзина» менее пожароопасного (из-за отсутствия гидравлики) автомата заряжания типа «карусель» (с горизонтальным размещением в кассетах как снарядов, так и гильз с зарядами), разработанного в КБ Уралвагонзавода. При этом досылка сначала снаряда, а затем и заряда в камору пушки производилась двумя последовательными движениями механизма, энергии которых не хватало для срабатывания устройства автоматизированной стыковки ракеты 9М112. В середине 1970-х гг. применение «Кобры» на Т-72 признали нецелесообразным из-за большого объема доработок автомата заряжания этого танка.
Однако к концу десятилетия стало ясно, что именно Т-72 становится наиболее массовым из советских танков второго поколения, так что задача оснащения его комплексом управляемого вооружения приобрела особую актуальность.
В 1980 г. развернулись работы по универсальному комплексу 9К112-1 (тема «Кобра-У»), обеспечивающему его использование как на Т-64Б, так и на вновь разрабатываемой «ракетной» модификации Т-72. Были согласованы тактико-технические требования, выполнена доработка макетных образцов для отработки стыковки модифицированной ракеты 9М112М в различных устройствах заряжания, проведена увязка аппаратуры комплекса с обоими типами танков. К концу 1981 г. опытный Т-72Ас комплексом «Кобра-У» и системой управления огнем «Обь» 1АЗЗ был подготовлен к заводским испытаниям. При установке «Кобры-У» в танке Т-72 его характеристики практически не изменились, хотя вес танка и увеличился на 350 кг. К достоинствам «Кобры-У» в сравнении с другими комплексами можно было отнести и применение для техобслуживания серийных хорошо отработанных средств, а также возможность обучения наводчиков на имеющихся в войсках тренажерах. Однако установка комплекса «Кобра-У» оказалась возможной только на вновь выпускаемых танках: всетаки требовалась доработка автомата заряжания,
В конце 1982 г. начались заводские испытания танка с «Коброй-У», завершенные в 1983 г. постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 27 ноября 1984 г. Комплекс «Кобра-У» был принят на вооружение.
Однако фактически танки семейства Т-72 оснащались иным комплексом управляемого вооружения -9К120 «Свирь», разработанным тульским КБП в более поздние сроки. Принятая в комплексе «Свирь» схема наведения с телеориентированием ракеты в лазерном луче считалась более помехоустойчивой, чем примененная в «Кобре» радиокомандная схема с автоматическим слежением за ракетой по световому источнику. Кроме того, не требовалась доработка автомата заряжания. Это определило выбор в пользу изделия тульского КБП, несмотря на то что его разработка в те годы еще не обеспечивала возможность стрельбы в движении. Показательно и то, что усовершенствованным вариантом «Свири» — комплексом «Рефлекс» с той же тульской ракетой — оснащались и последние модификации «восьмидесятки» (Т-80У и Т-80УД), хотя эти танки несли механизм заряжания харьковского образца и в более ранних версиях вооружались «Коброй».
После первого весьма успешного использования динамической защиты на израильских танках в ходе боевых действий в Ливане в 1982 г. перед всеми отечественными разработчиками противотанкового и танкового управляемого вооружения была поставлена срочная задача создания средств пробития брони, прикрытой подобной защитой. В 1984 г. началась разработка для комплекса «Кобра» («Агона») ракеты 9М128. В 1985 г. был подготовлен технический проект, разработана техническая документация, а через год комплекс поступил на государственные испытания. После их успешного завершения ракета, впервые в отечественном ракетостроении оснащенная тандемной боевой частью и обеспечивающая бронепробиваемость 650 мм, несмотря на наличие на танке-цели динамической защиты, была принята на вооружение в 1988 г.
В 1989 г. состоялась первая публичная демонстрация комплекса семейства «Кобры» на международной выставке в Малайзии. Однако к этому времени данные ракетные комплексы на новых отечественных танках уступали место более «молодым» разработкам КБП. Вскоре последовал распад СССР, обвальное сокращение объема военной продукции, прекращение ряда перспективных НИР и ОКР…
Тем не менее значение «Кобры» и ее модификаций в истории ракетной и танковой техники велико. Она стала первым в мире доведенным до принятия на вооружение комплексом управляемого ракетного вооружения основного танка. Все ранее создававшиеся образцы танкового ракетного вооружения, включая серийно выпускавшиеся отечественный «Дракон» и американский «Шилейла», все-таки были скорее противотанковыми комплексами, предназначенными для вооружения фактически не танков, а специальных боевых машин, отличавшихся от других подобных средств обороны только мощным бронированием и способностью вести огонь с ходу. При этом не столь важно, использоваласьли для пуска ракеты типичная пусковая установка по типу пехотного противотанкового комплекса, как на советском ИТ-1, или она была замаскирована под 155-мм орудие, практически не способное ни к чему иному, кроме пуска ракеты, как это сделали американцы на М60А2 и М551 «Шеридан».
В течение десятилетия «Кобра» была единственным в мире полноценным танковым ракетным комплексом. На ней наши танкисты осваивали ракетное оружие как в части тактики, так и эксплуатации. В ходе многочисленных учений определялись основные принципы боевого применения этого оружия, подтверждалась действительная необходимость его внедрения в армию. Последнее представлялось далеко не самоочевидным, в особенности с учетом специфики метеоусловий, рельефа, растительности и характера застройки на центрально-европейском театре военных действий, которые существенно ограничивали реальную дальность применения оружия. Тем не менее все последующие работы по совершенствованию отечественных танков предусматривали создание для них управляемого вооружения.
Не вполне гладко проходил и процесс внедрения ракетного оружия в организационно-эксплуатационном отношении. Подобное оружие, требующее бережного обращения, систематического проведения регламентных проверок с привлечением специальных машин, длительных тренировок операторов на тренажерах, уже было освоено Сухопутными войсками в частях и подразделениях, обеспечивающих противовоздушную и противотанковую оборону, применение тактических и оперативно-тактических ракет, но не танкистами. В частности, танковая аппаратура нуждалась в проведении несколько раз в год регламентных работе тренировкой магнетрона, которая могла проводиться только высококвалифицированными офицерами. Да и в целом танки семейства Т-64 отличались повышенной сложностью и, похорошему, уже требовали формирования экипажей в основном из профессиональных военнослужащих, так как это было принято для летного состава авиации.
Разумеется, на техническом облике «Кобры» сказались ограниченные возможности отечественной техники середины 1960-х гг., что и определило использование радиокомандного наведения с аппаратурой, не безопасной по воздействию СВЧ-излучения как для своей пехоты в зоне впереди башни на дальности до 100 м, так и для самого экипажа в случае поломки волновода. Кроме того, эта аппаратура характеризовалась значительным временем выхода на режим магнетрона при приведении комплекса в боевую готовность. Не вполне отвечала требованиям помехозащищенности и аппаратура автоматического слежения за ракетой по световому источнику.
Но надо отметить ряд явных достижений конструкторов КБТМ, в частности, полное заполнение всего объема, выделенного под выстрел раздельного заряжания, элементами ракеты и метательного заряда, что обеспечило предпосылки для дополнительного наращивания ее боевых возможностей, разработку надежного устройства автоматической стыковки отсеков ракеты при заряжении орудия.
Помимо двукратного превосходства по дальности ведения огня и многократного — по вероятности попадания в цель комплекс «Кобра» обладал еще рядом преимуществ по сравнению с неуправляемым вооружением танка. Ракета превосходила все неуправляемые противотанковые снаряды того времени по бронепробиваемости. Кроме того, пуск ракеты производился достаточно скрытно. Несмотря на все упомянутые проблемы с пылеобразованием, существенно притормозившие процесс создания «Кобры», из-за малой величины вышибного заряда демаскирующий эффект при пуске ракеты был мизерным в сравнении с выстрелом обычным снарядом.
По скорострельности 2—3 пуска в минуту «Кобра» вдвое уступала обычным снарядам, в основном из-за большой продолжительности полета ракеты до цели, расположенной на практически недоступной для других боеприпасов дальности. Но лучшие армейские наводчики сумели повысить скорострельность комплекса даже по сравнению с установленной величиной. Они стали осуществлять пуск ракеты, прицелившись «на глазок», а уже потом точно выводили марку прицела на цель в процессе полета ракеты — времени хватало!
Как уже отмечалось, в силу ряда субъективных и объективных факторов на отечественных танках разработки конца 1980-х гг. «прописались» только более «молодые» комплексы, созданные в тульском КБП.
Как говорится, нет пророка в своем отечестве, но…
Отечество наше после 1991 г. претерпело колоссальные изменения. Традиционно скрытая внутренняя конкуренция Харьковского конструкторского бюро машиностроения им. Малышева с остальными советскими разработчиками танков приобрела открытый и межгосударственный характер. В условиях острой борьбы за заказы потенциальных покупателей танков харьковского завода украинцы оказались заинтересованы в создании собственного образца управляемого ракетного оружия, что исключило бы их зависимость от российских конструкторов и производителей, крайне нежелательную с учетом нестабильности политических взаимоотношений между бывшими республиками СССР, а также явной противоречивости экономических интересов российских и украинских танкостроителей.
Такая танковая ракета с лазерным управлением была создана с использованием ряда технических решений от «Кобры». Судя по публикации в «Независимом военном обозрении» №14 (284) за 2002 г., новая ракета с дальностью до 5 км, получившая наименование «Комбат», выпускается с 1999 г. и экспортируется в Пакистан для вооружения поставляемых в эту страну украинских танков Т-84 — развития выпускавшихся в Харькове Т-80УД (дизельных версий Т-80).
Так что, несмотря на солидный возраст «Кобры», разработка которой началась четыре десятилетия назад, она по-прежнему может дать вполне жизнеспособное потомство. Полезно и Российским Вооруженным Силам учесть положительный украинский опыт, используя колоссальный научнотехнический задел, накопленный КБТМ, и не допуская монополизма в разработке вооружения, способствующего, как учит история многих оборонных отраслей, проявлению застоя в их развитии и диктату разработчика в отношении Заказчика.

Охота и рыбалка в Тверской области

Ружейным снарядом называется пуля или количество дроби на один выстрел. Зарядом называется количество пороха на один выстрел.

Живучесть ружья и сохранение его боя в значительной степени зависят от качества применяемых патронов. Чем тяжелее снаряд и чем больше заряд, тем сильнее давле­ние газов при выстреле и тем быстрее не только расшаты­ваются стволы, но и деформируются их канаты, а это ухуд­шает бой. Нормальные для данного ружья заряд и снаряд надолго сохраняют живучесть ружья.

Нормальным считается такой снаряд, вес которого со­ставляет 1/100 веса ружья. Если ружье имеет вес 3000 г, то независимо от того, какого оно калибра (12 или 16-го), основной снаряд должен иметь вес 30 г. В зависимости от требующегося боя, вес этого основного снаряда можно увеличить на 5—10 %, но не более. На основании таких соображений современные конструкторы рассчитывают прочность охотничьего дробового ружья. Заряд дымного пороха подбирают такой весовой величины, чтобы дробь получала начальные скорости 350—380 м/с, а бездымно­го — 380—400 м/с. Относительный заряд дымного силь­ного пороха должен быть равен 1/6 веса снаряда. Это при сильном порохе. Если порох слабее, заряд можно увели­чить до 1/5,5 и даже 1/5 веса снаряда. Так, при снаряде в 30 г относительный вес заряда в 1/6 будет равен 5 г, а в 1/5 — 6 г. Дробовики уменьшенного калибра при снаряде того же веса требуют для таких же скоростей несколько меньше пороха.

Возьмем три ружья разного калибра, но одинакового веса, например, по 3200 г каждое. Снаряд для всех будет одинаковый по 32 г. Для получения же одинаковых ско­ростей относительный заряд для каждого из этих ружей будет различным, поэтому и весовые заряды получаются разные, а именно:

12-й калибр (32:5 1/2 заряд 5,8 г, начальная скорость 350 м/с

16-й » (32:6), » 5,3 г, » 350 «

20-й » (32:6 1/2), » 4,9 г, » 350 «

Здесь имеется в виду дымный порох.

Если же охотник, как это часто бывает, берет дтя 20-го калибра такой же относительный заряд, как и для 12-го калибра, то получатся увеличенные давления и началь­ные скорости; отсюда делают неверный вывод: 20-й ка­либр бьет резче 12-го! Не следует забывать, что увеличен­ные давления сокращают живучесть ружья.

Большой относительный заряд выгоден в том отно­шении, что дает наибольшую скорость, а с нею — и наилучшую резкость боя. Однако большие заряды, увеличивая давления в стволе, чаще всего ухудшают кучность боя. При обыкновенной мягкой свинцовой дроби, способной значительно деформироваться, выгоднее пользоваться средними начальными скоро­стями — в 360—375 м/с. Наибольшие начальные ско­рости (400—430 м/с) можно успешно использовать только при наилучшей твердой дроби, облицованной томпаком (плакированной) и посредством лучших со­временных бездымных порохов, создающих меньшие давления в патроннике, чем бездымные пороха старо­го типа.

Плакированная дробь изготовляется из полновесного мягкого свинца и с помощью электролиза покрывается твердой томпаковой оболочкой (плакируется)

Испытания этой дроби показали, что по сравнению с обыкновенной дробью при одинаковых начальных скоростях она дает лучшую кучность боя, значитель­но более короткий сноп дробового снаряда и усилен­ное пробивное действие. При стрельбе на расстоянии 36,6 м в круг диаметром 76,2 см снаряд обычной дроби приносит 65,5 % попаданий, а такой же снаряд плаки­рованной дроби -82 % попаданий. При той же дальнос­ти длина снопа при стрельбе обычной дробью равна 10 м, а при стрельбе плакированной дробью — всего 1,5 м. Короткий сноп дроби — очень ценное качество при стрельбе в лёт. Плакированная дробь лучше сохраняет свою скорость в полете, вследствие чего убойность дро­бового снаряда увеличивается.

Благодаря твердой оболочке плакированные дроби­ны при трении о стенки канала ствола меньше стирают­ся и мнутся в чоке, меньше тормозятся от трения, а при вылете из ствола недеформированные дробины легче преодолевают сопротивление воздуха. В результате по­лучается короткий сноп дроби, обеспечивающий более верное поражение летящей цели наибольшим количест­вом дробин.

Все эти положительные качества плакированной дро­би являются главным образом следствием ее твердости, которая обеспечивает сохранение правильной шарообраз­ной формы дроби; от этого зависит кучность боя и сохра­нение пробивной силы, что особенно заметно на средних и больших дальностях стрельбы.

Известно, что чем тверже материал обыкновенной дро­би, тем меньше ее удельный вес и, следовательно, тем быст­рее она теряет свою скорость в полете. Плакированная дробь, будучи достаточно твердой, имеет требуемый удельный вес и, таким образом, лишена этого недостатка. Многолетний опыт применения плакированной дроби показал, что при этом полностью исключается нежелательное свинцевание каналов стволов. Не увеличивается и износ ствола, так как томпаковая оболочка гораздо мягче ствольной стали.

Начальные скорости плакированной дроби можно уве­личить с 390 до 440 м/с. Лучшая же твердая дробь старого типа при скоростях более 390—400 м/с часто дает не улуч­шение, а ухудшение боя вследствие увеличивающейся де­формации дробин; это особенно заметно в сильных чоках.

P.S. Лица, плохо знающие плакированную дробь, неправильно называют ее «омедненной».