Д в Павлов

Как получилось, что в 1941 году немецко-фашистские войска прошли через Прибалтику, Украину, Белоруссию, взяли Киев и Минск, вплотную приблизившись к Москве?
… Автомобиль командующего Западным особым округом Дмитрия Павлова ехал в столицу. Мимо генерала двигались два людских потока: один шел навстречу смерти, другой прочь от нее. Такого отступления командарму в Москве не простят. Это был конец карьеры.
В июне 41 последовала директива Москвы: «1. В течение 22-23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев. Нападение может начаться с провокационных действий. 2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, которые могут вызвать крупные осложнения».
Второй пункт противоречил первому. По сути, Москва возлагала ответственность за события на командующих округами. Им решать – война или провокация.

22 июня 41 года Западный особый округ получил статус Западного фронта. Дмитрий Павлов командовал им только восемь дней. Москва не понимала, что происходит на ее западных границах. Страшные итоги первого дня войны для Красной Армии известны. Павлов был снят с должности и вызван в Москву.
Перед войной его считали одним из самых талантливых и перспективных советских генералов. В нем не сомневались вожди, ему верили подчиненные, его называли героем. Все изменилось трагическим летом 41 года.
После Испании генерал считал июнь своим счастливым месяцем. Если бы не та война, Павлова бы объявили «участником военно-фашистского заговора», «человеком Тухачевского», тайным троцкистом и уничтожили. Он избежал этой участи и стал Героем Советского Союза.
Но трагическим летом 41 года испанский герой ответит за все, что произошло в первые дни нашествия. Война начнется позднее. После разгрома значительной части войск фронта в Белостокско-Минском «котле» 30 июня 1941 года отстранён от командования и 4 июля арестован.
Сталин принял решение: Павлов будет отвечать за чудовищное поражение в первые дни войны. Существует версия тех событий, согласно которой, 30 июня генералиссимус дал команду разобраться с Западным фронтом и выяснить, кто, кроме Павлова, допустил серьезные ошибки. Эта фраза была воспринята как прямое указание: Павлов виновен в непрофессионализме, трусости, развале управления, потере оружия и оставлении боевых позиций. Так якобы и возникло дело об измене Родине, за которым последовали позор, расстрел, общая могила. Вождя просто неправильно поняли.
В 1957 году генерал Дмитрий Павлов был реабилитирован. Он стал одной из трагических фигур в истории Великой Отечественной войны. Павлов сделал блестящую военную карьеру, пройдя за несколько лет путь от командира танковой бригады до генерала армии. Его карьера и жизнь закончилась в июле 41-го.


Генерал Павлов: разгильдяй, бездарность, предатель?

К середине июля 1941 г. Красная армия была на грани катастрофы. Поражение войск Западного фронта привело к прорыву на минском направлении, где в обороне советских войск образовалась огромная брешь шириной более 400 км!

Если на других фронтах советским войскам удалось уже в первые дни войны сорвать планы германского командования, то на направлении действий группы армий «Центр» (против Западного фронта) немцы одержали победу, вдвое превосходившую поставленные задачи.

«…войска выступили к границе по боевой тревоге совершенно неподготовленными. Неприкосновенный запас оружия и прочего боевого имущества не был заранее расписан и подготовлен для выдачи на руки частям, что вызвало ряд вопиющих безобразий в течение всего периода боевых действий… Во многих случаях целые артиллерийские батареи оказались на фронте без снарядов, запасные стволы к пулеметам не были подогнаны, винтовки выдавались непристрелянными, а многие бойцы и даже одно из стрелковых подразделений… дивизии прибыли на фронт вовсе без винтовок и противогазов. Несмотря на громадные запасы вещевого имущества, многие бойцы были посланы в бой в совершенно изношенной обуви, полубосыми, большое количество красноармейцев было без шинелей. Командирам и штабам не хватало карт района боевых действий. Все рода войск, в особенности пехота, обнаружили неумение действовать на поле боя, маневрировать, сочетать движение и огонь, применяться к местности… Танковые войска были использованы неумело, вследствие чего понесли тяжелые потери…» и т. д. и т. п.

Это цитата из приказа наркома Ворошилова №0040 от 04.09.1938 г. («ВИЖ», 1989 г, №6) по итогам Главного военного совета Красной армии, где рассматривались результаты боев на Халхин-Голе, которыми руководил впоследствии расстрелянный Блюхер. В 41-м все повторилось, но уже на Западном фронте, которым руководил генерал армии Павлов…

Дмитрий Григорьевич Павлов

Родился 4 ноября 1897 г. в деревне Ванюх Костромской губернии в семье крестьянина-бедняка. Окончил 4 класса сельской школы и Суховерховское училище. В Первую мировую добровольцем ушел на фронт, дослужился до старшего унтер-офицера. В 1916 г. был ранен и взят в плен, освобожден в январе 1919-го.

25 августа 1919 г. призван в Красную армию и направлен в 56-й продовольственный батальон, служил делопроизводителем продотряда в Левашовской и Климовской волостях.

В декабре поступил на Костромские пехотные курсы комсостава, по окончании которых попал на Южный фронт. После экзамена в инспекции кавалерии 13-й армии направлен в 8-ю казачью кавалерийскую дивизию, где служил в отдельном запасном дивизионе командиром взвода, сотни и дивизиона. Был под Перекопом, сражался с махновцами. Затем переведен в инспекцию кавалерии 13-й армии.

В декабре 1920 г. переведен в инспекцию кавалерии Южного фронта, а оттуда направлен в Омскую объединенную высшую военную школу Сибири на кавалерийское отделение.

В должности помкомполка 6-й Алтайской отдельной кавалерийской бригады сражался против бандформирований. В 1923 г. участвовал в боях с басмачами на Туркестанском фронте.

В 1925—1928 гг. учился в Военной академии им. М.В.Фрунзе. По окончании назначен командиром 75-го кавалерийского полка 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады (Даурия). В 1929 г. полк Павлова отличился в боях на КВЖД.

В 1931-м учился на Академических курсах технического усовершенствования начсостава при Военно-транспортной академии в Ленинграде. По окончании командовал 6-м механизированным полком в Гомеле, а затем 4-й отдельной мехбригадой.

В 1936—1937 гг. участвовал в боях в Испании, где командовал танковой бригадой и объединял командование групп от 11 до 9 бригад, за что ему присвоено звание Героя Советского Союза (вручена медаль «Золотая Звезда» №30).

С июля по ноябрь 1937 г. — замначальника автобронетанкового управления РККА.Затем — начальник АБТУ в звании комкор. Участвовал в советско-финляндской войне 1939—40 гг. Кандидат в члены ЦК КПСС с 1939 года. Депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва. Награжден тремя орденами Ленина, двумя орденами Красного Знамени, медалью «XX лет РККА». В июне 1940 г. возглавил Белорусский особый военный округ. С 1941-го генерал армии.

Бездарность?

До начала войны Павлов имел в своем подчинении управления 3-й, 10-й и 4-й армий, расположенные возле границы, и 13-й, находившейся в тыловом районе.

Войска Павлова уступали армиям фон Бока (командующий группой армий «Центр») в живой силе и артиллерии, имея примерное равенство в самолетах, в танках было полуторакратное превосходство советской стороны.

С первого дня войны на Западном фронте из имевшихся 1685 исправных самолетов осталось около 950. Третья танковая группа немцев обошла правый фланг 3-й армии. Между Северо-Западным и Западным фронтами образовался разрыв (около 130 км), в который устремились танковые соединения вермахта.

Из-за потери управления войсками, прежде всего из-за неналаженной связи штаб округа предвидеть угрозу не сумел. Павлов командовал вслепую.

Поэтому 25 июня соединения и части 3-й и 10-й армий, расположенные в белостокском выступе, были охвачены с обоих флангов. И приказ Ставки Верховного Главнокомандования об отводе войск на линию Лида — Слоним, Пинск выполнить было нереально: в направлении на Минск оставался узкий коридор (менее 60 км). К тому же армии постоянно атаковал противник.

Танковые группы Гота и Гудериана продвинулись в глубь советской территории на 200—250 км. Свыше 60 фронтовых складов и баз с вооружением, амуницией и топливом были либо уничтожены, либо захвачены. Фронт потерял от 50 до 90% запасов горючего, боеприпасов, вещевого и автобронетанкового имущества, продфуража.

Таким образом, войска Западного фронта в начале войны потерпели тяжелейшее поражение. Из 44 дивизий 24 были разгромлены полностью, остальные 20 потеряли от 30 до 90% сил и средств. За 17 дней из 678 тыс. человек фронт потерял около 420 тыс.

Немецко-фашистские войска к 10 июля продвинулись на западном направлении вглубь до 450—600 км, вышли на рубеж Днепр — Западная Двина. Белоруссия была потеряна, создалась угроза прорыва на Смоленск.

Западный фронт не смог остановить врага и создать устойчивую оборону. Не оправдал надежд и не выполнил возложенные на него обязанности генерал армии Павлов.

Стрелочник?

Фронт, которым командовал Дмитрий Григорьевич, подвергся наиболее сильному удару, хотя мог успешнее сопротивляться. Были и объективные причины, из-за которых и Павлов, и иные командующие войсками приграничных округов потерпели поражения в 1941-м. Поэтому некоторые военачальники стремились сделать Павлова крайним.

Высшее военное руководство РККА допустило ошибку, полагая, что вступление в сражение главных сил сторон не совпадет по времени с началом военных действий. Расчеты строились исходя из т. н. начального периода войны (примерно 2 недели), в течение которого планировали произвести мобилизацию. Собственно, отсутствие этого периода и стало «внезапностью» для Тимошенко, Жукова и поверившего их расчетам Сталина.

Жуков признал, что внезапным было не нападение, а его характер: «Внезапный переход в наступление в таких масштабах, притом сразу всеми имеющимися и заранее развернутыми на важнейших стратегических направлениях силами, то есть характер самого удара во всем объеме нами не был предусмотрен. Ни нарком, ни я, ни мои предшественники Б.М.Шапошников, К.А.Мерецков и руководящий состав Генштаба не рассчитывали, что противник сосредоточит такую массу бронетанковых и моторизованных войск и бросит их в первый же день мощными компактными группировками на всех стратегических направлениях с целью нанесения сокрушительных рассекающих ударов» («Воспоминания и размышления», с. 272).

По настоянию Сталина, мол, готовились защищать Украину, и поэтому на Западном фронте войск оказалось недостаточно. Но ведь на карте было видно, что немцам до Киева ближе от Бреста, чем от Перемышля…

Разве Сталин оказался неправ? Ведь Гитлер первым делом захватил именно Украину, задержав поход на Москву. Другое дело, что удар по Украине он наносил во фланг — через разгром Западного фронта и последующий поворот части сил на юг.

21 августа Гитлер издал знаменитую директиву (исх. №441412/41), которую впоследствии раскритиковали немецкие генералы. В ней говорилось: «…1. Важнейшей задачей до наступления зимы является не захват Москвы, а захват Крыма, промышленных и угольных районов на реке Донец и блокирование путей подвоза русскими нефти с Кавказа… 2. На редкость благоприятная оперативная обстановка, сложившаяся в результате выхода наших войск на линию Гомель, Почеп, должна быть незамедлительно использована для проведения операции смежными флангами групп армий «Юг» и «Центр» по сходящимся направлениям…» (Гальдер Ф.Военный дневник. — М., 1971, т.3, кн. 1, с. 296). Выходит, стратегическое значение Украины Гитлер оценивал точно так же, как и Сталин. И действовал соответствующим образом.

Катастрофическое поражение войск Западного фронта обусловило миллионы последующих жертв. Тем не менее, несмотря на обстоятельства, не зависящие от Павлова, его вина нисколько не уменьшается.

Предатель?

Павлова арестовали 4 июля в Довске. На первых допросах он полностью отрицал свое участие в антисоветской и шпионской деятельности, пытаясь пояснить неудачи Западного фронта независящими от него причинами — превосходством немцев, действиями подчиненных и т. д. Но 9 июля признал себя предателем и участником заговора.

Не будем цитировать признания Павлова, ибо на суде (22 июля) он опроверг эту часть своих показаний, пояснив их «невменяемым состоянием» и желанием поскорее закончить следствие с тем, чтобы на суде рассказать всю правду. Однако и в этом случае Павлов признает ряд довольно интересных фактов, которые в то время трактовались именно как предательство и антисоветская деятельность.

На суде председательствующий В.Ульрих напомнил генералу его застольные разговоры с Мерецковым (рассказанные обвиняемым в ходе следствия).

«УЛЬРИХ: На предварительном следствии… вы дали такие показания: «Для того, чтобы обмануть партию и правительство, мне известно точно, что Генеральным штабом план заказов на военное время по танкам, автомобилям и тракторам был завышен раз в 10. Генеральный штаб обосновывал это завышение наличием мощностей, в то время как фактически мощности, которые могла бы дать промышленность, были значительно ниже… Этим планом Мерецков имел намерение на военное время запутать все расчеты по поставкам в армию танков, тракторов и автомобилей». Эти показания вы подтверждаете? ПАВЛОВ: В основном да. Такой план был. В нем была написана такая чушь. На основании этого я и пришел к выводу, что план заказов на военное время был составлен с целью обмана партии и правительства» (цит. по: Зенькович Н.Маршалы и генсеки. — М., 2000, с. 398—471).

Понимал ли Павлов, признавая себя виновным, что подписывает себе смертный приговор, даже если бы ему удалось убедить судей, что его показания на следствии даны в невменяемом состоянии? Не мог не понимать! Тем более он прекрасно знал, что Мерецков арестован на десять дней раньше — 23 июня.

Кстати, Мерецков (человек с довольно странной биографией, требующей отдельного анализа) в июле 1941-го в ходе допросов поведал, что Павлов был отправлен в Испанию по протекции Уборевича (одного из руководителей заговора 37-го) с тем, чтобы продвинуть его по службе. В декабре 1936 г. по приезде Павлова в Испанию Мерецков, согласно его показаниям, принял все меры, чтобы создать ему боевой авторитет. Павлова назначили генералом танковых войск Республиканской армии. А 21.06.1937г. он получил звание Героя Советского Союза и впоследствии вышел в «большие танковые начальники»…

Разгильдяй?

Сегодня, когда доступ к архивным материалам значительно расширился, исследователи ставят под сомнение традиционные трактовки развития ситуации в последние предвоенные дни. В частности, когда же был отдан приказ о приведении войск в боевую готовность?

С подачи Жукова бытует версия, что Сталин-де не давал развернуться генералам и подчиненным им войскам. И только вечером 21 июня была отдана известная директива о приведении войск в боеготовность, да и то с оговоркой «не поддаваться на провокации».

Однако объективные данные и простейший анализ свидетельствуют об обратном. Так, в хрущевские годы бывший нарком ВМФ Н. Г.Кузнецов в своих мемуарах («Накануне») напишет, что он втайне(!) от Сталина привел флот в боевую готовность. Само по себе это подозрительно и неправдоподобно.

Скажем, президент Академии военных наук РФ генерал армии М.Гареев, отстаивая традиционную версию (жуковскую), все же пишет, что Кузнецов действовал «конечно, не тайно и не вопреки И. В.Сталину, а по его указанию» («ВИЖ», 2001, №6).

А были ли указания о приведении войск ЗапОВО в боевую готовность до директивы от 21 июня? Были! На суде 22 июля военюрист А.М.Орлов задал следующий вопрос подсудимому, проходившему по делу вместе с Павловым, — бывшему начсвязи Западного фронта генерал-майору А. Т.Григорьеву.

«ОРЛОВ: Вы дали такие показания: «Выезжая из Минска, мне командир полка связи доложил, что отдел химвойск не разрешил ему взять боевые противогазы из НЗ. Артотдел округа не разрешил ему взять патроны из НЗ, и полк имеет только караульную норму по 15 штук патронов на бойца, а обозно-вещевой отдел не разрешил взять из НЗ полевые кухни. Таким образом, даже днем 18 июня довольствующие отделы штаба не были ориентированы, что война близка… И после телеграммы начальника Генерального штаба от 18 июня войска не были приведены в боевую готовность». ГРИГОРЬЕВ: «Все это верно.» (Зенькович. Указ. соч., с. 466, выделено мной. — Авт.)

Следовательно, существовала некая телеграмма начальника Генштаба Жукова от 18 июня о приведении войск в боевую готовность. И «отделы штаба» округа должны были быть «ориентированы, что война близка», а войска округа — «приведены в боевую готовность». Исполнение указанной директивы от 18 июня — выдача боевого имущества из НЗ — также свидетельствует о том, что ставилась задача привести войска в боевую готовность.

И судя по обвинению, предъявленному Павлову, ему ставилось в вину то, что он не отдал приказов соответствующим отделам штаба округа, и это обусловило как неготовность войск Западного фронта к встрече противника, так и дальнейший разгром фронта, что поставило на грань катастрофы всю Красную армию. В частности, окружение войск под Киевом — прямое следствие поражения Западного фронта.

Почему в советской историографии практически не встретишь упоминаний о директиве 18 июня, предписывавшей привести войска в боевую готовность? Потому что всех устраивало свалить вину на Сталина. Благо, когда писались мемуары, его уже не было в живых.

В политическом и пропагандистском плане руководству СССР было удобно пояснять причины поражений начального периода войны «внезапностью нападения» и «глупостью Сталина», якобы «верившего Гитлеру». Мемуаристам — генералам, адмиралам и маршалам — такая трактовка позволяла скрыть собственную бездарность, растерянность первых дней войны, а кому-то — панику и трусость. А так все просто: «Сталин, мол, нас не предупредил». Генералы, оказывается, понятия не имели, зачем их держат в армии. Выгодно это было и Жукову: он как начальник Генштаба был виноват в поражениях начального периода войны. А в наши дни добавилась, видимо, и еще одна причина — многочисленные публикации, подобные «трудам» фальсификатора Резуна (Виктора Суворова) о том, что СССР якобы готовился нападать первым. Обнародовать данные о приведении войск в боевую готовность за несколько дней до начала войны — означало дать резунам-суворовым еще один аргумент.

По законам военного времени

28 июля был отдан приказ за подписью Народного комиссара обороны СССР И.Сталина №0250, в котором говорилось, что «бывший командующий Западным фронтом Д.Г.Павлов и бывший начальник штаба того же фронта В.Е.Климовских с начала военных действий немецко-фашистских войск против СССР проявили трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, допустили развал управления войсками, сдачу оружия и складов противнику, самовольное оставление боевых позиций частями Западного фронта и этим дали врагу возможность прорвать фронт…». Сообщалось, что Верховным судом Союза ССР Павлов Д.Г., Климовских В.Е., Григорьев А.Т.и Коробков А.А.лишены военных званий и приговорены к расстрелу. Приговор приведен в исполнение.

Заканчивался приказ суровым предостережением: «Предупреждаю, что и впредь все нарушающие военную присягу, забывающие долг перед Родиной, порочащие высокое звание воина Красной армии, все трусы и паникеры, самовольно оставляющие боевые позиции и сдающие оружие противнику без боя, будут беспощадно караться по всей строгости законов военного времени, невзирая на лица. Приказ объявить всему начсоставу от командира полка и выше».

Был ли Павлов предателем или просто разгильдяем — на сегодняшний день однозначного ответа на этот вопрос нет. В любом случае на его примере Сталин решил сделать нечто вроде назидания остальным офицерам и генералам, повысить их мотивировки к ответственному отношению к своим должностным обязанностям, дисциплине, выполнению приказов командования. В какой-то мере это, видимо, удалось. Но была и обратная сторона медали — страх среди высшего командного состава, боязнь оказаться крайним, на которого спишут вину за те или иные неудачи. Возможно, предательство Власова, не пожелавшего стать «козлом отпущения» за поражения 2-й ударной, как раз и было следствием «наглядного примера», продемонстрированного на генерале Павлове?..

Хотите быть в курсе всех самых последних новостей Смоленска? Предлагаем вам посетить сайт города Смоленска smolenskgorod.ru и перед вами откроется вся самая интересная информация о данном городе. Читайте новости Смоленска и будьте в центре всего происходящего!

Павлов Дмитрий Григорьевич
04.11.1897 — 22.07.1941
Герой Советского Союза

Даты указов

21.06.1937 Медаль № 30


Павлов Дмитрий Григорьевич — командир 4-й отдельной механизированной бригады в войсках республиканской Испании, комкор.
Родился 23 октября (4 ноября) 1897 года в деревне Вонюх Кологриевского уезда Костромской губернии, ныне деревня Павлово Кологривского района Костромской области, в семье крестьянина-бедняка. Русский. Окончил 4 класса сельской школы и двухклассное Суховерховское училище. Из за недостатка денег учебу закончил и работал в деревне.
Поступил в Русскую императорскую армию добровольцем в 1914 году, служил рядовым в 120-м Cepпyxoвcком полку, в 5-м гусарском и в 20-м стрелковом полку, в 202-м запасном полку. Дослужился до старшего унтер-офицера. Участник Первой мировой войны. Был ранен в 1916 году в сражении на реке Стоход и взят в плен. В плену находился в лагерях Кляйн, Витемберг. Работал на фабрике Шпрингштоф и шахтах Мариана-Грубе. Освобожден из плена после окончания Первой мировой войны, домой вернулся 1 января 1919 года. Работал в отделе социального обеспечения и охраны труда Кологриевского уездного комитета труда.
Участник Гражданской войны. В Красную Армию призван по профмобилизации 25 августа 1919 года, направлен в 56-й продовольственный батальон в Костроме, был делопроизводителем продотряда в Левашовской и Климовской волостях по продналогу. Член РКП(б) с ноября 1919 года.
В декабре 1919 года поступил на Костромские пехотные курсы комсостава, которые окончил 1 марта 1920 года, после чего уехал на Южный фронт. После экзамена в инспекции кавалерии 13-й армии был направлен в 8-ю казачью кавалерийскую дивизию, где и служил в отдельном запасном дивизионе командиром взвода сотни и командиром дивизиона. Воевал под Перекопом (Иваньковцы). За время стоянки дивизиона в Константинограде (Полтавской области) сражался с махновцами в районе деревни Мартыновка. Был в боях под Проскуровом, под Волочийском, Збаражем, Тарнополем. В октябре 1920 года переведён в инспекцию кавалерии 13-й армии и назначен инспектором для поручений.
В декабре 1920 года по расформировании инспекции переведен в инспекцию кавалерии Южного фронта (г. Харьков), а оттуда направлен учиться в Омскую объединенную высшую военную школу Сибири на кавалерийское отделение. С 1 января 1921 года по апрель 1922 года был слушателем и одновременно командовал полуэскадроном слушателей этой школы в городе Омске. Школу окончил с отличием, за что был награждён биноклем от Революционного Военного Совета (РВС) войск Сибири.
С апреля 1922 года — командир кавполка 10-й кавалерийской дивизии (Семипалатинск). С июня 1922 года — помощник командира 55-го кавалерийского полка 6-й Алтайской кавалерийской бригады 10-й отдельной кавалерийской дивизии сражался против банд Сальникова в районе Убинское и остатков банд Кайгородова (Бухтарма, Катон, Карагай). В 1923 году вместе с бригадой переброшен на Туркестанский фронт. В феврале 1923 года в должности начальника истребительного отряда участвовал в боевых действиях против банды Турдыбая (район Ходжента, кишлак Ляйляк). В августе 1923 года переброшен вместе с бригадой в Восточную Бухару. Руководил операциями против банд Ибрагим-Бека, Ала-Назара, Барота, Ходмана, Хаджи-Али, последние три разгромлены, а остатки загнаны в Афганистан. Болел малярией. С июня 1924 года был помощником командира по строевой части 48-го кавалерийского полка, с октября того же года — на такой же должности в 47-м кавалерийском полку.
С октября 1925 года по июнь 1928 года учился в Военной академии РККА имени М.В. Фрунзе. По окончании академии с 1 июля 1928 года назначен командиром и военкомом 75-го кавалерийского полка 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады (Даурия). В 1929 году в боях на КВЖД под Далайнор и Маньчжурией полк Павлова обеспечил полный разгром противника для всей бригады. С марта 1930 года — в распоряжении Главного управления кадров РККА.
С января по август 1931 года учился на Академических курсах технического усовершенствования начальствующего состава при Военно-технической академии имени Дзержинского в городе Ленинграде. После окончания АКТУС с марта 1931 до февраля 1934 года командовал 75-м кавалерийским полком и 6-м механизированным полком Белоруского военного округа в Гомеле. С января 1934 по октябрь 1936 года — командир и военком 4-й отдельной механизированной бригады.
С октября 1936 по июнь 1937 года под псевдонимом «Де Пабло» участвовал в национально-революционной войне испанского народа, где командовал танковой бригадой и объединёнными группами от 11-и до 9-и бригад со всеми техническими средствами.
Постановлением Центрального Исполнительного Комитета СССР от 21 июня 1937 года за образцовое выполнение специальных заданий Правительства по укреплению оборонной мощи Советского Союза и проявленный в этом деле героизм комкору Павлову Дмитрию Григорьевичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина. После учреждения знака особого отличия ему вручена медаль «Золотая Звезда» №30.
С июля по ноябрь 1937 года — заместитель начальника Автобронетанкового управления (АБТУ) РККА. С декабря 1937 года — начальник АБТУ. Одновременно с марта 1938 по июнь 1941 года — член Главного Военного Совета Красной Армии.
Участвовал в советско-финляндской войне 1939-1940 годов.
С июня 1940 года Павлов Д.Г. командовал войсками Западного Особого военного округа, а с первого дня Великой Отечественной войны — Западным фронтом.
Войска Западного фронта приняли на себя основной удар немецко-фашистских войск и в короткий срок были разгромлены в сражениях в Западной Белоруссии и в районе Минска. 30 июня 1941 года генерал армии Павлов Д.Г. был отстранён от занимаемой должности и вызван в Москву. Оттуда его вновь направили на фронт без конкретной должности, а 4 (по другим данным 6-го) июля 1941 года он был арестован.
Постановлением Государственного Комитета Обороны СССР от 16 июля 1941 года генерал армии Павлов с группой других военачальников был обвинён в трусости, бездействии, отсутствии распорядительности, в развале управления войсками и в сдаче противнику без боя складов и имущества, в самовольном оставлении боевых позиций, его дело передано в военный трибунал. По приговору Военной коллегии Верховного суда СССР от 22 июля 1941 года Павлов Д.Г. и ряд других генералов — начальник штаба Западного фронта генерал-майор Климовских В.Е., начальник связи фронта генерал-майор Григорьев А.Т., командующим 4-й армией генерал-майор Коробков А.А. были приговорены к расстрелу. Все осуждённые расстреляны в тот же день.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 марта 1947 года Павлов Д.Г. был лишён звания Героя Советского Союза и всех государственных наград.
Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 31 июля 1957 года приговор был отменён, дело прекращено за отсутствием состава преступления, Д.Г. Павлов и осуждённые вместе с ним генералы реабилитированы посмертно.
25 ноября 1965 года Павлов Д.Г. восстановлен в звании Героя Советского Союза и в правах на остальные государственные награды.
Кандидат в члены ЦК ВКП(б) с 1939 года. Депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва (с 1937 года).
Воинские звания:
комбриг (26.11.1935),
комкор (20.06.1937, минуя звание комдива),
командарм 2-го ранга (27.03.1940),
генерал-полковник танковых войск (4.06.1940),
генерал армии (22.02.1941).
Награждён тремя орденами Ленина (16.08.1936, 21.07.1937, 07.04.1940), двумя орденами Красного Знамени (1930, 02.01.1937), медалью «XX лет РККА» (1938).
В деревне Павлово герою установлен обелиск.

ПРИКАЗ НАРОДНОГО КОМИССАРА ОБОРОНЫ СССР С ОБЪЯВЛЕНИЕМ ПРИГОВОРА ВЕРХОВНОГО СУДА СССР ПО ДЕЛУ ГЕНЕРАЛА АРМИИ Д.Г. ПАВЛОВА, ГЕНЕРАЛ-МАЙОРОВ В.Е. КЛИМОВСКИХ, А.Т. ГРИГОРЬЕВА И А.А. КОРОБКОВА
№ 0250 28 июля 1941 г.
По постановлению Государственного Комитета Обороны были арестованы и преданы суду военного трибунала за трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти бывший командующий Западным фронтом генерал армии Павлов Д.Г., бывший начальник штаба того же фронта генерал-майор Климовских В.Е., бывший начальник связи того же фронта генерал-майор Григорьев А.Т., бывший командующий 4-й армией генерал-майор Коробков А.А.
Верховный суд Союза ССР 22 июля 1941 г. рассмотрел дело по обвинению Павлова Д.Г., Климовских В.Е., Григорьева А.Т. и Коробкова А.А.
Судебным следствием установлено, что:
а) бывший командующий Западным фронтом Павлов Д.Г. и бывший начальник штаба того же фронта Климовских В.Е. с начала военых действий немецко-фашистских войск против СССР проявили трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, допустили развал управления войсками, сдачу оружия и складов противнику, самовольное оставление боевых позиций частями Западного фронта и этим дали врагу возможность прорвать фронт;
б) бывший начальник связи Западного фронта Григорьев А.Т., имея возможность к установлению бесперебойной связи штаба фронта с действующими частями и соединениями, проявил паникерство и преступное бездействие, не использовал радиосвязь в результате чего с первых дней военных действий было нарушено управление войсками;
в) бывший командующий 4-й армией Западного фронта Коробков А.А. проявил трусость, малодушие и преступное бездействие, позорно бросил вверенные ему части, в результате чего армия была дезорганизована и понесла тяжелые потери.
Таким образом, Павлов Д.Г., Климовских В.Е., Григорьев А.Т. и Коробков А.А. нарушили военную присягу, обесчестили высокое звание воина Красной Армии, забыли свой долг перед Родиной, своей трусостью и паникерством, преступным бездействием, развалом управления войсками, сдачей оружия и складов противнику, допущением самовольного оставления боевых позиций частями нанесли серьезный ущерб войскам Западного фронта.
Верховным судом Союза ССР Павлов Д.Г., Климовских В.Е., Григорьев А.Т. и Коробков А.А. лишены военных званий и приговорены к расстрелу.
Приговор приведён в исполнение.
Предупреждаю, что и впредь все нарушающие военную присягу, забывающие долг перед Родиной, порочащие высокое звание воина Красной Армии, все трусы и паникеры, самовольно оставляющие боевые позиции и сдающие оружие противнику без боя, будут беспощадно караться по всем строгостям законов военного времени, невзирая на лица.
Приказ объявить всему начсоставу от командира полка и выше.
Народный комиссар обороны СССР И. СТАЛИН
ЦА МО РФ: ф. 4, оп. 11, д. 65, л. 192-193. Подлинник.
(Русский архив: Великая Отечественная: Приказы народного комиссара обороны СССР 22 июня 1941 г. — 1942 г. Т. 13 (2-2). — М.: ТЕРРА, 1997, стр. 37-38).

Дмитрий Павлов (генерал) — биография, информация, личная жизнь

Генерал Дмитрий Павлов

Дмитрий Григорьевич Павлов. Родился 23 октября (4 ноября) 1897 года в дер. Вонюх Кологривского уезда Костромской губернии (ныне Кологривский район Костромской области) — расстрелян 22 июля 1941 года в Москве. Советский военачальник, генерал армии (22 февраля 1941). Герой Советского Союза (21 июня 1937). Командующий Белорусским особым военным округом (с 7 июня 1940), Западным особым военным округом (с 11 июля 1940). Командующий Западным фронтом (22-30 июня 1941).

Дмитрий Павлов родился 23 октября (4 ноября) 1897 года в дер. Вонюх Кологривского уезда Костромской губернии (ныне Кологривский район Костромской области) в крестьянской семье.

Окончил 4 класса церковно-приходской школы, затем 2-классное училище в селе Суховерхово. Экстерном сдал экзамены за 4 класса гимназии.

С началом Первой мировой войны добровольцем ушел на фронт. С 1914 года воевал в составе Серпуховского 120-го пехотного полка, Александрийского 5-го гусарского полка, 20-го стрелкового полка, 202-го запасного полка. Дослужился до старшего унтер-офицера.

В июне 1916 года был ранен и взят в немецкий плен в Ковельском сражении на реке Стоход. В плену работал на шахтах в Германии. Освобожден после окончания войны в январе 1919 года.

После возвращения из плена работал дома с отцом, а затем 5,5 месяца работал в подотделе социального обеспечения и охраны труда при Кологривском уездном отделе труда, откуда по профмобилизации был взят в Красную Армию.

Дмитрий Павлов в молодости

С 25 августа 1919 года — в Красной армии, активный участник Гражданской войны.

С августа 1919 года — боец 56-го продовольственного батальона, затем делопроизводитель продотряда.

В конце 1919 года направлен на учебу и в 1920 году окончил командные курсы в Костроме.

С апреля 1920 года — командир взвода и кавалерийского дивизиона в 8-й Казачьей кавалерийской дивизии.

С октября 1920 года — инспектор для поручения в инспекции кавалерии 13-й армии, с декабря 1920 — в инспекции кавалерии Южного фронта. Воевал на Юго-Западном и Южном фронтах.

В 1919 году вступил в ВКП(б).

В 1922 году окончил 24-ю Омскую пехотную школу имени Коминтерна. С апреля 1922 года командовал кавалерийским полком 10-й кавалерийской дивизии (полк дислоцировался в Семипалатинске). С июня 1922 года — помощник командира 56-го кавалерийского полка 6-й Алтайской отдельной кавалерийской бригаде, во главе его вел активные боевые действия против антисоветского вооруженного отряда А. А. Сальникова и А. П. Кайгородова в Барнаульском уезде.

В начале 1923 года в составе бригады был переброшена на Туркестанский фронт. Начиная с февраля 1923 года в должности начальника истребительного отряда воевал против отряда басмачей курбаши Турдыбая в районе Ходжента, а с августа 1923 года в Восточной Бухаре командовал 77-м кавалерийским полком в боях против отрядов Ибрагим-бека, Ала-Назара, Барота, Ходмана, Хаджи-Али. С июня 1924 года — помощник командира по стрелковой части 48-го кавалерийского полка, с октября того же года — на такой же должности в 47-м кавалерийском полку.

С октября 1925 по июнь 1928 года учился в Военной академии РККА имени М. В. Фрунзе.

С 1928 года — командир и комиссар 75-го кавалерийского полка 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригады. Бригада дислоцировалась на станции Даурия, командовал ею К. К. Рокоссовский в Забайкалье. Во главе полка вновь отличился в конфликте на КВЖД, участвуя в глубоком обходе группировки китайских войск и в разгроме численно превосходящей Маньчжуро-Чжалайнорской группировки противника в ноябре 1929 года.

В марте 1930 года был отозван в Москву и направлен на учебу. В 1931 году окончил академические курсы технического усовершенствования начсостава при Военно-технической академии.

С марта 1931 года — командир 6-го механизированного полка (Гомель), с февраля 1934 года — командир и комиссар 4-й механизированной бригады (Бобруйск) в Белорусском военном округе. Бригада под его командованием стала одной из лучших механизированных частей в РККА, отлично проявила себя на Больших Киевских маневрах 1935 года.

За отличную боевую подготовку в 1936 году комбриг Д.Г. Павлов был награжден орденом Ленина.

С октября 1936 по июнь 1937 года — участник Гражданской войны в Испании. Был командиром танковой бригады под псевдонимом «Пабло». В ряде операций командовал крупными сводными танковыми группировками войск. Особенно отличился при отражении прорыва фронта под городом Махадаонда (январь 1937), в Харамской операции (февраль 1937), в Гвадалахарской операции (март 1937).

Дмитрий Павлов во главе Автобронетанкового управления РККА

С июля 1937 года — заместитель начальника, а с ноября 1937 года — начальник Автобронетанкового управления РККА. Одновременно с марта 1938 года — член Главного военного совета РККА. Сыграл значительную роль в развитии советских бронетанковых войск перед Великой Отечественной войной.

Исходя из опыта боевых действий против германских танков в Испании, настоял на создании танков с дизельными двигателями, противоснарядным бронированием и пушками, способными пробивать противоснарядное бронирование вражеских танков (T-34).

21 февраля 1938 года в должности начальника АБТУ РККА комкор Павлов направил Наркому обороны СССР Маршалу Советского Союза Ворошилову доклад о необходимости коренного пересмотра танкового вооружения. В этом документе требовал танки сопровождения пехоты Т-26 оставить пехоте, перевооружить танки Т-28 и Т-35 76-мм пушкой с настильной траекторией и начальной скоростью снаряда не меньше 560 м/сек. Кроме того — на смену этим двум танкам разработать новый тяжелый танк прорыва. Предложения Павлова Д. Г. были реализованы. Для Т-28 и Т-35 была создана 76-мм пушка с начальной скоростью снаряда 555 м/сек, кроме того, для замены этих танков был разработан и пущен в серию тяжелый танк прорыва КВ. В этом же документе от 21 февраля 1938 года он потребовал разработать танк для замены БТ.

В ноябре 1939 года Павлов решительно высказался за расформирование танковых корпусов (сформированных и укомплектованных по штатному расписанию М. Н. Тухачевского) как небоеспособных по итогам их применения в Польше в сентябре 1939 года. Кроме него за расформирование выступили: заместитель наркома обороны, начальник Генерального штаба РККА командарм 1-го ранга Б. М. Шапошников (планировал действия РККА в Польше), командарм 1 ранга С. К. Тимошенко, командующий Украинским фронтом (в его подчинении был 25-й танковый корпус), командарм 2 ранга М. П. Ковалев, командующий Белорусским фронтом (в его подчинении был 15-й танковый корпус), заместитель наркома обороны командарм 1 ранга Г. И. Кулик, координировавший действия двух фронтов. Против существования танковых корпусов Тухачевского высказались и командиры этих корпусов — комдив М. П. Петров и полковник И. О. Яркин.

Танковые корпуса были расформированы. Взамен Павлов предложил: сохранить отдельные танковые батальоны во всех стрелковых дивизиях и танковые полки в кавалерийских дивизиях; сохранить все отдельные танковые бригады; сформировать дополнительно 3 танковые бригады и 10 учебных танковых полков, которые во время войны следовало развернуть в батальоны; 15 лучших стрелковых дивизий Красной Армии переформировать в моторизованные. Состав моторизованной дивизии включал — 4 полка (танковый, артиллерийский, 2 мотострелковых), три батальона (разведывательный, связи, легкий инженерный) и 2 дивизиона (противотанкового оружия и зенитный). Всего в дивизии 257 танков, 49 бронемашин в подразделениях управления, разведки и связи, 98 орудий и минометов (без 50-мм) и 980 автомашин. Вся реорганизация была связана с минимальным количеством организационных и кадровых перемещений. Взамен расформированных управлений 4-х танковых корпусов было создано 15 дивизий, которые превосходили расформированные корпуса и по количеству танков, и по боевой мощи, и по способности вести боевые действия.

Принцип использования танковых бригад и моторизованных дивизий по Павлову: их можно включать в состав стрелковых корпусов, общевойсковых армий и фронтов, а также держать в резерве Главного командования. При проведении операций не загружать один маршрут тысячами машин, а разнести удары в пространстве, действовать на разных направлениях, но с единой целью, по единому замыслу и плану (с учетом развития средств связи в то время). В случае наступления быстро формировать армейские и фронтовые эшелоны развития прорыва (ЭРП). Возможный состав фронтового ЭРП: заместитель командующего фронтом с небольшим штабом, средствами связи и управления, 2-4 танковые бригады и 1-3 моторизованные дивизии — примерно 1000-1500 танков с пехотой, артиллерией и всеми поддерживающими и обеспечивающими силами и средствами. Такие ударные группы должны были создаваться только когда в них появлялась необходимость. Если необходимости нет, танковые бригады и моторизованные дивизии действуют рассредоточенно. Данные предложения были опробованы и основывались на результате применения 1 мотострелковой дивизии, 2 танковых и 3 мотоброневых бригад на Халхин-Голе.

Принципы применения и численность танковых бригад по Павлову доказали свою эффективность во время Второй мировой войны (при нападении на Советский Союз по плану «Барбаросса» германские танковые дивизии, в среднем имевшие по 150 танков, были сформированы в 4 группы (аналог ЭРП); германская танковая армия «Африка» под командованием генерал-фельдмаршала Э. Роммеля (~2 танковые бригады Павлова); 2 танковые группы (по ~100 танков) при прорыве германских войск к Сталинграду в августе 1942 года; в декабре 1944 года при нанесении удара в обход Будапешта 6-й гвардейской танковой армией СССР в ее составе насчитывалось 220 танков, 9 самоходно-артиллерийских установок, 16 установок РС, 390 орудий и минометов, 1956 автомашин. Основной целью проведения войсковых испытаний, как было указано в утвержденной начальником АБТУ РККА Д.Г. Павловым программе войсковых испытаний, являлось определение пригодности танка Т-34 для принятия его на вооружение РККА.

В оборонительных сражениях дивизии и бригады Павлова можно было использовать в засадах на путях движения противника. В случае отступления войск бригады и дивизии Павлова можно оставлять в качестве арьергарда — они некоторое время сдерживают противника, затем рывком уходят к главным силам. Однако реализовать разработанную структуру Павлову не дали, и 7 июня 1940 года командарм 2 ранга Павлов был снят с должности начальника Автобронетанкового управления Красной Армии и отправлен командовать Белорусским особым военным округом, который через несколько дней после назначения Павлова был преобразован в Западный особый.

Летом 1939 года участвовал в боевых действиях на Халхин-Голе в качестве военного советника по применению бронетанковых войск. Участвовал в советско-финской войне, будучи инспектором по боевому применению танковых войск, а с 17 января по 29 февраля 1940 года — командующим Резервной группой войск (3 стрелковых дивизии, 2 кавалерийских дивизии, 1 танковая бригада). Эта группа была предназначена для глубокого обхода Линии Маннергейма по льду Финского залива, но после первой неудачной попытки форсирования залива операция была отменена.

С 7 июня 1940 — командующий войсками Белорусского особого военного округа (с 11.07.1940 — Западный особый военный округ).

Член Центрального Исполнительного Комитета Белорусской ССР XI созыва (1935-1937).

С 1937 года — депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва. На 18-м съезде ВКП(б) (март 1939 г.) избран кандидатом в члены ЦК ВКП(б).

Расстрел генерала Дмитрия Павлова

С 22 июня 1941 года — командующий войсками Западного фронта. С первого дня войны фронт подвергся мощному удару немецких армий и потерпел жестокое поражение в Белостокско-Минском сражении.

До начала войны Павлов имел в своем подчинении управления 3-й, 10-й и 4-й армий, расположенные возле границы, и 13-й, находившейся в тыловом районе. Войска Павлова уступали армиям фон Бока (командующий группой армий «Центр») в живой силе и артиллерии, имея примерное равенство в самолетах, в танках было полуторакратное превосходство советской стороны.

С первого дня войны на Западном фронте из имевшихся 1685 исправных самолетов осталось около 950. Третья танковая группа немцев обошла правый фланг 3-й армии. Между Северо-Западным и Западным фронтами образовался разрыв (около 130 км), в который устремились танковые соединения вермахта. Из-за потери управления войсками, прежде всего из-за неналаженной связи штаб округа предвидеть угрозу не сумел. Павлов командовал вслепую.

Поэтому 25 июня соединения и части 3-й и 10-й армий, расположенные в белостокском выступе, были охвачены с обоих флангов. И приказ Ставки Верховного Главнокомандования об отводе войск на линию Лида — Слоним, Пинск выполнить было нереально: в направлении на Минск оставался узкий коридор (менее 60 км). К тому же армии постоянно атаковал противник.

Танковые группы Гота и Гудериана продвинулись в глубь советской территории на 200-250 км. Свыше 60 фронтовых складов и баз с вооружением, амуницией и топливом были либо уничтожены, либо захвачены. Фронт потерял от 50 до 90% запасов горючего, боеприпасов, вещевого и автобронетанкового имущества, продфуража.

Войска Западного фронта в начале войны потерпели тяжелейшее поражение. Из 44 дивизий 24 были разгромлены полностью, остальные 20 потеряли от 30 до 90% сил и средств. За 17 дней из 678 тыс. человек фронт потерял около 420 тыс. Немецко-фашистские войска к 10 июля продвинулись на западном направлении вглубь до 450-600 км, вышли на рубеж Днепр — Западная Двина. Белоруссия была потеряна, создалась угроза прорыва на Смоленск.

28 июня 1941 года противником был взят Минск, практически все армии фронта перестали существовать как организованная военная сила. Хотя на театре военных действий общая численность войк СССР была почти равна численности войск Германии и ее союзников, но Германия сосредочила основные силы на минском и брестском направлении, а СССР — на киевском, причем на брестском направлении у РККА не было противотанковой артиллерии. И никто не ожидал, что 29-й стрелковый корпус (бывшая армия Литвы) почти не окажет сопротивления, и противник очень быстро выйдет в тыл минской группировке через Литву, из-за чего пришлось сдать Минск и всю линию укреплений вдоль старой границы СССР, к тому же разоруженную и преодоленную противником на участке старой границы между Литвой и СССР.

30 июня 1941 года был отстранен от должности командующего фронтом и вызван в Москву, провел беседы с Жуковым и Молотовым, который замещал Сталина.

2 июля вновь возвращен на фронт, но заместителем командующего Западным фронтом. Командующим стал народный комиссар обороны.

4 июля 1941 года арестован в селе Довск Гомельской области и доставлен в Москву. Дмитрий Павлов и начальник штаба подчиненного ему округа Владимир Климовских обвинялись в том, что «являясь участниками антисоветского военного заговора, предали интересы Родины, нарушили присягу и нанесли ущерб боевой мощи Красной Армии, то есть в совершении преступлений, предусмотренных статьями 58-1б, 58-11 УК РСФСР». На первых допросах он полностью отрицал свое участие в антисоветской и шпионской деятельности, пытаясь пояснить неудачи Западного фронта независящими от него причинами — превосходством немцев, действиями подчиненных и т. д. Но 9 июля признал себя предателем и участником заговора. Позже на суде он опроверг эту часть своих показаний, пояснив их «невменяемым состоянием» и желанием поскорее закончить следствие с тем, чтобы на суде рассказать всю правду.

В ходе суда 22 июля 1941 года Павлов и его заместители были обвинены и приговорены за преступления, предусмотренные статьями 193-17б и 193-20б УК РСФСР — «халатность» и «неисполнение своих должностных обязанностей». В ходе суда Д. Г. Павлов свою вину в совершении преступлений не признал.

22 июля 1941 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Павлова к смертной казни с конфискацией имущества и лишением воинского звания. В этот же день он был расстрелян и похоронен на одном из расстрельных полигонов НКВД, в поселке Бутово, совхоз «Коммунарка».

Кроме Павлова были расстреляны и некоторые другие военачальники Западного фронта: начальник штаба фронта генерал-майор В. Е. Климовских и начальник связи фронта генерал-майор войск связи А. Т. Григорьев. Начальник артиллерии фронта генерал-лейтенант артиллерии Н. А. Клич, заместитель начальника ВВС Западного фронта (после самоубийства генерал-майора авиации И. И. Копеца — начальник ВВС Западного фронта) генерал-майор авиации А. И. Таюрский и командир 14-го мехкорпуса генерал-майор С. И. Оборин арестованы 8 июля и затем расстреляны, командующий 4-й армией генерал-майор А. А. Коробков отстранен 8 июля, на следующий день арестован и расстрелян 22 июля.

В приказе Народного комиссара обороны СССР И. Сталина № 0250 от 28 июля 1941 года говорилось:

«По постановлению Государственного Комитета Обороны были арестованы и преданы суду военного трибунала за трусость, самовольное оставление стратегических пунктов без разрешения высшего командования, развал управления войсками, бездействие власти бывший командующий Западным фронтом генерал армии Павлов Д. Г., бывший начальник штаба того же фронта генерал-майор Климовских В. Е., бывший начальник связи того же фронта генерал-майор Григорьев А. Т., бывший командующий 4-й армией генерал-майор Коробков А. А.

Верховный суд Союза ССР 22 июля 1941 г. рассмотрел дело по обвинению Павлова Д. Г., Климовских В. Е., Григорьева А. Т. и Коробкова А. А. Судебным следствием установлено, что:

а) бывший командующий Западным фронтом Павлов Д. Г. и бывший начальник штаба того же фронта Климовских В. Е. с начала военых действий немецко-фашистских войск против СССР проявили трусость, бездействие власти, отсутствие распорядительности, допустили развал управления войсками, сдачу оружия и складов противнику, самовольное оставление боевых позиций частями Западного фронта и этим дали врагу возможность прорвать фронт;

б) бывший начальник связи Западного фронта Григорьев А. Т., имея возможность к установлению бесперебойной связи штаба фронта с действующими частями и соединениями, проявил паникерство и преступное бездействие, не использовал радиосвязь в результате чего с первых дней военных действий было нарушено управление войсками;

в) бывший командующий 4-й армией Западного фронта Коробков А. А. проявил трусость, малодушие и преступное бездействие, позорно бросил вверенные ему части, в результате чего армия была дезорганизована и понесла тяжелые потери.

Таким образом, Павлов Д. Г., Климовских В. Е., Григорьев А. Т. и Коробков А. А. нарушили военную присягу, обесчестили высокое звание воина Красной Армии, забыли свой долг перед Родиной, своей трусостью и паникерством, преступным бездействием, развалом управления войсками, сдачей оружия и складов противнику, допущением самовольного оставления боевых позиций частями нанесли серьезный ущерб войскам Западного фронта.

Приговор приведен в исполнение.

Предупреждаю, что и впредь все нарушающие военную присягу, забывающие долг перед Родиной, порочащие высокое звание воина Красной Армии, все трусы и паникеры, самовольно оставляющие боевые позиции и сдающие оружие противнику без боя, будут беспощадно караться по всем строгостям законов военного времени, не взирая на лица.

Приказ объявить всему начсоставу от командира полка и выше.

Народный комиссар обороны СССР И. Сталин».

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 марта 1947 года лишен звания Героя Советского Союза и всех государственных наград. 31 июля 1957 года Военная коллегия Верховного суда СССР вынесла определение, которым приговор от 22 июля 1941 года был отменен по вновь открывшимся обстоятельствам, и дело было прекращено за отсутствием состава преступления. Дмитрий Григорьевич Павлов был посмертно восстановлен в воинском звании.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 ноября 1965 года восстановлен в звании Героя Советского Союза и в правах на все государственные награды.

На родине Дмитрия Павлова в деревне Павлово Костромской области в 2010 году был установлен гранитный памятник.

Генерал Дмитрий Павлов

Личная жизнь Дмитрия Павлова:

Жена — Александра Федоровна (1901 г.р. — умерла в начале 1990-х).

В браке родилось двое детей: Ким (1923 г.р.) и Ада (1930 г.р.; доктор экономических наук).

Воинские звания Дмитрия Павлова:

Награды Дмитрия Павлова:

Образ Дмитрия Павлова в кино:

1985 — Битва за Москву — в роли генерала Павлова актер Александр Филиппенко
1989-1990 — Война на западном направлении — в роли генерала Павлова актер Иван Мацкевич.

Иван Мацкевич в роли генерала Павлова

Генерал Павлов как ответивший за всех.


До сих пор не утихают споры исследователей и всех тех, кто интересуется военной историей о событиях связанных с начальным периодом Великой Отечественной войны, особенно все то, что связано с катастрофой на Западном фронте, который был создан на базе Западного особого военного округа, катастрофа ставшая одной из самых трагических страниц в истории начального периода войны. Когда, буквально в течение первой недели, 28 июня врагом были захвачены Минск и Бобруйск, западнее белорусской столицы попали в окружение 3-я и 10-я армии, а остатки 4-й армии отошли за Березину. Создалась угроза быстрого выхода подвижных соединений врага к Днепру и их прорыва к Смоленску.
События развивались стремительно и уже 4 июля по дороге в Гомель, где к тому времени размещался штаб Западного фронта, был арестован командующий Западным фронтом генерал армии Д.Павлов. Процедуру ареста контролировал лично начальник Главного управления политической пропаганды РККА армейский комиссар 1 ранга Мехлис, по совместительству назначенный членом военного совета фронта. Ему же было поручено определить круг лиц из командного состава фронта, которые вместе с бывшим командующим должны были предстать перед судом, в результате кроме Павлова были арестованы начальник штаба фронта генерал-майор В.Е. Климовских, начальник связи генерал-майор А.Т. Григорьев, командующий 4-й армией генерал-майор А.А. Коробков и ряд других военачальников, они были отстранены от своих должностей, а затем преданы суду военной коллегии Верховного суда СССР и расстреляны.
До сих пор не ясна и противоречива характеристика военачальника, которому Сталин доверил в то время один из важнейших военных округов страны? Округ, который являлся вторым по численности войск, а по важности стратегического направления, пожалуй, даже первым, кто такой генерал Павлов? Что мы знаем об этой личности, кроме того, что он не справился со своими обязанностями командующего, что потерял управление войсками, в результате РККА потерпела небывалое, тяжелейшее поражение, всего за 17 дней из 625 тыс. человек бойцов и командиров, Западный фронт потерял около 420 тысяч личного состава! В итоге Павлов попал под скорый суд и расстрел.
Кто он Дми́трий Григо́рьевич Па́влов? Изучая его биографию, видно, что в ней нет ничего особо выдающегося, обыкновенная биография, как и у всех военноначальников того времени, родился в семье крестьянина. В Первую мировую войну добровольцем ушёл на фронт, дослужился до старшего унтер-офицера. Был ранен в 1916 году и взят в плен, освобождён после окончания войны. С 1919 года в Красной Армии, в Гражданскую войну с 1918 по 1920 год был командиром взвода, эскадрона, помощником командира полка. Вступил в ВКП (б) в 1919 году. Такая же биография у Жукова, Конева, Рокоссовского. Часть исследователей вменяют Павлову безграмотность и недостаток военного образования, однако из биографии видно, что он окончил 24-ю Омскую пехотную школу имени Коминтерна, Военную академию им. М. В. Фрунзе и академические курсы при Военно-технической академии, так что для командира тех времен образование вполне достаточное, у Жукова, к примеру, не было даже академического образования, однако это не помешало ему руководить Генеральным штабом РККА. Интересный факт из биографии Д.Павлов, так с ноября 1937 по июнь 1940г. он возглавлял Автобронетанковое управление РККА, и за это очень короткое время, Дмитрий Григорьевич показал себя неплохим теоретиком применения танковых войск и танков на поле боя, так он первым заявил о необходимости коренного пересмотра танкового вооружения, Павлов предложил, танки сопровождения пехоты, к которым в то время относился Т-26 оставить пехоте, а Т-28 и Т-35 вооружить 76-мм пушкой, кроме того, на смену этим двум танкам, он предложил разработать новый тяжелый танк прорыва. Основной танк Красной Армии Т-34 создавался также по заданию и требованию тогдашнего начальника АБТВ РККА комкора Д. Павлова.

Много споров вызывало и продолжает вызывать решение расформировать в РККА перед началом войны танковые корпуса, многие считали, что это чуть ли не предательство, однако не все так однозначно, интересно то, что одним из инициаторов данного решения был Д.Павлов, это по его предложению, взамен расформированных управлений 4-х танковых корпусов было создано 15 дивизий, которые превосходили расформированные корпуса и по количеству танков, и по боевой мощи, и по способности вести боевые действия. Принцип использования танковых бригад и моторизованных дивизий по Павлову предполагал, что их можно было включать в состав стрелковых корпусов, общевойсковых армий и фронтов, а также держать в резерве Главного командования. Что самое интересное, эти и многие другие предложения Д. Павлова были в дальнейшем реализованы не только в РККА, но и нашим основным противником германским вермахтом, германцы при нападении на Советский Союз по плану «Барбаросса» все свои танковые дивизии, в среднем имевшие по 150 танков, свели в 4 группы (аналог ЭРП-эшелон развития прорыва по Павлову), по этому принципу использовали танковые войска и в германской танковой армии «Африка» под командованием известного генерал-фельдмаршала Э. Роммеля.
Как видно из этих примеров, Сталин, назначая Д.Павлова, на должность командующего одного из основных военных округов страны, по всей видимости учитывал, что тот представлял из себя достаточно грамотного военноначальника, мыслящего стратегически, а вот что касается наличия боевого опыта и особенно опыта руководства крупными объединениями, то, здесь, судя по всему было действительно наиболее уязвимое место в личной подготовленности Д.Павлова как командующего, но вот явилось ли оно решающим, в той дальнейшей трагедии Павлова как генерала армии, командующего Западным особым округом, вопрос не раскрыт до сих пор. Мало у кого из тогдашних советских генералов был такой опыт, очень мало, на ум приходит только разве что фамилия Шапошникова и то он чистый генштабист, а не командир.

Далее из биографии Д.Павлова известно, что в начале 20-х годов он проходил службу и участвовал в боевых действиях в Туркестане против, басмаческих бандформирований в должностях помощника командира полка, начальника истребительного отряда и командира кавалерийского полка, а с 1928 года Д.Павлов командир кавалерийского и механизированного полков, командир и комиссар механизированной бригады, в этой должности в 1929 году принимал участие в вооруженном конфликте против китайцев на КВЖД . В 1936—1937 во время Гражданской войны в Испании добровольцем сражался на стороне республиканского правительства, был командиром танковой бригады. Из этих фактов видно, что реально Д.Павлов был храбрым человеком, прошел множество, как теперь говорят «горячих точек» но при этом имел опыт командования только полком-бригадой и не более того. Данный вывод в частности подтверждается служебной запиской генерал-полковника Л.Сандалова поданной им начальнику военно-научного управления Генерального штаба ВС СССР от 1 сентября 1956 года, в которой в частности говориться:
«Генерал армии Павлов, не имея опыта в командовании войсковыми соединениями (исключая командование в течение непродолжительного срока танковой бригадой), после участия в войне в Испании был назначен начальником АБТУ Красной Армии, а за год до войны командующим войсками ЗОВО. Не имея ни опыта в управлении войсками, ни достаточного военного образования и широкого оперативного кругозора, генерал армии Павлов растерялся в сложной обстановке начального периода войны и выпустил из рук управление войсками.»
А где в то время Сталину было найти командующих с генштабовским образованием, опытом командования армиями и фронтами, так что Д.Павлов был военноначальником своего времени и не он один виновен в том, что враг выбрал направление своего главного удара именно на направлении расположения Западного особого округа которым командовал в то время именно он.
По мнению некоторых современных исследователей, основная вина Павлова заключалась, прежде всего, в том, что он не выполнил Директиву НКО и ГШ от 12-13 июня 1941 года, предписывающую командованию ЗапОВО для повышения боевой готовности, начать выдвижение частей округа на рубежи обороны согласно планов прикрытия отработанных на основании майской Директивы НКО и ГШ. Однако факты говорят о том, что в середине июня 1941 Д.Павлов направил Сталину и в Наркомат обороны две шифровки с просьбой о выводе войск на полевые позиции и даже пытался добиться разрешения на частичное отмобилизование частей округа, также просил усилить округ частями связи и танками.
Также, по мнению этих исследователей Павлов после получения Директивы от 12-13 июня не отдал своевременно команду на вывод трех дивизий из Бреста, находящихся в крепости для строительства укреплений. В результате эти три дивизии — одна танковая и две стрелковые, предназначенные для прикрытия Брестского направления, были уничтожены в течении первых дней войны, что в дальнейшем привело к разгрому войск всего Западного фронта в течении короткого времени, и тем самым было открыто противнику важное стратегическое направление на Минск — Смоленск — Москву, в связи с этим сразу возникает ряд вопросов, а где тогда был Генеральный штаб РККА, который отвечал за стратегическое развертывание войск, в руках которого была вся развединформация, почему командующему округом не дали своевременно указание на отвод войск из района Бреста, где был Наркомат обороны? И этих вопросов, где и почему множество, четких, конкретных ответов на них нет.

Есть исследователи, которые утверждают, опираясь на перечень определенных фактов, даже о предательстве некоторой части генералитета и командиров иного уровня накануне войны и, особенно в ее первые дни, так например, приводятся факты якобы злоумышленного отвода воинских частей от границы прямо в первые же минуты войны, в результате чего и без того малочисленные и слабо вооруженные подразделения пограничников оставались один на один с во много крат превосходившим их врагом. В результате, ни одна из 435 пограничных застав на западных границах, в отличии от войск РККА без приказа так и не отошла, многие пограничники погибли в бою, до конца выполняя свой воинский долг.
Интересно и то, что Павлова судили не по знаменитой 58-й статье УК. В процессе закрытого судебного заседания Военной коллегии Верховного суда СССР 22 июля 1941 г. были переквалифицированы статьи Уголовного кодекса, по которым обвинялось командование ЗАПОВО. Их арестовали по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 63-2 и 76 УК Белорусской ССР (аналог знаменитой ст. 58 в УК РСФСР). Однако суровый приговор был вынесен на основании ст.ст. 193-17/б и 193-20/б УК РСФСР. Формулировка обвинения в приговоре была такова: «за проявленную трусость, бездействие власти, нераспорядительность, допущение развала управления войсками, сдачу оружия противнику без боя, самовольное оставление боевых позиций частями Красной Армии и создание противнику возможности для прорыва фронта Красной Армии».
«Создание противнику возможности для прорыва фронта Красной Армии» вменялось только самому Павлову как командующему Западным фронтом.
Сталин, дав указание о переквалификации преступления командования Западного фронта на другие статьи УК, тем самым, дал понять генералитету, что устраивать глобальные силовые разборки с ним, тем более наподобие 1937 г., он не намерен, но при необходимости спокойно может обойтись и без знаменитой 58-й статьи.
31 июля 1957 года Военная коллегия Верховного суда СССР вынесла определение, которым приговор от 22 июля 1941 года был отменён по вновь открывшимся обстоятельствам и дело было прекращено за отсутствием состава преступления. Дмитрий Павлов был посмертно восстановлен в воинском звании.
Вопрос кто несет главную ответственность за поражения июня 1941 года так до сих пор и остается открытым.