Джузеппе гарибальди объединение Италии

Человек, и ничего более. Как Джузеппе Гарибальди объединил Италию

Революционера из моряка сделала Россия

В Ницце, в одном из красивейших мест Лазурного берега, стоит памятник величайшему из героев Италии — Джузеппе Гарибальди. Появление этого памятника в Ницце связано не только с близостью Италии, до которой всего несколько десятков километров. Просто неистовый революционер, авантюрист и мечтатель был уроженцем этого города.

Джузеппе Гарибальди родился 4 июля 1807 года в семье выходца из Генуи, моряка Доменико Гарибальди.

Сын моряка, живший на берегу моря, просто не мог не пойти по стопам отца. С юности Джузеппе ходил на торговых судах по Средиземному и Чёрному морю. Талантливый молодой человек уже в 25 лет сам стал капитаном бригантины.

Жизнь Джузеппе круто изменила… Россия. В 1833 году капитан Гарибальди зашел в порт Таганрог, где встретил итальянского политэмигранта Джованни Кунео, увлекшего моряка идеями об объединении Италии, освобождении от власти австрийцев и установлении республиканского строя.

Джузеппе Гарибальди становится членом тайного общества «Молодая Италия» и уже через год участвует в своём первом заговоре, который, однако, закончился провалом. Молодой революционер был заочно приговорён к смерти и вынужден бежать во Францию, откуда начались его долгие скитания по миру.

Джузеппе Гарибальди, 1848-49 гг. Фото: www.globallookpress.com

«Итальянский легион» на службе «колорадос»

Ему вновь пригодилось морское ремесло, правда, уже в другом виде. Джузеппе Гарибальди поступил на службу к владыке Туниса в качестве пирата. Корсар Гарибальди оказался ничуть не менее талантлив, чем Гарибальди-моряк. Однако прельщали его не золото и драгоценности, а возможности бороться за свободу и справедливость.

Именно поэтому из Туниса Гарибальди перебрался в Южную Америку, кипевшую революционными идеями. Он присоединился к повстанцам «фаррапус» (оборванцы), сражавшимся против правительства Бразилии. В это время он повстречал красавицу Аниту, ставшую его женой.

В 1841 году Джузеппе и Анита перебрались в Уругвай, поселившись в Монтевидео. Какое-то время Гарибальди занимался торговлей и был директором школы. Впрочем, долго это продлиться не могло. Когда в 1842 году в Уругвае вспыхнула гражданская война, Гарибальди поддержал уругвайских «колорадос» (красных), возглавив их флот и сформировав «Итальянский легион» из числа выходцев из Италии. Тогда же появился и фирменный знак Гарибальди и его бойцов — красные рубашки, по которым их отличали впоследствии и в Европе.

В качестве командующего флотом, который был скорее пиратским, нежели регулярным, Гарибальди нагнал такого страха на капитанов торговых кораблей, что его слава в Южной Америке была не меньшей, чем у капитана Флинта.

Во имя Италии

В течение шести лет Гарибальди успешно воевал в Южной Америке, снискав славу и популярность. Но итальянец Гарибальди никогда не забывал о Родине, и когда в 1848 году в Италии вспыхнула революция, он с несколькими десятками соратников устремился туда.

Но к тому времени, когда Гарибальди высадился в Ницце, революция уже пошла на спад. Тем не менее, собрав под свои знамёна корпус в 1500 человек, он вступил в бои с австрийцами. Силы были неравны, и через какое-то время Гарибальди с отрядом отступил в Швейцарию.

Однако на фоне всеобщей подавленности итальянцев мужество и стойкость гарибальдийцев создали им широкую популярность.

Из Швейцарии Гарибальди со сторонниками добрался до Рима, где революционерам удалось захватить власть. Гарибальди возглавил оборону провозглашённой Римской республики.

С февраля по июль 1849 года отряды Джузеппе Гарибальди успешно сражались с неаполитанцами и французской армией, стремившимися подавить восстание, однако 3 июля Рим пал. Гарибальди с отрядом двинулся на север, рассчитывая продолжить борьбу.

Но противники уже поняли, сколь крепкий орешек Гарибальди. На разгром его отряда были брошены большие силы. Скитания Гарибальди закончились трагически — 4 августа 1849 года на ферме около Равенны от малярии на руках Джузеппе умерла его жена и боевая подруга Анита. За девять лет совместной жизни у них родились четверо детей. Сыновья Ментотти и Ричотти, повзрослев, станут соратниками отца и будут сражаться вместе с ним плечом к плечу.

После окончательного подавление революции Гарибальди эмигрировал в Северную Америку, где работал на заводе, а потом вернулся к профессии капитана.

Смерть супруги Гарибальди Аниты, 1849 год. Фото: www.globallookpress.com

Революционер и король

В 1854 году Гарибальди вернулся в Европу, купил часть земли на острове Капрера и занялся сельским хозяйством.

В 1859 году король Пьемонта и Сардинии Виктор Эммануил II, опираясь на поддержку французского императора Наполеона III, намеревался начать войну против Австрии с целью освобождения итальянских земель. Такое предприятие нуждалось в смелом, решительном и талантливом командующем, каким и был Гарибальди. Однако республиканец Гарибальди не питал особых симпатий к королю Пьемонта и Сардинии.

Переговоры с Гарибальди вёл талантливый политик, премьер-министр Сардинии и будущий первый премьер объединённой Италии Камилло Кавур. Ему удалось убедить революционера присоединиться к походу.

В мае 1859 года Гарибальди во главе корпуса волонтёров и с пожалованным королём званием генерала вступил в войну и нанёс несколько поражений австрийцам. Итогом войны стало присоединение к Пьемонту средней Италии, но сам Гарибальди расценил её итог как поражение — в обмен на эти территориальные приобретения Виктор Эммануил передал Франции родину революционера, Ниццу.

В Турине был собран первый североитальянский парламент, в который Гарибальди, словно в насмешку, был выбран депутатом от Ниццы.

Никогда не имевший склонности к дипломатии, Гарибальди произнёс резкую речь против Кавура, которого считал одним из виновников потери Ниццы, сложил с себя звания депутата и генерала, после чего отбыл к повстанцам, сражавшимся на Сицилии.

Подвиг «тысячи» гарибальдийцев

В мае 1860 года начался самый успешный поход Гарибальди — «Экспедиция тысячи». С отрядом из 1200 бойцов Гарибальди высадился на Сицилии, где присоединился, а вернее, возглавил местных революционеров. Разбив неаполитанские войска, Гарибальди осадил столицу Сицилии Палермо и вскоре с триумфом вступил в неё.

При всех своих республиканских взглядах Гарибальди понимал, что процесс объединения Италии идёт вокруг Сардинского королевства, потому провозгласил себя диктатором острова от имени короля Виктора Эммануила II.

Его отряд постепенно увеличился до 18 000 человек, и после ряда сражений под контроль гарибальдийцев перешла практически вся Сицилия.

В августе 1860 года Гарибальди с отрядом высаживается на Аппенинском полуострове, начав завоевание континентальной части Королевства Обеих Сицилий. Война завершилась в феврале 1861 года полной победой Гарибальди, присоединением территорий королевства к Сардинии и провозглашением в марте 1861 года создания Королевства Италия.

Джузеппе Гарибальди cо своим отрядом. Фото: www.globallookpress.com

Как русский хирург спас итальянского героя

Виктор Эммануил II был в восторге, осыпав Гарибальди почестями. Но революционеру не нужны были почести, ему нужен был Рим, без которого он не считал объединение Италии полноценным. Однако король, исходя из политической ситуации в Европе, был категорически против похода в Папскую область.

Тогда Гарибальди поступил как и раньше — отказавшись от всех почестей, он отправился собирать новый отряд, собираясь действовать в одиночку.

На сей раз, однако, Виктор Эммануил II не просто отказался поддержать его действия, но и выслал против гарибальдийцев армию. В завязавшейся стычке был ранен сам Гарибальди, попавший в плен.

Впрочем, ни судить, ни казнить национального героя король, многим обязанный Гарибальди лично, не собирался. Пленника содержали как персону королевской крови, а для излечения раны ноги, оказавшейся чрезвычайно опасной, были приглашены лучшие врачи, в том числе русский хирург Николай Пирогов, который и спас революционеру ногу и жизнь.

Вскоре после излечения Гарибальди был амнистирован и освобожден, а вместе с ним и его соратники.

Последние сражения

В 1866 году, когда Италия вступила в новую войну с Австрией, Гарибальди вновь добровольно поступил на службу к королю Виктору Эммануилу II, провёл несколько успешных военных операций, однако затем его корпус потерпел крупное поражение, после чего герой простился с войсками и вернулся в своё имение на острове Капрера.

Гарибальди не оставляла идея завоевания Рима, однако международные соглашения, подписанные Италией, обязывали её соблюдать суверенитет Папской области. Тем не менее, Гарибальди предпринял ещё две попытки добиться своей цели во главе отрядов добровольцев, но потерпел неудачу.

В 1870 году то, что не удавалось Гарибальди, удалось королю. Французская армия, являвшаяся главным гарантом независимости Папской области, была отвлечена франко-прусской войной, и итальянская армия практически без помех вошла в Рим, который стал столицей Италии.

Джузеппе Гарибальди, 1878 год. Фото: www.globallookpress.com

Любопытно, что сам Гарибальди в это время вместе сыновьями отправился добровольцем на франко-прусскую войну, выступив на стороне французов, против которых не раз сражался в Италии, но дело которых на сей раз посчитал справедливым. Увы, больших успехов стареющий революционер на этой войне не добился.

Душа народов

В последние годы жизни Гарибальди мучили боли, вызванные многочисленными старыми ранами. Он жил на острове Капрера, всё так же отказываясь от почестей и наград. В 1876 году, правда, семья настояла на том, чтобы он принял назначенную ему парламентом Италии ренту.

Герой Италии, кумир всех революционеров Европы, Джузеппе Гарибальди умер 2 июня 1882 года в своём имении на острове Капрера и был похоронен там же, рядом со своей супругой.

В своем завещании Гарибальди написал: «Я завещаю мою любовь к свободе и к правде и мою ненависть к лжи и тирании». Эти слова могли бы показаться пафосными и высокопарными, исходи они от кого-то другого, но Джузеппе Гарибальди, посвятивший всю свою жизнь борьбе, имел на них полное право.

Говоря о Гарибальди, французский писатель Виктор Гюго отметил: «Что такое Гарибальди? Человек. Ничего более. Но человек в самом высоком смысле этого слова. Человек свободы, человек человечности. Есть у него армия? Только горсть волонтёров. Боевые припасы есть? Нет их. Порох — несколько бочек. Орудия — взяты у неприятеля. В чём же его сила? Что доставляет ему победу? Что стоит за него? Душа народов».

Биография Джузеппе Гарибальди

Народный герой Италии, один из руководителей вооруженной борьбы за объединение и национальную независимость страны. Генерал.

Джузеппе Гарибальди родился во французском городе Ницце в семье итальянского моряка. В 15 лет под руководством отца он начал нелегкую морскую службу. Через десять лет стал капитаном небольшого собственного торгового судна. Гарибальди прекрасно освоил морское дело и хорошо знал лоцию Средиземноморья, порты Италии и других стран средиземноморского бассейна. Много времени он уделял самообразованию, увлекался военной историей своего отечества.

В то время Италия была раздроблена на несколько небольших государств, северные из которых находились под австрийским владычеством. Вена держала на севере Италии многочисленную армию, которая стояла гарнизонами в крепостях, силой оружия подавляя любое сопротивление своей власти. В гуще итальянского народа и прежде всего в среде интеллигенции и молодежи зрели идеи объединения Италии в единое независимое государство.

Джузеппе Гарибальди. Фотография 1861 года.

Итальянское революционное движение породило такую организацию как «Молодая Италия» во главе с Джузеппе Мадзини (или иначе Маццини), начавшую свою подпольную деятельность первоначально в Пьемонте и Сардинском королевстве. Ее отделения появились во многих городах Италии, привлекая в свои ряды прежде всего молодых людей. Капитан торгового судна Джузеппе Гарибальди также примкнул к «Молодой Италии».

Однако первый опыт участия в вооруженном революционном выступлении закончился для него плачевно. В 1834 году судовладелец Гарибальди участвовал в неудавшемся восстании в Генуе и был заочно приговорен австрийским военным судом к смертной казни. Ему пришлось, как и многим итальянским революционерам, бежать за океан, в Южную Америку, и обрести там новую родину.

Там он более 10 лет воевал за независимость республики Риу-Гранди и республики Уругвай. Первую он защищал в должности капитана капера (небольшого военного судна) от Бразилии, вторую республику, сохранившуюся до наших дней, — от соседней, более сильной Аргентины. В латиноамериканских войнах революционер-эмигрант Гарибальди совершенствовал искусство полевого командира, которое так пригодилось ему в будущем на итальянской земле.

В свой отряд Джузеппе Гарибальди брал на службу преимущественно соотечественников-итальянцев, которых оказалось немало на юге Латинской Америки. Для них он ввел необычную военную форму — красные рубахи. Его «краснорубашечники» не раз отличались в боях против регулярных аргентинских войск, завоевав уважение уругвайского народа.

Гарибальди во время службы на флоте

Риу-Гранди и Уругвай стали для итальянского революционера прекрасной школой ведения партизанской войны на суше и каперской — на море. Гарибальдийцам почти всегда противостояли превосходящие силы противника, с которыми они успешно боролись, совершая молниеносные нападения в любое время дня и ночи, атакуя противника на походном марше или в укреплениях, уклоняясь при этом от больших столкновений, чтобы не нести больших потерь. Гарибальди берег своих бойцов, чем заслужил их признательность и любовь.

Он убеждал своих соотечественников, что их военные знания и умение владеть оружием рано или поздно пригодятся Италии. Патриотизм всегда был одной из самых сильных черт гарибальдийцев. Джузеппе Гарибальди был не просто итальянским революционером-демократом, но и интернационалистом, готовым с оружием в руках постоять за свободу любого народа.

Узнав, что на родине вновь оживилось революционное движение, известное в истории как «Рисоржименто» («Возрождение») и началась революция (1848—1849 годы), Джузеппе Гарибальди с группой единомышленников возвратился в Италию и вскоре и там сформировал добровольческий отряд «краснорубашечников» численностью в 3 тысячи человек. Во главе этого отряда участвовал в боях на территории Северной Италии и Южной Швейцарии. Эта война оказалась кратковременной и малоуспешной для итальянского оружия — силы сторон были неравными. После боев в Альпах Гарибальди пришлось бежать в Швейцарию.

В 1849 году под руководством революционеров-демократов Мадзини и Гарибальди в Риме была свергнута власть папы Пия IX и провозглашена Римская республика. Командир 5-го легиона «краснорубашечников» стал одним из организаторов и руководителей обороны Рима от французских экспедиционных войск под командованием генерала Удино (сына наполеоновского маршала Удино), которые, высадившись в Чивитавеккья, осадили Вечный город.

Противник имел численное превосходство и располагал мощной артиллерией, и в случае длительной осады и штурма римлян ожидали неизбежные бедствия войны. К тому же артиллерийский обстрел неизбежно мог привести к жертвам среди мирного населения и разрушениям городских кварталов. Первая попытка французов овладеть Римом закончилась неудачей — его 20-тысячный гарнизон отбил приступ.

Генерал Удино начал его осаду. 3 июля того же года Джузеппе Гарибальди во главе пяти тысяч своих бойцов покинул Рим — французское командование гарантировало им после прекращения огня свободный уход за пределы Вечного города, опасаясь, что гарибальдийцев поддержат вооруженные горожане.

Однако когда «краснорубашечники» оказались за пределами римских земель, они стали подвергаться постоянным нападениям австрийских, французских войск и войск Неаполитанского королевства и понесли большие потери.

После падения Римской республики Гарибальди в июле 1849 года возглавил 4-тысячный отряд добровольцев-«краснорубашечников», отправившийся на помощь революционной Венеции. Используя тактику партизанской войны, он пробился через кольцо вражеских войск к Пьемонту. В тяжелых боях отряд гарибальдийцев, который противник преследовал буквально по пятам, понес большие потери. Попытка достичь Венеции морем оказалась неудачной.

Гаррибальди и его люди перетаскивают корабли волоком во время войны Фаррапус

Венецианское вооруженное выступление в Италии против венской династии Габсбургов было жестоко и быстро подавлено австрийскими войсками. Гарибальди так и не сумел со своим отрядом прийти на помощь восставшей Венеции. Командир «краснорубашечников» был арестован пьемонтскими властями, ему грозил военный суд.

Джузеппе Гарибальди с помощью друзей удалось бежать из родной Италии. Он оказался в Соединенных Штатах, где некоторое время работал на свечном заводе, а затем перебрался в Республику Перу и там снова стал капитаном торгового судна, плававшего в Тихом океане. Во время аргентинской интервенции против Уругвая итальянский эмигрант находился среди защитников уругвайской столицы Монтевидео. В 1854 году Гарибальди легально возвратился в Италию, поселился на острове Капри и стал капитаном первого итальянского парохода.

Во время Австро-итало-французской войны 1859 года Гарибальди командовал добровольческим корпусом альпийских стрелков. В ходе боевых действий стрелки-гарибальдийцы нанесли в Ломбардии, на равнинах и в горах, поражения австрийским войскам, освободив ее большую часть. В той войне именно они отстояли национальную честь Италии, проявив высокие образцы воинской доблести и бесстрашия. О Джузеппе Гарибальди вновь заговорили по всей стране.

Первая встреча Гарибальди и Мадзини

Герой той войны стал одним из самых деятельных и прославленных участников Итальянской революции 1859—1860 годов. Центром борьбы против австрийского господства был Пьемонт (королевство Сардиния). Джузеппе Гарибальди, тайно заручившись поддержкой сардинского короля Виктора-Эммануила II и его премьер-министра графа Камилло Бенсо ди Кавура, начал действовать.

Из своих альпийских стрелков, отличившихся в войне против австрийцев, Джузеппе Гарибальди сформировал знаменитый в истории отряд «Тысяча» (1170 человек), выступивший на помощь Сицилии, восставшей против власти неаполитанского короля. 11 мая 1860 года гарибальдийский отряд, в котором были добровольцы из других стран, высадился на сицилийский берег у мыса Марсала и двинулся на столицу острова город Палермо.

История жизни Джузеппе Гарибальди

У города Калатафими гарибальдийцев поджидал корпус неаполитанской армии под командованием генерала Ланди (около 3500 человек), усиленный полевой артиллерией. Неаполитанцы занимали выгодные позиции, хорошо укрепившись на холмах вокруг Калатафими. Ночью 15 мая «краснорубашечники», имевшие 4 пушки, при поддержке сицилийских партизан — «пиччотти» внезапно атаковали неприятеля и навязали ему рукопашный бой. Схватки на холмах близ городских окраин длились шесть часов, и в конце концов неаполитанские войска были выбиты с занимаемых позиций и обращены в бегство. «Тысяча» потеряла всего 18 человек убитыми и 128 ранеными.

В результате победы в сражении при Калатафими над регулярными войсками короля Франциска II Сицилия в мае 1860 года была полностью освобождена.

Затем военные действия были перенесены на юг Италии. Англичане помогли гарибальдийцам переправиться через Мессинский пролив. «Краснорубашечники» совершили не менее успешный поход на столицу бурбонской династии Неаполь, и 7 сентября Джузеппе Гарибальди во главе своих бойцов вступил в город. Вскоре после этого весь итальянский юг был освобожден от власти Бурбонов. Неаполитанская армия после поражения при Калатафими больше не оказывала серьезного сопротивления революционным войскам.

Смерть Аниты Гарибальди

Вся Италия прославляла Джузеппе Гарибальди как национального великого героя, а он неожиданно для многих передал завоеванные территории под власть cардинского короля Виктора-Эммануила II, который 18 февраля 1861 года провозгласил их земли Итальянским королевством. Таким образом, объединенная Италия из-за непоследовательности республиканца Гарибальди, выпустившего из своих рук революционную инициативу, стала новой европейской монархией.

Слава Джузеппе Гарибальди достигла и берегов Северной Америки. Президент Соединенных Штатов Авраам Линкольн предложил ему командование федеральной армией, сражавшейся в то время без особых успехов против армии Конфедерации. За Атлантическим океаном шла длительная и кровопролитная война между северянами и южанами. Гарибальди ответил отказом, поскольку американский президент медлил с отменой рабства в своей стране.

У народного героя Италии в то время были другие заботы. Вне пределов объединенной страны оставались еще Римская (Папская) область и Венеция. Он решил силой оружия добиться их присоединения к остальной Италии. В 1862 году Гарибальди во главе небольшого отряда добровольцев предпринял поход на Рим, но в бою при Аспромонте потерпел поражение от папских регулярных войск под командованием генерала Паллавичини и получил тяжелое ранение. От ампутации ноги его спас русский хирург Н.И. Пирогов.

Во время Австро-итальянской войны 1866 года Джузеппе Гарибальди вновь командовал отрядами добровольцев. В боях в Венецианской области и в Тироле против австрийских войск гарибальдийские отряды численностью в 38 тысяч человек, наступая от города Брешиа, освободили от австрийцев часть Южного Тироля, нанеся при этом неприятелю ряд поражений: у Лодроне, Монте-Азелло, Кондино, Амполы и Беззеццы.

Однако Пруссия в лице канцлера Бисмарка воспротивилась присоединению Тироля и Трентино-Альто-Адидже к Итальянскому королевству. Сосредоточение на ее границе 127-тысячной австрийской армии вынудило итальянского короля Виктора-Эммануила II отдать Гарибальди приказ отступить с завоеванных позиций у Беззеццы.

Австро-итальянская война закончилась присоединением Венецианской области к Итальянскому королевству. Теперь из всех итальянских территорий только Папская (Римская) область оказалась не присоединенной к Италии. В следующем 1867 году Джузеппе Гарибальди предпринял вторую и последнюю вооруженную попытку освободить Рим от папской власти, которая также закончилась военной неудачей.

3 ноября 1867 года у города Ментана в Папской области, к северу от Рима, произошел бой между гарибальдийцами (4 тысячи человек) и объединенными силами папских и французских войск (9 тысяч), которыми командовали генералы Канцлер и де Файли. «Краснорубашечники» дрались мужественно, но к концу боя они израсходовали все боеприпасы и потерпели поражение. Французы в тот день на деле испытали новый вид огнестрельного оружия — игольчатые ружья Шаспо и современную артиллерию. Преимущество французов и папских солдат в вооружении в немалой степени сказалось на результате упорного сражения.

Джузеппе Гарибальди. Гравюра к статье А. Евгеньева «В гостях у Гарибальди» из журнала «Природа и люди», № 36 от 9 июля 1915 года, станица 561.

Гарибальдийцы в бою у Ментаны потеряли 400 человек убитыми и ранеными, 900 человек было взято в плен. Джузеппе Гарибальди был схвачен и отправлен в заточение в крепость Вариньяно. Остатки его разгромленного отряда, преследуемые неприятелем, отступили из Папской области на территорию Итальянского королевства. Так неудачно закончился и второй поход гарибальдийцев на папский Рим.

Оба раза Джузеппе Гарибальди попадал в плен к папским властям и оба раза был отпущен благодаря широкой международной поддержке.

Все же военные труды Джузеппе Гарибальди в деле объединения отечества дали свой результат. Венеция и Вечный город стали частью Италии. 2 октября 1870 года Рим официально вошел в состав Итальянского королевства и после плебисцита был объявлен столицей государства.

Во время Франко-прусской войны 1870—1871 годов генерал Джузеппе Гарибальди командовал французской Вогезской армией (ее штаб-квартира находилась в городе Даль на реке Ду близ швейцарской границы), которая нанесла прусским войскам ряд поражений. Вместе с ним воевали двое его сыновей и немало бывших «краснорубашечников», которые добровольцами вступили в ряды французской армии.

Весной 1870 года Вогезская армия пресекла попытку прусских войск форсировать реку Ду и закрепиться на ее левом берегу. Видя бесперспективность дальнейших атакующих усилий в южном направлении, прусское командование приостановило наступление на позиции Вогезской армии.

Хотя в той войне Франция потерпела полное поражение от Пруссии, боевые действия против немцев в Вогезах, особенно в начале войны, составили честь французскому оружию. Прусская армия в той войне подступила к Парижу, в котором началось народное восстание. Генерал Джузеппе Гарибальди приветствовал образование Парижской коммуны.

Джузеппе Гарибальди. Фотография 1870 года.

Участие на стороне республиканской Франции в войне против Прусского королевства стало последней страницей в военной биографии Джузеппе Гарибальди, и закрывалась она победными строками.

В 1874 году он был избран в Итальянский парламент. Депутатские обязанности Гарибальди исполнял два года, а затем по старости отошел от политической и общественной деятельности. Последние годы жизни он провел на острове Капрера.

Имя генерала-революционера Джузеппе Гарибальди стало символом борьбы итальянского народа за свободу и национальную независимость в XIX столетии. В ходе гражданской войны в Испании 1936—1938 годов итальянские добровольцы-интернационалисты были объединены в бригаду имени Гарибальди. Во время Второй мировой войны партизанские отряды, сражавшиеся в Италии против гитлеровских войск и фашистской армии Муссолини, гордо носили на своих боевых знаменах имя народного героя, называясь гарибальдийскими бригадами.

«Тысяча» Гарибальди и восстание крестьян на юге Италии

Гарибальди собрал около тысячи добровольцев, одетых в красные рубашки. Его «Тысяча» состояла главным образом из ремесленников, рабочих, студентов, выходцев из мелкой буржуазии. Они отплыли из Генуи на двух пароходах и в мае 1860 г. высадились на западной оконечности острова Сицилия.

Крестьяне острова страдали от нищеты и притеснений крупных помещиков и деспотического кровавого правления неаполитанских Бурбонов. Крестьяне были лично свободными, но не имели земельной собственности и вынуждены были арендовать мелкие клочки земли у помещиков на самых тяжелых условиях. Они выращивали лимоны, апельсины и другие фрукты, но сами питались бобами, а почти весь урожай отдавали владельцам крупных поместий и королевским сборщикам налогов.

Народные массы с ликованием встретили Гарибальди и его «краснорубашечников» как освободителей. Добровольцы отовсюду стекались под знамена Гарибальди, и за два-три дня к нему присоединилось несколько тысяч крестьян.

С тяжелыми боями гарибальдийцы овладели городом Палермо, где на помощь им пришли городские ремесленники и рабочие.

Победа Гарибальди

Из Сицилии отряды Гарибальди переправились на юг Апеннинского полуострова и вскоре торжественно вступили в Неаполь, откуда едва успели бежать король и министры. Замечательный народный полководец стоял уже во главе 25 тыс. добровольцев. Севернее Неаполя они отбросили королевские войска. %

Гарибальди проявил большое мужество и военное дарование. Его смелая революционная тактика была основана на связи с массой восставшего народа и на умении руководить сложными и трудными военными действиями. Ф. Сергеев высоко оценивал полководческий талант Гарибальди. Его поход встретил восторженные отклики революционеров во всей Европе. На помощь Гарибальди прибывали добровольцы из других стран. Среди его офицеров был русский ученый-географ и революционер Лев Мечников. В боях Мечников был ранен. Кроме него, в армии Гарибальди участвовали и другие русские, много венгров, отряд французских добровольцев и т. д.

Объединение Италии «сверху» (1860 – 1861)

Поход Гарибальди создал на юге Италии условия для национального объединения страны «снизу» – путем народной революции. Но объединение не удалось завершить по-революционному. Этому помешала слабость пролетариата, недостаточное участие в революционной борьбе крестьянства и сильное влияние в стране либеральных помещиков и буржуазии, которые хотели объединения «сверху» – под властью сардинского короля. Гарибальди как политик проявил колебания.

Глава сардинского правительства Кавур и король Виктор-Эммануил II двинули пьемонтскую армию на юг через границу неаполитанских владений, чтобы отнять у Гарибальди плоды победы. Талантливый народный полководец был нерешительным политиком. Он не призвал крестьян ко всеобщему восстанию против помещиков, без борьбы признал власть Виктора-Эммануила II. Неаполитанские владения после всенародного голосования, проведенного в 1860 г. под сильным давлением пьемонтского правительства и его армии, были присоединены к Пьемонту.

По совету Кавура король приказал распустить войско Гарибальди и потребовал, чтобы он удалился на один из островов у берегов Италии в качестве частного лица. А. И. Герцен с грустью и сожалением писал, что Гарибальди «с горстью людей победил армию, освободил целую страну и был отпущен из нее, как отпускают ямщика, когда он довез до станции».

В 1861 г. было провозглашено образование Итальянского королевства в составе Пьемонта и соединившихся с ним областей. Новое королевство насчитывало 22 млн. жителей, вместо 6 млн., составлявших население Пьемонта.

По конституции Итальянского королевства, которая повторяла пьемонтскую, почти вся Италия превращалась в единую конституционную монархию с парламентом из двух палат – сената из пожизненно назначаемых королем членов и выбранной палаты депутатов. Высокий имущественный ценз для избирателей привел к тому, что лишь 2,5% населения могло участвовать в выборах. Сохранялись господство помещиков и крупной буржуазии, помещичье землевладение и зависимость крестьян от помещиков. Рабочие и крестьяне не получили политических прав.

Дело национального объединения закончено не было. Под властью Австрии осталась Венецианская область, а в Риме сохранилась светская власть папы под охраной французских войск.

В 1862 г. Гарибальди с небольшим отрядом начал поход в Папскую область, но гарибальдийцы потерпели тяжелое поражение. Гарибальди был ранен, ему угрожала ампутация ноги. Знаменитый русский хирург Н. И. Пирогов на деньги, собранные передовыми русскими студентами, поехал в Италию и вылечил Гарибальди – спас ему ногу.

Через несколько лет Австрия потерпела поражение в войне с Пруссией и после этого вынуждена была отказаться от Венецианской области, которая была присоединена к Итальянскому королевству. Но еще оставалась не присоединённой Папская область.

Листаем страницы истории:

Римский папа и присоединение Рима
Германия на перепутье
Объединение Германии и образование Германской империи
Торгово-промышленное первенство Англии
Государственный строй. Парламентская реформа 1867 г.
Англия – крупнейшая колониальная держава
Так называемые «белые», или переселенческие, колонии
Борьба колоний за самоуправление. Канада – первый британский доминион
Экономическое развитие США после завоевания независимости

Политические идеалы

Джузеппе Гарибальди посвятил жизнь «борьбе за Италию объединенную и свободную от деспотизма». Под политической тиранией и деспотизмом он понимал насильственное правление меньшинства. Так, обращаясь к рабочим Пармы в 1862 г. он объяснял это следующим образом: «Представьте себе, что нас 100 человек. 80 из нас хотят одного правительства, а 20 — другого. 20, которые насилуют волю 80 — это и есть деспоты, тираны». К вооруженной борьбе против австрийских и французских войск, занявших его родину, он призывал своих волонтеров во время военных кампаний 1859-1860, 1862, 1866-1867 гг. Ненависть Гарибальди была направлена и против внутренних деспотов, олицетворением которых был римский папа. В папстве Гарибальди видел одно из главных препятствий на пути к объединению и возвышению Италии. Он утверждал, что «священники — подданные иностранного господства и орудие в его руках». Гарибальди выражал свое отношение к религии: «Я за веру в Бога, но не за веру в священников, потому что Бог хочет, чтобы все люди стали братьями и были счастливы, а священники вовлекают нас в ад».

Важной частью его жизненного кредо была борьба против деспотизма за свободу — «этот наиболее драгоценный дар, которое провидение дало народам». Хотя во взглядах Гарибальди прослеживаются отдельные черты сходства с политической теорией государственного деятеля и мыслителя Флоренции эпохи Возрождения Никколо Макиавелли, названного в «Мемуарах» наряду с Данте и Петраркой одним из «наших великих мужей».

Конкретные представления Гарибальди об организации республиканского строя были на первых порах его деятельности еще очень неопределенны и базировались в значительной степени на античных образцах. Опасаясь, что деспотия может получить перед республикой «преимущество концентрации власти», Гарибальди на протяжении нескольких десятилетий развивал также своеобразную теорию выборной республиканской диктатуры, которая должна учреждаться в кризисные для нации периоды и на время которой нация всеобщим голосованием передает власть «лучшему из граждан». Теория республиканской диктатуры также подкреплялась у Гарибальди античными реминисценциями, ссылками на диктаторов древнего Рима. Именно на эту теорию указывал позднее Муссолини, утверждая, что он продолжает «гарибальдийскую традицию». Но как писал Мак Смит: «Гарибальди, хоть и был сторонником временной диктатуры, не мог желать установления режима, подобного фашистскому». Что именно Гарибальди понимал под диктатурой и почему считал ее необходимой, объясняет его политическое завещание, в котором он писал:
«В Италии со временем должна быть провозглашена республика, но нельзя доверить ее судьбу пяти сотням докторов, которые, оглушив всех своей болтовней, приведут страну к гибели».

Здесь он явно осуждает парламентаризм, на своем собственном опыте убедившись в невозможности провести свои проекты и предложения через парламент, депутатом которого избирался много раз. В завещании Гарибальди предлагал ввести диктатуру на время, пока в Италии не утвердится свобода, и самому существованию итальянского государства не будут больше угрожать могущественные соседи, только тогда, по его мнению, диктатуре придется уступить место республиканскому правительству.

Борьба итальянцев за свободу должна была, по представлениям Гарибальди, вестись силами всего народа, т.е. всей нации, и он не раз говорил о ней как о борьбе, в которой замолкают частная ненависть и раздоры, и «все классы граждан подают друг другу руки… чтобы защищать общий дом — свою родину». Гарибальди, действительно, выступал за союз с различными политическими силами и был готов действовать вместе с правительством Кавура и королем Виктором Эммануилом на благо Италии, о чем не раз писал, когда его обвиняли в промонархических взглядах. Позднее он выступал также против раскола в демократическом лагере, предлагая «объединить в один кулак различные демократические и рабочие организации, масонские братства и другие общества на основе общего стремления улучшить положение Италии». Гарибальди был автором множества прокламаций, обращенных к итальянцам, живущим в различных областях страны, к городскому населению и к крестьянам. Он был ближе к народу, чем Мадзини, который встал во главе итальянской интеллигенции. Гарибальди же возглавлял народную струю в итальянском Рисорджименто, что отмечалось большинством исследователей этого периода истории Италии.

Он был сторонником объединения не только народа внутри страны, но также дружбы между разными нациями, о чем не раз говорил в письмах и воспоминаниях, и что доказал своим примером, сражаясь за республики Уругвай и Риу-Гранде в Южной Америке, а также участвуя во франко-прусской войне на стороне республиканской Франции. Гарибальди, пронес через всю жизнь веру в братство народов и право на национальное самоопределение, идеи получавшие широкое распространение во второй половине XIX в. Стремясь, чтобы его родина «защищала не только свои права, но и права других народов», он в 1849 г. призывал итальянцев «сделать своим делом» судьбу Венгрии, готовил в 1863 г. вооруженное выступление в поддержку восставшей Польши, организовывал отряды гарибальдийцев для участия в национально-освободительной борьбе на Крите.

Гарибальди приветствовал создание Первого Интернационала и в конце 1871 г. даже назвал его «солнцем будущего». Но очень быстро возникли разногласия из-за того, что Гарибальди всегда отвергал революцию и насилие. Непреклонный в своих высказываниях, резкий, он умел быть и умеренным. Его «реализм» поссорил его с Мадзини и отдалил от революционеров-социалистов. Поэтому в своем обращении к итальянскому народу в 1874 г. Интернационал его осудил:
«Не слушайте Гарибальди. Социализм такой, каким он его себе представляет, сомнителен. То, что он называет преувеличениями социалистов, на самом деле является нашими основными принципами… Он хотел бы, чтобы ассоциации рабочих были бы только обществами взаимной помощи. Тогда они превратились бы в мелкие и узкие группы, над которыми смеялась бы буржуазия… Итальянские пролетарии, вперед!».

«Пролетарии» — это слово не из лексикона Гарибальди. Он призывал к дружбе и взаимопомощи между народами, а не к объединению пролетариев всех стран. Восхищаясь подвигами Гарибальди-военного. К. Маркс и Ф. Энгельс не раз критиковали Гарибальди-политика.

Мечта о братстве народов превратила Гарибальди в убежденного борца за мир, хотя сам он большую часть жизни провел в различных войнах. Вот что писал он об этом в 1870 г.: «Будучи сторонником мира и дружбы между народами, я оказываюсь вновь вынужденным браться за оружие, что противоречит моим принципам». И далее пояснял: «Я не люблю войну, это слезы угнетенных заставили меня взяться за оружие». Его стремление к миру было так велико, что для его обеспечения он даже написал письмо Бисмарку с предложением создать мировой арбитраж: «Пусть в Женеву место заседаний арбитража, каждое государство пришлет своих делегатов. 1. Война между народами невозможна. 2. Все разногласия между ними решает мировой арбитраж», — таковы основные внешнеполитические тезисы Гарибальди.

Политические идеалы приверженца республиканской формы правления, борца за свободу против тирании, несомненно, были демократическими. Но Гарибальди никогда не был сторонником революции. Он был склонен скорее к социальному компромиссу, к поэтапному развитию, позволяющему избежать насилия. Придерживаясь во многом идеалистических взглядов, Гарибальди тем не менее умел действовать как реалист, исходя из сложившейся ситуации. У него была программа тех преобразований, которые необходимо было осуществить в итальянском обществе после объединения страны.

1870-е годы занимают в жизни и развитии социально-политических взглядов Гарибальди особое место. Это было время, когда он, посвятивший всю жизнь борьбе за национальное единство и независимость, очутился в Италии, объединенной сначала не до конца, а после освобождения Венеции и Рима полностью, т.е., казалось, что основная его цель достигнута. Новое королевство столкнулось с огромными трудностями. Страна продолжала оставаться разделенной на более развитый промышленный Север и отсталый аграрный Юг, который превратился в своеобразную внутреннюю колонию буржуазии Севера. Преобразования были необходимы. В результате демографического скачка население выросло от 25 млн. в 1866 г. до 31 млн. в 1887 г. Земли не хватало. Эмиграция принимала широкие размеры. Тяжелым оставалось положение как рабочих в городе, так и разорявшихся крестьян. Особенно острые противоречия были на Юге, где постоянно вспыхивали народные волнения, а в деревнях возмущение крестьян, обманутых в своих надеждах получить землю, выливалось в разбои. При этом только около 2% населения имело право голоса.

С 1861 г. по 1876 г. итальянские кабинеты министров формировала парламентская «правая». В ее состав входили умеренные либералы последних лет Рисорджименто. Сформированные ею правительства выражали интересы крупных итальянских аграриев и крупной буржуазии (в первую очередь сельскохозяйственной и торговой). Правительства «правой» отменили внутренние таможенные пошлины, ввели единую для всего полуострова систему мер и весов, денежную систему, создали единую итальянскую армию и государственный аппарат, финансировали строительство железных дорог, которые должны были соединить отдельные части итальянского государства. Эта деятельность «правой», в целом прогрессивная, имела и оборотную сторону. Громадные средства, нужные для нововведений, добывались в основном за счет взимаемых с народа налогов. Налоговая система в Италии являлась одной из самых антидемократических в Европе. Затяжной конфликт с Ватиканом, явившийся следствием ввода в Рим итальянских войск, также затруднял консолидацию общества. Закрепляя ликвидацию светской власти папы, закон ограничивал его владения в Риме, но «правая» не осмелилась провести отделение церкви от государства и школы от церкви. Это вызывало недовольство в демократических кругах. В целом политика «правой» усилила разочарование народных масс.

Таким образом, после объединения страны не пришло ни моральное, ни материальное улучшение, на которое надеялся Гарибальди, а внутренние социальные проблемы обострились. Понимая это, Гарибальди пытался найти решение, составив программу действий, один из вариантов которой был напечатан в газете «Гадзетино Роза» 12 августа 1872 г.

Этот документ был первым опубликованным выражением политической концепции Гарибальди после окончательного объединения Италии. Прежде всего он настаивал на «духовном освобождении» от влияния католической церкви, считая, что необходимо запретить религиозные корпорации в Риме. По его мнению, религиозные суеверия народа могут быть рассеяны лишь с помощью повышения уровня грамотности. Поэтому он предлагал сделать образование обязательным и бесплатным. Духовное освобождение должно быть дополнено материальным облегчением положения рабочих. Для этого надо было усовершенствовать систему налогообложения, отменив специальный налог на соль и на предметы широкого потребления, и вместо ряда тяжелых налогов ввести один, более справедливый и равномерно распределенный. Гарибальди понимал, что для уменьшения налогов необходимо сократить государственные расходы. В 1880 г., в более позднем варианте своей программы, он конкретизировал этот пункт, указывая, что надо: 1) уменьшить государственные пенсии; 2) сократить военные расходы и вместо постоянной армии создать «национальную милицию»; 3) привлечь к работе духовенство, на содержание которого уходят большие деньги. Но наиболее важный пункт политической программы Гарибальди, присутствующий и в первом и в позднейшем ее вариантах, касался предоставления избирательного права всем грамотным итальянцам. Эта позиция Гарибальди позднее стала центральной в программе крайнего левого фланга во время проведения реформы избирательного права. Критерий образования возьмет за основу комиссия, работающая над проектом этой реформы в 1882 г., уже после смерти Гарибальди, когда право голоса вместо 2 получило 7% итальянцев.

Вся же программа Гарибальди легла в основу программы итальянских радикальных демократов и использовалась Конгрессом Рабочих и Демократической Лигой в 1870-1880-е годы, а также парламентской группой «левая», оппонентами «правой», которым удалось прийти к власти, получив большинство в парламенте в 1876 г.

Гарибальди был ярым защитником гражданских прав. В своей программе 1880 г. он писал о необходимости защищать свободу слова, печати и собраний, был приверженцем отмены смертной казни, о чем упоминал в письмах. В 1870-е годы его давнишняя мечта о республике конкретизировалась в представление о том, какой она должна быть по своей сути. Он был сторонником буржуазно-демократической республики с развитым местным самоуправлением, политическими свободами и полным равенством всех перед законом. Однако никогда не призывал к социальной революции, намеченные им преобразования должны были осуществляться мирным путем.

Но Гарибальди разочаровался и в возможности провести свои предложения через парламент. Там даже после прихода к власти «левой» он столкнулся с сопротивлением против своих проектов. В 1880 г. он подал в отставку с поста депутата, потому что «не может быть в числе законодателей в стране, где попирается свобода, а закон применяется только для того, чтобы гарантировать свободу иезуитам и врагам объединения Италии». Правительство «левой», возглавляемое Депретисом, еще при жизни Гарибальди начало проводить ряд демократических реформ: были изданы законы о светской школе и гражданском браке, которые несколько ограничили позиции церкви; в 1879 г. введено обязательное начальное образование; в 1880 г. ликвидирован налог на помол зерна. Но Гарибальди надеялся на более интенсивные преобразования. Он видел слабые стороны парламентаризма, к тому же, как пишет Альфреде Вентури, Гарибальди не был создан для долгих парламентских дебатов. Он был и оставался до конца своей бурной, насыщенной разнообразными событиями жизни, «человеком действия», патриотом и сторонником демократии. Его проекты политических преобразований, созданные после 1871 г., являются свидетельством этого.

Гарибальди и в конце своей жизни продолжал выступать за «неделимую Италию», под которой понимал теперь присоединение Трентино и Триеста к территории страны. Он до конца остался верен избранному им «национальному пути». Будучи интернационалистом и «другом Франции», он считал естественным, что именно итальянское, а не французское влияние должно стать господствующим в Тунисе, очень близко расположенным от Сицилии. Но раздел колоний решало соотношение сил между державами, а не какое-то распределение, соответствовавшее территориальной близости или необходимости. Почему Франция имеет слишком много, а Италия ничего?

Гарибальди разделял чувства средних слоев Италии, убежденных в том, что новая Италия должна играть в Европе заметную роль. что Италия униженная, осмеянная, низведенная до положения туристической области, должна остаться воспоминанием. Он писал: «Наши австрийские и французские соседи должны понять, что времена их прогулок по нашей прекрасной стране навсегда ушли в прошлое». Тон его высказываний становился более резким, но суть сохранялась прежняя. Гарибальди до последних своих дней защищал единство и процветание своей родины и оставался патриотом Италии. Его славе завидовали короли и премьер-министры. Во многих городах Италии ему поставлены памятники, пусть и не столь гигантские и помпезные, как монумент Виктору Эммануилу II на площади Венеция в Риме.

Роль Мадзини и Гарибальди в объединении Италии

тносят начало эпохи Дворцовых переворотов. Назовите императора, свергнутого в ходе последнего дворцового переворота в XVIII в. Почему издание Указа считается одной из причин начала Дворцовых переворотов. 2. Правление Екатерины II считают «золотым веком» российского дворянства? Приведите два доказательства. 3. Юридическая постройка этого мартовского указа была достаточно своеобразна. Завершая сближение вотчин и поместий, он устанавливал для тех и других одинаковый порядок наследования; но при этом, превращал ли он вотчины в поместья или наоборот, как думали в XVIII в., называя мартовские пункты изящнейшим благодеянием, коим Петр Великий поместные дачи в собственность пожаловал? Ни то, ни другое, а сочетанием юридических особенностей поместья и вотчины, создавался новый, небывалый вид землевладения, который можно характеризовать названием наследственного, неделимого и вечнообязанного, с которым связана вечная наследственная и потомственная служба владельца. Все эти черты существовали и в древнерусском землевладении; только две из них не совмещались: наследственность была правом вотчинного землевладения; неделимость – обычным фактом землевладения поместного. Вотчина не была неделима, поместье не было наследственно; обязательная служба падала на то и другое владение. Петр соединил эти черты и распространил их на все дворянские имения, да еще и положил на них запрет отчуждения. 1. Назовите указ, о котором идет речь? Назовите год издания указа. 2. Какие две ранее не совмещенные черты земельной собственности были, по мнению автора, совмещены в новом виде землевладения, который появился при издании указа? Какой еще запрет накладывался по указу на все дворянские имения? 3. Приведите любые две, не названные в тексте реформы, проведенные монархом, издавшим этот указ. Кратко (1-2 предложения) охарактеризуйте каждую из них