Немецкие торпеды второй мировой

Полагаю, что данный краткий обзор вооружения немецких подлодок будет интересен для вас, ув. коллеги. В этой заметке, предлагаю вашему вниманию торпедное вооружение. Тема рассмотрена мною бегло, без приведения подробностей и нюансов, так как при подробном освещении данного вопроса потребуется написать минимум большую обзорную статью.
Торпедные аппараты
На немецких лодках торпедные аппараты всегда пронумерованы римскими цифрами. Торпедные аппараты (далее буду использовать сокращение ТА) I, II, III, IV, V, VI. Из них носовые ТА идут под номерами I, II, III и IV, а кормовые V и VI. На всех немецких подлодках использовались ТА диаметром 53.3 см (533 мм если адаптировать к нашей терминологии) и длиной 7.16 метра. Принцип действия: Специальный поршень весом приблизительно в два пуда, помещался за торпедой после её загрузки в ТА. При выстреле в подводном положении торпеда выталкивалась поршнем, который приводился в движение сжатым воздухом в 24 атмосферы, что позволяло выталкивать торпеду со скоростью в 10 м/сек. Поршень возвращался обратно с помощью наружнего давления воды и специального клапана, который автоматически открывался в конце ТА, что позволяло сдержать выход сжатого воздуха наружу при выстреле и обеспечивало отсутствие возникновению воздушного пузыря (беспузырный принцип стрельбы). В надводном положении, поршень не использовался, торпеда выталкивалась просто сжатым воздухом. Лодки VII и IX типов имели по 4 носовых ТА. Кормовых ТА первые имели только один, вторые два. У обоих типов было несколько лодок с другим расположением ТА, но это можно рассматривать, как исключение из правил. Другие типы лодок — снабженцы, торпедовозы и минзаги имели свое персональное размещение ТА в отличии от типовых боевых торпедных лодок.
Торпеды
Немецкие лодки использовали два типа торпед: Ato и Eto. Парогазовая торпеда (Ato) в качестве топлива для своего двигателя использовала смесь сжатого воздуха, воды и декалина, которая при отработке давала пузырьковый след на поверхности во время хода торпеды. Электрическая торпеда (Eto) приводила в движение энергия аккумуляторных батарей, что позволяло ей во время хода оставаться незамеченной. Первая была крайне неприхотлива с точки зрения обслуживания и использовалась во внешних ТА на типа VIIA. Второй тип торпеды требовал постоянного внимания с точки зрения слежения за уровнем заряда батарей, поэтому электроторпеду подвергали периодической проверке. Основным типом торпеды, приятной на вооружение немецким подводным флотом была торпеда G7, которая в своем дальнейшем развитии получила различные модификации (см. ниже). G7 разделялась на подтипы по топливу/энергии, которые приводили в движение её двигатели. Соответственно, G7, являвшийся парогазовой именовали G7а, а электрическую, как G7е.
Модификации торпед типа G7*
Описание дано согласно характеристикам, следующим в такой последовательности:
Название, Тип, Год, Управление, Взрыватель, Топливо, Вес (кг), Дальность хода (км) и Скорость(узлы)
T I G7a 1938 Прямоход Pi 1 или TZ3 c Pi 3 Парогазовая 1.538 7.5 40/30
T I Fat I G7a 1942 FAT Pi 1 или TZ3 c Pi 3 Парогазовая 1.538 7.5 40/30
T I Lut I/II G7a 1944 LUT Pi 1 или TZ3 c Pi 3 Парогазовая 1.538 7.5 40/30
T II G7e 1939 Прямоход Pi 1 Электрическая 1.608 5 30
T III G7e 1942 Прямоход Pi 2 Электрическая 1.608 5 30
T III Fat G7e 1943 FAT Pi 2 Электрическая 1.700 5 30
T IIIa Fat II G7e 1944 FAT Pi 2 Электрическая 1.620 7.5 30
T IIIa Lut I/II G7e 1944 LUT Pi 2 Электрическая 1.760 7.5 30
T IV Falke G7es 1943 Акустическая Pi 4a Электрическая 1.400 7.5 20
T V Zaukonig G7es 1943 Акустическая TZ5 с Pi 4c Электрическая 1.495 7.5 24
* В данном случае рассматриваются модификации торпед практически использовавшихся немцами во время боевых действий. Отмечу, что в виде опытных образов немецкий флот испытывал также еще с десяток модификаций с T VI по T XIV, приводившихся в движение, как электричесвом, так и перекисью водорода (турбина Вальтера).
Взрыватели.
Pi G7a — принят на вооружение с 1934, использовался на торпедах G7a и G7е.
Данный взрыватель изначально включал в себя два модуля — контактный (AZ) и неконтактный (MZ). В октябре 1939 года из-за проблем со срабатыванием во время боевых действий был модифицирован в виде деактивации неконтактного модуля. Неконтактный модуль мог настраиваться на 16 уровней или так называемых зон. Настройка неконтактного модуля на конкретную зону производилась в зависимости от географического положения (чтобы компенсировать изменения магнитного поля Земли) — от зоны «0» (мыс Норд Кап, Норвегия) до зоны «16» (Бискайский залив). Зоны выставлялись посредством подвижного кольца на взрывателе, для определения нужной зоны в районе выстрела использовалась специальная таблица. Вне указанных зон, указанных в этой таблице неконтактный модуль взрывателя PiG7a не функционировал.
Pi G7a (A+B) — принят на вооружение с ноября 1939, использовался на торпедах G7a и G7е.
Модификация взрывателя Pi G7a в которой была предпринята попытка свести до минимума возможность преждевременного взрыва торпеды после залпа.
Pi 1 (Pi G7H) — принят на вооружение после «Торпедного кризиса» летом 1940, использовался на торпедах G7a и G7е.
Данный взрыватель был лишен неконтактного модуля и срабатывал только при контакте с целью. Являлся стандартным взрывателем, используемого в торпедах немецкими подлодками с лета 1940 до конца 1942.
Взрыватель Pi 1 (Pi G7H)
источник фото: http://www.gunbroker.com/Auction/ViewItem.aspx?Item=270257782
Pi 2 (Pi 39H) — принят на вооружение в декабре 1942, использовался на торпедах G7е TIII
Данный взрыватель снова имел два модуля (контактный и неконтактный). Первый был полным аналогом Pi 1, второй имел новую конструкцию, отличавшуюся от первых модулей такого срабатывания. У данного взрывателя имелась возможность использовать, как оба модуля одновременно, так и только контактный модуль.
TZ3 с Pi 3 — принят на вооружение в конце 1943, использовался на торпедах G7a.
Имел также оба модуля — TZ3 (неконтактный модуль, имевший своим прототипом итальянский неконтактный взрыватель SIC) и Pi 3 (контактный модуль — полный аналогом Pi 1). У данного взрывателя имелась возможность использовать, как оба модуля одновременно, так и только контактный модуль.
Pi 4 — принят на вооружение в конце 1943, использовался на торпедах T IV Falke.
Имел только контактный модуль.
TZ5 — принят на вооружение в начале 1943, использовался на торпедах T V Zaukonig.
Имел только неконтактный модуль, но использовался на T V Zaukonig, имевших также и контактный модуль Pi 4.
Взрыватели Pi 1, Pi 2 и Pi 3 вставали на боевой взвод только лишь после прохождения торпедой 250 метров. Так же особенность была и у акустических торпед T IV и T V.
Боеголовка торпеды
Торпеды G7a и G7e несли в передней части боеголовку с 280 кг взрывчатого вещества, состоявшего из смеси Гексанитродифениламина (NHD), Тринитротолуо́ла и Аллюминия. Акустические торпеды T IV и T V имели боеголовку с несколько меньшим зарядом (274 кг) из-за размещения в носу (в полости взрывателя) устройства самонаведения.

Как обычно над разбором корпел Владимир Нагирняк.

Торпеды

Торпеды

Еще задолго до начала Второй мировой войны германские военные конструкторы уделяли пристальное внимание созданию и совершенствованию торпед с электроприводом. Противнику было очень сложно отследить выпущенный по нему снаряд такого типа, так как он, в отличие от традиционных торпед, не оставлял за собой дорожки из пузырьков.

G7eT3

Это была первая из торпед с электроприводом, поступившая на вооружение в 1939 году и остававшаяся неизвестной для разведки союзников до тех пор, пока останки ее не были извлечены из Скапа-Флоу после того, как U-47 под командованием Гюнтера Прина потопила британское судно «Ройал Оук».

Торпеда относилась к типу, условно называемому «Это», и питалась от электромотора мощностью 74,5 кВ (100 лошадиных сил), приводившего в действие вращавшиеся в противоположные стороны гребные винты. Ее максимальная дальность стрельбы составляла 7500 м при скорости 56 км/час (30 узлов), но только если аккумуляторные батареи торпеды были заранее разогреты до температуры 30 градусов Цельсия. Если предварительный нагрев был невозможен, дальность стрельбы сокращалась почти на две трети. Торпеда этого типа оснащалась 300-килограммовой осколочно-фугасной боеголовкой.

Примечательной вариацией этой торпеды была модель G7e T3d «Даккель», которая предназначалась для уничтожения с дальнего расстояния судов противника в гаванях или закрытых прибрежных водах. Она могла быть запрограммирована на круговые движения после преодоления заранее установленного расстояния по прямой, что существенно повышало ее шансы поразить цель на заполненных судами якорных стоянках.

В середине 1944 года было произведено приблизительно 300 таких торпед, и 80 или 90 из их числа были выпущены по кораблям союзников у берегового плацдарма Нормандии. Чтобы увеличить радиус действия торпеды до впечатляющей дистанции в 57000 метров, ее скорость движения была резко снижена до скромных 16,7 км/час (9 узлов).

G7e Т4 Фальке (Сокол)

Это была первая в мире торпеда с акустической системой наведения, поступившая на вооружение в марте 1943 года. Первые 400 метров после запуска она вела себя как обычная торпеда, а затем активировались ее акустические сенсоры и начинали поиск цели. Чтобы максимально уменьшить помехи, мешавшие работе чувствительного акустического оборудования, скорость «Фальке» была ограничена 37 км/час (20 узлами). Ее осколочно-фугасная 200-килограммовая боеголовка способна была поразить цель на максимальном расстоянии в 7500 метров.

Представляется наиболее вероятным, что торпеды этого типа использовали всего лишь три подводные лодки (U-221, U-603 и U-758) в боевых операциях против конвоев НХ-229 и SC-122, после чего они были сняты с вооружения и заменены более быстрыми и обладавшими большим радиусом действия торпедами G7e T5.

G7e T5 Цаункениг (Крапивник)

Первые 80 торпед Т5 «Цаункениг» (обозначавшиеся в донесениях союзников как ГМАТ — германские морские акустические торпеды) были взяты на вооружение кригсмарине в августе 1943 года и сменили «Фальке» осенью того же года. Первые образцы этих торпед обладали радиусом действия в 5700 метров при скорости 42,3 км/час (25 узлов), однако на следующих модификациях, G7e T5d, эти характеристики были доведены до 8000 метров и 40,7 км/час (22 узла). Обе разновидности несли на борту 200-килограммовую осколочно-фугасную боеголовку.

«Цаункениг» действовала подобно «Фальке» — после преодоления первых 400 метров дистанции акустическая система нацеливала торпеду на наиболее громкий источник звука. Таким источником вполне могла оказаться выпустившая торпеду подводная лодка, поэтому, в соответствии с процедурой, после выстрела из носовой установки она немедленно погружалась на глубину 60 метров, сохраняя при этом полную тишину. Две субмарины почти наверняка были потеряны, когда их поразили выпущенные ими же торпеды Т5 — U-972 в декабре 1943 года и U-377 в январе 1944 года.

По оценкам, всего 640 торпед Т5 были выпущены подводными лодками в ходе боевых сражений, потопив 45 кораблей союзников. Их эффективность могла бы быть значительно выше, если бы союзники в кратчайшие сроки не разработали простую, но действенную контрмеру — источник шумовых помех «Фоксер». Это устройство, состоявшее из нескольких металлических трубок с высверленными в них отверстиями, выбрасывалось за борт и буксировалось приблизительно в 200 метрах позади кормы корабля. Потоки воды, прорывавшиеся через отверстия, и бьющиеся друг о друга трубки создавали кавитационный шум, который оказывался значительно громче того, что издавал гребной винт корабля. Это средство оказалось крайне эффективным для отведения торпед от судов, поскольку германские акустические торпеды всегда устремлялись к источнику наиболее громкого кавитационного шума.

Несмотря на устройство «Фоксер», экипажи подводных лодок были весьма высокого мнения об эффективности использования торпед «Цаункениг» против конвойных эскортов и даже называли между собой эти торпеды «Церштереркнакер» (Дробилка эсминцев).

Немецкая человекоуправляемая торпеда «Neger»

В годы Второй мировой войны, на ряду с итальянцами и японцами, человекоуправляемые торпеды пытались применять и немцы. Однако использовали они их не для атак на базы противника, а для защиты собственного побережья, что позволяет считать эти изделия диверсионными средствами с весьма существенными оговорками. Самым первым образцом этого оружия стала спроектированная в 1944 году торпеда «Neger» (Негр). Это название родилось от фамилии изобретателя — инженера Рихарда Мора, мор — вежливая форма немецкого слова «негр».
Торпеда «Neger» представляла собой две электрические торпеды калибром 21 дюйм, одна над другой с зазором в 15 см. На верхней торпеде боеголовка весом 500 кг была заменена крошечным кокпитом для водителя. В нем были установлены самые примитивные органы управления и рычаг пуска нижней торпеды. Прицел был тоже самым простым — кольцо на кокпите и металлический штырь на носу. Нижняя торпеда была обычной боевой. Тихо приблизившись к цели, пловец пускал нижнюю торпеду в ее борт и полным ходом удалялся от места атаки. Одновальный электромотор верхней торпеды теоретически мог позволить этому сооружению двигаться со скоростью 20 узлов.

Однако из-за необходимости увеличить запас плавучести, чтобы нести нижнюю торпеду, половину аккумуляторов пришлось снять. В результате максимальная скорость сократилась до 10 узлов, а всего «Neger» мог пройти 48 миль со скоростью 4 узла. Длина аппарата — 7,6 м, ширина — 0,5 м, водоизмещение — 2,8 т. «Neger» не мог погружаться, он обладал способностью действовать только в позиционном положении. Эксперименты с балластными цистернами завершились провалом: вес баллона со сжатым воздухом для продувки цистерн опасно сокращал запас плавучести. Водитель был втиснут в крошечный кокпит. Его плечи и голова выступали над водой не более чем на 45 см. Кокпит закрывался плексигласовым куполом для защиты от волн. Добровольцы для управления торпедами набирались из солдат и матросов, но адмирал Дениц специальным приказом запретил брать подводников. Устройство сброса купола было установлено внутри кабины, но если водитель открывал купол, чтобы глотнуть свежего воздуха, то это часто приводило к потерям. Торпеду просто захлестывало водой. С закрытым куполом дышать приходилось с помощью кислородного аппарата Даггера. Однако случаи отравления углекислым газом были слишком частыми. Точных данных нет, но немцы считают, что от различных несчастных случаев погибло более половины всех пропавших «Неггеров».

Кроме уже описанных опасностей водителей подстерегала еще одна. Человекоуправляемая торпеда становилась крайне неустойчивой после того, как пилот выстреливал нижнюю, боевую торпеду. Бывали и совсем дикие случаи, когда не срабатывали замки и боевая торпеда тащила за собой верхнюю прямо к верной гибели. Даже если пилоту удавалось преодолеть все трудности, подкрасться к вражескому кораблю и прицелиться, используя примитивное приспособление, его шансы поразить цель (особенно движущуюся) с такой низкой и неустойчивой платформы были крайне невелики.

Еще до того, как торпеды прошли всесторонние испытания, их бросили в бой 20 апреля 1944 года, на пятьдесят пятый день рождения Гитлера. Около 40 «Неггеров» под командованием лейтенанта Крига были направлены по железной дороге на западное побережье Италии. Почва на участке пуска оказалась слишком мягкой, чтобы спустить торпеды с помощью кранов. Вместо этого пришлось тащить их на колесных тележках, пока торпеда не всплывала на глубине. Имелось 30 тележек, 13 из них сразу завязли в песке. Таким образом, только 17 «Неггеров» смогли отправиться в поход.

Луны не было, а единственным навигационным прибором были наручные компасы. Как ни странно, все торпеды добрались до назначенного района, но вместо беззащитных транспортов, стоящих на якоре, они обнаружили охотников за подводными лодками. Произошел ожесточенный бой. Немецкие источники говорят, что во время атаки были потеряны четыре «Неггера» и потоплены два охотника. Шесть водителей, выпустив боевые, затопили свои транспортные торпеды и пробрались обратно через линию фронта, а семь пилотов сумели добраться до контролируемого немцами побережья прямо на своих аппаратах. Чтобы сохранить секретность, все вернувшиеся «Неггеры» и те, что не удалось спустить, были взорваны.
Союзники утверждают, что ни один из их кораблей повреждений не получил. Был взят в плен один водитель, покинувший утонувшую торпеду, а самое главное — захвачен невредимый образец нового оружия, который дрейфовал по течению, Пилот торпеды погиб, отравившись углекислым газом.

Гораздо более значительные успехи были достигнуты немцами во время высадки союзников в Нормандии в июле 1944 года. Правда, добраться до прикрытых двойной линией дозорных кораблей транспортов не удалось, но человекоторпеды все-таки потопили несколько сторожевых судов, эсминец «Айсис» (1340 т.) и старый английский крейсер «Дрэгон» (5300 т.), укомплектованный польским экипажем. Взрыв торпеды оторвал крейсеру корму, и англичане вынуждены были его затопить, использовав как часть волнолома искусственной гавани, сооруженной в зоне высадки.

Эти успехи немцев были достигнуты дорогой ценой. В ходе первой атаки 5 июля были потеряны 12 торпед из 26. Правда, союзники заявили, что потопили только 4 аппарата. При второй вылазке, 7 июля, только 5 «Неггеров» из 21 вернулись на базу. В этом случае в ночном бою союзники потопили 12 торпед, а еще 4, дрейфовавшие на поверхности, были утром уничтожены самолетами. Вероятно, их водители задохнулись. Два последующих выхода, 19 июля и 15 августа, были практически сорваны из-за плохой погоды, но и на сей раз большинство «Неггеров» не вернулись вследствие аварий.
Тихоходная, уязвимая человекоуправляемая торпеда была просто самоубийственным оружием. Однако операции «Неггеров» были прекращены не по этой причине.
Потери никогда не смущали германское командование, просто на вооружение поступило новое, более совершенное оружие, торпеда «Marder» («Куница»).

Разработка управляемых торпед для диверсионных подразделений в германском флоте велось параллельно с созданием сверхмалых подводных лодок. Первым образцом этого оружия стала спроектированная в 1943 – 1944 годах человекоуправляемая торпеда «Негер». Название родилось от фамилии изобретателя – инженера флота Рихарда Мора. («Мор» – это вежливая форма немецкого слова «негр» – Neger). Мор работал на торпедной испытательной станции в Экенфиорде на Балтике, недалеко от Киля. На основе стандартной торпеды он создал одноместный аппарат, который было легко производить и использовать против кораблей союзников у побережья в случае их высадки на материке.

«Негер» представлял собой 2 электрические торпеды G7e калибром 21”, одна над другой с зазором не более 3”. У верхней торпеды боеголовка весом 500 кг была заменена крошечным кокпитом для пилота. В нём были установлены органы управления: акселератор, руль и рычаг пуска нижней торпеды. Упрощённый прицел состоял из кольца на кокпите и металлического штыря-мушки на носу торпеды.

Одновальный электромотор верхней торпеды теоретически мог обеспечить «Негеру» скорость 20 узлов. Сама торпеда G7e развивала 30 узлов на дистанции 3,5 мили. Однако для увеличения запаса плавучести (чтобы нести нижнюю торпеду) половина аккумуляторной батареи была снята. В результате скорость сократилась, иначе дальность плавания оказалась бы ничтожно малой. Мотор верхней торпеды отрегулировали так, чтобы максимальная скорость не превышала 10 узлов.

«Негер» не мог погружаться – он действовал только в позиционном положении. Эксперименты с балластными цистернами завершились неудачей: добавочный вес баллонов со сжатым воздухом для продувки цистерн опасно сокращал и без того малый запас плавучести. Голова и плечи пилота возвышались над водой лишь на 40 – 50 см. Кокпит закрывался плексигласовым куполом. Устройство для сброса купола было установлено внутри кокпита, хотя, когда пилоты открывали купол, чтобы глотнуть свежего воздуха, торпеду часто захлёстывало волной. В учебном варианте на «Негер» вместо купола ставилась металлическая рубка с прямоугольным иллюминатором – пусть без кругового обзора, зато более безопасная в случае аварии или столкновения. Пилоты также получали кислородные аппараты Дрегера с маской, сходные с теми, что использовали лётчики.

Добровольцев при наборе в пилоты «негеров» предупреждали, что шансы выжить не превышают 50%. Человекоуправляемая торпеда была крайне неустойчива после того, как пилот выстреливал боевую торпеду. Но даже если пилоту «Негера» удавалось подкрасться к вражескому кораблю, его шансы поразить движущуюся цель были невелики. Германский автор Каюс Беккер пишет, что Дёниц пытался ограничить применение человекоуправляемых торпед, однако фюрер верил, что если Соединение К сумеет «потопить в устье Сены 6-8 линкоров», это приведёт к «колоссальным стратегическим последствиям».

Механик помогает закрыть купол торпеды Neger. Хорошо виден штырь, приваренный в качестве прицела

Человекоуправляемая торпеда Hase. Пилот сел в кабину, и после этого кран спускает торпеду на воду

Ещё до того, как торпеды прошли всесторонние испытания, их бросили в бой 20 апреля 1944 года, на пятьдесят пятый день рождения Гитлера. Около 40 «негеров» 175-й флотилии К под командованием лейтенанта Ханно Крига были отправлены на западное побережье Италии, в район южнее Рима (севернее плацдарма союзников Анцио – Неттуно). Участок побережья, с которого стартовали «негеры», находился в Toppe Ваианчиа, примерно в 15 милях севернее Анцио. Почва местного пляжа оказалась слишком мягкой, чтобы можно было спускать торпеды в воду с помощью кранов. Торпеды пришлось тащить на колёсных тележках (каждую толкали 30 солдат), пока они не всплывали на достаточной глубине. Имелось 30 тележек, из них 13 завязли в мягком песке прежде, чем добрались до глубокой воды. Таким образом, только 17 «негеров» смогли отправиться в поход. Луны не было, а единственными навигационными приборами на торпедах были наручные компасы пилотов. Какую-то помощь могли оказать осветительные снаряды, которыми стреляли германские береговые батареи, как и предусматривалось планом. Все 17 «негеров» добрались до назначенного района. Но там, вместо стоящих на якорях транспортов, они нашли патрульные корабли.

Немецкие и американские источники расходятся в оценке последовавшего боя. Американцы утверждают, что противник был замечен 21 апреля в 2.30, когда РС-591 установил радиолокационный контакт с невидимым объектом. После атаки глубинными бомбами атакующий был уничтожен. Примерно в 7.15 американский охотник РС-558 заметил маленький бурун и стеклянный купол. Он выполнил атаку глубинными бомбами и вытащил из воды не пострадавшего пилота «Негера». Охотники за подводными лодками потопили ещё 2 торпеды. Союзники утверждают, что ни один из кораблей повреждений не получил.

Немецкие источники говорят, что в результате аварий были потеряны 4 «негера» и были потоплены 2 мелких корабля союзников. Это сделали мичман Карл-Хайнц Поттхаст, который проник в гавань Анцио, и мичман Фойгг в бухте Неттуно. 5 уцелевших пилотов затопили свои торпеды и пробрались обратно через линию фронта. 7 пилотов вывели свои торпеды на контролируемое немцами побережье. Чтобы сохранить секретность оружия, все «негеры» были уничтожены. Однако союзники захватили один неповреждённый образец, который дрейфовал возле Анцио. Пилот торпеды погиб, отравившись углекислым газом.

«НЕГЕРЫ» В ЛА-МАНШЕ

В мае 1944 года, когда стало ясно, что высадка союзников во Франции неизбежна, уцелевшие ветераны-пилоты «негеров» были отозваны из Италии. Они готовились атаковать флот вторжения. Эксплуатационные потери начались ещё до того, как диверсионные флотилии достигли баз на французском побережье. Во время авианалёта погиб командир соединения капитан 1 ранга Криг. Однако к концу июня 1944 года в бухте Сены была развёрнута полноценная база «негеров» в Виллер-сюр-Мер в 20 милях от восточного края плацдарма союзников. Командование принял капитан 1 ранга Бёме. Две роты строительного батальона соорудили замаскированные рельсовые пути, по которым тележки с «негерами» могли спускаться на глубокую воду.

Ночью с 5 на 6 июля в 23.00 впервые погода оказалась благоприятной для выхода торпед. 26 из 40 «негеров» были спущены во время прилива, чтобы атаковать транспорты союзников, прикрытые двойной линией дозоров кораблей «Эскадры поддержки восточного фланга». Британские 890-тонные тральщики «Като» (Cato) и «Мэджик» (Magic), стоявшие на якоре на восточном краю внешнего дозорного кольца, были торпедированы и потоплены. Немцы также заявили, что добились попаданий в эсминец и зенитную десантную баржу LCF. Союзники заявили, что потопили только 4 человекоуправляемые торпеды и ещё 5 – «возможно потопили», по немецким данным не вернулись 12 «негеров».

Развитие торпедного оружия в русском флоте.

Что представляли из себя торпеды, состоявшие на вооружении отечественного флота? В чем заключались основные тенденции их развития?

Абсолютное большинство образцов, а их с 1876 года по 1917-й приняли на вооружение флота 31, являлись торпедами Уайтхеда — либо приобретенными на Фиумском заводе, либо изготовленными на отечественных заводах*.

В последнем случае, они как правило, модернизировались с учетом опыта эксплуатации (см. таблицу 1).

Таблица 1. Тактико-технические характеристики основных образцов торпед, состоявших на вооружении Российского флота.

Год принятия на вооружение

Образец

Калибр, мм

Длина, м

Общий вес, кг

Вес ВВ, кг

Дальность и скорость хода,
км—уз

Примечание

обр. 1876 г.

5,73

0,4 — 20

Проект и производство Фиумского завода — «первый контракт».

обр. 1880 г.

4,58

0,4 — 21

Укороченная торпеда для минных катеров. Проект и производство Кронштадской мастерской. Изготавливалась заводами Обуховским и Лесснера.

обр. 1886 г.

5,52

0,6 — 24

Проект Фиумского завода. Производство заводами Обуховским и Лесснера, Николаевской мастерской.

обр. 1889 г. «В»

5,52

0,6 — 22

Проект и производство завода Лесснера.

обр. 1889 г. «О»

5,52

0.6 — 25

Проект и производство Обуховского завода.

обр. 1894 г. «С»

0,6 — 27

Первый образец с прибором Обри. Проект и производство Обуховского завода. Главный конструктор П. К. Сильверсван.

обр. 1897 г. «С»

0.4 — 30
0.9 — 25

Проект и производство Обуховского завода, изготовлялась Николаевской мастерской.

обр. 1898 г. «Л»

0.6 — 30
0,9 — 25

Проект завода Лесснера. производство заводов Лесснера и Обуховского.

обр. 1904 г.

5,13

0.8 — 33
2 — 25

Проект и производство Фиумского завода. Изготовлялась заводами Обуховским и Лесснера.

обр. 1907 г.

5,20

0,6 — 40
1 — 34
2 — 27

Первая торпеда для подводных лодок (ПЛ), стале-бронзовая. Проект Фиумского завода, производство заводов Обуховского и Лесснера.

обр. 1908 г.

5,20

1 — 38
2 — 27
3 — 23

Первая торпеда с «сухим подогревом». Проект и производство Фиумского завода. Изготавливалась заводами Обуховским и Лесснера.

обр. 1910 г.

5,20

1 — 38
2 — 34
3 — 29
4 — 25

Сталебронзовая торпеда для ПЛ. Проект и производство Фиумского завода. Изготавливалась заводами Обуховским и Лесснера.

5,58

2 — 43
5 — 30
6 — 28

Первая торпеда с «влажным подогревом». Проект Фиумского завода. Производство заводов Обуховского и Лесснера.

До конца XIX века развитие торпед в отечественном флоте шло, главным образом, по пути совершенствования первого образца, купленного у Р. Уайтхеда. Заключалось оно в улучшении конструкции, в повышении скорости и увеличении заряда взрывчатого вещества, калибр же торпед оставался неизменным. Не возросла практически за эти годы и дальность их хода. Реальная возможность ее увеличения появилась лишь в 1886 году после того, как бывший чертежник Фиумского завода Людвиг Обри изобрел гироскопический прибор. Используя свойства гироскопа сохранять неизменным свое положение в пространстве, он предложил простую, но надежную систему управления торпедой. Она состояла из гироскопа, рулевой машинки и вертикальных рулей. Применение изобретения резко сокращало рассеивание торпед по направлению и давало возможность увеличить дальность стрельбы. Гироскопический прибор незамедлительно внедрили в отечественном флоте. В начале октября 1886 года на миноносце № 119 в Фиум на завод Уайтхеда доставили торпеду обр. 1886 года с броненосца «Император Николай I» для установки на ней прибора Обри. Это было первая торпеда в Российском флоте, снабженная гироскопическим прибором.

Торпеда Уайтхеда образца 1898 г.

Наиболее совершенной к концу XIX века стала торпеда обр. 1898 года «Л». Спроектированная заводом Лесснера на основе фиумских образцов, она в течение ряда лет находилась в серийном производстве на отечественных заводах. Ее скорость составляла 30 уз., нес заряда взрывчатого вещества — 64 кг. Чем отличалась эта торпеда от первого образца? Что обеспечило столь значительное улучшение тактико-технических характеристик? Внешне она прежде всего отличалась меньшей длиной и большей полнотой обводов зарядного и кормового отделений. Это не только улучшало условия эксплуатации на кораблях, особенно при подаче через палубные люки к подводным минным аппаратам, но и обеспечивало более чем двукратное увеличение боевого заряда, а также размещение более мощного двигателя. Последнее, наряду с увеличением объема воздушного резервуара до 0,266 м3, повышением в нем давления до 100 ат, а также в результате применения четырехлопастных винтов, позволило не только существенно повысить скорость, но и несколько увеличить дальность хода торпеды. По сравнению с обр. 1876 года это был уже значительный прогресс. Именно торпеды обр. 1898 года, помимо заказанных в 1904 году Шварцкопфу, явились основным образцом, применявшимся кораблями Российского флота в русско-японской войне. Данные, характеризующие использование торпед кораблями отечественного флота в войну 1904—1905 годов приведены в таблице 2.

Таблица 2. Применение торпед Российским флотом в русско-японской войне

Соединение флота

1-я Тихоокеанская
эскадра (Порт-Артур)

2-я Тихоокеанская
эскадра

Владивостокский
отряд крейсеров

Всего

Выстрелено

Попало в цель

Процент попадания

Применялись торпеды главным образом миноносцами, выполнившими 17 стрельб из 25-ти. Однако стреляли также крейсеры (четыре раза) и столько же минные катера. В основном стрельба производилась ночью — 16 атак. Дистанция не превышала, как правило, нескольких кабельтовых. Стреляли всегда одиночной торпедой. Высокая успешность применения торпед кораблями Владивостокского отряда объясняется тем, что использовались они в основном по транспортам, остановленным для досмотра, после обнаружения военного груза.

В 1904 году Российский флот первым принял торпеду Уайтхеда калибра 450 мм, вследствие чего она получила название «Stlura Russo» — в переводе с итальянского «русская мина». В русско-японской войне торпеда обр. 1904 года практически не использовалась. Фиумский завод поставил ее России 93 штуки. В дальнейшем производство наладили на заводах Обуховском и Лесснера. С началом изготовления торпед в России в них внесли некоторые конструктивные улучшения.

Торпеда образца 1904 г. а — ударник; б — ударник в сборе с запальным стаканом и капсюлем

Торпеда образца 1904 г. Отделение зубчатых шестерен, хвостовая и рулевая часть

Важным этапом в развитии торпедного оружия явилось внедрение в энергосиловые установки «сухого», а затем и «влажного» подогрева сжатого воздуха. Еще в 1899 году лейтенант И. И. Назаров, проводя на Черноморском флоте эксперименты с подогревом сжатого воздуха, докладывал: «Результаты этих опытов… показывают, что погревание сжатого воздуха в самодвижущихся минах является могучим средством для увеличения их скорости и дальности». Первой торпедой Уайтхеда с «сухим» подогревом сжатого воздуха стала торпеда обр. 1908 года. Приобретенная в том же году для Российского флота, она в широких масштабах производилась и на отечественных заводах.

Взаимоотношения русских специалистов с Фиумским заводом были деловыми и достаточно тесными. К началу 1912 года завод закончил разработку новой торпеды, а уже в апреле с фирмой Уайтхед и К° заключили договор на поставку 250 торпед этого типа с правом их изготовления в России и обязательством поставить два первых образца через пять месяцев со дня заключения контракта. В сентябре того же года в Фиум выехала русская комиссия, в состав которой вошли видные торпедисты Е.А.Пастухов, Б. Л. Пшенецкий, А. В. Трофимов и П. Н. Тахибиев. После испытаний, результаты которых убедили членов комиссии в соответствии торпед техническим условиям договора, завод приступил к изготовлению заказанной партии. Торпеда, получившая наименование 45-12, явилась последней и наиболее совершенной, созданной Фиумским заводом до начала первой мировой войны. Ее главная особенность заключалась в «подогревательном аппарате с впрыскиванием и испарением воды». По сравнению со всеми предыдущими образцами благодаря подогревательному аппарату торпеда 45-12 обладала значительным преимуществом в дальности и скорости хода. Однако из 250 заказанных торпед Россия успела получить лишь 24. Началась война, и какие-либо связи с Фиумским заводом прервались. Дальнейшее производство торпед 45-12 осуществлялось лишь на отечественных заводах. Поскольку в процессе изготовления и пристрелки первых их образцов обнаружилось немало недостатков, торпеда подверглась значительной модернизации. Многие изменения и улучшения в ее конструкцию были внесены представителями Минного отдела Главного управления кораблестроения и конструкторами заводов Г. А. Лесснера и Обуховского.

Подводная лодка «Львица» с торпедными аппаратами конструкции С. К. Джевецкого

Надводный торпедный аппарат образца 1910 г.

Именно торпеда 45-12, наряду с образцами 1908-го и 1910 года, в основном использовалась Российским флотом в первую мировую войну. Данные, характеризующие применение торпед в ней, приведены в таблице 3.

Таблица 3. Применение торпед Российским флотом в первой мировой войне

Год

Балтийский флот

Черноморский флот

подводные лодки

миноносцы

подводные лодки

миноносцы

выстрелено

попало в цель

процент попадания

выстрелено

попало в цель

процент попадания

выстрелено

попало в цель

процент попадания

выстрелено

попало в цель

процент попадания

Всего

Всего за время войны по кораблям противника было выпущено более 300 торпед. Использовались они практически только подводными лодками и миноносцами. Успешность применения торпед в среднем составляла 10-12%. Большой процент попаданий на Черноморском флоте (33-50%) объясняется тем, что торпеды здесь применялись в основном для уничтожения транспортов. Дистанция стрельбы с подводных лодок и миноносцев составляла 5-6 кабельтовых. Стрельба по транспортам осуществлялась, как правило, одной торпедой, по боевым кораблям — двумя-тремя. По крейсерам выстреливалось до пяти торпед.

Предпринимались попытки использовать торпеды и на реках. Так, в январе 1915 года из Кронштадта в Сербию направили отряд торпедистов с 10 решетчатыми и двумя однотрубными торпедными аппаратами. Установленные в виде «кинжальных береговых батарей», они применялись не только для поражения кораблей и судов противника, но и для разрушения его гидротехнических сооружений. Правда, использовались для этого старые торпеды обр. 1897-го и 1898 года.

Что же касается торпеды 45-12, то для Российского флота она стала не только основной в годы первой мировой и гражданской войн, но в определенном смысле и переходной к новым образцам торпедного оружия уже в советское время. Состояла она на вооружении отечественного флота вплоть до середины 1920-х годов.

Трехтрубный торпедный аппарат на эсминце «Десна»

Последним образцом торпедного оружия, разработка которого началась еще в дореволюционной России, была торпеда обр. 1917 года. Практика боевых действий во время первой мировой войны показала, что для поражения современного линкора требовался заряд ВВ не менее 160-200 кг. Разместить такой заряд в корпусе калибра 450 мм практически не представлялось возможным, приходилось переходить на более крупный калибр. Во всем мире таким калибром стал 533 мм (21 дюйм). В 1917 году заводу № 1 Русского Акционерного общества быв. Г. А. Лесснера заказали шесть «опытовых 21-дюймовых мин». Три из них предназначались для миноносцев и столько же для подводных лодок. Завод принялся за разработку этих образцов, но успел спроектировать только торпеду для подводных аппаратов и приступить к изготовлению трех опытных единиц. Для второго типа успели изготовить лишь часть чертежей… В начале 1918 года этот заказ аннулировали, а в марте того же года закрылся и сам завод.

Между тем торпеда обр. 1917 года была не только в полном смысле слова отечественным образцом, но и обладала по тем временам высокими тактико-техническими данными. Ее боевой заряд составлял 215 кг, а расчетные скорость и дальность хода достигали 45 уз на 3 км и 30 уз на 10 км. Свою вторую жизнь торпеда получила уже в советском флоте. Именно на основе ее конструктивных решений начались в конце 1920-х годов работы по созданию первой советской торпеды. На вооружение флота ее приняли в 1927 году, и она получила наименование 53-27.