Наступление армии колчака

Челябинский разгром Колчака

Белый Лебедев против красного Лебедева

Красное командование, в том числе временно руководивший фронтом бывший генерал и будущий начальник штаба Красной армии Павел Лебедев, стремилось полностью занять важный промышленный и сельскохозяйственный район и отбросить противника в Сибирь, чтобы получить до зимы сибирский хлеб и избежать одновременной борьбы на Восточном и Южном фронте, где разворачивалось наступление армий генерала Антона Деникина.

Однако ситуация еще не выглядела безнадежной для белых. В ставке Колчака в Омске надеялись удержать часть Урала, чтобы сохранить выгодный рубеж обороны и базу для дальнейших формирований. Более того, молодые генералы из окружения Колчака во главе с начальником штаба ставки генералом Дмитрием Лебедевым (закончил Первую мировую войну в чине подполковника) уверяли несведущего в сухопутной войне адмирала, что красные выдохлись и энергичный ответный удар может развернуть неудачный ход кампании.

Планы обеих сторон имели оттенок авантюры. Командующий 5-й армией красных Михаил Тухачевский, направляя главный удар на Челябинск, не уделял должного внимания обеспечению флангов. Разработанная Лебедевым и командующим 3-й армией белых генералом Константином Сахаровым операция напоминала битву при Каннах Второй Пунической войны: белые намеревались заманить в глубокий мешок наступавшую на Челябинск центральную группу красных, а затем окружить ее и разгромить ударами с флангов.

План Лебедева выглядел красиво, но не учитывал особенностей горной местности, насыщенной озерами и лесами, затруднявшими масштабные маневры, и особенно морального состояния и боевой подготовки частей белой армии.

Wikipedia Состав и боевой дух колчаковцев оставляли желать лучшего

Стороны располагали весьма ограниченными силами: 5-я армия имела всего около 18 500 штыков и сабель, 440 пулеметов и 60 орудий против примерно такого же количества живой силы, 470 пулеметов и 86 орудий 3-й армии белых. Белые надеялись на резервы: оттянутые в тыл 13-ю и 8-ю дивизии и стратегический резерв Колчака – три сибирские дивизии. Однако их боевые возможности Лебедев и Сахаров сильно преувеличивали: 8-я Уфимская и 13-я Казанская дивизии понесли значительные потери, многие солдаты не хотели воевать, один из полков Казанской дивизии перешел на сторону красных. Неудачи в сражениях усугублялись методами управления Сахарова. «Новый командующий армией, его начальник штаба <…> ставши во главе военного управ­ления, стали не только руководить, но и учить, понукать и даже вну­шать и т. д., часто совершенно не обращая внимания на особенности обстановки», – сетовал участник Гражданской войны с июня 1918 г. генерал Павел Петров. Это вызывало недовольство фронтовиков, отвыкших от формальной дисциплины. Резервные сибирские дивизии были достаточ­но укомплектованы людьми, но их боеспособность оставляла желать лучшего. Управляющий военным министерством Колчака генерал Алексей Будберг писал в воспоминаниях: «Надо сказать совершенно откровенно, что эти отлично шагающие церемониальным маршем полки для боя представляют только боевой мусор; через 1,5–2 месяца они будут весьма приличными боевыми частями и тем рычагом, на котором можно будет перевернуть в нашу пользу все положение на фронте».

Низкая боеспособность белых объяснялась несколькими факторами: в отличие от красных они опасались призывать обученных военному делу участников Первой мировой – те, по мнению части генералитета и бюрократии, были заражены революционным духом неповиновения. Притом пленные красноармейцы после поверхностной проверки часто вливались в ряды белых, составляя ненадежный и склонный к переходу на сторону противника элемент войск. Обучение молодых новобранцев требовало времени и требовательных, квалифицированных и одновременно внимательных к нуждам солдат офицеров. Белые испытывали острейший дефицит и времени, и кадров.

Проблемы белого тыла

Кроме того, на настроения мобилизованных в белую армию сибирских и восточноуральских крестьян повлияли события 1918–1919 гг. Сибиряки в отличие от жителей центра России и Поволжья не знали крепостного права и отличались большим самоуважением. За редким исключением они не успели познакомиться с большевистской практикой изъятия продуктов и комбедами, зато многие в полной мере хлебнули произвола местной белой власти и полевых командиров. Уездные и волостные начальники, командиры мелких подразделений, чувствуя собственную безнаказанность, отбирали у крестьян продовольствие, скот, имущество, пороли «деревенщину», вызывая озлобление местных жителей, часто перераставшее в массовые восстания, возглавляемые местными интеллигентами – агрономами, учителями и др., порой имевшими боевой опыт Первой мировой войны. Действия сибирских партизан, особенно вдоль железных дорог, затрудняли снабжение белых армий.

Слабость нижнего звена госуправления усугублялась его бесправием во взаимоотношениях с военными властями и карательными отрядами, отправляемыми на подавление волнений. Даже робкие попытки пресечь произвол вызывали бесчинства командиров. Один из деятелей омского правительства, Георгий Гинс, описал трагикомический эпизод: староста села расклеил приказ Колчака, запрещавший брать что-либо у крестьян без оплаты. Командир квартировавшего в селе отряда сорвал приказ и велел выпороть старосту «за неуважение к власти».

«Забывая, что война ведется на русской земле и с русскими людьми, военачальники, пользуясь своими исключительными правами, подвергали население непосильным тяготам <…> в одном Шадринском уезде было отобрано у крестьян около 5000 лошадей и повозок – и мы поймем, что никто не «обольшевичился», но все крестьяне проклинали власть, которая причинила им столько бедствий», – отмечал Гинс.

Неудивительно, что мобилизованные в ряды белых сибирские крестьяне не стали надежными солдатами, какими они были на фронте Первой мировой.

Качели на поле боя

17 июля части 26-й красной дивизии перешли в наступление, обошли с севера Миасс, вынудили отойти полки Волжского корпуса Владимира Каппеля и двинулись южнее Челябинска. Белые выдвинули на угрожаемое направление два резервных полка, чем замедлили продвижение красных частей.

Кроме того, с севера фланг белых охватывала переданная в 5-ю армию 5-я стрелковая дивизия соседней 3-й армии. 24 июля передовые части 27-й стрелковой дивизии Красной армии ворвались в Челябинск, это стало катализатором восстания городских рабочих. Уличные бои в городе продолжались два дня, белые окончательно оставили город лишь к вечеру 25 июля.

Однако относительно медленное продвижение красных, отсутствие выехавшего в штаб Восточного фронта командарма Тухачевского и слабая деятельность разведки создали острую ситуацию. Белое командование сосредоточило на флангах 5-й армии две группировки, намереваясь нанести сильный контрудар. Дмитрий Лебедев сумел настоять на отправке неподготовленных резервов на фронт и их использовании для наступления.

25–26 июля северная ударная группа белых под командованием генерала Сергея Войцеховского (8-я Камская и 13-я Сибирская дивизии и Ижевская бригада) перешла в наступление и продвинулась на 15–20 км, прервав железную дорогу на Екатеринбург и глубоко охватив занявшую Челябинск центральную группировку красных; части 35-й дивизии и одной из бригад 27-й понесли серьезное поражение. Одновременно активные действия начал находившийся южнее Челябинска корпус Каппеля, а отступившая восточнее Челябинска группа генерала Владимира Косьмина перешла в контратаку.

Красные оказались в критическом положении, но белые, в свою очередь, недооценили опасность, исходившую для северной ударной группы от находившейся на ее правом фланге 5-й стрелковой дивизии красных. Решающими факторами, повлиявшими на исход сражения, стали лучшее понимание красным командованием сложившейся обстановки, умение рисковать и использовать местные ресурсы и, наконец, более высокий боевой дух красных частей.

Начальник 27-й дивизии Александр Павлов, не дожидаясь возвращения командарма, провел совещание с начдивом соседней 26-й дивизии Генрихом Эйхе, где командиры решили, прикрывшись заслоном от малоактивного Волжского корпуса и мобилизовав на защиту Челябинска городских рабочих, сосредоточить главные силы против группы Войцеховского. Кроме того, вернувшийся из штаба фронта Тухачевский добился, чтобы еще одна дивизия 3-й Красной армии, 21-я стрелковая, нанесла удар с фланга, выходя в тыл Войцеховскому.

В ситуации, когда окружение грозило и белым, и красным, у красного командования и рядовых бойцов оказались крепче нервы: белые полки по привычной боязни противника в тылу врага или нежеланию сражаться начали отход, причем подавляющее большинство солдат 13-й Сибирской дивизии, на которую возлагалось немало надежд, перешли на сторону красных. Под угрозой окружения генерал Войцеховский 3 августа вынужден был начать отход. Отступили на восток и другие соединения. Попытка ставки Колчака перехватить инициативу и вернуть Челябинск потерпела крах. Потери белых составили около 4500 человек убитыми и ранеными и около 8000 пленными, красные потеряли 2900 убитыми и ранеными и 900 – пропавшими без вести.

После этого белые армии были окончательно оттеснены в Сибирь и почти лишились шанса влиять на ситуацию на других фронтах Гражданской войны. Кроме того, белые израсходовали резервы, которые могли пригодиться им в дальнейшем. Попытки новых мобилизаций для восстановления боеспособности частей привели к новой серии восстаний в колчаковском тылу. Прошло менее полугода, и в январе 1920 г. Колчак оказался в плену красных и вскоре был расстрелян, что символизировало крах белой армии на востоке.

Автор – историк

Драматический разгром армии Колчака


В ночь на 18 ноября 1918 г., в городе Омске, группа казачьих офицеров, арестовав членов Директории от социалистических партий, провозгласили адмирала Колчака Верховным правителем России. Приняв такое звание, Колчак к весне 1919 года мобилизовал на подвластных ему территориях около 400 тысяч человек и перешел в наступление.

Изменчивая фортуна адмирала Колчака

Западная армия Колчака, в конце марта, начале апреля захватила Уфу, Бугульму и Бугуруслан. Возникла благоприятная ситуация для овладения городами Симбирск и Самара. Соединявшая сибирскую и западную армии Колчака, средняя войсковая группа находилась уже в предместьях Казани. Атаманы Дутов и Толстов действовали южнее Уфы и до самого Туркестана, в направлении Оренбурга и Уральска. Успешное наступление Колчака создавало предпосылки соединения с белогвардейской армией Деникина. Колчак уже строил планы соединения армий в районе Саратова и в дальнейшем совместного похода на Первопрестольную.
Но к концу апреля того же года обстоятельства резко изменились. Обеспечивающий тыл колчаковцев корпус интервентов, совокупно насчитывавший на то время свыше 100 тысяч человек, резко уменьшился. Частично интервенты покинули страну, а оставшиеся отступили в восточную Сибирь и обосновались на Дальнем Востоке.
На юге западной Сибири широко развернулось партизанское движение, в ответ на установленную Колчаком почти крепостническую диктатуру. Повальные реквизиции, контрибуции, налоги за прошлое и будущее время. Публичные порки и казни недовольных такой политикой не способствовали поддержке власти верховного правителя. Эти обстоятельства сделали невозможным дальнейшее наступление армии Колчака и создало предпосылки для контрнаступления Красной армии.
Советский Восточный фронт, в конце апреля начал широкомасштабную наступательную операцию. В контрнаступлении были задействованы сформированные накануне Северная и Южная оперативные группы, при этом главный удар наносила Южная оперативно-тактическая группа, руководимая Михаилом Васильевичем Фрунзе. Сконцентрированными, на направлении решающих ударов, превосходящими противника силами, Красная армия, предприняла наступательные действия. Общее контрнаступление развивалось по трем направлениям: на Бугуруслан, на Белебей и на Уфу.
В первом случае был обеспечен выход в тылы Западной армии Колчака, что незамедлительно останавливало ее наступательные действия. Во второй операции Фрунзе разгромил резервы противника, чем обеспечил глубокое вклинение Восточного фронта «красных» в боевые порядки «белых». На третьем, уфимском направлении были разбиты две войсковые группы армии Колчака. Такие успехи Красной армии способствовали ее продвижению через Уральские горы.
Эти бои ярко высветили неординарный талант легендарного комдива Василия Ивановича Чапаева. Его 25-я дивизия в районе Уфы успешно отбивала атаки не менее легендарного командира белогвардейского корпуса генерала Каппеля. Затем, будучи переброшенной на Уральский фронт. Там успешно сняв двухмесячную осаду с города Уральска, чапаевская дивизия продолжила наступление на южном направлении. Но 5 сентября штаб дивизии во главе с Чапаевым попал в окружение в районе станицы Лбищенской. Там, пытаясь переправиться через реку Урал, легендарный комдив утонул.

Разгром и предательство

Тем временем Красная армия продолжала развивать наступление. В середине июля РККА заняла Екатеринбург, чуть позднее Челябинск. В августе, войска советского Восточного фронта, южным крылом разгромив армию генерала Белова, в сентябре — октябре нанесли решающее поражение белым в междуречье Ишима и Тобола. После этих неудач, то что осталось от армии Колчака покатилось в глубинные районы Сибири. В ноябре был оставлен Омск, а уже в январе 1920 года разгром армии Колчака был в целом завершен.
Верховный правитель вместе со своими министрами был вынужден перебраться в Иркутск, где уже вспыхнуло восстание горожан против Колчака. Иностранные интервенты, большей частью, чехи объявили о своем нейтралитете. Обратившийся к ним за помощью Колчак, был выдан бывшими союзниками поначалу эсэрам из Иркутского Политцентра. Они передали Верховного правителя большевикам из ревкома, которые после импровизированного суда расстреляли 7 февраля 1920 г. адмирала Колчака и его председателя Совета Министров Виктора Пепеляева. Тела казненных спустили в прорубь на реке Ангара.
Разгром армии Колчака стал возможен по целому ряду объективных и субъективных причин. Среди них следует выделить негодные методу управления, отсутствие необходимых кадров и нежелание воевать у большинства уже имеющихся солдат и офицеров. Разногласия с социалистами и руководством чехословацкого корпуса. К тому же Колчак был способным флотоводцем, а не сухопутным генералом.

КОЛЧАКА́ НАСТУПЛЕ́НИЕ 1919

КОЛЧАКА́ НАСТУПЛЕ́НИЕ 1919, стра­те­гич. на­сту­пат. опе­ра­ция Кол­ча­ка ар­мий, про­ве­дён­ная 4 мар­та – 19 мая с це­лью раз­гро­мить сов. вой­ска Вост. фрон­та, со­еди­нить­ся с др. бе­лы­ми ар­мия­ми на се­ве­ре и юге Рос­сии и соз­дать еди­ный фронт про­тив РСФСР. К на­ча­лу вес­ны 1919 сов. вой­ска (1, 2, 3, 4 и 5-я ар­мии; Волж­ская во­ен. фло­ти­лия – все­го 95 тыс. шты­ков, 9 тыс. са­бель, 362 ору­дия, ок. 1,9 тыс. пу­ле­мё­тов, 9 бро­не­по­ез­дов, ок. 30 са­мо­лё­тов, 38 ко­раб­лей и су­дов) Вост. фрон­та (ко­манд. С. С. Ка­ме­нев, с 5 мая А. А. Са­мой­ло) вы­шли на ру­беж Лби­щенск, Ак­тю­бинск, Орск, вос­точ­нее Уфы, Оханск и да­лее на се­вер. Им про­ти­во­стоя­ли вой­ска адм. А. В. Кол­ча­ка, вклю­чав­шие Си­бир­скую и За­пад­ную ар­мии, Кам­скую во­ен. фло­ти­лию, а так­же на­хо­див­шие­ся в его опе­ра­тив­ном под­чи­не­нии ка­за­чьи От­дель­ные Орен­бург­скую и Ураль­скую ар­мии (все­го 100–120 тыс. шты­ков, ок. 26 тыс. са­бель, 211 ору­дий, 1,3 тыс. пу­ле­мё­тов, 5 бро­не­по­ез­дов, 12 бро­не­ав­то­мо­би­лей, 15 са­мо­лё­тов, св. 40 ко­раб­лей и су­дов). 4–6 мар­та они пе­ре­шли в на­сту­п­ле­ние, на­но­ся осн. уда­ры на уфим­ско-са­мар­ском (Зап. ар­мия) и ижев­ско-ка­зан­ском (Си­бир­ская ар­мия) на­прав­ле­ни­ях. На­не­ся ряд по­ра­же­ний сов. вой­скам, Си­бир­ская ар­мия в кон­це ап­ре­ля вы­шла на под­сту­пы к Ела­бу­ге и Гла­зо­ву, а пе­ре­до­вые час­ти Зап. ар­мии на­хо­ди­лись в 100–120 км от Са­ма­ры и Ка­за­ни. Ка­за­ки ве­ли бои за Орен­бург и Уральск. Центр Вост. фрон­та был про­рван, ме­ж­ду со­вет­ски­ми 2-й и 5-й ар­мия­ми об­ра­зо­вал­ся раз­рыв ши­ри­ной ок. 200 км, ку­да уст­ре­ми­лась груп­пи­ров­ка кол­ча­ков­ских войск. Даль­ней­шее про­дви­же­ние ар­мий Кол­ча­ка и от­сту­п­ле­ние час­тей РККА за Вол­гу не­ми­нуе­мо при­во­ди­ло к со­еди­не­нию кол­ча­ков­цев с час­тя­ми ВСЮР и соз­да­ва­ло уг­ро­зу центр. рай­онам Сов. Рос­сии. Тем не ме­нее вой­ска Вост. фрон­та, вы­дер­жав удар про­тив­ни­ка, со­хра­ни­ли бое­спо­соб­ность, вы­иг­ра­ли вре­мя для со­сре­до­то­че­ния ре­зер­вов и под­го­тов­ки контр­на­сту­п­ле­ния. Од­но­вре­мен­но они ак­ти­ви­зи­ро­ва­ли дей­ст­вия про­тив Зап. ар­мии. Ряд ча­ст­ных контр­уда­ров сов. войск (на ре­ках Сал­мыш и Дё­ма, в рай­оне Бу­зу­лу­ка) при­вёл к раз­гро­му не­сколь­ких кол­ча­ков­ских со­еди­не­ний и соз­дал ус­ло­вия для пе­ре­хо­да в контр­на­сту­п­ле­ние. Юж. груп­па ар­мий (М. В. Фрун­зе) Вост. фрон­та 28 апр. на­нес­ла контр­удар по ле­во­му флан­гу Зап. ар­мии и раз­гро­ми­ла его. Контр­удар по­ло­жил на­ча­ло раз­гро­му войск Кол­ча­ка (см. Контр­на­сту­п­ле­ние Вос­точ­но­го фрон­та 1919). Си­бир­ская ар­мия в это вре­мя про­дол­жа­ла на­сту­п­ле­ние и к се­ре­ди­не мая её час­ти вы­шли к ре­кам Вят­ка и Киль­мезь. Од­на­ко на­чав­шее­ся от­сту­п­ле­ние Зап. ар­мии за­ста­ви­ло Си­бир­скую ар­мию сна­ча­ла ос­ла­бить свой на­тиск, а 19 мая и во­все пре­кра­тить на­сту­п­ле­ние.

Армия Колчака

Русская армия

Годы существования

Страна

Россия

Входит в

Белое движение

Тип

Вооружённые силы

Включает в себя

  • Русская армия Врангеля
  • Белый флот
  • Западная отдельная армия
  • Сибирская армия
  • Вооружённые силы Юга России
  • Белая авиация
  • Белая армия

Численность

ок. 1 023 000 чел. (июнь 1919)

Дислокация

терр. бывш. Российской империи

Участие в

Гражданская война в России

История русской армии
Войско Древней Руси
Новгородское войско
Армия Русского государства
Армия Петра I
Русская императорская армия
Русская армия
Рабоче-крестьянская Красная армия
Вооружённые силы СССР
Вооружённые силы Российской Федерации

Ру́сская а́рмия (рус. дореф. Русская армія) — вооружённые силы Белого движения, объединённые в общероссийском масштабе в 1919 году под единым формальным командованием Верховного главнокомандующего всеми вооружёнными силами Российского государства адмирала А. В. Колчака.

«Приказъ Верховнаго Правителя и Верховнаго Главнокомандующаго Адмирала Колчака.» к офицерам и солдатам Русской армии от 25 июня 1919 года. № 153. Стр. 1 Стр. 2

История создания

Логотип газеты «Русская Армия»Файл:Русская армія.jpgПравительственный официоз газета «Русская Армия»

18 ноября 1918 года, с провозглашением прибывшего 14 октября 1918 года в Омск и введённого в правительство 4 ноября в качестве военного министра А. В. Колчака Верховным правителем России, взявшего на себя также и верховное главнокомандование всеми сухопутными и морскими силами России, была произведена существенная реорганизация войск Белого движения.

Как Верховного правителя России адмирала Колчака признали все главнокомандующие белых армий как на юге и западе России, так и в Сибири и на Дальнем Востоке; на рубеже мая — июня 1919 года генералы А. И. Деникин, Е. К. Миллер, Н. Н. Юденич добровольно подчинились А. В. Колчаку и официально признали его Верховное главнокомандование над всеми армиями на территории России. Верховный главнокомандующий при этом подтвердил полномочия главкомов. Приказом Верховного правителя Миллер и Юденич получили статус генерал-губернаторов. В его подчинении находились Вооружённые силы Юга России, во главе с Заместителем Верховного Главнокомандующего генералом А. И. Деникиным, Восточный, Северный и Северо-Западный фронты, а также военно-морские силы и военное представительство России за границей.

Наименование «Русская армия» утверждалось как объединение всех белых фронтов, статус командующих фронтами формально от Верховного главнокомандующего получили командующие Северной и Северо-Западной армиями генералы Н. Н. Юденич и А. И. Миллер.

Вооружённые формирования

В разное время Белая армия была представлена следующими вооружёнными формированиями:

На Севере

• Войска Северной области (август 1918 г.)

На Северо-Западе

• Северный корпус (октябрь 1918 г.)

• Северо-Западная армия (июль 1919 г.)

На Юге

• Добровольческая армия (январь 1918 г.)

• Донская армия (апрель 1918 г.)

• Вооружённые силы Юга России (январь 1919 г.)

• Русская армия в Крыму (май 1920 г.)

На Востоке

В Средней Азии

• Туркестанская военная организация (февраль 1918 г.)

• Туркестанская армия (апрель 1919 г.)

• Крестьянская армия Ферганы (июнь 1919 г.)

Организационная структура и состав

Своим приказом от 3 января 1919 года Верховный главнокомандующий Александр Колчак постановил, что новая Русская армия должна иметь структуру и состав, аналогичные Русской императорской армии времён Императора Николая II.

Структура создаваемой единой армии предполагала создание:

  • рот по 150 штыков;
  • батальонов по 4 роты в каждом;
  • полков по 4100 штыков в 4 батальонах или 16 ротах;
  • дивизий по 16 500 штыков в 4 полках;
  • корпусов по 37 000 штыков в 2 дивизиях.

Данные управления РККА о численности Русской армии (1919), относящихся к периоду наиболее мощного расцвета белого движения, к маю — июню 1919 г., показывают, что в этом период численность строевого состава регулярных белых армий не превышала 682,0 тыс. душ. С обслуживающим персоналом тыловых управлений, гарнизонами, штабами, санитарно-врачебными военными организациями и прочими военизированными структурами эта численность военизированного населения у белых должна быть поднята, примерно, на 50 % и тем самым доведена до 1 023,0 тыс. душ.

Примечания

  1. Оценка управления РККА (Е.З. Волков «Динамика народонаселения СССР за восемьдесят лет»)
  2. В.Г. Хандорин Адмирал Колчак: правда и мифы. Глава «Союзники и борьба за признание»

Литература

Как армия Колчака прорывалась к Волге

В результате весеннего наступления Русской армии Колчака белые прорвали красный Восточный фронт в центре, нанесли поражение северному флангу красного фронта; заняли обширные территории, включая Ижевско-Воткинский район, Уфу и Бугульму, вышли на подступы к Вятке, Казани, Самаре, Оренбургу.

Наступление армии Колчака
В феврале 1919 года Русская армия под началом Колчака рядом частных операций смогла подготовить выгодное исходное положение для перехода в генеральное наступление. Так, белогвардейцы нанесли удар по 2-й красной армии и потеснили её правый фланг к г. Сарапул. Это повлекло отход 2-й армии на рубеж Камы. В результате левый фланг 5-й красной армии в районе Уфы был открыт, а правый фланг 3-й красной армии отошёл к Оханску.
Сибирская армия. 4 марта 1919 года Сибирская армия под началом генерала Гайды перешла в решительное наступление, нанося главный удар между городами Оханск и Оса, на стыке 3-й и 2-й красных армий. 1-й Средне-Сибирский корпус Пепеляева форсировал Каму по льду между городками Осой и Оханском, а южнее наступал 3-й Западно-Сибирский корпус Вержбицкого. 7 – 8 марта белые взяли города Оса и Оханск, и продолжили движение по линии р. Камы.
Сибирская армия развила наступление, заняла значительные территории. Однако её дальнейшее движение было замедленно из-за огромности пространства, слабо развитых коммуникаций театра боевых действий, начавшейся весенней распутицы и усилившего сопротивления Красной Армии. 2-я красная армия понесла тяжелые потери, но сохранила боеспособность, прорыв красного фронта не удался. После работы «комиссии Сталина – Дзержинского», которая расследовала причины т. н. «Пермской катастрофы», количественного и качественного усиления красных армий, красные были уже не те, что в декабре 1918 года. Отступая, они дрались, сохраняли боеспособность и целостность фронта.
Белые в апреле 1919 года снова утвердились в Ижевско-Воткинском районе: 8 апреля был захвачен Воткинский завод, 9 апреля — Сарапул, к 13 апреля — Ижевский завод. Колчаковцы прорывались в сторону Елабуги и Мамадыша. В устье Камы была направлена белая флотилия с десантом. Далее белые развивали наступление в направлении Вятки и Котласа. Однако фронт красных армий колчаковцы прорвать не смогли. 15 апреля крайние правофланговые части армии Гайды вошли в совершенно бездорожном и диком Печорском районе в соприкосновение с мелкими группами Северного белого фронта. Однако это событие, как ранее и отмечалось, не имело никаких серьёзных стратегических последствий. Слабый Северный фронт не мог оказать какой-либо существенной помощи Русской армии Колчака. Это изначально было связно с позицией Антанты, которая не собиралась воевать с Советской Россией в полную силу.
Во второй половине апреля Сибирская армия ещё наступала. Но её натиск из-за усиления сопротивления 3-й красной армии ослабел. Левый фланг армии Гайды отбросил правое крыло 2-й красной армии за нижнее течение р. Вятки. Серьёзным фактором стала весенняя распутица, отсутствие развитой сети дорог, огромная территория. Белые корпуса разъединялись, теряли связь друг с другом, не могли координировать свои действия. Коммуникации были сильно растянуты, передовые части лишились подвоза боеприпасов, продовольствия, артиллерия застряла. Войска были переутомлены предшествующим рывком, не было оперативных и стратегических резервов, что развить первые успехи. Заявил о себе кадровый голод, офицеры гибли, заменить их было некем. Пополнения, в основном из крестьян, имели низкую боеспособность, не желали воевать за господ.

Западная армия. Западная армия под началом Ханжина 6 марта 1919 года начала наступление в общем направлении на Уфу, Самару и Казань. Михаил Ханжин был участником войны с Японией, в годы Первой мировой войны командовал артиллерийской бригадой, пехотной дивизией, был инспектором артиллерии 8-й армии. Сыграл заметную роль в Луцком (Брусиловском) прорыве и его произвели в генерал-лейтенанты. Затем инспектор артиллерии Румынского фронта, генерал-инспектор артиллерии при Верховном главнокомандующем. Ханжин показал себя как талантливый артиллерийский начальник и общевойсковой командир.
Наступление армии Ханжина отличалось более активными темпами и серьёзными результатами, чем движение Сибирской армии. Ударная группировка белых (2-й Уфимский корпус Войцеховского и 3-й Уральский корпус Голицына) атаковала стык между внутренними флангами 5-й и 2-й красных армий, где был практически пустой промежуток в 50 – 60 километров. Это во многом и предопределило дальнейший успех армии Колчака в Весеннем наступлении.


Командующий Западной армией Михаил Васильевич Ханжин
Белые обрушились на левый фланг 5-й красной армии (левофланговая бригада 27-й стрелковой дивизии), разбили и отбросили красных. Белогвардейцы, круто загибая к югу, движением по тракту Бирск – Уфа почти безнаказанно стали резать тылы растянутых обеих дивизий 5-й красной армии (27-й и 26-й). Командующий 5-й армией Блюмберг попытался бросить свои дивизии к контратаку, но они были разбиты превосходящими силами врага. В результате 4-дневных боев 5-я армия была разбита, взаимодействие её войск нарушено, остатки армии, разделившись на две группы, пытались прикрыть два важнейших направления – мензелинское и бугульминское.
10 марта прорвавший фронт Красной Армии 2-й Уфимский корпус Войцеховского с ходу взял Бирск. Колчаковцы двигались в южном направлении, обходя Уфу с запада. Несколько дней они безнаказанно двигались по тылам 5-й красной армии, крушили их. В это же время фронтальное наступление на уфимском направлении начал 6-й Уральский корпус генерала Сукина. 13 марта корпус генерала Голицына взял Уфу, красные бежали на запад, южнее железной дороги Уфа — Самара. Белые не смогли их окружить, однако захватили богатые трофеи, много припасов и военного имущества. 5-я армия отступала, неся большие потери пленными и разбежавшимися. Многие сами сдавались в плен и переходили на сторону белых. 22 марта белые взяли Мензелинск, но затем его оставили и вторично заняли 5 апреля.
Красное командование в период с 13-го по конец марта пыталось выправить ситуацию вводом резервов и отдельных частей на участке 5-й армии, а также сосредоточением и активными действиями группы на левом фланге 1-й армии в районе Стерлитамака. Эта группа начала наступление на Уфу с юга. Однако восстановить положение не удалось. 18 марта на левом фланге начали наступление части Южной группы Западной армии и войска Отдельной Оренбургской армии Дутова. Борьба в 35 километрах южнее Уфы была упорной: населенные пункты по нескольку раз переходили из рук в руки. Исход сражения предопределил переход на сторону белых Башкирского кавполка красных и прибытие на этот участок Ижевской бригады. К 2 апреля красные отступили, 5 апреля белые взяли Стерлитамак и начали наступление на Оренбург.
Наступление на центральном направлении продолжало успешно развиваться. 7 апреля колчаковцы взяли Белебей, 13 апреля – Бугульму, 15 апреля – Бугуруслан. 21 апреля части Ханжина вышли к Каме, создав угрозу Чистополю. Вскоре они его взяли и создали угрозу уже Казани.
На южном направлении оренбургские казаки 10 апреля взяли Орск, а уральские казаки генерала Толстова 17 апреля заняли Лбищенск и осадили Уральск. Казаки Дутова вышли к Оренбургу, но здесь увязли. Казаки и башкиры, в основном конница, не сумели взять хорошо укрепленный город. А уральские казаки завязли у совей столицы — Уральска. В итоге отборная казачья кавалерия, вместо того, чтобы идти в открывшуюся брешь в центре, в рейд по красным тылам, завязла у Уральска и Оренбурга.
Таким образом, Западная армия Ханжина осуществила стратегический прорыв центра Восточного фронта красных. И если это событие не вызвало крушение всего Восточного фронта Красной Армии и соответственно катастрофическую ситуацию на восточном направлении, то это было связано в первую очередь с особенностью ведения гражданской войны. Огромные пространства России поглощали войска и обе стороны вели маневренные боевые действия малыми отрядами. Западная армия, по мере движения вперёд, всё больше растягивала свой фронт. Заняв 15 апреля Бугуруслан, армия Ханжина растянулась уже на фронте в 250–300 км, имея свой правый фланг у устья р. Вятки, а левый — юго-восточнее Бугуруслана. На этом фронте веерообразно двигались пять пехотных дивизий. Их ударная мощь всё время падала, а войск второго эшелона и стратегических резервов было очень мало. Белые совершили глубокий прорыв, однако это не сказывалось или почти не сказывалось на соседних группах войск. Белым приходилось приводить в порядок войска, производить их перегруппировку, подтягивать тылы, что давало время красным выиграть время, подтянуть новые силы, резервы, начать контрманевр.

Кроме того, белое командование так и не отказалось от идеи соединения с Северным фронтом. В момент прорыва Западной армии в центре было бы разумно усилить Ханжина за счёт Сибирской армии. Но этого не сделали. А казачьи армии – Оренбургская и Уральская, завязли на юге.

Белый пропагандистский плакат «За Русь !» с изображением уральского казака. Белый Восточный фронт. 1919 год
Действия красных
Верховное красное командование предпринимало чрезвычайные меры, что выправить ситуацию на востоке страны. На Восточный фронт была направлена волна пополнений из политически активных, сознательных бойцов, из членов профсоюзов и рабочих-добровольцев. Туда же бросили стратегический резерв главного командования – 2-я стрелковая дивизия, две стрелковые бригады (10-й стрелковой дивизии из Вятки и 4-й стрелковой дивизии из Брянска) и 22 тыс. человек пополнения. Также в распоряжение Восточного фронта поступала 35-я стрелковая дивизия, которая формировалась в Казани. Сюда же подтягивали 5-ю дивизию с вятского направления.
Это позволило к середине апреля 1919 года начать изменение соотношения сил на Восточном фронте в пользу Красной Армии. Так, на пермском и сарапульском направлениях против 37 тыс. бойцов Красной Армии действовало 33 тыс. белых. На центральном направлении, в районе прорыва фронта, белые по-прежнему имели значительное преимущество – 40 тыс. солдат против 24 тыс. красных войск. То есть было значительно сокращено численное неравенство в силах, вместо четверного (более 40 тыс. против 10 тыс.), бывшего в начале операции, уменьшилось почти до двойного.
В этот же период командующий Южной группой красных армий (1-я, Туркестанская и 4-я) Фрунзе провёл ряд перегруппировок войск с целью упрочения собственного положения, создания резерва, укрепления центра Восточного фронта, где ситуация развивалась по катастрофическому сценарию и подготовки контрудара Южной группы. В итоге активные действия Фрунзе стали предпосылками для будущего успешного контрнаступления Красной Армии. 4-я армия была ослаблена изъятием 25-й стрелковой дивизии (сначала в резерв группы армий), но получила только оборонительную задачу. Туркестанская армия должна была удержать Оренбургский район и сохранить связь с Туркестаном, поэтому её усилил одной бригадой 25-й дивизии. Две остальные бригады 25-й дивизии перебрасывались в Самару – узел путей на Уфу и Оренбург, укрепляя уфимско-самарское направление. В дальнейшем 4-я и Туркестанская армии должна были сдерживать атаки Оренбургской и Уральской армий противника.
Сложная ситуация была на участке 1-й красной армии. Её правое крыло (24-я стрелковая дивизия) в начале апреля развивала успешное наступление на Троиц. А левое крыло для помощи 5-й армии направило три полка в район Стерлитамака и бригаду на Белебей. Однако противник нанес поражение группе красных войск в районе Стерлитамака, взяли его, а также упредили двинутую на Белебей бригаду, захватив его. Левый фланг 1-й армии был ослаблен, а падение Белебея создало угрозу тылу 1-й красной армии. Пришлось остановить успешно развивавшиеся наступление правого фланга 1-й армии и быстро отводить назад 24-ю дивизию. Пока остатки разбитой 20-й стрелковой дивизии сдерживали врага на белебеевском направлении, в этот район форсированным маршем перебросили 24-ю дивизию. Отход 1-й армии заставил Туркестанскую армию также выполнить частичную перегруппировку назад, и к 18 – 20 апреля её новый фронт проходил по линии Актюбинск — Ильинская — Воздвиженская. А Фрунзе укрепил положение своих двух армий выдвижением стратегического резерва в район Оренбург — Бузулук.
Таким образом, Фрунзе начал подготовку и накопление резервов для будущего контрнаступления Красной Армии на Восточном фронте. 7 апреля командование Восточного фронта наметило сосредоточение 1-й армии в районе Бузулук, Шарлык для нанесения флангового контрудара по врагу, наступающему на Бугуруслан и Самару. 9 апреля РВС Восточного фронта расширил оперативные возможности Южной группы, включив в её состав 5-ю армию и предоставив полную свободу действий Фрунзе. Командующий Южной группой должен был перегруппировать войска и нанести решительный удар по армии Колчака до завершения весенней распутицы или после неё. 10 апреля вышла директива РВС Восточного фронта, по которой Южная группа должна была нанести удар на север и разбить врага, продолжавшего теснить 5-ю красную армию. Одновременно формировалась Северная группа войск в составе 2-й и 3-я армий под началом командарма 2-й армии Шорина. Ей поставили задачу разбить Сибирскую армию Гайды. Разграничительная линия между Северной и Южной группами проходила через Бирск и Чистополь, устье Камы.
Итоги
В результате весеннего наступления Русской армии Колчака белые прорвали красный Восточный фронт в центре (позиции 5-й армии), нанесли поражение северному флангу красного Восточного фронта (тяжелые потери 2-й красной армии); заняли обширные территории, включая Ижевско-Воткинский район, Уфу и Бугульму, вышли на подступы к Вятке, Казани, Самаре, Оренбургу. Колчаковцы захватили обширный регион с населением более 5 млн. человек.
Советскому верховному командованию пришлось принимать чрезвычайные меры для стабилизации положения на востоке страны и организации контрнаступления. «Полёт к Волге» («Бег к Волге») Русской армии Колчака облегчил положение армии Деникина на Юге России (ВСЮР). Стратегические резервы Красной Армии были переброшены на Восточный фронт, как и основные пополнения, что помогло деникинцам одержать победу на Юге России и начать поход на Москву.
В военно-стратегическом отношении стоит отметить удачный выбор места удара – стык 2-й и 5-й красных армий, который был практически голым. Также белые воспользовались слабостью 5-й армии – создав четверное превосходство в силах на направлении главного удара. Однако белое командование совершило стратегическую ошибку, нанося два главных удара – пермско-вятское и уфимско-самарское направления. Кроме того, в дальнейшем два ударных кулака ещё более распылили свои силы, наступая сразу в нескольких направлениях. Корпуса и дивизии утрачивали связь, не могли уже наладить взаимодействие. По мере движения вперёд огромные пространства России просто поглотили белую армию, она утратила ударную мощь. Кадровый костяк армии таял, армию Колчака поразил кадровый голод, а новые крестьянские пополнения постоянно ухудшали боевые качества Русской армии. В это же время росли силы и сопротивление красных. В её рядах нашелся талантливый, жесткий и умный командарм, гениальный полководец Фрунзе, он смог перегруппировать силы Южной группы армий, начал подготовку контрудара. Кроме того, не стоит забывать природные условия – период весенней распутицы, которая значительно ухудшила возможности по передвижению.

Колчак во время поездки на фронт с сыном полка. 1919 г.