Достоинства и недостатки революции

Мы из Советского Союза

Минэкономразвития России в лице своего министра господина Улюкаева значительно ухудшило прогноз социально экономического развития России до 2030 года в сравнении с предыдущим прогнозом, сделанным весной этого года, уменьшив ее годовой прирост до 2,5%, то есть, до уровня практической статистической погрешности.(Москва 7 ноября 2013 года Прайм.)

Таким образом, демократическая Россия, с 1991 года по 2030 год, или, если поточнее, за сорок лет своего безбедного капиталистического существования за счет открытых еще Советской Россией месторождений нефти и газа, констатирует в ближайшей на двадцать лет перспективе нулевое развитие своей экономики.

Почему, позволю вас спросить? Ведь в нынешнее время Россия строит у себя капиталистическую рыночную экономику по образцу самых развитых в настоящее время и самых цивилизованных стран мира. Тех самых стран, которые сейчас, после развала и исчезновения СССР с поля мировой хозяйственной и политической деятельности, их главного политического и экономического конкурента, должны были перейти в эпоху своего самого стремительного экономического развития.

Должны, но не перешли и все никак не могут выйти из непрерывной череды своих политических, экономических и финансовых кризисов. Не успеет закончится один мировой кризис, как сразу же наступает другой, не менее страшный по своим последствиям.

И как же они теперь, эти самые передовые и самые цивилизованные, по мнению наших демократов, страны мира развиваются? Да, никак они сейчас не развиваются, если подходить без предвзятости. Капиталистическая система в своем развитии зашла в системный тупик и уже не способствует экономическому процветанию своих стран.

Тогда вспомните, пожалуйста о том, что Советская Россия за первые сорок лет своего существования, с 1917 по 1957, сделала такой рывок в своем экономическом развитии, что стала второй экономикой мира после США. И это несмотря на три страшные войны, такие, как Первая Мировая, Гражданская и Великая Отечественна, которые прокатились по нашим просторам. А первая экономика мира, США, более полутораста лет не воевала на своей территории и только и делала, что благоустраивала, благоустраивала и еще раз благоустраивала свою страну. Да и Европа после второй мировой войны особых таких разрушений на своей территории тоже не имела. Ей нечего было восстанавливать.

О чем это говорит? Для меня это говорит о том, что Социалистическая государственная система на порядок эффективнее капиталистической. Слышу визг наших демократов! Неправда! Неправда! Посмотрите, как хорошо живут люди в Европе, в США! Посмотрите, какие там классные дороги, дома, туалеты, машины, продукты питания и товары народного потребления. И сравните с тем, как плохо мы живем. А в то Советское время мы, мол, вообще не жили, а только лишь бедствовали.

Напомню этим господам, не имеющим памяти, что из семидесяти лет Советской власти мы почти тридцать лет лишь воевали и затем восстанавливали разрушенное войнами народное хозяйство страны. И нам развивать свою экономику просто некогда было. Ибо речь шла об элементарном физическом выживании Российской нации.

Слышу опять крики демократов – а не надо было воевать с Германией, надо было сразу же сдаться ей, и мы бы тогда стали Восточной провинцией культурной Германии и «балдели» бы под их руководством до сих пор, попивая Баварское пиво и заедая его Баварскими сосискам.

Ну, что ж, кто-то попивал бы, а кто-то и нет! А вы уверены, что вы тогда относились бы к тем самым, кто пил бы в поверженной Советской России Баварское пиво? А не к тем, кто сидел бы в концлагерях и ждал своей очереди в крематорий? А-а, понимаю, вы из породы нынешних бизнесменов, не имеющих Родины, а потому все продающих и все покупающих и вы бы, конечно же, продали бы свою честь и совесть за право ходить в этих самых концлагерях в надсмотрщиках!

Да, таких было много в ту Великую войну. По самым разным оценкам, от двух до трех миллионов человек. Полицаи, «власовцы», «бандеровцы», «уоновцы», зеленые, калмыки, крымские татары, чеченцы, ингуши и так далее. И вполне возможно, что вы были бы в числе их. Ведь каждый сам выбирает свой жизненный путь.

Но я несколько о другом. Я о том,что МЭР России отказало России в праве на развитие в течении следующих двадцати лет. Почему? Попробую ответить на этот вопрос. Дело в том, что ничего другого господин Улюкаев и не мог сказать.

Ведь он по своей натуре «западник», сторонник и последователь Кудрина. Только несколько «потупее» своего бывшего патрона. И для него в экономике хорошо лишь то, что применяется на западе или в США. А ведь никто из самых великих западных экономистов мира, включая Нобелевских «лаурятов», не может ничего вразумительного сказать о том, что будет в капиталистическом мире через десять или двадцать лет. Потому что капиталистический мир развивается хаотически и непредсказуемо, как и любой животный мир. Да он, по сути, и является настоящим животным миром, где выживает только сильнейший и то за счет слабого.

Поэтому, давайте попробуем разобраться. Что такое капитализм? Смотрю в интернете. Определений капитализма много, но все они примерно одинаковы по своей сути. И отличаются друг от друга лишь элементарным словоблудием. Так вот:

Капитализм — это общественно-экономическая формация, основанная на частной собственности на средства производства и эксплуатации наёмного труда капиталом. (Большая советская энциклопедия).

Примерно то же самое говорят и современные источники. Здесь особых изменений в подобных политических понятиях нет.

То есть, капитализм разделяет людей на хозяев и их работников. Стимул работы хозяина – максимально возможная прибыль от использования его собственности. Как говорил по этому поводу Маркс?

«Обеспечьте капиталу 10% прибыли, и капитал будет согласен на всякое свое применение. При 20% прибыли он становится оживленным, при 50% — положительно готов сломать себе голову, при 100% он попирает все человеческие законы, при 300% прибыли нет такого преступления, на которое он не рискнул бы пойти, хотя бы под страхом виселицы»

Так оно было, так оно и есть! Ведь суть природы человека не изменилась за последние сто лет ни на «капелющечку». И капиталист девятнадцатого или двадцатого века совершенно не отличается от капиталиста двадцать первого века. Как тут ни крути!

А что же у нас тогда с социализмом? Снова заглянем в интернет. Определений понятия социализм множество. Самое простое и доступное для моего понимания оказалось в словаре Ожегова:

Социализм — это социальный строй, при котором основой производственных отношений является общественная, то есть, Государственная, собственность на средства производства и при котором осуществляется принцип: «От каждого — по способностям, каждому — по труду».

То есть, при капитализме каждый гражданин работает на своего хозяина, а при социализме на государство. Есть отличие? Для меня есть! Мне комфортней работать на государство, а не на хозяина. Мне противно работать на хозяина. Ну, это для кого как!

Был ли в Советском Союзе социализм? Да нет же, конечно! В Советском Союзе были построены лишь зачаточные основы Социализма. Но и то результат оказался ошеломительный! Такой ошеломительный, что «Господа Капиталисты» до сих пор не могут прийти в себя – слишком уж впечатлительны достижения Социализма в отдельно взятой стране. Вторая экономика мира, первая научная, образовательная, социальная и культурная страна мира. Разве такое не может не впечатлять? Тупых «идиотов демократов» России не впечатляет, мировую цивилизацию – да и еще много раз — да!!! До жути! До оторопи в селезенке!

Так что же станет прообразом будущего человечества? Капитализм или Социализм? Конечно же социализм! Ну, скажите вы, поборники капитализма, что для развития государства является более эффективным: система, при которой большая часть прибыли поступает в личные карманы хозяина на его виллы, замки и яхты, любовниц и публичных дома или же та, при которой вся прибыль поступает в казну государства, а затем – на развитии всего государства? Конечно же для государства более эффективна система Социализма! Что бы вы там, демократы, ни говорили противоположного!

Но они с утра до вечера мне твердят по всем СМИ России о том, что наворованные миллиарды в карманах Российских олигархов, это благо для России. Ибо, если бы они, эти олигархи, не забрали бы миллиарды денег из бюджета страны в свои карманы, то эти миллиарды просто бы исчезли из бюджета страны. А теперь они, эти миллиарды в их карманах, на их счетах, а значит, в полной сохранности! Ур-р-р-ра, нашим олигархам!

Кому-то это нравится, кому-то нет! Но это уже мелочи, мелочи нашей действительности, на которые не стоит обращать внимание. Главное, что эти миллиарды в надежном «мешке»!

Кроме того, Социализм – это государственное планирование своего будущего!! Планирование не только на государственном и на региональном уровне, но и на уровне каждого предприятия страны. Плохо это или хорошо? А вы мне найдите человека, который живет бездумно, не планируя свои действия на будущее. Попробуйте! Но ни за какие деньги не найдете себе таких представителей человечества! Таких, практически, не существует на свете среди нормальных людей! А здесь речь идет о государстве!

К примеру, мы у себя на заводе «детательнейшим образом» обсчитывали планы развития предприятия на ближайшие годы: и по годам и на пятилетку. Подчеркиваю для непомнящих и забывчивых – детальнейше! Мы рассчитывали производственные показатели, запланированные нам Министерством, экологические, социальные. В социальные показатели входили строительство заводского бесплатного жилья, строительство детсадов, яслей, пионерлагерей и санаториев, строительство больниц и поликлиник, строительство заводских спортзалов и стадионов. Это что, плохо?!

Те граждане России, у которых наворованных денег целые мешки в подвалах валяются, с усмешкой скажут, а зачем мне ваши бесплатные типовые социальные блага?! Я и сам в состоянии купить себе и своей семьей любые блага в любых частях света!!!

Но я не об этих социальных «чирьях» государства, я об обычных трудовых ее представителях. Для них государственная социальная политика –это фундамент их благосостояния.

Поэтому вывод здесь может быть лишь однозначный. Если речь в данном государстве идет о благополучии всего его трудового населения, то государственная система такого государства может быть лишь только Социалистической, и никакой иной!

Если же в этом государстве речь идет о благополучии всего лишь кучки богатых бездельников, то за основу его функционирования надо брать капиталистическую систему. Поэтому богатые и знатные выбирают себе капитализм, а трудовая часть населения страны, создающая ее материальные ценности, всегда выберет себе Социализм.

Вы не согласны с этим моим определением? Это ваше право! У нас же демократия! Но простите тогда меня за нескромный вопрос, а где и кем вы работаете? Точнее, а где и кем вы не работает? Если сможете ответить на это вопрос, тогда вам будет понятно, к какой России вы принадлежите!

СПАСИБО!

Виталий Овчинников

Советский социализм как государственный капитализм

Также о том, что Советский Союз является не переходной формой от капитализма к социализму, а особым типом общества – «бюрократический капитализмом», заявили троцкисты из группы «Социализм или варварство» (1948-1956 гг.) К. Касториадис и К. Лефор (к этой группе также пригадлежали Ги Дебор, Ж.-Ф. Лиотар и др.). «Бюрократический капитализм» – это общество, которое основано на эксплуатации без классических законов буржуазной конкуренции, но с ценностями типичного капитализма. Государственная собственность на средства производства не только не ведёт к социализму, но и напротив, может привести к увеличению эксплуатации и угнетения.
Они также выступили против требований защищать сталинистское общество от капитализма. Советский Союз не является рабочим государством, а советская бюрократия защищает свои собственные интересы, а не интересы советских рабочих. Из-за того, что большевики насильственно прервали революционное развитие страны и отбросили ее назад — в экономическом отношении чуть не в середину прошлого века, а политическом — частью ко временам Петра Великого, а отчасти — Ивана Грозного, поэтому полностью легитимной является организация «интернациональной социалистической интервенции» против Советской власти в пользу восстановления политических завоеваний февральско-мартовской революции (из открытого письма П.Б. Аксельрода – Ю.О. Мартову в сентябре 1920 г.).
Нельзя сказать, что и после разгрома троцкистов и бухаринцев некоторые идеалисты-большевики не пытались «вернуть революции её антикапиталистический характер». Достаточно вспомнить имена О.А. Пятницкого, С.В. Косиора, Р.И. Эйхе, В.И. Варейкиса, М.М. Хатаевича, Б.П. Шеболдаева, которых, однако, Сталину удалось столкнуть лбами с «явными партийными олигархами» С.Г. Орджоникидзе, В.В. Куйбышевым, Н.И. Ежовым, В.Я. Чубарем, М.Н. Тухачевским, П.П. Постышевым, М.М. Литвиновым, Л.З. Мехлисом и др.
Правда, некоторые рьяные коммунисты пытаются доказать, что сталинские репрессии и были «пролетарской антибюрократической и антиноменклатурной революцией» .
Но насколько это далеко от реальности. Сталинские «чистки» были необходимы именно потому, что бюрократия доказала свою неспособность управлять производством, бюрократическое планирование, основанное на власти узкого слоя управленцев, оказалось не лучше «анархии рынка». Сталинская внутренняя политика на перетряхивание кадров лишь являлась аналогом впрыскивания транквилизаторов в расслабляющееся тело самодовольного властвующего бюрократического слоя. Сам «… сталинский террор – террор не революции, а контрреволюции, террор, неизбежный для осуществления первоначального накопления капитала, и, как таковой, далеко не уникальный. Он лишь сконцентрировал в 25 годах все те ужасы, какие заняли в Англии 250 лет, и лишь настолько превосходил последние размахом, насколько завод 20 века превосходит мануфактуру 16 века. Но чем 10 лет «за колоски» хуже смертной казни за бродяжничество, чем ГУЛАГ хуже работного дома? Даже фальсифицированные процессы с покаяниями подсудимых находят полную аналогию в Англии Генриха Восьмого, с той только разницей, что в варварском СССР расстреливали, а в «матери европейских свобод» существовала такая милая вещь, как «квалифицированная казнь за государственную измену» (повешение не до смерти, затем вырезание внутренностей и половых органов и четвертование), юридически отмененная лишь в 19 веке» .
Правда, ряд коммунистов-романтиков из группы левых радикалов (Жак Каматт, Джианни Коллу), разорвавшей в конце 60-х гг. ХХ в. с Итальянской компартией, не утруждая себя анализом причин появления и специфики государственного капитализма в СССР, утверждали, что «госкапитализма не существует как явления» и что не следует поддаваться якобы мнимой теории о «иерархическом бюрократическом капитализме».
Но они весьма точно определили социально-юридический феномен «советского строя», вытекающего именно с абсолютизации капиталистических отношений: как в СССР, так и в мировом коммунистическом движении властью овладела «клика гангстеров совершенно чуждых теории и пролетариату»: «… Существование банд происходит из тенденции капитала к поглощению своих противоречий. Антикапиталистические движения поглощаются и воспроизводятся в фиктивной форме…. Движение отрицания растворяется в бандах, которые реализуют его внешний облик. Банда также выполняет ещё одно требование капитала: она заменяет все естественные или человеческие предпосылки предпосылками, определяемыми капиталом … В своих внешних связях политическая банда стремится скрывать существование клики, ведь для успешной вербовки ей нужно иметь привлекательный внешний вид. Она покрывает себя вуалью скромности, чтобы увеличить свою власть … Рассматривая всех за пределами банды как идиотов, она считает своим долгом публиковать банальности и всякую чушь, чтобы привлечь побольше этих идиотов. В конце концов, она сама соблазняется своей собственной чушью и поглощается окружающей средой. Однако, когда новая банда займёт место предыдущей, её первый теоретический вопль будет состоять из описания всех проступков и ошибок тех, кто предшествовал ей. Чтобы снова начать великий путь обольщения, новая банда должна найти новый язык, она должна создать собственный, неповторимый образ. Оказавшись в банде (или на другом предприятии), человек психологически привязывается к нему. Если он обладает какими-то навыками, способностями, то банда тут же начинает эксплуатировать их, и человеку не нужно усваивать «теорию». В обмен на это ему дается место в правящей клике, его делают мелким лидером. Если же он не показывает выдающихся способностей, то вход в банду обменивается на распространение ее позиций … Неспособность самостоятельно отстаивать теоретические взгляды ведет к тому, что индивиды стремятся укрыться за авторитетом другого члена, который объективно становится лидером, или за группой, которая становится бандой. В отношениях с людьми за пределами группы индивид использует своё членство как средство обособления и дифференциации. Всё это, в конечном счёте, делается для того, чтобы оградить себя от признания своих собственных теоретических недостатков. Принадлежать, чтобы исключать, – вот суть внутренней динамики банды, основывающейся на противопоставлении внешнего и внутреннего. Желание принадлежать к банде происходит из желания идентифицироваться с группой, обладающей высоким престижем: теоретическим престижем для интеллектуалов и организационным престижем для так называемых практиков … Таким образом, капитализм есть торжество организации, и формой такой организации является банда. Это торжество фашизма. В Соединённых Штатах рэкет процветает на всех уровнях общества. Тоже самое и в СССР … Утописты надеялись, что всё человечество в конечном итоге будет включено в их общины, но в действительности их общины были поглощены капиталом … Сегодня … любые «организации», заявляющие о своём пролетарском характере, на деле же являются бандами или кликами, которые при посредничестве государства играют ту же роль, что и все другие группы, находящиеся непосредственно на службе капитала … Поэтому пролетариату, вместо того, чтобы заменить их, необходимо их уничтожить … Не достаточно развивать критику капитала и даже говорить о ненужности организационных связей; необходимо избежать воспроизведения структуры банды, так как она есть естественный, спонтанный продукт общества … Революционер не должен идентифицировать себя с группой, но должен осознавать себя в теории, независящей от группы и являющейся выражением существующей классовой борьбы … Более того, стремление к теоретическому развитию должно реализоваться автономно и индивидуально, а не с помощью группы … поддерживать сеть личных контактов с людьми, добившихся (или находящимися на пути к этому) высочайшего уровня теории … Революция будет направлена на примирение человека с природой, коммунистическая революция будет также восстанием природы (т. е. восстанием против капитала; причём только через новые отношения с природой) … В данных обстоятельствах и в ходе конкретных действий революционное течение будет структурировано, и структурирование будет проходить не пассивно и спонтанно, а всегда будет направленно в сторону реализации истинного Gemeinwesen и общественного человека, что предполагает примирение людей с природой» .
Окончательный отказ от большевистской романтики и официальное возвращение на рыночные, хотя и умеренные, отношения произошли уже в феврале 1952 года, когда И.В. Сталин фактически заявил о размежевании с “экономикой” марксизма (см. работу «Экономические проблемы социализма в СССР», 1952 г.; глава 2. Вопрос о товарном производстве при социализме, четыре последние абзаца этой главы): «… наше товарное производство коренным образом отличается от товарного производства при капитализме» (“Экономические проблемы социализма в СССР”, Гос. изд. политической литературы, 1952 г., стр. 18).
Якобы потому, что в Советском Союзе как налогово-дотационный механизм был ориентирован на снижение цен по мере роста производства в государстве-суперконцерне, так и потому, что капиталистические категории как, например, товарно-денежные отношения, прибыль якобы теряют капиталистическую сущность и превращаются в «социалистические», поскольку они служат не капиталисту, а всем членам общества.
«… Служат-то они всем членам общества. Но только почему-то эксплуататорскому классу начальствующего меньшинства они служат больше: результатами труда, создаваемыми всем обществом, больше пользуется в личном плане эксплуататорское меньшинство, чем пролетарское большинство. Мало того, тот общий (государственный) капитал, который служит всем членам общества, порой создается на горе и крови части общества, как это имело, например, место в период насильственной (ускоренной) коллективизации, когда индустриализацию проводили за счет крестьян. Кроме, того, СССР извлекал прибыль не только в результате эксплуатации своих пролетариев, но и трудящихся стран, которым предоставлялась «помощь» в виде кредитов (прибыль имела вид процентов за предоставляемый кредит). И если созданная внутри страны прибыль как-то служила пролетариям советского общества, то прибыль, извлекаемая от эксплуатации трудящихся других стран, этим трудящимся уже не попадала» .
В апреле 1952 года в Москве состоялось международное экономическое совещание, на котором СССР, страны Восточной Европы и Китай предложили создать зону торговли, альтернативную долларовой зоне. Причём громадный интерес к этому плану проявили также: Иран, Эфиопия, Аргентина, Мексика, Уругвай, Австрия, Швеция, Финляндия, Ирландия, Исландия. На совещании И. Сталин предложил создать свой «общий рынок». Более того, на совещании была озвучена идея введения межгосударственной расчётной валюты. Учитывая, что инициатором замысла создания альтернативного долларовой зоне торговли фактически трансконтинентального «общего рынка» был СССР, то и межгосударственной расчётной валютой в таком «общем рынке» все шансы имел стать именно советский рубль, определение курса которого уже было переведено на золотую основу.
Ранее И. Сталину это не удалось, когда в конце 20-х гг. ХХ в. попытался требовать «экономического раскулачивания», подразумевающее, что колхозы как экономически более сильные на селе, чем любой отдельно взятый кулак или даже их группа, вынуждали бы кулачество прекратить свою хозяйственную деятельность в виду неспособности конкурировать в производстве, особенно товарного хлеба. Вместо этого партийные секретари пошли по пути «административного раскулачивания» с применением силы ОГПУ. В этом был немалый расчет троцкистской оппозиции, стремившейся таким образом спровоцировать мощный социальный взрыв в стране и перехватить власть.
Также в 60-е гг. ХХ в. «бил тревогу» еще один революционер-идеалист – В.М. Молотов (Скрябин), однако, не мало приложившийся к созданию самого госкапиталистического строя в СССР на посту главы советского правительства (1930-1940 гг.). В своей записке советскому руководству «Об экономических основах социалистического общества в области экономики» он указывал: «…Особенно после XX съезда КПСС руководство партии, когда первым секретарем ЦК КПСС был П. С. Хрущев, и также в последующее время взяло курс не на преодоление товарно-денежных отношений, а, наоборот, на сохранение и, больше того, на дальнейшее развитие и углубление роли товарно-денежных отношений в СССР. Тем самым фактически был произведен определенный поворот в экономической политике партии, хотя прямо об этом нигде не сказано. Этот поворот заключается в следующем: в то время как партия всегда исходила из принципиального марксистско-ленинского положения, что в социалистическом обществе «производители не обменивают своих продуктов» и, следовательно, всегда признавала несовместимость развитого социализма и товарно-денежных отношений, теперь стали выдвигать другую установку, будто товарно-денежные отношения должны существовать в течение всего периода социализма. Нет никаких оснований замалчивать, что эта новая для партии установка противоречит основным принципам научного социализма» (Цит за: ). Правда, как видим, опальный пенсионер всесоюзного значения «слегка» слукавил, указав на время «поворота экономической политики КППС» после ХХ съезда партии (1956 г.), а не до него.
Окончательный провал госкапитализма СССР произошёл тогда, когда в 70-80-х годах ХХ в. происходило становление технологий пятого поколения (микроэлектроника). СССР пропустило этот научно-технический поворот, занимаясь выяснением схоластического вопроса «Какой вид собственности лучше – частная или общественная?», тогда как внимание следовало бы обратить внимание на очередную смену технологического уклада. Решая экономические вопросы за счет экспорта нефти в обмен на импорт западных технологий и товаров широкого потребления, т.е. фактически став сырьевым придатком внешнего капиталистического рынка, вместе с технологиями и товарами СССР импортировал и зависть к Западу как «раю на Земле» и идеи либеральной демократии. Аналогично Китай, пропустив поворот в очередной технологический уклад (NBIC – нанотехнологии, биотехнологии, информационные технологии и когнитивные науки), стал работающей на внешний рынок фабрикой машинного производства товаров, тогда как конструкторское бюро и технологическая лаборатория нового уклада принадлежат США, т.е. Запад капитализировал знания и уже захватилкомандные высоты в создании образов, стилей и стандартов, метатехнологий и технологических принципов, конструировании технических решений и в высокотехнологичном производстве .
«… В таких условиях закономерен был тот переворот в 1991 году, который узаконил в СССР частный капитал и привел к распаду страны. Никакой реставрации капитализма у нас не произошло, так как мы из него и не выходили. Капитализм у нас просто модифицировался» . Как замечает популярный консервативный идеолог из Британии Найел Фергюсон, в Российской Федерации и после 1991 г. в форме компрадорско-мародерского режима сохраняется все та же классическая марксистско-ленинская модель государственно-монополистического капитала («империализма»), но основанная на азиатском способе производства, и теперь базируемого на нефтяной трубе и обслуживающем её персонале. А.И. Субетто дополняет: «Капитализм в России начала XXI века – это не капитализм в его классической характеристике, это колониальная, спекулятивно-компрадорская капиталократия, не способная создать производительную экономику принципиально, живущая за счет «запасов» или «резервов» советской экономики, которые «проедаются», конвертируются в «денежной, долларовый капитал», вывозимый олигархами через оффшоры за границу» .
Опыт ХХ в. доказал, что государственная собственность на средства производства не только не ведет к социализму, но и напротив, ведет только к увеличению эксплуатации и угнетения.
И в первую очередь, построить коммунизм в СССР на базисе существующего государственного капитализма невозможно было потому, что «… социализм, в отличие от капитализма, как качественная целостность, как система механизмов саморегуляции не может сложится в недрах капиталистического общества. Капитализм не создает ни мотивов нового коллективистского способа производства, ни его субъектов, то есть людей, подготовленных к тому, чтобы строить новую систему экономических отношений. Вопрос о том, кто может заменить организаторов капиталистического производства, заинтересованных в прибылях, несущих материальную ответственность за свои решения, заботящихся о сохранении преемственности квалифицированного руководства, так и не был систематически рассмотрен в работах классиков… В том, что капитализм не готовит самое главное, то есть человеческий фактор коллективистского производства, большевики убедились только после Октября, … что без трудовой повинности, насильственного принуждения к труду новое общество построить невозможно…» .
«… Ленин, как и Маркс, ничего конкретного не предложил. Все, что он оставил на этот счет – упоминание, что «распределение должно осуществляться не через рынок». Нахождение конкретной формы уничтожения рынка оставалась делом борьбы будущего. То, что классики марксизма не нашли такого способа показывает не их слабость, и не слабость теории, а то, что тогдашнее реальное общественное развитие не давало возможности непосредственно перейти к коммунизму. Не были достаточно развиты средства производства, следовательно, общественные отношения не перейти на новый этап развития» .
Возможно, что предложив НЭП в качестве главенствующего принципа на «госкапиталистическом этапе» движения к социализму, В.И. Ленин пришел бы к тому, что этот пролетарский госкапитализм должен учитывать закономерности высшей стадии капитализма – государственно-монополистического (империализма), в которой он находится. Но или не успел это «додумать», или же не рискнул об этом заявить открыто (планируя реализовывать это на практике, но не обрамляя теоритическими декларациями), столкнувшись ранее с откровенной ультралевой оппозицией предложенному им НЭПу.
Это очень хорошо расскрыл представитель российского движения «Новые коммунисты» Сурен Гандилян .
В конце концов, этот союз просоветского черносотенства и чекизма-большевизма открыто реализовался в конце ХХ – начале ХХI вв. как союз почитателей России вообще, но не России трудящихся и для трудящихся: «…при Путине-Медведеве … Россия – достаточно сильное капиталистическое государство, активно соперничающее с другими странами за «место под солнцем», откровенно проамериканские либералы оттеснены от власти, в правительственных СМИ круглые сутки – восхваление армии, «традиций русского оружия», «величия России». Для патриотов, точнее буржуазных патриотов, выступающих за укрепление буржуазного государства, в этом и состоят главные стремления. Что касается их ностальгии по СССР и социализму – то здесь им достаточно красивой вывески, признания советского периода частью истории «тысячелетней России». Здесь режим тоже готов идти навстречу «красно-белым», восхваляя достижения СССР в абстрактно-патриотическом духе, одновременно поливая грязью «экстремистское учение о классовой борьбе», интернационализм, атеизм и прочие вредные для буржуазии вещи, без которых настоящий советский патриотизм на самом деле немыслим… в случае усиления просоветских настроений в обществе режим вполне может пойти и на другие символические уступки этим настроениям. Так, к ликованию многих возвращена мелодия гимна СССР… И проводящееся «патриотическим правительством» наступление на остатки социальных гарантий, коммерциализация образования и здравоохранения, ужесточение трудового законодательства, репрессии против рабочих профсоюзов — все это не имеет большого значения для буржуазных патриотов. Неудивительно, ибо за высокопарными словесами о «величии России» скрываются интересы класса паразитов — частных собственников. Как и в любой стране мира, буржуазный патриотизм в РФ является давно испытанным орудием одурачивания трудящихся…» .
Да, якобы, существует вариант не «госкапиталистической» диктатуры пролетариата: «…под диктатурой пролетариата мы понимаем не госкапиталистическую диктатуру партии, как большинство марксистов, а воинственную антиполитическую борьбу пролетариата. Диктатура пролетариата не может принимать форму государства, а наоборот означает разрушение государства пролетариатом. Проблема в прошлых революциях была в том, что спонтанно возникшие революционные массовые организации не стали сознательными органами революции. Например во время немецкой революции 1918 года Рабочие Советы самораспустились в пользу парламентской республики» ; «…Диктатура пролетариата не может принимать форму государства, как это утверждают марксисты, а может только являться разрушением государства пролетариатом: она является той стальной метлой, которая выметает прочь все капиталистическое дерьмо. Уже во время воспроизводительной классовой борьбы, пролетариат вынужден действовать авторитарно и применять насилие по отношению к капиталистам, менеджерам, ментам и штрейкбрехерам … Конечно диктатура пролетариата не является самоцелью. В воспроизводительной классовой борьбе она является средством для достижения цели повышения зарплаты, сокращения рабочего дня или предотвращения закрытия предприятий. Во время социальной революции она ставит перед собой цель разрушения государства и упразднения капиталистического товарного производства, и вместе с этим упразднения себя как класса. Во время воспроизводительной классовой борьбы диктатура пролетариата может выражаться не совсем четко, но в социальной революции она должна показать всю свою беспощадность против вооруженной контрреволюции и репрессивную терпимость против невооруженной … Органами пролетарской самоорганизации являются стачечные комитеты, общие собрания, рабочие советы и т.д., если они будут иметь тенденцию определения социальной жизни и частично лишат могуществагосударство, то они в зародыше станут органами диктатуры пролетариата» .
В результате, якобы, «… после разрушения государства и отменны капиталистического товарного производства органами пролетарской самоорганизации, диктатура пролетариата переходит в «Свободную ассоциацию свободных производителей» и это будет актом самоликвидации пролетариата … Бесклассовое общество по всему миру станет истинной человеческой глобализацией … посредством разрушения национального государства» .
Но если «госкапитализм» все же имел возможность не единожды реализоваться в истории, вариант же «антигоскапитализма», однако, остается, лишь утопическим фразерским фетишизмом, не учитывающим фрактальность любого социального организма – будь-то «государство», будь-то пролетариат, будь-то «свободная ассоциация свободных производителей» – в структуре они воспроизводят иерархию, где есть руководящая верхушка и от них оторванные рядовые члены, этакие «джи» («долгожители») и «кжи» («краткожители») из утопического мира общества «восточного способа производства» Торманс в романе И. Ефремова «Час Быка».Можно считать, что тут имеет место гегелевская диалектика «господина» и «раба» (см. его «Феноменология духа»). Или, иными словами, общество всегда делиться на «банду» и «идиотов» («лохов»).

Определение: Социализм — это экономическая система, в которой все в обществе одинаково владеют факторами производства. Владение обычно осуществляется через демократически избранное правительство. Это может быть также кооперативная или государственная корпорация, где все владеют акциями. Четыре фактора производства — это труд, предпринимательство, капитальные товары и природные ресурсы.

Мантия социализма — это «От каждого по способностям, каждому по его вкладу». Каждый в обществе получает долю производства, исходя из того, сколько они внесли.

Это мотивирует их работать долгие часы, если они хотят получить больше.

Работники получают свою долю после того, как процент был вычтен для общего блага. Примерами являются транспорт, оборона и образование. Некоторые также определяют общее благо, как заботу о тех, кто не может напрямую способствовать производству. Примеры включают пожилых людей, детей и их воспитателей. (Источник: Государство и революция, Владимир Ленин. Критика Готской программы , Карл Маркс.)

Социализм предполагает, что основной характер людей является кооперативным. Этот характер еще не сформировался полностью, потому что капитализм или феодализм заставляли людей быть конкурентоспособными. Поэтому основным принципом социализма является то, что экономическая система должна поддерживать эту основную человеческую природу, чтобы эти качества появились.

Эти факторы ценятся за их полезность для людей. Это включает в себя индивидуальные потребности и большие социальные потребности. Это может включать сохранение природных ресурсов, образование или здравоохранение. Это требует принятия большинства экономических решений путем централизованного планирования, как в командной экономике.

Преимущества

Рабочие больше не эксплуатируются, поскольку владеют средствами производства. Вся прибыль распределяется справедливо среди всех работников, согласно его или ее вкладу. Совместная система понимает, что даже те, кто не может работать, должны удовлетворять свои основные потребности во благо всего.

Это означает, что нищета устранена, и каждый человек имеет равный доступ к здравоохранению и образованию.

Никто не подвергается дискриминации.

Каждый работает над тем, что им лучше всего и что им нравится. Если обществу нужны рабочие места, которые нужно сделать, которых никто не хочет, он предлагает более высокую компенсацию, чтобы сделать это стоящим.

Природные ресурсы сохраняются снова для блага целого.

Недостатки

Самым большим недостатком социализма является то, что он опирается на совместный характер людей на работу. Поэтому те, кто в обществе, конкурентоспособный, а не кооперативный, всегда будут стремиться свергнуть и сорвать его ради собственной выгоды.

Вторая связанная с этим критика заключается в том, что она не вознаграждает людей за то, что они являются предприимчивыми и конкурентоспособными.Поэтому он не будет таким инновационным, как капиталистическое общество.

Третья возможность заключается в том, что правительство, созданное для представления масс, может злоупотреблять своим положением и требовать власти для себя.

Разница между социализмом, капитализмом, коммунизмом и фашизмом

Атрибут Социализм Капитализм Коммунизм Фашизм
Факторы производства принадлежат Каждому Физическим лицам Физические лица Факторы производства оцениваются за
Полезность людям Прибыль Полезность людям Нация здания Распределение по
Центральному плану > Закон спроса и предложения Центральный план Центральный план От каждого согласно его Способности
Рыночный решает Способность Значение для нации Каждому по к его Вклад
Богатство Нужна Примеры социалистических стран Нет стран, которые на 100 процентов социалисты, по данным Социалистической партии Соединенного Королевства. Большинство из них имеют смешанную экономику, которая объединяет социализм с капитализмом, коммунизмом или и тем, и другим. Вот список стран, которые считаются сильной социалистической системой:

Куба, Китай, Вьетнам, Россия и Северная Корея: эти страны включают характеристики как социализма, так и коммунизма.

Алжир, Ангола, Бангладеш, Гайана, Индия, Мозамбик, Португалия, Шри-Ланка и Танзания: эти страны заявляют, что они социалистичны в своих конституциях.

Их экономика в основном управляется правительством. У всех есть демократически избранные правительства.

Беларусь, Лаос, Сирия, Туркменистан, Венесуэла, Замбия: Все эти страны имеют очень сильное управление аспектами, начиная от здравоохранения, средств массовой информации или социальных программ, которыми управляет правительство.

Многие другие страны, такие как Ирландия, Франция, Великобритания, Нидерланды, Новая Зеландия и Бельгий, имеют сильные социалистические партии и высокий уровень социальной поддержки со стороны правительства. Однако большинство предприятий находятся в частной собственности, что делает их по существу капиталистическими.

Многие традиционные экономики используют социализм, хотя многие из них по-прежнему пользуются частной собственностью.

Восемь видов социализма

Существует восемь типов социализма. Они отличаются тем, как капитализм лучше всего превратить в социализм. Они также подчеркивают различные аспекты социализма. Вот некоторые из основных отраслей, в соответствии с «Социализм по ветви», в

Основы философии.

Демократический социализм: Факторы производства управляются демократически избранным правительством. Центральное планирование распределяет общие товары, такие как массовый транзит, жилье и энергетику, в то время как на свободном рынке разрешается распространять потребительские товары.

Революционный социализм: Социализм возникнет только после уничтожения капитализма. «Нет мирного пути к социализму». Факторы производства принадлежат рабочим и управляются ими посредством централизованного планирования.

Либертарианский социализм: Либертарианство предполагает, что основная природа людей рациональна, автономна и самоопределяется. Как только стрессы капитализма будут устранены, люди, естественно, будут искать социалистическое общество, которое заботится обо всех. Это потому, что они видят, что это лучшее для их собственных интересов.

Рынок социализма: Продукция принадлежит рабочим, которые решают, как распределять между собой. Они будут продавать избыточное производство на свободном рынке. Или это может быть передано обществу в целом, которое распределит его по свободному рынку.

Зеленый социализм: Социалистическая экономика, которая высоко ценит сохранение природных ресурсов. Это будет достигнуто за счет государственной собственности крупных корпораций. В нем также подчеркивается общественный транспорт и продукты местного производства. Производство будет сосредоточено на том, чтобы у каждого было достаточно оснований вместо потребительских товаров, которые им действительно не нужны. Каждому будет гарантирована приемлемая заработная плата.

Христианский социализм: Христианское учение о братстве — это те же ценности, что и социализм.

Утопический социализм: Это скорее было видение равенства, чем конкретный план. Это возникло в начале 19 века, до индустриализации. Это будет достигнуто мирным путем через ряд экспериментальных обществ.

Фабианский социализм: Британская организация в конце 1900-х годов, которая выступала за постепенное изменение социализма посредством законов, выборов и других мирных средств.

СОЦИАЛИЗМ И КАПИТАЛИЗМ: ПЛЮСЫ И МИНУСЫ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЭФФЕКТИВНОСТИ

Социалистическая плановая экономика является намного более эффективной системой, чем капиталистическая рыночная Во время реставрации капитализма в нашей стране было внедрено в общественное сознание, в вузовские учебники и научные книги множество штампов о имеющемся якобы превосходстве капиталистической экономики перед социалистической, или, как они предпочитают говорить, «рыночной экономики» перед «командно-административной». Это и доводы о преимуществах конкуренции, и стоны об отсутствии стимулов к труду при социализме, и наукообразные рассуждения о «неэффективности» централизованного планирования, и многое другое. Правда, любой разумный человек мог сравнить, чем был Советский Союз, мировая индустриальная и научно-техническая держава, прочно удерживающая второе место в мире, после США, по объемам производства и уже стремившаяся к первому, и чем стала буржуазная Россия, превратившаяся в рынок сбыта и источник сырья для развитых капиталистических стран, и которая до сих пор не достигла ни советского уровня производства, ни советской производительности труда, несмотря на все годы эфемерного путинского подъема, хотя в мире сменилось за это время уже несколько поколений технологии. Но долгое сидение перед телевизором не способствует развитию умственных способностей, к тому же апологеты капитализма в таких случаях любят говорить, что это в России все всегда не так, а вот на Западе, там действительно рыночный рай. Поэтому имеет смысл разобрать теоретические доводы сторонников «рыночной экономики». Тем более, что рыночно-капиталистическая система действительно имеет свои сильные стороны, которые нельзя игнорировать. Так что сравним эффективность социалистической и капиталистической экономики по некоторым ключевым пунктам, особенно часто являющихся предметом спекуляций. Надо сразу сказать, что понятие «эффективность» можно использовать как угодно, чем зачастую и занимается буржуазная пропаганда, для протаскивания своих выводов, поэтому заранее уточняю, что под эффективностью в настоящей статье понимается отдача с точки зрения роста производительности труда и вообще развития производительных сил общества, а также полноты удовлетворения потребностей общества и его членов. Это сущностные экономические критерии, по которым только и возможно определять преимущество той или иной экономической системы, в отличие, например, от показателя прибыли, который является вторичным показателем, пригодным к тому же только для рыночного (товарно-денежного) хозяйства.

Социалистическая экономика, как известно, основана на общенародной собственности на средства производства и централизованном планировании в масштабе всего народного хозяйства. Все члены общества являются тружениками и сособственниками одновременно, действует принцип распределения «От каждого – по способностям, каждому – по труду». Главная цель производства — удовлетворение общественных потребностей, а не максимизация прибыли, отсутствует эксплуататорский класс буржуазии.

В плановой социалистической экономике в масштабе всего общества воспроизводится система управления, напоминающая отношения внутри отдельного капиталистического предприятия, с той разницей, что собственником выступает трудовой коллектив (т.е. все общество). Отдельные предприятия можно сравнить с цехами фабрики. Органы общественного управления хозяйством (в основном, в практике СССР и других социалистических стран, в этой роли выступали государственные органы) определяют основные цели развития экономики на тот или иной период, распределение ресурсов между отраслями и отдельными предприятиями, спускают предприятиям плановые задания по выпуску продукции по количеству и номенклатуре, определяют связи между крупными предприятиями (кто является поставщиком, а кто потребителем продукции, и в каком количестве), устанавливают цены и ставки заработной платы, осуществляют текущее руководство производством. Приоритет принадлежит натуральным показателям, стоимостные показатели (или, точнее говоря, показатели рабочего времени) не играют ведущей роли, но используются для определения общественных трудозатрат на производство различных видов продукции с целью получения базы для установления потребительских цен и сравнения различных технологий производства. В целом же целью производства является не стоимость, а потребительная стоимость (полезность) продукта.

Против плановой экономики часто приводится возражение, что единый центр не в состоянии осуществлять эффективное управление деятельностью народного хозяйства. Т.к. в экономике каждую минуту необходимо принимать огромное количество решений, касающихся отраслей, отдельных предприятий, членов общества. Но это невозможно качественно сделать из одного центра, который в таком случае должен определить точный объем производства каждого вида продукции на каждом предприятии, способ, каким это нужно делать, виды товаров и услуг, которые должен потреблять каждый член общества. Госплан не в состоянии определить индивидуальные потребности каждого члена общества и соизмерить их с производственными возможностями.

Но данное возражение основано на враждебном и карикатурном представлении о плановой экономике, как о неком «тоталитарном» обществе, где все обязаны подчиняться всемогущему Центру, которые контролирует самые мелкие детали производства и даже личной жизни. На самом же деле для плановой социалистической системы хозяйства, по ее сущности, характерны не только централизованное планирование, но также демократичность и гибкая система распределения полномочий между различными уровнями управления. В СССР, например, даже при определенных объективно обусловленных перекосах в сторону централизма, никогда все предприятия не получали заданий из одного центра. Существовали предприятия союзного, республиканского и местного подчинения. Соответственно, первые подчинялись Верховному Совету СССР и его Совету Министров, а последние – местным Советам и их исполнительным органам. Ясно, что Госплан не указывает сельской швейной фабрике, носки какого цвета ей производить и кому с кем спать и в какой позе. Задачи центральных органов – определение приоритетов и общее распределение ресурсов между сферами экономики (например, между производством средств производства и производством предметов потребления), непосредственное руководство стратегическими предприятиями, внешней торговлей, а также установление общегосударственных цен и сетки ставок заработной платы. Руководство же предприятиями местного значения и решение иных вопросов входит в компетенцию местных органов и напрямую трудовых коллективов. К тому же, для экономики, основанной на общественной собственности, характерно активное участие работников в управлении производством, да и сами центральные органы планирования (как и местные) избираются на демократической основе. Поэтому повлиять на принятие решений даже на центральном уровне у большинства населения возможностей значительно больше, чем в рыночной капиталистической экономике, когда все решения принимаются немногочисленным слоев собственников.

Плановая экономика, основанная на собственности всего общества на основные средства производства, позволила нашей стране в 20 веке добиться гигантского социального и технического прогресса. Но и рыночная капиталистическая система обладает определенными сильными сторонами. Вопрос о том, в каком типе хозяйства больше стимулов для роста производительности труда, научно-технического прогресса, улучшения качества продукции, является предметов идеологической борьбы между экономистами разных политических направлений.

Основные преимущества плановой социалистической экономики перед рыночной с точки зрения развития производительных сил и удовлетворения общественных потребностей:

1. Отсутствие эксплуатации, паразитического потребления за счет права собственности, а не труда.

2. Возможность направлять максимум ресурсов в нужное место, обеспечивая в сжатые сроки решение таких масштабных задач, как индустриализация страны, создание новых отраслей промышленности, освоение новых территорий, мобилизация экономики на нужды обороны в военное время, решение социальных проблем.

3. Сохранение пропорций между отраслями экономики, а также между производством продуктов и фондом заработной платы, отсутствие разрушительных циклических кризисов.

4. Ориентация не на прибыль, а на удовлетворение потребностей, что позволяет осуществлять крупные долгосрочные инвестиционные проекты, ведущие к технологическому прорыву, но не дающие немедленного эффекта, могущего заинтересовать частный капитал, а также производить те продукты, которые необходимы обществу, но соотношение цена-себестоимость на которые при рыночной экономике могло бы быть неблагоприятно для их производства.

5. Отсутствие безработицы. Директивное планирование пропорций народного хозяйства обеспечивает полную занятость, а если какое-либо производство более не целесообразно, то, поскольку ресурсы общества велики, а цель производства – не получение частной прибыли, а общественные потребности, то работники все равно не будут выброшены на улицу, а будут предприняты меры по перепрофилированию данного производства и трудоустройству людей.

Но, если социальная защищенность человека является несомненным плюсом социалистической экономики, то она же является и фактором, в определенной мере тормозящим рост производительности труда. Гарантия от безработицы, гарантированный минимальный уровень оплаты труда, пользование общественными фондами потребления (медицина, образование, спорт, культура), предоставление жилья и т.д. позволяет человеку «расслабиться» и работать не с таким сверхнапряжением, как работник капиталистического предприятия, над которым постоянно висит угроза потери работы и нищеты. В СССР было сложно уволить с работы человека, даже лодыря или алкоголика. На этом основании некоторые буржуазные экономисты делают вывод о преимуществе капиталистической системы с точки зрения стимулирования к труду, оставляя в стороне моральные вопросы. Другим фактором в пользу рыночной экономики является конкуренция между предприятиями, вынуждающая предпринимателей совершенствовать производство, повышать качество продукции и снижать затраты. Т.е. борьба за выживание (людей и фирм) ведет к постоянному совершенствованию и работе в полную силу.

Но, если руководствоваться такой точкой зрения, то самой передовой и прогрессивной экономической системой окажется общество первобытных охотников, где борьба за выживание была наиболее острой. Мы же знаем, что на самом деле это не так, и искать людоедские оправдания для сохранения эксплуатации – не самое хорошее занятие. Прогресс человечества все-таки идет от дикости в сторону больших гарантий для членов общества и гуманизма, на базе роста производительных сил. В дело вступают другие факторы, вместо примитивной войны всех против всех.

В частности, это положительный эффект от объединения производительных сил в масштабе всего общества, от централизованного планирования, который намного перекрывает исчезновение конкуренции. Если провести аналогию с военным делом, то в 18-19 веках регулярная армия европейского типа обычно легко разбивала дружины азиатских феодалов и африканских племенных вождей, даже собранные вместе, но не умеющие сражаться как одно целое и под единым командованием, хотя каждый отдельный воин в этих дружинах мог превосходить по своим индивидуальным качествам европейского солдата. Да и в современной рыночной экономике идет процесс централизации производства и капитала, господствуют монополии и олигополии, в тесном союзе с государством, т.е. централизация и подавление конкуренции – это объективный процесс, вызванный состоянием производительных сил современного общества (крупное производство, сложная техника, международное разделение труда, информационные технологии).

К тому же, поскольку в плановой экономике система оплаты труда как отдельных работников, так и целых коллективов привязана к результатам их работы, то в плановой экономике также идет соревнование между коллективами («социалистическое соревнование», как это называлось в СССР), но только проигравший, в отличие от рыночной системы, не погибает и поэтому не происходит потерь ресурсов. Нельзя сбрасывать со счетов и такой фактор, как энтузиазм работников, вызванный общественной формой собственности.

Если же говорить о лодырях и пьяницах на производстве, то ведь общим правилом любой общественной системы являются определенные гарантии и преимущества для господствующего класса. В капиталистической экономике точно так же владелец фирмы может не интересоваться ее делами, а прожигать жизнь в казино и ресторанах на заграничных курортах. Однако есть «священное право частной собственности», и никто с таким хозяином ничего сделать не может, разве что он сам разорится и погубит заодно и свое предприятие. Так же вполне естественно, что в социалистической экономике существуют определенные гарантии для трудящихся. При этом плохой и ленивый работник, хоть ему умереть с голоду и не дадут, все равно, т.к. действует принцип «Каждому – по труду», будет зарабатывать намного меньше, чем хороший работник, не говоря уже о том, что он будет лишен уважения в коллективе, перспектив профессионального и карьерного роста. Так что плановая экономика вполне обеспечивает необходимое материальное стимулирование в виде более высокой оплаты за более высокий результат в труде.

Кроме того, конкуренция порождает громадные непроизводительные затраты труда, связанные с ее обслуживанием, а также с самим существованием большого числа самостоятельных предприятий – огромный штат маркетологов, юристов, бухгалтеров, аналитиков, рекламистов, аудиторов, охранников и т.д., как на предприятиях, так и в специализированных фирмах, дублирование одних и тех же функций в разных фирмах (в каждой самой мелкой фирме должен быть свой директор, которому хочется к тому же хорошо зарабатывать, свой главный бухгалтер, своя финансовая служба, свои снабженцы), гигантский банковско-финансовый сектор, биржи, рынок ценных бумаг и т.д., а также значительное число людей, занятых обслуживание владельцев собственности (всевозможные заведения для отдыха и развлечения «элиты»). Ликвидация конкуренции и переход к плановой экономике означает переход всех этих человеческих ресурсов, фактически растрачиваемых впустую, в сферу материального производства или в иные полезные для общества сферы. Не говоря уже о том, что в условиях конкуренции разные фирмы по отдельности бьются над решением одного и того же вопроса (например, производство нового продукта), вместо того, чтобы объединить ресурсы и усилия.

Так что, хотя конкуренция (как среди фирм, так и на рынке рабочей силы) и является одним из стимулов прогресса в рыночной экономике, ее роль далеко не однозначно положительна. В то же время плановая экономика имеет множество плюсов, перекрывающих отсутствие конкуренции в ее рыночной форме, а также свои собственные стимуляторы, как материальные, так и моральные.

Другим минусом плановой экономики и общественной собственности часто называют «отсутствие хозяина», т.е. одного владельца предприятия, который бы был лично заинтересован в его результатах. Но такой аргумент был бы более обоснован в 19 веке, в период капитализма «свободной конкуренции», когда размеры предприятий были сравнительно небольшими и владельцы часто лично руководили ими. В эпоху же гигантских корпораций с сотнями тысяч работников один или несколько владельцев, даже если они сами занимаются управлением, а не поручают это наемным директорам, все равно мало за чем могут уследить лично, а все остальные работники не имеют оснований считать бизнес своих хозяев своим собственным, поэтому в крупных компаниях обычно процветают бюрократизм, кумовство, раздувание штатов, откаты и другие подобные явления. Это проблемы любой крупной системы, тем не менее будущее (и настоящее) именно за крупным производством, и к мастерским с полутора десятками рабочих человечество вряд ли вернется. В условиях же плановой экономики эти объективные недостатки крупных систем во многом компенсируются тем, что собственником является не один или несколько человек, а все, поэтому все работники заинтересованы в результатах предприятия.

К тому же совсем не факт, что владелец будет днем и ночью жить заботами предприятия, он может просто поселиться где-нибудь на Лазурном берегу, а управление передоверить наемным менеджерам. А ведь и в плановой экономике должности руководителей тоже никто не отменял, а также оплату их труда в зависимости от результата. И если директор предприятия в плановой социалистической экономике получит, в награду за хорошие результаты предприятия, премию в 20 т.р. к зарплате в 30 тысяч, то это будет для него ничуть не меньшим стимулом, чем для собственника аналогичного предприятия при капитализме, у которого на счету и так лежит 20 млн. долларов, получить дополнительную прибыль еще в 2 миллиона. Скорее, наоборот, человеку, у которого уже есть $20 млн., два дополнительных миллиона мало что добавят, а получить 50 тысяч рублей вместо 30, или даже 20 вместо 15 – это вполне реальное улучшение жизни, можно, например, на Алтай съездить в отпуск. К тому же, если этот директор не просто наемный управленец, а сознательный представитель социалистического общества, что будет, естественно, общим правилом, то он и без всякой оплаты будет стремиться управлять как можно лучше. Мы и видим, что советские руководители, которые обычно получали не больше хорошего рабочего, сделали страну сверхдержавой, а нынешние «эффективные менеджеры» с миллионными зарплатами все развалили, и если что и умеют хорошо, так это воровать.

Таким образом, рассмотрев механизмы эффективности социалистической и капиталистической экономик, мы увидели, что большинство штампов и «доводов», внушаемых буржуазной пропагандой, о преимуществах «рыночной экономики», при проверке оказываются мифами, а социалистическая плановая экономика является куда более эффективной системой, чем капиталистическая рыночная. Именно социализм обеспечивает наибольший рост производительности труда, рациональное использование материальных и трудовых ресурсов и максимальное удовлетворение потребностей общества и его членов.

Данный теоретический вывод целиком подтверждается историей СССР, в сравнении не только с капиталистической Россией до 1917 и тем более после 1991 года, но и с передовыми странами Запада. Но это уже тема отдельного обсуждения.

Введение

Считается, что компьютерная революция началась не многим более 40 лет тому назад. Появившиеся тогда первые в мире ЭВМ — огромные, содержащие большое количество вакуумных ламп и механических частей, по сравнению с современными компьютерами медленно работающие — были не экономичны, крайне ненадежны и мало чем напоминали гладкие, пластмассовые ящики современных компьютеров. Но, так или иначе, появление именно этих «гигантов» ознаменовало огромный прорыв в новую область знаний. Уже тогда многие специалисты, рассуждая о будущем компьютерных технологий, подчеркивали огромный потенциал, который в них заложен, а также предсказывали то, что это не минуемо, приведет к кардинальному изменению общества

Очень долго этот потенциал оставался скрытым от простого «смертного» человека, стенами научных центров, подступы к которым надежно охраняли различные специалисты по эксплуатации ЭВМ и программисты. Только когда, появились компьютеры различного назначения и различных типов эта техника, стала проникать в цехи, лаборатории, университеты, школы, магазины и даже на улицы различных городов. В 80-е годы электронно-вычислительная техника становится достоянием общественности, и с этим связан ряд важных особенностей, которые характеризуют современный этап компьютеризации.

Большинство сфер общественной жизни кардинально изменяются под влиянием компьютеров, которые помогаю нам решать поставленные задачи, экономят наше время, расширяют границы творчества. Последствия всего этого колоссальны! Например: «безбумажная технология управления» или «заводы без людей» — уже не кажутся фантастикой. У компьютеров в десятки раз выше продуктивность труда, чем у человека, что в свою очередь приводит к сокращению не нужных профессий и провоцирует создание новых. Также до сих пор не ясно, как ПК могут повлиять на занятость населения, на систему образования, на развитие военной промышленности (ведь это приведет к увеличению огневой мощи и возможному желанию некоторых стран к развязке новой мировой войны). Поэтому целью данного реферата является выяснить все положительные и негативные стороны развития компьютеризации и узнать, как повлияют новые технологии на развитие общественной структуры и влияние на сознание человека.

Что такое компьютерная революция? Основные достоинства и недостатки компьютерной революции

Компьютерная революция — это исторический факт, произошедший около 40 лет назад. Как и предшествующие ей социально-технологические революции, она подготавливалась в стенах научно исследовательских стен и не была доступна простому человеку. Однако, когда такое изобретение, как компьютер, стало достоянием общественности, люди восприняли это как большую неожиданность, как чудо, которое в корне изменит их жизнь. Одни начали возлагать на него большие надежды, видя в нем спасение «от бед насущных», другие же, с самых первых шагов осыпали его проклятиями, видя в нем источник новых бед и несчастий.

Видя, что люди не могут адекватно воспринять появление персонального компьютера, ученые начали излагать свою точку видения по данному поводу, выдвигая различные теории. Например, Карл Хессинг издал книгу «Страх перед компьютером» в которой изложил перечень позитивных и негативных последствий информатизации общества , а также изложил их кратко в табличном виде (Таблица 1). Подробное описание каждого из них заняло бы достаточно много места. Однако основная часть проблем, обозначенных в таблице, очень хорошо проработаны и изучены, поэтому далее я акцентирую свое внимание на более глобальных проблемах, которые отражены в ней полностью, частично или вообще не отражены. На некоторых из них лежит несколько даже фантастический отпечаток. Уж очень огромны для человечества связанные с ними изменения.

Таблица Хессига дает хорошее представление обо всех достоинствах и недостатках последствий компьютерной революции. И что самое интересное, что в истории каждого государства вступающего на путь информатизации страны будут встречаться и те и другие последствия, сочетаясь в различных пропорциях в зависимости от определенных условий.

Таблица 1 (Последствия информатизации в зеркале общественности)

Положительные последствия

Отрицательные последствия

КУЛЬТУРА И ОБЩЕСТВО

Свободное развитие индивида

Информационное общество

Социализация информации

Коммуникативное общество

Преодоление кризиса цивилизации

КУЛЬТУРА И ОБЩЕСТВО

“Автоматизация” человека

Дегуманизация жизни

Технократическое мышление

Снижение культурного уровня

Лавина информации

Элитарное знание (поляризация)

Изоляция индивида

ПОЛИТИКА

Расширение свобод

Децентрализация

Выравнивание иерархии власти

Расширенное участие в обществ. жизни

ПОЛИТИКА

Снижение свобод

Централизация

Государство — “надзиратель”

Расширение гос. бюрократии

ХОЗЯЙСТВО И ТРУД

Повышение продуктивности

Рационализация

Повышение компетентности

Увеличение богатства

Преодоление кризиса

Экономия ресурсов

Охрана окружающей среды

Децентрализация промышленности Новая продукция

Улучшение качества

Диверсификация продукции

Новые профессии и квалификации

ХОЗЯЙСТВО И ТРУД

Возрастающая сложность жизни

Обострение промышл. кризиса

Концентрация

Подверженность кризисам

Стандартизация

Мобильность трудящихся

Массовая безработица

Дегуманизация труда

Стрессы

Деквалификация

Исчезновение многих профессий

МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

Шанс на развитие у “стран 3-го мира”

Национальная независимость

Улучшение обороноспособности страны

МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ

Усиление взаимозависимости

Технологическая зависимость

Обострение отношений “Юга-Запада”

Уязвимость

Усиление опасности новой войны из-за обновления военных систем