Крепость баязет где находится сейчас

Краткий курс истории. Оборона Баязета

10 июля (н. ст.) 1877 года завершилась героическая оборона русскими войсками крепости Баязет в ходе Русско-турецкой войны 1877–1878 годов.

Предпосылки

Оборона крепости Баязет – один из самых героических эпизодов Русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Эта война стала важнейшим событием, оказавшим большое влияние на судьбы целого ряда европейских народов. Победа России вынудила Турцию отказаться от Сербии, Черногории, Румынии, ликвидировала турецкое господство в Боснии и Герцеговине, привела к созданию государства Болгария. Основной театр боевых действий находился на Балканах, но был еще и Кавказский фронт. Первоначально этот фронт считался второстепенным, но и здесь бои шли с не меньшим ожесточением. Русские войска должны были обеспечить безопасность своей территории и не дать перевести дополнительные турецкие силы в места основных военных действий. Специально для этих задач был создан особый корпус, во главе которого встал генерал Михаил Лорис-Меликов, который пересек границу и двинулся вглубь вражеской территории. Левый фланг фронта (Эриванский отряд) возглавлял генерал Арзас Тергукасов, которому и удалось захватить турецкую крепость Баязет (теперь это город Догубаязит на востоке Турции). В крепости был оставлен небольшой гарнизон, а основные войска двинулись в сторону Эрзерума.

Дворец Ицхак-паши. Современный вид крепости

Осада Баязета

Во главе гарнизона стоял подполковник А. Ковалевский, которого 24 мая (5 июня) заменил подполковник Г. Пацевич. Комендантом крепости был капитан Ф. Штокович. Турки знали, что в городе остался только небольшой гарнизон, и 25-тысячный отряд Фаик-паши и Кази-Магомеда заняли город Баязет. В осажденной крепости находилось примерно 1600 человек. Готовности к длительной обороне у русских войск не было. Все продовольствие осталось в захваченном городе, практически отсутствовала вода. Турки предприняли мощнейшую атаку против крепости. Подполковник Пацевич и ряд офицеров поняли, что оборонять крепость нет возможности, и приняли решение сдать ее неприятелю. Офицеры были отстранены от командования полковником Исмаил-Ханом Нахичеванским, который, как старший по званию, возглавил оборону крепости. Положение осажденных было плачевным из-за нехватки продовольствия и воды. Воду с риском для жизни добывали из протекавшего вблизи ручья. Двадцать три дня гарнизон отбивался от турок, и только 28 июня (10 июля) осада была снята Эриванским отрядом генерала Тергукасова. Турки были выбиты от Баязета.

Л. Ф. Лагорио. Освобождение гарнизона Баязетской цитадели в 1877 г.

Значение героической обороны Баязета

Стойкость русских солдат, оборонявших крепость, не допустила прорыва левого фланга Кавказской армии, не дала попасть туркам в Эриванскую губернию и, соответственно, защитила население от истребления. За героизм и инициативу полковник Исмаил-Хан Нахичеванский был награжден чином генерал-майора. Награды получили и освободители, и освобожденные. Заключенный Сан-Стефанский мирный договор закрепил Баязет и прилегающие к нему территории в составе России. Но решение Берлинского конгресса вернуло Баязет и Алашкертскую долину Османской империи. Во время Первой мировой войны эти земли вновь стали полем боя между русскими и турецкими армиями. Русские вновь штурмовали Баязет.

28 мая в центре Москвы состоялись торжества, посвященные 140-летию освобождения Болгарии от османского ига в ходе Русско-турецкой войны 1877–1878 годов. А на фонтанной площадке парка «Горка» Российским военно-историческим обществом была открыта выставка «Память о войне. 140 лет Русско-Турецкой Освободительной войне 1877–1878 годов».

140 лет назад началась оборона русскими войсками крепости Баязет

18 июня ровно 140 лет тому назад началось Баязетское сидение — одна из ярчайших страниц не только Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, но и во многовековой истории русской армии.

В эту войну Россия, традиционная защитница христианских народов Османской империи, выступая на защиту восставших балканских славян, уничтожаемых турецким деспотизмом (в одной только Болгарии было истреблено до 20 тыс. болгар), стремилась укрепить свое влияние на Балканах, пошатнувшееся по итогам Крымской войны.

Русско-турецкая война 1877–1878 годов, как и предшествовавшие, велась на двух театрах войны — Балканском и Малоазиатском. Первый широко известен русской общественности, в то время как о втором знают куда меньше. В этой связи обращение к событиям 140-летней давности является своеобразным восстановлением исторической памяти.

В самом начале войны, накануне перехода границы, русская армия была разделена на три отряда, из которых Эриванским отрядом, действовавшим на левом фланге, командовал генерал-лейтенант Арзас Артемьевич (Арташес Арутюнович) Тер-Гукасов (1819–1879).

Отряд состоял из 6602 штыков, 4014 сабель при 32 орудиях.

Задачи Эриванского отряда на начальном этапе были определены главнокомандующим русской армией, наместником царя на Кавказе великим князем Михаилом Николаевичем в обзоре Кавказско-Малоазиатского театра войны: «Эриванскому отряду… занять Баязет, стать на транзитный путь и, угрожая кочевьям курдов вплоть до оз. Ван, парализовать среди них враждебное движение и подчинить их своему авторитету». Общая же задача боевых действий в Азиатской Турции была определена им в рескрипте, направленном военному министру 10 ноября 1876 года: «Конечная цель наших военных действий со стороны Закавказья находится не в Азиатской Турции, а на Балканском полуострове.

Яков Сотников и Сергей Севастьянов (1-й Кавказский казачий полк). Кавалеры Георгиевского креста (за оборону Баязета)
Wikimedia

Цель эта будет тем ближе достигнута, чем больше турецких сил мы привлечем против себя и чем больше займем пунктов и пространства в Азиатской Турции».

Как показала история Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, Кавказская армия справилась с поставленной задачей. Когда основные силы Тер-Гукасова вошли вглубь Азиатской Турции, в тылу, в Баязете, остался маленький гарнизон, которому предстояло вписать свое имя в историю Российских вооруженных сил.

Основные события развернулись 6 июня, когда город Баязет атаковал 20-тысячный корпус неприятеля. Многочисленная курдская конница ворвалась в город и вынудила гарнизон с боями пробиться к цитадели. Ф. Булгаков писал: «Видя невозможность устоять против вдесятеро сильнейшего неприятеля, гарнизон наш, имевший всего 5 штаб-офицеров, 126 унтер-офицеров и 1461 рядового (т.е. всего 1622 чел.), отстреливаясь, заперся в цитадели, и город остался на произвол судьбы» .

В ходе уличных столкновений погибли три офицера и 150 рядовых, без вести пропали более 400 милиционеров. Окруженные в некоторых домах милиционеры вели круговую оборону, но вскоре все погибли. Комендант гарнизона Баязета капитан Федор Эдуардович Штоквич (1828–1896), сменивший на этом посту погибшего подполковника Е.Я. Ковалевского, в своем рапорте от 8 июля 1877 года командиру Эриванского отряда писал о событиях, произошедших в городе в ночь на 7 июня:

Капитан Ф.Э. Штоквич (1828-1896)

«Ночью была поражающая картина, видя которую солдаты плакали: резали мужчин, женщин и детей и еще живыми кидали их в огонь;

весь город был объят пламенем, везде раздавались крики, рыдания и стоны; это продолжалось три ночи; первую ночь свирепствовали куртины (курды), но остальные две ночи свирепствовали вместе с куртинами и регулярные пехота и кавалерия, и куртинские женщины».

Очевидец Баязетского сидения Г. Шеренц, чудом спасшийся в доме Исмаила-аги, в своих очерках вспоминает: «В 1877 году русская армия еще находилась в Алашкертской долине, отбивая наседающие войска курда Исмаила-паши, когда 3-го числа дошла весть, что разбойничьи шайки двух шейхов Обейдуллы и Джеллалэдина вместе с регулярными войсками Фаик-паши наступают на Баязет. На следующий день — 4 июня — отряд, состоящий из 1000 Карабахских удальцов — армян и татар, прибывший из Эривани под началом полковника Григора Мелик-Шахназаряна и Амбарцума Ахвердяна, дошел до Баязета».

Именно этот отряд 6 июня занял в нескольких домах круговую оборону, о которой свидетельствуют различные источники. Шеренц пишет, что многие из милиционеров в качестве военнопленных были отправлены в Ван, Багеш, Тигранакерт на потеху турецкой черни, а оставшиеся местные жители, которые не смогли найти своих близких в день нападения, укрылись вместе с гарнизоном в цитадели.

Что касается самого гарнизона Баязета, то он с самого начала решил до конца защищать цитадель и не сдаваться врагу. В приказе №3 от 6 июня 1877 года Ф.Э. Штоквич, обращаясь к защитникам крепости, говорил: «Всякая выдержанная стойко, с перенесением всяких трудов и лишений, осада прославляет наше Отечество, веру и оружие… Не забудьте и того, солдаты, что в 1828 году деды ваши защищали эту же самую крепость 12 дней, перенося геройски все труды и лишения; память о них не умерла и не умрет навеки».

А солдатам было действительно отчего падать духом: замок имел некоторое командование над нижним городом, но сам обстреливался со всех окрестных высот и большинства зданий старого города. Турки, воспользовавшись подобным расположением цитадели, с первых дней осады открыли по ней ураганный огонь из всех имевшихся в их распоряжении орудий. Комендант в своем рапорте великому князю от 4 июля 1877 года сообщал: «Все дни осады были похожи один на другой. Целый день с высот, окружающих крепость с трех сторон, сыпались пули, а с 8 июня ежедневно от 40 до 80 орудийных снарядов».

Заметим, что цитадель лишь условно могла быть признана таковой. Штоквичу даже пришлось дать распоряжение заложить ворота камнями, так как они из-за ветхости были пробиваемы не только снарядами, но и пулями.

Сильнее всего осажденные ощущали недостаток воды. Запасов, сделанных в гарнизоне, хватило лишь на пять-шесть дней. Причем первые два дня выдавалось по крышке воды, а последующие четыре дня по половине крышки в день на человека, больные же получали по две крышки.

Солдаты были вынуждены совершать ночные вылазки к ручейку, протекающему в 300 метрах от крепости.

И то небольшое количество воды, которое удавалось добыть после вылазок, каждый раз обходилось в 5–20 человек убитыми и ранеными. Вскоре эта вода приобрела трупный привкус: турки положили поперек ручья мертвые человеческие тела и туши павшего скота. Кроме воды, ощущался сильный недостаток продуктов питания, вызывавший общий упадок сил, доходивший, по свидетельствам историков, до того, что отдача ружья сбивала стрелявшего с ног.

Генерал-лейтенант А.А. Тер-Гукасов (1819-1879)

Приказ коменданта №19 от 24 июня 1877 года: «По случаю неудавшейся вчерашнего числа вылазки за водой выдать больным по крышке воды, а остальным — по ложке». «Крепитесь друзья, — призывал командир, — крепитесь на будущие лишения; предстоят еще большие; при том не теряйте надежды на освобождение… Помните, что присяга, закон, долг, честь и слава нашего Отечества требуют от нас умереть на этом посту, что мы и сделаем, а не поддадимся на все ухищрения нашего противника, предлагающего нам ежедневно сдаться на самых выгодных условиях. Помните, друзья, что Бог нас видит, и ведем-то мы войну, защищая последователей Его, а потому Он нас не оставит».

Русские живыми не сдаются

За весь период 23-дневной осады защитники цитадели получили от противника восемь предложений о сдаче.

И чем дольше держались оборонявшиеся, тем почетнее становились эти предложения.

Последний ответ Штоквича был таким: «Если вы так сильно желаете взять крепость, берите нас силою. Русские живыми не сдаются. По первому же переговорщику прикажу стрелять!»

В приказе по гарнизону №3 от 6 июня 1877 года Штоквич, поясняя солдатам необходимость обороны крепости, отмечал: «По полученным прежде сведениям вся цель этой хищнической орды была взять крепость Баязет и двинуться грабить Эриванскую губернию, которая осталась почти без войск».

Таким образом, обороняя цитадель, ее защитники, среди которых были добровольцы Елизаветпольского конно-иррегулярного полка под командованием поручика Басина и прапорщика Багдасарова, а также воины Эриванского конно-иррегулярного полка под командованием полковника Исмаил-хана Нахичеванского, одновременно обороняли и внутренние пределы своего Отечества.

Б.М. Колюбакин писал: «Держась в цитадели, 1500-й гарнизон придерживал весь Ванский корпус, который в противном случае, захватывая весь тыл Эриванского отряда, вторгался в Эриванскую губернию, вызывал здесь панику, смятения и волнения среди мусульманского населения губернии, чем угрожал сообщениям и тылу главных сил корпуса».

28 июня подоспевшие войска Тер-Гукасова с ходу атаковали 13-тысячный неприятельский корпус при 13 орудиях, занявший недоступные вершины скал, окружающих Баязет, и после восьмичасовой перестрелки взяли штурмом неприятельскую позицию, овладев четырьмя орудиями, всем лагерем и большими военными запасами.

Великий князь Михаил Николаевич (1832-1909)

Осада была снята, защитники цитадели наконец обрели свободу.

Однако дальнейшее пребывание войск в городе становилось невозможным, и Тер-Гукасову пришлось их вывести. Великий князь Михаил Николаевич в оперативном донесении государю сообщал: «Отряд Тер-Гукасова, вступив… в Баязет, нашел этот город до такой степени разрушенным и зараженным грудами гниющих трупов — следов неистовств турок во время блокады нашего гарнизона, что дальнейшее пребывание в нем делалось невозможным, поэтому отряд этот временно стянут в Игдырь». В другом донесении, сообщая о потерях среди защитников цитадели, он писал: «Убито во время осады 2 штаб-офицера и 114 нижних чинов, ранено 7 обер-офицеров и 359 нижних чинов, остальные дошли до крайней степени изнурения, требующего продолжительных гигиенических мер».

За освобождение Баязета Тер-Гукасов получил орден Святого Георгия III степени, а за весь переход — орден «Белого орла» с мечами. 5 июля 1877 года в городе Игдире состоялся высочайший смотр войск Эриванского отряда. Великий князь скомандовал «На караул!» и отсалютовал Арзасу Артемьевичу, после чего обнял генерала и наградил его орденом Святого Георгия III степени, а Баязетский гарнизон прошел маршем победителей перед выстроенными войсками.

В эту войну великий князь салютовал войскам дважды. Во второй раз это произошло после взятия крепости Карс, когда Михаил Николаевич приветствовал командующего корпусом генерала от кавалерии генерал-адъютанта Михаила Тариэловича Лорис-Меликова.

После войны в 1878 году все участники Баязетского сидения были награждены серебряной медалью «В память Русско-турецкой войны 1877–1878 гг.», которой кроме них награждались только участники обороны Шипкинского перевала и с 1881 года — участники осады Карса. Кроме того, подразделениям, участвовавшим в обороне цитадели, были пожалованы коллективные знаки отличия в виде надписи: «За геройскую защиту Баязета съ 6-го по 28-е iюня 1877 года».

Среди защитников Баязета были и те, кто получили индивидуальные награды. В июле 1877 года майору Штоквичу и полковнику Исмаил-хану Нахичеванскому «за отличное мужество, храбрость и распорядительность, оказанные ими во время блокады кр. Баязета» по ходатайству главнокомандующего Михаила Николаевича Александром II (без утверждения Георгиевской думы) были пожалованы ордена Святого Георгия IV степени.

Орденом Святого Георгия IV степени был награжден и поручик Томашевский. Кроме того, Михаил Николаевич наградил Штоквича золотой драгунской саблей с надписью «За храбрость». Войсковой старшина Кванин был награжден орденами Святого Владимира IV степени с мечами и бантом и Святого Станислава II степени с мечами.

Герцог Д. Аргайльский, видный представитель геополитического соперника России — Великобритании, в своем выступлении в английском парламенте сказал о той войне: «Если ныне перед населением турецких провинций забрезжила свобода, так это лишь благодаря тем настроениям в России, которые, называйте их сентиментальными, гуманистическими, нелогичными или как хотите, явились одной из могущественных сил в истории».

Оборона Баязета: правда и вымысел

ДВЕНАДЦАТИСЕРИЙНЫЙ телефильм «Баязет», посвященный мужеству русских воинов, оказался рекордсменом по количеству зрителей. Но, как это часто бывает, создатели сериала, снятого по роману Валентина Пикуля, уделив много времени частной жизни персонажей, не смогли показать исторические события во всей их полноте. Да и персонажи имеют мало общего с историческими прототипами. Поэтому есть смысл вспомнить о реальных событиях этого трагического и героического эпизода Русско-турецкой войны 1877-1877 года.

НАКАНУНЕ ОСАДЫ

Перейдя турецкую границу после начала войны, командующий Эриванским отрядом генерал-лейтенант Тергукасов отдал приказ наступать на Баязет, чтобы перекрыть путь турецким войскам на территорию Эриванской губернии России.

Город с цитаделью, возведенной еще в XIV веке султаном Баязитом на месте древнего армянского города Пакован, расположен в северо-восточном углу Турции. Сама цитадель Баязет — это, скорее, замок, чем крепость, но расположенный на горе с такими трудными подступами, что три-четыре пехотных батальона с несколькими орудиями могут выдержать длительную осаду. Важными условиями для успешной обороны являлись наличие запасов провианта, воды, боеприпасов и, конечно, отсутствие у противника сильной артиллерии. Турецкий гарнизон Баязета состоял в то время из двух слабых батальонов с тремя горными орудиями и шестьюдесятью всадниками. Узнав о приближении крупных сил русских, турки покинули цитадель. Тергукасов в этой ситуации продолжил движение по долине Евфрата, а в Баязет приказал вступить небольшому отряду.

Опустевший Баязет был занят 19 апреля батальоном Ставропольского полка с двумя орудиями и командою казаков под общим начальством подполковника Ковалевского и при коменданте цитадели капитане Штоквиче. (В фильме «Баязет» старшим военным начальником стал полковник Хвощинский). Подполковник Ковалевский слыл опытным и отважным командиром, был любимцем у своих подчиненных. До середины мая он дважды совершал вылазки, чтобы выяснить местоположение турецких войск. Дважды он получал сведения о скоплении турок в разных местах и докладывал по телеграфу в штаб Эриванского отряда. На донесения командование реагировало усилением гарнизона. В числе подкрепления была и сотня Уланского полка под начальством войскового старшины (подполковника) Кванина. В фильме он изображен под фамилией Ватнин и в казачьем чине сотника, что соответствовало общевойсковому чину поручика. Не обращая внимания на частности, укажем, что только образ Кванина постановщикам фильма удалось представить правдиво.

Вторичное тревожное донесение Ковалевского вызвало беспокойство в штабе, и на рекогносцировку был снаряжен отряд под командованием известного кавказского генерала князя Амилохвари, но по какому-то недоразумению князь не подтвердил опасений подполковника Ковалевского. Возможно, турки сумели замаскировать свои позиции. Позднее князь за необъективный доклад имел крупные неприятности.

24 мая в Баязет прибыло пополнение из двух рот Крымского пехотного полка во главе с подполковником Пацевичем, которому было приказано принять дела у подполковника Ковалевского. Пацевич был бравым офицером, в отличие от своего телевизионного двойника никоим образом не причастным к алкоголизму. Одну страсть заметили его сослуживцы — к… чаю.

Свою замену Ковалевский принял абсолютно спокойно, тем более что был уже офицером пенсионного возраста и к тому же инвалидом. Решение о замене любимого и авторитетного командира действительно озадачило гарнизон, но в то время понятие «Приказ — есть приказ» было святым для каждого воина.

В конце мая Макинский хан из Персии донес о скоплении турецких войск до 30 000 тысяч при 12 орудиях. Вылазки турок стали частыми. В это тревожное время из тылового госпиталя в Баязет ради любимого мужа переводится сестра милосердия Александра Ефремовна Ковалевская, которая станет легендарной героиней обороны Баязета. В фильме ее образ довольно примитивно воплощен в Ольге Ефремовне Хвощинской. Никакого дурного прошлого, никаких романов на самом деле у Ковалевской не было и быть не могло, она была верной женой.

Подполковник Пацевич почему-то решил продемонстрировать отвагу русских и отучить турок подходить к стенам Баязета. И хотя ему было известно, что турецкие войска во много раз превышают численность гарнизона, 6 июня Пацевич принимает непродуманное решение выступить на рекогносцировку с четырьмя сотнями казаков и пехотой подполковника Ковалевского. Турки обложили малочисленный отряд Пацевича, и тот в какой-то момент спасовал. Разумеется, ни о каком отказе Пацевича от командования, как это показано в фильме, не могло быть и речи. Благодаря мужеству и находчивости подполковника Ковалевского дух в отряде и организованность были подняты. Но сам Ковалевский был ранен в живот и скончался на носилках от другой пули и тоже в живот. При отступлении отряда тяжелораненых и убитых приходилось оставлять на поле боя, но любимого командира солдаты несли на носилках под шквальным огнем турок. Официальные документы свидетельствуют, что пока командира донесли до крепости, из числа его носильщиков погибли 20 человек. Этот удивительный и поучительный факт отваги и самопожертвования русских воинов в фильме не запечатлен.

Остатки сильно поредевшего отряда турки преследовали до самого Баязета. При входе в цитадель возникла неимоверная толчея с трагическими последствиями. Большая часть лошадей осталась в городе, погибли все, кому не удалось попасть внутрь, поскольку ворота были быстро закрыты, чтобы не ворвались турки.

НЕПРОСТИТЕЛЬНАЯ СЛАБОСТЬ

Начальник кордона Эриванского отряда генерал-майор Калбалай-Хан Нахичеванский, не имея достоверных сведений о состоянии гарнизона в Баязете, направил на разведку своего родного брата полковника Исмаил-Хана Нахичеванского, командира недавно сформированного Эриванского конно-иррегулярного полка с четырьмя сотнями этого полка. С еще необстрелянными милиционерами по дороге на Баязет Исмаил-Хан был вынужден вступить в бой с регулярными войсками турок и понес большие потери. Шансов на возвращение у него не оставалось, и перед самым закрытием ворот он успел чудом проскочить внутрь с остатками своей конной милиции и с тяжело раненным сыном, прапорщиком Эриванского полка Аман-ханом Нахичеванским. Это произошло также 6 июня.

В фильме показан расчетливый, двуличный, явно симпатизирующий туркам подполковник Исмаил-Хан, находившийся в крепости с первых дней существования гарнизона. На самом же деле этот 58-летний офицер, отец 9 детей, почти всю свою долгую службу находившийся в подчинении главнокомандующего Кавказской армией и имевший шестнадцатилетний стаж службы в чине полковника, был отважным и честнейшим офицером.

Цитадель не была подготовлена к осаде. Комендант крепости капитан Штоквич, созерцая журчание воды в фонтане с огромным мраморным бассейном, не отдал своевременно распоряжений о создании запасов воды. Благодаря же его нераспорядительности продовольственный склад гарнизона расположился в городе, и провизия доставлялась в цитадель по потребности. Когда ворота были заперты, вода, идущая к фонтану, сразу же была перекрыта турками, а наспех сделанные запасы из оставшейся в бассейне воды, оказались мизерными. Провизии оставалось не более чем на три дня. Вот в таких условиях началась беспримерная 23-дневная оборона крепости Баязет, длившаяся с 6 по 28 июня и вошедшая в историю как «Баязетское сидение».

На третий день блокады, когда изнурение от жары, голод и жажда начали доводить осажденных до полнейшего отчаяния, стали раздаваться голоса о сдачи крепости. Утром 8 июня турки начали «психическую» атаку. Неистовые крики штурмующих, оглушительный единовременный залп из нескольких тысяч ружей, грохот орудий, глухие удары сотен гранат о стены цитадели, клубы дыма — все это привело в безумие многих осажденных. Турки, подобно саранче, двинулись на штурм. В атмосфере всеобщего шока подполковник Пацевич, до того спокойно беседовавший под аркой ворот с комендантом Штоквичем и несколькими офицерами, при их же поддержке, а не единовластно, принимает решение о прекращении стрельбы, вывешивании белых флагов и сдаче. Это подтвердили потом многие.

Вот в сокращенном виде рассказ Исмаил-Хана Нахичеванского: «Ко мне влетел вдруг артиллерийский офицер. Он был взволнован: «Пацевич поднял белый флаг, и огромная масса турок уже хлынула к воротам». После этого я выскочил во двор, где толпилась масса офицеров и солдат, и действительно вижу: на громадном шесте, прикрепленном к стене цитадели, высоко развевался белый флаг, а возле стоят Пацевич и несколько офицеров. «Господа, что вы делаете?! — крикнул я. — На то ли мы принимали присягу, чтобы малодушной сдачей опозорить себя и русское оружие?! Стыдно! Пока в жилах наших остается хоть капля крови, мы обязаны перед Царем бороться и отстаивать Баязет. Кто вздумает поступить иначе, тот — изменник, и того я прикажу расстрелять немедленно! Долой флаг, стреляй ребята!»

Флаг был немедленно сорван. Стрельба возобновилась, в числе первых был смертельно ранен подполковник Пацевич. Исмаил-Хан продолжал: «Своя ли пуля его сразила или неприятельская, не берусь решить. Были голоса за то и за другое, но Пацевич был ранен в спину…» Врачи делали все, чтобы сохранить жизнь Пацевичу, но он скончался 16 июня, а 17 июня, согласно письменному приказу # 12 коменданта Штоквича для описи вещей «после смерти от ран подполковника Пацевича» была назначена комиссия из четырех человек.

В фильме показана какая-то нездоровая суета и не свойственные российскому офицерству интриги вокруг личности, которой предстоит заменить подполковника Пацевича. Неприятно смотреть, как Исмаил-Хан, озираясь, как мелкий воришка, копается в документах и имуществе покойного. Авторство этого эпизода, унижающего и оскорбляющего честь русского офицера, принадлежит создателям фильма. В действительности ничего подобного не было и быть не могло, а Исмаил-хан Нахичеванский находился тогда у изголовья лежавшего в беспамятстве сына.

ИСМАИЛ-ХАН — НАСТОЯЩИЙ РУССКИЙ ОФИЦЕР

В командование гарнизоном без назначения свыше, инициативно вступил полковник Исмаил-Хан Нахичеванский. Он сразу же принял необходимые меры по укреплению крепости. Ослабевшие от жажды и голода 128 «охотников» с четырьмя офицерами нашли в себе силы сделать героическую вылазку за пределы крепости. Перепрыгивая через груды разлагающихся трупов, преодолевая полосу удушающей вони, они вступили в смертельную схватку. Отрядный фельдшер бросился к раненому юнкеру, но был тут же изрублен на куски турками. В схватке полегла треть храбрецов, но от стен крепости турки были отброшены. Такой высокой ценой противнику внушили, что о сдаче крепости и речи быть не может. В фильме этот замечательный эпизод опущен.

Положение осажденных с каждым днем ухудшалось. Экономно доедали отощавших лошадей, но и этой пищи не хватало. За водой к недалеко протекающей речушке «охотники» ходили почти ежедневно, спускаясь на канате со стен крепости или пробирались через пробоину в стене. И хотя берег был усеян трупами храбрецов, это их не останавливало. Однажды вместе с водой на канате в крепость был поднят захваченный турецкий офицер. Но добываемой воды, уже отравленной трупным ядом, от которой началась смертность в крепости, все равно не хватало. Случалось, что и день, и два осажденные не имели ни капли. Погибающие от жажды вынуждены были пить собственную мочу.

Вода в цитадели была самой высокой наградой. При ее наличии четверть ведра выдавалось орудийному расчету, если артиллеристы попадут в турецкий редут. От скученности людей и невозможности стирать белье вши покрыли платье и тела, кишели в помещениях. Единственная надежда на сохранение оставшихся сил возлагалась на сон, но не прекращающийся зуд лишил всех сна.

Госпиталь с шестью штатными врачами и обслуживающим медперсоналом был переполнен. За время осады в нем перебывало 208 больных, больше половины — с открытыми и пулевыми ранами. Из них врачи не сумели сохранить 40 жизней. Для больных вода предоставлялась в первую очередь, но случались дни, когда дозы снижались до нескольких капель. В лучшем случае раны промывались трижды, а гной удалялся с помощью ваты. Бинты, несмотря на их загрязнение кровью и гноем, использовались многократно.

10 июня Исмаил-Хан принял решение послать генералу Тергукасову записку о сложившемся положении. Для этого был снаряжен казак Ковальчук. Всей сотней плевали ему на голову, чтобы смочить для бритья и преобразить казака в курда. В помощь Ковальчуку (а не самостоятельно!) был выделен армянин Сампсон Петросов, бывший писец из канцелярии. Эпизод в фильме с армянином-беженцем вымышлен. В крепости не было беженцев, как и хирургического вмешательства для маскировки записки. При обыске ее предписывалось съесть.

13 июня со стен заметили приближение отряда генерала Калбалай-Хана. Радости не было предела, но она длилась недолго. Сильный турецкий отряд преградил дорогу. Калбалай-Хан с отрядом в тысячу штыков и шашек не решился вступить в бой и повернул обратно. Гарнизон Баязета был повержен в уныние, но Исмаил-Хан не терял надежды на спасение.

Прибывший в цитадель очередной парламентер, перебежавший к туркам уже после начала войны, с надменностью заявил Исмаил-Хану, что войска Тергукасова разбиты, ждать помощи неоткуда. Если гарнизон не капитулирует, он будет перевешан. Исмаил-хан ответил, что вначале будет повешен сам парламентер, как изменник. Приказание было немедленно выполнено. В условиях, когда дальнейшая судьба осажденных не была известна, этот поступок полковника в крепости, а затем и командованием, был оценен как проявление большого мужества. В фильме, как известно, решительные действия Исмаил-Хана переданы коменданту Штоквичу.

Исмаил-Хан смотрел на создавшееся положение глазами реалиста. Впоследствии он разъяснял: «Я, конечно, не отрицал возможности подобного конца, но всегда повторял при этом, что я никогда не соглашусь на сдачу Баязета еще и потому, что я — мусульманин. Я знаю, что именно этому обстоятельству припишут сдачу, если бы на нее побудили даже тысячи других причин».

ЛЮДИ И ПЕРСОНАЖИ

О личности сына Шамиля Кази-Магомеда. Страстью к глумлению над пленными его наградил Валентин Пикуль. Но авторы фильма сильно перестарались, сделав из него отпетого негодяя. Ни в одном из официальных и мемуарных документов, где упоминается его имя, нет повода к этому. Известно, что в семье Шамиля как и в имамате культивировалось уважение к пленным гяурам.

Кази Магомед родился в 1833 году. В 6 лет во время штурма Ахульго он был ранен солдатским штыком в ногу. Обида осталась на всю жизнь. С юных лет он участвовал в боях, а затем и руководил войсками. В 1847 году Кази-Магомед был утвержден наследником имама Шамиля в случае его гибели. 26 августа 1866 года, уже находясь вместе с отцом в Калуге, Шамиль, он и младший брат Магомед-Шафи, будущий генерал русской армии, приняли присягу на верность Царю и Отечеству. После смерти Шамиля в 1871 году в Медине Кази-Магомед не вернулся в Россию и поступил на службу в турецкую армию. Под Баязетом Кази-Магомед пребывал в чине генерал-лейтенанта Его Величества Султана Свиты. Это соответствует генерал-адъютанту Российской Армии. В фильме же он изображен в какой-то черкеске без погон и поведением напоминает чеченского боевика. Разумеется, Кази-Магомед — не только противник, но и изменник, нарушивший принятую присягу. Но совершенно бездоказательно он наделен в фильме качествами хищного зверя.

Телесериал невозможен без любовной интриги, поэтому создатели фильма так много времени уделили отношениям главного героя фильма поручика Карабанова, целиком выдуманного Валентином Пикулем, и жены полковника Хвощинского. Не знающие условий военной службы и взаимоотношений между офицерами могут подумать, что это — историческая правда.

Единственная женщина среди героев Баязета Александра Ефремовна Ковалевская пользовалась в крепости всеобщей любовью, но ни в каких любовных историях в принципе не могла быть замешана. Она демонстрировала беспримерную стойкость. Все дни и ночи не только ухаживала за ранеными, но обходила осажденных, ободряя их. О ее высочайшем благородстве свидетельствует такой факт: когда в госпитале не осталось и капли воды, по просьбе врача Китаевского вдова Ковалевская пожертвовала двумя последними бутылками вина, во имя спасения Пацевича. Добавим к этому, что Ковалевская никогда не была знакома с Пацевичем, а ее любимый муж стал жертвой его оплошности.

21 июня в крепость вернулся Петросов — один из двух вестников, посланных к Тергукасову. Он заявил, что, опасаясь обыска, записку проглотил, но извещение о бедственном положении в крепости передал. Храбрый казак Ковальчук бесследно исчез.

Не имея уверенности, что до генерала Тергукасова дошла весть о ситуации в Баязете, 24 июня Исмаил-Хан послал новых гонцов, но теперь уже к своему брату генералу Калбалай-Хану. Для этой цели был назначен урядник Сиволобов с двумя казаками. Но обессилевший урядник и один из казаков не дошли до цели и были подобраны в бесчувственном состоянии жителями армянского селения. Второй казак все же добрался до Калбалай-Хана, следом на лошадях доставили отставших. Поблагодарив и накормив посланцев, генерал наградил их . Урядник получил 200 рублей, а казаки — по 100.

24 июня — день Божьей благодати. На цитадель обрушился проливной дождь — сказочный эликсир жизни. Защитники насладились влагой вдоволь, и уже не упустили возможности сделать запасы воды, но скоро нужды в них не стало.

Утром 28 июня послышалась пальба. На помощь осажденным шел Эриванский отряд в составе 8 батальонов, 24 орудий и 19 эскадронов под командованием генерал-лейтенанта Тергукасова. Благодаря его умелым действиям и промахам противника турецкие войска были отброшены от Баязета. Погибли 2, ранены 21 человек. У противника значительное число убитых и раненых. Взяты в плен 60 турок. Из цитадели вышли изможденные осажденные, кто молился, а кто рыдал. Бережно вывели под руки Ковалевскую, и генерал Тергукасов публично поцеловал ей руку. Все офицеры низко поклонились этой героине.

КОМУ СЛАВА, КОМУ КРЕСТ

Несколькими днями позже в Игдыре, штаб-квартире Эриванского отряда, на параде, когда проходили исхудалые и ослабшие защитники Баязета, главнокомандующий Кавказской армией Великий князь Михаил Николаевич приказал всему Эриванскому отряду взять «на караул» и преклонить знамена.

Важнейший военно-политический итог «Баязетского сидения» — отвлечение маленьким гарнизоном цитадели крупных сил турок, предотвратившее нападение на Эриванскую губернию, спасение мирного населения этой губернии от истребления и грабежей. Не будь Баязета, турецкая армия имела бы шансы проникнуть в Армению, а далее в Азербайджан, Грузию и вообще на Северный Кавказ.

В заключительных кадрах фильма зрителям сообщается, что семеро героев «Баязета» получили ордена Св. Георгия I степени, и один — II степени. (Им почему-то оказался отважный врач!) Это серьезный «прокол» авторов фильма.

За всю историю существования ордена Святого Георгия (с 1769 до 1917 года), у которого всегда было 4 степени, первую степень получили всего-навсего 25 человек, 5 из которых — иностранцы. Во время упомянутой Русско-турецкой войны орденом Св. Георгия I степени были награждены двое крупных военачальников: генерал-фельдмаршал Великий князь Николай Николаевич (за разгром Анатолийской армии на Балканах и овладение Плевной) и главнокомандующий Кавказской армией генерал-фельдмаршал Великий князь Михаил Николаевич (за разгром Анатолийской армии при Аладжирских высотах недалеко от Баязета).

Среди офицеров цитадели и тех, кто участвовал в снятии блокады с Баязета, самые высокие награды получил полковник Исмаил-Хан Нахичеванский. Высочайшим приказом от 19 декабря 1877 года «за боевые отличия» он был награжден чином генерал-майора, а 31 декабря 1877 года «за примерную храбрость и распорядительность, оказанные во время блокады Баязета в июне 1877 года» удостоен ордена «Святого Великомученика и Победоносца Георгия IV степени».

Высочайшим приказом от 18 декабря 1877 года другими орденами из числа освободителей и осажденных награждены еще 8 офицеров. Фамилии коменданта крепости в списке награжденных не оказалось. В высочайшем приказе и тоже от 18 декабря 1877 года «за отличие в делах против турок» капитану Тифлисского местного полка Федору Эдуардовичу Штоквичу присвоен досрочно чин майора. Такая скудость в наградах имеет одну, но вескую причину — пусть ненадолго, но над крепостью был поднят белый флаг.

Радость в войсках Кавказской армии по поводу освобождения Баязета обернулась трагедией для командующего Баязетским и Ванским отрядами турецкого бригадного генерала Ахмед-Фаик-паши. Он был обвинен в действиях, породивших неудачи турецких войск. Кстати, к свидетельским показаниям о его виновности привлекались и русские пленные. Генерал был отдан под трибунал за непринятие мер по захвату Баязета и уничтожению осажденных, за допущение доставки в цитадель воды и, как указано в обвинительном заключении, за «упорство в неисполнении приказов» главнокомандующего Анатолийской армией Гази-Ахмед-Мухтар-паши. Ахмед-Фаик-паша был лишен всех чинов, званий, орденов и знаков отличия, уволен из военной службы и получил 6 месяцев тюремного заключения.

Остается пожелать создателям фильмов бережней относиться к отечественной истории, даже если они экранизируют известные романы.

Значение имени Баязет: характер, судьба, происхождение

  • 15 Октября, 2018
  • Значение
  • Татьяна Шейкина

Многие народы считают, что имя определяет судьбу человека. Оно может как обречь его на постоянные неудачи, так и подарить бесконечную радость. Кроме того, научно доказано, что люди с одним и тем же именем имеют схожие черты характера, а их модель поведения во многих ситуациях совпадает. Поэтому к выбору имени для ребенка следует подходить осторожностью. В этой статье рассмотрим значение имени Баязет.

Происхождение

Баязет (Баязит) – мужское имя тюркского происхождения. Дословный перевод звучит как «отец превосходящего». Значение имени Баязет в исламе – «превосходящий всех» (перевод с арабского). Оно было очень популярно на территории Турции во время правления Османской династии. Жителям СНГ имя Баязет стало знакомо благодаря популярному турецкому сериалу «Великолепный век». Именно так звали одного из сыновей султана Сулеймана и его любимой супруги Хюррем. И возможно, что именно значение имени Баязет сыграло жизни принца ключевую роль.

Зодиакальная характеристика

Рассмотреть подробно значение Баязет не получится без зодиакальной характеристики:

Значение имени Баязет

В постсоветском пространстве это имя встречается крайне редко. Чего нельзя сказать о Турции, Египте и других мусульманских странах. Здесь этим именем очень любят называть сыновей. Мужчины, носящие имя Баязет, отличаются сильным характером, настойчивостью, желанием побеждать. Стремление быть первым касается всего: учебы, работы, семьи, хобби. Мальчик с ранних лет стремится к лидерству, признанию своих заслуг. Сначала в глазах родителей и ближайших родственников, позже — в глазах начальства и общества.

В запасе у такого мужчины будет масса козырей: ум, обаяние, смелость, умение хорошо анализировать ситуацию. Но если этого окажется недостаточно, Баязет пойдет на хитрость. Он без угрызений совести надавит на слабое место начальника. Несмотря на такое сильное желание быть лучшим, Баязет умеет выжидать. Он умен. Может долго наблюдать, анализировать ситуацию, чтобы в подходящий момент обернуть ее в свою пользу. Поэтому, прежде чем сойтись с этим человеком в бою, трезво оцените свои силы и возможности.

Баязет на работе

Если берете на работу сотрудника с именем Баязет, можете быть уверенным в том, что заполучили исполнительного и инициативного работника. Для достижения результата он готов вкалывать днем и ночью. Более того, он приложит максимум усилий, чтобы его заметили и оценили. Но учтите, Баязет – карьерист. Для получения заветного повышения он с легкостью пойдет по головам. Особенно если от занимаемого поста будет зависеть комфортная жизнь его семьи.

Баязет в браке

Значение имени Баязит для женщины имеет совершенно другой оттенок. Внимательно присмотритесь к обладателю такого загадочного имени. Такой мужчина становится великолепным отцом и главой семьи. Он с удовольствием возьмет на себя все заботы о воспитании потомства. Баязет – один из тех редких видов мужчин, кто готов отказаться от всего, чтобы попасть на детский утренник или футбольный матч. Это заботливый отец и любящий муж. Правда, чтобы затащить его в загс, придется хорошенько потрудиться.

К выбору жены Баязит относится очень серьезно. Он не потянет первую встречную под одеяло. Более того, он не станет сразу ухаживать за приглянувшейся барышней. Какое-то время он будет наблюдать и оценивать потенциальную даму сердца. Она должна соответствовать всем его требованиям. А таких более чем достаточно.

Чтобы покорить сердце такого мужчины, придется потрудиться: ухоженная внешность, тщательно подобранный гардероб, улыбка на лице – это только начало. Помимо продуманного образа, идеальная женщина должна быть хорошо образована, уметь поддержать беседу на любую тему, безупречно вести домашнее хозяйство, разделять его увлечения и так далее. Подумайте сто раз, прежде чем начать операцию по завоеванию сердца Баязета. Если решитесь и все пройдет успешно, наградой станет любящий, верный муж.

Этот мужчина ставит семью выше всего. Он не побежит налево ради прихоти, будет уважительно относиться к своей супруге и стараться, чтобы она ни в чем не нуждалась. Заключая брак с таким мужчиной, можете рассчитывать не только на соседа по кровати. Баязет с успехом воплотит в себе все мужские функции: страстного любовника, верного друга, заботливого отца.

Баязет — отец

Дети для Баязита являются особой гордостью и радостью. На протяжении всей жизни они будут находить защиту и поддержку под крылом отца. Баязет с удовольствием ухаживает как за новорожденным малышом, так и активно участвует в жизни взрослого чада. Чтение сказок, прогулки с коляской, первое сентября, выпускной бал – он не пропустит ни одного важного момента в жизни ребенка. Такому отцу не придется напоминать о дне рождении сына или в каком классе учится дочка. Представители этого имени являются одними из самых заботливых отцов.

Значение имени Баязид наделяет своего владельца сильным волевым характером. Оно помогает преодолевать трудности на жизненном пути.

Оборона Баязета: как было у Пикуля и как — на самом деле

Построенная, чтобы защищаться от обстрела из катапульт, она не могла защитить от огня артиллерии. Однако на благополучии городка, раскинувшегося у подножия крепости, это не слишком-то сказывалось. Баязет удачно расположился на торговом пути. Правда, в середине XIX века торговые маршруты изменились и Баязет превратился в дерево без корней. Из города уехали многие купцы и простые обитатели, Баязет обеднел. Однако крепость по-прежнему возвышалась среди скал. Теперь это была в первую очередь цитадель. Правда, турки не очень-то заботились о фортификационных работах.

В 1877 году Россия начала войну против Турции за освобождение балканских христиан. На Баязет наступал эриванский отряд русской армии. Боёв около города тогда не случилось. 19 апреля город, уже оставленный турецкими войсками, заняли солдаты генерала Тергукасова. Тергукасов, не найдя в городе неприятельских солдат, ушёл с основными силами на запад, а в Баязете оставил небольшой гарнизон и госпиталь.

Служба в Баязете не обещала ничего интересного. Пыльный городишко, сонная тишина оглашается только ежедневными песнопениями муэдзина. Однако в конце весны по городу поползли смутные слухи о появлении в окрестностях турецких отрядов. Подполковник Ковалевский, командовавший отрядом русских войск в Баязете, послал тревожный рапорт начальству, а в горы ушёл разведывательный отряд.

Разведчики никого не обнаружили и вернулись в благодушном настроении. Самого же Ковалевского вскоре должен был сменить подполковник Пацевич, так что старый комендант уже мысленно сидел на чемоданах. Между тем турецкие отряды накапливались в окрестностях Баязета. В городе действовала турецкая агентура. Русские арестовали некоторое количество агентов, изъяли телеграфный аппарат и оружие, но всех лазутчиков переловить не удалось.

Именно в этот момент в Баязет приехала жена Ковалевского, Александра. В отличие от романной героини реальная супруга коменданта не крутила никаких интрижек и вела себя, по общему мнению, образцово.

Приехавший принимать дела Пацевич решил устроить рекогносцировку в направлении Вана. Выход на разведку состоялся — и кончился окружением слабого отряда Пацевича и Ковалевского турками. Благодаря храбрости и дисциплине солдат и офицеров отряд пробился назад к Баязету, но Ковалевский получил две раны пулями в живот и быстро умер.

Русские проявили несколько странную беспечность: в цитадели Баязета не было сделано запасов еды и воды. До последнего момента в город всё доставлялось в текущем режиме. Лишь за несколько дней до полного окружения цитадели командиры озаботились создать хотя бы небольшие склады, а положение с водой с самого начала было почти катастрофическим. Однако почти всех людей успели отвести за стены, включая часть отряда эриванского ополчения под командованием полковника Исмаил-хана Нахичеванского.

В романе он наделён разнообразными пороками, но в реальности Исмаил-хан оказался храбрым и распорядительным командиром, одной из ключевых фигур дальнейшей обороны. В Баязете вместе с ним находился сын, получивший тяжёлую рану во время прорыва в цитадель.

С гор скатилась османская кавалерия. В отряде, осаждавшем полуторатысячный гарнизон Баязета, насчитывалось 11 тысяч сабель. Более того, по ходу осады к Баязету подходили новые отряды. У осаждённых имелось всего на девять дней продовольствия. Настроения царили самые мрачные. Вдова подполковника Ковалевского даже условилась с одним из медиков, что, если турки ворвутся внутрь, доктор застрелит её.

Григорий Пацевич

Комендантом цитадели являлся капитан Штоквич, кроме того, войсками в целом руководил подполковник Пацевич. Крепость, занятая русскими, давала слабую защиту. На стенах даже не было парапетов. К счастью, крайняя слабость артиллерии осаждавших не позволяла им просто разбить стены огнём.

Русские вовсю совершенствовали своё нехитрое укрепление. Ворота забаррикадировали, окна закладывали камнями, на всех позициях сооружались брустверы для людей и орудий. Ночь прошла в тревоге: в самом городе турки резали иноверцев. Заодно они убили нескольких не успевших укрыться в цитадели ополченцев. Шли перестрелки и с самим гарнизоном.

19 июня турки и курды принялись обстреливать цитадель из небольших пушек и винтовок. Гарнизону выставили ультиматум, который не был принят. А на следующий день последовал штурм.

Турки активно, но без особого результата вели пальбу, а в полдень бросили людей на штурм цитадели. В этот момент у подполковника Пацевича сдали нервы, и он велел выбросить белый флаг. На крышу забрался солдат с полотнищем. Это был критический момент осады. Воцарился хаос. Взбешённые офицеры кричали друг на друга, выясняя, выполнять приказ или продолжать бой. Многие просто не поверили в то, что белый флаг можно поднять всерьёз, и продолжали вести огонь.

Стрельба из крепости то стихала, то вновь начиналась. Флаг сорвали. Пацевич бегал по двору цитадели, пытаясь под угрозой револьвера остановить стрельбу. Казачий старшина Кванин без затей отобрал белый флаг у ещё одного солдата, посланного Пацевичем. Несколько офицеров уже решили спускаться со стены и пробить путь штыками, если всё-таки будет капитуляция. Иррегуляры начали было ломать баррикаду перед воротами, но за ней уже стояла пушка, наведённая на проём. Артиллеристы собирались ударить картечью любого, кто войдёт внутрь, а затем драться холодной сталью, но в этот момент кто-то смертельно ранил Пацевича.

Исмаил-хан Нахичеванский

Воспоминания Исмаил-хана и присутствовавшего при событии казачьего урядника не дают сомневаться, что незадачливого подполковника уложили изнутри: Пацевича ранило в спину. Кто сделал выстрел, установить не смогли, да и не хотели. Общий итог подвёл Исмаил-хан: «В семье не без урода».

Хаос продлился лишь несколько минут, после чего на топтавшихся под стенами турок и курдов обрушился вал огня. Скорострельные винтовки проделывали бреши в плотной толпе, вопли умирающих смешивались с проклятиями и грохотом. Атака захлебнулась. По заявкам русских, под стенами осталось три сотни тел.

Жертвами с русской стороны стало некоторое число кавказских иррегуляров-ополченцев. Эти несчастные начали было сдаваться, когда Пацевич поднял белый флаг, но турки даже не стали ждать, когда капитулирует весь гарнизон, и убили их на месте. Легко представить, что произошло бы, если бы русские всё же открыли ворота и капитулировали все.

После этого оборону возглавили Штоквич и Исмаил-хан. Первый формально был ниже в чине, но занимал должность коменданта и, таким образом, имел право руководить действиями гарнизона. Одним из первых распоряжений была отправка парламентёра к туркам. Тем предложили убрать трупы своих солдат из-под стен.

Федор Штоквич

Штурм провалился, теперь предстояло устоять против более страшного врага. Людей мучила жажда. До реки было рукой подать, но берег простреливался. Добровольцы с вёдрами и кувшинами постоянно спускались по верёвкам или вылезали через брешь в стене. Турки пытались перестрелять водоносов, а из бойниц били уже по ним самим. Эти вылазки были невероятно рискованным делом, иные заплатили жизнью за попытку спасти товарищей. Однако добровольцы всегда находились.

Награда состояла в возможности напиться из реки. Штоквич, видя успех этих походов, устроил вылазку. Русские бились с турками врукопашную, на шашках и штыках и отошли, только как следует запасшись драгоценной водой. После этого взбешённые турки завалили реку выше по течению трупами. Русские добавили им тел: по городу ходили мародёры, но они становились уязвимы, когда пытались отогнать оттуда ишаков с награбленным добром. Этих возчиков отстреливали снайперы из крепости. Хотя турки не лезли на решительный штурм, обмен огнём шёл постоянно.

В один из дней защитники Баязета заметили вдалеке русский отряд. Какое разочарование, это была просто разведка! Вскоре в цитадель явился новый парламентёр — перебежчик. Он заявил, что если русские не сдадутся, то их перевешают. Исмаил-хан объявил, что повесят как раз посланника и белый флаг не даст избежать наказания за измену. Предателя вздёрнули, а туркам после новых попыток прислать ультиматум пообещали, что новых делегатов перестреляют.

Однако Исмаил-хана и Штоквича беспокоил вопрос: знают ли снаружи о бедственном положении крепости? Первые посыльные не смогли добраться до главных сил, но троица казаков во главе с урядником Сиволобовым пробралась ночью через аванпосты и смогла донести до своих весть о положении крепости. А оно ухудшалось. Из-за плохой воды, которой к тому же недоставало, в гарнизоне медленно разгорались эпидемии. Правда, с боя взять крепость турки не могли. Попытка притащить под стены тяжёлое орудие кончилась дуэлью с пушкой русских на стене. Русские вторым выстрелом подбили турецкую пушку. Обескураженные турки отступили, новый штурм не состоялся.

Лев Лагорио. Освобождение гарнизона Баязетской цитадели в 1877 году, 1885.

В ночь на 7 июля произошло одно из самых счастливых событий за время осады: над Баязетом прошёл проливной дождь. Водой наполнили все ёмкости какие могли, вплоть до сапог. Жажда несколько отступила, однако турки возобновили яростные обстрелы. Османы старались как можно быстрее склонить крепость к сдаче. В отличие от осаждённых, они уже прекрасно знали, что помощь идёт.

9 июля в Баязете услышали раскаты вдалеке. Сначала не могли точно сказать, свои ли это идут. Но 10-го числа с рассветом перед Баязетом заблестели штыки отряда Тергукасова. Это было спасение. Турки по-прежнему сохраняли некоторый численный перевес, но эриванский отряд полностью состоял из дисциплинированной, хорошо вооружённой пехоты, которой иррегулярная турецко-курдская конница не могла ничего противопоставить.

Наконец из крепости сделал вылазку отряд из наиболее стойких солдат. Бой продлился недолго. Осада стоила жизни 116 бойцам гарнизона, но все были крайне измождены болезнями, голодом и жаждой. Вышедшие из цитадели бойцы сразу же бросились к воде. Спасители и спасённые перемешались. Кто-то совал товарищам сухари и мясо, кто-то переодевался в чистое после осады. Не радовались только пленные турки. Им досталась неблагодарная работа — разбирать мертвецов и прибираться в крепости. Из цитадели вышла, опираясь на руку офицера, вдова погибшего командира — Александра Ковалевская. Так закончилась оборона цитадели Баязета и началась легенда.

Оборона Баязета с самого начала оказалась в фокусе внимания общества. Первым отчёта о защите цитадели потребовал император Александр II. Во время этой осады не всё было организовано идеально, но в конечном счёте твёрдость духа и воинское искусство защитников привели к полному успеху. Впоследствии история обороны крепости многократно описывалась в документальной и художественной литературе и сама по себе превратилась почти в легенду. Между тем супруги Ковалевские, Штоквич, Кванин, Исмаил-хан, Сиволобов вполне реальны и вписали в русскую военную историю одну из её героических страниц.

Евгений Норин, Life.ru