Как ислам пришел на кавказ?

Как дагестанцы стали мусульманами?

Многим может показаться, что народы Дагестана всегда исповедовали ислам. Однако это не так. Процесс исламизации в этом крае затянулся почти на тысячу лет.
До того как в Дагестан пришёл ислам, здесь были распространены языческие верования. Вскоре, сюда прибыли грузинские миссионеры и стали распространять среди местного населения православие. Их руками было построено не мало христианских храмов, а некоторые из них сохранились и до наших дней. Таким образом часть населения Дагестана приняло православие, другие же оставались язычниками.
Ислам проник в Дагестан в первые годы существования Халифата. Арабские войска в VII веке заняли Дербент и сделали его центром распространения ислама на всём Кавказе. Оттуда они совершали рейды в горные части Дагестана. Первыми обратились в ислам лезгиноязычные народы. Чуть позже ислам пришёл в Лакию. Лакцев с тех пор стали называть газиями, то есть воителями за веру. В XIV веке мусульманами стали жители Аварского ханства. Однако жители отдалённых аварских районов, а также даргинцы ещё оставались верны вере предков.
Однако, не смотря на религиозное различие, народы Дагестана оставались сплочёнными. Так, в XIV веке, Тамерлан прошёлся мечом по Дагестану и достиг Акуши, которая, как уже было сказано, к тому времени ещё не была мусульманской. Но несмотря на то, что Тамерлан был мусульманином, на помощь акушинцам подошли аварцы и лацкы, также исповедующие ислам.
Окончательно ислам оформился в Дагестане только в XVI–XVII веках. В это время Иран делал попытки распространить в Дагестане шиизм, но встретил сопротивление со стороны дагестанцев. В итоге персы были разгромлены.
Период правления имама Шамиля характеризовался расцветом исламской культуры в Дагестане, однако после его падения она утратила прежнее значение.
В советское время ислам пришёл в упадок. Повсюду закрывались мечети, сжигалась религиозная литература. Такое положение дел сохранялось до развала СССР.
Сейчас в Дагестане действует более 2 тысяч мечетей. По этому показателю Дагестан опережает другие субъекты Северного Кавказа.
Однако не всё так хорошо как может показаться на первый взгляд. Если в горах всё ещё сохранились исламские ценности, то на равнине, особенно в Махачкале, они потихоньку утрачиваются. В Махачкале приобрести алкоголь не составляет труда, хотя сделать тоже самое в Чечне будет очень сложно. И это далеко не единственная проблема на сегодняшний день.

Ислам на Кавказе: история и современность

Каким был ислам на территории Северного Кавказа? Какие мазхабы традиционны для этой территории России? Как чеченская война повлияла на развитие ислама? Кто стоит во главе политической власти на территории Северного Кавказа – люди светские или религиозная элита? На эти вопросы попытался ответить Ахмет Ярлыкапов, старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа МГИМО.

— Что представляет собой Северный Кавказ? Это территория, населенная национальными меньшинствами, территория национальных республик. В Дагестане, самой большой республике Северного Кавказа, проживает 3 миллиона человек. Чечня, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Осетия, Карачаево-Черкессия, Адыгея – это анклав внутри Краснодарского края. Стоит отметить, что коренные мусульмане Ставропольского края – это ногайцы, а Краснодарского края – адыги.

До развала СССР распределение течений ислама по территории СК было следующим: сунниты-ханафиты преобладали в Адыгее, Карачаево-Черкессии, Кабардино-Балкарии, Ставрополье, на севере Дагестана и северо-востоке Чечни; шафиитского мазхаба придерживалось население Ингушетии, Чечни и Дагестана; суфии-шафииты преобладали в Ингушетии (кадирийя), Чечне (кадирийя и накшбандийя) и Дагестане (кадирийя, накшбандийя, шазилийя).

— Основными игроками были сунниты. Со времен существования Золотой Орды Северный Кавказ был традиционной территорией для распространения суннитов ханафитского и шафиитского мазхабов. Окончательно сунниты обосновались здесь в эпоху Османов через крымских татар и ногайцев. Шафиитский мазхаб пришел с юга, с территории Месопотамии. Изначально он утвердился на территории Дагестана, а потом плавно перешел и на Чечню. Если говорить об осетинах, то они традиционно ханафиты. Их исламизация началась при кабардинских князьях.

Распространено на Северном Кавказе и шиитское направление – это южная часть Республики Дагестан, азербайджанцы (в Дербенте находится самая мощная их община) и некоторые лезгинские села.

В конце 80-х произошло кардинальное преображение. На тот момент состояние ислама было довольно удручающим: острый недостаток образовательных кадров, высокий уровень секуляризации и видимые процессы русификации населения.

— Практически прекратилось мужское обрезание. Зачастую даже некоторые муллы были не обрезаны, мотивируя это тем, что это сунна, а не фарз. Ислам на этой территории больше сохранился как символ, часть некой этнической идентификации: называли себя мусульманами, поскольку были кабардинцами, к примеру. Подавляющее большинство населения не практиковало ислам. Это время отличает феномен народного ислама – спорные обычаи и обряды, к примеру, похороны, поминки. Отсюда вытекла необходимость реисламизации: люди заново принимали ислам, становились мусульманами, поскольку ислам к этому моменту был практически полностью утерян.

На северо-востоке Кавказа огромную роль играли практикующие суфийские группы. Они сохранили вирды, а их роль стала еще более значимой из-за депортации.

— Чтобы сохранить, они повернулись к корням. После своего возвращения это были самые ярые мусульмане во всем регионе. Ислам был для них живой практикой, живой идеологией.

Благодаря местным суфийским группам, алимам удалось сохранить исламское образование, из которого, к сожалению, вышли некоторые ваххабиты.

— Тесная связь исламских практик с тайпом и тухумом, а в случае ингушей и чеченцев – усиление депортации. Возвращение ислама на эти земли связано с 1989 годом, когда можно было наблюдать резкий рост мечетей – с 20 до 2000. Если говорить о действующих лицах возрождения религии на Кавказе, то на северо-западе это были муллы (к сожалению, слабообразованные), иностранные миссионеры (в Адыгее – так называемые «турки», а на деле – адыги из Турции, которые сохранили свои культуру и язык) и местная молодежь, получившая образование за границей – Египет, Саудовская Аравия, Сирия, Катар, Ливия, Иран.

Не стоит удивляться тому, что в этом списке есть и Иран. Там существует прекрасный суннитский центр. Другое дело, что на студентов-суннитов оказывали серьезное давление иранцы-шииты, что привело к быстрому возвращению студентов на родину. К тому же за ними следили все время пребывания в Иране.

— Сюда же относятся и миссионеры из Чечни и Дагестана, причем они приезжали целыми автобусами. Были предприняты попытки открытия опорных центров. К 1990-м годам было уже немало нелестных отзывов о такой деятельности в духе «мы ханафиты, а вы шииты и пропагандируете суфизм). На северо-востоке же огромная роль отводилась местным муллам. Было написано немало панических докладов о скором строительстве мечетей, их открытии. На местной основе, опираясь на здешние традиции, в Республике Дагестан только было открыто около 16 исламских университетов…

О том, какие взаимоотношения были между исламом и политикой на Северном Кавказе, читайте в нашем следующем материале.

Ильмира Гафиятуллина, Казань

«Традиционного ислама на Северном Кавказе нет»

В Высшей школе экономики кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Ахмет Ярлыкапов представил доклад о религиозной мозаике ислама на юге России, о корнях исламского экстремизма в регионе, а также об успехах черкесских «родноверов» и дагестанских христиан-пятидесятников. «Лента.ру» записала основные тезисы его выступления и пообщалась с ученым.

Ислам на Северном Кавказе всегда был очень неоднороден. В последние годы различия в его трактовках только усиливались. Эта территория четко делится на две части: северо-восточную (Дагестан, Ингушетия, Чечня) и северо-западную (все остальные республики, кроме Северной Осетии). До распада СССР на Кавказе преобладали сунниты ханафитского толка (мазхаба), которые большей частью проживали в Адыгее, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкессии, на севере Дагестана и северо-востоке Чечни. На остальной территории Дагестана и Чечни, а также в Ингушетии, доминировали сунниты шафиитского толка. Из них выделялось особое философско-мистическое течение суфиев, которое существовало в этих республиках в рамках учений суфийских орденов накшбандийя, кадирийя и шазилийя. Небольшие шиитские общины жили только на юге Дагестана, в основном это были местные азербайджанцы и жители лезгинского села Мискинджа.

Исламский ренессанс Кавказа

После распада Советского Союза рост интереса к исламу в республиках Северного Кавказа принял различные формы. Местные особенности и тут дали о себе знать. Западная часть региона была более светской, более секуляризированной, ислам имел слабое влияние и рассматривался проживающими здесь народами прежде всего как часть этнической идентичности. Квалифицированных и образованных религиозных кадров (мулл, эфенди, алимов) было мало, среди населения получил широкое распространение «народный ислам» (упрощенное понимание веры, сильно отличающееся от ортодоксального ислама). Поэтому тут в начале 1990-х годов началась реисламизация — мусульманам пришлось фактически заново вспоминать основы веры. Она поначалу осуществлялась силами местного духовенства, которое было малочисленным и слабым. Поэтому решающую роль в этом процессе сыграли миссионеры из Чечни, Дагестана и Турции (потомки адыгов, переселившихся в Османскую империю в середине XIX века), а также местные выпускники ближневосточных исламских учебных заведений.

Совершенно иная ситуация была в восточной части Северного Кавказа. И при советской власти ислам сохранял тут сильные позиции — существовали влиятельные суфийские группы, были авторитетные богословы (алимы). В отличие от запада региона, здесь оставалась полноценная система религиозного образования. В силу этих причин после 1989 года в Чечне, Ингушетии и Дагестане сложились благоприятные условия для исламского возрождения. Оно осуществлялось с двух направлений. С одной стороны, его обеспечивали местные алимы, шейхи и муллы в многочисленных учебных заведениях — мектебах, медресе и «исламских вузах». С другой стороны, с ними стала соперничать местная молодежь, прошедшая обучение в странах Ближнего Востока. Очень быстро она, стремясь насадить на Северном Кавказе свое толкование ислама, вступила с местной религиозной традицией в конфликт, который в различных формах продолжается и сейчас.

Ислам, который является самой политизированной мировой религией, быстро стал проникать во власть. Попытки интеграции в местную политическую систему с помощью партийных структур потерпели неудачу — единственная реальная исламская политическая сила в России, Исламская партия Возрождения, объявила о самороспуске в 1994 году. Более эффективным способом распространения влияния на правительственные структуры стало налаживание неформальных контактов с местной элитой. Наиболее заметно это проявилось в Дагестане, особенно на муниципальном уровне.

От Ичкерии к «Исламскому государству»

Ваххабитские и салафитские версии ислама, в значительной мере привнесенные извне, оказали сильное воздействие на националистические и сепаратистские настроения в регионе. Так называемая «Чеченская республика Ичкерия», несмотря на свою декларируемую светскость, с течением времени трансформировалась в радикальный исламистский проект. Местные «полевые командиры» Хаттаб и Басаев сочли Чечню идеальной территорией для ведения вооруженного джихада. В 2007 году их последователь Доку Умаров окончательно отказался от идей светского чеченского национализма, провозгласив создание исламистского «Имарата Кавказ».

Сейчас «Имарат Кавказ» представляет собой подпольную террористическую сеть, которая наибольшую активность проявляет в интернете. С 2013 года он начал испытывать очень серьезную конкуренцию со стороны более глобального проекта — «Исламского государства», которое активно стало призывать совершить хиджру (переселение мусульман на Ближний Восток для осуществления вооруженного джихада). По разным оценкам, только из Дагестана на этот призыв откликнулось до двух тысяч человек, что сильно обескровило местное бандподполье.

Но радоваться этому преждевременно. Те исламисты, которым удастся выжить, рано или поздно вернутся на родину, имея за плечами богатый боевой опыт. Кроме того, есть опасность, что «стажировка» на Ближнем Востоке поможет кавказским экстремистам применять новые методы вооруженной борьбы. Известно, что «Исламское государство» беспощадно ко всем, кто не разделяет его идеи. Но сейчас на Северном Кавказе боевики воюют в основном только с силовыми структурами государства, но никак не с местным населением. Поэтому не исключено, что по возвращении с Ближнего Востока они попытаются развязать террор против мусульман, которые сохраняют лояльность России.

Кавказские салафиты

Единой формы так называемого традиционного ислама на Северном Кавказе нет. Регион издавна отличается большим разнообразием религиозных течений и групп: ханафитов, шафиитов, суфиев. Они все имеют право считаться традиционными и не могут претендовать на приоритет в регионе. И в этом одна из ключевых проблем российской политики на Кавказе, потому что Москва в борьбе с радикалами долгое время пыталась сделать ставку на противопоставление «традиционного» и «нетрадиционного ислама». Сейчас мы можем констатировать, что официальная риторика начинает меняться. В 2010 году в Дагестане были прекращены репрессии против мирных салафитов (сторонников «чистого ислама»), вся вина которых состояла в том, что они «не так молятся» и носят длинные бороды. Затем между ними и местными суфийскими общинами начался интенсивный диалог. Это серьезным образом оздоровило накаленную религиозную ситуацию в регионе, но, к сожалению, впоследствии такие контакты почти прекратились.

Появление на Северном Кавказе салафитских группировок внесло серьезный вклад в мозаичную картину местного ислама. Строго говоря, большинство кавказских ваххабитов на самом деле таковыми не являются. Настоящие ваххабиты должны исповедовать ислам ханбалитского толка, который распространен в арабских государствах Персидского залива. Но таких мусульман в кавказских республиках пока еще очень мало. Здесь существуют множество иных салафитских течений — молодежные джамааты (общины) «новых мусульман», «безмазхабники» (не следуют ни одному из четырех основных толков ортодоксального ислама), дагестанские салафиты ассоциации «Ахль ас-сунна валь-джамаа», мадхалиты (умеренные салафиты, сторонники сотрудничества с властью) и так называемые «ихванизированные» салафиты (салафиты, которые находятся под влиянием идей известного исламского богослова из Катара Юсуфа аль-Кардави).

Все это создает на Северном Кавказе картину «бурлящего религиозного котла». Надо понимать, что здесь нет какой-либо одной салафитской группы с единым мышлением и целостной идеологией. Поэтому исламская жизнь в регионе пребывает в постоянной динамике — многочисленные религиозные течения то конфликтуют друг с другом, то пытаются наладить между собой контакты.

Конкуренты салафитов

Помимо салафитов, на Кавказе активно действуют и другие исламские сообщества. С начала 1990-х годов здесь появились приверженцы турецкого религиозного сообщества «Нурджулар», проповедующие идеи исламизма и пантюркизма. В мае 2007 года Коптевский районный суд Москвы признал экстремистскими некоторые переводы трудов основателя движения турецкого богослова Саида Нурси. В 2011 году лидер дагестанских нурсистов Зиявдин Дапаев был осужден на два года условно по статье 282.2 (организация деятельности экстремистской организации) УК России. В середине нулевых годов в Россию проникли эмиссары международной исламской группировки «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами» (Исламская партия освобождения). В нашей стране она признана террористической организацией, но на Северном Кавказе конкурирует с многочисленными салафитскими сообществами.

Любопытным элементом исламской мозаики Кавказа являются «крачковцы». Это дагестанская община коранитов, последователи которой считают, что читать Коран следует на родном языке (т.е. на русском языке), и используют для этого лишь один перевод Корана — академика Игнатия Крачковского. В 2010 году их лидер Магомед Казахбиев, провозгласивший себя «Махди» (мессией, который явится вместе с Исой, т.е. Иисусом перед Концом Света), был убит у входа в мечеть в дагестанском селении Новые Тарки.

Как уже упоминалось, сейчас религиозная политика государства на Северном Кавказе стала более гибкой. Помимо содействия межобщинному диалогу, оно пытается форсировать процесс исламского образования в регионе. Власти осознали, что тот, кто образовывает мусульман, тот и владеет их умами. Поэтому в некоторых республиках введена система партнерства светских вузов с религиозными, активно работает Фонд поддержки исламского образования и культуры.

Черкесские «родноверы» и дагестанские христиане

Было бы ошибкой считать, что на Кавказе не происходит ничего, кроме тотальной исламизации. Сейчас для региона характерен рост национального самосознания. Но для некоторых кавказских националистических течений ислам не подходит, поскольку он слишком глобален. Поэтому здесь в последние годы стали появляться альтернативные религиозные проекты. Среди черкесской национальной интеллигенции широкое распространение получил «хабзизм» — местное «родноверие», уходящее корнями в языческое прошлое. А в Дагестане неожиданно успешной оказалась деятельность христиан-пятидесятников, община которых сейчас составляет около трех тысяч человек. Следует иметь в виду, что подавляющее большинство ее членов — этнические дагестанцы (почти все русское население за последнюю четверть века покинуло республику). Этот любопытный феномен еще не исследован учеными и требует дополнительного изучения.

Выводы

Современное развитие ислама на Северном Кавказе очень неравномерно. Скорее всего, разделение региона на западную и восточную части будет и дальше углубляться. Здесь ислам, как и во всем мире, становится все более мозаичным. Мы видим, как практически везде суннитский ислам распадается на различные течения. Уже трудно говорить о традиционном исламе и исконных территориях его распространения. В отличие от христианства, у него отсутствует церковная иерархия. Ислам — это религия интерпретаторов, религия ученых, за которыми вольны следовать или не следовать рядовые мусульмане.

После своего выступления Ахмет Ярлыкапов ответил на вопросы «Ленты.ру».

В своем докладе вы упомянули, что «Исламское государство» перетягивает к себе боевиков от «Имарата Кавказ». Существует ли вероятность того, что «Имарат» станет его филиалом?

Ярлыкапов: Конечно, это вполне возможно. Более того, уже есть примеры такого рода. Мы знаем случаи, когда к «Исламскому государству» присоединялись отдельные группировки в Ливии, Афганистане, Пакистане и Средней Азии. Присягали «Исламскому государству» и отдельные командиры «Имарата Кавказ». Притягательность «Исламского государства» объясняется тем, что у него есть ресурсы — пусть не тотальная, но поддержка населения, деньги, нефть и контролируемая территория. У маргинальных террористических группировок на Кавказе и в Центральной Азии ничего этого нет.

Вы сказали, что исламисты осуществляют вооруженный джихад. Но разве существуют какие-либо иные формы джихада?

«Джихад» — очень широкое понятие. Почему-то в массовом сознании его понимают как «борьбу с неверными», но это не так. Изначально «джихад» означает усилие истинного мусульманина на пути к постижению веры. А вооруженный джихад — это крайняя форма самосовершенствования, имеющая массу условий. И эта форма джихада сегодня извращена многочисленными воюющими и порой откровенно террористическими группировками.

Вы отметили, что как такового, традиционного ислама на Северном Кавказе сейчас нет. Но на что тогда опираться России в борьбе с радикальным исламом?

Да, есть разные направления, которые можно назвать традиционными, но единой формы традиционного ислама на Кавказе действительно нет. Если среди всего многообразия исламских течений в регионе одно из них власть назначит традиционным, а остальные объявит экстремистскими, это будет тупик. Гранью, отличающей мирный ислам от радикального, по моему мнению, может считаться признание недопустимости религиозного экстремизма и вооруженной борьбы.

То есть лояльность государству?

В том числе да. Но когда мы имеем подпольные мечети, потому что их не регистрируют, разве это лучше? Когда вместо того, чтобы посещать обычные мечети, местная молодежь внимает «электронным муфтиям», которые вещают через YouTube и прочие каналы в Интернете, это нормально?

Среди последователей радикального ислама много русских?

Сейчас действительно ислам стало принимать много русских. Но этот процесс не происходит в таких масштабах, как, например, в Западной Европе. Если бы вы знали, сколько этнических французов, немцев или шведов сейчас воюют на стороне «Исламского государства», вы бы схватились за голову. Да, есть феномен русских, добровольно принимающих ислам, в том числе в его радикальной форме, но в этом они еще очень далеки от европейцев.

Приходилось слышать, что Северный Кавказ сейчас переживает социально-экономические и демографические процессы, схожие с теми, что происходили в центральной России в 1920-1930-е годы. В частности, имеются в виду ускоренная урбанизация и переход от традиционного общества к постмодерну. И нынешний всплеск экстремизма многие считают побочным эффектом именно этих явлений. Насколько такие взгляды обоснованы?

Мне представляется, что это совсем разные процессы и сравнивать русскую деревню 1930-х годов и нынешний северокавказский аул не совсем корректно. Например, большинство новых жителей Махачкалы, переселившихся за последние двадцать лет из горных сел, так и не стали настоящими горожанами. Город для них является местом, где они только живут и работают. Но социальная связь у этих людей пока поддерживается с родным селом — туда они уезжают на выходные, там их хоронят. Возможно, в будущем урбанизация и на Северном Кавказе возьмет свое, но пока об этом говорить рано.

Я полагаю, что не урбанизация послужила причиной роста религиозного экстремизма. Это, в том числе, ответ на застарелые социально-экономические проблемы региона, на бедность, на всеобщую коррупцию.

История Ислама на северном Кавказе

Эта статья написана специально для того, чтобы люди знали, как появился Ислам на Кавказе. В частности сама история ислама на северном Кавказе.

Ислам начал распространяться по территории Российской Федерации именно с Северного Кавказа. В 642 году арабские мусульмане прошли по территории Азербайджана в Дагестан. До сих пор полной исламизации на Северном Кавказе так и не произошло.

Появление Ислама на Северном Кавказе

Если окунуться в историю появления этой монотеистической религии на территории Северного Кавказа, то она была привнесена извне, а потому совершенно не имеет там своих корней. В том региона Ислам насаждали при помощи арабов, монголов, персов и турков.

Что способствовало распространению ислама?

Тому было много причин:

  1. Простота общения;
  2. Новообращенный мусульмане освобождались от налогов (их накладывали арабы на селения, которые завоевывали);
  3. Освобождение от поземельной и подушной подати.

Понадобилось совсем немного времени, чтобы арабы развернули настоящую миссионерскую деятельность. В восточной части Северного Кавказа исламизация шла с юга, по направлению на север. В конечном результате, проживающие на той территории этносы постепенно приобщались к исламу:

— VII-Х век – табасараны, лезгины и рутульцы;

— XI-XIII век – лакцы и агулы;

— конец XIV века – даргинцы, ногайцы и ещё несколько иных этносов;

— XIII-XV – аварцы и кумыки;

— конец XV андо-цезские народы и чеченцы-акинцы.

Существует несколько взаимоисключающих мнений по поводу того, как распространялся ислам между вайнахскими народами (ингушами и чеченцами).

  1. VII век. В том периоде арабы ознакамливали их с исламом.
  2. XVI век. Добровольный переход чеченских тейпов, которые обосновались в долинах возле рек Сунжи, Сулака и Аксая.

Влияние ислама по территории Ингушетии и Чечни возрастало практически мирно, ведь постепенно он приспосабливался к местным обрядам, традициям, нормам адата, а также социальному устройству свободных сообществ, в которых вся общественная жизнь была в пределах городской демократии.

Влияние ислама стремительно выросло при Шамиле, но в Ингушетии он утвердился только благодаря учениям Кунта-хаджи Кишиева, который проповедовал в третьей декаде девятнадцатого века суннитский суфизм шафиитского толка в виде тарика-та кадирийя.

Не существует единой точки зрения касательно исламизации центральной части Северного Кавказа, где проживали тюркские народы (балканцы и карачаецы). Но известно точно, что это происходило в XVII-XVIII веках. Совсем недавно начали появляться материалы, в которых фиксация ислама в Балкарии и Карачае начинается с XV века и заканчивается VIII-IХ веками.

В западной и центральной части Северного Кавказа исламизация происходила под 100% влиянием Турции. В конце XV века турецкое проникновение было осуществлено в приморские районы северной части Кавказа, а вот вглубь оно вошло только в начале XVI века. Середина XVI века – начало исламизации народов, проживающих в северной и западной части Кавказа, с участием крымских ханов.

Длительный период мусульманское духовенство не являлось авторитетным среди местного населения. Кадии и муллы являлись выходцами из Турции и Крыма. Она насаждали чуждые обычаи и нравы среди горцев. Приспосабливали свою деятельность к адатам (местным).

Но адыгские народы не стали ортодоксальными мусульманами, в отличие от народов, проживающих на территории Северного Кавказа. Ислам, как религия, у адыгов и в наше время занимает положение, подчинённое обычному праву.

На Северном Кавказе уже в начале девятнадцатого века были у ислама достаточно прочные позиции, а вот мусульманское духовенство являлось серьёзной идеологической и политической силой. В то время в Чечне насчитывалось 300 мечетей, в Кабарде около 100, а в Дагестане более полутора тысяч. В 1785 году началось активное военное сопротивление российской экспансии одним чеченцем – Ушурмой, который более известен под именем Мансура. Он боролся против России под религиозным лозунгом. Все больше горцем становилось мусульманами под жестким влиянием Мансура. Часто он разрушал селения и убивал их жителей с целью нарастания темпа исламизации.

1818-1864 годы. Кавказская война. Усиливается роль общественной и политической жизни всех северокавказских народов. Воины дагестанских вождей Гамзатбека, Гази-Магомеда и с 1834 года Шамиля воевали под зелёным знаменем ислама, они вели священную войну газават (или джихад). Исторические события, связанные с кавказским газаватом, а также практические применения предписаний в Коране о войне с неверными людьми (русскими и мусульманами, которые им покорились), может быть наглядным примером того, как используя религиозную идеологию можно подчинить себе народные массы.

На северном Кавказе военные действия длились не один десяток лет. Завершились они только в 1864 году, но это не означает, что сразу возникло полное примирение. Начался вынужденный исход в Османскую империю сотен тысяч людей. Турция полностью поощряла миграцию мусульман и даже отправляла «миссионеров» на Северный Кавказ, которые должны были призывать местное население покидать «мир неверия» и переселяться в «мир ислама».

После появления русской государственности на Северном Кавказе, практически завершились межродовые и межплеменные распи, также стала запрещённой работорговля и рабовладение. Отменили смертную казнь и ввели местное и городское самоуправление и выбор судей.

Что касается повседневной жизни мусульман, то она практически не изменилась. Сохранилась традиционная система образования (медресе и мектебы), также поощрялось открытие новых духовных школ для мусульман. Всего на Кавказе их было около двух тысяч. Тогда Россия в этом опережала даже мусульманские страны за рубежом. В 1917 году издавалась мусульманская литература даже на русском языке, и вырастало количество мечетей.

Середина 20-х годов. Противостояние власти и ислама. В те годы ислам служил идейным знаменем вооруженной оппозиции советской власти на территории Кавказа.

В конце двадцатых годов начался процесс по прекращению религиозного образования на Северном Кавказе. В тридцатые годы закрыли практически все мечети, и уничтожалась вся литература. После длительных репрессий с 30-х годах уже не было ни одной мечети в Адыгее и Кабардино-Балкарии.

Северокавказскому исламу удалось устоять даже в годы Великой Отечественной войны!

Сегодня наблюдается политизация и радикализация ислама, что проявилось в очень жесткой борьбе на Северном Кавказе салафийи и традиционализма.

Видео: История распространения Ислама в мире