Когда Литва вошла в состав российской империи

in_es

Исторические этюды
Литва потеряла государственность в 1795 году. Напомню: Великое Княжество Литовское существовало с XII – XIII до XVIII века. Со второй половины XIV века до 1569 года занимало почти всю территорию нынешней Литвы, всю территорию Белоруссии и большую часть Украины. В XV веке это была крупнейшая страна Европы со столицей в Вильнюсе.
В 1386-1569 гг., согласно Кревской унии, Великим Княжеством Литовским и Польшей управлял один государь (за исключением нескольких небольших перерывов), а с 1569 года, согласно Люблинской унии, Литва и Польша объединились в конфедерацию Союз Двух государств, известную на русском языке как Речь Посполитая.
В 1795 году Литва потеряла свою государственность. Пруссия, Россия и Австрия поделили ее (и Польши) территорию между собой. Территории с населением, говорящим по-литовски, достались России и Пруссии. В первой четверти XIX века у царской России были намерения дать Литве автономию, так как литовские дворяне, говорившие по-польски, казались лояльными Российской империи. Прецедент существовал: в 1809 году бывшая шведская провинция Финляндия, будучи присоединенной к России, такую автономию получила и осталась лояльной к центру. Весьма лояльными России оказались немцы из присоединенных к метрополии прибалтийских земель, многие из которых сделали в России прекрасную карьеру, особенно на дипломатическом, военном, медицинском и научном поприще.
В 1815 году к Российской империи на правах автономии было присоединено Варшавское герцогство, официально названное Польским королевством. Но России трудно было интегрировать католические территории. Ограниченная автономия же не удовлетворяла радикально настроенных польских дворян, которые в XIX веке организовали два антирусских восстания: в 1830/31 году и в 1863/64. В них большое участие принимали также литовские дворяне с крестьянами.
Реакция не замедлила: в 1831 году после восстания был закрыт Вильнюсский университет. После восстания 1863/64 года было запрещено официально употреблять названия Польши и Литвы. Были приняты меры к ослаблению католицизма и светского влияния поляков, закрыты все католические монастыри, начата активная русификация. Для этой цели в 1864 году был введен в действие запрет на печать.
Были закрыты все негосударственные, в том числе приходские школы. В Виленской губернии было совершенно запрещено обучение на литовском языке, а в Ковенской разрешено лишь в младших классах. Запрещена вся печать на литовском языке латиницей. Ни буквари, ни молитвенники, ни светская литература или газеты на литовском языке не издавались.
Ответ народа был двоякий: часть литовцев, особенно в Вильнюсском крае, перешли на польский язык, большая же часть стала контрабандой получать книги и газеты на латинице, отпечатанные в Восточной Пруссии. Это было уникальное явление.
Появилась невиданная специальность: книгоноши — контрабандисты, носящие и распространяющие книги на литовском языке. Они ходили от хутора к хутору, их прятали, их кормили, их ценили. Все это продолжалось не 5 и не 10 лет, а 40 лет, вплоть до 1904 года. За все годы запрета на печать царская власть поймала 3000 книгонош, наказано было 2000.
Первую нелегальную организацию книгонош и тайные общества распространителей литературы на родном языке создал епископ (!) М. Валанчюс. Существовали также подпольные начальные школы на литовском языке.
После отмены крепостного права крестьяне разбогатели, оказалось возможным посылать одного из сыновей получать высшее образование. Литовским адвокатам и врачам царская власть разрешала работать в Литве. Так же стало возможным пускать детей по духовной части. Пасторы, зачастую происходившие из крестьянских семей, проводили литовскую католическую политику, независимую от русских и польских интересов. В конце XIX века в Литве появилась светская интеллигенция крестьянского происхождения, которая, как и духовенство, стала выражать национальные интересы. В Восточной Пруссии начали издавать газету „Aušra“ («Заря»), „Varpas“ («Колокол»). В 1905 году в Вильнюсе произошел 1-й литовский съезд (Большой вильнюсский сейм), на котором было сформулировано требование политической автономии Литвы.
Стали создаваться различные культурные, просветительные, хозяйственные общества, литовская печать развивалась уже легально.

Tags: Литва

Литва: сложный путь к России и от России

Двести двадцать лет назад, 15 апреля 1795 года, императрица Екатерина II подписала Манифест о присоединении к Российской империи Великого княжества Литовского и Герцогства Курляндского и Семигальского. Так завершился знаменитый Третий раздел Речи Посполитой, в результате которого большая часть земель Великого княжества Литовского и Курляндия вошли в состав Российской империи. В результате Третьего раздела Речи Посполитой практически вся Прибалтика стала частью Российской империи. Процесс присоединения прибалтийских земель начался при Петре I. По итогам Северной войны в состав России вошли Эстляндия и Лифляндия. Однако Курляндское герцогство сохраняло независимость и формальный вассалитет по отношению к Речи Посполитой. Равным образом и Великое княжество Литовское оставалось независимым государством в унии с Польшей.


Присоединение Курляндии и Литвы
Впрочем, формально сохраняя ленные обязательства перед Польшей, Курляндское герцогство также со времени окончания Северной войны находилось в сфере влияния России. Еще в 1710 г. Анна — дочь российского царя Иоанна V, брата Петра I, стала герцогиней Курляндской посредством брака с герцогом Фридрихом-Вильгельмом Кетлером. В 1730 г. Анна Иоанновна взошла на российский престол. В Курляндии же воцарилась власть династии Биронов. В 1737 г. герцогом стал Эрнст-Иоганн Бирон — ближайший соратник и фаворит Анны Иоанновны, позже передавший бразды правления герцогством своему сыну. С этого времени Российская империя фактически оказывала всестороннюю поддержку курляндским герцогам, оберегая их власть от поползновений со стороны недовольной части местного дворянства. Включение Курляндского герцогства в состав России было добровольным — аристократические фамилии герцогства, опасаясь дестабилизации существующей в Курляндии системы после вторжения в 1794 г. отрядов Тадеуша Костюшко — польского генерала, вдохновлявшегося идеями Великой Французской революции, обратились к России за военной помощью. Командовал подавлением польских отрядов сам Александр Васильевич Суворов. После подавления восстания курляндское дворянство обратилось к российской императрице с просьбой о включении герцогства в состав империи. На месте Курляндского герцогства была образована одноименная губерния, а местная аристократия в значительной степени сохранила свои позиции. Более того, курляндское и лифляндское немецкое дворянство превратилось в одну из наиболее заметных групп российского дворянства, играя огромную роль в политической жизни Российской империи вплоть до начала ХХ века.
Но еще большую значимость, чем принятие в свой состав Курляндии, для Российской империи представляло присоединение земель Великого княжества Литовского. И не только в стратегическом и экономическом отношении, но и в плане сохранения русского языка и православной веры на землях, прежде находившихся под властью княжества. Ведь помимо собственно Литвы, в состав Великого княжества входили обширные территории современных Украины и Белоруссии с русским населением (тогда еще не было искусственного разделения русского народа), в большинстве своем исповедующим православие. На протяжении столетий православное население Великого княжества Литовского, подвергавшееся притеснениям со стороны католической шляхты, взывало о помощи к российскому государству. Включение в состав России Великого княжества Литовского в значительной степени решило проблему дискриминации русского и православного населения католической шляхтой. Собственно литовская часть Великого княжества, то есть — его прибалтийские земли, вошла в состав Виленской и Ковенской губерний Российской империи. Население губерний составляли не только литовцы, бывшие в большинстве своем крестьянами, проживавшими в хуторах, но также немцы и евреи, составлявшие большую часть городского населения, и поляки, составлявшие конкуренцию литовцам в сельском хозяйстве.
Антироссийские восстания — попытки возродить Речь Посполитую
Литовское дворянство и крестьянство, в отличие от прибалтийских немцев, оказалось менее лояльным Российской империи. Хотя первое время литовское население никак не проявляло своей протестной активности, но стоило в 1830-1831 гг. разгореться первому польскому восстанию, как волнения начались и в Литве. Восстание против российской власти приобрело характер настоящих боевых действий, охвативших не только территорию Польши, но и Литвы и Волыни. Повстанцы захватили территорию практически всей Виленской губернии, кроме самого города Вильно и еще нескольких крупных городов. Симпатий со стороны шляхты и крестьянства восставшие добились, заявив о восстановлении Статута 1588 г. Великого княжества Литовского, гарантировавшего права и свободы населению.
Следует отметить, что во время восстания 1830-1831 гг. действия литовских повстанцев создали значительные препятствия для действий русских войск по подавлению волнений в Польше. Поэтому на территории Виленской губернии в 20-х числах апреля 1831 г. была начата карательная операция под общим руководством генерала Матвея Храповицкого — виленского и гродненского губернатора. К маю 1831 г. был восстановлен контроль практически над всей территорией Виленской губернии. Однако относительный порядок в Виленской губернии был установлен лишь на три десятилетия. В 1863-1864 гг. вспыхнуло следующее польское восстание, не менее масштабное и кровопролитное, чем восстание 1830-1831 гг. Подготовкой восстания занималась разветвленная сеть польской шляхетской организации во главе с Ярославом Домбровским. Деятельность Центрального национального комитета распространилась не только на польские, но и на литовские и белорусские земли. В Литве и Белоруссии комитетом руководил Константин Калиновский. Восстание против российского управления в Польше, Литве и Белоруссии активно поддерживалось из-за рубежа. В ряды польских повстанцев стекались иностранные добровольцы из европейских государств, считавшие своим долгом «борьбу с тиранией Российской империи». В Белоруссии католической шляхтой, составлявшей костяк повстанческого движения, был развязан террор против православного крестьянства, не поддержавшего чуждое его интересам восстание. Жертвами повстанцев стало не менее двух тысяч человек (согласно Энциклопедическому словарю Брокгауза и Эфрона).

Белорусский историк Евгений Новик считает, что во многом история польского восстания 1863-1864 гг. была сфальсифицирована, причем не только польскими исследователями, но и советскими авторами (http://www.imperiya.by/aac25-15160.html). В СССР восстание рассматривалось исключительно сквозь призму его национально-освободительного характера, исходя из чего признавался его прогрессивный характер. При этом забывалось, что собственно народным восстание и не являлось. Подавляющее большинство его участников было представлено польской и литовской шляхтой, крестьянство составляло не более 20-30% в западнобелорусских землях и не более 5 % в Восточной Белоруссии. Это объяснялось тем, что большинство крестьян говорили на русском языке и исповедовали православие, а восстание подняли представители польской и полонизированной шляхты, исповедовавшие католичество. То есть, в этническом отношении они были чужды белорусскому населению, и это объясняло незначительный характер поддержки восстания со стороны крестьянства. То, что крестьяне поддержали в этом противостоянии Российскую империю, признавали в своих донесениях армейские и жандармские начальники, занимавшиеся непосредственно установлением порядка в литовских и белорусских губерниях.
Когда в Динабургском уезде крестьяне-старообрядцы пленили целый отряд повстанцев, штаб-офицер виленской жандармерии А.М. Лосев писал в докладной записке: «динабургские мужички доказали, где сила Правительства, — это в массе народа. Отчего бы повсеместно этой силой не воспользоваться и тем самым заявить пред Европой настоящее положение нашего западного края?» (Восстание в Литве и Белоруссии 1863-1864 гг. М., 1965. С. 104). Для белорусского крестьянства возвращение Речи Посполитой не несло в себе ничего хорошего, кроме как отката к жутким временам гонений на русский язык и православную веру. Поэтому если восстание и носило национально-освободительный характер, то лишь для полонизированных групп населения и, прежде всего, для католической шляхты, ностальгировавшей по временам Речи Посполитой и тем правам, которыми она обладала в польско-литовском унитарном государстве.
Царское правительство обошлось с восставшими поляками и литовцами на редкость гуманно. Было казнено лишь 128 человек, 8-12 тысяч человек отправились в ссылку. Репрессии затрагивали, как правило, вождей, организаторов и реальных участников повстанческого террора. Однако помимо судебных приговоров последовали и меры административного характера. После восстания был введен запрет на официальное употребление названий Польши и Литвы, закрыты все католические монастыри и приходские школы. В Виленской губернии обучение в школах на литовском языке было полностью запрещено, в Ковенской губернии сохранено лишь для начальной школы. Изымались все книги и газеты, написанные на литовском языке латинским алфавитом, соответственно, вводился запрет и на использование литовской латиницы. Посредством этих мер царское правительство стремилось предотвратить сохранение и распространение антироссийских настроений среди польского и литовского населения, а в перспективе — русифицировать его, интегрировать поляков и литовцев в состав русской нации посредством утверждения отказа от латинского алфавита, национальных языков и постепенного перехода в православную веру.
Однако, антироссийские настроения в Литве сохранялись. Этому, во многом, способствовала деятельность католической церкви и западных государств. Так, с территории Восточной Пруссии в Литву контрабандным путем доставляли литовскую литературу, отпечатанную на латинице в типографиях Восточной Пруссии и в Соединенных Штатах Америки. Доставкой запрещенных книг занимался особый подвид контрабандистов — книгоноши. Что касается католического духовенства, то оно создавало подпольные школы при приходах, где вело обучение литовскому языку и латинскому алфавиту. Помимо литовского языка, на овладение которым коренные литовцы, безусловно, имели полное право, в подпольных школах культивировались и антироссийские, антиимперские настроения. Естественно, что эта деятельность поддерживалась и Ватиканом, и польскими католическими иерархами.
Начало непродолжительной независимости
В исповедующих католицизм литовцах, которые негативно воспринимали свое нахождение под властью Российской империи, антироссийские силы в Европе видели естественных союзников. С другой стороны, литовское население действительно было дискриминировано недальновидной политикой царских властей, запрещавших использование национального языка, что способствовало распространению радикальных настроений среди самых разных слоев населения. В годы революции 1905-1907 гг. в Виленской и Ковенской губерниях состоялись мощные выступления — как революционных рабочих, так и крестьян.
Во время Первой мировой войны, в 1915 г., Виленская губерния была оккупирована германскими войсками. Когда Германией и Австро-Венгрией было принято решение о создании марионеточных государств на территории западных областей бывшей Российской империи, 16 февраля 1918 г. в Вильно было объявлено о воссоздании суверенного литовского государства. 11 июля 1918 г. было провозглашено создание Литовского королевства, приять престол которого предстояло немецкому принцу Вильгельму фон Ураху. Однако в начале ноября от планов по созданию монархии Совет Литвы (Литовская Тариба) решил отказаться. 16 декабря 1918 г., после ухода оккупационных германских войск, была создана Литовская советская республика, а 27 февраля 1919 г. объявлено о создании Литовско-Белорусской Советской Социалистической Республики. Против советских войск в феврале-марте 1919 г. начали боевые действия войска Литовской Тарибы в союзе с германскими подразделениями, а затем и с армией Польши. Территория Литовско-Белорусской ССР была оккупирована польскими войсками. С 1920 по 1922 гг. на территории Литвы и Западной Белоруссии существовала Срединная Литва, позже присоединенная к Польше. Таким образом, территория современной Литвы фактически разделилась на две части. Бывшая Виленская губерния отошла в состав Польши и с 1922 по 1939 гг. именовалась Виленским воеводством. На территории Ковенской губернии существовало независимое государство Литва со столицей в Каунасе. Первым президентом Литвы был избран Антанас Смятона (1874-1944). Он возглавлял Литву в 1919-1920 гг., затем некоторое время преподавал в Литовском университете в Каунасе философские дисциплины. Повторный приход Смятоны к власти произошел в 1926 году, в результате государственного переворота.
Литовский национализм двадцатых и тридцатых
Антанаса Смятону можно выделить в числе основоположников современного литовского национализма. После ухода с поста президента в 1920 году, он не оставил политику. Более того — Смятона был крайне недоволен деятельностью левоцентристского правительства Литвы и приступил к формированию националистического движения. В 1924 г. Союз литовских фермеров и Партия национального прогресса объединились в Союз литовских националистов («таутининки»). Когда 17 декабря 1926 г. в Литве произошел государственный переворот, которым руководила группа националистически настроенных офицеров во главе с генералом Повиласом Плехавичюсом, Союз литовских националистов фактически превратился в правящую партию. Спустя несколько дней после переворота, Антанас Смятона был избран во второй раз президентом Литвы. Идеология Союза литовских националистов была замешана на сочетании католических ценностей, литовского патриотизма и крестьянского традиционализма. Залог силы и независимости Литвы партия видела в сохранении традиционного уклада жизни. При Союзе националистов действовала военизированная организация — Союз литовских стрелков. Сформированный в 1919 году и включивший в свой состав многих ветеранов Первой мировой войны, а также националистически настроенную молодежь, Союз литовских стрелков стал массовой националистической организацией ополченческого типа и просуществовал вплоть до падения Литовской республики в 1940 году. К концу 1930-х гг. в рядах Союза литовских стрелков состояло до 60 000 человек.

Союз литовских националистов первоначально достаточно позитивно относился к итальянскому фашизму, однако впоследствии стал осуждать некоторые действия Бенито Муссолини, очевидно стремясь сохранить дружественные отношения со странами Запада — Англией и Францией. С другой стороны, середина 1920-х гг. стала периодом появления в Литве и более радикальных организаций националистического толка. Стоит ли говорить, что все они носили ярко выраженный антисоветский характер. В 1927 году появилась фашистская организация «Железный волк», находившаяся на позициях крайнего литовского национализма, антисемитизма и антикоммунизма. В политическом плане «железные волки» ориентировались на германский нацизм в духе НСДАП и считали Союз литовских националистов недостаточно радикальным.
Во главе «Железного волка» встал Аугустинус Вольдемарас (1883-1942). В 1926-1929 гг. этот человек, бывший, кстати, профессором Литовского университета в Каунасе, занимал пост премьер-министра Литвы. Первоначально он вместе с Антанасом Смятоной создавал и развивал Союз литовских националистов, однако впоследствии разошелся с товарищем в идеологическом отношении, считая его понимание литовского национализма недостаточно радикальным и глубоким. В 1929 г. Вольдемарас был снят с поста премьер-министра и выслан под надзор полиции в Зарасай. Несмотря на неудачу, Вольдемарас не оставил планов по изменению курса политики Каунаса. В 1934 г. он предпринял силами «железных волков» попытку государственного переворота, после чего был арестован и осужден на двенадцать лет заключения. В 1938 г. Вольдемараса освободили и выслали из страны.
СССР создал Литву в современных границах
Конец литовскому националистическому режиму наступил в 1940 году. Хотя первый гром для политического суверенитета Литвы прозвучал чуть раньше. 22 марта 1939 г. Германия потребовала от Литвы вернуть ей район Клайпеды (тогда он назывался Мемель). Естественно, что Литва отказать Берлину не смогла. Тогда же был заключен договор о ненападении между Германией и Литвой. Таким образом, Литва отказалась от поддержки Польши. 1 сентября 1939 г. Германия напала на Польшу. 17 сентября 1939 г., воспользовавшись ситуацией, в восточные районы Польши вошли советские войска. 10 октября 1939 г. Советский Союз передал Литве занятую советскими войсками территорию Вильно и Виленского воеводства Польши. Также Литва давала согласие на ввод в страну 20-тысячного советского военного контингента. 14 июня 1940 г. СССР предъявил Литве ультиматум, потребовав отправить правительство в отставку и пропустить на территорию страны дополнительные советские войска. 14-15 июля на состоявшихся в Литве выборах победил Блок трудового народа. 21 июля было провозглашено создание Литовской ССР, а 3 августа 1940 г. Верховный Совет СССР удовлетворил просьбу Литовской ССР о принятии в состав Советского Союза.
Антисоветские и антироссийские историки и политические деятели утверждают о том, что Литва была оккупирована и аннексирована Советским Союзом. Советский период истории республики сегодня называется в Литве не иначе как «оккупацией». Между тем, не вступи в Литву советские войска — она с тем же успехом была бы аннексирована Германией. Только гитлеровцы вряд ли оставили бы автономию, пусть и формальную, под названием Литва, развивали бы национальный язык и культуру, переводили бы литовских писателей. От советской власти Литва стала получать «бонусы» практически сразу же после мнимой «оккупации». Первым бонусом стала передача в состав Литвы Вильно и Виленского воеводства, занятого советскими войсками в 1939 году. Напомним, что тогда Литва еще оставалась независимым государством и Советский Союз мог не передавать занятые им земли Виленского воеводства Литве, а включить их в свой состав — скажем, как Виленскую АССР, или как Литовскую АССР. Во-вторых, в 1940 году, став союзной республикой, Литва получила ряд белорусских территорий. В 1941 г. в состав Литвы был включен Волковысский район, который Советский Союз приобрел у Германии за 7,5 млн. долларов золотом. Наконец, после окончания Второй мировой войны, основную победу в которой одержал Советский Союз, в соответствии с Потсдамской конференцией 1945 г. СССР получил международный порт Клайпеда (Мемель), прежде принадлежавший Германии. Клайпеда также была передана Литве, хотя у Москвы были все основания сделать ее анклавом по образцу Калининграда (Кенигсберга).
— демонстрация в Вильнюсе в 1940 году в поддержку Советского Союза и И.В. Сталина
В антисоветской публицистике традиционно господствует миф о «всенародном» сопротивлении литовцев установлению советской власти. При этом в качестве примера, в первую очередь, приводится деятельность знаменитых «Лесных братьев» — партизанского и подпольного движения на территории Литвы, начавшего свою деятельности практически сразу после провозглашения Литовской советской социалистической республики и лишь спустя несколько лет после Победы в Великой Отечественной войне подавленного советскими войсками. Естественно, что включение Литвы в состав Советского Союза не приветствовали значительные слои населения республики. Католическое духовенство, получавшее прямые указания из Ватикана, националистически настроенная интеллигенция, вчерашние офицеры, чиновники, полицейские независимой Литвы, преуспевающие фермеры — все они не видели своего будущего в составе советского государства, а поэтому были готовы к развертыванию полноценного сопротивления советской власти сразу после включения Литвы в состав СССР.
Специфику социально-политической ситуации во вновь приобретенной республике прекрасно понимало и советское руководство. Именно с этой целью была организована массовая депортация антисоветских элементов в глубинные области и республики СССР. Конечно, среди высланных было множество случайных людей, не являвшихся литовскими националистами и врагами советской власти. Но когда проводятся такие массовые компании, это, к сожалению, неизбежно. В ночь на 14 июня 1941 г. из Литвы было депортировано около 34 тысяч человек. Тем не менее, как раз настоящим противникам советской власти в значительной степени и удалось остаться на территории республики — они давно ушли в подполье и не собирались добровольно отправляться в ссыльных эшелонах.
Литовские пособники Гитлера
Литовское антисоветское сопротивление было активно поддержано гитлеровской Германией, которая вынашивала планы нападения на Советский Союз и рассчитывала заручиться поддержкой литовских националистов. Еще в октябре 1940 года был создан Литовский фронт активистов, которым руководил бывший посол Литовской республики в Германии Казис Шкирпа. Естественно, что должность этого человека все говорит за себя. Казис Шкирпа, уроженец литовской деревни Намаюнай, прожил долгую жизнь. Он родился в 1895 году, а умер в далеком 1979 г., последних тридцать лет прожив в Соединенных Штатах Америки. Когда 22 июня 1941 года гитлеровская Германия напала на Советский Союз, Литовский фронт активистов поднял на территории Литовской ССР вооруженное антисоветское восстание. Оно началось с убийств литовцами, служившими в местных частях РККА, офицеров — нелитовцев. 23 июня было сформировано Временное правительство Литвы, во главе которого формально встал Казис Шкирпа, но фактически им руководил Юозас Амбразявичюс (1903-1974). Было заявлено о восстановлении независимости Литовской республики. Националисты приступили к уничтожению советских активистов — и русских, и литовцев, и людей других национальностей. В Литве начались массовые еврейские погромы. Именно литовские националисты несут основную ответственность за геноцид еврейского населения в Литве во время гитлеровской оккупации. Когда 24 июня 1941 г. подразделения вермахта вошли в Вильнюс и Каунас, к этому времени захваченные повстанцами Литовского фронта активистов, последние успели провести кровавые еврейские погромы, жертвами которых стало не менее четырех тысяч человек.
Временное правительство Литвы рассчитывало, что Германия поможет республике вновь обрести политический суверенитет. Однако у Гитлера насчет Литвы были совершенно другие планы. Весь регион включался в состав рейхскомиссариата Остланд. В соответствии с этим решением, созданные Литовским фронтом активистов органы власти «суверенной Литовской республики» распускались, равным образом, как и вооруженные формирования литовских националистов. Значительная часть вчерашних пламенных сторонников литовской независимости моментально сориентировалась в ситуации и вступила во вспомогательные подразделения вермахта и полиции. Организацией «Железные волки», некогда созданной экс-премьером Вольдемарасом, на момент описываемых событий руководил бывший майор литовских военно-воздушных сил Йонас Пирагюс. Его подчиненные сыграли одну из главных ролей в антисоветском восстании, а затем приветствовали приход гитлеровцев и в массовом порядке пополнили ряды полицейских подразделений и контрразведки.
29 июня архиепископ Римско-католической церкви в Литве Иосиф Сквирекас публично заявил о всесторонней поддержке со стороны католического духовенства Литвы той борьбы, которую «Третий рейх» ведет с большевизмом и Советским Союзом. Заигрывая с католической церковью, германская администрация Литвы разрешила восстановление теологических факультетов во всех университетах страны. Впрочем, гитлеровцы разрешили деятельность на территории Литвы и православной епархии — с той надеждой, что священники будут влиять на симпатии и поведение православного населения.

Кровавый след нацистов
В ноябре 1941 г. под руководством германской администрации произошло преобразование военизированных формирований литовской самообороны. На ее базе была создана литовская вспомогательная полиция. К 1944 г. действовало 22 литовских полицейских батальона, в совокупности насчитывавших 8000 человек. Батальоны несли службу на территории Литвы, Ленинградской области, Украины, Белоруссии, Польши и даже применялись в Европе — во Франции, Италии и Югославии. В совокупности с 1941 по 1944 гг. во вспомогательных полицейских формированиях служило 20 000 литовцев. Последствия деятельности этих формирований впечатляют и ужасают одновременно. Так, к 29 октября 1941 года было уничтожено 71 105 лиц еврейской национальности, в том числе в Каунасской крепости произведен массовый расстрел 18 223 человек. В мае 1942 г. в Паневежисе литовские полицаи расстреляли 48 членов разоблаченной подпольной коммунистической организации. Общее количество погибших на территории Литвы в годы гитлеровской оккупации достигает 700 000 человек. Было убито 370 000 граждан Литовской ССР и 230 000 советских военнопленных, а также жители других республик СССР и иностранные граждане.
К чести литовского народа следует отметить, что подавляющее большинство литовцев оставалось в стороне от изуверств националистов и гитлеровских пособников. Многие литовцы участвовали в антифашистском и партизанском движении. 26 ноября 1942 г. постановлением Государственного комитета обороны СССР был создан Литовский штаб партизанского движения под руководством Антанаса Снечкуса. На территории Литвы к лету 1944 г. действовало не менее 10 000 партизан и участников подпольных организаций. В составе партизанских организаций действовали люди всех национальностей — литовцы, поляки, русские, евреи, белорусы. К концу 1943 г. в Литве действовало 56 групп советских партизан и подпольщиков. После войны численность партизан и подпольщиков, действовавших в годы ВОВ на территории Литвы, была установлена поименно. Известно о 9187 партизанах и подпольщиках, 62% из которых составляли литовцы, 21% — русские, 7,5% — евреи, 3,5% — поляки, 2% -украинцы, 2% — белорусы и 1,5% — люди остальных национальностей.
В течение 1944-1945 гг. советскими войсками была освобождена от гитлеровских оккупантов территория Литовской ССР. Однако литовские националисты практически сразу же перешли к вооруженной борьбе против возвращения советской власти. В 1944-1947 гг. борьба «Армии свободы Литвы» и других вооруженных формирований, часто объединяемых под названием «литовские лесные братья», носила открытый характер. Литовские националисты стремились добиться международного признания и получали моральную поддержку от США и Великобритании, которые долгое время не хотели признавать возвращение советской власти в Прибалтике. Поэтому литовские националисты пытались представить себя не как партизанское движение, а как регулярную армию. Они сохраняли, пусть и формально, структуру регулярной армии, с воинскими званиями, штабом и даже собственным офицерским училищем, которое впоследствии было захвачено во время операции советских войск. В 1947 г. активные действия советских войск и сил госбезопасности заставили «лесных братьев» перейти от открытого противостояния к партизанской борьбе и терроризму.
Деятельность «лесных братьев» — тема отдельного и интересного исследования. Достаточно лишь сказать, что вооруженные отряды литовских националистов оперировали на территории республики вплоть до конца 1950-х гг., а в 1960-е гг. имели место отдельные вылазки «лесных братьев». От рук так называемых «патриотов Литвы» за годы развязанного ими антисоветского террора погибло 25 тысяч человек. 23 тысячи из них — этнические литовцы, которых убивали (часто вместе с детьми) за сотрудничество с советской властью, а то и по вымышленным подозрениям в симпатиях к коммунистам. В свою очередь, советским войскам удалось уничтожить до тридцати тысяч участников бандформирований «лесных братьев». В современной Литве «лесные братья» героизированы, им ставят памятники и считают борцами за «независимость» страны от «советской оккупации».

Глава 17

Присоединение Курляндии к России

В XVIII веке Курляндское герцогство находилось в вассальной зависимости от Речи Посполитой. Однако к 1710 г. на его территории дислоцировались русские войска.

Во время свидания Петра I с прусским королем Фридрихом I в октябре 1709 г. в Мариенвердере было решено, что курляндский герцог Фридрих-Вильгельм должен жениться на одной из родственниц русского царя. Тем самым Петр I рассчитывал обеспечить известное влияние России на дальнейшую политику герцогства.

В 1710 г. Фридрих-Вильгельм приехал в Петербург, где обвенчался с племянницей царя Анной Иоанновной. А перед венчанием был заключен договор, по которому Фридрих-Вильгельм обязывался в случае войны соблюдать по отношению к России доброжелательный нейтралитет, а также содействовать торговым сношениям между Россией и Курляндией и обеспечить русским купцам свободный проезд в Западную Европу. Для герцога самым важным было получение 40 тысяч рублей приданого Анны Иоанновны и 160 тысяч рублей ссуды, на которые он хотел выкупить заложенные имения. Однако на обратном пути в Митаву (с 1917 г. Елгава), 6 января 1711 г. Фридрих-Вильгельм внезапно умер. Как утверждают современники, герцог в Петербурге попросту запил, и причиной его смерти стало неумеренное потребление алкоголя.

Теперь курляндским герцогом стал наследник престола – дядя умершего герцога Фердинанд. В Митаву он не поехал, а остался в Данциге и оттуда управлял герцогством не столько при помощи советников герцогства, сколько через своих доверенных лиц.

Поскольку Северная война была еще не закончена, Петр I не рискнул силовым путем аннексировать Курляндское герцогство, но и отдавать его тоже не хотел. По его приказанию в Митаву была отправлена на жительство вдова Фридриха-Вильгельма с «ограниченным контингентом» русских войск.

В результате в герцогстве возникло, как говорят в Польше, «бескоролевье». Формально герцогом был Фердинанд, польское дворянство в Курляндии пыталось вернуть край Речи Посполитой, а «русская» партия из немецких дворян соответственно ориентировалась на Петербург.

В 1730 г. Анна Иоанновна стала русской императрицей. Ее фаворитом и самым влиятельным человеком при дворе был курляндец Эрнст-Иоганн Бирон. Русская дипломатия уделяла исключительное внимание событиям в герцогстве.

После смерти польского короля Августа II Россия поддерживала его сына, будущего польского короля Августа III, в его борьбе за польскую корону против Станислава Лещинского. Август III при поддержке русских войск стал польским королем, а в 1736 г. польский сейм по настоянию России отказался от включения Курляндии в состав польского государства, признавая по-прежнему личную зависимость герцогства от Польши.

В 1737 г. умер герцог Фердинанд, и курляндский ландтаг в июне того же года избрал герцогом Бирона. Дело решили русские деньги и русские полки на границе.

Став герцогом, Эрнст Бирон продолжал жить во дворце в Петербурге. Анна Иоанновна перед смертью в 1740 г. назначила наследником престола своего трехмесячного внучатого племянника Иоанна, а регентом до его совершеннолетия – Бирона. Однако в ночь с 8 на 9 ноября 1740 г. фельдмаршал Миних с ведома матери императора Иоанна VI Анны Леопольдовны произвел военный переворот. Бирон и его сторонники были арестованы, а затем герцога отправили в ссылку в Сибирь, в Пелым.

Через 16 дней в Петербурге произошел новый переворот – рота гвардейцев 25 ноября возвела на престол Елизавету Петровну. Новая императрица улучшила участь Бирона – ему определили местом ссылки Ярославль вместо Пелыма.

До 1758 г. Курляндия оставалась без герцога, а затем польский король Август III (а по совместительству саксонский курфюрст) уговорил Елизавету Петровну сделать герцогом своего сына Карла Саксонского. Избрание католика герцогом вызвало недовольство населения Курляндии, большинство которого состояло из протестантов.

Императрица Екатерина II нашла решение Елизаветы неразумным: «В деле о Курляндии, чем более о нем думаю, тем менее нахожу там здравого смыслу». И она надумала вернуть на курляндский престол… Эрнста Бирона, которому шел уже 73-й год.

Польский король Август III потребовал, чтобы Бирон представил ему свои требования, на что русский посол Ржичевский ответил, что «Бирон собственно не обязан просить о том, что у него никто и ни по каким правам отнять не мог». А матушка-государыня пригрозила выгнать непослушного короля из Польши. В Курляндию вновь вошел довольно приличный контингент русских войск.

30 декабря 1762 г. в Митаву с большим торжеством въехал Бирон со своим сыном Петром.

По указу императрицы принц Карл был выслан из Митавы. Однако сторонники Польши, их называли «каролинцами», решили дать бой Бирону в ландтаге. Ландтаг отказался присягать новому герцогу. В ответ Екатерина II предложила дворянам в четырехнедельный срок принести присягу Бирону. Неподчинившимся грозило расквартирование в их имениях русских войск на постой. Угроза эта возымела свое действие, и даже наиболее оппозиционно настроенные дворяне были вынуждены повиноваться.

После смерти Эрнста Бирона ему наследовал сын Петр. «Каролинцы» во главе с дворянином Говеном Младшим начали борьбу против нового герцога. Дворяне опять отказали в присяге герцогу. Дело дошло до того, что в 1771 г. по требованию русского правительства Говена арестовали в Варшаве. Среди его бумаг нашли переписку с саксонским двором. Говен был осужден на три года и заточен в крепость. А после императрица просто купила Говена, и он стал вождем «русской партии».

В 1784 г. Петр Бирон, формально оставаясь герцогом, подался от греха подальше в Германию. Через три года он вернулся в Митаву, но его власть стала номинальной. Герцогство контролировали богатые дворяне и резиденты императрицы.

В мае 1794 г. польские конфедераты вторглись в Курляндию. Герцог и ландтаг обратились за помощью к России. Русские войска к августу навели порядок в Курляндии.

Анархия в герцогстве порядком надоела как дворянам, так и горожанам. Поэтому делегаты курляндского дворянства начали в Петербурге переговоры о возможности подчинения герцогства России. Герцог вначале протестовал против этого, но вскоре понял тщетность подобных протестов и, в свою очередь, начал в Петербурге переговоры о размерах компенсации за добровольный отказ от герцогства.

В январе 1795 г. герцог Петр лично прибыл в Петербург. Через два месяца переговоры завершились, и герцог 28 марта подписал отречение от престола, выторговав себе за это 2 млн. рублей компенсации за свои имения, 69 тысяч талеров ежегодной пенсии и обеспечение вдовьей доли для своей жены.

В апреле 1795 г. курляндское дворянство официально признало подчинение своего герцогства России. Екатерина II утвердила за дворянством все его прежние права и привилегии. 27 мая 1795 г. Курляндское герцогство стало Курляндской губернией Российской империи.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

225 лет назад Курляндия вошла в состав России

Зачем Россия делила Польшу

1 июля 1569 года была принята Люблинская уния, объединившая Королевство Польское и Великое княжество Литовское в единое государство. В результате заключения союза русское православное население Литвы подверглось насильственной полонизации и обращению в католическую веру, а древние памятники культуры уничтожались. На карте Европы появилась новое государство — Речь Посполитая, — занимавшее части территорий современных Польши, Литвы, Украины, Белоруссии, России, Латвии и Молдавии. Страна стала одной из крупнейших и сильнейших на континенте. Ее население составляло примерно 7,5 млн человек и за два столетия выросло почти в два раза. Вассалом Речи Посполитой являлось небольшое и формально независимое герцогство Курляндии и Семигалии.

Как отмечал знаменитый русский историк XIX – начала XX в. Василий Ключевский, «чтобы упрочить династическую связь Литвы и Польши, польское правительство с духовенством во главе предприняло усиленную пропаганду католицизма среди православной Литовской Руси».

Реклама

Передача русских земель от Литвы Польше и окончательное торжество польского порядка в Литве привели к тяжелым последствиям для русского населения Речи Посполитой и для всего государства, отмечал русский и советский историк Сергей Платонов. Во-первых, после государственной унии возник вопрос о введении унии церковной: поляки не надеялись достигнуть народного единства без единства веры. Во-вторых, особенности польского шляхетского строя, распространяясь на все литовско-русские области, усилили бесправие и зависимость от шляхты простого народа. Как церковная уния, так и усиление крепостного гнета вызывали глубокое недовольство православно-русского населения и создали острое междоусобие в Речи Посполитой, констатировал Платонов.

Речь Посполитая просуществовала до третьего раздела в 1795 году, когда части государства отошли к Австрии, Пруссии и России. Поражение восстания Тадеуша Костюшко, направленного против разделов страны, послужило поводом для окончательной ликвидации польско-литовского государства. В октябре 1795 года Россия, Пруссия и Австрия, участвовавшие в разделе, определили свои новые границы.

Как Екатерина II приcоединила Курляндию

После подавления польского восстания войсками Александра Суворова курляндское дворянство обратилось к российской императрице с просьбой о включении герцогства в состав империи. Курляндский ландтаг избрал делегацию, которая вместе с делегацией от Пилтенского дворянства 19 марта 1795 года прибыла в Петербург.

close Wikimedia Commons

Представители Курляндского герцогства находились в столице Российской империи в течение почти целого месяца — все это время готовились документы для торжественного заседания Сената, на котором должен был рассматриваться вопрос о присоединении Курляндии к Российской империи.

10 апреля Екатерина II писала Фридриху Гримму, немецкому публицисту эпохи Просвещения, дипломату и своему многолетнему корреспонденту:

«Господа курляндцы прибыли сюда не для предложения каких-либо условий — они только просят уравнять их с другими областями империи, т.е. учреждения губернии.

Я отвечала им, что это разумелось само собою, и тотчас будет приступлено к предварительным распоряжениям — к определению уездов, к разделению дел на четыре разряда, к постройке зданий для казначейства и судебных мест, к их внутреннему устройству. На все это требуется обыкновенно не менее года».

15 апреля 1795 года делегации Курляндского герцогства и Пилтенского округа общим числом в 17 человек на придворных каретах прибыли в Зимний дворец. По особому церемониалу они были введены в Тронный зал. Здесь уже находилась императрица Екатерина II, голову которой украшала малая императорская корона. Вокруг нее стояли высшие чины двора, сановники и министры.

Отто фон дер Ховен обратился к Екатерине II со словами приветствия от имени курляндского рыцарства, после чего секретарь Курляндского сейма передал вице-канцлеру графу Ивану Остерману сеймовые акты о присоединении Курляндии к Российской империи. Торжество закончилось целованием руки императрицы.

В тот же день Екатерина II подписала Манифест «О присоединении на вечные времена к Российской империи княжеств Курляндского и Семигальского, также округа Пильтенского и о приглашении уполномоченных в Сенат для учинения присяги на верность подданства».

«Объявляем при том императорским Нашим словом, что не токмо свободное исповедание веры, от предков вами наследованной, права, преимущества и собственность, законно каждому принадлежащая, в целости соблюдены будут, но что от сего времени каждое состояние народное вышеозначенных областей имеет пользоваться и всеми теми правами, вольностями, выгодами и преимуществами, каковыми древние подданные российские по милости Наших предков и Нашей наслаждаются», — говорилось в тексте документа.

После этого делегатам были вручены печатные экземпляры манифеста на русском и немецком языках. К 1 мая на верность Российской империи присягнули все жители Курляндии, Семигалии и Пилтенского округа.

Это герцогство с 1561 года существовало в западной части современной Латвии и признавало себя вассалом сначала Великого княжества Литовского, затем Речи Посполитой. Русское влияние значительно усилилось в Курляндии после Северной войны. До своего восшествия на российский престол в 1730 году в Митаве (ныне Елгава) проживала вдовствующая герцогиня Анна Иоанновна. Правителем Курляндии она назначила собственного фаворита Эрнста Бирона. Герцог правил в Митаве до 1741 года, ведя за счет российской казны, к которой он имел неограниченный доступ, обширное строительство. В частности, он перестроил Митавский дворец своих предшественников.

Уже при Екатерине II, в начале 1760-х Бирон вернулся из ссылки и вторично занял пост герцога Курляндии и Семигалии.

Он обязывался пропускать через Курляндию русские войска, не вступать в сношения с врагами России, оказывать веротерпимость православным и разрешить постройку православного храма в Митаве.

В 1796 году здесь была образована Курляндская губерния с центром в Митаве. Она имела выход к Балтийскому морю, граничила с северо-востока и востока с Лифляндской и Витебской губерниями, а с юга — с Виленской и Ковенской губерниями и Пруссией. Население Курляндии составляло примерно 600 тыс. человек. В административном плане она делилась на 10 уездов. Помимо Митавы крупными городами были Либава (Лиепая), Виндава (Вентспилс), Якобштадт (Екабпилс), Гольдинген (Кулдига), Туккум (Тукумс). Первым губернатором Курляндии стал генерал Матвей Ламздорф, позже получивший широкую известность как воспитатель Николая I. Местная аристократия в значительной степени сохранила свои позиции.

14 декабря 1795 года вышел новый Манифест Екатерины II «О присоединении к Российской империи всей части Великого княжества Литовского, которая по прекращении мятежей в Литве и Польше занята была войсками». Так завершился третий раздел Речи Посполитой. По его итогам к России отошла не только Южная Латвия, но и Литва с Вильно и Гродно, западная часть Черной Руси, Западное Полесье с Брестом и Западная Волынь с Луцком. В составе России большинство этих территорий оставались вплоть до 1918 года.

Остзейские немцы на государевой службе

Еще до Екатерины II активную деятельность по включению прибалтийских земель в состав России вел Петр I. В результате победы России в Северной войне в состав провозглашенной империи по Ништадтскому миру 1721 года вошли Лифляндия, Эстляндия, Игрия и часть Карелии (с Выборгом), а также острова Эзель и Даго. Так у России оказалась Эстония и северная часть Латвии — Видземе с городом Рига.

Одной из особенностей прибалтийских губерний было то, что все местное дворянство, духовенство и большинство городской буржуазии состояло из немцев, которые насчитывали только 1% от населения. Большинство коренных жителей составляли крестьяне — латыши и эстонцы.

После присоединения к России дворянство Прибалтики без каких-либо ограничений получило права и привилегии русского дворянства. Остзейские немцы – многие из них были потомками немецких рыцарей из Лифляндской и Курляндской губерний – стали влиятельным национальным меньшинством в империи, заняв важные посты в государстве и армии и составив заметную часть российской элиты. Так, при Николае I 19 из 134 членов Государственного совета являлись балтийскими немцами.

Значительная доля поступила на службу в дипломатический корпус. Целый ряд известных и успешных дворянских династий России XIX — начала XX веков происходил из Прибалтики: Палены, Ливены, Корфы, Сиверсы, Берги и другие. Они носили титулы графов и баронов. Например, семья Врангелей дала России морского министра, члена Государственного совета, двух сенаторов, двух губернаторов, попечителя учебного округа, профессора литературы, вождя Белого движения и многих высших офицеров.

Вопрос 15 Вхождение белорусских земель в состав Российской Империи

В результате разделов Речи Посполитой 1772, 1793, 1795 годов белорусские земли вошли в состав Российскойимперии.На территории Беларуси начали действовать губернские управления, царские судебные органы. После ликвидации униатства в 1839 году начался массовый переход в православие. В 1840 году белорусские земли получили наименованиеСеверо-Западный край. Попыткой обретения самостоятельности белорусских земель было восстание под предводительством К. Калиновского в 1863-64 годах. В начале XX века борьба за независимость белорусского народа развивалась в русле общего революционного движения. Начиная с изданий «Мужыцкая прауда» и»Гоман»(80-е гг. XIX века) и вплоть до газеты»Наша нiва» (1906-1915), издаваемой И. и А. Луцкевичами, все белорусские издания имели социально-политическую направленность.

В целом, находясь в составе Речи Посполитой и Российской империи, белорусская культура формируется в основном в русле народного творчества, фольклорной традиции, поэтому эта культура впитала в себя особенности крестьянского сознания.

Сразу же после первого раздела Речи Посполитой и включения части Беларуси в состав Российской империи (1772) Екатерина II во всеуслышание объявила, что не думает сколько-нибудь стеснять свободу веры. она учредила в 1773 г. независимую от Рима Белорусскую католическую епархию с центром в Могилеве, во главе которой был поставлен епископ С.Богуш-Сестренцевич, представитель местного шляхетства. Обеспечивая католикам свободу вероисповедания.По своему новому устройству римско-католическая церковь на территории Беларуси не представляла собой замкнутого института, имевшего своего особого государя — папу, независимого от местной власти.

В 1795 перестало существовать Великое Княжество Литовское — когда-то великая держава двух современных народов: беларусского и литовского. Екатерине II удалось осуществить давнюю мечту русских царей и захватить его.

После присоединения Беларуси к России, имперское правительство начало проводить политику, направленную на нивелировку местных особенностей, имевшую конечной целью сближение и слияние с собственно русскими регионами. На присоединенные земли было распространено административно-территориальное деление на губернии и уезды. В соответствии с реформой 1802 г. на территории Беларуси создавалось пять губерний: Витебская, Могилевская, Минская, Виленская и Гродненская. В 1807 г. по условиям Тильзитского мира к России отошли Белосточчина (с 1843 г. в составе Гродненской губернии). Самодержавие, учитывая пограничное расположение Беларуси, а также напряженное политическое и социальное положение, создало здесь генерал-губернаторства: Белорусское (1772 — 1856 гг.), в которое вошли Витебская и Могилевская губернии, Литовское (Виленское) (1794 — 1912 гг.), в которое входили Минская, Гродненская и Виленская губернии. Губернии делились на уезды (примерно по 20-30 тыс. населения в каждом). Генерал — губернаторы фактически обладали неограниченными полномочиями. Власть генерал-губернаторов опиралась на мощный административный, военно-политический аппарат.


Население белорусских земель на протяжении месяца после опубликования указа правительства о включении в состав России приводилось к присяге. Те, кто отказывался присягнуть, должны были в трехмесячный срок выехать за границу, распродав недвижимое имущество. Основным действующим законодательным документом в области гражданского права оставался Статут Великого княжества Литовского 1588г., так как царские власти не решались проигнорировать коренные отличия государственно-правового положения населения белорусских земель. Местные жители (шляхта) имели возможность занимать различные административные должности, но ведущую роль в управлении краем занимали ставленники имперского центра.

В отношении к разным социальным группам общества новая власть проводила разную политику. Шляхте, присягнувшей царскому правительству, давались все права российского дворянства. Но правительство ликвидировало самостоятельность магнатов, лишило их права иметь свои войска, крепости, ограничила самоуправство шляхты. В целях укрепления своей социальной базы в присоединенных к России землях царизм проводил здесь политику насаждения русского землевладения. Царское правительство раздавало имения с крестьянами русским помещикам, крупным военным чинам и чиновникам. Отдавались староства и королевские экономии, секвестрированные имения магнатов и шляхты, которые выехали за рубеж, и владения некоторых ликвидированных монастырей. Крупнейшими владельцами стали князь Г.А. Потемкин, который получил Кричевское староство с 14274 крепостными, граф П.А. Румянцев-Задунайский, который стал собственником 11195 крепостных в Гомельском старостве, А.В. Суворов получил 7тыс. крестьян в Кобринской волости Брестской экономии и др. Всего на территории Беларуси Екатерина II и Павел I пожаловали в наследственное владение 200 тыс. ревизских (мужских) душ, как крепостных, так и бывших государственных крестьян.

На белорусские города было распространено положение «Жалованной грамоты городам» 1785 г. Действием магдебургского права было отменено. Для руководства хозяйственной деятельностью городов из представителей городских сословий избиралась дума. Купечество получило право на гильдейскую организацию. Многочисленное еврейское население указом 1794 г. попало под действие закона о черте оседлости в пределах Белорусского генерал-губернаторства и части украинских губерний. С 1795 г. сельских евреев было приказано переселить в города. С 1827 г. вместо денежного налога на евреев была распространена воинская повинность. 19 декабря 1844 г. вышел указ о ликвидации органов общинной автономии кагалов и подчинении евреев общим городским и уездным властям. Переступить эту черту разрешалось тем евреям, которые имели высшее образование, переходили в другую веру, ремесленникам, купцам первой гильдии.

Положение крестьян Беларуси почти не изменилось. На них была распространена российская налоговая система, которая сменяла подымный (хозяйственный) на подушный налог. Вначале, учитывая слабую платежеспособность и необходимость приспособления крестьян к новой налоговой системе, они получили льготы по уплате подушных налогов. Из политических соображений и хозяйственной необходимости с 1797 г. на протяжении 10 лет во всех губерниях Беларуси подушный налог с крестьян собирался в размере наполовину меньшим, чем в русских губерниях. В дальнейшем крестьянство Беларуси было поставлено в одинаковые условия с крестьянами других губерний России.

В конфессиональной сфере власти придерживались, в основном, обещаний, данных во время разделов Речи Посполитой. Правда, были приняты меры, которые препятствовали католическому и унитарному духовенству склонять в свою веру православных. Во время борьбы с восстанием во главе сКостюшко Екатерина II посчитала необходимым укрепить позиции православия переводом туда униатов (указ 22 апреля 1794 г.). В православие перешло 1,5 млн. человек. При преемнике Екатерины II многие из «воссоединенных» перешли в унию. Католическая церковь утратила свое господствующее положение в Беларуси, хотя в соответствии с дарственной грамотой Екатерины II 1774 г. учреждалась Белорусская католическая епархия. Земельные владения костелов и католических монастырей сохранялись.