Гпв 2018 2027

В госпрограмме вооружений до 2027 года нашли «слабые точки»

Существующие риски ужесточения международных санкций в отношении России неизбежно ведут к исчезновению доступа к внешним заимствованиям и импорту технологий и материалов.

К внешнеполитическим рискам эксперты относят, с одной стороны, возможную эскалацию конфликта с Украиной, что может стать причиной корректировки объема и направленности военных расходов, с другой — гипотетическую разрядку отношений с Западом и странами Европы. В последнем случае российское руководство может сократить военные расходы и, соответственно, пересмотреть программу вооружений.

Говоря о внутриполитических рисках, эксперты обращают внимание, что практически вся палитра оппозиционных сил в России выступает за сокращение военных расходов и перераспределение их в пользу социальных.

Отдельные риски заключаются в трудностях с привлечением качественного персонала из-за недостатка инвестиций в человеческий капитал, слабого уровня менеджмента и кризиса профессионального технического образования. К традиционным производственным рискам, по мнению экспертов Центра анализа стратегий и технологий, относятся многолетний кризис национального станкостроения и устаревшие станки.

Кроме того, аналитики центра отмечают, что на старте невозможно учесть все технические, организационные и финансовые проблемы, которые возникают при создании вооружений нового поколения. А в условиях санкций практически невозможно кооперироваться с разработчиками из других стран.

Угрозы материального характера

Принципиальным отличием новой программы станет переход к производству вооружений нового поколения, существенно отличающихся технологически от предыдущих и широко использующих высокотехнологичные конструкционные материалы, подчеркивают авторы доклада.

По их словам, речь идет не столько о композитных материалах, а в первую очередь о продукции специальной металлургии — конструкционных, специальных и броневых сталях.

В военном кораблестроении сталь — пока главный конструкционный материал (92%). В будущем композиты потеснят ее в качестве основного конструкционного материала подводных лодок, однако это произойдет не ранее 2030-х годов, когда будет создана соответствующая производственная база, считают эксперты центра. Пока же конструкционным материалом ВПК остается сталь, подчеркивают авторы доклада. Существенной остается роль стали и в производстве вооружения для Сухопутных войск (72%).

Из-за санкций ситуация в металлургии, в частности в производстве спецсталей, усугубляется невозможностью рассчитывать на импортные поставки, к чему широко прибегали ранее, отмечают аналитики центра. По их мнению, эти риски являются одними из самых недооцененных рисков ГПВ-2027.

Сегодня российское машиностроение полагается преимущественно на импорт, констатируют аналитики центра (по данным ассоциации «Спецсталь», 77% в 2017 году). После распада Советского Союза, когда резко упал оборонный заказ, производство специальных сталей пришлось сокращать, а сохранившиеся производители вынуждены были переходить на более рядовые марки стали, которым было проще найти покупателя на внешних рынках. После событий 2014 года, ввода санкций и резкого ухудшения отношений с Украиной, чья продукция пока занимает важные позиции на российском рынке, зависимость от импорта спецсталей стала угрожать развитию национального машиностроения.

Многофункциональные истребители пятого поколения Су-57 (Фото: Евгений Биятов / РИА Новости)

Особые проблемы для российской оборонки создает ситуация вокруг флагмана российской спецметаллургии — волгоградского металлургического комбината «Красный Октябрь». Его продукцию используют УВЗ для производства «Арматы» и ОАК для Су-57. Однако предприятие может приостановить свое производство на фоне спора хозяйствующих субъектов и уголовных дел. Если это случится, рассчитывать на иностранных коллег в вопросе покупки базовых компонентов и конструкционных материалов не получится из-за принятых недавно санкций CAATSA. Результатом может стать срыв важнейших оборонных программ, предупреждают эксперты центра.

Среди отраслей ВПК лишь в авиастроении и ракетостроении сталь и материалы на основе железа никогда не играли ведущей роли — здесь на смену алюминию идут композиты. По данным Центра анализа стратегий и технологий, конструкция современных летательных аппаратов на 70% состоит из алюминиевых сплавов, доля стали и композитных материалов — по 11%, еще 7% приходится на титановые сплавы, оставшийся процент — на другие материалы.

Опасная зависимость

Ранее в интервью журналу «Экспорт вооружений» генеральный директор АО «НИИ стали» Дмитрий Купрюнин утверждал, что российская металлургия полностью обеспечивает промышленность броневыми сталями собственного производства. Однако в Центре анализа стратегий и технологий считают, что невнимание к проблемам отрасли может привести к тому, что России придется полагаться на поставки материалов для военной продукции из-за рубежа.

В некоторых боевых машинах российского производства действительно используется импортная сталь, но в целом с производством стали в России ситуация не столь критична, считает главный редактор журнала «Экспорт вооружений» Андрей Фролов. По его словам, в России действительно выпускается не вся номенклатура, которая нужна машиностроению, но при этом не во всех случаях нужно импортозамещение.

«Если у тебя в изделии используется импортная сталь, которую ты можешь купить на любом рынке, она точно не попадает под ограничения, и ее производят десяток стран — зачем изобретать велосипед?» — считает эксперт.

Ситуация, когда группа важных производств зависит от одного специализированного поставщика материалов, вообще типична для оборонки по всему миру, говорит ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН, военный эксперт Василий Кашин. По его словам, это следствие узкой специализации военных производств и их технологий.

«Простейший пример — история с Байкальским ЦБК, который долго не могли закрыть, несмотря на загрязнение им Байкала. Там было производство беленой целлюлозы, компонента твердого ракетного топлива. Закрытие могло поставить под угрозу программы производства баллистических ракет», — отмечает Кашин.

Подробности Государственной программы вооружения до 2027 года

Как пишут Иван Сафронов и Александра Джорджевич в статье «19 триллионов принимают на вооружение», опубликованной в газете «Коммерсантъ», на следующей неделе президент Владимир Путин проведет серию совещаний с руководством Минобороны, членами правительства и представителями оборонно-промышленного комплекса (ОПК). Именно там должны быть согласованы параметры новой государственной программы вооружения (ГПВ) на 2018-2027 годы. По сведениям «Ъ», ее финансирование предварительно заявлено в объеме 19 трлн руб., которые должны обеспечить сбалансированное развитие всех видов и родов войск в ближайшую десятилетку.

О готовящейся серии совещаний у президента «Ъ» рассказали несколько топ-менеджеров предприятий оборонной промышленности, уточнив, что ее проведение планируется с 20 по 23 ноября в сочинской резиденции Владимира Путина Бочаров Ручей. Эту же информацию подтвердили источники, близкие к руководству Минобороны и администрации президента: «Такой формат мероприятия комфортен для всех участников процесса, он эффективен и позволяет погрузиться во все проблемные вопросы». Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, не вдаваясь в подробности, факт подготовки мероприятия «Ъ» подтвердил.

Впервые серия совещаний в таком формате состоялась в 2013 году, после чего такое мероприятие стало проходить дважды в год — в мае и в ноябре. Традиционно в таких совещаниях участвует делегация Минобороны РФ, в которую входят министр обороны Сергей Шойгу, его заместители, командующие родами и главкомы видов войск, а также ряд военачальников из Генштаба ВС РФ. Промышленность будет представлена гендиректорами самых крупных холдинговых структур ОПК — Сергеем Чемезовым (глава госкорпорации «Ростех»), Игорем Комаровым (госкорпорация «Роскосмос»), Юрием Слюсарем (Объединенная авиастроительная корпорация), Алексеем Рахмановым (Объединенная судостроительная корпорация), Яном Новиковым (концерн «ВКО «Алмаз-Антей»»), Борисом Обносовым (корпорация «Тактическое ракетное вооружение») и другими.

Со стороны Кремля будут присутствовать помощник президента по экономическим вопросам Андрей Белоусов и глава президентской администрации Антон Вайно, от Белого дома — вице-премьер Дмитрий Рогозин, глава Минфина Антон Силуанов, министр промышленности и торговли Денис Мантуров и другие высокопоставленные чиновники.

По сведениям «Ъ», предстоящую серию совещаний планируется разбить на две части. В первой — военные и промышленность доложат президенту о результатах исполнения государственного оборонного заказа и госпрограммы вооружений на 2011-2020 годы, во второй — приступят к финальному обсуждению технических, а самое главное, финансовых параметров госпрограммы вооружения на 2018-2027 годы.

Ряд высокопоставленных источников «Ъ» утверждает, что предварительно согласованный Минфином и Минобороны объем финансирования новой госпрограммы составляет около 19 трлн руб. (за последние три года военные смогли оптимизировать ее сначала с 56 трлн до 30 трлн руб., затем — до 22 трлн руб.).

Военные источники «Ъ» отмечают, что главным отличием новой ГПВ от предшественницы должно стать выделение 1 трлн руб. на строительство отдельных объектов: в Минобороны мотивируют это необходимостью «синхронизации поставок вооружений и возведения объектов под их хранение». Однако в финансово-экономическом блоке правительства, по сведениям «Ъ», настаивают, что военные должны дать точный расклад о привязке строительства отдельного объекта к каждому из типов вооружения и военной техники. Если стороны смогут решить эти вопросы, то общее финансирование ГПВ до 2027 года достигнет 20 трлн руб.

В новой ГПВ большое внимание будет уделено стратегическим ядерным силам: будут вестись закупки крылатых ракет воздушного базирования, баллистических ракет подводных лодок и наземных межконтинентальных носителей. Так, в период 2018-2027 годов на вооружение будут приняты новые стратегические твердотопливные комплексы РС-26 «Рубеж» и железнодорожные «Баргузин», а также жидкостные РС-28 «Сармат» (носитель гиперзвуковых блоков — изделие 4202). В части авиации продолжатся закупки многофункциональных истребителей Су-30СМ и Су-35, а также фронтовых бомбардировщиков Су-34 (все эти самолеты участвовали в сирийской кампании), состоится первая закупка партии перспективного комплекса фронтовой авиации Су-57, 24 истребителей МиГ-35, а также будет приобретена партия стратегических ракетоносцев Ту-160М2. Параллельно будет вестись научно-исследовательская работа по перспективному авиационному комплексу дальней авиации. Закупки вертолетов будут сокращены (см. «Ъ» от 17 мая), но зато в интересах воздушно-космических сил будет развернуто серийное производство зенитных ракетных систем С-500 «Прометей» и комплексов «Бук-М3», беспилотных летательных аппаратов и новой системы космической оптико-электронной разведки «Раздан».

В части ВМФ программа будет рассчитана на закупку дизель-электрических подлодок, атомных ракетоносцев нового поколения типа «Хаски» (с новой жидкостной межконтинентальной баллистической ракетой), а также судов обеспечения, тральщиков, корветов, фрегатов, судов связи, опытовых и научно-исследовательских судов. В ГПВ будут присутствовать и серийные закупки малых ракетных кораблей, способных нести крылатые ракеты «Калибр-НК». По данным «Ъ», в рамках ГПВ возможно также создание авианосца с ядерной энергоустановкой, однако решение о целесообразности его постройки Генштаб ВС РФ определит позже. Сухопутные войска получат новые войсковые системы ПВО (в том числе разрабатываемые в рамках ОКР «Стандарт»), танки Т-90 и Т-14 «Армата», бронемашины пехоты «Курганец-25» и бронетранспортеры «Бумеранг». Упор будет также сделан на адаптацию вооружений для арктических территорий, в частности речь пойдет о зенитной ракетной системе С-300В4 и зенитном ракетном комплексе «Тор-М2». Эксперты также отмечали, что военные продолжат совершенствовать систему управления тактическим звеном, а также возьмут комплекты боевой экипировки «Ратник» в конфигурации, оптимизированной под требования ВДВ.

Напомним, что ныне действующую госпрограмму, объем которой по линии Минобороны в 2010 году оценивался в рекордные 19 трлн руб., эксперты критиковали за несбалансированность. Наибольшие расходы были связаны с перевооружением флота (4,7 трлн руб.), приобретением авиационной техники (около 4,5 трлн руб.), закупками средств воздушно-космической обороны (3,4 трлн руб.). Остальные же средства планировалось направить на модернизацию стратегических ядерных сил (примерно 2 трлн руб.) и проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. В такой конфигурации на оснащение новыми образцами вооружений сухопутных войск и ВДВ в сумме оставалось лишь 2,6 трлн руб. Впоследствии (из-за конфликта на Украине и размещения инфраструктуры НАТО у российских границ) эта сумма была увеличена, однако при планировании новой ГПВ военные постарались сделать ее сбалансированной. А Дмитрий Рогозин подтверждал, что в госпрограмме «нет дисбаланса» в пользу или флота, или авиации, или сил общего назначения.

Окончательный вариант ГПВ будет передан Владимиру Путину на подписание в декабре.

Российские планы военной модернизации на 2018-2027 годы

Дмитрий Горенбург, Центр военно-морского анализа; Гарвардский университет

В конце 2017 года президент Владимир Путин утвердил Государственную программу вооружения на 2018-2027 гг. Какие же типы вооружений будут поставлены в российскую армию в течение восьми последующих лет? И какова вероятность того, что российское правительство окажется способным выполнить поставленные задачи? В соответствии с государственными планами, Россия, похоже, готовится обеспечить свое лидерство в некоторых сферах (противокорабельные ракеты, электронная борьба, противовоздушная оборона), сократить отставание в таких областях, как беспилотные летательные аппараты и высокоточные вооружения и смириться с отставанием в нескольких сферах, в частности по надводным кораблям и автоматизированным системам управления.

Область охвата программы

Российская Государственная программа вооружения (ГПВ) на 2018-2027 гг., которая утверждена в конце года, определила приоритеты России в области перевооружения на последующие десять лет. Предыдущая программа, которая будет выполняться до 2020 года, являлась тем планом, в соответствии с которым российские военные модернизировали вооружения начиная с 2011 года Совокупный бюджет данной программы составлял 19,3 триллиона рублей. ГПВ-2027 первоначально рассматривалась как вариант спасения ГПВ-2020, дорогостоящие и рассчитанные на долгосрочную перспективу программы которой были перенесены в следующий десятилетний план. Совокупная стоимость программы-правопреемника составит 19 триллионов рублей. Это говорит о том, что расходы на военные закупки фактически останутся на прежнем уровне. Сумма в рублях остается той же самой, тогда как почти все закупки будут осуществлены у отечественных поставщиков, что защитит объемы сделок от влияния колебаний курса рубля.

Объем программы стал предметом длительного торга между министерствами обороны и финансов. Еще в 2014 году военные запросили финансирование в размерах между 30-55 трлн. руб. на десять лет, тогда как Министерство финансов установило планку в 14 трлн. руб. Поскольку финансовое положение страны в 2015 году начало ухудшаться, принятие ГПВ было отложено до 2017 года, а обе стороны снизили предлагаемые объемы. В 2016 году Министерство обороны запросило 22-24 трлн. руб. на восемь лет, тогда как Министерство финансов соглашалось с выделением не более 12 трлн. В результате продолжительных и временами жестких переговоров, прошлой зимой была согласована сумма в 17 трлн. руб. К настоящему времени данная цифра увеличилась до 19 трлн. руб., а продолжительность программы – до стандартных десяти лет. Как следствие, отложено несколько наиболее амбициозных и дорогостоящих проектов, включая создание новых авианосцев, эсминцев, стратегических бомбардировщиков и истребителей-перехватчиков.

Трения по поводу финансирования военных расходов на этом, однако, не закончились. Хотя общая сумма и была согласована, в Министерстве обороны имел место внутренний конфликт по поводу распределения финансирования закупок между различными подразделениями, подготовившими документы в обоснование важности своей деятельности. Как это отмечается в утвержденной военно-морской доктрине, такого рода документы зачастую мало связаны со сколько-нибудь реальной оценкой военных потребностей или потенциала оборонной промышленности по производству запрашиваемых вооружений и их носителей. Очевидно, что военно-морской флот проигрывает схватку за распределение бюджетных средств. Наивысший приоритет в финансировании закупок отдан сухопутным войскам и модернизации ядерных вооружений, в то время как военно-морским силам, имевшим самый большой уровень финансирования в рамках ГПВ-2020, придется оказаться на дне иерархии распределения средств.

Ядерные силы

Приоритеты развития российских ядерных сил до 2027 года определены. После 2021 года военно-морской компонент ядерной триады будет состоять из шести стратегических атомных подлодок (САПЛ) класса Delta-IV и восьми САПЛ класса «Борей», поровну разделенных между Северным и Тихоокеанским флотами. Это позволит иметь в постоянном распоряжении 12 подлодок, тогда как две будут проходить капитальный ремонт и модернизацию. Авиационный компонент подлежит обновлению, модернизированные версии бомбардировщиков-ракетоносцев ТУ-95 (Bear H) и одиннадцати ТУ-160 (Blackjack) получат новые двигатели и электронное оборудование, а также обновленные вооружения. Призванная заменить ракету Х-55 новая крылатая ракета дальнего действия Х-101 в модификации с ядерными боеголовками имеет дальность до 4500 км. Кроме того, российские военные объявили о возобновлении процесса создания нового бомбардировщика ТУ-160С, серийное производство которого, как ожидается, будет восстановлено не ранее 2021 года. Это представляет собой более экономичную и технически осуществимую альтернативу доведению в разумные сроки до серийного производства совершенно нового проекта стратегического бомбардировщика, известного как ПАК ДА.

С наименьшей уверенностью можно рассуждать о перспективах развития сухопутной составляющей российской ядерной триады. В настоящее время реализуется три проекта: российского подвижного грунтового комплекса с межконтинентальной баллистической ракетой (МБР) «Рубеж», железнодорожного комплекса с МБР «Баргузин» и комплекса шахтного базирования с МБР «Сармат». Проект «Рубеж» близок к завершению: испытания завершились в 2015 году, а развертывание ожидается в 2017 году. РС-26 «Рубеж» является дальнейшим развитием комплекса РС-24 «Ярс», ракеты которого оснащаются боеголовками независимого наведения, предназначенными для преодоления противоракетной обороны. Ожидается, что «Баргузин» будет готов к летным испытаниям в 2019 году, хотя в 2016 году был период продолжительностью несколько месяцев, когда казалось, что программа будет приостановлена из-за сокращения бюджета. Ожидается, что по дальности и точности «Баргузин» превзойдет прежнюю советскую систему железнодорожного базирования, которая была снята с эксплуатации в 2005 году. РС-28 «Сармат» является МБР шахтного базирования нового поколения. Поначалу предполагалось, что комплекс будет готов к развертыванию в 2018 году, однако неназванные проблемы с его разработкой привели к отодвиганию пусковых испытаний с первоначально планировавшейся даты в 2015 году на дату не ранее июня 2017 года. Как следствие, «Сармат» вряд ли будет развернут раньше, чем в 2020 году, при допущении, что трудности удастся преодолеть и график планируемых испытаний будет выдержан.

Сухопутные войска

После, по большей части, недостаточного финансирования в рамках ГПВ-2020, сухопутные войска, как ожидается, получат наибольшую долю средств ГПВ-2027. Согласно некоторым источникам, на оснащение сухопутных и воздушно-десантных войск будет отведено более четверти общего бюджета программы. Это отчасти объясняется полученным Россией в Украине опытом, который делает все более популярной точку зрения о том, что наземные силы могут понадобиться в будущих конфликтах. По большей части перераспределение средств объясняется, однако, готовностью к серийному производству новых моделей бронемашин и танков. Как ожидается, танки T-90 и T-14 «Армата», боевая машина пехоты «Курганец-25» и бронетранспортер «Бумеранг» поступят на вооружение в течение последующих восьми лет, хотя количество единиц некоторых видов техники, такой как «Армата», может быть ограничено ввиду высокой стоимости производства.

Производство артиллерии и ракет наземного базирования стало для сухопутных войск положительным моментом на общем фоне. Развертывание ракет средней дальности «Искандер» проходит по графику, и все установки должны быть размещены к 2019 году. Новые реактивные системы залпового огня (РСЗО) «Ураган» и «Торнадо-С» развертываются с 2017 года; ожидается, что во время действия ГПВ-2027 их закупки продолжатся. Поставки самоходной артиллерийской установки (САУ) «Коалиция», которая со временем должна полностью заменить САУ «Мста» советского периода, начались в 2016 году. Также будут закуплены новые системы противовоздушной обороны ближнего действия.

Более проблематична ситуация с тактическими автоматизированными системами управления сухопутными войсками. Первоначально ожидалось, что к 2020 году они будут развернуты в 40 бригадах; но пока они подвергаются полевым испытаниям лишь в одной дивизии. Сообщается, что системы оцениваются военными неоднозначно, и потому они могут прийти к выводу о том, что данные системы нуждаются в улучшении перед широким внедрением. В таком случае, развитие возможностей сетевого управления военными действиями может быть отложено на период после 2027 года. Тем временем, сухопутные силы будут продолжать получать комплексы разведки, управления и связи (КРУС) и комплексы радиоэлектронной борьбы, которые хорошо зарекомендовали себя в Сирии.

Военно-морские силы

Российские военно-морские силы (ВМС) оказались обделенными в ГПВ-2027. В ГПВ-2020 на них было выделено 4,7 трлн. руб., которые ВМС не смогли освоить полностью из-за сочетания проблем в российской судостроительной промышленности, а также влияния западных и украинских санкций. Как следствие, в ГПВ-2027 ожидается сокращение финансирования ВМС до 2,6 трлн. руб. Несмотря на существование грандиозных планов, рассматриваемых в таких документах, как недавно одобренная Военно-морская доктрина, в военном кораблестроении Россия планирует сделать упор на строительство подводных лодок и малых кораблей. В сфере строительства надводных кораблей, основное внимание будет уделено новым сторожевым кораблям нескольких различных типов, отличающихся бóльшим водоизмещением и лучшим вооружением, а также началу долго откладывавшегося серийного производства фрегатов класса «Адмирал Горшков». До разрешения проблем с данным типом кораблей, ВМС продолжат строительство фрегатов класса «Адмирал Григорович» с менее усовершенствованными характеристиками.

Единственный новый класс надводных кораблей, который, как ожидается, будет построен в течение действия ГПВ-2027, — это класс фрегатов «Супер-Горшков» (водоизмещением 8000 тонн), который все чаще рассматривается как более дешевая и практичная альтернатива классу атомных ракетных крейсеров типа «Лидер» водоизмещением 14 тыс. тонн. Ключевой вывод из этого заключается в том, что российский военно-морской флот стремится увеличить размеры своих небольших кораблей для того, чтобы увеличить их боеспособность и выносливость и при этом на неопределенное время откладываются закупки поставок более крупных кораблей, таких как эсминцы, десантные суда и авианосцы.

Что касается подводных лодок, то в ГПВ-2027 несомненно будет предусмотрено финансирование для завершения строительства шести (а возможно и для семи) атомных подводных лодок с крылатыми ракетами «Ясень-М», а также на модернизацию от четырех до шести лодок двух классов — «Оскар» и «Акула», разработанных еще в советский период. Строительство АПЛ пятого поколения (условно относимых к классу «Хаски») начнется в середине 2020 годов. По дизельным подлодкам, основной упор будет сделан на разработку воздухонезависимых энергетических систем для будущих подлодок класса «Калина». Тем временем, будут также строиться подлодки класса «Лада», а также усовершенствованные субмарины класса «Кило».

Более важным направлением, чем создание новых кораблей и подлодок, для российских ВМС в предстоящие годы будет разработка новых систем вооружения и улучшение существующих. Внедрение ракет «Калибр» придало российскому флоту способность поражать корабли и наземные цели противника крылатыми ракетами на большом расстоянии; в итоге, даже небольшие корабли, пришвартованные вблизи российских портов, могут стать серьезной угрозой для противника, включая страны-члены НАТО. Российские военные оценили предоставляемые этими ракетами преимущества и установили их на большое количество кораблей и подлодок. В течение последующих восьми лет Россия продолжит устанавливать эти ракеты на большинстве новых надводных кораблей и подводных лодок, модернизировать некоторые из действующих единиц флота для придания им способности иметь на борту данные ракеты, а также совершенствовать точность и надежность самих ракет. Военные также работают над созданием новой гиперзвуковой ракеты, которая способна представлять собой еще бóльшую угрозу противникам России в средне— и долгосрочной перспективе.

Военно-воздушные силы

В последние семь лет российские военно-воздушные силы (ВВС) стали получать в значительном количестве современные самолеты и продолжили финансировать разработку новых моделей, таких как недавно получивший свое название истребитель пятого поколения «Сухой СУ-57» (прежде известный как Т-50 или ПАК ФА). СУ-57 не планируется запускать в серийное производство до того, как будут подготовлены модернизированные двигатели, что вряд ли произойдет до 2027 года. В течение восьми последующих лет Россия продолжит закупать небольшое количество данных самолетов для проведения испытаний. Кроме того, она продолжит приобретать истребители СУ-35С (новый контракт на 50 самолетов был подписан в конце 2016 года), а также истребители СУ-30СМ и истребители-бомбардировщики СУ-34 (вероятно в количестве 12-18 самолетов каждого из двух типов в год). В ВВС могут быть поставлены, хотя, вероятно, в небольшом количестве, истребители Микоян МиГ-35. В целом, поскольку российские ВВС теперь обеспечены современными истребителями, их закупки сократятся, чтобы оставить возможность для поставок других типов самолетов. То же самое касается военных вертолетов, поскольку за последние семь лет российские военные уже получили то, в чем они нуждаются. Разработка нового высокоскоростного вертолета начнется не ранее 2027 года.

Одним из основных объектов внимания станет обеспечение транспортными самолетами и заправщиками, которые на протяжении длительного периода являются слабым местом российских ВВС. Ожидается, что серийное производство многострадального Ильюшин Ил-76 МД90А начнется в 2019 года, и что после этого военные будут получать по 10-12 самолетов этого типа в год. В настоящее время разрабатывается легкий транспортный самолет, опытный образец которого планируется представить в 2024 году. Самолет А-100 с системой дальнего радиолокационного обнаружения и управления (ДРЛОиУ) на базе Ил-76МД-90А предполагалось поставить в 2016 году, однако сроки неоднократно переносились. Тем не менее, поставки этого самолета будут включены в ГПВ-2027. Наконец, в России наблюдается бум производства беспилотных летательных аппаратов (БПЛА). К 2020 году будут выпускаться боевые БПЛА, а также новое поколение разведывательных БПЛА.

В целях укрепления противовоздушной обороны Россия продолжит развертывание ракет большой дальности С-400 и ракет малой дальности «Панцирь-С». Представляется, однако, все менее вероятным, что система противовоздушной обороны (ПВО) нового поколения С-500 будет скоро готова к серийному производству, хотя в официальных планах все еще значится, что опытный образец будет создан к 2020 году. В первоначальных же планах начало серийного производства С-500 намечалось на 2015 год. Разработка нового поколения систем ПВО ближнего радиуса действия только началась, и она вряд ли будет готова к производству до 2030 года.

Влияние на боеспособность и региональную безопасность

ГПВ-2020 часто характеризуется как первая успешная программа вооружения в постсоветской истории России. Она была разработана для того, чтобы помочь российским военным преодолеть отставание, вызванное длительным перерывом в поставках в связи с экономическим кризисом 1990-х. В течение последних семи лет военные добились больших успехов в сфере модернизации вооружений и техники. По большому счету, новые образцы основаны на обновленных поздне-советских разработках. В настоящее время перед российской оборонной промышленностью стоит гораздо более сложная задача начать серийное производство новых образцов. Это получается успешнее в некоторых сферах, таких как производство ядерных подлодок, ракетных комплексов и БПЛА. Меньший прогресс достигнут в том, что касается боевых кораблей и систем ПВО. Выводы о ситуации с танками и бронемашинами пока не сделаны.

Теперь, когда наиболее серьезные пробелы в основном восполнены, ГПВ-2027 ориентирована на перевод российской армии на более регулярный график поставок. Финансирование будет оставаться относительно стабильным, хотя оно и может корректироваться в зависимости от экономической ситуации. Предыдущая программа показала, что государственный бюджет и оборонная промышленность могут более или менее выдерживать текущий уровень финансирования. Самой большой проблемой станет успешное доведение новых образцов до серийного производства.

Что касается влияния модернизации на военный потенциал, то Россия уже достаточно сильна, чтобы защититься от любого противника в неядерной войне и победить любое соседнее государство кроме Китая. Она также обладает более чем достаточным потенциалом ядерного сдерживания. Поэтому новые закупки по программе будут направлены на то, чтобы страна шла в ногу со своими конкурентами (странами-членами НАТО и Китаем). В некоторых областях, таких как ПВО, противокорабельные ракеты и радиоэлектронная борьба, Россия будет по-прежнему превосходить своих оппонентов. В других областях, таких как БПЛА, высокоточное оружие, танки и бронемашины она, похоже, будет сокращать разрыв. Наконец, в нескольких сферах, включая надводные корабли, военно-транспортную авиацию и автоматизированные системы управления, она по-прежнему будет существенно отставать от США и может начать отставать от Китая.

Оригинал: ПОНАРС Евразия

nortwolf_sam

МОСКВА, 12 декабря. /ТАСС/. Потенциал морских ядерных сил России будет наращиваться благодаря продолжению строительства атомных подводных лодок проекта «Борей». Об этом во вторник сообщил главнокомандующий ВМФ России адмирал Владимир Королев.
«Основными направлениями развития флота станет поддержание на заданном уровне боевого потенциала морских стратегических ядерных сил за счет строительства ракетных подводных лодок типа «Борей-А» и «Борей-Б», — сказал он на совместном заседании координационного совета ветеранских организаций и Главного командования ВМФ.
Королев проинформировал ветеранов ВМФ о перспективах развития ВМФ в ходе реализации государственной программы вооружения на 2018-2027 годы. По словам главкома, запланировано развитие боевого потенциала морских сил общего назначения «за счет строительства кораблей океанской, дальней и ближней морских зон, модернизации кораблей, поставок современных летательных аппаратов в состав Морской авиации ВМФ и береговых ракетных комплексов в состав береговых войск ВМФ, дальнейшего развития группировок кораблей носителей высокоточного оружия».
Как сообщил ранее начальник Генерального штаба Вооруженных сил РФ генерал армии Валерий Герасимов, в России уже начались работы по созданию стратегических атомных подводных лодок типа «Борей-Б».
Сейчас в состав ВМФ России входят три стратегические атомные подводные лодки типа «Борей» (проект 955) — «Юрий Долгорукий», «Александр Невский» и «Владимир Мономах». Они оснащаются твердотопливными межконтинентальными баллистическими ракетами «Булава», каждая субмарина способна нести до 16 таких ракет. Еще пять атомных подлодок типа «Борей-А» сейчас находятся в стадии строительства. Последний корабль этой серии, «Князь Пожарский», был заложен в декабре прошлого года.
Ранее гендиректор ЦКБ «Рубин», разработавшего «Бореи», Игорь Вильнит сообщал ТАСС, что проект получит дальнейшее развитие и после серии улучшенных подлодок «Борей-А».
МОСКВА, 12 декабря. /ТАСС/. Более десяти опытно-конструкторских работ (ОКР) по созданию перспективных кораблей запланированы в рамках новой госпрограммы вооружений с 2018 по 2027 годы. Об этом во вторник сообщил главнокомандующий ВМФ России адмирал Владимир Королев.
«Уже сейчас нами спланировано более 10 опытно- конструкторских работ, направленных на создание перспективных кораблей», — сказал он на совместном заседании координационного совета ветеранских организаций и Главного командования ВМФ.
По словам Королева, речь идет о перспективах развития ВМФ, которое запланировано в рамках реализации государственной программы вооружения на 2018-2027 годы.
«Также в рамках государственной программы вооружения в состав Военно-морского флота продолжится поступление новых и модернизированных кораблей дальней морской и океанской зон. Наиболее массовым кораблем в данном сегменте станет модернизированный фрегат проекта 22350М, оснащенный высокоточным оружием», — сказал главком.
Также в состав флота будут поступать корабли и катера ближней морской зоны с улучшенной эффективностью и боевыми возможностями, оснащенные высокоточным оружием.

Tags: «Северное ПКБ», «ЦКБ МТ «Рубин», ВМФ, ОПК, Судостроение, подводные лодки, пр. 22350М, пр. 955А, пр. 955Б

Подписались на 10 лет

Государственная программа вооружений на 2018–2027 годы подписана президентом Владимиром Путиным. Об этом в понедельник, 26 февраля, сообщил вице-премьер Дмитрий Рогозин и подтвердил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Итоги предыдущей госпрограммы и перспективы новой — в материале портала iz.ru.

Большой рывок

Десятилетние госпрограммы вооружений регулярно принимались с 1990-х годов и столь же регулярно не исполнялись. Основной проблемой был переразмеренный бюджет, под который у государства просто не было денег. В результате вместо ритмичного согласованного финансирования взаимосвязанных направлений военного строительства получалось лоскутное одеяло, сшитое в основном усилиями кабинетных лоббистов и случайными изгибами политической конъюнктуры.

После того как Госпрограмма 2006–2015 годов объемом 5 трлн рублей была завалена буквально на старте, военно-политическое руководство полностью сменило систему управления в промышленности (массовое формирование государственных оборонных монополий) и в системе заказчика (на пост министра обороны пришел Анатолий Сердюков).

Бронетранспортер на гусеничной платформе «Курганец-25» во время тренировки к параду Победы на военном полигоне «Алабино»

Фото: РИА Новости/Максим Блинов

Под эти мероприятия была сверстана новая десятилетняя программа, существенно отличавшаяся от предыдущих своим объемом. Все планы технического перевооружения силовых структур страны в 2011–2020 годах оценивались в 22 трлн рублей, из них 19,4 трлн должны были отойти Минобороны.

По итоговой раскладке деньги и приоритеты были распределены так: 5 трлн — Военно-морской флот (включая морские стратегические ядерные силы), 4,7 трлн — Военно-воздушные силы, 3,4 трлн — воздушно-космическая оборона, 2,7 трлн — «прочие и межвидовые проекты», 2,6 трлн — Сухопутные войска, 1 трлн — Ракетные войска стратегического назначения (данные Центра анализа стратегий и технологий).

Специалисты неоднократно критиковали ГПВ-2020 за несбалансированность исходного финансового плана. Явно были перетяжелены статьи, связанные с флотом и воздушно-космической обороной, при этом Сухопутным войскам и межвидовым проектам (в частности, системам управления, разведки и связи) уделялось недостаточно средств. Многие работы закладывались «на коленке», из общих соображений, и первыми же пошли под оптимизацию при первых трудностях исполнения, а потом и вследствие начавшегося бюджетного кризиса.

Первые пять лет ГПВ-2020 показали, что по целому ряду направлений выдержать заданный темп невозможно. Программа оптимистично предусматривала завершение основных ОКР и испытаний новых образцов техники к 2015 году, после чего должна была начаться серийная поставка в войска (с соответствующим наращиванием финансирования этого выпуска). Но сроки выдержать удалось далеко не везде.

Так, практически полностью были сорваны исходные планы постройки крупных надводных кораблей основных классов (8 фрегатов проекта 22350 и до 20 корветов семейства 20380/20385). Подводная часть кораблестроения сдвинулась по срокам исполнения к 2021–2023 годам. Не удалось и завершить работы по единой системе ПВО/ПРО С-500, который планировалось сдать заказчику к 2015 году и до 2020-го поставить на боевое дежурство 10 дивизионов. То же самое можно сказать и о бронетехнике нового поколения (платформы «Армата», «Курганец-25», «Бумеранг»).

Многоцелевой истребитель МиГ-35 во время демонстрационного полета

Фото: ТАСС/Марина Лысцева

Около 2015 года, по итогам начавшегося обострения на востоке Украины и очевидной смены приоритетов в развитии, ГПВ-2020 была существенно сокращена. Запланированные траты на неготовую технику (в первую очередь флотскую, а также ряд перспективных НИОКР) были либо срезаны, либо переброшены на срочное укрепление Сухопутных войск и строительство элементов инфраструктуры.

Недоработанные темы плавно переведены в следующую ГПВ. Так произошло, скажем, с истребителями Су-57 (по исходным планам — 52 машины до 2020 года) и МиГ-35 (37 машин до 2020-го), а также с бомбардировщиком ПАК ДА и, видимо, с тяжелой ракетой «Сармат» (ранее планировалось завершить испытания к 2018 году). В то же время по ряду удачных тем наблюдалось и наращивание закупок. Досрочно исполнены и расширены контракты на поставки оперативно-тактических ракетных комплексов «Искандер-М». ВВС и авиация ВМФ активно закупают истребители Су-35С и Су-30СМ, а также вертолеты.

Деньги выделены, денег больше нет

Что касается новой ГПВ-2027, то в первую очередь следует отметить ее объем. Военные изначально требовали себе 36 трлн рублей, аргументируя это тем, что вообще-то нужно 55 трлн. Минфин стоял насмерть в районе 10–12 трлн, в Военно-промышленной комиссии трезво говорили об уровне в 70% от действующей ГПВ-2020.

В итоге военные опять получили примерно 19 трлн рублей и дополнительно 1 трлн на строительство инфраструктуры. Но рубли эти, естественно, уже совсем другие. Дрейф цен в оборонке начался еще в начале ГПВ-2020, а после 2014-го принял обвальный характер. Особенно характерны в этом плане были флотские программы: по крупным кораблям бюджет постройки вырос на 60–70%, и это не считая незавершенных ОКР по системам вооружения и оборудования. Приступообразное импортозамещение компонентов и узлов привело к дополнительной инфляции издержек.

Оперативно-тактические ракетные комплексы «Искандер-М» во время тренировки ракетных и артиллерийских подразделений пятой армии ВВО в Приморском крае

Фото: РИА Новости/Сергей Орлов

Таким образом, реальная покупательная способность новой десятилетней программы, номинально равной предыдущей, с учетом накопленной инфляции рубля и роста цен в промышленности снижена минимум на 40–45%.

В этом нет ничего удивительного, так как с самого начала ГПВ-2020 руководство страны доводило до сведения директоров оборонки мысль о временности столь высокого уровня гособоронзаказа, связанного с компенсацией накопленных «долгов» государства перед Вооруженными силами. Для сохранения производства и рабочих мест предложено, а местами и прямо предписано развивать выпуск гражданской продукции: целевой ориентир — 30% «мирных» товаров и услуг в выручке оборонки к 2025 году и 50% — к 2030 году.

В прицеле 2030-е

На ГПВ-2027 года выбраны два основных приоритета. Это сбалансированное, но дозированное оснащение Вооруженных сил отработанной новой техникой, а также запуск перспективных НИОКР, призванных создать новый научно-технический задел в области проектирования вооружений.

Последнее связано с тем, что советский задел, созданный в конце 1980-х и самом начале 1990-х и положенный в основу ГПВ-2020, в основном исчерпан. Многие технологии и прототипы ждали по 15–20 лет, прежде чем конвертироваться в серийные образцы, заказанные Минобороны в 2010-х годах.

Истребители пятого поколения Су-57 во время воздушного парада на авиационном фестивале «Форсаж-2017»

Фото: ТАСС/Сергей Бобылев

При этом в рамках ГПВ-2027 будут дофинансироваться ключевые программы ГПВ-2020, выбившиеся из графика. Это относится в первую очередь к Су-57 и С-500, а также к бронетехнике нового поколения. Кардинально должна быть решена и проблема Единой системы управления тактического звена (ЕСУ ТЗ) — автоматизированной системы управления войсками бригадного уровня.

Флотское кораблестроение опять претерпевает перелицовку серийных проектов (возник модернизированный фрегат проекта 22350М с увеличенным водоизмещением). Поэтому на первой стадии, по заявлениям военных, будет вестись серийное строительство кораблей ближней морской зоны, оснащенных дальнобойным высокоточным оружием.

Особый приоритет будут иметь гиперзвуковые управляемые вооружения — так, согласно недавно принятым «Основам политики в сфере военно-морской деятельности», они после 2025 года должны стать основой ударного вооружения флота. Здесь, впрочем, возникает фактор переговоров о поддержании стратегической стабильности, где тема новых наступательных и оборонительных вооружений может преломиться самым непредсказуемым образом.

Есть основания полагать, что в части перспективных проектов следующая ГПВ станет «программой беспилотников и роботов». Во всяком случае, ВВС и флот инициировали масштабные разработки таких средств.

Подвижный грунтовый ракетный комплекс «Ярс»

Фото: РИА Новости/Сергей Пятаков

Стратегические ядерные силы модернизировались в приоритетном порядке, причем основная работа (поставка комплексов «Тополь-М», разработка «Ярсов» и «Булавы», темы «Синева» и «Лайнер») была сделана еще вне рамок ГПВ-2020. На данный момент Россия завершает обновление группировки СЯС. Ряд стратегических программ (боевой железнодорожный комплекс «Баргузин», ракета РС-26 «Рубеж») доведен до определенного уровня готовности и остановлен — возможно, в преддверии неизбежного такта переговоров о будущем режима контроля над ядерными вооружениями. Единственный проект, находящийся в сыром виде, — это тяжелая ракета РС-28 «Сармат», чья готовность также переходит на начало 2020-х годов.