Кто предал Николая 2

Кому нужны «подделанные» дневники Николая 2.

Предпринимаются отчаянные попытки посадить в «карету прошлого» Россию и увезти её с мировой арены навсегда, понятно кому это нужно, прежде всего Британии, которая по словам Т. Мэй входит в век» глобальной Британии»,поэтому там заботливо вскармливают «наследников», раздают чины и титулы нашим ворам-олигархам. Представляете наше будущее «дворянство», да Чубайс перед ними будет кроткой овцой и гением.

Но самое худшее для меня, что эта принимает вид антихристианской мракобесной секты. Договорились до того, что Николай, оказывается царь-искупитель?! Для христиан, Искупитель- Иисус Христос, Царь царствующих и Господь господствующих!

Отвратительно видеть пляски на костях несчастной семьи, царя и царицы, которые своею смертью искупили вину. Дайте им покой и молитесь об упокоении их в Царствии Небесном.

А жаждущим царя могу сказать, что они его дождутся, но всего на 3,5 года. Именно такой срок отводится антихристу в Откровениях Иоанна Богослова.

В ельцинский период отношение к событиям 1917 г. было однозначным – Россия в тот период развивалась семимильным шагами, империя двигалась к победе в Первой мировой, и одним из прогрессивных витков развития стал Февраль.

Переворот привел к власти честных и образованных людей, они решали, будет ли путь у России республиканский или есть возможность сохранить монархию по британской схеме „царь правит, но не управляет”.

Хоть в том дискурсе царь оставался фигурой положительной и трагической, но согласно постперестроечному мышлению – в феврале к власти в России пришли, наконец-то, демократы-либералы, и до процветания оставался буквально шажок…

Но тут, спустя восемь месяцев прогресса, как черт из табакерки, выпрыгнул Владимир Ильич, и понеслась птица-тройка к пропасти коммунизма. Понять, почему в ельцинский период „Временное правительство” приобрело исторический ореол мессианства, несложно – именно с ним себя и ассоциировала „демократическая власть», которая „наконец-то вернулась». Так родовой травмой Российской Федерации стал миф о Прекрасном Феврале с белогвардейщиной и монархизмом.

Акценты за 25 лет сместились, теперь трактовка Февраля не такая патетическая — все же государственный переворот-с! Но и „белые», и эмигранты, и церковь – те, кто поддержали Февральский переворот, – остались по привычке положительными персонажами драмы, разыгравшейся сотню лет назад. Удивительно в унисон о Российской Империи поют хвалебные гимны сегодня силы в 1917 г. разобщенные – и те, кто свергал царя, и те, кто просто не мешал, но „оставался в душе монархистом».

Так в 2017 г. история страны получила биполярное расстройство общества.

революция и церковь|

Ситуация на момент последнего месяца монархии в России сложилась нелегкая – февраль был узлом заговоров и интриг, во многом потому, что, стоит уже признать — Николай мало у кого вызывал симпатию – даже у своих родственников.

„В царской фамилии тоже были антиниколаевские настроения и настроения против императрицы – мы это знаем, — говорит в беседе с Накануне.RU доктор исторических наук, профессор МПГУ Александр Пыжиков. — Возникло такое явление, которое в истории называется „великокняжеская фронда”. Великие князья действительно были бы не прочь, если бы не монархию убрали а убрали Николая II c супругой, это отвечало их интересам. Церковь отреклась от Николая II – она поддерживала все, что происходило».

Мы не совсем верно называем это Февральской революцией — на самом деле, это был дворцовый переворот. Многие события февральских дней нельзя считать случайностью, стихией, было много продуманного заранее – например, начались проблемы со снабжением Петрограда хлебом, но при этом хлеб был. Каким-то образом, по замечаниям исследователей, — вроде бы, незначительная деталь, — мобилизовали на фронт всех хлебопеков города. Путиловский завод восстал.

Социальное недовольство в своих целях использовали и оппозиционеры, и родственники царя — они давно мечтали видеть на троне малолетнего Алексея с регентом из их числа. Царь уже не пользовался любовью народа, скандалы с Распутиным, подозрения, что царица связана с Германией, сделали свое дело – против Николая была развернута информационная война, которой царь значения не придавал – какая разница, что думает этот как его народ.

Николай II, отречение, Фридерикс, генерал Рузский, Шульгин, Гучков, Данилов|Фото:

Что серьезней — его решения критиковались и генералитетом, второй слой многоуровневого заговора – заговор генералов (Рузский, Алексеев). Эти две силы – военные и родственники – просто хотели убрать царя, но речи об упразднении монархии не вели. Радикальней, хоть и ненамного, были думцы – они видели Россию либо республикой, либо конституционной монархией (видели смутно, застилала глаза простая жажда власти и наживы, тщеславная мечта многих поколений – свергнуть самодержца). Стоит упомянуть, что практически все поголовно политические деятели Думы были масонами, так что можно назвать этот третий уровень – масонским заговором.

Как рассказывает историк Андрей Фурсов, в январе 1917 г. масонским организациям Петрограда была дана директива составить списки людей, которые попадут во власть — потом эти люди и оказались во Временном правительстве.

Временное правительство, 1917 год|

Фото: yaplakal.com

И, наконец, четвертый пласт заговора, о котором стали много говорить уже в наши дни, — это заговор союзников. Сегодня именно на подлых иностранцев и перекладывают бОльшую часть ответственности за внутренний переворот и революцию.

И таки да — британцы и французы использовали Российскую Империю как таран, чтобы бороться с такими же точно, как она, империями Германской и Австро-Венгерской. Наверное, тогда и стоило бы задуматься, почему у твоих союзников другой политический строй, а ты борешься с точно такими же империями, нет ли здесь подвоха?

Большой ошибкой Николая было вступление в эту войну. С одной стороны, союзникам нельзя было никак допустить, чтобы Россия из войны вышла, с другой – выиграть она тоже не могла. Посол Великобритании Бьюкенен, по словам современников, вел себя крайне нагло и даже намекал, что Николаю не место на троне. Любой другой самодержец выдворил бы из страны такого дипломата, но это не в привычках Николая — конфликтовать по пустякам.

Во время войны британское посольство было центром сбора и оппозиционных сил, на все это охранка смотрела сквозь пальцы, продолжая „побивать» свой народ за стачки. Удивительно, как Николай плясал под дудку англосаксов. Смирение и мягкость сделали ему славу великомученика вполне заслуженно. Собственно, эти качества и привели его на свой собственный эшафот в Екатеринбурге.

Кстати, если говорить про британцев, брат Николая, так удивительно на него похожий внешне, Георг V осмотрительно не принял венценосную семью родственника в Англии, хотя прошение такое было. И только тогда Романовых отправили в Тобольск и далее..

Георг V и Николай II|Фото: historytime.ru

Народ уже не обожествлял царя и откровенно ненавидел царицу — во многом сказывалась та самая информационная война, развернутая оппозицией, муссировавшиеся слухи о том, что царь — подкаблучник и просто делает то, что диктует ему жена-немка, сплетни, что царица в сговоре с немцами, что она подчинена воле Распутина. Многое из газет и слухов, конечно, было неправдой. Но нет дыма без огня.

„Царь и его жена объявлены святыми – а почему у них при дворе крутились какие-то странные оккультисты? Папюс, мэтр Филипп, какой-то австрийский астролог, я уже не говорю про этих непонятных юродивых, гадалка Гриппа, Бадмаев, Матрена-босоножка, Ника Казельский, странник Вася Босоногий. Что это такое? Даже сейчас у нас нельзя такого представить — что какой-то Вася „босоногий странник» будет даже пусть перед нашим премьер-министром Медведевым „ясновидеть», каким бы ни был Медведев чудаком.

А тут – все знали, все это видели, это же не скрывалось, — рассказывает историк, писатель Александр Колпакиди. — Распутин, конечно, оболганная личность, но почему было бы сразу его не убрать, не прекратить все эти слухи? Почему надо было его держать? Почему надо было доводить дело до убийства? Почему нельзя было даже в этом мелком вопросе пойти навстречу общественному мнению? Почему надо это ослиное упрямство проявлять? А в результате — привести страну к краху и семью свою погубить».

Морис Палеолог, посол Франции в Российской Империи, писал в своем дневнике, что самые преданные слуги царизма и даже некоторые из тех, кто обычно составляет общество царя и царицы, начинают приходить в ужас от оборота, какой принимают события: „Так, я узнаю из очень верного источника, что адмирал Нилов, генерал-адъютант императора и один из самых преданных его приближенных, имел недавно мужество открыть ему всю опасность положения; он дошел до того, что умолял удалить императрицу, как единственное остающееся еще средство спасти империю и династию.

Николай II, обожающий свою жену и рыцарски благородный, отверг эту идею с резким негодованием: „Императрица, — сказал он, — иностранка; у нее нет никого, кроме меня, для того, чтоб защитить ее. Ни в коем случае я ее не покину… Впрочем, все, в чем ее упрекают, неверно. На ее счет распространяют гнусные клеветы; но я сумею заставить ее уважать…”

романовы семья император|

Фото: www.pravaya.ru

Мысли Николая II были сосредоточены в это время на своей семье, и его странное равнодушие к стране не осталось незамеченным историками.

„Он был отличный семьянин, но он не годился на роль руководителя страны. Он все время думал о своей семье, нежели о стране, — рассказывает Александр Колпакиди в беседе с Накануне.RU. — Он был странно равнодушный человек, как будто ущербный. Даже если почитать его дневники – страшно подумать, что этот человек за свою жизнь застрелил несколько тысяч кошек и собак.

Дневники царя не поддельные. Он действительно после Ходынки написал: „Было душно». Он действительно и после Кровавого воскресенья дурацкую запись оставил. Подумайте, это кем надо быть, если он после Кровавого воскресенья встретился с рабочими и сказал: „Я вас прощаю”?

Каждый раз, когда были крупные расстрелы рабочих, он каждый раз благодарил тех, кто расстреливал. Да, он был достаточно умен и образован, но он не годился на роль царя. И он тем самым погубил страну. Поэтому когда нам сейчас пытаются навязать монархию и всю эту галиматью, связанную с потомками Романовых — я всех призываю вспомнить слова Черчилля, который сказал гениально: «Лучше, чем монархия, строя нет, но есть одна проблема – неизвестно, кто родится»».

Николай II, отречение монарха, Февральско-мартовский дворцовый переворот, Февральская революция, 1917 ассказывает историк Александр Пыжиков — шла серьезная борьба в элитах. Это было противостояние между правительством (естественно, и Николаем II как главой государства) и оппозиционными силами.

Под оппозиционными силами совершенно четко просматривается московское купечество, это московский финансово-промышленный клан, который был главным бенефициаром всех этих оппозиционных дел и имел политическую обслугу в лице кадетов и октябристов. Вот, собственно, к ним, к политической обслуге, и применим термин „либеральная оппозиция».

Николай II, отречение монарха, Февральско-мартовский дворцовый переворот, Февральская революция, 1917|

Фото: smarthistories.com

„Эти люди пытались подвинуть правительство и Николая II, чтобы дотянуться до административного рычага, до управления страной. Это была мечта не одного поколения – сначала они хотели это решить через верноподданичество, через ползанье около трона. А теперь, когда они убедились, что эта тактика неэффективна, очень быстро встали с колен, стряхнули верноподданническую пыль и моментально погрузились в оппозиционное движение.

Они стали собирать, координировать, финансировать все либеральные силы для того, чтобы ограничить монархию и правительство. Их конечная цель — для чего они ввязались в это — утверждение парламентской модели управления. То есть, когда Государственная дума не просто занимается законотворческой деятельностью, но и принимает на себя функции назначения всех министров — то есть, министры становятся подотчетными Думе, а не монарху».

Ситуация усугубилась войной, которая шла уже 2,5 года. Николай считал, что победа поставит крест на всех брожениях в обществе, и потому самым важным видел успешное ее завершение, на март-апрель было назначено ключевое наступление на западном и восточном фронтах одновременно, и Николай хотел, чтобы наступление свершилось.

Историки считают, что именно поэтому Николай отдал власть без единого выстрела, без кровопролитий и без борьбы — он написал отречение во многом потому, что совершенно безосновательно считал, что это пойдет на пользу армии.

„Не то что Гучков или Шульгин потребовали написать отречение, — говорит Александр Пыжиков, – я думаю, он не очень сильно бы отреагировал на их настойчивые просьбы. Военная верхушка поддержала отречение, и главную скрипку в этой военной верхушке играл генерал Алексеев (активный участник Белого движения в годы Гражданской войны в России, один из создателей и верховный руководитель Добровольческой армии, — прим. Накануне.RU).

Он настойчиво телеграфировал Николаю II, что ему надо обязательно выехать в Могилев, хотя императрица отговаривала от этого, учитывая, что в Петрограде напряженно — то есть, он его выманил туда. Многие историки считают, что отъезд Николая II – это был сигнал к началу переворота. А что касается наступления, оно было отсрочено и закончилось провалом, как мы знаем».

Николай II, отречение монарха, Февральско-мартовский дворцовый переворот, Февральская революция, 1917|

Фото: orthodoxmoscow.ru

Николай отправился в Могилев. В столице начались волнения, стачки, министр внутренних дел Протопопов проводит судорожно аресты, председатель Совета министров Голицын объявляет перерыв в работе Думы и Госсовета. 25 февраля Николай издает указ о роспуске Госдумы.

Родзянко телеграфировал государю о том, что в столице анархия, стрельба, нужно составить новое правительство немедленно. „Опять этот толстяк Родзянко мне написал разный вздор, на который я ему не буду даже отвечать”, — говорит Николай министру императорского двора Фредериксу. Николай ПОВЕЛЕВАЕТ прекратить беспорядки „недопустимые во время войны» ЗАВТРА ЖЕ.

Видимо, он не совсем понимает, что происходит и что одним повелением никакого „завтра же» не будет. Тем не менее, 26 февраля войска в столице для разгона демонстраций применяют огнестрельное оружие – много убитых и раненых. Хотя расстрелами в николаевской России удивить народ было просто невозможно.

„В это же николаевское время нигде, ни в одной стране Европы, не убили столько людей, сколько у нас. Приводят только цифру повешенных, казненных после революции – 1,5 тыс. — и сразу на Сталина разговор переводят. Вот в этом главная ложь, — говорит историк спецслужб Александр Колпакиди. — Назовите хоть одну страну Европы, где за эти николаевских четверть века казнили столько же людей – ни в одной. Почему такая большая цифра? Все думают, что это только повешенные и казненные, ну, и Ленский расстрел, и Кровавое воскресенье.

Расстрелы были каждый год в огромном количестве: рабочих, демонстрантов, забастовщиков, крестьянские беспорядки – помалу, по 3-5 человек, и это было по всей стране — расстрелы-расстрелы-расстрелы. Карательные экспедиции после Первой русской революции — вообще никто не знает, сколько тогда повесили так называемых „мастеровых». А что такое „мастеровые»? Это что, не люди? Для них это были не люди — быдло, скот».

1917 г. стал логическим концом 1861 г., когда еще один любимец ельцинского периода Александр II объявил о раскрепощении, а по сути — произошло освобождение в виде ограбления народа. Столыпинская реформа не решила земельный вопрос.

По подсчетам историков, чтобы обеспечивать аристократии жизнь по европейским стандартам – давать балы, поддерживать несколько домов (в городе, имение, дачу), наряды, предметы роскоши, выезды в 18-19 веке – нужно было иметь порядка 100 душ, то есть 500-600 человек в рабстве. И только 15% могло позволить себе жить так.

Конечно, это произошло не при Николае, но именно с Романовыми связывают сложившуюся ситуацию. Зависть, гордыня – вот что поразило элиту Российской Империи, дворяне хотели жить как на Западе — роскошно. Но у нас колоний не было, закрепощение крестьян Романовыми дало аристократам одну большую колонию – российский народ. Что ж, колония оказалась многочисленной – 80% от населения.

Произошло искусственное разделение – на нацию российских аристократов и народ-туземец, темный, бедный, живущий в собственной стране, как в стране порабощенной.

Где былые Ильи Муромцы в романовской России?

„Если не произойдет какой-нибудь смены энергий, если тягостный процесс подражания Европе разовьется дальше, то Россия рискует быть разоренной без выстрела”, — это писал консервативный публицист, общественный деятель Михаил Меньшиков еще в 19 веке. И вот в 1917 г. смена энергий началась — 27 февраля рано утром произошло вооруженное восстание части Петроградского гарнизона.

„Причин для революции было больше, чем достаточно, — комментирует историк Александр Колпакиди. — Понять их сейчас невозможно никому практически, потому что последние годы сознательно наша власть в общественное сознание через ангажированных историков внедряет миф о том, что империя царя Николая – который из Кровавого стал страстотерпцем, — показывала огромные темпы роста, все жили очень хорошо, процветали и так далее. Строится это все на подтасовках. Насаждают в умах, как картошку при Петре I. Из вузов это идет в умы студентов, от студентов к школьникам – по всей стране. Кроме того, активно этим занимается телевидение, церковь.

Сейчас рассказывают, сколько вывозили хлеба, что мы были мировыми лидерами по экспорту. Из всех „мировых лидеров» наш народ единственный недоедал. Это тоже сейчас пытаются опровергнуть. А народ голодал каждые три-четыре года минимум в девяти губерниях, это где-то 10% территории страны! Врачи, писатели, гуманисты – люди из всех сфер жизни отдавали себе отчет — происходит что-то ненормальное, что люди умирают от голода в деревнях – почитайте прессу того времени. Вот это разночтение между тем, что делали и думали современники, и тем, что сейчас доказывают ангажированные историки. Те люди умерли 100 лет назад, они не могут вступить в спор„.

Историческая действительность столетней давности сейчас сводится к простой для усвоения формуле „Ленин сверг царя». Что ж, не грешно будет напомнить еще раз, кто именно „сверг», если это слово уместно, когда речь идет о самовольном отречении. Деятельность социалистов в 1917 г. сводилась к дискуссиям, большевики политической силой не обладали. Надо помнить, что все социалистические партии были „обезглавлены» царским режимом — лидеры, которые якобы „свергли царя», такие как Ленин, находились за границей и не могли напрямую вести борьбу.

Другие томились в застенках, ссылках. Плеханов, Засулич, Ленин, Зиновьев, Бухарин (в США), Мартов (лидер меньшевиков) – были разобщены с российскими кружками. Если эсеры, меньшевики в меньшей степени опирались на народное движение, а в большей на элитные расклады, то большевики, напротив, растворились в народе. Это была принципиальная позиция Ленина – не участвовать в дележке власти и играх элит. А вот Дума в конце февраля и занялась дележкой власти, несмотря на то, что получила указ Николая II от 25 февраля о собственном роспуске.

В результате депутаты (за исключением правых партий) решили, формально подчинившись указу о роспуске, собраться под видом „частного совещания» — так появился Временный комитет членов Думы. В своем дневнике тех дней вспоминает историк, архивист, доктор исторических наукГеоргий Князев:

„На историческом заседании, на котором было решено заставить Николая II отречься от престола, которое требовалось силою вещей, произошел такой диалог между одним из участников заседания и Гучковым:

— Но, что, если он (Государь) откажется это делать?

Тогда Гучков на это твердо и решительно сказал:

— Волна народного гнева не должна останавливаться на „пути». Мы пойдем до конца». («Биржевые Новости». 06.03.1917 г.)

Карикатура на Временное правительство|Фото: livejournal.com

Вот как описывал в своем дневнике это инженер-железнодорожник, революционер, сыгравший важную роль в Февральской революции, Юрий Ломоносов:

„— Прибыли. Ну, и была возня с гатчинскими эшелонами. Ну, теперь они успокоились.

— Вы лучше расскажите подробности.

— Суть вы знаете. Отречение в пользу Михаила. Гучков говорит, что Николай, как всегда, на него произвел впечатление человека с деревянной душонкой. Все интересовался, как он теперь будет жить. Торжественно было, когда депутаты вышли из своего вагона и солдаты взяли на караул. Они хотели сперва переговорить с Рузским, но Николай настоял, чтобы их ввели прямо к нему. В вагоне, кроме царя, был Фредерикс и Рузский. Страшно устал. До свидания. Часов в двенадцать явлюсь к вам с докладом.

Я задумался… Свершилось. Николай отрекся и на Российский престол вступил Михаил II. Говорят, ему это было предсказано, а также и то, что он будет последний Романов… Что же, надо объявить караулу. Послушайте, дорогой,— позвал я одного из студентов,— официально объявлять что-либо рано; а вы расскажите солдатам, что Николай отрекся в пользу брата, да так незаметно прислушайтесь к их разговорам.

Студент вышел, а я опять задумался. Что же будет? Ответственное министерство с октябристом Родзянко во главе? На место Голицына сядет Родзянко, на место Покровского — Милюков, и только. А дальше реформы и война. Реформы под эгидой Родзянко, какого же сорта будут эти реформы?

Студент вернулся смущенный.

— Полная апатия, Юрий Владимирович. Никакого впечатления: „Хрен редьки не слаще», — говорят».

расстрел демонстрации, Петроград, 4 июля 1917|Фото: history-at-russia.ru

Михаил Пришвин (Дневники 1905-1954 гг. ): „Вопрос — где царь? Легенда слабая: «Царь сдался». Обстрел Зимнего Дворца. А Протопопов будто бы скрылся в Зимнем Дворце, но ему предложили сдаться, потому что из-за него разобьют дворец, и он сдался и впал в обморок, и его на носилках унесли в Думу. Жуткий вопрос, что делается в остальной России — никто этого не знает. И кто-то говорит: «А радость какая, будто Пасха»».

Временное правительство образовалось 2 марта. Демократизация обернулась социальным развалом. Так, приказ номер 1 Петросовета просто деморализовал армию. Еще до возвращения Ленина 3 апреля 1917 г. объявили о ликвидации сословного строя, национальных и религиозных ограничений. „Парад суверенитетов», развал страны начался с 17 марта – когда была дана независимость Польше, позже – июль – независимость Финляндии. Так кто сверг царя и развалил блистательную Российскую Империю?

„Февралисты показали свою полную политическую импотентность, они вообще ничего не смогли предложить. Это были не те люди, которые могли бы стоять у руля огромной страны, — говорит Александр Пыжиков. — Их никто не считал дееспособными управленцами, их держали за буржуев, которые пришли к власти, чтобы поживиться, использовать такую сложную ситуацию – они просто дорвались до казны, что было мечтой не одного поколения купечества.

Поэтому реакция на них была такая очень и очень кислая. И то, что с ними произошло, — это и должно было произойти. Все это заняло восемь месяцев. Дальше бенефициарами были большевики, которые бескомпромиссно оценивали эту ситуацию и понимали, что она дойдет до своего логического завершения».

Ленин, революция, 7 ноября, 1917, ВОСР, октябрьская революция, большевики, СССР|Фото:

Февральско-мартовский переворот свершил не народ, но заговорщики использовали именно народное недовольство. Февраль не менял ситуацию в стране, а менял элитные расклады. Решений для крестьянского, рабочего, любого другого важного вопроса февралисты не предлагали.

Амнистия заполонила улицы террористами и уголовниками. И именно неумная политика Временного правительства породила Гражданскую войну, после которой и монархисты, и белогвардейцы превратились в эмигрантов, которых сегодня чествуют в России.

Мария Владимировна, Романовы, Патриарх Кирилл|Фото: monarchist.infobox.ru

„Пусть расскажут про эту династию, чем она во время Великой Отечественной войны промышляла. А почему подавляющее большинство монархистов за границей пошли служить немцам? Знаменитые коллаборационисты на Дальнем Востоке – Атаман Семенов, Бакши, Шипунов и все другие повешенные — это все монархисты. На самом деле считается, что основу коллаборации составляли русские фашисты, но никто не замечает, что русские фашисты в большинстве своем были монархистами.

Поэтому, когда выходит прокурорша с иконой Николая II — это как минимум бестактно, потому что монархисты в большинстве оказались на стороне Гитлера, — говорит историк спецслужб Александр Колпакиди. — Но это же все абсурд, этот монархический бред! Больше всего кричит церковь, та самая церковь, которая в феврале 1917 г. просто умыла руки.

Тогда умыли руки, а теперь требуете, чтобы народ каялся? А вы почему не каетесь? Есть версия, что им дважды предлагали выступить за царя, и они дважды отказались. Сейчас говорят, что не было такого. Придумали, не придумали – а почему вообще вас надо было просить? Они на следующий день прославляли в молитвах Временное правительство».

Сейчас у нас консенсус – и коммунисты, и либералы признают, что это был крах, что Февральский переворот – событие со знаком „минус», говорит эксперт, но это было неизбежное событие из-за слабости власти.

Феврализм ушел вместе с эпохой Ельцина, но монархизм и белогвардейщина остались.

Елена Кирякова

***

…Откуда Россия шагнула в пропасть…

Эксклюзивное интервью с историком, исследователем личности Императора Николая II, главным редактором сайта «Академия Российской истории» Петром Мультатули.

Валентин Серов. Портрет Императора Николая II. 1900 г.

– Петр Валентинович, после прочтения Вашего документального труда «Николай II: отречение, которого не было», возникает ощущение, что предательство Государя в начале 1917 года было тотальным. Как стало возможным, когда предают все?

– Конечно, тотального, всеобщего предательства не было, потому что в России всегда были люди, которые остались верны Царю даже до смерти. Но, то, что отступничество от Царя, измена Царю, равнодушное отношение к Царю – стали весьма распространённым явлением в начале ХХ века – это факт. Об этом ещё Фёдор Иванович Тютчев предупреждал:

И отповедью – да не грянет
Тот страшный клич, что в старину:
«Везде измена – Царь в плену!» –
И Русь спасать его не встанет.

…Царя перестали любить. Свержение монархии и чудовищное убийство Царской Семьи стали возможными в первую очередь из-за духовного оскудения русского народа, от духовной деградации его элиты. Идеалы Православного Царства, Самодержавия – перестали восприниматься большей частью русского народа, как естественные и органичные свойства души самого народа. Государь Император Николай Александрович верный Христу, долгу царского служения, самозабвенно любящий Россию, благородный, чистый и милостивый – стал чужд и не понятен для большей части народа.

Что же касается элиты, генералов, которые предали Государя, то их измена тоже была следствием этого духовного оскудения. Они решили, что могут делать за Царя то, в чём они совершенно не разбирались. Генералы Алексеев, Брусилов, Рузский думали, что они играют с политическими заговорщиками наравне, а оказалось, что их использовали «в тёмную», оказалось, что они были лишь пешками в руках Гучкова, Керенского и их зарубежных союзников.

Что касается великих князей, то действия, например, Кирилла Владимировича и Павла Александровича в февральские дни трудно назвать прямой изменой, даже не смотря на приход Кирилла Владимировича 1-го марта 1917 года в Думу. Этим великим князьям казалось, что так они помогают спасти монархию. При этом, будучи профессиональным военным, Кирилл Владимирович был совершенно не искушён в вопросах политики. Зато в ней были весьма искушены руководители Думы и в частности Родзянко.

28-го февраля Родзянко предложил великим князьям Павлу Александровичу и Кириллу Владимировичу поставить свои подписи под составленным проектом манифеста, в котором Императору Николаю II рекомендовалось ввести в России конституционный строй. Родзянко заявил, что этот манифест будет предложено подписать Государю 1-го марта на вокзале Царского Села сразу же после его возвращения. 28-го февраля поздно вечером текст «великокняжеского манифеста» был подписан великими князьями Павлом Александровичем, Кириллом Владимировичем и Дмитрием Константиновичем. А вот Государыня Императрица подписывать этот проект категорически отказалась. «Я не правитель, – отметила Императрица, – и не имею никаких прав брать на себя инициативу в отсутствии Императора. К тому же подобная бумага может оказаться не только незаконной, но и бесполезной».

То, что понимала и чего не могла себе позволить Императрица Всероссийская, не понимали и охотно позволяли себе великие князья. Они не понимали, что как только они стали узурпировать самодержавные прерогативы Императора, после того, как вступили на путь соглашательства с одним из руководителей мятежа Родзянко, стали участвовать в его сомнительных проектах, то они обрекли себя стать орудием в руках врагов Царя и монархии.

При этом нельзя ни поразиться прозорливости Императрицы Александры Феодоровны. «Великокняжеский манифест» действительно был «незаконной и бесполезной бумагой», немедленно забытой за ненадобностью в конце того же дня 1-го марта, когда политическая конъюнктура стала меняться. «Любопытная бумаженция», – только и сказал П. Н. Милюков, пробежав глазами текст планируемого манифеста.

Что же касается таких великих князей как Александр Михайлович, Николай Михайлович, Сергей Михайлович и Николай Николаевич, то в их действиях мы видим тесное сотрудничество с заговорщиками, сочувствие в их стремлении свергнуть Императора Николая II. Поэтому их действия нельзя назвать иначе, как прямая измена.

1917-й год стал логическим завершением отступничества русского общества от Христа. Отсюда начался отcчет в пропасть. Русское общество начала XX века – страшное общество. Нынешнее общество, если его так можно назвать, при всем его варварстве намного лучше того предреволюционного общества. Потому что сегодня есть православные интеллигенты, православные учёные, православные военные. А ведь в начале XX века это было исключением! Даже духовенство той поры в своей массе было далеко от сегодняшнего в степени благочестия и следования канонам. До революции в семинариях, например, на преподавателя, который верил в Бога, смотрели, как на чудо! По воспоминаниям многих иерархов начала ХХ века, в семинариях готовили скорее безбожников, чем служителей Божиих. Лишь единицы после окончания семинарии рукополагались. Весь ужас заключался в том, что люди сгнили внутри, о чем предупреждали нас Святитель Игнатий Брянчанинов, Праведный Святой Иоанн Кронштадтский и другие отцы Церкви.

Отступничество от Царя было проявлено и частью православным духовенством, частью Святейшего Синода. 19-е марта 1917 года было днем Торжества Православия, когда во всех церквах провозглашали анафему врагам Царской власти. 19-го ее провозгласили, а 23-го марта начались демонстрации этих врагов Царской власти, и Синод молчал! А 6-го числа началось признание «благоверного» Временного правительства. И никто из Синода, из тех, кто остался на свободе, не пошел к Александровскому дворцу и не спросил: «Где Государь? Было ли отречение? Мы требуем, хотим идти к Государю!». Если бы Синод сделал это, никакое Временное правительство не смогло бы ему помешать.

Конечно, неправильно говорить, как сейчас делают некоторые, что будто вся Церковь предала Царя. Это неправда. В самом Святейшем Синоде, все, кто был убеждённым монархистом, были сразу же в первые дни переворота подвергнуты изоляции и изгнанию. Святителя Макария Невского изгнала из Синода, владыку Питирима (Окнова) арестовали вместе с министрами императорского правительства. Другое дело, что верх в Синоде и среди духовенства взяли антицарские, и как потом выяснилось и антицерковные силы. Ведь большая часть тех иерархов, кто отказался хулить Царя и петь дифирамбы временщикам, стали потом Новомученниками, а те, кто выражал восторги по поводу «начала новой жизни» и «свободы» впали в обновленчество.

– В чем корни проявленных тогда трусости, слепоты, малодушия общества и духовенства, как его части?

– Это было отражением состояния того общества, в котором такие люди как Иоанн Кронштадтский и Государь Император Николай Александрович – исключение. Возьмем, к примеру, вопрос канонизации, прославления святых в начале XX века. Мы увидим, что по каждому святому решение принималось волей Государя вопреки воле Святейшего Синода, по крайней мере, его большинства. Члены Синода были против прославления Преподобного Серафима Саровского, против восстановления прославления святой Благоверной Княгини Анны Кашинской, прославления Святителя Иоанна Тобольского (Максимовича). Настолько против, что епископ Варнава, который пропел величание Иоанну Тобольскому, был подвергнут церковному суду, и только воля Государя отменила решение суда.

Моральная деградация стремительно захватывала всю верхушку русского общества, тех, кого почитали за «совесть нации».

О чём говорить, если революционный террор 1905 года вызывал восторг у таких людей, как Лев Толстой, который про убийство Плеве говорил: «Это целесообразно»? А Иван Алексеевич Бунин в эмиграции признался: «Да, неправы были мы, когда аплодировали убийству Столыпина». Понимаете, люди, писатели, «гуманисты» аплодировали убийству, во-первых, человека, а во-вторых, главы правительства России! Моральная деградация общества достигла апогея. И если не понимать степень этой деградации, считая, что все в 1917 году произошло случайно, то тогда нельзя понять ничего.

Бесперспективно заниматься выискиванием персонально ответственных. Дескать, всё было хорошо, все были такие хорошие, как у нас сейчас говорят «белые и пушистые», а потом пришли злые большевики и они во всём виноваты. Большевики – это чума, холера ХХ века. Но чума не появляется там, где соблюдаются все меры гигиены, где больных помещают в карантин, где вводят античумную сыворотку. Не меньшую ответственность, чем большевики, несут ответственность те, кто заразил большевистской чумной палочкой русский государственный организм.

– Как открыть глаза тем, кто воспринимает лишь вражеские штампы о «слабости», «бездействии», «неудаче» Царя-Мученика?

– Сейчас Бог дает хорошую возможность задуматься. Это не время советской власти, когда ту или иную книжку можно было добыть только из-под полы. Сейчас все есть, нужно лишь желание. На мой взгляд, тех людей, которые ненавидят Государя, находятся во власти клише, переубеждать бесполезно, потому что вопрос с Николаем II – мистический, духовный. Определенное число людей, на мой взгляд, ненавидящих Царя, находятся в образном или прямом бесновании.

Помню, как вышел фильм «Николай II. Сорванный триумф». В Интернете у многих просто пена шла изо рта. Они не могли объяснить, почему ненавидят Государя, просто извергали хулу.

Людям, которые хотят думать, можно задать вопросы: «Хорошо, если Царь был слабым, как он мог 22 года царствовать, и за это время народ увеличился на 50 млн. человек? Как при «слабом» Царе Россия почти выиграла Первую мировую войну, а потом в 1917 году пришли такие сильные и умные люди, что за шесть месяцев России просто не стало?».

Страна была ввергнута в Гражданскую войну, разодрана на разные клочки, в которых правили разные правительства: белые, красные, зелёные, серо-буро-малиновые. Исчезнуть окончательно России Господь не попустил, и земли собрались. Но что собралось? Мистический Китеж-град, Святая Русь, ушли под спуд. Можно ли было назвать совдепию особенно 20-х годов Россией? Конечно, нет. Это была оккупированная страна, то, что говорил Троцкий – быдло для мировой революции. Другое дело, не получилось у них этого.

Но все равно, сталинский, брежневский СССР – это не Россия. И нынешняя Российская Федерация – это тоже не вся Россия, хотя и ее значительная часть. Мы ее еще не обрели, ее нам обратно Бог не отдал. Кто мне, как русскому человеку, сможет объяснить, что РФ – это Россия, а Киев, матерь город русских, – это не Россия, не Русь, не моя страна? Почему Чернигов – не мой город, город, где складывалась моя история? Почему город русской славы Севастополь – не моя страна?

Россия, как и монархия, – понятия не только и не столько материальные, земные, но и духовные. К тому же они друг от друга не отделимы. Вопрос в том, что монархия – это не только политическое устройство, но и мировоззрение нации. Возродить лже-монархию сейчас – убить подлинную Монархию, посадить карикатурного царька, который будет особенно уродлив после Святого Царя-Мученика. А настоящий Царь сегодня не удержится и дня, потому что блудники скажут, что он мешает им блудить, пьяницам – пить, убийцам – убивать, делать все то, что происходит в так называемом демократическом обществе.

Но самое удивительное, что русская монархия проявляется, причем, не только на территории Российской Федерации, но и на Украине, где, кстати, сохранилась русскость, где чтут Царя. В Белоруссии в любой церкви вы увидите икону Царственных Мучеников.

Глава буддийской традиционной Сангхи Хамбо-лама Дамба Аюшеев заявил, что для буддистов России Царь и Царевич – святые! Он привел потрясающий пример. В 1937 году было расстреляно 16 тысяч буддийских лам. Остались свидетельства последних слов: «Если ушел Белый Царь, то и мы умираем спокойно». Для подлинных мусульман России понятие Белого Царя (Ак-Падишаха) также свято.

Но пока в основной массе народа еще нет понимания, что такое наша православная монархия, ее вселенского значения. Это была действительно Вселенская Христианская Монархия.

– Неожиданно звучит тезис о том, что у России украли победу в Первой мировой войне…

– Это именно так – Царь почти выиграл самую страшную и опасную войну, которую вела Россия до Великой Отечественной войны. Речь шла о том, будет ли существовать Россия как самостоятельная держава, или она станет сырьевым придатком Запада. Потому что целью и союзников, и германского блока было уничтожить ее как ведущего игрока. Россию боялись, видя, что с ее темпами роста, к 40-м годам никому будет делать нечего. Оставалось только сокрушить ее. Но союзники гарантировали нам присоединение важнейших территорий – Константинополя и проливов, а выполнять обещаний очень не хотели. Главное заключалось в том, что мировая закулиса стремилась установить новый мировой порядок. Это была одна из целей Первой мировой войны. Но там понимали, что пока есть православная самодержавная монархия, нового порядка не будет. Россия никогда бы не дала так унижать Германию, свергать монархии по Европе, так обдирать и грабить себя, как этим занялись союзники при кровавом большевистском режиме. Большевики, как агентура Запада, этому полностью потворствовали.

Создание СССР – план полковника Хауса. Я читал рекомендации, которые были присланы Ленину о создании государства из независимых республик, но подчиненных Москве. Ведь если бы были созданы полностью независимые клочки территории, их труднее было бы контролировать. Опорой в планах создания нового мирового порядка должна была стать Красная армия. Причем, мировая закулиса контролировала советский режим очень долго. Попытки Сталина вырваться из-под этого контроля закончились для него плачевно. Присутствие закулисы здесь было всегда. И не могло быть иначе, поскольку свободной Россия могла быть только при православной монархии.

Война бы закончилась в 1917-18 году. И кто мог бы сравниться с Россией после этого? Никто. Она становилась сверхдержавой №1, потому что кроме Германии воевать с Россией не мог никто. Даже Штаты того времени со своей сильной экономикой и флотом.

– Возвращаясь к трагедии предательства Николая II, как военные, дававшие присягу Государю, отвернулись от Него?

– Измена части генералитета в феврале 1917 года является классическим примером того, что значит, когда военный человек перестаёт считать Присягу, как нечто священное и незыблемое. Присяга гласила: «Я, нижеименованный, обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом, пред Святым Его Евангелием, в том, что хочу и должен Его Императорскому Величеству, своему истинному и природному Всемилостивейшему Великому Государю Императору Николаю Александровичу, Самодержцу Всероссийскому, и Его Императорского Величества Всероссийского Престола Наследнику Цесаревичу Алексею Николаевичу, верно и нелицемерно служить, не щадя живота своего, до последней капли крови…».

Алексеев, Рузский, Брусилов – изменяли Царю не потому, что были германскими шпионами, и не потому, что они были масонами (что вовсе не означает их не принадлежность к членству в Военной Ложе), или тайными революционерами – а потому, что понятие Царь и Отечество у них были «разняты на два понятия». Они не могли ни оценить, ни понять ни благородство Царя, ни его подвиг с принятием командования, ни его жертвенности, ни того, что только Царское имя держало Россию и фронт от развала. Этих людей Царь, воспринимая их личные таланты, заслуги и способности, поставил руководить войсками. И они должны были войти в Берлин в свите Императора Николая II как победители. Алексеев стал бы князем, они получили бы дворянские титулы, величайшую славу своим потомков. Для Багратиона, Барклая Де Толли, Кутузова это было бы величайшей наградой и пиком карьеры. А эти променяли все на чечевичную похлебку в надежде на то, что вместе с Керенским и Гучковым будут управлять Россией. Алексеев был опытным штабистом, хорошим генералом на своем месте, но, к сожалению, человеком с дурными задатками, который сыграл роковую роль в свержении законной власти. Во-первых, он заманил Государя в Ставку из Петрограда в то время как Николай II не собирался уезжать из столицы. Во-вторых, после отъезда Царя из Ставки он сделал все, чтобы железные дороги оказались в руках мятежников, и потом занимался давлением и подлогами в отношении так называемого отречения Императора.

– Почему от защиты законной власти отказались строевые части, нижние чины, солдатская масса?

– Командир Собственного Его Величества железнодорожного полка генерал-майор Цабель приказал солдату Михайлову выковырять со своего погона вензель Государя, потому как собирался на митинг идти (!). Солдат ответил – такой мерзостью не занимался, не занимаюсь, и не приведи Господь когда-либо заниматься. И таких солдат было очень много. Но что может солдат без командира? А потом солдаты стали голосовать ногами – покидать окопы и дезертировать. За кого они должны были воевать? За Керенского?

Нужно четко понимать, что с падением государственной власти, отстранением Государя Россия больше за свои интересы не воевала, а воевала за интересы Англии, Франции, Америки, кого угодно.

Говоря о предательстве, надо отметить самое страшное – предала аристократия, высшие круги армии.

– При этом Корнилов раздавал Георгиевские кресты убийцам, стрелявшим в спины офицерам!

– Корнилов был человеком недалеким, но страшно честолюбивым. Совершенно не понятно восхваление Корнилова. Есть такое выражение в его отношении: «Он по-своему любил России». Какая разница, любил Корнилов Россию или ненавидел? Это человек, которого все время играли втемную. Как играла его английская разведка вместе с Рейли и Савинковым с так называемым «корниловским» мятежом.

– Ваше мнение о кампании по героизации Белого движения.

– Белое движение было разным и неоднородным. Безусловно, мы должны в ноги поклониться подлинным героям Белой борьбы: полковнику Дроздовскому, генералу Каппелю, генералу Макарову. Именно они и сотни тысяч других русских людей: офицеров, солдат, рабочих, крестьян положили свои головы, чтобы раздавить большевистскую гидру. Но трагедия Белого дела заключается в том, что в его руководстве, особенно в начале, оказались люди, совершенно не белые, а скорее «розовые», а то и красные. Чем от красных отличалась, например, «армия КОМУЧа», которая освобождала Екатеринбург 25 июля 1917 года? У них не было погон и кокард, они входили в Казань под звуки «Марсельезы». Другое дело, что к этому движению примыкало много людей, офицеров-монархистов, крестьян, которые ненавидели большевиков.

Дроздовский, Каппель, Марков, Кутепов, которые не запятнали себя изменой Царю… Они были монархистами. А у нас выбирали белых героев из либералов.

Непонятна трагическая фигура адмирала А. В. Колчака, окруженная откровенными врагами России. У него в правительстве были Пепеляевы – агенты Сидни Рейли. У него в штабе был Зиновий Свердлов, родной брат которого Янкель Свердлов был одним из главарей большевизма. Конечно, многое зависело не от Колчака, он во многом был заложником ситуации. Но нельзя забывать, что Колчак не имел никакого права присваивать себе прерогативы Государя и объявлять себя «верховным правителем» России. Единственно, что могло спасти Белое дело, если бы его руководители взяли чёткую ориентацию на монархическую реставрацию. То есть, вместо верховных правителей провозгласили себя, как Франко в Испании, местоблюстителями российского престола.

Лидеры белых этого не сделали. Вот, например, генерал-лейтенант барон Пётр Николаевич Врангель. Личность лично ничем не запятнана. До конца дней своих был убеждённым монархистом. Но будучи главой белого Крыма, не смог никогда признаться в этом официально. Опять-таки, кто был в его окружении в Крыму? Петр Струве, масон Кривошеин, Базили, который подделывал царский манифест, Бернадский – бывший министр финансов Временного правительства. Это и было Белое правительство Крыма. Они прикрывались именем Врангеля для своих целей. Могло ли такое правительство выиграть войну за Россию? Конечно, нет!

Но не стоит забывать, что Белое движение дало нам свет в конце тоннеля. Оно закончилось не врангелевским Крымом, а Земским Собором 1922 года во Владивостоке, на котором генерал М. К. Дитерихс сказал о том, что «мы надеемся и верим, что над Россией установится истинная власть Божьего помазанника. Творец нам не дал победы именно потому, что мы отвернулись от Божьего помазанника». Этот Земский Собор провозгласил восстановление монархии в России. Это и есть Белое движение, настоящая Белая борьба.

На мой взгляд, мы должны поднимать Белое, но не розовое движение. Кстати, Белой армией называли армию французского короля, на знаменах которой было написано «Бог и король». Что было на знаменах Белого движения? Они даже себя русской армией не называли. Первым это сделал Врангель. Краснов вообще воевал за «Казакию».

– Зачем была придумана схема с ложным отречением Николая II в пользу Великого Князя Михаила Александровича?

– Затем, что тем, кто свергал Царя, нужно было не просто поменять одного монарха на другого, а вообще уничтожить русскую монархию. Если бы престол передавался малолетнему Цесаревичу Алексею Николаевичу, то свержение монархии чрезвычайно усложнилось бы. Поэтому «передали» власть Великому Князю Михаилу Александровичу, который был женат морганатическим браком и который не имел законного наследника. Отказ Великого Князя от престола было организовать гораздо легче, чем отказ Алексея Николаевича, который вообще был невозможен в связи с его несовершеннолетием.

– Кто из нас, маловерных, способен на подвиг Государя, имевшего возможность вывести семью за границу, но оставшегося в России с семьей, заранее обрекая себя и близких на мученичество?

– Для того чтобы поставить себя на место Государя, нужно иметь сострадание. К сожалению, его не имеет огромное количество людей. У нас – жестоковыйное общество, в котором люди перестали понимать, что такое сострадание к другому человеку, что еще оставалось в советское время. Это на Западе давно наступило омертвление, такие процессы начинаются и у нас.

– Вы имеете личное отношение к Царской семье, ваш прадед остался верным Царю и был убит в Ипатьевском доме. Что для Вас значит подвиг прадеда?

– Я чту память прадеда, погибшего за Царскую семью. Более того, он прославлен Русской Зарубежной Церковью. Скорее всего, мои труды состоялись по его молитвам. Но мой интерес к теме вызван, прежде всего, личностью Императора Николая II. Именно за такого святого Государя и погиб мой прадед, как и все, кто погиб за Царя в Екатеринбурге.

Кто стоит в добре, тот всегда будет ненавидим этим миром. Николай II ненавидим этим миром, но те, кто знал его лично, его очень любили, благоговели перед ним, потому что видели, что это необыкновенная личность, не только как Царь, но и как именно человек.

Безусловно, склоняя головы перед теми, кто погиб вместе с ним, мы чтим их память потому, что, прежде всего, они остались верными своему Царю. Те, кто погиб с Царской семьей, – как капля, в которой отражается солнце. В ней отразились почти все сословия России. Высшая аристократия в лице Долгорукова, дворянство в виде графа Татищева, мещане в виде Харитонова и Демидовой, крестьяне в виде Труппа. Вместе с православными католик Трупп, лютеранка Шнейдер, мусульманин хан Нахичеванский, который погиб за Царя в Петрограде. Вся Россия оказалась в этом маленьком кружке.

У прадеда была возможность покинуть Императора в Александровском дворце, в Тобольске, но в Екатеринбурге уже нет. Они были обречены на мучительную смерть.

– Какие доказательства того, что это убийство носило ритуальный характер?

– О ритуале этого убийства я подробно изложил в своей книге «Свидетельство о Христе до смерти». Да, на мой взгляд, есть много фактов, свидетельствующих о том, что это был сатанинский, чернокнижный ритуал, который носил наднациональный характер. Люди, которые это совершали, были адептами страшного учения – сатанизма. Есть много признаков того, что это было совершено с помощью холодного оружия, обескровливания, последующего расчленения и сожжения жертв.

– Есть версия, что головы Государя и Наследника были привезены в Москву и демонстрировались вождям?

– Есть такая версия. Наиболее достоверными высказываниями являются слова генерала Мориса Жанена, который от имени Антанты руководил расследованиями убийства в Ипатьевском доме. Он прямо пишет, что головы были помещены в ящик с опилками и увезены неким Апфельбаумом. Это был Зиновьев. Второе интересное высказывание принадлежит Труфанову – бывшему Илиодору, к тому времени – члену секты, провозгласившему себя «Патриархом», который был в Кремле по приглашению сектанта-беспоповца Калинина. В одной из комнат, где собирались обсуждать «церковную реформу», он видел отчлененную царскую голову, о чем и рассказал.

– В России пытаются поднять тему реабилитации Власова. В чем прослеживается связь тех, кто предал Государя, с Власовым?

– Сам Власов как личность никого не интересует. Но есть попытка представить его предательство и измену Родине как нечто, заслуживающее уважения, что можно оправдать. Якобы, он так ненавидел режим, что решил пойти с немцами. А Власов был троцкистом по своей сути, человеком, повинным в массовых репрессиях военнослужащих в 1937 году, являясь членом военного трибунала. Он был на хорошем счету у Сталина, восхищался им на словах, но на самом деле думал только о том, как бы хорошо устроиться в жизни. Думаю, что за ним стояли определенные силы, его вели. И его переход к немцам не был случайным.

Он предавал всех – сначала предал Церковь, бросив учебу в семинарии, предавал своих жен, любовниц, предал Сталина. Потом предал немецких генералов, перешел к Гиммлеру, но предал и его. Власов – человек, для которого измена стала вторым дыханием, второй сущностью.

Но попытки героизировать и обелить Власова обречены на провал. С Власовым этот номер не пройдет – нет духа, нет перспективы – народ очень негативно относится к Власову.

– Спасибо за беседу.

– Спасибо Вам. Завершая нашу встречу, скажу, что, на мой взгляд, человек не может себя считать православным, если отрицает подвига Царя или, еще хуже, хулит Царя. Отношение к Царю – лакмусовая бумажка. Это вопрос православного духа. И прославление Царской Семьи изменило многое. В лице святых Царственных Мучеников появилась мощная защитная стена, о которую разбивается всё плохое, что угрожает России.

Беседовал Юрий Котенок

Что заставило Николая II отречься от престола&nbsp

2 марта 1917 года по старому стилю Николай II отрекся от престола за себя и за своего сына Алексея. Февральскую революцию он провел не в одной из своих резиденций и даже не в Ставке, а в заблокированном поезде, на котором самодержец пытался прорваться в охваченную анархией столицу. До последнего момента император не верил в близость своего отречения. И лишь череда обстоятельств заставила его отказаться от власти.

«Кругом измена, трусость и обман»

27 февраля 1917 года всеобщая забастовка в Петрограде переросла в вооружённое восстание. Николай II в это время находился в Ставке Верховного главнокомандующего в Могилеве — Первая мировая война была в самом разгаре. Именно отдаленность от эпицентра событий стала его роковой слабостью. Все последующие дни монарх с трудом представлял ситуацию в столице. Информация из его источников была запоздалой и противоречивой.

Вечером 27 февраля Николай должен был решить: идти на уступки протестующим или подавить недовольство самым решительным образом. Венценосец склонился ко второму варианту. В Петроград отправился карательный отряд, который возглавил генерал Николай Иванов. Однако, приблизившись к Царскому Селу и встретившись с тамошним гарнизоном, поддержавшим революцию, военный отвел свои силы от столицы.

1 марта за отречение императора высказались командующие всех фронтов. До этого дня они были беспрекословно лояльны к монарху, но теперь единодушно пожертвовали царем, чтобы (как многие думали) спасти династию и продолжить войну с Германией, не превращая ее в гражданскую.

Тем временем самодержец попытался вернуться из Ставки в Царское Село. Царский поезд добрался до станции Дно. Дальше его не пустили. Заблокированный Николай отправился в Псков. Там его ждало сообщение от Родзянко, уговаривавшего правителя отречься в пользу сына, при котором в качестве регента останется Великий князь Михаил Александрович. Предложение было передано командующим Северным фронтом Николаем Рузским.

Сначала император колебался. Время, однако, работало против него. Вскоре в Псков пришло сообщение о просьбе всего военного командования страны об отречении. Подавленный этой вестью Николай написал в своем дневнике, ставшую крылатой фразу «кругом измена, трусость и обман».

За себя и за сына

2 марта, на четвертый день второй русской революции, после полудня Николай был в своем поезде на станции Псков. Он пригласил к себе семейного врача профессора Федорова.

— В другое время, доктор, я не задал бы вам подобного вопроса, но наступил очень серьёзный момент, и я прошу вас ответить с полной откровенностью. Будет ли мой сын жить, как все живут? И сможет ли он царствовать?

— Ваше Императорское Величество! Я должен вам признаться: по науке, Его Императорское Высочество не должен дожить и до 16 лет.

После этого разговора Николай II решил отречься и за себя, и за сына. У 12-летнего наследника была гемофилия, которую он унаследовал по материнской линии от английской королевы Виктории. Отец не желал оставлять хрупкого сына один на один с революцией. Они так и не расстались и в итоге вместе же и погибли.

В 10 часов вечера к царю в Псков прибыли два депутата Государственной думы: Александр Гучков и Василий Шульгин. Именно они стали живыми свидетелями того, как Николай сначала написал, а затем подписал документ о своем отречении. По воспоминаниям очевидцев, Николай сохранял спокойствие. Шульгин лишь отмечал, что выговор монарха стал другим — гвардейским. Депутат переживал, что приехал к царю в смятом костюме и небритым.

Формально отречение произошло в пользу брата Николая Михаила. Тот был в Петрограде и также отказался от власти. Свою бумагу он подписал 3 марта. Свидетелем случившегося был один из лидеров партии кадетов Владимир Набоков — отец знаменитого писателя. Так получила легитимность власть Временного правительства.

Постскриптум

После отречения Николай отбыл в Царское Село и воссоединился со своей семьей. Гражданин Романов попросил у Керенского разрешения уехать в Мурманск и оттуда на корабле эмигрировать в Англию к своему двоюродному брату Георгу V (а после войны вернуться в Россию и поселиться в Ливадии в качестве частного лица).

Глава Временного правительства дал свое согласие. Начались переговоры с британским парламентом, также завершившиеся успехом. Отъезд Николая отложили из-за того, что дети Романовых заболели ветрянкой. А вскоре английский король свое приглашение двоюродному брату отозвал. Георг испугался критики левых в парламенте, поднявших крик недовольства по поводу приезда сверженного царя.

Вскоре Николая отправили в Тобольск — ссылка стала гибельной для всей его семьи. Британский посол Джордж Бьюкенен рыдал в кабинете Керенского, сообщая о решении своего короля. Николай роковую новость принял невозмутимо.

Как сложились судьбы тех, кто предал Николая II?

Император Николай II (справа) с генералами Михаилом Алексеевым, Алексеем Эвертом и Алексеем Поливановым (слева направо) на Западном фронте Фото: РИА Новости

Почему в экономически устойчивой России в 1917 г. стало возможным свержение Николая II? Всё дело в морально-нравственном состоянии людей, которые оказались рядом с государем, уверен кандидат исторических наук Пётр Мультатули.

— Для заговорщиков, среди которых немало генералов, было очевидно, что осенью 1917 г. Антанта и Россия выиграют Первую мировую войну. Мы не пустили немцев дальше Царства Польского. А в 1916 г. начали сокрушительное наступление.

Предатели понимали: царь войну выиграет и никакого переворота не будет. А для них переворот стал важнее защиты Родины от внешнего врага, важнее собственного народа. Заговорщиками были начальник Штаба Ставки генерал Алексеев и командующие фронтами: Северного — генерал-адъютант Рузский, Юго-Западного — генерал Брусилов, Западного — генерал Эверт. Все они выполняли указания председателя Думы Родзянко и его соратника Гучкова. Им обещали, что они станут первыми лицами в новом государстве, но в итоге обманули. «Рассчитали, как прислугу», — напишет позже Алексеев, которого Временное правительство погонит в шею. А ведь именно названные мною генералы арестовали Николая II, разослали по фронтам лживые телеграммы о его якобы отречении, посеяв в стране и на передовой смуту.

Господь этих предателей быстро забрал. Алексеев умер от тифа. Корнилову оторвало голову — снаряд влетел в дом именно в ту комнату, где он находился. Брусилов был обречён на страшные мучения совести, потому что, перейдя на службу к «красным», уговаривал «белых» офицеров сдаваться, давал расписки, что их не тронут. А их всех убили. Генерал Эверт — единственный, кто покаялся, сказав: «Мы предали царя и достойны смерти». Он был арестован ОГПУ и убит во время конвоирования. Рузского в 1918 г. «красные» черкесы разрезали на куски.

Государю ставят в вину, что он позволил себя предать. А как быть со Сталиным, которого критики Николая II приводят в пример? Сталин позволил дважды сменить свою личную охрану, убрав Власика, который был предан ему, как собака. В итоге он сутки с инсультом пролежал на полу — к нему никто не подходил.

Но в случае с Николаем II важно, что большая часть офицерства осталась ему верна, поэтому Временному правительству пришлось сразу же уволить 50 генералов. Было множество случаев, когда офицеры отказывались присягать новой власти. Когда говорят, что армия, дворянство, Церковь предали Николая II, — это не так. Предавали конкретные люди. И пьяная гульба по случаю Февральской революции шла только в Петрограде и ещё в нескольких городах. В остальной России народ либо молчал, либо писал прошения «вернуть царя». Показательно письмо того времени из провинции в адрес Учредительного собрания: «Прошу передайте Батюшкѣ Николаю привѣтъ. Мы за Него молимся, чтобы Онъ всталъ на Престолъ…Я и другіе, много насъ, хотимъ голосовать за Батюшку — Царя Николая, при Которомъ насъ, бѣдняковъ, никто не трогалъ и всё было доступно и дешево, а хлѣба было много; а теперь при новомъ вашемъ правительствѣ одни грабежи и насилія, и жаловаться некуда…» (Госархив, ф. 1781, оп. 1, д. 20)

Как русский народ в 1917 г. нарушил клятву и предал своего царя Николая II. Людмила Хухтиниеми

Император Николай II в Ставке. Могилев
В марте 1917 года, во время революционного переворота в России, произошла смена власти. Масоны мировых сообществ добились желаемого результата – Царь оставил Трон. Это удалось через десятилетия планируемых ими условий доведения до крайнего обострения внутренних противоречий в Российской Империи, ослабления доверия к власти, при финансовой поддержке революционных сил.
Государь Николай Александрович из Ставки Главнокомандующего в Могилёве отправился в Царское Село – в столице было восстание, Цесаревич и дети больны корью, но проехать прямо было уже нельзя и, Царский поезд, по указанию Государя, последовал в Псков.
Из дневника Государя Николая Александровича:
27 февраля. Понедельник. «В Петрограде начались безпорядки несколько дней тому назад; к прискорбию, в них стали принимать участие и войска. Отвратительное чувство быть так далеко, и получать отрывочные нехорошие известия! Был недолго у доклада. Днем сделал прогулку по шоссе на Оршу. Погода стояла солнечная. После обеда решил ехать в Царское Село поскорее и в час ночи перебрался в поезд».
28 февраля. Вторник. «Лег спать в 3 1/4, т.к. долго говорил с Н.И. Ивановым, которого посылаю в Петроград с войсками водворить порядок. Спал до 10 часов. Ушли из Могилева в 5 час. утра. Погода была морозная, солнечная. Днем проехали Вязьму, Ржев, а Лихославль в 9 час».
1 марта. Среда. «Ночью повернули с М. Вишеры назад, т.к. Любань и Тосно оказались занятыми восставшими. Поехали на Валдай, Дно и Псков, где остановился на ночь. Видел Рузского… Гатчина и Луга тоже оказались занятыми! Стыд и позор! Доехать до Царского не удалось. А мысли и чувства все время там! Как бедной Аликс должно быть тягостно одной переживать все эти события! Помоги нам. Господь!».
В Пскове, при первом продолжительном свидании Государя с Главнокомандующим Северным фронтом Н. В. Рузским, сразу же определилось создавшееся положение. Рузский в настойчивой, в резкой форме доказывал, что для спокойствия России, для удачного продолжения войны, Государь должен передать Престол Наследнику при Регентстве брата, Великого князя Михаила Александровича. «Временное правительство» требует оставления Трона Его Величеством.
«Когда же мог произойти весь этот переворот», — спросил Государь. Рузский ответил, что это готовилось давно, но осуществилось после 27 февраля, т.е. после отъезда Государя из Ставки. «Дело зашло слишком далеко. Остаётся сдаться на милость победителя, и без допустимости борьбы, которая была бы безполезной, так как Высшее Командование против Императора», — сказал Рузский Государю.
В Ставке, директором политической Кацеляриии при Верховном Главнокомандующем, Базили, по поручению и редактировании Генерала Алексеева вырабатывался Манифест об отречении.

Император Николай II в рабочем кабинете Царского поезда. Художник В.Р. Алексеев
Перед Царём встала картина полного разрушения Его власти и престижа, полная его обособленность, у него пропала уверенность в поддержке со стороны армии, если главы ее, Командующие армией, в несколько дней перешли на сторону врагов Царя.
2 марта. Четверг. «Утром пришел Рузский и прочел свой длиннейший разговор по аппарату с Родзянко . По его словам, положение в Петрограде таково, что теперь Министерство из Думы будто безсильно что-либо сделать, т.к. с ним борется социал-демократическая партия в лице рабочего комитета.
Нужно мое отречение. Рузский передал этот разговор в ставку, а Алексеев всем Главнокомандующим. К 2 1/2 час. пришли ответы от всех. Суть та, что во имя спасения России и удержания армий на фронте в спокойствии нужно решиться на этот шаг. Я согласился. Из Ставки прислали проект Манифеста. Вечером из Петрограда прибыли Гучков и Шульгин, с которыми я переговорил и передал им подписанный и переделанный Манифест. В час ночи уехал из Пскова с тяжелым чувством пережитого. Кругом измена, и трусость, и обман!».
Непритворная любовь к Родине, боясь не за себя, а за судьбу Отечество, за ход продолжения войны, Государя сказал: «Если я помеха счастью России и меня все стоящие ныне во главе её общественных сил просят оставить Трон и передать его сыну и брату своему, то готов это сделать, готов даже не только Царство, но и жизнь отдать за Родину. Я думаю, в этом никто не сомневается из тех, кто меня знает».
В самый день отречения, 2 марта, Генерал Д.Н. Дубенский, состоявший при Ставке в качестве Придворного историографа, записал слова Министра Императорского Двора В.Б. Фредерикса: «Государю глубоко грустно, что его считают помехой счастья России, что нашли нужным просить его оставить Трон. Ведь вы знаете, как он трудился за это время войны. Вы знаете, как плохо было на фронте осенью 1915 года и как твердо стоит наша армия сейчас, накануне весеннего наступления.
Вы знаете, что Государь сказал, что «для России я не только Трон, но жизнь, все готов отдать». И это он делает теперь. Мне несколько раз говорил Государь: «Я так боюсь за семью и Императрицу, у меня надежда только на графа Бенкендорфа «. Государь страшно страдает, но ведь это человек, который никогда не покажет на людях свое горе».
В эти черные дни предательства и измены тех, кто давал Присягу и целовал Крест на верность Царю, Лейб-хирург С. П. Фёдоров, в числе немногих, поддерживал Государя. В разговоре с Государем о Наследнике, он сказал: «Если Алексей Николаевич хотя и может прожить долго, но болезнь его не излечима». О положении России, если Государь оставит Трон, Государь ответил: «Я буду благодарить Бога, если Россия без меня будет счастлива … но мне очень тяжело оставлять родину, Россию».
2 (15 нового стиля) марта 1917 года Граф Фредерикс, около трёх часов дня, после завтрака с Государем, по-французски, сказал собравшимся: «Всё кончено, Государь отказался от Престола и за себя и за Наследника Алексея Николаевича в пользу брата своего Михаила Александровича и послал об этом через Рузского телеграмму в Думу».

В Царском вагоне: Министр Двора Барон Фредерикс, Дворцовый комендант В. Н. Воейков, Генерал Н.Рузский, В.В.Шульгин, А.И.Гучков, Император Николай II. 2 марта 1917 г. Государственный исторический музей
Генерал А. И. Спиридович: «В тот вечер Государь был побеждён. Рузский сломил измученного, издёрганного морально Государя, не находившего в те дни около себя серьёзной поддержки. Государь сдал морально. Он уступил силе, напористости, грубости, дошедшей в один момент до топания ногами и до стучания рукою по столу. Об этой грубости Государь говорил с горечью позже своей Августейшей Матушке и не мог забыть это даже в Тобольске».
Генерал-адъютант К. Д. Нилов: «Измена подготавливалась давно и в Ставке и в Петрограде. Думать, что разными уступками можно помочь делу и спасти Родину, по моему, безумие. Давно идёт ясная борьба за свержение Государя, огромная масонская партия захватила власть и с ней можно только открыто бороться, а не входит в компромиссы».
Старец Николай Гурьянов: «Святой Царь не отрекался, на нём греха отречения. Он поступил как истинный христианин, смиренный Помазанник Божий. Ему надо в ножки поклониться за его милость к нам, грешным. Не он отрёкся, а его отвергли».
Все эти дни с 1 марта Государь был в кубанской пластунской форме, выходил на воздух, несмотря на свежую ветреную погоду, без пальто в одной черкеске и башлыке.
Когда Царь Николай Александрович оставил Трон, он немедленно написал матери, Вдовствующей Императрице. В письме он сообщил, что хочет поехать в Могилев, в свой Штаб, Ставку, чтобы попрощаться и передать другим дальнейшее ведение войны.

Художник Павел Рыженко. Прощание с конвоем. 2004 г.
Лейб-казак Т. Ящик: «Как только Императрица получила письмо Царя, она отдала приказ подготовить ее личный поезд. Я получил приказ сопровождать её и маленькую группу сопровождающих. 3 марта выехали в Могилев Великий Князь Александр Михайлович, фрейлина Императрицы Графиня 3.Г. Менгден, Гофмейстеры Г. Д. Шервашидзе и С. А. Долгорукий. Царь уже приехал туда, и сразу же передал командование своему дяде, Николаю Николаевичу, который был переведен на Кавказский фронт, когда Царь сам взял на себя обязанности Верховного Главнокомандующего.
Во время пребывания в Могилеве Вдовствующая Императрица жила в своем вагоне. Царь, сопровождаемый несколькими офицерами, несколько раз приходил, чтобы с ней поговорить. Она не покидала свой вагон. Во второй половине третьего дня Императрица позвала сына обедать в свой вагон-столовую. В 4 часа пополудни в вагон внезапно зашли три посланца новых властей. Их легко было узнать по их красным повязкам. Они вежливо, но решительно сообщили, что пришли отправить Царя обратно в Санкт-Петербург, где требуется его присутствие.
Государь знавший, что всё кончено, сразу поднялся и подошел, чтобы попрощаться с матерью. Императрица обняла, ласково поцеловала и благословила его. Она очень плакала – больше, чем я когда-либо до и после этого я видел, как плачет сильная датская Принцесса. Царь прослезился, взял свою шинель и меховую шапку и сказал, что он готов следовать за ними. Бывшая Императрица видела своего старшего сына в последний раз. Но всю свою жизнь, она постоянно и твердо верила, что она снова его увидит».
8-го марта. Среда. «Последний день в Могилёве. В 10 ч. подписал прощальный Приказ по армиям. В 10½ ч. пошёл в Дом дежурства, где простился со всеми чинами Штаба и Управлений. Дома прощался с офицерами и казаками Конвоя и Сводного полка — сердце у меня чуть не разорвалось! В 12 час. приехал к Мама́ в вагон, позавтракал с ней и её свитой и остался сидеть с ней до 4½ час. Простился с ней, Сандро, Сергеем, Борисом и Алеком. Бедного Нилова не пустили со мною. В 4.45 уехал из Могилёва, трогательная толпа людей провожала. 4 члена Думы сопутствуют в моем поезде! Поехал на Оршу и Витебск. Погода морозная и ветреная. Тяжело, больно и тоскливо».
Н.И.Тихменев, генерал-лейтенант Генштаба: «Ровно в 11 часов в дверях показался Государь. Поздоровавшись с Алексеевым, он обернулся направо к солдатам и поздоровался с ними негромким голосом… «Здравия желаем, Ваше Императорское Величество», – полным, громким и дружным голосом отвечали солдаты…
Государь говорил громким и ясным голосом, очень отчетливо и образно, однако, сильно волнуясь… «Сегодня я вижу вас в последний раз, – начал Государь, – такова Воля Божия и следствие моего решения». Он благодарил солдат за верную службу Ему и Родине, завещал, во что бы то ни стало довести до конца борьбу против жестокого врага, и когда кончил, напряжение залы, все время сгущавшееся, наконец, разрешилось. Сзади Государя кто-то судорожно всхлипнул.
Достаточно было этого начала, чтобы всхлипывания раздались сразу во многих местах. Многие просто плакали и утирались… Офицеры Георгиевского Батальона, люди, по большей части несколько раз раненые, не выдержали: двое из них упали в обморок. На другом конце залы рухнул кто-то из солдат-конвойцев. Государь не выдержал и быстро направился к выходу…». Так Армия прощалась со своим Царем, – рыдая, вскрикивая, падая в обмороки. О воинской Присяге, от которой Государь не освободил свое Воинство, о Клятве защищать Императора «до последней капли крови» не вспомнил никто.
9 марта Царь вся Руси, Николай Александрович, прибыл в Царское Село в качестве гражданского «полковника Романова».
9-го марта. Четверг. «Скоро и благополучно прибыл в Царское Село — в 11ч. Но, Боже, какая разница, на улице и кругом Дворца, внутри парка часовые, а внутри подъезда какие-то прапорщики! Пошёл наверх и там увидел душку Аликс и дорогих детей. Она выглядела бодрой и здоровой, а они все лежали в темной комнате. Но самочувствие у всех хорошее, кроме Марии, у кот корь недавно началась. Завтракали и обедали в игральной у Алексея. Видел доброго Бенкендорфа. Погулял с Валей Долг. и поработал с ним в садике, т. к. дальше выходить нельзя! После чая раскладывал вещи. Вечером обошли всех жильцов на той стороне и застали всех вместе».

Государь под арестом в Царском Селе
А.А. Танеева: «Революционный переворот был уже в принципе решенным делом. Для осуществления революции требовалось лишь взорвать Краеугольный камень Русской государственности — самого Государя!
Государь хорошо знал, что почти все близкие родственники настроены против него и замышляют свержение его с Престола, чтобы наречь Государем Кирилла Владимировича. Но ни Государь, ни Государыня не принимали серьезно семейных сплетен, так как они были уверены в верности Престолу народа и армии. Государь имел кое-какие сведения о деятельности сэра Джорджа Бьюкенена. Знали, что он поддерживает Дворцовый переворот.
В одну из ночей, перед тем как Государю возвратится из Могилева, Государыня, арестованная Керенским, с Великой княжной Марией пошли в Сводный полк Их Величеств. Полк собирался покинуть Государя и Государыню, чтобы присягнуть в верности Временному правительству. Государыня разговаривала с солдатами не так, как правительница с подданными, а как мать со своими заблудшими детьми, и просила их защитить семью Государя от насилия дебоширствующей толпы.
Все Дворцовые лестницы и коридоры были заполнены революционными солдатами. Дети, больные корью, лежали в большой детской комнате. Государь, смирившись, ходил по парковой аллее под конвоем солдат. Государыня с истомленным видом, в белом докторском халате стояла, следя из окна за уходом последних преданных Их Величествам полков — Морской гвардии, офицеров «Штандарта», полка Личной охраны и других. Они уходили в Думу, чтобы присягнуть в верности Временному правительству.
Воспоминания о последних днях, проведенных в Царском Селе, тяжелые. Я видела слёзы на глазах Государя, когда он рассказывал о предательстве Высшего военного командования, Генералов, командиров полков, особенно Генерала Алексеева, которого он так сильно уважал и на которого полагался, о предательстве Великих князей, своих слуг, о том, как его вынудили под угрозой убийства семьи отречься от Престола. «Государыне никто не причинит вреда, не перешагнув вначале через мой труп»,— был ответ Государя на угрозу. «Куда ни посмотрю,— сказал он,— кругом измена». Особенно его оскорбила телеграмма Великого князя Николая Николаевича, в которой тот призывал Государя отказаться от своей Монаршей власти.
Я обратила внимание на возможность уехать за границу, но Государь сказал, что он никогда не покинет свою Родину. Он был готов жить простой жизнью крестьянина и зарабатывать свой хлеб физическим трудом, но Россию он не покинул бы. Они надеялись, что смогут жить скромными землевладельцами в Крыму.
От Государя требовали внутренних политических преобразований. По его словам, он считал, что вначале надо победить врага, а после этого можно будет взяться за внутренние усовершенствования, одновременно делать то и другое было невозможно.
Когда я вспоминаю все события того времени, мне кажется, будто Двор и Высший свет были как бы большим сумасшедшим домом, настолько запутанно и странно все было. Единственно безпристрастное изучение истории на основании сохранившихся документов сможет внести ясность в ту ложь, клевету, предательство, неразбериху, жертвами которых, в конце концов, Их Величества оказались».
Православный Русский Царь, по словам его предателей, был «помехой счастью России». Прошло более 100 лет, где оно, это счастье?
«Большая партия масонов» сделала и продолжает делать своё дело. Прав был ближайший друг Государя, К.Д. Нилов, что с «ней можно только открыто бороться, а не входит в компромиссы». Россия стала оккупированной территорией мирового сионизма, им управляется, ему подчиняются земные богатства, денежные средства, люди, действия которых будут отслеживаться, управляться и блокироваться, если они не оправдывают доверия антихристовой власти. Виновники гибели России остаются неприкосновенными личностями. Их именами названы города, улицы, площади, за каждым словом скрывается образ или образный посыл. Измена, трусость и обман продолжаются.
С цифровизацией наступает жизнь человека в глобальной сети, с помощью которой будут «отслеживать» каждого жителя в режиме реального времени.
Священномученик Ипполит Римский: «Таково будет (надписание) и печать во времена этого ненавистника добра: «Отрекаюсь от Творца неба и земли; отрекаюсь от Крещения; отрекаюсь от служения моего (Богу), и присоединяюсь к тебе, и в тебя верую»…
Он пошлет, наконец, целые полчища демонов в горы, пещеры и расселины земные… чтобы отыскать скрывшихся от взоров его и привести их на поклонение ему. И вот, всех тех, которые уверуют в него, он запечатлеет печатью своей; а тех, которые не пожелают покориться ему, он подвергнет несравнимым наказаниям, жесточайшим мучениям и всевозможным ухищрениям, каких никогда не было, какие никогда не достигали человеческого слуха и каких никогда не видели взоры смертных…
Скорбную жизнь оплачет тогда вся земля, оплачет и море, и воздух, оплачет и солнце, оплачут и дикие звери вместе с птицами, оплачут горы, и холмы, и полевые деревья — и все это за то, что все отклонились от Святого Бога и уверовали в обольстителя, принявши начертание этого нечестивца и врага Божия вместо Животворящего Креста Спасителя.
Будут оплакивать и Церкви скорбь великую. Ведь тогда не будет совершаться ни Приношения, ни Воскурения, ни Службы, угодной Богу… не будет возноситься в те дни и Честное Тело и Кровь Христовы… и наступит мрак для людей и рыдание для рыданий, и стоны для стонов… Милосердный и Человеколюбивый Бог не оставит тогда род человеческий лишенным утешения и сократит те дни… ради остатка тех, которые укроются в горах и пещерах… чтобы не уничтожилась и фаланга этих святых».
Людмила Хухтиниеми
Источники:Отречение Николая II. Воспоминания очевидцев, документы / Ред. П. Е. Щеголева; Вступ. ст. Л. Китаева и . Дубенский Д.Н. Стр. 30, 38, 61, 64, 67, 70. 2-е изд., доп. — Л.Красная газета, 1927. Ящик Т.К. «Рядом с Императрицей». Воспоминания.»Анна Вырубова – фрейлина Государыни». СПБ, 2012 год.