Нитроглицерин кто изобрел

Что такое нитроглицерин? Взрывчатка, спасающая жизнь

А как обрадовались генералы, узнав, что вместо слабого дымного пороха теперь в бомбы можно положить намного более мощную взрывчатку!

Изобретение

Асканио Собреро
Фото: ru.wikipedia.org

Итальянский химик Асканио Собреро, работавший в Туринском университете, проводил опыты по реакции между глицерином и смесью азотной и серной кислот. Смесь этих кислот сегодня называют «нитрующей смесью», ее воздействие на многие вещества создает новые вещества, часто очень неустойчивые и склонные к самопроизвольной детонации.

Альфред Нобель
Фото: ru.wikipedia.org

Взаимодействие глицерина с нитрующей смесью породило в 1846 году нитроглицерин. В 1847 году автор выступил с докладом об изобретении. В ходе проверки свойств нового вещества произошел взрыв, изуродовавший автору изобретения лицо. А в 1850 году в Турин в лабораторию приехал молодой Альфред Нобель и начал изучать производство нитроглицерина.

В то же время Нобели изучали и работу российских химиков, исследовавших возможность уменьшения чувствительности нитроглицерина. Нобели придумали способ подрыва нитроглицерина, создав капсюли-детонаторы на основе гремучей ртути. A — опилки или иной абсорбционный материал, пропитанный нитроглицерином; B — защитная оболочка; C — капсюль-детонатор; D — кабель, связанный с подрывным капсюлем; E — крепёжная лента
Фото: ru.wikipedia.org

Применение в медицине

При изучении свойств созданного вещества Асканио Собреро установил, что вещество обладает сладким вкусом и вызывает сильную головную боль. Сегодня врачи понимают, что эта боль вызвана снижением артериального давления. Но эти симптомы не были правильно интерпретированы тогдашними врачами.

Лишь в 1858 году в Англии врач Альфред Филд прописал пациентке 68 лет нитроглицерин от стенокардии, чтобы уменьшить боль в груди. Он прописал ей новый препарат «глоноин», как тогда называли в фармакологии нитроглицерин. Однако в жидком виде употреблять препарат было очень неудобно. В том числе и из-за его склонности к детонации при встряхивании: попытался вытряхнуть в стакан каплю — и взрыв разнес в клочья всё в комнате.

Но история лекарства скоро продолжилась: новым препаратом заинтересовался врач из Лондона Вильям Мюррел. Он обратился к химику В. Мартиндейлу, который сумел придать нитроглицерину форму мелких стабильных гранулок. Пациент взял на язык одну гранулку — и боль в груди прекратилась. Если нет, то принять еще одну гранулку, рассосав ее на языке. Первое сердечное лекарство состоялось! Фото: nebolet.com

А понять, что этот нитроглицерин делает и почему сердце перестает болеть, сумели только в самом конце XX века три исследователя из США: Луис Игнарро, Роберт Фёрчготт и Ферид Мьюрэд, за что они и получили в 1998 году Нобелевскую премию по медицине и физиологии.

Оказывается, в организме человека нитроглицерин освобождает оксид азота, который расслабляет гладкомышечные клетки, что приводит к расширению кровеносных сосудов.

Создание динамита

Нобели придумали пропитывать нитроглицерином различные пористые материалы.
Одновременно с ними в других странах, в том числе и в России, проводились аналогичные исследования.

В России полковник Петрушевский создал в 1868 году магнезиальный динамит: нитроглицерин впитывался в пористый порошок магнезии — и получалось мощное взрывчатое вещество, которое можно было провозить к месту применения, не опасаясь встряхнуть ящик с динамитом. А на месте динамитные шашки можно было взорвать с помощью капсюля-детонатора. Динамит производства фабрики Нобеля
Фото: ru.wikipedia.org

В том же 1868 году динамит на базе кизельгура (кремнистой земли) начали производить и Нобели. И взяли на динамит патент, став официальными изобретателями новой взрывчатки.

Взрывчатые работы при помощи динамита, особенно при подземных работах, были намного безопаснее, чем взрывные работы при помощи пороха. Порох горит намного медленнее и его вспышка часто воспламеняла в шахтах рудничный газ, что влекло подземные взрывы. А мгновенная детонация динамита рудничный газ не успевала поджечь.

Динамит был нарасхват, за первые 8 лет его производство выросло в 800 раз — от примерно 10 тонн в год до 8000 тонн. И на этом производстве уже работала не одна небольшая фабрика, а несколько десятков фабрик. Генералы начали потирать руки…

Боевое применение

Попытка заложить динамит в пушечный снаряд провалилась — слишком часто снаряды взрывались при выстреле. Зато для производства мин, для начала — морских, а также для подрыва крепостных стен, мостов, тоннелей — динамит отлично подходил.

Во франко-прусской войне 1870−1871 годов динамит уже использовался в больших масштабах. Взрывные работы с помощью динамита, рисунок из французского журнала La Nature, 1873 г.
Фото: ru.wikipedia.org

Расширение производства динамита сопровождалось взрывами на производстве. Взрывались заводы, гибли люди, нитроглицерин — все же очень взрывоопасное вещество. А динамит при ненадлежащем хранении или долгом хранении «отпотевает», на его поверхности выступают капельки нитроглицерина — и тут до взрыва всего склада взрывчатки остается совсем чуть-чуть.

Пытаясь уменьшить взрывоопасность динамита, исследователи создали желатин-динамит — при взаимодействии нитроглицерина и желеобразной массы, получаемой при разведении коллодия различными органическими растворителями. Желатин-динамиты, или «гремучие студни», широко использовались при строительстве тоннелей в Альпах. И туннель под перевалом Сен-Готард, и все остальные туннели, пробитые людьми в то время, своей прокладкой во многом обязаны «гремучим студням». Гремучие студни в отражённом свете (сверху) и на просвет (снизу)
Фото: ru.wikipedia.org

Триумф и закат эпохи динамита

В конце XIX — начале XX века динамит был главной взрывчаткой мира.

Ручные гранаты — динамит. Террористические акты ирландцев в Великобритании и революционеров в России — динамит. Морские мины — динамит.

Но в самом конце XIX века ученые начали исследовать свойства тринитротолуола и гексогена. Более мощные, чем динамит, хранящиеся намного дольше, намного более стабильные. Эту взрывчатку можно было поместить в артиллерийский снаряд, в торпеду, в мину, в ручную гранату.

Век динамита почти закончился — осталось еще применение при прокладывании тоннелей, при постройке шахт.

Динамит производят и сегодня. Но в общей массе производимой в мире взрывчатки на динамит приходится только 2%.

Зато все до сих пор помнят Нобелей. В основном благодаря Нобелевской премии.
Даже шутливая премия Ignobel получила свое название именно от Нобеля.

Теги: нитроглицерин, изобретения, история лекарства, Альфред Нобель, взрывчатка, взрывчатые вещества, морские мины

Взрывное дело: как гибель брата подтолкнула Нобеля к идее создания динамита

Наперекор судьбе

Долги за не оправдавшие себя изобретения, настойчивость кредиторов и пожар, который разрушил дом шведа Эммануэля Нобеля, вынудили его семью покинуть родной Стокгольм. Пристанище Нобели нашли в Санкт-Петербурге в 1837 году. Город на Неве принял семью радушно, предложил ей новую жизнь и новые перспективы.

В российской столице Нобели наладили производство морских мин и токарных станков, а когда окончательно встали на ноги, решили отправить своего сына Альфреда учиться за рубеж. 16-летний юноша объехал едва ли не всю Европу, пока не оказался в Париже. Там он познакомился с итальянским химиком Асканио Собреро — человеком, открывшим нитроглицерин.

Альфреда предупреждали: нитроглицерин — вещество опасное, в любой момент может взорваться. Но молодого человека предостережения, кажется, только подстёгивали. Ему хотелось научиться управлять взрывной энергией, найти ей полезное применение. Тем более что Крымская война (1853—1856), обогатившая семью Нобеля, к тому времени закончилась.

Предприятия, бравшиеся за военные заказы государства, терпели убытки, и родные Альфреда рисковали вновь остаться не у дел. Сыновний долг и честолюбие молодого учёного мотивировали его двигаться вперёд, и в 1863 году его труды были вознаграждены. Альфред изобрёл детонатор с гремучей ртутью. Современники считали достижение Нобеля крупнейшим с момента открытия пороха, но это было лишь начало его пути.

По словам профессора горного института НИТУ «МИСиС», президента Национальной организации инженеров-взрывников Владимира Белина, «детонатор Нобеля до сих пор функционально и по своей компоновке не сильно отличается от современного».

  • Альфред Нобель
  • globallookpress.com
  • © Science Museum

«В случае с пороховыми зарядами человек, который их поджигает, находится в непосредственной близости. С помощью детонатора он может находиться за пределами возможного поражения, — отметил Белин в беседе с RT. — Не нужно также забывать, что Альфред Нобель был бизнесменом. Он задержал развитие других промышленных взрывных веществ (ВВ) на 20 лет. Нобель скупил патент на аммиачно-селитряные ВВ, которые были не так эффективны, как динамит, но менее опасны. Но в любом случае все взрывники мира чтут память Нобеля, считают его основателем современного взрывного дела».

Через какое-то время молодой учёный уехал из Санкт-Петербурга и вернулся в родную Швецию, где продолжил эксперименты с нитроглицерином и основал мастерскую, которая изменила жизнь семьи навсегда.

3 сентября 1864 года в мастерской Нобелей прогремел взрыв. Альфред знал об опасности нитроглицерина, не раз становился свидетелем взрывов и несчастных случаев, но ещё никогда неудачные опыты не приносили ему столько боли. Одной из жертв стал его 20-летний брат Эмиль. Весть о гибели сына потрясла Эммануэля Нобеля, он пережил инсульт и навсегда остался прикован к постели. Долго горевал и Альберт, но боль утраты не сломила его, и он продолжил свои исследования.

По воле случая

В короткие сроки Нобелю удалось найти инвесторов, согласившихся спонсировать его исследования. В разных городах начали появляться нитроглицериновые фабрики. Но то и дело в них происходили взрывы, которые стоили работникам жизни. Ещё чаще в воздух взлетали транспортные средства, перевозившие склянки с химическим веществом. Истории обрастали деталями, появлялись слухи, которые создавали почву для домыслов и паники. В конечном счёте потребовалось вмешательство Альфреда. Проследив все стадии производства нитроглицерина, он разработал список правил, которые помогли обезопасить процесс получения вещества и его транспортировку.

Также по теме«Поведенческие финансы»: Нобелевскую премию по экономике получил бывший советник Барака Обамы Лауреатом Нобелевской премии по экономике стал американец Ричард Талер. Учёный награждён за психологический анализ принятия…

В жидком состоянии нитроглицерин всё ещё был крайне опасен. Взбалтывание, неправильное хранение или перевозка в любой момент могли привести к взрыву. Учитывая специфику вещества, Нобель пошёл на хитрость: начал добавлять в него метиловый спирт, благодаря чему нитроглицерин переставал быть взрывоопасным. Но там, где открылась одна дверь, закрылась другая. Вернуть нитроглицерину взрывную мощь было почти так же сложно и опасно. Процесс выгонки спирта из нитроглицерина мог вызвать взрыв. Пытаясь сделать вещество твёрдым, Нобель пришёл к революционному решению, которое привело к созданию динамита.

Бумага, кирпичная пыль, цемент, мел, даже опилки — смешивание нитроглицерина с этими материалами не давало нужных результатов. Решением проблемы стал кизельгур, или, как его ещё называют, «горная мука». Это похожая на рыхлый известняк горная порода, которую можно найти на дне водоёмов. Лёгкий, податливый, доступный материал стал ответом на все вопросы Альфреда.

По одной из легенд, приобретшей популярность ещё при жизни Нобеля, мысль об использовании кизельгура посетила его совершенно случайно. Во время перевозки нитроглицерина одна из бутылок треснула, а её содержимое вылилось на сделанную из кизельгурового картона упаковку. Нобель проверил получившуюся смесь на взрывоопасность. Все тесты были пройдены успешно: смесь оказалась безопаснее пороха и мощнее его в пять раз, за что и получила своё название — динамит (от древнегреческого «сила»). Название поспособствовало коммерческому успеху изобретения: удалось, во-первых, избежать упоминания о напугавшем весь мир нитроглицерине, во-вторых — обратить внимание на огромную мощь взрывоопасной новинки.

25 ноября 1867 года Альфред Нобель запатентовал своё изобретение.

На волне успеха

Темпы производства динамита неуклонно росли, и за следующие восемь лет Альфред открыл 17 заводов. Взрывчатка Нобеля помогла завершить работу над 15-километровым Готардским тоннелем в Альпах и Коринфским каналом в Греции. Динамит также использовали при строительстве свыше 300 мостов и 80 тоннелей. Но вскоре у основателя бизнес-империи начали появляться конкуренты, что заставило Нобеля задуматься о модернизации взрывчатки.

  • Готардский тоннель в Альпах
  • © Wikimedia

Динамит был слабее чистого нитроглицерина, его сложно было использовать под водой, а при долгом хранении он терял свои свойства. Тогда Альфреду пришла в голову новая идея — если верить легенде, вновь совершенно случайно. Во время проведения опытов он порезал палец стеклом разбившейся колбы. Рану обработал коллодием — густым клейким раствором, который при высыхании образует тонкую плёнку. Нобель предположил, что это вещество отлично смешается с нитроглицерином. И оказался прав. На следующий день он соорудил новую взрывчатку — «гремучий студень», названный впоследствии самым совершенным динамитом.

Скоротечность эпох

В XIX веке изобретение Альфреда Нобеля произвело революцию в горнодобывающей промышленности. По словам Белина, добывать полезные ископаемые при помощи пороховых зарядов было проблематично и, главное, небезопасно. Пришедший на смену пороху динамит применяли не одно десятилетие. Но в какой-то момент и он стал устаревать и его заменили более продвинутыми технологиями.

  • globallookpress.com
  • © Craig Lovell

«В РФ динамит не применяется из-за опасности хранения, транспортировки и применения. Сегодня мир работает на аммиачно-селитряных ВВ и так называемых эмульсионных взрывчатых веществах, у которых гарантированный и регулируемый срок взрывчатых характеристик. С их помощью можно сделать, например, так, чтобы заряд был опасен в течение недели. После определённого срока его боевые свойства сходят на нет, — рассказал Белин, — и перевозится не взрывчатое вещество, а эмульсионная матрица. Взрывчатые характеристики приобретаются после заряжания в скважины, камеры, шпуры и т. д.».

Динамит иногда использовали и в военном деле, но неохотно и с осторожностью. Виной всему чувствительность взрывчатки: она могла запросто взорваться при неправильном хранении, простреле пулей или в артиллерийском снаряде.

Главный редактор журнала «Арсенал отечества», полковник запаса Виктор Мураховский отметил в беседе с RT, что в качестве боеприпаса динамит практически не применялся.

«Такой элемент, как тротил, и взрывчатые вещества на его основе появились довольно быстро. Но в военных целях динамит был не слишком удобен, — сказал Мураховский. — Во время войны его применяли разве что на этапах проведения инженерных работ: при возведении укреплений или, наоборот, расчистке территорий. Он известен как промышленное взрывчатое вещество, а не как военное».

В некоторых странах динамит в ограниченных количествах производят и по сей день. Его выпускают, например, в Финляндии и США. В Соединённых Штатах производством занимается всего одна компания. Динамит, как правило, выпускается в виде «патронов» разного размера, наполненных пластичным или порошкообразным взрывчатым веществом. По-прежнему динамит используют в горном деле или при сносе зданий.

Альфред Нобель с юности увлекался химией (учился у знаменитого Николая Зинина) и в возрасте 17 лет отправился из Санкт-Петербурга, где проживала семья Нобелей, в Европу. В Париже с 1850 по 1852 год он был студентом у знаменитого химика Теофиля-Жюля Пелуза, одного из изобретателей пироксилина. Вероятно, именно тогда Альфред узнал о новом взрывчатом веществе — нитроглицерине, который в 1847 году получил один из учеников Пелуза — итальянец Асканио Собреро. Впрочем, первооткрыватель предупреждал, что нитроглицерин обладает не только могучей силой, но еще и чрезвычайно скверным характером: взрывается от малейшего толчка или нагревания.

После возвращения в Россию Альфред рассматривал различные возможности для бизнеса, и Зинин напомнил ему о перспективной взрывчатке, капнув нитроглицерин на наковальню и ударив по ней молотком. Нобель обратил внимание, что прореагировала только небольшая часть вещества, но демонстрация произвела на него впечатление, и он решил заняться производством капризной взрывчатки. В 1860 году он начал свои эксперименты с того, что поместил склянку с нитроглицерином с банку с порохом, чтобы при взрыве пороха весь нитроглицерин сдетонировал. К 1863 году, пройдя стадии бесчисленных прототипов, эта конструкция превратилась в металлическую гильзу с порохом (позднее замененным на гремучую ртуть) и запалом — почти современный детонатор, который многие небезосновательно считают главным изобретением Нобеля. Заодно он запатентовал «взрывчатое масло» — смесь нитроглицерина с порохом, которую и начал выпускать.

Осенью 1864 года на фабрике Нобеля в Стокгольме произошел взрыв, унесший жизни его брата Эмиля и еще четырех человек. Альфред выдержал этот удар судьбы, создав новую компанию Nitroglycerin AB (хотя власти не разрешили строить фабрику в городе). Весной 1865 года он учредил немецкий филиал, а в 1866-м — американский. Но во время поездки Нобеля в США немецкая фабрика взлетела на воздух. В лаборатории, расположенной на барже, на реке Эльбе, возле руин фабрики, Альфред один за другим проводил эксперименты, смешивая нитроглицерин с различными веществами — мелом, опилками, цементом, пытаясь решить проблему. Лишь через год он наткнулся на кизельгур, в обилии присутствующий на немецких пустошах. Эта пористая порода впитывала нитроглицерин, превращаясь в пластичную массу, которая взрывалась только от детонатора, при этом ее можно было безопасно бросать в огонь или бить по ней молотком. Нобель назвал свое изобретение «динамит».

Динамит сыграл огромную роль в строительстве современной цивилизации: пробивал туннели, прокладывал дороги и выкапывал каналы.

Статья «Могучие водоросли» опубликована в журнале «Популярная механика» (№8, Август 2015).

История открытия нитроглицерина

Казале-Монферрато – маленький Итальянский городок к востоку от Турина. Именно здесь в 1812 году родился Асканью Собреро – химик, открывший вещество, ставшее одним из самых известных и востребованных в мире.

Асканью Собреро (1812-1888)

Образование Собреро получил в Туринском университете, затем работал в Париже под руководством знаменитого химика Пелуза. Проводя серию опытов, в 1846 году в реакции глицерина с азотной и серной кислотами Асканью впервые синтезирован тринитрат глицерина, известный сегодня как нитроглицерин. В 1847 он выступил со знаменитой лекцией в Туринской академии наук, продемонстрировав, что небольшие количества вновь синтезированного вещества могут взрываться. В 1850 году в лабораторию Пелуза прибыл молодой Альфред Нобель, который осознал огромный потенциал изобретения Собреро. Вернувшись в Стокгольм, вместе с отцом он начал поиски способа уменьшить способность нитроглицерина спонтанно детонировать, результатом чего явилось изобретение динамита – смеси нитроглицерина с сорбентами, которая может относительно безопасно храниться и взрываться, когда это нужно (с помощью запатентованного Нобелем детонатора). Позже, поняв разрушительную силу нитроглицерина, Собреро писал: «думая о том, сколько людей погибло и еще погибнет от взрывов нитроглицерина, я почти стыжусь, что мне принадлежит его открытие». Сам Собреро пострадал от взрыва, который изуродовал его лицо.

Он же впервые сообщил, что обладающий сладковатым острым вкусом нитроглицерин при помещении на язык в минимальных количествах в течение минуты вызывает ужасную головную боль, которая продолжается несколько часов. На это описание физиологического эффекта нитроглицерина обратил внимание Константин Геринг, известнейший гомеопат своего времени, живший на тот момент в Америке. Один из тезисов гомеопатии гласит, что вещество, вызывающее какой-либо симптом у здоровых людей, может бороться с этим же симптомом у больных («лечи подобное подобным»). Геринг испытал нитроглицерин (названный им глоноином), давая его здоровым добровольцам, и убедился, что он действительно вызывает головную боль (результаты своего исследования он опубликовал в 1849 году в американском гомеопатическом журнале). Геринг обратился к химику Моррису Девису с просьбой синтезировать нитроглицерин для его работы. Моррис также испытал нитроглицерин на себе и описывал свои ощущения следующим образом: «после нанесения 0,36 мл вещества на губы кровь прилила к голове, появилась пульсирующая боль в висках, движения головы усиливают боль; во время прогулки изменилось восприятие: все вокруг странное, путь до дома занимает, кажется, втрое больше времени, чем обычно». Указанные симптомы, как мы понимаем сегодня, связаны со снижением артериального давления и уменьшением кровоснабжения головного мозга после приема нитроглицерина. Геринг также заметил, что у некоторых добровольцев отмечался дискомфорт за грудиной и в левой руке после приема нитроглицерина, однако такие симптомы наблюдались значительно реже, чем головная боль, и знаменитый гомеопат не придал этому особого значения. В связи со скептическим отношением официальной медицины к гомеопатии, долгое время врачи не обращались к нитроглицерину.

Медицинское применение нитроглицерина связано с наблюдениями за другим нитросодержащим веществом – амилнитритом, синтезированным в 1844 году Антонием Белардом. Английский химик Фредерик Гутри в 1859 году писал: «нанесение на ноздри минимальных количеств амилнитрита в течение 50 секунд приводит к сердцебиению, приливу крови к шее и голове, пульсации височных артерий». Затем лондонский врач Беньямин Ричардсон показал, что амилнитрит вызывает расширение сосудов у экспериментальных животных. Шотландский врач Томас Лодер Брунтон провел ряд экспериментов на себе, отслеживая изменения пульса и артериального давления после применения амилнитрита, а в 1867 году появилась его публикация в журнале Lancet, в которой он описывал эффективность амилнитрита у больных грудной жабой (стенокардией, см. статью «Ишемическая болезнь сердца»), ранее не поддававшейся лечению другими лекарствами. Брунтон продолжал поиск веществ, которые бы действовали пусть не так быстро, как амилнитрит, но сохраняли эффект в течение более длительного времени. Так он обратил внимание на публикации Геринга, сопоставив головную боль после приема амилнитрита и глоноина (нитроглицерина).

Впервые нитроглицерин при стенокардии применил английский врач Альфред Филд в 1858 у больной 68 лет с интенсивной болью в груди. Затем и другие врачи стали назначать нитроглицерин больным стенокардией. В 1876 действие нитроглицерина на себе испытал Брунтон и почувствовал столь сильную головную боль, что поначалу он не решался назначать вещество пациентам. Однако лондонский врач Вильям Мюррелл, знакомый с работами Брунтона по использованию амилнитрита, в 1878 опубликовал результаты своих наблюдений о высокой эффективности нитроглицерина при стенокардии. В связи с неудобством применения жидкой формы нитроглицерина, Мюррелл обратился к химику Вильяму Мартиндейлу, который сумел приготовить нитроглицерин в форме стабильных мелких гранул, покрытых шоколадом. Пациенты принимали гранулы до тех пор, пока боль не проходила. Узнав о работах Мюррелла, Брунтон стал также применять нитроглицерин при стенокардии и обобщил опыт использования нитроглицерина в фунтдаментальном научном труде «Фармакология и терапия», опубликованном в 1885 году. По иронии судьбы, в 1890 году врачи рекомендовали принимать нитроглицерин Альфреду Нобелю, страдавшему стенокардией.

Множество исследований было направлено на выяснение механизма лечебного действия нитроглицерина и других нитросодержащих веществ. В результате ученые показали, что нитроглицерин высвобождает оксид азота (NO), который, расслабляя гладкомышечные клетки, приводит к расширению сосудов. Нобелевская премия по физиологии и медицине за 1998 г. присуждена трем американским исследователям: Фериду Мьюрэду (Техасский университет в Хьюстоне), Роберту Фёрчготту (Университет штата Нью-Йорк) и Луису Игнарро (Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе) за установление функциональной роли оксида азота в работе сердечно-сосудистой системы.

С действием оксида азота связан частый побочный эффект нитроглицерина в виде головной боли (расширение артериол головного мозга), и его основной, антиангинальный (снимающий стенокардию) эффект. Напомним, что стенокардия вызывается сужением просвета коронарных сосудов и уменьшением кровоснабжения сердечной мышцы, в результате чего она испытывает кислородное голодание (ишемию). Расширение коронарных сосудов под действием нитроглицерина приводит к улучшению кровоснабжения ишемизированных участков миокарда. Кроме того, нитроглицерин расширяет вены, в результате больше крови задерживается в них и меньше возвращается к сердцу, нагрузка на сердце падает, миокарду требуется меньше кислорода, и приступ стенокардии проходит в течение нескольких секунд или минут после приема лекарства.

При частом приеме нитроглицерина и нитратов длительного действия головная боль проходит, но нарастает потребность в нитроглицерине: приходится принимать все большую и большую дозу для получения терапевтического эффекта (феномен толерантности к нитратам). Во избежание формирования толерантности больным стенокардией, которым назначили нитроглицерин, следует применять короткодейстующие нитраты (в виде таблеток нитроглицерина и спреев) только при возникновении приступа стенокардии и следовать рекомендациям врача по приему препаратов длительного действия. В связи с тем, что нитроглицерин расширяет все сосуды, после его приема резко снижается артериальное давление и уменьшается приток крови к головному мозгу, это может вызвать ортостатический (возникающий в положении стоя) коллапс, т.е. потерю сознания. Поэтому больные, принимающие нитроглицерин, должны знать, что препарат следует принимать в положении сидя, после приема нельзя резко вставать, т.к. может закружиться голова и возможна потеря сознания.

Сегодня нитроглицерин в качестве взрывчатки практически вытеснен другими, более дешевыми и менее опасными веществами, в то время как в медицине он остается одним из самых востребованных и часто назначаемых препаратов. Благодаря цепочке случайных наблюдений и целенаправленных исследований замечательных ученых из разных стран, нитроглицерин ежедневно помогает миллионам людей во всем мире, избавляя их от мучительного симптома ишемической болезни сердца — стенокардии.

LiveInternetLiveInternet

zumiralda все записи автора

История создания одного из самых популярных лекарств связана с Санкт-Петербургом. Вернее, с именем знаменитого ученого Альфреда Нобеля. А учителем его был русский ученый профессор Зинин. В Париже Нобель познакомился с итальянским ученым, впервые получившим нитроглицерин – Асканио Собреро и начал практические эксперименты с веществом. Однако Нобеля интересовали, прежде всего, взрывчатые свойства вещества, и результатом его работы стал вовсе не полезный медикамент, а опасный динамит… Не многие знают, что за это открытие ученый дорого заплатил – при одном из взрывов погиб его младший брат Эмиль. Однако кое-что из разработок Нобеля пошло на пользу медицине и фармакологии: в 1863 году он изобрел специальный инжектор-смеситель, позволяющий обезопасить промышленное производство нитроглицерина.

Еще при открытии нитроглицерина и сам Собреро, и другие энтузиасты пытались испробовать на себе его действие. Но при приеме вещества у испытателей возникала сильная головная боль, поэтому разработки вещества в фармакологическом направлении затянулись надолго. Только через 33 года англичанин Мюррел, работник Вестминстерского и Королевского госпиталей сумел подобрать нужную концентрацию препарата и подходящий растворитель. В конце XIX века список заболеваний, в лечении которых применялся нитроглицерин, был очень широк: сюда входили как традиционная стенокардия, так и астма, мигрень, даже эпилепсия.

Нитроглицерин до сих пор остается самым популярным средством для купирования приступов стенокардии. Но его заслуги в развитии фармакологии этим не ограничиваются. На примере нитроглицерина впервые был описан так называемый «синдром отмены», заключающийся в том, что при частом применении препарата он включается в естественный обменный процесс организма, а прекращение приема приводит к физиологическим проблемам, подчас очень опасным. Наиболее сильно синдром отмены наблюдается у заядлых курильщиков, алкоголиков, наркоманов. В случае с нитроглицерином синдром отмены ярко проявился у рабочих заводов по изготовлению динамита. Ежедневно вдыхая пары нитроглицерина, рабочие привыкали к нему, а в нерабочее время явно чувствовали его нехватку: кружилась и болела голова, болело сердце. Многие становились настоящими нитроглицериновыми наркоманами: уходя с работы, они прихватывали с собой пузырек вещества, чтобы по выходным «для профилактики» втирать его в виски.

Почти всегда синдром отмены идет рука об руку с другой опасностью – развитием толерантности к препарату. Суть проблемы в том, что при длительном применении больному приходится сильно повышать дозу – иначе терапевтического эффекта уже не достичь. В борьбе с возникшими проблемами ученые пошли путем изобретения новых форм препарата. Сегодня их множество: сублингвальные капсулы, таблетки, растворы и пластыри. Однако самой популярной лекарственной формой, настоящей «скорой помощью» остаются именно привычные капсулы. Их начали применять еще в 1925 году и до сих пор в экстренных случаях предпочитают именно эту форму. Таблетки же используют все больше для профилактики приступов.

Последнее значительное событие, связанное с нитроглицерином, произошло в 1998 году. Трое ученых – Фурготт, Игнарро и Мурад – получили Нобелевскую премию за подробное описание физиологического действия нитроглицерина. Ведь до тех пор механизм действия препарата был непонятен: прописывая его, врачи полагались лишь на эмпирические сведения. Оказалось, что, попадая в гладкомышечную клетку сосудов, нитроглицерин превращается в оксид азота, который, в свою очередь, активирует фермент, способный расслаблять гладкомышечную клетку и расширять сосуд. В результате уменьшается потребность миокарда в кислороде и увеличивается насыщение кислородом сердечной мышцы.

Ученые положили немало сил на разработку других форм нитратов, которые отличались бы от нитроглицерина особенностями фармакокинетики. Однако пока нитроглицерин остается основным средством. До сих пор не удается справиться с побочными эффектами, возникающими при его приеме: у многих пациентов препарат вызывает сильную головную боль, головокружение. Некоторые пациенты считают это показателями того, что лекарство им не подходит. Врачи опровергают это мнение: изменение самочувствия после приема нитроглицерина, наоборот, говорит о том, что лекарство действует эффективно. Медики напоминают также, что, приняв лекарство, следует ненадолго прилечь: горизонтальное положение повысит эффективность препарата, а побочные эффекты минимализирует.