Леонид Николаевич гобято

Имя замечательного отечественного артиллериста Леонида Николаевича Гобято обрело известность в связи с изобретением им в осажденном Порт-Артуре нового типа оружия – миномета. Обычно этим изобретением и ограничиваются заслуги Гобято в сознании широких масс. На самом деле вклад Леонида Николаевича в развитие отечественной артиллерии и военного искусства значительно больше.

В тяжелые дни осады Порт-Артура боевые заслуги и глубокие специальные знания выдвинули Гобято, тогда еще капитана, на должность помощника командира Квантунской крепостной артиллерии по наблюдению за техникой стрельбы. Ему поручалось по артиллерийской части «установление всего, что может потребоваться по обстоятельствам и обстановке».

Именно в это время Л.Н. Гобято создал миномет. Он сконструировал несколько образцов оригинальных шестовых надкалиберных крылатых мин и приспособил для их метания 47-мм морскую пушки. Таким образом, получился аппарат, способный стрелять минами под большими углами возвышения на ближние дистанции.

9 ноября 1904 г. над японскими окопами появилась первая мина, а всего в этот день произвели из нового оружия 6 выстрелов. При полете мина имела вид копья; крылья устраняли колебание шеста, что позволяло обеспечить ровную траекторию. Боковой ветер почти не отклонял подобный снаряд в сторону.

После возвращения из японского плена Леонид Николаевич опубликовал статью «Артиллерийская стрельба в крепости на дистанции ближе 1000 шагов», где осветил опыт артиллерийской стрельбы в Порт-Артуре на ближние дистанции. В статье впервые были сформулированы тактико-технические данные нового оружия.

Изобретатель считал, что аппараты для ведения артиллерийского огня на ближние дистанции должны удовлетворять следующим условиям: иметь достаточную меткость; быть легкими для удобства переноски; стрелять под углами возвышения от 45 ° и больше; бросать не менее 15 фунтов взрывчатого вещества сильного действия; наибольшая дистанция при стрельбе из аппаратов должна определяться их меткостью, которая должна быть наиболее высокой на дистанциях от 500 до 100 шагов и менее.

Гобято упорно стремился, чтобы русская армия была оснащена минометами, но из-за косности и инертности руководства военного ведомства вопрос не был решен положительно, и к началу первой мировой войны русская армия оказалась без этого вида оружия. Его начали производить уже во время войны.

Многие годы Л.Н. Гобято посвятил военно-научной деятельности, которая отличалась практической направленностью. Вместе с другими передовыми офицерами он возрождает созданный в 1902 году при Михайловской артиллерийской академии «кружок артиллеристов» и выступает от его имени с обращением «К участникам войны с Японией», призывая собирать материалы минувшей войны, анализировать их и немедленно применять к делу сделанные выводы. Гобято утверждал, что факты войны, свидетелями и участниками которых были офицеры, есть «общее достояние, добытое кровью десятков тысяч жертв и стоившее страшных денег»; каждый офицер обязан поделиться свои опытом на общее пользование. Леонид Николаевич считал, что чем больше удастся собрать фактов, тем больше будет гарантия в возможности избежать ошибок в новой войне.

«Кружок артиллеристов» оказал большую помощь в деле изучения опыта русско-японской войны. Многие офицеры, занимавшиеся военно-научной работой, выражали свою благодарность за ценную информацию членам кружка и лично Л.Н. Гобято. Обращение «К участникам войны с Японией» Гобято опубликовал в качестве предисловия к своему труду «Боевые принципы и нормы полевой артиллерии». По его мнению, вся сумма фактов, собранных участниками войны, позволила бы вывести нормы, а потом и принципы русской артиллерии, вполне согласные с духом и свойствами армии. «Эти принципы будут всем понятны, а тогда начальники будут доверять подчиненным, и будет проявляться та инициатива подчиненных, которая даст единство ведения боя».

Рассматривая вопрос об управлении войсками в бою, Гобято утверждал, что принцип ведения боя заключается в единстве действий всех его участников. Этот принцип неизменен. Гобято особо подчеркивал, что идея боя должна быть известна всем. Он приводил в пример Суворова, который говорил: «Каждый солдат должен знать свой маневр». Также, по мнению Леонида Николаевича, стоило перенять суворовский принцип обучения войска коротким и ясным принципам военного дела — «войска хорошо понимали его, а потому он всегда и побеждал».

Одним из главнейших вопросов, затронутых в труде, был вопрос о стрельбе артиллерии с закрытых позиций. Гобято не случайно уделил ему особое внимание. Среди общевойсковых и артиллерийских начальников, даже после русско-японской войны, было немало противников такого применения артиллерии. В своем труде автор остановился и на таком важном вопросе, как массирование огня и артиллерии.

Но эти идеи Гобято не нашли должного развития в русской артиллерии дореволюционного периода. Рассматривая вопрос массирования огня и артиллерии, и отмечая приоритет Л.Н. Гобято в его разработке, советские исследователи В.М. Иванов и М.Н. Катханов подчеркивали, что всестороннее теоретическое и практическое решение его было достигнуто только уже в советское время.

В обращении «К участникам войны с Японией» автор резко высказался против преклонения перед иностранными авторитетами, видя в этом одну из причин отставания русских в тактике артиллерии. «Мы, — писал он, — привыкли смотреть на себя с точки зрения иностранных авторитетов, даже свою кампанию 77—78 годов мы изучали по немецким источникам, боясь затронуть живых участников войны». Автор обращения считал, что тактические вопросы следует разрабатывать на основе собственного опыта.

Выступление Гобято против иностранных авторитетов вызвало бурю возмущения со стороны их поклонников. На страницах военной газеты «Русский Инвалид» развернулась острая полемика с представителями консервативного направления, которые не скрывали своей приверженности к иностранным авторитетам и были ярыми противниками введения в тактику артиллерии стрельбы с закрытых огневых позиций.

Дав достойную отповедь своим оппонентам, Гобято заключал, что все зло российской артиллерии в том, что армейское руководство не идет вперед, а живет исключительно тактическими приемами Наполеона. Сообщение Гобято было вскоре напечатано в журнале «Общества ревнителей военных знаний», а когда под давлением широких масс русской общественности начался судебный процесс над виновниками сдачи Порт-Артура, редакция журнала выпустила его отдельной книгой массовым тиражом. На этом процессе сообщение Гобято было использовано в качестве обвинительного материала.

Обращение «К участникам войны с Японией» и теоретический труд «Боевые принципы и нормы полевой артиллерии» принесли их автору известность в военных кругах, а также среди широкой русской общественности. Его привлекли, в частности, к сотрудничеству с издательством «Военной энциклопедии».

Как и другие передовые русские офицеры, Гобято настойчиво добивался создания специальной комиссии по изучению опыта русско-японской войны. В 1907 году такая комиссия приступила к работе. За три года она подготовила девятитомный труд, содержащий описание войны по официальным документам.

Автор и сам внес ценный вклад в изучение опыта прошедшей войны. 23 февраля 1907 года он выступил в «Обществе ревнителей военных знаний» с сообщением о бое под Цзиньчжоу 13 мая 1904 года. Основываясь на конкретных фактах, Гобято показал преступное отношение Стесселя, Фока, других генералов и царского наместника на Дальнем Востоке адмирала Алексеева к укреплению и обороне цзиньчжоуской позиции. Именно по вине бездарного командования русские войска, несмотря на проявленный героизм, вынуждены были оставить эту позицию, что позволило японцам беспрепятственно захватить города Дальний и Толиенван и блокировать порт-артурский гарнизон с суши.

В труде Гобято «Бой под Цзиньчжоу» были рассмотрены серьезные тактические вопросы: о применении в обороне траншей сложных фортификационных сооружений; наступлении редкими цепями с перебежками, переползанием и самоокапыванием; массировании артиллерийского огня в бою и порядке расположения артиллерии в обороне; более тесном взаимодействии между различными родами войск; использовании технических средств связи; роли в современном бою пулеметов и их применении. Гобято, например, настоятельно требовал отказаться от существовавшей порочной практики группового применения пулеметов; о широком применении огня с закрытых позиций; здесь же были рассмотрены и другие вопросы, имевшие актуальное значение для военного искусства того времени. Прошедшие две мировых войны позже полностью подтвердили правильность сделанных Леонидом Николаевичем выводов.

В июле 1908 году, после завершения курса Офицерской артиллерийской школы, Л.Н. Гобято перешел на службу в эту школу в качестве одного из ее руководителей. В том же году его пригласили преподавать тактику артиллерии в российскую Академию Генерального штаба. Опыт войны, занятия в школе и академии, поездки в Италию, Францию и Германию для ознакомления с артиллерийскими частями, участие в комиссиях по составлению учебных пособий и наставлений, дали богатый материал для его научной работы.

В 1908 года Л.Н. Гобято издал книгу «Свойство огня и боевая служба артиллерийского дивизиона», которая была принята в качестве официального пособия для войск и явилась продолжением его предыдущей работы «Боевые принципы и нормы полевой артиллерии». Труд был написан с целью разрешения одного весьма важного для русских артиллеристов вопроса. Уже более 12 лет в русской артиллерии существовала должность командира дивизиона, но, несмотря на столь долгий срок, никто конкретно не знал, чем он должен заниматься. Обязанности командира дивизиона не были установлены, и именно Гобято определил их.

Также в книге был охвачен целый ряд вопросов артиллерийской тактики (сравнение свойств и огня пушек и гаубиц, подготовка атаки, выбор позиций, организация разведки и связи, управление артиллерией в бою и др.), а также некоторые вопросы общевойскового характера.

Заслуживают внимания мысли Гобято об организации армии. «Чтобы извлечь из армии, — писал он, — всю ее мощь, нужно иметь ее гибкой». Леонид Николаевич считал, что гибкость армии зависит от правильной ее организации и обучения. Каждый театр военных действий требует своей организации, и даже на одном и том же театре, в зависимости от местных условий и задачи отряда, соотношение родов оружия в отрядах должно сильно меняться.

Не менее интересны и высказывания Гобято о некоторых способах ведения военных действий. По его словам, «современные массовые армии» будут базироваться на укрепленные позиции, борьба с которыми возможна только при совместном действии осадной и полевой артиллерии». Эти взгляды были, несомненно, передовыми для того времени и также свидетельствовали о прозорливости Л.Н. Гобято.

Военно-научная деятельность Леонида Николаевича продолжалась и в последующие годы. Он разрабатывал инструкции и наставления («Основания артиллерийской разведки и организация работы разведчиков», «Угловые планы на бумаге», «Сектор целлулоидный», «Наставление для летних топографических занятий офицеров Инженерной военной академии»), участвовал в составлении Строевого устава тяжелой артиллерии 1910 г., подготовил для слушателей Академии Генерального штаба конспект своего цикла лекций «Артиллерия полевых армий».

За два года до первой мировой войны, весной 1911 года, Главное артиллерийское управление издало «Пособие по стрельбе полевой артиллерии». Разделы «Управление огнем», «Организация разведки» и «Позиции» были разработаны Л.Н. Гобято. Это пособие сыграло весьма положительную роль в подготовке русской артиллерии накануне первой мировой войны. Последней, при жизни Л.Н. Гобято, вышла его работа «Конспект для практического ознакомления с материальной частью полевой артиллерии 1913 г.».

Все труды Л.Н. Гобято наполнены стремлением к усовершенствованию техники и тактики русской артиллерии. Для автора характерны глубокий анализ предмета исследования, умелый выбор и постановка отдельных вопросов в своей области, конкретный подход к их решению. Утверждая те или иные принципы и нормы, он вместе с тем указывал на необходимость гибкого их применения, строгого согласования действий с обстановкой. Его труды — яркое свидетельство достижений передовой русской военно-теоретической мысли начала XX в., не утратившие своего значения и в последующее время, в том числе и в годы Отечественной войны и даже в последующих конфликтах.

Патриот, талантливый исследователь и изобретатель, Л.Н. Гобято был вместе с тем и одаренным военным деятелем, в огне боев проявившим незаурядные командирские качества, мужество и отвагу, присущие лучшим представителям русского офицерского корпуса. К сожалению, Леонид Николаевич рано ушел из жизни.

Во время Первой мировой войны в ходе осады Перемышля Л.Н. Гобято был назначен командиром 35-й артиллерийской бригады. 19 мая 1915 года он лично повел пехотинцев в контратаку и в ходе боя был смертельно ранен. Было ему на тот момент всего 39 лет. Уже после смерти Гобято был присвоен чин генерал-лейтенанта, а на его могиле была установлена стела с изображением мины.

/Инженер-технарь, topwar.ru/

Правописание Н и НН в различных частях речи

Выбирая, одинарную или удвоенную Н писать в слове, анализируют, какая это часть речи и как слово образовано.

Существительные

В имени существительном (ИС) двойная Н пишется, когда:

Если же существительное образовано от ИП, в котором допускается только одна Н, то и ИС пишется с одинарной Н:

Уточнив, что существительное образовано от ИП, анализируют, как последнее образовано, чтобы выбрать нужное количество согласных на стыке частей слова.

Отыменные прилагательные

Количество Н в ИП, образованных от существительных, зависит от исходного слова и суффикса. Удвоенная согласная пишется, если:

Одну Н ставят, образуя ИП по следующим схемам:

Обобщим правописание НН и Н в ИП, образованных от существительных:

Слова, образованные от глагола

От глаголов образуются слова со значением признака – прилагательные или причастия. Количество Н в этих частях речи определяют по разным правилам, поэтому сначала надо разобраться, как их различать:

Причастия

Вопрос о количестве Н в причастиях касается только страдательных залога, потому что в словообразовательной цепочке участвуют суффиксы с этой согласной. К глагольной основе на АТЬ/ЯТЬ присоединяется Н(Н), а к остальным основам (на ЕТЬ, ИТЬ, ЧЬ, ТИ и др) – ЕН(Н).

Чтобы быстро выяснить, сколько Н писать в СтПр, сначала определяют форму: в краткой всегда Н: прочитаННая – прочитаНа. Если форма СТПр полная, то анализируют другие критерии выбора:

  1. Вид. Совершенный – НН, несов – Н.
  2. Наличие приставки – есть – НН, нет – Н. Отрицательная приставка не учитывается, так как не влияет на вид и другие критерии. Приставку НЕ можно просто убрать.
  3. В причастном обороте всегда НН.
  4. В структуре слова есть ОВА/ЕВА или ИРОВА – НН. Кроме слов, в которых ОВ/ЕВ входят в корень (кованый, жеваный), если исключения употреблены без приставки и зависимых слов (подковаННый, немного жеваННый)

Увидев хотя бы один из перечисленных признаков, ставят НН.

Прилагательные

Образованные от глагола ИП пишут с одной Н. Такие слова обычно:

  • от глаголов несовершенного вида;
  • в предложении не имеют зависимых слов;
  • в составе слова нет приставки.

Сравните:

Правило для причастий и прилагательных с Н и НН содержит список слов-исключений:

-Н- -НН-
  • раненый
  • контуженый
  • жеваный
  • кованый
  • приданое
  • названый
  • смышленый
  • посаженый
  • неслыханный
  • невиданный
  • нечаянный
  • отчаянный
  • нежданный
  • негаданный
  • желанный
  • священный
  • медленный
  • виденный
  • виданный
  • слыханный
  • деланный
  • венчанный
  • обещанный
  • топтанный
  • читанный
  • считанный
  • надменный
  • чеканный
  • чванный
  • пеклеванный
  • клеванный
  • долгожданный

Наречия

Наречия образуются от ИП и СтПр присоединением суффиксов О/Е, поэтому количество Н соответствует написанию исходного слова. Трудность в различении наречий от

  1. Кратких причастий:
    • Общество удивлено решением мэрии – кр. причастие.
    • Посмотрел удивленно – наречие от удивленный.
  2. Кратких прилагательных:
    • Лицо учителя сосредоточенно – кр. ИП.
    • Сосредоточенно всматривался в надпись – наречие.
    • Боевое звено сосредоточено на пике атаки – кр. СтПр.

Н — НН в наречиях на -О и -Е

В наречиях на -О и -Е пишется столько Н, сколько оно образовано: торжествЕННый — торжествЕННо; путаНый — путаНо.

Практика ЕГЭ по русскому языку:

  • решай 15 задание
  • тренировочные варианты

С.Н. Власьев. Изобретатель миномёта


В один из ноябрьских дней офицеры японской армии удивленно рассматривали осколок неизвестного снаряда. Только что закончился ураганный артиллерийский огонь. Все хитроумные подкопы, которые целых два месяца сооружали японцы, подбираясь к форту № 2, были разрушены в полчаса. Русские вели огонь из каких-то неизвестных орудий. Даже звук выстрела у них был непривычным. Крепостные пушки бухали раскатисто и гулко. Хорошо был знаком японцам и сухой треск морских орудий. Новые русские пушки звучали оглушающе звонко, и высокий звук долго вибрировал и звенел в воздухе. И самое главное: никакие укрытия не спасали, удивительные снаряды по крутой траектории огибали все препятствия и падали словно с неба. Японские солдаты окрестили их «летучей смертью».
Велико же было удивление японцев, когда они обнаружили, что русские стреляли минами! Мины на суше?! Невероятно! Но это было именно так. У русских появилось новое грозное орудие — миномет. Его создателями были мичман Сергей Николаевич Власьев и капитан Леонид Николаевич Гобято.
С.Н. Власьев родился 18 мая 1880 года в Ярославле. Закончил основанный еще Петром I Морской корпус. Выпускниками этого привилегированного военно-морского учебного заведения были знаменитые флотоводцы и мореплаватели — Ушаков и Сенявин, Лазарев и Нахимов, Крузенштерн и Лисянский, писатель Станюкович, композитор Римский-Корсаков, изобретатель самолета Можайский.
Русско-японская война годов застала мичмана Власьева в Порт-Артуре, где он служил младшим офицером на минном заградителе «Енисей». Уже на второй день войны «Енисей» послали в бухту Талиенван поставить заграждения. Минный заградитель успешно выполнил боевую задачу, но неизвестным русским морякам подводным течением корабль был снесен на свою же мину. После взрыва судно стало тонуть. Шлюпок на всех не хватило. Люди плыли в ледяной воде к берегу. Командир «Енисея» капитан второго ранга В.А. Степанов (он же — конструктор этого корабля) по древней морской традиции остался на мостике и до последней минуты распоряжался спуском шлюпок и других спасательных средств.
С этой морской трагедии началась боевая служба Власьева. После гибели «Енисея» его перевели на броненосец «Пересвет», на котором держал свой флаг нерешительный и чрезмерно осторожный младший флагман контр-адмирал князь Ухтомский. Власьев был свидетелем трагической гибели всеми любимого талантливого флотоводца С.О. Макарова на броненосце «Петропавловск». Был он и в знаменитом бою 10 августа 1904 года в Желтом море, когда не удалась попытка прорыва эскадры из Порт-Артура во Владивосток. Командовавший эскадрой контр-адмирал Виттефт был убит, а князь Ухтомский трусливо повернул в Порт-Артур. Больше эскадра уже не выходила в море. Томясь от бездействия, негодуя на пассивную тактику командующего, Власьев не раз отправлялся добровольцем на постановку минных заграждений «с плотиков» — это была опасная и рискованная затея. За боевые отличия Власьева наградили орденом Анны 4-й степени с надписью: «За храбрость».

Была в Порт-Артуре «бензинка» — старая подводная лодка системы Джевецкого, построенная еще в 1881 году. Вот на этой лодке Власьев собирался выйти в море. В своей книге «Год войны» писатель В.И. Немирович-Данченко приводит разговор Власьева с морскими офицерами:
— Я бы на «бензинке» нашей незаметно подобрался к японцам. Ни труб, ни мачты — ниоткуда ее не увидишь, а мины на ней здоровые.
— Сунься-ка, попросись…
— Благодарю покорно. У наших отцов-командиров только одно в ответ: «Пожалуйста, господа, без авантюр. Вы понадобитесь в свое время».
— Это когда нас всех перетопят…
И все же Власьев обратился за разрешением на выход в море к принявшему недавно командование контр-адмиралу Вирену. Немирович-Данченко описывает последствия этой просьбы словами рабочих-китайцев, наблюдавших в порту эту сцену: «Тут болисой капитан с одной мухой шибко-шибко сердился, топал ногами, а ртом пускал пузыри». «Одна муха» — это двуглавый орел на погонах контр-адмирала. Адмирал Вирен предпочел затопить флот в гавани, нежели идти в бой.
В.И. Немирович-Данченко писал о Власьеве, что он «неизменно сохранял тот бравый боевой вид, черт меня побери, который мне так нравился в нем».
Когда положение осажденного Порт-Артура стало очень тяжелым, Власьев получил назначение в состав второго морского десанта. С ротой моряков он попал на форт № 2. Японские окопы подходили к русским позициям на очень близкие расстояния. Это не позволяло артиллерии вести по ним вести огонь. Враги оставались почти неуязвимыми. Тогда-то и возникла у Власьева идея создания артиллерийского оружия для ведения ближнего боя. Идея заключалась в том, чтобы из легкой пушки малого калибра стрелять шестовыми минами. Свои мысли Сергей Николаевич высказал начальнику сухопутной обороны Порт-Артура генералу Р.И. Кондратенко, который познакомил Власьева с капитаном Леонидом Николаевичем Гобято — молодым талантливым инженером, начальником крепостных артиллерийских мастерских. Леонид Николаевич высоко оценил проект мичмана, предложил ряд усовершенствований, и закипела работа. В непростых условиях осажденной крепости С.Н. Власьев и Л.Н. Гобято создали новое замечательное оружие — первый в мире миномет.
Его устройство было простым, но очень оригинальным. Для стрельбы использовалась урезанное легкое орудие, поставленное на колесный лафет, приспособленный к стрельбе с большими углами возвышения. Из листового железа клепали конусообразный корпус мины, начиняли его пироксилином и снабжали взрывателем. К хвосту корпуса прикрепляли деревянный шест с надетой на него свободно двигающейся крыльчаткой — стабилизатором. С дула в канал ствола вводился деревянный шест. Мина же оставалась вне канала и к ней при заряжении по шесту сдвигалась крыльчатка-стабилизатор. С казны пушка заряжалась нормальной гильзой, перекрытой деревянной пробкой-вкладышем со свинцовым пыжом. При выстреле пробка с пыжом ударяла в шест и выталкивала мину.

Русские солдаты любовно прозвали миномет «лягушкой». Увы, новое оружие не встретило поддержки со стороны Главного Артиллерийского управления и «августейшего» генерал-инспектора артиллерии великого князя Сергея Михайловича. Генералы называли минометы «суррогатами артиллерии», «игрушечными пушками», «орудиями, не имеющими будущего». В результате такого непонимания русская армия в начале Первой мировой войны минометов не имела. Зато в ходе войны подобные орудия стали применять германские войска, правда, их минометы были очень громоздкими, тяжелыми — до 800 килограммов весом. Только тогда вспомнили об изобретении Власьева и Гобято. Верховный главнокомандующий русской армией великий князь Николай Николаевич извещал военного министра генерала Сухомлинова: «Пехота настойчиво требует минометов, считая их своей артиллерией».
За время войны в России было выпущено несколько тысяч минометов (не считая самодельных, созданных на фронте). Их вес не превышал 90 килограммов. Новое оружие наконец-то получило признание.
К сожалению, Л.Н. Гобято, бывший в это время профессором военной академии, не дожил до торжества своих идей. В самом начале войны генерал-лейтенант Гобято ушел на фронт. Погиб Леонид Николаевич в 1915 году, командуя обороной северо-западного района горда Перемышля. Похоронен Л.Н. Гобято в селе Морозово-Борки Рязанской области. Впоследствии на его могиле был установлен обелиск в виде стелы с макетом надкалиберной мины. В годы первой мировой войны под началом Леонида Николаевича служил капитан А.М. Карбышев, будущий Герой Советского Союза, генерал-лейтенант инженерных войск и профессор Военной академии Генерального штаба.
Но вернемся к Власьеву. В ночь на 2 января 1905 года, буквально накануне сдачи японцам Порт-Артура, Сергей Николаевич, прорывается на минном катере через вражескую блокаду. Избежав плена, он прибывает в китайский порт Чифу. После окончания войны Власьев командовал подводной лодкой «Макрель». В те годы подводники воспринимались как «смертники». Так на вопрос о прибавке жалования подводному составу, морской министр Бирилев цинично заявил: «Прибавить можно… Все равно они все скоро перетонут».
О возможностях подводного флота в мире шли острые споры. Англичанин Гэнней заявлял: «Подводная лодка — в высшей степени занимательная игрушка». Лорд Гошен ему вторил: «В морской войне с подводными лодками считаться нечего». В Германии знаменитый адмирал фон Тирпиц сказал: «Субмарины Германии не нужны!» Были, правда, и другие мнения. Английский адмирал Скотт заявил: «Как автомобиль вытеснил лошадь на суше, так подводная лодка вытеснит броненосцы».
В высших военных кругах царской России на субмарины смотрели скептически. Известный военный мыслитель Александр Дмитриевич Бубнов утверждал: «В открытом море подводные лодки не имеют никакого боевого значения». А прославленный современными фильмами адмирал Колчак заявил, что места субмаринам в составе флота нет вообще.
В защиту подводных лодок выступали молодые офицеры Власьев, Ризнич, Подгорный, Тьедер, Кржижановский. М.М. Тьедер прозорливо утверждал: «Подводники — это моряки будущего!». «Морское могущество России неизбежно сопряжено с развитием подводного флота»,- заявлял С.Н. Власьев.
Морское ведомство решил дискуссию просто. Возмутителей спокойствия Ризнича и Тьедера просто изгнали с флота! Власьев, не допустивший личных выпадов против воротил ведомства, уцелел. Но продолжал горячо бороться за строительство больших субмарин, за массовое использование подводных лодок в бою. В ответ он получил выговор от самого Николая II за вмешательство «в прерогативы, ему не принадлежащие».
Однако к этому времени Власьев уже имел прочную репутацию одного из лучших подводников России. Помогло и заступничество за него крупнейшего русского кораблестроителя, ученого с мировым именем А.Н. Крылова. В 1907 году Власьева назначают командиром находящейся в постройке подводной лодки «Акула». В процессе ее постройки Сергей Николаевич предложил и осуществил многочисленные усовершенствования. Он составил полное описание этой субмарины. Авторитет его настолько укрепился, что именно он был приглашен для конструирования мин заграждения первого в мире подводного минного заградителя «Краб». Власьев обобщил опыт плавания малых подводных лодок и обосновал необходимость постройки более крупных. Его замечания были учтены при постройке серийных больших субмарин типа «Барс».

В первый же день мировой войны «Акула» вышла в дозорное плавание. Уже в августе 1914 года севернее Готланда субмарина атаковала два германских миноносца. В Данцигской бухте 22 октября 1914 года потопила немецкий транспорт, а 17 декабря того же года у Готланда торпедировала крейсер «Аугсбург». Вахтенный журнал «Акулы» поражает насыщенностью боевых походов лодки в течение года.

В марте 1915 года Власьева наградили боевым орденом «За отличное несение дозорной службы в районе боевых действий», затем назначили командовать 1-ым дивизионом подводных лодок.
Но неожиданно Сергею Николаевичу пришлось расстаться с «Акулой», которой он командовал восемь лет. 29 мая 1915 года его назначают командиром минного заградителя «Нарова». С одной стороны, это вроде бы было повышением (назначен на более крупное судно!), с другой стороны, это было явной опалой — не дали в командование новую большую субмарину типа «Барс».
А 28 сентября 1915 года был объявлен приказ по Морскому ведомству за № 1479: «По конфирмации Северного фронта приговором крепостного суда Морской крепости императора Петра Великого (в Ревеле) определено: капитана II ранга Сергея Власьева взамен определенного ему судом наказания за преступное деяние, предусмотренное статьями 9 и 1455 «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных», подвергнуть заключению в крепости на один год и четыре месяца с ограничением некоторых прав и преимуществ по службе».
Что же случилось с С.Н. Власьевым? В чем состояло его «преступное деяние»? Оказывается, 8 августа в ходе ссоры Власьев выстрелил из штатного оружия и ранил врача В.В. Чижова. К счастью для Власьева, исполнение приговора было отложено до конца войны.
В октябре 1915 г. Сергея Николаевича откомандировали в транспортную флотилию Черноморского флота. В ней он и прослужил до января 1919 года. В 1920 году на судах транспортной флотилии Власьев прибыл в Константинополь. Позже перебрался в Париж, где вел непримечательную жизнь. Скончался С.Н. Власьев 3 сентября 1955 года.

Искореняя ересь: «Изобретатель миномета» Гобято…

Posts from This Journal “искореняя ересь” Tag

  • Дешевый ли самолет Ил-2?

    Мне тут пытаются доказывать, что одним из плюсов Ил-2 была его выдающаяся дешевизна. А давайте сравним — правда ли он так выдающеся дешев, или…

  • Ил-2 — ПРЕВЕД!

    За что мы ценим безголовых копипастеров-поцреотиков, типа Растренина, Фирсова и прочих — они, в силу своей ущербности, даже не могут понят,…

  • Резеда…

    Французская пулеметная секция в эксперементальной форме образца 1911-го года «Резеда» (réséda)… Пулеметы — Сэн-Этьен…

  • Искореняя ересь: До 1908 г. на ТОЗ было выпущено 1376 пулеметов Максим? — дополнение…

    В дополнение вот этого поста — нашелся еще один достоверный русский Максим М1905 тульской работы — в Канадском Военном музее, стандартной судьбы…

  • Статья из альтернативной вселенной….

    Возможно у некоторых, особенно ёбнутых руССких людей, могло сложиться впечатление, что моя рубрика «искореняя ересь» пышет строго…

  • Про Фёдорова и его «автомат»….

    Недолюди-википидоры пишут: Владимир Фёдоров изобрел первое в мире ружьё-пулемёт, которое впервые в истории получило название автомат.…

  • На пути совершенствования….

    Этот действительно хороший и полезный ролик отлично демонстрирует, как неравнодушные немцы совершенствовали принятую наспех во время тотальной…

  • Искореняя ересь: СВТ как первая в мире…..

    Бойцы с первыми в мире серийными самозарядными винтовками «основного образца»…. Мексика, около 1910-го года… Для начала — цитата…

  • Shotgun!

    Инкассаторы -1890. Пишут, что это Wells Fargo Express Co. Deadwood Treasure Wagon and Guards with $250,000 gold from the Great Homestake Mine,…

ТАК КТО ЖЕ ИЗОБРЕЛ МИНОМЕТ?

(Материал М. Чекурова)

Большая Советская энциклопедия 2-го издания (1954) утверждает, что «идею создания миномета успешно реализовал мичман С.Н. Власьев, активный участник обороны Порт-Артура». Однако в статье, посвященной миномету, этот же источник констатировал, что «Власьев предложил использовать 47-мм орудие для стрельбы шестовыми минами, конструкция которых была разработана им совместно с капитаном Гобято. Изобретение Власьева получило дальнейшее развитие и позже вылилось в форму современного миномета, занявшего почетное место в системе артиллерийского вооружения». В 1948 году генерал-майор артиллерии А.И. Малофеев на страницах газеты «Красная звезда» также назвал создателем миномета Сергея Николаевича Власьева — офицера порт-артурской эскадры. Отмечалось, что активную помощь ему оказал начальник артиллерийских мастерских капитан Леонид Николаевич Гобято.

Эту же версию поддерживает и Ф. Селиванов в своей книге «Порт-артурский изобретатель» (М., 1952). Однако в книге Ю. Романовского и А. Шварца «Оборона Порт-Артура» (СПБ, 1910) отмечается, что идею использования аппарата для метания мин по сухопутным объектам выдвинул лейтенант флота Подгурский. Наконец, полковник В. Михайлов утверждает, что «…первый в мире миномет был создан в 1904 году героическими защитниками Порт-Артура. Офицеры порт-артурской эскадры капитан 2-го ранга Герасимов, лейтенанты Подгурский и Развозов при содействии артиллерийского мастера унтер-офицера Бережного в мастерских, возглавляемых инженер-капитаном Л.Н. Гобято, в августе 1904 года разработали образец минной мортиры» («Отечества щит огневой». Сборник материалов, подготовленный Управлением командующего ракетными войсками и артиллерией сухопутных войск в 1982 году к 600-летию русской артиллерии. М., 1982).

Таким образом, можно заключить, что авторство создания миномета приписывается капитану Гобято и группе офицеров флота: мичману Власьеву, капитану 2-го ранга Герасимову, лейтенантам Развозову и Подгурскому. Прежде чем попытаться определить степень их участия в создании миномета, вспомним предысторию создания этого оружия.

К началу XX века существовало четкое разделение систем артиллерийского вооружения: пушки, гаубицы, мортиры. Они различались конструкцией материальной части, траекторией полета снаряда и назначением. Кроме того, артиллерия разделилась на полевую и осадную. Первая предназначалась для огневой поддержки армии в полевых боях; вторая — для разрушения оборонительных сооружений в ходе осады крепостей.

Защитники Порт-Артура имели в своем распоряжении различные системы артиллерийского вооружения. Однако в целом они не могли оказывать достаточно эффективного противодействия японским осадным работам. Полевые пушки не годились для этого вследствие настильной траектории полета снарядов и их малой разрушительной мощи, а для крупнокалиберных гаубиц не хватало снарядов. Эффективным средством борьбы могли стать фугасы и мины всевозможных систем, включая морские.

В начале XX столетия на вооружении Порт-Артурской эскадры состояло три типа мин. Во-первых, гальвано-ударная мина заграждения — шарообразная конструкция, с помощью стального троса (минрепа) устанавливаемая на якоре на заданной глубине. Удар корпуса неприятельского корабля по одному из свинцовых колпаков на корпусе мины вызывал взрыв. Во-вторых, мина Уайтхеда — впоследствии ее стали называть «торпеда» — цилиндрический снаряд с винтами и рулями в кормовой части, выстреливаемый с помощью порохового заряда из специального аппарата. Мина Уайтхеда двигалась в воде по заданному направлению с помощью машины, работающей от сжатого воздуха. Заряд взрывчатки в носовой части взрывался при ее столкновении с кораблем противника. Весьма примечательно, что в некоторых историко-литературных сочинениях, авторы которых не разобрались во всех значениях термина «мина», появились даже описания того, как защитники Порт-Артура стреляли по японцам торпедами. Все это недоразумение с «торпедированием» японской осадной армии объясняется тем, что под «метанием мин» скрывалось использование не мин Уайтхеда (торпед), а третьего вида минного оружия. Оно называлось «метательная мина» и состояло на вооружении ряда броненосцев и крейсеров Порт-Артурской эскадры.

Метательная мина представляла собой цилиндрический снаряд с хвостовым оперением. Она имела калибр 225 мм, длину 2,35 м и вес 75 кг (в том числе 31 кг взрывчатки). Мина эта выстреливалась из трубчатого аппарата с помощью порохового заряда и поражала цель на дистанции 100 метров.

Прогресс техники морского боя (прежде всего совершенствование торпедного оружия) сделал метательную мину к началу XX века архаизмом. Однако порт-артурских экспериментаторов это оружие натолкнуло на ценную мысль. Ведь они имели в своем распоряжении гладкоствольный метательный аппарат, который выстреливал оперенный снаряд, обладающий навесной траекторией и большой разрушительной силой. К тому же он был легок и, следовательно, допускал быструю перевозку к месту использования. Для его превращения в «минную мортиру» (так называли экспериментаторы свое творение) требовалось устройство, воспринимающее энергию отдачи в момент выстрела, а также устройства наведения и прицеливания. Создание их было возможным для артиллерийских мастерских Порт-Артура.

А теперь вернемся к вопросу — кто же изобрел миномет?

Первый импровизированный образец миномета появился в осажденном Порт-Артуре в 1904 году. Что же касается автора, точнее говоря авторов его создания, то список их следовало бы начать с тех, кто предложил стрельбу по морским целям оперенными снарядами из трубчатого аппарата. «Минная мортира», созданная на базе этого аппарата, сыграла свою роль в обороне Порт-Артура, хотя и не получила там широкого распространения. Ограниченное количество минных аппаратов на эскадре и боеприпасов к ним, а также малая дальность стрельбы этому способствовали (всего на сухопутном фронте крепости было установлено 6 минных мортир, по другим источникам — 7).

Теперь необходимо остановиться еще на одном варианте «порт-артурского миномета», точнее говоря, на новом виде боеприпасов для навесного огня — «надкалиберной оперенной мине шточного типа». Сущность ее конструкции и способ использования можно определить следующим образом: конусообразная боеголовка соединялась донной частью со штоком, снабженным стабилизатором. Этот шток вставлялся в ствол 47-мм морской пушки (с дула), а с казенной части пушка заряжалась снаряженной гильзой (без снаряда). Мина общим весом 11,5 кг выстреливалась на дистанцию от 50 до 400 метров.

Тот факт, что «минная мортира» была не столько изобретена, сколько переделана из уже существовавшего оружия флота, подтверждает версию о том, что идея создания «минной мортиры» (а ее, без сомнения, можно считать минометом) впервые возникла у русских моряков. Что же касается надкалиберной оперенной мины шточного типа, то создание этого оригинального боеприпаса требовало конструирования ряда деталей, технических расчетов, а главное, наличия специальной технической базы. Обеспечить все это можно было только силами армейских артиллеристов Порт-Артура. Поэтому здесь трудно переоценить роль начальника артиллерийских мастерских крепости капитана Гобято.

Как видим, русскими защитниками Порт-Артура было создано два типа орудий, стреляющих оперенными снарядами по навесной траектории. Впоследствии они нашли применение как бомбометы и минометы.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >