Сирия о русских

Русские в Сирии: Мнение бывших боевиков, сирийцев и охотников за головами
(1 видео)

Сирийские боевики называют русский спецназ в Сирии не иначе как «хауафер нами», что в переводе — «мягкие лапы».
Когда русские пришли в Сирию, боевики очень быстро стали сравнивать их с хищниками. И авиация и наземные силы, практически всегда, неожиданно наносили резкие, точные удары. А Силы специальных операций РФ стали для них самым настоящим кошмаром. Русские спецы могли незаметно подойти к позициям боевиков, выполнить задачу и так же неожиданно исчезнуть…
Простые сирийцы, «Охотники на ИГИЛ» и бывшие боевики — все, так или иначе, говорили о том, что, пока США поддерживали боевиков, главной стороной конфликта, которая по-настоящему боролась с терроризмом, была Россия.
Житель города Джебла по имени Али о Хмеймиме.
«Вначале никто ничего не знал. Ходили только слухи, разговоры о том, что на аэродроме начали восстанавливать здания и ремонтировать взлетно-посадочную полосу. И в городе стало очень много сирийских военных. До этого их здесь столько не было.
А потом мы стали наблюдать много взлетающих самолетов. Помню, в один из дней мой брат возвращался домой после обеда и по пути зашел ко мне в гости. Он сказал мне тогда, что полчаса назад видел большую колонну, выезжавшую с территории аэропорта: грузовики, бронетехника… И на одной из машин развевался флаг России», — вспоминает Али.
«Русские — наши старые друзья. Мой дядя учился в России в 70-х годах. Был военным инженером. В 80-х русские построили здесь много общественных зданий. И после прибытия русских обстановка сразу изменилась. Они сразу начали бить террористов и боевиков, — заявил сириец.
И я уверен, что и сейчас не остановятся. И я считаю, что русские отомстили террористам за моего убитого двоюродного брата и за всех наших погибших».
«Охотник на ИГИЛ» по имени Тони о русских в городе Скальбия
«В церковь вошли сразу 30 человек в военной форме, с бородами и в разгрузках. Вошли, стали креститься, читать молитвы. Наш святой отец Абу Фади тогда сказал, что русские пришли по воле божьей защищать нас и защищать христиан.
Все люди в церкви, а потом и во всем городе, очень обрадовались. Потому что русские воины – воины самого могучего государства — пришли защитить нас. Потом они сразу начали строить укрепления, копать траншеи, насыпать брустверы и ставить бетонные бункеры».
«Они тренировали нас… Помню, дня через три-четыре на нас начали наступать террористы. Пытались зайти в город. Мы жестко сопротивлялись. До этого мы, как правило, отступали, но в этот раз не отступили. Это было итогом тренировок с русскими.
Они как будто воевали за свои собственные родные дома. А их семьи и дома – далеко отсюда… И они воюют действительно жестко. Даже жестче, чем мы. И мы уверены, что они воюют не за деньги.
Они воюют из принципа. Они воюют везде, где есть необходимость бороться с террористами. Даже если они знают, что понесут потери, они воюют любой ценой»
«Охотник на ИГИЛ» Мухаммад Хусейн Ахмад о боях за Акербат.
«Один из русских пытался перебежать дорогу, и снайпер попал ему в ногу: а до двора, в котором этот русский мог укрыться, оставалось метров 10, не больше. Но он упал и бежать уже не мог… Но продолжил ползти ко входу в этот дворик. И снайпер тут же ранил его второй раз. И когда русский почти подполз к забору, снайпер ранил его в третий раз. То ли в грудь, то ли в живот.
Он дополз до своего раненного друга. Несмотря на все свои собственные ранения, он поступил героически – смог затащить своего напарника в дом. Представь: он ползет, а за ним волочится рука, в которую его самого ранили. Представляешь: дополз до раненного русского, привязал его ремнем к себе и затащил в этот двор. Мы не смогли им помочь, потому что противник вел по нам очень плотный огонь.
Думаю, что эти события изменили очень многое во мне самом. Я такого никогда не видел. И никогда не забуду эту картинку: он ползет, отталкивается ногами, раненная рука волочится, и за ним остается кровавая полоса такой тонкой кривой линией».
Бывший боевик
«Когда американцы наносили авиаудары по территориям подконтрольным террористам, то заранее предупреждали об этом полевых командиров. А вот когда нас бомбили русские, то никто не предупреждал. Помню, в 2015 году у нас были очень большие потери. До этого времени мы были уверены, что за два-три месяца дойдем до Дамаска. Но не дошли.
У нас в отряде распространился слух о том, что русские будут штурмовать Дейр-эз-Зор, чтобы отомстить за русских, взятых нами в плен. Сначала мы смеялись над русскими, потом ненавидели. А потом стали просто бояться .
Даже смертники, пытавшиеся добраться на так называемых шахид-мобилях до русских, чтобы их взорвать, не достигали своей цели.
Их сразу обнаруживала авиация и совместно с артиллерией наносила по ним точные удары. Мы такого никогда в жизни не видели: чтобы машину уничтожали со второго или третьего выстрела. В Дейр-эз-Зоре братья три раза пытались атаковать маленький дом, в котором засели русские. Но не смогли до них добраться. Ни одна машина со взрывчаткой до дома не доехала. Русские все их уничтожили. Если окажешься на том месте, то увидишь.
Когда русские нас хотели атаковать, они заходили с тыла. Мы их замечали, только когда они уже были на наших позициях. Русские воевали очень жестко. Шли в бой и днем, и ночью. Никто из нас никогда ничего подобного не видел. Они ориентировались лучше, чем коренные жители.
Когда русские шли в сторону Пальмиры, они наступали по горам. Братья напали на русских. В ответ русские начали отражать наше наступление огнем артиллерии. Мы тогда понесли очень большие потери. Братья сразу отошли на юг. И оказались в тупике. Выхода не было: ни вперед, ни назад. Тогда русские послали несколько человек, чтобы заминировать все подходы к своему тылу.
В минировании участвовало пятеро русских. Их тут же накрыли их огнем. Двое из пятерых отступили за холм, а трое остались у нас на виду. Мы вели с ними бой более трех часов, пока не стемнело. И мы их все-таки убили. Сразу подтянулась еще одна русская группа им на помощь. И они дрались с нами до полуночи, пытаясь вытащить своих товарищей, хотя знали, что эти трое уже убиты».
Послесловие
Когда Соединенные штаты кричат, что это именно они сломали хребет ИГИЛ, они нагло приписывают себе чужую победу. Выглядит это глупо и нелепо, ведь даже боевики понимают, кто на самом деле ковал победу над ними в Сирии.
Это русские и сирийцы, которые принимали непосредственное участие в операциях против боевиков. Именно они прокладывали дорогу к победе, которую Россия по праву считает своей. Этих людей забывать не следует. И США тут точно не при чем.

Как я побывал в Сирии: теракт, отношение к русским, передвижение по стране во время войны.

Дедушка был не готов к тому, что кто-то может не интересоваться Мечетью Омеядов. «Как? Ти бил в Дамаске, жена спросить: что там делаль? что видель? а ты и не видел мечет Омеядов даже!»

Русских очень любят. Если каждый уважающий себя магазин соорудит вместо входного коврика израильский флаг, то российский триколор тут украшает и велосипеды, и машины…


Надо сказать, что Дамаск, несмотря на войну, выглядит целостно. Никаких разрушений нет. Их мы увидим позднее, в других городах. Война почти не задела столицу.



Люди приветливые. По Старому городу можно ходить без охраны. Накинув капюшончик, чтоб не светить своей иностранной внешностью, можно пройти и далее. В ночных клубах пускаются в пляс девки в хиджабах. Шаурма отстойная . Алкоголь — везде. В магазинах ливанские и сирийские образцы стоят 3 доллара за бутылку. Столько же стоит 1 л «Балтики». Поплыли бородатые, короче.


То есть ситуация с передвижением значительно вольготнее, чем, например, в КНДР или Сомали, где я был ранее.
Но если у тебя какой-то населенный пункт не вписан в сопроводительный документ, то нашему гиду аж туфли жгло до такой степени он опасался нас туда вести.
Вообщем пока мы ходили по Дамаску Варламову пришла новость о том, что около российского посольства произошел теракт. Ну как «около»… там до посольства еще квартала два, но для нагнетания ситуации СМИ это подали почти как целенаправленную акцию.
Всеми правда ми неправда мы начали двигаться к этой точке на карте. Дедушка то наш конечно был не в курсе произошедшего. Сначала мы сказали что патриотизм подступает не могу — и надо нам срочно увидеть российское посольство. Пройдя этап «посмотреть посольство» мы выигрывали метр за метром до назначенной цели, придумывая все новые и новые доводы продвигаться вглубь кварталов. И, когда на горизонте уже замаячила перекрытая спецтехникой дорога и большое количество военных, наш дедушка разговорился с каким-то приятелем и выпустил ситуацию из под контроля: «мол, идите, я вас тут подожду». Это не совсем входило в наши планы: потому что у военных вопросов было бы много к двум свободно гуляющим русским.
Когда мы попросили его спросить у местных мальчишек что же произошло (а они конечно ответили, что теракт), дед включил в голове некий гугл транслейтор, адаптированный под нас, и сказал, что просто две машины столкнулись… Ничего страшного!
Их конфликт развивался стремительно, и нашел развязку уже на следующий день и в следующей серии.

Специально для моего блога Нигина Бероева и Ксения Большакова сделали репортаж из сирийского города Латакия, откуда российские ВВС бомбят Сирию. Посмотрите, что там происходит…
Важный дисклаймер: это не пост о геополитике и не о ситуации в Сирии в целом, а репортаж о жизни города Латакия, который находится на территории, контролируемой правительственными войсками и рядом с которым находится российская авиабаза. Он показывает ситуацию только с одной стороны.
…На улицах Латакии сейчас спокойно, местные говорят, такой тишины не было давно. Ну если не считать звуков российских самолетов, которые регулярно взлетают с аэродрома.
Российский самолет в небе над Латакией.
В этом сказочном лесу, рядом с деревней, в которой родился Хафез Асад, отдыхают сирийцы.
– Я живу в Сирии 16 лет, сама родом из Белоруссии, – рассказывает нам Жанна Михайловна Мазлум. – Наш дом в деревне недалеко от города. Никогда не забуду тот день, когда первый раз начали бомбить. Это был такой ужас, непросто передать. Сидишь в подвале, а с неба падают бомбы, взрываются в соседних дворах. К такому невозможно привыкнуть. Кто бомбил? А у бомбы не спросишь, но летели они со стороны Турции, так что скорее всего – это боевики.
Жанна Михайловна уезжать не собирается, надеется, что война скоро закончится. Да и с нуля начинать не хочется на новом месте. Многие ее знакомые уехали – кто в Дамаск, а кто в Европу.
– К русским отношение хорошее, – рассказывает она. – По крайней мере, большинство моих знакомых радуется, что началась операция. Как только войска пришли, нас бомбить перестали. Русских солдат сейчас здесь очень много.
Это въезд на аэродром Хмеймим, где расположена база российских ВВС в Сирии и который не давали снимать.
Колонна российских военных в Латакии. На первом плане — портрет Хафеза Асада, который приклеен на лобовое стекло машины, так делают многие.
Логика простая, людям не до геополитики, им бы, чтоб бомбы не падали.
Мы встретили Жанну на оживленной торговой улице.
Тут можно купить все что душе угодно: от антиквариата до мужских трусов с надписью «Россия» или с двуглавым орлом. Местами можно встретить портреты Башара Асада и Владимира Путина вместе.
И именно тут мы и встретили российских солдат, которые в 30-градусную жару решили поесть местного мороженного.
– Не снимайте нас, пожалуйста, – сразу попросили парни (поэтому мы размещаем фотографию, на которой нельзя распознать лица). – Дело не в нашей безопасности, а в безопасности наших семей. ИГИЛ объявил джихад. Если узнают кто мы, будут мстить и прежде всего нашим родным. А за каждого российского солдата объявлена награда 12 тысяч долларов. Цена растет, неделю назад было 6 тысяч. Почему? Потому что наши за десять дней уничтожили больше боевиков, чем за все время войны.
Боевики мечтают взять в плен русских не для выкупа – Россия не платит выкуп за своих граждан, как и США. И солдаты об этом знают.
– В лучшем случае свои попытаются отбить, а если не получится, лучше взорвать, выдернуть чеку: смерть в этом случае лучше плена и пыток, – объясняют солдаты. – Ну ты ж меня, Санек, спасешь? – с улыбкой обращается один солдат к другому.
Проходящие мимо нас сирийцы улыбались военным и говорили «щокран Руссия» (по-арабски спасибо).
– Не знаю, большинство населения вроде поддерживает российскую армию, по крайней мере говорят так, но есть и те, кто против, – объясняют солдаты. – Только кто ж в глаза об этом скажет? Я думаю, у боевиков везде есть свои люди. Вы осторожнее ходите по улицам, город мирный, но война тут идет.
Поели мы с парнями мороженного, поговорили о тонкостях востока и превратностях судьбы. За это время мимо прошло еще несколько групп российских солдат с оружием.
— Зачем вы на войну приехали? У вас есть дети? — спрашивает нас один из них. – У меня детей нет, поэтому я тут. Как почему? Приказ исполняю. Надел погоны, значит надо приказ исполнять. Армия она же делится на две части: одна на парады ходит, другая — на войну. Тут все скоро закончится, авиация работает. Вы же понимаете, что больше мы вам ничего не скажем.
Российскую базу в Латакии охраняют даже от журналистов. Вход разрешен только пулу Минобороны (особо приближенные журналисты), в который мы не входим.
Посему, придется вам довольствоваться скриншотами.
Тем временем, российские самолеты с воем растворялись в голубом небе. ВВС участвует в битве за Аллепо, куда направились три тысячи сирийских солдат, плюс союзные иранские войска и солдаты Хеболла.
Еще с 2012 года, некогда промышленный центр Сирии разделился на две части: на западе сирийская армия, на востоке же крепко засели радикальные исламисты. Дамаску никак не удавалось освободить город. Сейчас они надеются сделать это с помощью союзников.
Латакия – город курортный: пляжи, рестораны, магазины. Состоятельные люди вечерами сидят в кафе на берегу моря, курят кальяны, едят вкуснейшие блюда сирийской кухни.
Красивые барышни в дорогих, местами слишком броских, нарядах, дефилирующих на высоченных каблуках. Глядя на все это, сразу забываешь, что ты находишься в стране, в которой идет война. Но выйдя из кафе, сразу натыкаешься на бесконечные военные посты, расставленные по всему городу, на людей с автоматами.
– Даже когда были слышны взрывы, люди так же сидели в кафе, пили и курили. – рассказывает мне официант Ахмат.
– Что будем делать, когда закончится война? Будем привыкать к мирной жизни.

«Бог любит Сирию, Бог любит Россию» — сирийцы о том, почему Латакия приветствует русских солдат

8-10-2015, 01:42 • Опубл.: Angelina • Просм.: 23627 • Комм.: 62 • Статьи / Политика +257
Прибрежная Латакия просыпается по-восточному рано – с первыми лучами солнца. С недавнего времени, правда, обыденная картина восхода немного изменилась: к мерному шуму волн, гулу города и крикам средиземноморских чаек присоединился рев моторов летающих по небесной лазури самолетов.
– Каждое утро, между шестью и восемью часами, в воздух взлетают русские самолеты. Каждый такой взлет – просто прилив чувства безопасности, о котором мы уже успели забыть, – уверяет журналистов 50-летний Ахмад, живущий в районе Хмеймаййим, располагающемся неподалеку от аэропорта им. Басила аль-Асада.
Его земляк, 46-летний Наффаʻ из деревни Шарашир, тоже не скрывает своего восторга:
– Нет ничего более прекрасного, чем наблюдать за набирающими высоту русскими самолетами!
Слова Ахмада и Наффы – далеко не пустой панегирик «пришельцам», произнесенный в поисках минутной славы перед телекамерами. В памяти латакийцев еще живы события прошлого года, когда подразделения «Исламского государства» свирепствовали на подступах к городу. Ужас войны не оставил Латакию и в марте 2014-го, с отступлением сил ИГ: на смену такфиристам «Даʻиш» пришли радикалы «Джабхат ан-Нусра» (среди которых очевидцы не раз примечали членов ИГИЛ).
— Когда пилоты начинают свои ночные вылеты, все мы можем расслабиться и спокойно заснуть!..
– Все мы безумно рады русским. Даже дети знают, что они здесь! – продолжает Ахмад. – Когда пилоты начинают свои ночные вылеты, все мы можем расслабиться и спокойно заснуть!..
За несколько недель до прибытия российских ВВС в крупнейший сирийский порт город потряс первый за многие годы теракт: более десяти человек лишились жизней в результате взрыва заминированного автомобиля на довольно многолюдной площади аль-Хамам. К концу сентября приближение любого рода русской помощи воспринималось подавляющим большинством горожан с нетерпением – и потому даже гуманитарный груз, доставленный в Латакию 13 сентября, встречали социальные работники и добровольцы со всех районов столицы северной сирийской провинции.
Рами, владелец маленького магазина в районе аш-Шайх Дахир, лениво потягивает свой дневной кофе. На вопросы репортеров тем не менее мужчина отвечает очень охотно:
– Россия наконец вернет нам стабильность. Само ее нахождение здесь – повод успокоиться и с чувством полной безопасности приступить к своим ежедневным делам. Знаете, это хороший «мэсседж» Западу и головорезам-исламистам: сирийское побережье – это «красная линия», и ее запрещено переступать кому бы то ни было!
– Да, ты прав, нам нужно закончить всю эту чехарду любой ценой, – подхватывает его постоянная покупательница, 40-летняя Муна. – Наша армия — главная сила в регионе. Но Россия ведь наш друг – и она желает нам добра; одного этого достаточно, чтобы ответить всем «оппозиционерам», кричащим о «нарушении сирийского суверенитета»!
Действительно, первые удары самолетов по позициям боевиков в Хомсе и Хаме, вопреки информационной картинке пресловутых «оппозиционеров», принесли в ряды мирных жителей прибрежного города не хаос, смятение и разрушения – а радость и надежду на скорейшее прекращение боевых действий в принципе.
– Сирийская армия, при помощи русских, сможет вернуть все «точки», подконтрольные боевикам, – уверенно выражает эту самую надежду 37-летний Фади, учитель английского языка. – То есть наша провинция станет первой в целой череде освобожденных областей.
Солидарна с Фади и студентка Рима, которая с серьезным видом перебирает исторические прецеденты перед репортерами, удивленными эрудицией девушки:
– Свои благие намерения Россия доказывала Востоку неоднократно. В новейшее время русские защищали Сирию только дипломатически – теперь же настало время действенных, реальных, военных шагов.
Реальные шаги, так ожидаемые латакийцами, не замедлили себя ждать. Вот бывший военный осторожно подходит к человеку с блокнотом и, уводя его в сторону, повторяет всё то, о чем судачит весь город:
– Три дня назад на наш аэропорт упали две ракеты. И что вы думаете? Русские за считанные секунды отследили огневую точку и подавили ее, отстоящую за 20 километров от самого аэропорта, самолетами!
Внезапно наш экс-военный оживляется; указывая на статных мужчин, вдруг появившихся рядом с местным отелем, он заговорщически шепчет:
– Вот они, вот они! Они не только сами выполняют боевые задания – они еще и тренируют наших пилотов!
Впрочем, парней, выделяющихся из общей толпы и ростом, и чертами лица, никто не смеет задерживать своими вопросами и восклицаниями – восточное чувство такта позволяет латакийцам лишь встречать русских сдержанными улыбками.
Как и многие другие сирийские населенные пункты, Латакия представляет собой многоконфессиональный город: алавиты здесь соседствуют с христианами, а сунниты – с иудеями и шиитами-двунадесятниками. Судьба сравнительно недалеких от города Садада и Кобани, ставших свидетелями массовых убийств представителей религиозных меньшинств, заставляет смотреть на российскую помощь под иным углом.
– Давайте начистоту: я – член общины религиозного меньшинства и веду, по меркам этих зверей, «светский» образ жизни, – чеканит каждое слово 40-летний инженер Фади. – Поддержка России – это, по-моему, лучшее из того, что может иметь место сейчас; русские уж точно удержат наступление этой своры и даже, возможно, обратят их в бегство!
К этой оценке присоединяются даже, казалось бы, неисправимые прагматики и критики. Вот и 50-летний ʻАднан, принадлежащий, по всей видимости, именно к числу таковых, проговаривается:
– Большинство сирийцев не может не любить русских хотя бы потому, что их между собой связывают родственные узы: уж сколько наших мужчин, живя и обучаясь в Советском Союзе, там женились, завели семьи!.. Кроме того, сирийцы уверены, что Россия, в отличие от Ирана с его амбициями колонизатора, преследует только свои геополитические интересы.
— Два государства, две Церкви постоянно помогали друг другу. Неужели братьям нужно пояснять, почему они стоят друг за друга?
Радость о прибытии российских войск к берегам Сирии распространяется и на северо-восточные области страны, раскаленные добела постоянными стычками с исламистами всех мастей на сирийско-турецкой и сирийско-иракской границе. Как и латакийцы, курды сирийского севера стали свидетелями поддержки, оказываемой ИГ и «ан-Нусре» – зачинщикам геноцида последних полутора лет. Выраженное недавно политиком Салихом Муслимом кредо: «Мы с удовольствием будем сражаться плечом к плечу со всеми, кто сразится с “Исламским Государством”», – словно преодолевает все политические и социальные претензии к «режиму». И в этот момент сплочения вокруг единой цели российская помощь не может не воодушевить тех, кто стоял бы в обыденной жизни по разным сторонам баррикад, – хотя бы во имя возвращения этой желанной обыденности.
– Бог любит Сирию, – замыкает череду интервьюируемых пожилой монах, назвавшийся Иоанном. – Он любит и Россию. Два государства, две Церкви постоянно помогали друг другу. Неужели братьям нужно пояснять, почему они стоят друг за друга? Раз Бог их любит одинаково, то грех не любить друг друга. И я знаю, что так это и есть.
Нофал Форес Источник: https://www.pravoslavie.ru/jurnal/86496.htm Вконтакте Facebook Twitter Одноклассники Мой мир Постоянный адрес публикации на нашем сайте:
QR-код адреса страницы:

Происходящее сегодня в Сирии волнует многих. В Интернете, по ТВ и в других СМИ можно встретить самые разнообразные точки зрения, аналитические высказывания экспертов, прогнозы развития ситуации. У нас нет такого глубокого видения событий, всестороннего разбора происходящего – мы готовы изложить одну лишь точку зрения – глазами очевидца, который недавно вернулся из Сирии.

(Просьба не судить строго за фото — под рукой был только телефон… )

Евгений, как возникла идея поехать в Сирию?

Идеи ехать в Сирию у меня не было. Наша организация занималась восстановлением коммуникаций в Донецкой области, проводили экспертизу разрушений, обучением специалистов строительных специальностей. Дело в том, что ликвидация послевоенных разрушений всегда сопряжено с риском, где-то есть неразорвавшиеся боеприпасы, где-то опасно нагромождённые конструкции, где-то и санитарно-эпидемиологическая опасность. Эта работа, по сути, похожа на работу спасателей МЧС, только мы структура самостоятельная и коммерческая. Когда нам сделали предложение поработать в Сирии и предложили довольно хорошие условия – мы, не раздумывая, согласились. Во-первых, есть возможность свой опыт передать и сильно помочь людям — мы знаем, что специалисты нашего профиля там очень нужны, для кого-то это вопрос жизни и смерти. Во-вторых, есть возможность много чему дополнительно научиться, в-третьих – это просто интересно быть в центре событий.

Какие впечатления от Сирии? Что первым бросилось в глаза?

Когда едешь в страну, где уже четыре года идёт война первое что ошарашивает – дороги. Дороги там отличные. Ровные, без дефектов и изъянов. «Лежачие полицейские» там есть, а вот колодезных люков нет. Если подумать – качество дорог не должно удивлять – скальное основание плюс ровный температурный режим – без циклов замерзания-оттаивания – вот и весь секрет сохранности дорог. Кроме того там нет такого количества большегрузов, как у нас.

Сирийский рейсовый автобус. Ходят как и в мирное время.

Что также удивляет – обилие старой советской техники. Всё испарвно, всё бегает, и это очень сильно напоминает ситуацию в Новороссии – только в Сирии техника ещё более допотопная. Также много велосипедов с моторами, мопедов, мотороллеров – самых разнообразных видов – как новых так и полного хлама. На базе у нас был старый КРАЗ с фанерной кабиной.

Второй неожиданный момент – сирийские супермаркеты. В них есть всё и, по нашим меркам, всё это довольно дёшево. Трудно сказать за счёт чего жива сирийская экономика, но ассортимент в торговле не уступает нашему. Говорят, что цены за время войны взлетели очень сильно – в четыре раза, и для местных это сложная ситуация. Работа в Сирии практически только в аграрном секторе. Также более-менее живо и всё что связано с войной – на передовой в армии солдаты получают примерно по 100 долларов в месяц.

Неожиданно видеть в исламской стране на прилавках алкоголь и табак. Сам я не пью и не курю, но те, кто приобретал эти виды отравы сказали, что качество и того и другого сильно не на высоте. Сами сирийцы этим делом почти не балуются.

Третий момент для удивления – мухи. Их много и спасения от них нет, но стоит солнцу зайти – и мухи словно куда-то пропадают. Утром и вечером их нет, но днём досаждают сильно. Возможно это связано с той антисанитарией, что сегодня есть в городах – не могу сказать как было дело до войны, но сейчас мусора на улицах полно и никто его не убирает. Коммунальная служба развалена полностью – похоже её попросту не на что содержать. Этим Сирия отличается от Донбасса – там ведь тоже были и обстрелы и зарплату коммунальщикам не платили долго, но всё равно и сами жители и коммунальные службы за порядком следят.

Также сейчас в Сирии огромные очереди за бензином. Но бензин всё-таки у всех кому надо есть. Такая очередь может быть длинной в километр-два. В основном это вечером, когда на заправки бензин завозят. Вообще сирийцы живут «вразвалочку» им такую очередь отстоять – нормальное времяпрепровождение.В городе и за городом везде посты, везде стоят военные. Полиции как таковой нет, лишь на больших площадях регулировщики в белой униформе, в белых шлемах. Эти регулировщики скорее для красоты – движение на улицах хаотичное, а ночью вы спокойно можете на встречной полосе обнаружить мотороллер с большой семьёй едущей куда-то – причём без света, там более и без светоотражающих элементов. Он просто выныривает из ночи.

Мне трудно сказать как там в других городах, но в Хаме, где мы работали люди очень похожи на колхозников – в хорошем смысле этого слова. Простые – иногда даже слишком простые. Тем не менее это впечатление может быть очень обманчивым – стоит вам расслабиться как ваш облапошат, обсчитают, обжулят. Для примера – взяли с собой в качестве помощника-переводчика одного из знакомых сирийцев и поехали на рынок. Закупились товарами тысяч на шестьдесят сирийских фунтов (4,5 фунта примерно равны одному рублю) – так «наш» «помощник» с помощью своих знакомых продавцов на базаре «заработал» на нас что-то около 10-11 тысяч. Вообще торговаться там необходимо. Тебя и уважать не будут, если не торгуешься – так уж они устроены. Возможно поэтому торговля там до сих пор идёт бодро.

Сирийские базары — всё завалено фруктами и овощами.

Чем живут люди в тех местах, где вы были?

Сирия страна крестьянская. По-крайней мере больших промышленных площадок я не видел, может быть в Дамаске или Алеппо они и есть, а там где мы были – сплошь земледельцы и мелкие ремесленники. Овощи и фрукты — в изобилии, однако, картошкой не наедаешься. Уже через час снова хочется есть. Такое впечатление, что картошка эта генетически модифицированная, пустая какая-то.Несмотря на жару холмы там зелёные, повсюду растёт кедрач, хотя земля каменистая — красноватая глина. Люди живут довольно бедно, можно сказать даже – там нищета.Нищета там породила и самые уродливые извращения какие только есть – в Дамасске есть квартал трущоб, где не просто проституция процветает – там такие содом и гоморра, что караул кричать уже поздно. Хочешь бабушку, мальчика, животное? Нет проблем! Остаётся только надеяться, что когда война завершится – всё это ликвидируют.

А есть там какие-то зажиточные сирийцы?

До войны зажиточные и очень состоятельные сирийцы были, а сейчас, все они сбежали. Кое-где стоят дома похожие на замки, но там давно никто не живёт. Не знаю как там внутри – может быть обслуга какая и ухаживает за ними, а может быть всё давно разграблено. Как было до войны – видимо что-то типа социализма на ливийский манер. Надо сказать, что медицина у них там до сих пор есть и дети в школы ходят. У детей школьная униформа как у нас в своё время была в СССР.

Как сирийцы относятся к русским, которые там есть?

Лётчики и все кто имеют какое-то отношение к авиации там всё равно, что боги. Все понимают, что с появлением русской авиации «бородатым» приходит кердык. Проезжаешь блок-пост – на посту тебя приветствуют, могут и расцеловать – на Востоке это принято, но когда отъедешь – обязательно звонок куда-то. Может быть, они по своим делам звонят, может быть докладывают наверх «куда надо». С бдительностью у сирийцев неважно дела обстоят, поэтому возможно на блокпостах действует инструкция – «если кто проехал – доложить». То, что происходят теракты – сами знаете. Террористы стараются проникнуть в города, обстреливать местность, которая считается безопасной.

А как вы оцениваете боеспособность сирийской армии?

Сирийскую армию в деле я не видел, поэтому сказать могу только с чужих слов – наши водители, которые в Сирии уже довольно долго, и наша охрана – говорят, что сирийцы воевать не любят, не хотят и не умеют. Духа не хватает. Рассказывали случай, как в ходе наступления армии боевиков загнали буквально в угол – танками. Казалось бы всё – вот она победа, но эти загнанные в угол крысы применили боевые наркотики и попёрли на танки с автоматами. Тут-то сирийские армейцы побросали технику и разбежались. Как тут не вспомнить про заградотряды и прочие жёсткие штуки. «Духовитые», подготовленные воины и части наверняка есть, но в целом армия обучена слабо, а служат там, в основном, вчерашние пацаны, которые и техники-то толком не видели. С той стороны такая же примерно ситуация – большая часть боевиков это «мясо» прибывшее на войну с целью подзаработать деньжат. Сейчас они, может быть, и могут оказывать какое-то сопротивление, но в основном разбегаются после бомбёжек. Прямых столкновений с перестрелками практически нет.

Вооружены и экипированы сирийцы довольно хорошо. По крайней мере, не хуже, чем в Новороссии. Бойцы что прибывают с фронта выглядят вылинявшими и потрепанными, те, кто служат на блок-постах, и во внутренних районах страны – кто не принимают прямого участия в боевых действиях – те одеты прилично. Если чего им не хватает – так это бронежилетов. Из униформы там преобладает два типа униформы – одна из которых «Буря в пустыне» – распространилась по всему Востоку после прихода американцев. Что меня неприятно удивило, что среди молодого поколения очень модно у них ходить с зализанной причёской, все из себя стильные, ухоженные. Живут-то в грязи, автоматы содержат как попало, но без геля для волос никуда! Это иногда прямо выводит из себя.Сегодня сирийская армия это точная копия сирийского общества – все пороки которые есть в обществе – есть и в армии.

Вы видели освобождённые населённые пункты?

Собственно это и есть наша работа – наводить порядок, обезопасить тех строителей, что в дальнейшем будут восстанавливать инфраструктуру. Однако назвать эти пункты населенными – крайне сложно. Людей там нет – все кто мог, разбежались, остальные либо убиты боевиками, либо погибли из-за нехватки воды и еды. Захваченная боевиками местность вообще довольно слабо населена, а теперь и вообще безлюдна. Люди из зоны боевых действий уезжают довольно легко – им по сути многим и терять-то нечего. Дома из самана – поэтому проще отстроиться на новом месте, а если повезёт и осесть в Европе. Вещей немного – всё умещается в мотороллер. На карте мы видим «большие территории» захваченные боевиками, но в основном это сирийская пустыня. Иногда картина такая – едешь внезапно на холме или в долине один дом стоит. Или три-пять домов. И дальше снова никого.

Типичная картина — холмы, заросшиее кедрачом, отличные дороги — и ни души…

Во время вашей командировки было жарко?

Солнце в Сирии не такое как у нас в Краснодаре или в Воронеже. Я думал, что не буду там снимать солнцезащитных очков, а всю командировку о них и не вспомнил. Море рядом, но воздух, вопреки ожиданиям, очень сухой.

Море было рядом с нашей базой, когда было время — пользоваись случаем — успевали купаться и загорать.

Солнце жаркое, но не палящее. Загораешь хорошо, но не сгораешь – на небе словно какая-то дымка. Когда мы уезжали уже начались дожди.

А как обстоит дело со связью? Интернет, телефония, телевидение?

Никаких проблем по той части там нет. Первым делом, когда мы прибыли в страну нашим ребятам как новичкам ушлые сирийцы стали впаривать симки. Был случай продали симку за 50 баксов, я тоже «отметился» — купил свою симку за 3000 фунтов… Потом выяснилось, что сим-карты для телефона выдают бесплатно в банке – одну для переговоров, одну для интернета. Просто нужно прийти зарегистрироваться. Телевидение нам там смотреть было некогда, но у самих сирийцев – на каждом доме тарелка. Они постоянно смотрят сериалы – от нас, особенно от жителей нашей глубинки почти ничем в этом плане не отличаются. Интернет там зависит от тарифа к которому ты подключён, связь хорошая. Там с другими вещами есть проблемы. Главное – электричество есть не по всей стране, местами оно вырабатывается бензиновыми генераторами и потому подаётся населению три раза в день – утром в обед и вечером-ночью. Да и то всё это делается «по-сирийски» — может электричества не быть весь день.

А как в Сирии стоит религиозный вопрос?

Сирия не производит впечатление страны, где люди религиозны. Есть небольшое, но достаточное количество христиан, есть правоверные мусульмане, но большая часть свою религиозность никак не показывает. Храмы и православные и католические и мечети – встречаются повсюду.

Рядом с католическим храмом.

Авиация в небе появляется?

Авиация там сейчас порою настолько активна, что это больше похоже на авиашоу какое-то. Постоянно что-то в воздухе кто-то взлетает, кто-то возвращается на базу, кто-то в воздухе барражирует. Можно себе представить как у бармалеев на той стороне с моральным духом.

Также был свидетелем как стреляет дивизион реактивных миномётов «Смерч». Это изделека-то страшно выглядит и слышится – рёв ужасный, пыль столбом до неба – что творится в расположении террористов? – там настоящий ад! Когда прибываешь в «зачищенный» таким образом посёлок становится ясно, что никакой мысли о сопротивлении у душманов нет. Во-первых, даже укреплённая база превращается просто в груду обгоревших кирпичей, во-вторых, полностью нарушается всё снабжение водой, а без неё там просто делать нечего. В-третьих, даже просто выжить в такой заварушке – уже подвиг, но выжить и остаться на позициях, когда все твои бывшие подельники из тех, кто в силах – улепётывают во все лопатки – ненаучная фантастика. Такого чтобы кто-то остался после авиа- и артналёта просто не бывает.

Есть ещё одна особенность на этой войне – пленных никто не берёт. Сирийской армии пленные без надобности – в них нет никакой ценности. А вероятность того, что сдающийся обвешан взрывчаткой – велика. Подозреваю, что сирийцы и с ранеными не особенно церемонятся. Утверждать ничего не могу, но лагерей военнопленных в Сирии нет, обменов нет.

Как же получается, что каждый день авиация находит себе цели?

Тут мне трудно сказать что-то определённое, но просто, если исходить из характера тех, кто воюет по ту и по эту сторону линии фронта – становится понятно, что для сирийцев война это средство выжить, а для террористов это просто бизнес. Соответственно, понимая, что сирийцы, да и наши спецы вполне умеют такого рода «бизнес» вести – информаторов с той стороны скорее всего стоит очередь. Я обратил внимание вот на что – уже когда был здесь в России – как только какой-нибудь головорез объявит войну России, так сразу в течении дня-двух его ликвидируют точным ударом. Нужно понимать, что 1000 баксов для любого душмана из окружения такого говоруна это приличные деньги, и они как спринтеры бегут за своим вознаграждением. Кому и какого рода информация нужна, сколько стоит и как получить свои деньги на Востоке все прекрасно знают. А поскольку Россия даже у врага пользуется полным уважением как бизнес-партнёр, а наши, скорее всего, никого не «кидают», то проблем с информаторами там никаких нет. На Востоке вообще ни у кого никогда не возникало проблем купить информацию – плати деньги и получишь то, что хочешь. Это, конечно, всего лишь догадка, но нисколько не удивлюсь если окажется, что дело ещё хлеще и закрученнее.

Как оцениваете вероятность победы сирийцев над террористами?

Победа сирийцев своими силами исключена. Падение правительства Башара Асада это был просто вопрос времени, и если бы Россия не вмешалась, то бандиты могли бы пройти дальше, а затем растерзать и все густонаселённые районы страны. Тем не менее, при поддержке России и других стран Сирия через некоторое время вернёт контроль над всей территорией.

Сирийцы воюют как бы между делом, их постоянно нужно взбадривать. Пример – ремонтная база техники у нас под боком – восстанавливают танки: поломки, модернизация, установка дополнительной брони… Сирийцы делают за месяц три-четыре танка, а ремонтная бригада из России в разы больше. Постоянные перерывы на «попить чаю» — постоянно что-то обсуждают не относящееся к делу. Вообще чай они пьют везде – можно сказать на нём и живут. Он видимо бодрит, но толку немного. Едят они мало – поэтому такие худые и какие-то вялые. Я среднего роста, но почти всегда выше любого сирийцы ростом. Такое впечатление, что чтобы они одолели бандитов их нужно лучше кормить и учить.

И как в Сирии обстоит дело с национальной кухней?

Если честно, что я кухней почти не интересовался. Лучше всего питаться со своей столовой. Все, кто гоняются за экзотикой или ленятся готовить самостоятельно, рано или поздно подхватывают дизентерию, а это в итоге очень изматывает.

Вдоль больших дорог стоят будки – сначала я думал, что это туалеты какие-то, потом понял – тандыры (особая печь для изготовлния лепёшек, лаваша). Лепёшки очень простой рецептуры – грубый помол муки, вода, и возможно есть немного яйца. Соли, сахара туда никто никогда не добавляет – цвет серый, но по первому времени я рубал их за милую душу.

Не приведи Господь купить там копчёную, полукопчёную или зажаренную курицу. Тушки там огромные, выглядят очень аппетитно, но практически гарантированно не прожарены до конца, а это чревато всё той же дизентерией.

Фрукты овощи дёшевы на наши зарплаты, только бананы дорогие. А всё местное стоит копейки, огромные гранаты за килограмм – тридцать фунтов – меньше семи рублей на наши деньги. Соответственно и вся кухня дёшева. Но есть также особенность – первый раз тебя могут накормить чтобы произвести впечатление, а второй уже могут попытаться обжулить. Конечно, зависит от человека, может быть я просто на таких попадал.

В общем главное, что я понял о сирийской кухне – изучать её нужно после того как война закончится и люди немного придут в себя.

Как люди одеваются в городе, как вообще протекает жизнь?

Всё что касается одежды очень разнообразно, пёстро. Может пройти девушка в джинсах, а может и в чадре. Бывает едешь по городу навстречу тебе несётся мужик, а то и аксакал на мопеде с бородой, в чалме, в халате. Старшие одеваются более традиционно, молодёжь по-разному, многие вообще ходят в трусах и сланцах. Такое впечатление, что дела вообще никому нет, что в стране ислам главная религия.

В городе везде наклеены портреты Башара Асада и много где – нашего президента – Путина. На столбах, на машинах, в магазинах, на террасах домов. Впечатление, что поддержка Асада тотальная. В нескольких местах установлены бюсты отца нынешнего президента Сирии.

Изображения Башара Асада везде. Люди постоянно фотографируются рядом с его портретами.

Бойцы сирийской армии с одного из блокпостов в городе Хама.

Дома в Сирии самые разнообразные – строятся по определённому плану – поэтому улицы ровные, но дальше каждый «сам себе архитектор». Обычно всё из самана, но и бетонные встречаются. Всё построено очень «экономично», в один кирпич максимум, окна маленькие – чтобы было не так жарко. В Дамасске или Алеппо я не был, возможно там больше бетона. Ну, а там, где я был – скорее это большие посёлки, и лишь центр более-менее похож на город. Хотя элементы большого мегаполиса – супермаркеты – есть везде.

Окраина одного из таких городов была сильно разбомблена, много где душманы оставили «сюрпризы», когда уходили. Поэтому когда местные жители начали разбирать завалы, растаскивать годный стройматериал стали происходить подрывы. Вообще сирийские города в этом отношении похожи на муравейники – где что плохо лежит растаскивают довольно быстро и употребляют в дело. Эта схема по которой террористы действуют минируя жилые кварталы знакома нам по населённым пунктам в Новороссии, которые попадали под оккупацию киевской хунты – почерк один и тот же – вызвать как можно больше жертв среди мирного населения.

Вы общались с русскими, которые в Сирии давно? Есть какие-то слухи о чудо-оружии?

Тех, кто в Сирии с начала войны, а то и с довоенного времени очень мало. В основном сейчас там те, кто обеспечивает безопасность наших военных баз, занимается инструктажем сирийской армии, либо – как мы – помогает наладить гражданскую сферу. С персоналом военных баз пересекаться мне не приходилось, а вот бойцы охранения, что охраняют их, охраняли и нас.

Слухов о каком-то, именно чудо-оружии нет. Новые образцы техники испытывают – это наверное так. Дело тут в том, что с определённого этапа с мест боевых действий вывозят убитых боевиков. И так и считают эффективность операций – КАМАЗами. И до этого операции были эффективными практически наверняка, но трупы врагов никто никуда не вывозил. Сирийцы не долго ломали голову зачем это делают – они всерьёз считают, что ваххабитов заливают свиным салом и сжигают вместе с внутренностями свиней – чтобы они не попали в рай. Мне кажется это просто испытывают новые виды вооружения и устанавливают какие травмы получают боевики попавшие под обстрелы, насколько эффективны заряды. Возможно ведь вероятность что применяются боеприпасы избыточной эффективности? Почти наверняка устанавливают личности убитых – когда это возможно. Что там в голове у военных спецов – мне не известно, но КАМАЗы с мест зачистки авиацией теперь стали приходить регулярно.

А это примерно это сколько убитых террористов в одном КАМАЗе?

Трудно сказать. Я эти КАМАЗы выдел только со стороны и очень издалека. В них можно и тридцать сложить, и сто. Думаю, что это информация закрытая и нас близко к ней не подпустят. Но, то, что наши спецы ведут учёт эффективности оружия – это факт. Почему не озвучивают реальные цифры потерь среди боевиков? Не знаю, наверняка основания веские. Да и с другой стороны – сколько ни скажи всё равно никто не поверит.

Постоянно ходят слухи, что террористы применяют химическое оружие. Такой факт похоже действительно имел место быть на том участке фронта, где позднее побывали мы, но там в результате чьей-то оплошности «химия» накрыла самих бармалеев.

Насколько обоснованы слухи о том, что в Сирии воюют наши военнослужащие, а именно пехота в наземных операциях?

Никак не обоснованы. Среди наших таких слухов нет. Если бы так было мы бы точно знали. С другой стороны вводить сюда наших солдат нет необходимости. Задача как можно больше террористов намолотить авиацией, артиллерией, крылатыми ракетами. Сегодня сюда стягивается отребье со всего мира – перемалываются вояки, которых учили годами. Наиболее отъявленные негодяи. Если сейчас быстро зачистить Сирию, то где их ещё собрать? Впрочем, я рассуждаю сейчас как дилетант, но в целом мне кажется, что российская армия сухопутными частями сюда вряд ли когда-то придёт. Военспецы-советники есть – но так в любой войне. Офицеры должны нарабатывать опыт реальных боёв.

Какие у вас планы сейчас после Сирии?

26 октября произошло серьёзное землетрясение в Индии. Сейчас руководство рассматривает контракт на отправку туда основной группы наших специалистов.

В любом случае – вам успехов!

Спасибо!