Будет ли атомная война?

В последние несколько месяцев информационные агентства массово говорят о возможности разрастания военных конфликтов в глобальные с применением ядерного оружия. Наибольшие опасения которую неделю вызывают непрекращающаяся агрессивно-ядерная риторика Северной Кореи, подкрепленная проводимыми ядерными испытаниями и ракетными пусками.

На страница «Военно-промышленного курьера» появился очень интересный материал за авторством Константина Сивкова, члена-корреспондента РАРАН, доктора военных наук. В статье автор рассматривает возможности и последствия ядерного конфликта. Ресурс «Военный обозреватель» приводит выдержки из него.

Для России варианты ядерного конфликта могут быть плохими и наихудшими, для США все сценарии фатальны. В любом случае в лидеры выйдут другие страны. Глобальной и американской элитам пора бы задуматься, стоит ли освобождать свое место под солнцем для чужих.

Британский министр обороны заявил, что страна может пойти на применение СЯО (другого в распоряжении Лондона нет) «в экстренных случаях», даже если не будет угрозы собственно территории государства. Столь размытая формулировка позволяет нажать «красную кнопку» в любой кризисной ситуации. Президент США пообещал применить атомное оружие против КНДР в случае продолжения этой страной своей ядерной программы.

Фактически лидеры ведущих стран Запада констатировали переход к качественно новому этапу экспансии: потерпев неудачу в попытках восстановить гегемонию с использованием «грубой» (применение американской армии Клинтоном и Бушем вопреки всем нормам международного права) и «мягкой» сил («арабская весна» Обамы и последующие события в регионе БСВ), они объявляют о решимости переделить мир в свою пользу. И готовы выложить последний козырь.

Экс-президент США Обама обеспечил модернизацию американского ядерного щита для успешного контрсилового («обезоруживающего») и «обезглавливающего» удара по России и Китаю. Это стало достижимым после обновления американских ядерных блоков для БРПЛ «Трайдент». Их возможности точечного поражения особо защищенных объектов качественно повысились. Это делает реальным превентивное уничтожение основной части российского ядерного потенциала.

Суть модернизации в оснащении боевых блоков W76-1/Mk4 баллистических ракет морского базирования «Трайдент» II D5 новыми взрывателями МС4700 – блоками индивидуального наведения, имеющими тротиловый эквивалент около 100 килотонн. Одна боевая часть ракеты может снаряжаться десятью такими блоками. МС4700 позволяет компенсировать перелет относительно цели путем более раннего подрыва над точкой удара. Оценка величины промаха ведется на высоте 60-80 км на основе сопоставления реального положения боеголовки и ее траектории с назначенным местом. На основе этого вносятся коррективы. По расчетам американских специалистов, это позволит повысить вероятность поражения российских шахтных ПУ до 0,86-0,99, из чего делается вывод: США получили возможность уничтожить все российские шахтные установки с расходом 272 таких блоков из имеющихся в наличии 506. При этом остаются еще 384 блока по 455 килотонн, в дальнейшем они могут использоваться для поражения заглубленных в скалы стратегических объектов или разрушения российских городов. Отмечая имеющиеся у нас проблемы с системой ПРН (противоракетного наблюдения), не обеспечивающей после распада СССР необходимую глубину и надежность контроля ракетных пусков на всех стратегически опасных направлениях, американцы констатируют, что сложилась ситуация, позволяющая США превентивным ядерным ударом уничтожить подавляющую часть потенциала СЯС РФ.

Следует учесть и принятые на вооружение тактической авиации США и НАТО ядерные бомбы B61-12, обладающие высокой точностью поражения. По оценкам специалистов, вероятное отклонение от точки прицеливания не должно превышать показателей, характерных для систем обычного ВТО. Оборудованием для применения этих бомб дополнительно оснащены истребители F-16 и Tornado ВВС пяти натовских стран: Бельгии, Германии, Италии, Нидерландов, Турции. Такое же устанавливается на все поступающие на вооружение истребители F-35.

Для ударов по площадям точность не нужна, значит, и тактическая авиация готовится участвовать в контрсиловом и «обезглавливающем» ударе. А с прибалтийских и норвежских аэродромов фронтовая авиация НАТО способна достать высокозащищенные объекты российских СЯС на значительной площади европейской части страны, в том числе и базы наших подлодок с МБР.

Следует учесть, что под видом ПРО у границ РФ размещаются УВП Mk-41, которые позволяют использовать КР «Томагавк» в ядерном оснащении. С дальностью полета более 3000 км ракеты могут с высокой точностью поражать высокозащищенные цели на всей европейской России. Но дело не только в этих УВП. Общая емкость морских носителей «Томагавков» с ЯБ в ВМС США превысила несколько тысяч. Так что нанести ядерные удары высокой точности, образно говоря, от Калининграда до Владивостока американцы смогут. И надо помнить, что в радиолокационном поле системы ПВО РФ на малых и предельно малых высотах имеются бреши, особенно на северном стратегическом направлении (спасибо «реформаторам» 90-х и 2000-х). 15-ю самолетами ДРЛОиУ А-50 их не прикрыть.

RQ-4 Global Hawk. Дальний разведывательный БПЛА

Всего лишь «ядерная осень»

Сегодня США располагают 1367 боеголовками на стратегических носителях. А общий ядерный арсенал страны оценивается примерно в 5000 боеголовок. Даже полное его применение не приведет к «ядерной» зиме. Это признают и иностранные специалисты. В своих оценках они указывают, что поражение территории России 1200-1400 ядерными блоками вызовет лишь локальное понижение средней температуры на 1-2 градуса. То есть признается достижение победы в войне, а значит, и допустимость ее развязывания и ведения в условиях, когда иные виды оружия не дали результата.

Как тут не вспомнить «миротворцев», добивавшихся глубоких сокращений ядерных потенциалов РФ и США. Именно они создали возможность для начала ядерной войны, с их подачи она обрела политический и военно-стратегический смысл. Ранее, когда потенциалы сторон по суммарной мощности ЯБЧ превышали нынешние в 20-30 раз, устраивать Армагеддон не имело смысла. Сегодня же атомный удар по мирным городам может стать реальностью. Иначе, как преступлением против человечества, деятельность «миротворцев» назвать нельзя. По глупости или злому умыслу они это делали, значения не имеет.

Надо помнить и о наличии у Соединенных Штатов огромного арсенала ВТО стратегической дальности в обычном оснащении. КРМБ на вооружении ВМС США, имея дальность стрельбы до 1600 км (по другим данным до 2400 км), обеспечивают поражение цели БЧ 340-450 кг при КВО 5-10 метров. Эти ракеты американцы могут применять со всех современных кораблей и субмарин. Носители КР способны выпустить в одном ударе до 4200 ракет. Этого, по оценкам американских военных специалистов, достаточно, чтобы за 6 часов лишить способности сопротивляться крупное государство, нанеся ему неприемлемые потери в экономике. Если же речь идет о поражении российского ядерного потенциала, такой удар, надо полагать, способен почти полностью уничтожить наземную компоненту российской системы противоракетного наблюдения (ПРН), снести значительную часть сетей связи СЯС, особенно обеспечивающих доведение сигналов боевого управления на РПКСН, разрушить три авиабазы стратегической авиации с уничтожением большей части самолетов.

Замах «Томагавками»

Констатируем: решившись на контрсиловой превентивный удар с применением ВТО большой дальности, упомянутых 272 боеголовок 100-килотонного калибра с ракетных ПЛ, 200-300 ЯБЧ с самолетов стратегической и тактической авиации, а также ядерными КР «Томагавк» с морских носителей, США сегодня вполне могут рассчитывать на успех.

Вероятный сценарий:

1. В угрожаемый период натовцы будут контролировать акватории вероятного патрулирования РПКСН РФ группировками противолодочных сил с единственной целью – уничтожить наших стратегов в момент начала боевых действий. Одновременно там же появятся надводные корабли ВМС США с ракетами ПРО, если предполагается, что война начнется именно с нанесения массированных ударов по ядерным силам России.

2. После непродолжительных боев с применением обычных вооружений по российским шахтным ПУ, РПКСН в базах, узлам связи с МСЯС, аэродромам стратегической авиации, арсеналам ЯО, РЛС загоризонтного наблюдения системы ПРН, повседневным (незащищенным) КП и ПУ, включенным в систему управления СЯС РФ, будет нанесен удар 2000-2500 КР «Томагавк» в неядерном оснащении. Обстрел может длиться от 2-3 до 5-6 часов.

3. После попытки переговоров о капитуляции по России будет нанесен массированный ядерный «обезоруживающий» и «обезглавливающий» удар 150-200 блоками W76-1/Mk4 БРПЛ «Трайдент» II D5 и до 100 ядерных КР «Томагавк», которые должны будут уничтожить оставшийся стратегический потенциал РФ и систему управления им. Одновременно или с некоторой задержкой массированной атаке подвергнутся основные группировки ВС РФ, промышленные и административно-политические центры – для окончательного уничтожения нашей страны как геополитического субъекта. Всего на этот первый удар может быть израсходовано до 80% американского ядерного потенциала. Его общая продолжительность составит до двух часов.

4. После выявления результатов будут наноситься сосредоточенные, групповые и одиночные ядерные удары по сохранившим боеспособность элементам СЯС и СОН ВС РФ с одновременным уничтожением уцелевших РПКСН противолодочными силами.

Естественный вопрос: способны ли наши СЯС обеспечить ядерное сдерживание и не допустить неприемлемых потерь? Ведущие российские военные эксперты и Минобороны отвечают: да. Разберемся.

Что в ядерных закромах

Россия располагает примерно 1800 ядерными боеголовками на 508 стратегических носителях, а также 2000 единиц тактического ЯО. РВСН на начало 2017 года имели около 300 ПУ МБР, в том числе 46 тяжелых Р-36М2 «Воевода», около 30 МБР УР-100Н УТТХ, 72 ПГРК РТ-2ПМ «Тополь», 60 РТ-2ПМ2 «Тополь-М» (шахтного базирования), 78 ПГРК РС-24 «Ярс» и еще 18 таких ракет шахтного базирования. Всего на МБР РВСН может располагаться до 1000 боевых блоков, из которых до 400 относятся к среднему классу (500-750 кт), остальные – к малому (в пределах 100-150 кт). ВМФ РФ располагает 10 боеспособными РПКСН. В их числе 5 – пр. 667БРДМ с БРПЛ Р-29РМУ2″Синева» и Р-29РМУ2.1 «Лайнер» (80 ПУ), 2 – проекта 667БДР с БРПЛ Р-29Р (32 ПУ), 3 – проекта 955 с БРПЛ Р-30 «Булава» (48 ПУ). Всего на подводных стратегах может размещаться до 700 ядерных боевых блоков преимущественно малого калибра – до 100 кт.

Стратегическая авиация России располагает 32 боеспособными бомбардировщиками Ту-95МС (каждый может нести 6 ядерных КР Х-555) и 14 Ту-160 (12 Х-555). В тактическом арсенале – до 500 ЗУР с ЯБЧ, до 500 КР и УР класса «воздух-поверхность» (по преимуществу относительно старые ракеты ДА с дальностью стрельбы в пределах 300-400 км) и около 500 ядерных боеголовок ВМФ, в том числе для ПКР БД в ядерном оснащении и КРМБ «Гранат». Остальное – боеголовки тактических ракет РВиА СВ, а также ядерных бомб.

ПУ МБР РВСН расположены в 11 позиционных районах трех ракетных армий, РПКСН располагают 5-ю ВМБ СФ и ТОФ, а стратегическая авиация базируется на трех аэродромах. Всего – 19 районов и объектов базирования наших СЯС. Немного, и с началом боевых действий они станут первоочередными объектами удара. Однако в момент начала угрожаемого периода ПГРК РВСН и большая часть РПКСН будут рассредоточены в районы боевого предназначения. Сложнее со стратегической авиацией – для нее нужны аэродромы первого класса с большой ВПП и необходимой инфраструктурой. Таких в России мало, все они окажутся целями первых ударов.

РПКСН «Дмитрий Донской» проекта 941 ВМФ России в Балтийском море (с) Министерство обороны Дании

Сеть КП, откуда можно вести управление СЯС, достаточно развита, имеет хорошую фортификационную и конструктивную защиту. Кроме того есть система «Периметр», которая позволяет нанести ответный ядерный удар по агрессору даже при полном уничтожении управления СЯС. Так что в этом отношении у нас, можно считать, все в порядке – спасибо СССР. Но есть проблемы с доведением информации до РПКСН в районах боевого предназначения. Узлов связи всего несколько, и они весьма уязвимы даже для обычного оружия, особенно их антенные поля. И систему ПРН нельзя признать обладающей хорошей боевой устойчивостью – РЛС загоризонтного наблюдения весьма уязвимы даже для неядерного ВТО.

Не стоит думать, что эти проблемы только у России. У США ситуация даже хуже – у них нет системы «Периметр».

Ваше слово, товарищ «Периметр» Нанесение ракетного удара соединением боевых кораблей ВМФ России

Насколько реализуемы возможности имеющихся арсеналов? Рассмотрим варианты развития ситуации.
Первый – наиболее благоприятный для нас: после выявления подготовки США к атомному нападению на Россию нанесение упреждающего ядерного удара по Соединенным Штатам и их союзникам для уничтожения их СЯС и экономического потенциала. В этом случае до объектов поражения дойдут почти все боевые блоки, и США прекратят свое существование. Удар 800-900 ББ (остальные уйдут по объектам военной инфраструктуры) по зонам наиболее плотного заселения вызовет огромные жертвы – до 30-40 миллионов человек непосредственно после удара и примерно вдвое больше в течение полугода-года. При этом США, располагая развитой системой ПРН, вполне смогут нанести ответно-встречный ядерный удар большей частью своего арсенала. Однако такое развитие событий следует признать скорее невероятным. Во-первых, своевременно, объективно и достоверно вскрыть подготовку именно к ядерному нападению со стороны США будет весьма сложно, если вообще возможно. Всегда будут оставаться сомнение и желание разрешить кризис переговорами, в крайнем случае, обойтись неядерными силами. Во-вторых, угроза ответно-встречного или даже ответного ядерного удара (у США основной ядерный потенциал размещен на ПЛАРБ, пока неуязвимых для нашего флота, поэтому ответный удар будет лишь на 40-45 процентов слабее превентивного) нанесет России чудовищный ущерб, особенно в людях. В-третьих, чтобы решиться на такую акцию, пусть и объективно необходимую, лидеру и его команде надо иметь соответствующую психологическую готовность. В-четвертых, и это главное, наша элита связана с Западом духовно и материально – там капиталы, недвижимость, иные активы, детки, родня. Бить по ним ядерным оружием? Наконец нельзя забывать, что «пятая колонна» Запада до сих пор чрезвычайно влиятельна в нашем политическом руководстве. Так что будут пытаться максимально оттягивать принятие рокового решения даже при очевидной необходимости.

Второй вариант: упреждающий ядерный удар осуществляется при уничтожении противником наших ССС (стратегических сил сдерживания) обычным оружием. Предполагается, что российское руководство приняло решение о том, что с момента поражения хотя бы нескольких элементов наших ССС, в частности – одного РПКСН или ПУ МБР, аэродрома стратегической авиации, Россия наносит противнику массированный ядерный удара всеми СЯС. Это также достаточно благоприятный вариант для нашей страны. Противником будет нейтрализована лишь малая часть нашего ядерного потенциала – не более 10-12 процентов. Последствия такого удара для США будут столь же катастрофичны, как и в первом варианте. Однако остается угроза неизбежного ответного или ответно-встречного удара. Никуда не исчезает и «элитный» фактор. Сценарий можно признать возможным, но маловероятным.

Третий вариант: нанесение ответно-встречного ядерного удара. В нем может быть использовано, по различным оценкам, от 40-50 до 70-75 процентов российского ядерного потенциала. Последствия для США также будут катастрофичными. Целей достигнут от 700-900 до 1300-1400 боеголовок, из которых основная часть поразит экономические объекты и административно-политические центры – бить по пустым ПУ МБР и отработавшим КП бессмысленно.

Для США и России обмен ударами в этом случае будет катастрофичным. Наши потери в течение полугода-года составят до 100 миллионов человек, американские – почти втрое больше. Фактически Соединенные Штаты останутся без населения. Однако «элитный» фактор, прямой саботаж отдельных влиятельных фигур из «пятой колонны» делает этот вариант лишь весьма вероятным в случае ядерного нападения на Россию.

Четвертый вариант: нанесение ответного ядерного удара. В этом раскладе до целей на территории США смогут дойти, по разным оценкам и при различных условиях, от 16-18 до 25-30 процентов исходного числа российских боевых блоков. Уцелеют и пустят свои БР четверть ПГРК и 2-4 РПКСН. Часть ББ поразит объекты военной инфраструктуры США, однако в основном удар придется по объектам экономики и административно-политическим центрам – всего от 200-250 до 350-400 боевых блоков. Будет уничтожена значительная, но не вся, часть американской экономики, погибнут 20-25 миллионов человек, в том числе 8-9 миллионов – сразу после удара. Россия такой ущерб смогла бы выдержать и сохраниться как государство. США – вряд ли, слишком развращено население, атомизировано общество и каждый человек, населенный пункт, округ, штат будут стремиться выжить любой ценой, в том числе и за счет соседа или изоляции от более невезучих сограждан. Истеблишмент окончательно и безвозвратно потеряет управление страной.

Этот вариант по совокупности факторов надо признать наиболее вероятным в ядерной войне с США. При этом «элитный» фактор уже не сработает – помешает проснувшийся инстинкт самосохранения, и военное командование даст команду нанести удар. По крайней мере, скажет свое слово «Периметр». Надо подчеркнуть, что для США, несмотря на то, что их потери будут значительно меньше наших, этот вариант также окажется фатальным.

Проблема угрозы ядерной войны

6 августа 1945 года мир изменился. В этот день Америка сбросила первую из двух атомных бомб на японские города. Никогда прежде в истории человечества не применялось такое мощное оружие. Это послужило началом новой эпохи человеческой истории. Вторую половину XX века можно назвать ядерной эпохой. Это были десятилетия противостояния двух мировых систем, время разработок новых видов оружия массового поражения, и попыток сокращения стратегических вооружений. Как возникла угроза ядерной войны, и существует ли она сегодня?

Начало ядерного противоборства

Сразу же после окончания Второй Мировой войны, правительством и военным руководством Соединённых Штатов было принято доктрину ядерной войны. То есть, с этого момента предусмотрено было использование нового вида оружия массового поражения — ядерного или термоядерного. Стратеги США были убеждены, что СССР для создания своей атомной бомбы, понадобится как минимум 10 лет. Американцы уже имели в своих руках такое мощное оружие, проведя успешное испытание первой атомной бомбы в июле 1945 года. Вскоре Америка продемонстрировала всему миру разрушающую силу своего смертоносного «детища», сбросив две такие бомбы на японские города.

США, стремившиеся к мировому господству, главным препятствием к этому считали Советский Союз. Имея в первые послевоенные годы преимущества в монопольном владении ядерным оружием, Америка могла уничтожить своего стратегического противника нанеся ему ядерный удар. И действительно, речь шла не только о давлении на своего восточного соперника. Стоит отметить, что этот принятый план военной стратегии назывался доктриной «Всеобщей ядерной войны». В нём говорилось о применении боевых ядерных зарядов на поле боя, против войск противника. Более того, предусматривалось массированное использование ядерного оружия, как против военных, так и против гражданских объектов. Основной причиной того, что эти планы реализованы не были, называют то, что советские вооруженные силы тогда имели значительное превосходство над странами Запада.

В конце 1957 года Соединёнными Штатами было решено разместить на европейском континенте, в частности в Западной Германии и Великобритании, тактические средства с ядерным зарядом. Это вооружение предназначалось для использования в случае наступления советских войск в Европе. Позже список был дополнен странами находящимися ближе к границам СССР. Помимо того, в администрации Эйзенхауэра было предложено к рассмотрению возможность применения такого вида оружия и в ряде стран тихоокеанской зоны. О планах и целях тогдашнего руководства Штатов, свидетельствуют недавно рассекреченные документы, согласно которым под массированный ядерный «обстрел» должны были попасть все страны Варшавского договора, а также Китай.

Серьезную помеху эффективности американской бомбардировочной авиации создавали советские реактивные истребители-перехватчики. В первой половине 50-х, стратегическая авиация США была усилена новыми бомбардировщиками B-47 и B-52, имеющими реактивную тягу. Действия СССР по наращиванию численности бомбардировочной авиации, побудили США к созданию мощной системы ПВО. Она была создана вокруг крупных городов и представляла собой эшелонированную систему средств противовоздушной обороны. В случае необходимости предусматривалось задействовать самолёты-перехватчики, зенитную артиллерию и ракеты типа «земля-воздух». Но это не являлось главным. Акцент делался на строительстве многочисленной армады стратегических бомбардировщиков.

Американские стратеги считали, что ослабленная войной экономика Советского Союза, вряд ли позволит создать собственный достаточно сильный контрсиловой потенциал. Поэтому американцы в этом отношении были совершенно спокойны. Однако, Восточный соперник довольно быстро создал свою стратегическую авиацию. Помимо этого, в 1957 году СССР провел испытания своей первой баллистической ракеты, «Р-7». Это произошло на год раньше аналогичных испытаний в США. Новое средство доставки ядерных боеголовок, способное преодолевать расстояние свыше 5500 к километров, могло достигать территории Соединённых Штатов. В 1959 году «Страна Советов» уже наладила серийное производство таких ракет.

Концепции меняются. Угроза остаётся

Для администрации Белого Дома становится ясным то, что Советский Союз сможет осуществить ядерный удар в ответ. Военные эксперты Запада вынуждены были признать, что теперь невозможно вести победоносную тотальную войну против СССР. От такого плана ядерной войны, пришлось отказаться и по другим причинам. Выделение колоссальной энергии, выбросы огромной массы пепла и сажи в атмосферу, вместе с радиоактивным заражением среды, не только оказалось бы весьма пагубным для всего живого на земле, но и возможно даже угрожало бы существованию человеческой цивилизации. В этот военный конфликт, были бы втянуты если не все, то большая часть государств.

Ввиду этого, Соединенные Штаты, доктрину «Всеобщей ядерной войны» заменили иной стратегической концепцией. Новая доктрина имела ограничения, как по масштабам действий, так и по видам используемых средств доставки ядерных зарядов. Авторы данной концепции, список целей ограничивали местами шахтных пусковых установок, и аэродромами, на которых находились стратегические бомбардировщики. Под удар ставились транспортные и военно-промышленные, а также другие объекты обеспечения жизнедеятельности и инфраструктура страны-противника. Остальные же гражданские объекты, включая населенные пункты, предполагалось держать в качестве «заложников» для обеспечения подписания мира на условиях выгодных атакующей стороне.

В 60-х годах Соединённые Штаты разработали некую систему «контроля эскалации». Она состояла в том, чтобы навязать противнику ведение боевых действий исключительно тактическими средствами. Но на деле всё обстояло гораздо сложнее. Вся проблема заключалась в существовании вероятности того, что одна из воюющих сторон, всё-таки пустит в ход стратегическое оружие. К тому же, никто и ничто не может гарантировать того, что к воюющим сторонам не присоединятся другие страны, обладающие ядерным потенциалом.

Всё стремительно менялось, так как Восточный соперник Штатов быстро реагировал на продвижение американских военных ядерных программ и технологий. «Страна Советов» не без военного шпионажа, создавала в противовес американским техническим ядерным достижениям, свои альтернативы. Ввиду этого, американцам нередко приходилось пересматривать свои решения и планы. В частности, это относится к выдвинутой в начале 60-х военным руководством США, доктрины контрсилового удара, согласно которой было предусмотрено поражение на территории СССР объектов исключительно военно-стратегического характера. Поскольку ракетный потенциал Советского Союза во второй половине 60-х годов значительно увеличился, то от ранее принятой доктрины Штаты вынуждены были отказаться.

Советское военное руководство придерживалось мнения, что оружие содержащее ядерный боезаряд, должно применяться наряду с обычным вооружением. К концу 60-х из-за быстрого роста ядерного потенциала обеих сторон, советская ядерная доктрина тоже стала изменяться. Вместо концепции так называемой «ограниченной ядерной войны», военными теоретиками СССР были предложены к рассмотрению новые возможные сценарии военных действий. Бывший министр обороны Д. Устинов, и другие высокопоставленные военные, считали вероятной как долгосрочную, так и ядерную войну более короткой продолжительности.

Гонка продолжается

В 60-е годы Соединённые Штаты начали работу по снабжению ракет разделяющимися головными частями. Данная технология, в отличие от моноблочных боеголовок, благодаря отдельным блокам с индивидуальным наведением, позволяла с помощью одной ракеты поражать несколько объектов. Уже к началу 70-х, Америка добилась оснащения такими блоками большей части своего ракетно-ядерного арсенала. Ещё одним направлением в военно-технической индустрии, было выбрано производство большого числа атомных подводных лодок.

В 70-е гг., Советский Союз тоже смог разработать аналогичные блоки, и установить их на свои ракеты, тем самым лишив США первенства по количеству боеголовок. Кроме того, СССР создал сеть станций радиолокации, которые системно должны были отслеживать и фиксировать факты запуска ракет Западными странами. В данной системе также было использовано и наблюдение с помощью спутников. В основе стратегической доктрины СССР лежало нанесение встречного ответного удара, что означало, массированный запуск ракет и задействование других носителей ядерных боеприпасов. Это должно было осуществляться сразу, как только получен и подтвержден сигнал о начале ракетно-ядерного нападения.

На словах — за мир. А на деле?

Советский Союз неоднократно заявлял, что не собирается первым применять ядерное оружие. В устной форме такое заявление впервые было сделано Генсекретарем Л. Брежневым, в 1977 году. Документально это обязательство советская сторона подкрепила в 1982 году. США же считали, что в праве задействовать ядерное оружие, даже если «Советами» будет проявлена агрессия любого характера. На словах Советский Союз выступал за мир и разоружение. По факту же, СССР непрерывно вёл процесс усовершенствования своего контрсилового потенциала. Например, очень быстро были созданы мобильные баллистические ракеты межконтинентальной дальности. Они транспортировались либо с помощью автотягачей, либо по железной дороге.

Согласно высказыванию бывшего члена Генштаба ВС СССР, генерал-полковника А. Данилевича, Советской Союз был готов ответить даже на использование противником одиночного ядерного боезаряда, пустив в ход весь ядерный потенциал.

Конец «холодной войны». Исчезла ли ядерная угроза?

Ближе к концу 80-х годов, в «холодной войне» наступило «потепление». Это «… дало основание надеяться, что гонка ядерных вооружений и конфронтация между Соединенными Штатами и Россией скоро завершатся», — говорилось в материале Фонда Карнеги. В 1991 году Советский Союз и Соединенные Штаты подписали Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений. Две ядерные сверхдержавы, впервые за всю историю, взяли на себя обязательство не только ограничить, но и сократить число развернутых стратегических ядерных боеголовок.

Несмотря на достигнутые успехи, по мнению бывшего Генерального секретаря ООН Кофи Аннана, «не время успокаиваться, когда речь идет об угрозе ядерной войны. В начале XXI века вероятность ядерного конфликта остается весьма реальной и вселяющей ужас». В начале 2000-х, пять ведущих ядерных держав — Соединённые Штаты, Великобритания, Франция, Россия и Китай, не отказываются от разработок новых видов ядерного оружия.

Сегодня, спустя более чем 70 лет после испытаний первой ядерной бомбы, мировые лидеры по-прежнему показывают свою неспособность решить проблемы угрожающие жизни на Земле. В одном из релизов отмечается, что человечество и дальше продолжает сталкиваться с таким двумя существующими опасностями, как ядерная угроза и изменение климата. Совсем недавно, в «периодике» появилось высказывание бывшего главы Пентагона о чрезвычайной близости ядерной катастрофы.

Издание «Bulletin of the Atomic Scientists» сообщает, что в 2007 году в мире насчитывалось около 27 000 ядерных боеголовок. Около 2 тысяч из них могли быть запущены в считанные минуты. Последствия от взрыва хотя бы небольшого процента этих смертоносных зарядов, были бы просто катастрофическими. Сегодня в мире насчитывается свыше 8 000 ядерных боезарядов, находящихся в состоянии боевой готовности. Общее количество ядерных боеприпасов по данным ICAN за 2018, составляет 17 300 единиц. По словам одного бывшего высокопоставленного военного, сегодня высока вероятность запуска ракет в результате ошибки, технического сбоя, или прихода к власти одержимых людей. Учёные-атомщики не без оснований отмечают, что со времён Хиросимы, «мир никогда ещё не стоял перед таким опасным выбором».

Возможна ли ядерная война?


Как только стараниями Запада резко обостряется международная обстановка, многих начинают задумываться о возможности реального ядерного конфликта. А деятели, вроде министра обороны Украины Валерия Гелетея, даже «дают ответы», уверяя, что Москва уже несколько раз угрожала Киеву применением тактического ядерного оружия. Сделал он это первого сентября, заставив усомниться в адекватности высокопоставленных чиновников «новой Украины».
«А что будет, если?» – вопрошают друг друга эксперты и «простые граждане». Отмахнуться – совершить ошибку. Еще большая ошибка – уверенность в неизбежности «ядерного апокалипсиса», и что его можно избежать, лишь доведя процесс сокращения ядерных вооружений до логической точки, до «глобального ядерного ноля».
Вопросы эти возникли в общественном и научном сознании практически одновременно с американскими атомными бомбардировками Хиросимы и Нагасаки. А первые попытки осмыслить военно-политическую роль ядерного фактора относятся к временам еще более ранним. Они начались накануне первого ядерного испытания США на полигоне в Аламогордо в июле 1945 года.
Даже после Второй мировой войны Запад не мог так вот, в одночасье, отказаться от взгляда, который был уместен во времена Клаузевица: «Война – это продолжение политики другими средствами».
После начисто сметенных войной Сталинграда и Севастополя, после «ковровых» бомбардировок англосаксами Гамбурга и Дрездена, и особенно, после Хиросимы и Нагасаки будущая война начинала видеться, скорее, как финальное и бесповоротное завершение какой-либо цивилизованной политики. И кое-кто на Западе начинал это понимать. Так, Джон Фуллер, автор работы «Вторая мировая война 1939-1945 гг. Стратегический и тактический обзор», изданной в 1948 году в Лондоне и в 1956 году (на русском языке) в Москве, эмоционально и нервно констатировал: «Чтобы довершить моральный развал, появилась атомная бомба, которая почти с магической внезапностью, в несколько секунд, сделала возможным все то, о чем проповедовали Дуэ и Митчелл (авторы тотальных «авиационных» доктрин. – С.Б.) в течение многих лет. Без атомной бомбы их теория была мечтой. С ней их теория стала самой мрачной действительностью, с которой когда-либо сталкивался человек».
Джон Фуллер цитировал и английского профессора Эрнеста Вудворда, который в своей книге «Некоторые политические аспекты атомной бомбы» в 1946 году замечал: «Война с применением атомных бомб, которые за 12 дней смогут разрушить 12 крупнейших городов североамериканского континента или 12 важнейших городов, оставшихся теперь в Европе, может оказаться для нас слишком большим испытанием. Человечество не исчезнет, но люди, не имея помощи и материальных средств для восстановления, вернутся назад, к чему-то вроде конца бронзового века».
Сказано было верно и, так сказать, «на вырост».
Отказаться от идеи войны как таковой Запад не мог, даже под угрозой возврата в бронзовый, а то и в каменный век. Но мысль о войне приводила теперь в состояние аффекта. Метание между тезисом Клаузевица и угрозой апокалипсиса и стало определять взгляды Запада на ядерный фактор.
А что было в эти годы в Советском Союзе? И.В. Сталин и куратор советского «Атомного проекта» Л.П. Берия четко осознавали сдерживающую роль ядерного оружия как гаранта мира.
В начале пятидесятых годов Берия, явно с ведома Сталина, отдал распоряжение о подготовке к открытой публикации сборника по истории овладения атомной энергией в СССР.
К сожалению, после смерти Сталина и Берии эта, крайне необходимая публикация, не состоялась. Последняя версия чернового варианта с пометками Л. Берии датирована 15 июня 1953 года. В ней, в частности, говорилось: «После того, как в 1945 году Соединенными Штатами Америки были изготовлены и испытаны первые экземпляры атомных бомб, агрессивные деятели США возмечтали о завоевании с помощью нового оружия господства над миром… Атомная истерия сопровождалась широкой пропагандой неизбежности атомной войны и непобедимости в этой войне США. Над народами мира нависла непосредственная угроза новой, невиданной по своим разрушительным последствиям атомной войны. Интересы сохранения мира вынудили Советский Союз создать атомное оружие».
Дальше — еще определеннее: «В Советском Союзе, задолго до войны, к атомной проблеме имелся глубокий интерес, как имеется интерес ко всему новому, передовому, ко всем достижениям науки и техники… Не будь угрозы атомного нападения и необходимости создать надежную защиту социалистического государства – все силы ученых и техников были бы направлены на использование атомной энергии для развития мирных отраслей народного хозяйства страны. В СССР атомная бомба создавалась как средство защиты, как гарантия дальнейшего мирного развития страны… Советскому Союзу необходимо было срочно создать свою атомную бомбу и отвести, тем самым, нависшую угрозу новой мировой войны».
На Западе военные теоретики, публицисты, политические и военные деятели запугивали грядущим апокалипсисом, а вот советское руководство смотрело на проблему с позиций исключения войны и обеспечения мира. Фактически это была первая формулировка концепции ядерного сдерживания.
В 1955 году выходец из бывшей Австро-Венгрии, генерал Штабной академии португальской армии Ф. Микше опубликовал одновременно в Лондоне и в Нью-Йорке книгу «Атомное оружие и армии». Вскоре она вышла также в Париже под названием «Тактика атомной войны». В предисловии к французскому изданию книга была рекомендована не только военным, но и государственным и политическим деятелям Запада. Так что, несмотря на малосерьезный, казалось бы, статус автора книги, внимание ей в НАТО и в США было уделено серьезное. В 1956 году книгу издали и в Советском Союзе, и перелистать ее небесполезно.
Генерал теоретизировал в рамках теории не мира, а войны, и ядерная война для него была чем-то вроде недавно закончившейся Второй мировой, но только с атомными бомбами в придачу.

Любопытно, что австро-португальский генштабист считал: если после атомного удара «в радиусе 4 миль выйдут из строя все коротковолновые радиостанции», то «самым надежным средством связи» могут оказаться посыльные…
В этой деловитости было нечто от паранойи, но вот ведь и американский теоретик ядерной войны Герман Кан назвал одну из своих давних книг «Мысли о немыслимом», а в шизофреники записан не был. Таков предмет рассуждений: принимая тезис о возможности и допустимости ядерной войны, даже вполне, вроде бы, разумные во всем остальном, серьезные люди начинают рассуждать, мягко говоря, неадекватно.
При этом генерал Микше весьма подробно и обстоятельно разыграл на полутора десятках страниц своей книги атомную войну в 1940 году, приняв допущение, что «обе воюющие стороны (немцы и противостоящие им англичане и французы. – С.Б.) имели бы армии с современной техникой и использовали атомное вооружение». Он живописал эти гипотетические события в виде дневника некоего военного корреспондента, начав со вторника, 10 мая 1940 года. Приведу несколько фрагментов: уж очень яркую картину рисовал натовский генерал.
«ЛЯ ФЕРТЕ (штаб союзников, вторник, 10 мая 1940 г.). После «странной войны», которая продолжалась с осени прошлого года, нынешний день так насыщен событиями, что трудно описать их связно… 1-я группа армий генерала Бийотта перешла бельгийскую границу… Бурными овациями население приветствовало длинные внушительные колонны… Население особо восхищено подразделениями современной атомной артиллерии».
РАЙОН ЛИЛЛЯ (первый эшелон штаба союзников, суббота, 14 мая 1940 г.). Атомные удары, произведенные вчера, значительно замедлили продвижение противника… Наша воздушная разведка определяет количество уничтоженных машин в несколько тысяч…
15 июня. Начиная с этого дня, Би-Би-Си лаконично повторяет: «На западном фронте без перемен». Борьба все больше переносится вглубь фронта. Немецкая авиация сбросила атомные бомбы на Лондон, Париж, Лимож и Сент-Этьенн. Берлин, Дюссельдорф, Кельн и другие города постигла та же судьба. Так идет война. А что же дальше?».
На свой же вопрос о дальнейшем развитии событий генерал не отвечает. Но действительно, что же дальше? В представлении Микше за месяц на небольшую, но густонаселенную часть Европы обрушилось до 80 атомных зарядов, европейские столицы превратились в ад, а Микше констатирует: «Картина, возможно, не совсем ясна, но…».
Читая все это в книге западного теоретика, а не в дневнике дежурного врача психиатрической лечебницы, отказываешься верить собственным глазам. Все это напоминает избитый и мрачноватый анекдот. На вопрос, что делать в случае объявления атомной тревоги, давался ответ: «Накрываться белой простыней и ползком пробираться к кладбищу». Понадобился Карибский кризис 1962 года, чтобы теоретики и практики ядерного планирования начали осознавать: реальная ядерная война недопустима, политикой нынешей эпохи может быть лишь ядерное сдерживание.
В свое время на Западе в ходу была теория взаимного гарантированного уничтожения — ВГУ, по факту, без публичной огласки, не отрицавшаяся и в СССР. На Западе было модно подсчитывать, сколько раз может уничтожить Советский Союз Америку, и сколько раз – Америка Советский Союз. Каждый раз получалось, что при суммарном мегатоннаже ядерных вооружений – десятки раз. Но это были досужие игры разума дилетантов. Да, те запасы ядерных вооружений США и СССР в десятки тысяч ядерных зарядов, которые стороны имели к восьмидесятым годам, были в немалой мере избыточными. Но были и некие обстоятельства, которые вынуждали наращивать ядерные вооружения.
Точнее, их вынужден был наращивать Советский Союз постольку, поскольку его вынуждала к этому ядерная политика США. Темп, масштаб и характер гонке вооружений задавала позиция Вашингтона.
Непреходящее стремление Америки обеспечить себе подавляющее военное превосходство над СССР постоянно приводило к тому, что США предпринимали все новые и новые попытки стать «мировым гегемоном». СССР вынужден был на них отвечать. И это обуславливало количественный рост носителей и боезарядов.
Соотношение ядерных арсеналов СССР и США в 1960 году составляло 1605 зарядов к 20434, то есть примерно 1:13. Даже к началу семидесятых годов СССР имел 10538 ядерных зарядов против 26910 зарядов США – в два с половиной раза меньше.
А в США тогда был в ходу так называемый «критерий Макнамары»: тезис о необходимости уничтожения до 60 процентов военно-экономического потенциала СССР для обеспечения победы в ядерной войне. Что можно было противопоставить этому, кроме равной силы?
Поэтому России и приходилось продвигаться к паритету: если в 1977 году соотношение арсеналов было 25099 к 23044 единицам в пользу США, то к 1979 году оно изменилось в пользу СССР: 27935 к 24107. Но вместо равноправного сокращения имеющихся вооружений Америка продолжала изыскивать новые научно-технические пути к системной ядерной монополии. Она занята этим, к слову, и по сей день.
Свою роль в гонке вооружений играло и стремление Вашингтона создать непробиваемую противоракетную оборону. Это тоже обуславливало необходимость совершенствовать советские ракетно-ядерные силы – для ее гарантированного преодоления. Проблема заключалась не в том, чтобы иметь возможность «уничтожить» Соединенные Штаты десять или сорок раз. А в том, чтобы суметь, в случае массированного удара США по СССР и его стратегическим силам, нанести по США ответный удар – один раз, но гарантированно. Для этого требуется количественный «запас прочности». В силу неопределенности результата считалось, что этот запас должен быть многократным – вот и наращивали численность вооружений, которые с какого-то момента действительно оказались избыточными. После осознания этого факта начался процесс ограничения и сокращения вооружений на базе концепции ядерного сдерживания, по сути – той же модифицированной концепции ВГУ.
Делая явный упор, прежде всего, на психологический смысл, словарь министерства обороны США определяет ядерное сдерживание так: «Недопущение принятия действий ввиду угрожающих последствий. Сдерживание — это состояние ума, вызванное существованием обоснованной угрозы неприемлемых контрдействий».
Понятно, что сдерживание склонности США к решению проблем силовыми методами возможно лишь в том случае, когда они ощущают реальную, обоснованную угрозу неприемлемых контрдействий по отношению к себе. Минимизация ядерных вооружений России на фоне создания и развертывания общенациональной ПРО США с возможностями перехвата сотен баллистических ракет России как раз и способна снять психологический барьер. Породить у Вашингтона ложное чувство неуязвимости.
Психологический аспект — как важнейшая составляющая часть ядерного фактора — заявил о себе еще при подготовке к первому испытанию ядерного оружия на территории США, в пустыне Аламогордо.
Тогда всерьез обсуждалась идея: не сбрасывать бомбу на Японию, а пригласить на американский полигон представителей Страны восходящего солнца, и за счет наглядного устрашающего эффекта добиться капитуляции.
Это было нечто совершенно новое в истории войн! Видано ли было ранее, чтобы одна воюющая сторона рассчитывала на победу, взорвав что-то в присутствии противника на собственной территории за тысячи километров от зоны военных действий?
Как бы то ни было этот треклятый вопрос будет мучить многих из нас: «Можно ли представить такую ситуацию, когда… И не лучше ли просто уничтожить все ядерные вооружения, исключив вероятность ядерной войны?».
В принципе, «глобальный ядерный ноль» не только допустим, но и необходим. Соответственно, разумной планетарной парадигмой в сфере вооружений является исключительно идея всеобщего и полного разоружения, впервые выдвинутая Россией еще в конце позапрошлого века, и затем несколько раз предлагавшаяся нашей страной (последний раз в 1971 году).
Пока же для России не может быть и речи о «глобальном ядерном ноле». Иначе наша страна рискует сама превратиться в этот самый ноль. До тех пор, пока Россия будет иметь такие ракетно-ядерные вооружения, которые обеспечивают глубокий ответный удар по агрессору даже после его первого удара, «ядерный апокалипсис» невозможен.
Но давайте попробуем представить себе другое развитие событий…
Россия соглашается на дальнейшие сокращения своих ракетно-ядерных вооружений, все более ограничивая число своих МБР – как шахтных, так и мобильных. Америка при этом тоже производит сокращения, сохраняя, однако, свои МБР, атомные лодки с БРПЛ на них, а также мощную противолодочную оборону — ПЛО — и флот ударных подлодок, способных в первом ударе уничтожить ракетные лодки России. Сохраняет Америка и массированные высокоточные крылатые ракеты морского базирования, способные нести ядерную боевую часть. Раз за разом США отказываются вносить эти КРМБ в общий зачет, а ведь эти и другие высокоточные средства эффективны против мобильных МБР России.
Все это – на фоне развития инфраструктуры национальной ПРО на территории США. Чтобы совсем просто: Америка должна быть уверена, что, после того, как будет «нажата кнопка» и ракеты полетят в сторону России, ни одна наша ракета на территорию США не упадет. Или упадут несколько штук. Система ПРО, по замыслу Вашингтона, должна гарантировать ему безопасность. Возможность уйти от ответа.
Сценарий таков: стратегические ударные средства США наносят удар по стратегическим средствам ответного удара России. Система ПРО нейтрализует предельно ослабленный ответный удар России и обеспечивает тем самым желанную безнаказанность. Все это Америка может иметь примерно к 2020 году или чуть позже.
И вот тогда…
Тогда все может и начаться.
Например, так.
1. Средства ПЛО США и их ударные субмарины обнаруживают и уничтожают ракетные подлодки ВМС России, находящиеся на боевом дежурстве.
2. МБР США, их ракетные лодки с БРПЛ и ударные лодки с КРМБ совместно наносят обезоруживающий первый удар по наземным средствам ответного удара России, то есть, по шахтным и мобильным МБР. Возможно подключение к этому удару и атомных ракетных подлодок Великобритании.
3. Мобильные МБР РФ уязвимы, по сути, даже для диверсионных групп США, поэтому не исключен удар по ним и заранее засланными на территорию России «специалистами», или удар по мобильным российским МБР неядерными высокоточными средствами.
4. Затем, даже в случае предельно ослабленного ответного удара России по ядерному агрессору, немногочисленные боевые блоки ответного удара России перехватываются эшелонированной ПРО территории США.
Ранее «ядерный апокалипсис» все представляли как обмен массированными ядерными ударами по городам и объектам военно-экономического потенциала. Сегодня есть основания предполагать, что концепция США изменилась.
В условиях, когда Америке пришлось бы в первом ударе уничтожать тысячи советских МБР и десятки советских ракетных лодок со многими сотнями БРПЛ, планирование обезоруживающего первого удара США по стратегическим средствам СССР было делом, заранее обреченным на провал. Неизбежно массированный ответный удар выжившей части советских Стратегических ядерных сил по городам и объектам ВЭП США однозначно ставил бы крест не только на мощи Америки, но и на ней самой. И это гарантированно сдерживало Вашингтон.
В условиях, когда российские СЯС минимизированы, и немалая их часть представляет собой довольно уязвимые мобильные цели, при наличии массированной эшелонированной ПРО на территории США, обезоруживающий первый удар США по стратегическим средствам РФ становится делом возможным — с высокими шансами на успех.
Нет необходимости уничтожать ВЭП РФ: зачем уничтожать то, что можно использовать – достаточно выбить стратегические средства России.
После этого с Россией можно будет поступать так, как того пожелают Соединенные Штаты. И вот такой вариант «ядерного апокалипсиса» для России в перспективе не исключен.
А значит, мы еще долго будем продолжать задавать все тот же вопрос: «А что, если…».

В МИД России заявили о возможности начала ядерной войны

Мировая ситуация в сфере стратегической стабильности продолжает ухудшаться, и на сегодняшний день есть риск начала ядерной войны, заявил замглавы МИД РФ Сергей Рябков. Он уточнил, что такая угроза существует даже при отсутствии у сторон намерения развязывать ядерный конфликт. Замминистра иностранных дел отметил, что особенно негативная динамика в этой сфере проявляется в последний год.

По его словам, действия западных коллег России становятся более эмоциональными, а временами даже весьма агрессивными.

Как утверждает Рябков, Запад блокирует работу диалоговых каналов и продолжает расшатывать архитектуру контроля над вооружениями. Тем не менее, Россия готова возобновить полноценные переговоры с США по стратегической стабильности.

Реклама

«Наша позиция хорошо известна. Мы выступаем за возобновление полноценных переговоров об обеспечении стратегической стабильности и международной безопасности и рассчитываем на ответную готовность наших заокеанских коллег к серьезному заинтересованному диалогу», — сказал Рябков, выступая на презентации доклада Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ) «Новое понимание и пути укрепления многосторонней стратегической стабильности» в Москве.

Авторы этого доклада изложили в своей работе результаты размышлений на тему того, как изменение расстановки сил в мире, развитие технологий и вооружений повлияло на традиционные концепции стратегической стабильности и ядерного сдерживания. К тому же они высказали идеи о том, каким образом прежние подходы, основанные на двусторонних российско-американских соглашениях, способны предотвратить ядерную катастрофу.

Как отметил Рябков, этот доклад стал результатом глубоких и длительных поисков и серьезных интеллектуальных усилий группы ведущих отечественных специалистов-разоруженцев и международников. «Предпринята всесторонняя обоснованная и глубоко продуманная попытка осмыслить происходящие в мире изменения и искать ответы на важнейшие вопросы относительно перспектив поддержания стратегической стабильности и глобальной безопасности», — подчеркнул замминистра.

В последнее время в связи с обострением международной ситуации политики и эксперты все чаще рассуждают об угрозе ядерной войны. Бывший заместитель министра обороны США Роберт Уорк, слова которого приводит издание Breaking Defense, ранее заявил, что

угрозой начала ядерного конфликта может являться искусственный интеллект при использовании его военными в принятии решения о нанесении удара.

Он убежден, что подобные системы не должны участвовать в контроле такого опасного типа вооружения, поскольку существует несколько параметров и показателей, по которым они запускаются.

В качестве примера Зорк привел российскую систему «Периметр», которая может принять за ядерные взрывы сейсмическую активность. Тогда она направит запрос в штаб войск, и, если вдруг ответа оттуда не поступит, система может отдать команду на запуск межконтинентальных баллистических ракет самостоятельно.

По мнению ученых Ратгерского университета, Национального центра атмосферных исследований и Колорадского университета в Боулдере, такое развитие событий, то есть полномасштабная ядерная война между США и Россией, может привести к наступлению темной и холодной зимы, которая продлится около десяти лет.

Исследователи применили для моделирования данной ситуации новую схему с более высокой разрешающей способностью и более высокой границей применимости — 140 км над поверхностью. Она на 60 км выше, чем в ранее представленной модели NASA, пишет Daily Mail.

В научной работе сказано, что пожары, спровоцированные масштабным применением ядерного оружия, выбросят в атмосферу 147 млн т сажи.

За нескольких недель стратосферные ветра распространят ее по всему земному шару, и тогда она заслонит солнечный свет. Эксперты считают, что на рассеивание завесы уйдет около семи лет, а на возвращение показателей освещенности к нормальному уровню — еще три года.

В октябре прошлого года президент России Владимир Путин заявил, что ядерная война может погубить все человечество. «Существует тенденция понижения порога применения . Есть идея создать ядерные заряды малой мощности. И это уже не глобальное, а тактическое применение. И у экспертов уже есть идеи, что ничего, их можно применить. Но снижение порога может привести к глобальной ядерной катастрофе», — отметил глава государства.

Вместе с тем он раскритиковал идею о том, чтобы применять баллистические ракеты в неядерном исполнении.

«Из Мирового океана стрельнула подводная лодка баллистической ракетой, да хрен его знает, ядерная она или нет. Это очень опасная вещь. И все это муссируется, обсуждается. Но я исхожу из того, что у человечества хватит здравого смысла и чувства самосохранения, чтобы не доводить до крайности», — подчеркнул Путин.

Возможна ли ядерная война в современном мире?

Размышления физика о том, насколько вероятна ядерная война и каковы факторы ее сдерживания.

Photo copyright: .com. CC0

Напомню кратко историю развития ядерной физики и тот факт, каким образом физики пришли к идее создания атомной бомбы, в результате взрыва которой выделяется огромная энергия. Датой рождения ядерной физики является 1911 г., когда выдающийся английский физик Резерфорд с помощью точных измерений установил, что в центре атома находится крошечное ядро. С тех пор начались интенсивные исследования свойств атомных ядер – структура, размеры, пространственное распределение заряда, электрические и магнитные свойства и т.д. Появилась новая наука – ядерная физика.

В 1932 г. английский физик Чэдвик открыл нейтрон и была создана протон-нейтронная модель ядра. Согласно этой модели, все ядра состоят из определённого числа протонов и нейтронов. Например, ядро урана состоит из 92 протонов и 146 нейтронов. Зная массу протона и нейтрона, можно легко вычислить массу самого ядра, а следовательно и его энергию на основе Е=Мс Каким же образом можно извлечь внутриядерную энергию? В конце тридцатых годов 20 века физики открыли новое явление – деление урана на два осколка путём их бомбардировки медленными нейтронами. Замечательная особенность этой реакции состоит в том, что масса осколков урана, образующихся после его деления, немного меньше массы самого урана. Эта разница называется дефектом массы. Дефект массы, умноженный на квадрат скорости света, и есть та энергия, которая выделяется в результате деления. Другой особенностью реакции является образование 2-3 дополнительных нейтронов после деления. Эти нейтроны делят другие ядра урана и т.о. реакция деления становится цепной, т.е. делению одновременно подвергается огромное число ядер. Энерговыделение при такой реакции будет огромным.

Впервые возможность получения энергии путём деления теоретически предсказала Лиза Мейтнер ещё в 1934 г. Экспериментально же этот процесс был осуществлен в 1939 г двумя немецкими химиками О. Ганом и Ф. Штрассманом. Французский физик Жолио Кюри и итальянский физик Энрико Ферми пришли к идее цепной реакции, при которой делится огромное число ядер урана. При этом в процессе взрыва выделяется мощная энергия и т.о. уран является колоссальным и новым источником энергии.

В 1939 г. началась Вторая мировая война, и овладение немцами ядерного оружия могло угрожать миру. Но Гитлер, как известно, рассчитывал на молниеносную войну (план «Барбаросса») и не сумел оценить значения этого нового оружия. Так как ряд учёных-физиков с мировым именем (например, Гайзенберг) продолжали работать в Германии, то была опасность, что они могут разработать ядерную бомбу. А. Эйнштейн обратился с письмом к президенту США Ф. Рузвельту о попытках немецких учёных выделить из естественного урана уран-235 и с просьбой начать подобные исследования в США.

Дело в том, что естественный уран на 99.3% состоит из тяжёлого неделящегося изотопа урана-238 и только 0.7% из лёгкого урана-235, который и используется для создания атомного оружия (интересно, что природа не создала уран с большим содержанием урана-235, чтобы избежать возможности самопроизвольных взрывов, т.е. она как бы защитила нас и спрятала от нас секрет использования урана для неконтролируемых взрывов). Нужно было придумать способ очистки природного урана с тем, чтобы урана-235 в нём было порядка 10%. Технология отделения лёгкого урана-235 от более тяжёлого урана-238 – не простой процесс и именно этот процесс является секретом овладения ядерным оружием. Страна, которая этому научилась, может легко создать атомную бомбу.

В 1942 г. в Лос-Аламосе, штат Нью-Мексико, США был создан ядерный центр. Было принято решение построить огромный завод по очистке природного урана путём газовой диффузии. Руководителем Манхэттенского проекта, который возглавил генерал Гровс, был назначен Роберт Оппенгеймер. Над проектом работали выдающиеся учёные США, Англии и Западной Европы, включая 12 лауреатов Нобелевской премии. 16 июля 1945 г. был осуществлён взрыв первой атомной бомбы в мире. Взрыв напоминал форму огромного гриба высотой около 10 км, который сопровождался весьма высокой температурой и сильной радиацией. Были собраны две бомбы весом 2722 кг (уран-235, «Малыш») и 3175 кг (плутоний-239, «Толстяк»). Чтобы донести бомбу до цели, необходимо было сконструировать средства доставки, т.е. создать мощные тяжёлые бомбардировщики.

В августе 1945 г. эти две бомбы были сброшены на японские города Хиросиму и Нагасаки с целью принудить Японию к окончанию войны. Сталина вначале не впечатлил взрыв атомной бомбы, но он был сильно озабочен последствиями бомбардировок двух японских городов и тем, что произошло после взрыва. Он понимал, что СССР находится под прицелом США и 20 августа 1945 г. под руководством Л.П. Берии срочно был образован комитет с целью создания советской атомной бомбы. В начале 1945 г. были захвачены немецкие документы, в которых говорилось о существовании высококачественных запасов урана в Болгарии, который и был использован при запуске первого атомного реактора в СССР.

В комитет вошли выдающиеся учёные Харитон, Зельдович, Капица, Иоффе, Арцимович и многие другие. Руководителем проекта стал И.В.Курчатов. Над разработкой ядерного оружия работали также сотни немецких учёных. Напомню, что первый атомный реактор в США был построен ещё в 1942 г. в Чикагском университете знаменитым итальянским физиком Энрико Ферми, эмигрировавшем из Европы в США. В реакторе выделялось огромное количество внутриядерной энергии, которое можно было использовать как новый источник энергии. Сегодня такие реакторы имеются во многих странах мира и используются для производства нового вида энергии. После запуска первого в мире реактора сомнений в создании атомной бомбы уже не было. При этом университете был создан Институт Ядерной физики им. Э. Ферми (который я посетил, когда работал в Чикаго). На территории университета имеется памятник Э. Ферми и воздвигнут постамент за его выдающийся вклад в получении ядерной энергии с помощью реактора. Среди учёных Манхэттенской группы работал также немецкий учёный Клаус Фукс, который несколько раз передавал в СССР сведения по созданию и конструкции атомной бомбы. Интересно, что через 12 дней после окончания сборки первой атомной бомбы в США описание его устройства было получено в Москве.

Первый атомный реактор в СССР был запущен 25 декабря 1946 г. и в 1949 г. после успешного взрыва атомной бомбы СССР стал ядерной державой. К началу 1950 г. США обладали уже более 300 атомными бомбами и 840 бомбардировщиками. С 1945 г. США произвели 66.5 тысяч атомных бомб и ядерных боеголовок. В общей сложности, было создано более 100 различных типов боезарядов, а 1 ноября 1952 г. в США была взорвана первая в мире термоядерная бомба (Э. Теллер). В такой бомбе происходит синтез лёгких элементов (например, дейтерия и трития) и энерговыделение почти в 10 раз выше, чем в реакции деления.

Подобная бомба была взорвана и в СССР (А. Сахаров, В.Гинзбург) в ноябре 1955 г. Математическое описание работ по созданию водородной бомбы разработал М.В. Келдыш. К 2017 г. было взорвано более 2000 ядерных бомб. Большая часть ядерных боеголовок были в 10-50 раз мощнее бомб, которые ранее были сброшены на Японию. Сегодня уже девять стран обладают секретом атомного оружия, в том числе США (1945), СССР/Россия (1949), Великобритания (1952), Франция (1960), Китай (1964), Израиль (конец 60-х – начало 70-х), Индия (1974), Пакистан (1998) и Северная Корея (2006). Огромные запасы атомного оружия имела и Украина, но после распада СССР США и Россия настояли, чтобы её запасы были ликвидированы или перенесены в Россию и ей была дана гарантия, что ни одна страна в мире не будет нарушать её границы. Что произошло на самом деле в 2014 г. хорошо известно. По меньшей мере, ещё две страны мира – Япония и Германия – могли бы легко создать такие бомбы, но их конституция не позволяет им сделать этого.

Вернёмся, однако, к вопросу – возможна ли ядерная война в современном мире? Наличие атомных бомб является гарантией, что такая война, скорее всего, невозможна ввиду её огромной разрушительной силы. Безопасность США и их союзников базируется на принципе ядерного сдерживания. Ядерным арсеналом и средствами доставки располагают Армия, Военно-морские и Военно-воздушные силы. К 1960 г. мощность ядерных боеголовок возросла до 20 тысяч мегатонн, что эквивалентно 1.36 млн бомб, сброшенных на Хиросиму. В 1967 г. насчитывалось уже 32 тысячи ядерных боеголовок, а в 1989 г. США имели 22,217 боезарядов. Ядерная бомба В53 в 600 раз мощнее первой атомной бомбы. Создана новая модификация В61. В 2016 г. было 1367 ядерных боезарядов и 681 носителей.

Для оценки безопасного хранения и боеготовности ядерного арсенала в США создан самый большой в мире суперкомпьютер. Его основная цель – контроль за американской военной ядерной программой, хотя он может быть использован и для других целей – поиск новых лекарств от рака, изучать сложные повреждения мозга, предсказывать землетрясения и изменения климата и т.д. Мощность компьютера такова, что он может за секунду выполнить то, что раньше заняло бы 10 лет, т.к. он способен выполнять миллион миллиардов операций в секунду. Сегодня разрабатываются и более мощные суперкомпьютеры со скоростью миллиард миллиардов операций в секунду. Известно, что ядерное оружие стареет и необходима проверка его боеготовности, что является одной из важных задач контроля. Подобные компьютеры имеются и в Китае, но они уступают по мощности американскому. К сожалению, нет никакой информации о создании таких суперкомпьютеров в России, скорее всего, их там нет.

Крупнейшим ядерным арсеналом обладает и Россия. Ядерная доктрина России такова, что она применит ядерное оружие только в ответ на применение против неё атомного или другого оружия, когда под угрозу будет поставлено существование самого государства. Ракетные и морские стратегические силы России оснащены 1513 боеголовками, крылатых ракет было тогда 492. Согласно Википедии на 1 сентября 2018 г. Россия имела уже 1420 ядерных зарядов, т.е. немного больше чем США в 2016 г., и 517 носителей. Президент Трамп недавно заявил, что США богатая страна («у нас много денег», сказал он), и мы можем произвести столько бомб, сколько будет необходимо для нашей и наших друзей безопасности.

Однако, что произойдёт, если разразится ядерная война? Если Америка и Россия взорвут, скажем, 4400 зарядов мощностью в 1 мегатонн, это приведёт к выбросу 150 мегатонн сажи, температура повсеместно снизится на 8ᵒС, сельское хозяйство пострадает настолько, что наступит голод, в городах и лесах возникнут пожары и огненные смерчи, нарушится климат и опасная радиация, т.е. произойдёт смертный приговор для большей части человечества, хотя мы помним, что жизнь полностью не исчезает на Земле. В нашей истории она возрождалась и исчезала шесть раз. Наступит «ядерная зима», т.е. глубокий мрак и холод, т.к. солнечные лучи будут существенно блокированы. Пострадает озоновый слой Земли и увеличится ультрафиолетовое облучение Земли, и часть её станет стерильной.

Довольно часто в Интернете со стороны России высказываются угрозы, что они могут сбросить крупные мегатонные бомбы на Йеллоустонский парк в Америке. Они уверяют, что 40-50 боеголовок с мощностью более 100 мегатонн могут разбудить вулкан и уничтожить Америку (интересно спросить, а кто им это позволит осуществить!). Авторы таких угроз не понимают, что пострадает не только Америка, но и погибнут в первую очередь носители этих коварных идей и пострадает весь мир в целом. США потому и великая ядерная держава, что она обладает достаточными средствами, чтобы не допустить такого развития событий. Она легко уничтожит тех, кто, в общем, не имеет серьёзной базы для осуществления их утопических замыслов.

И все-таки возможна ли такая война в принципе? Она невозможна по ряду причин. Фактически США является настолько сильной страной, что те страны, которые захотят воевать с нею, хорошо понимают последствия такой войны. Вряд ли они могут решиться на это, понимая какой будет сила возмездия. В этом смысле Америка является гарантом мира на Земле, без Америки и её мощи в мире наступил бы полный хаос. Именно благодаря Америке в мире сегодня нет (и я думаю, не будет в ближайшем будущем) глобальных войн. Она не только является сверхдержавой, она имеет дружеские отношения со многими странами и уважаема почти во всем мире. Вторая причина, почему такая война невозможна – сравнение качества и боеспособности ядерных арсеналов России и Америки.

Ядерный арсенал США контролируется суперкомпьютером (которого нет у России) и боеспособность арсенала находится под чётким контролем. Иначе говоря, обе страны имеют разный уровень технологии и контроля ядерного оружия. Россия, как известно, стала правопреемницей СССР, когда разрабатывался основной ядерный потенциал страны. С тех пор прошло много времени и нам неизвестно состояние ядерных боезарядов России сегодня, хотя очень много произносится слов о том, какие они сильные и опасные и как они могут всех уничтожить. Они не имеют той же системы контроля, который имеют США и Китай. Хотя довольно часто мы слышим риторические заявления типа «мы их уничтожим», но это тот случай, когда такие высказывания лишены основания и, в общем, не имеют смысла. Россия, как отметил президент Франции Макрон, «не понимает, с кем она имеет дело». Канцлер Германии Меркель сказала, что «российская власть живёт не в реальном мире».

И наконец, сравнение экономик двух стран, разумеется, не в пользу России, чья экономика примерно равна экономике одного штата Америки. Её расходы на военные цели почти в 10 раз уступают расходам США. Та конфронтация, которая сегодня существует в мире, не угрожает миру, т.к. у России нет серьёзной экономической базы; её политика повсеместно осуждается в мире и многие её заявления не имеют реальной угрозы ни для США, ни для мира в целом. Она в основном «сильна» против слабых, которые не могут ей ответить. Разрыв в уровне технологии России и США будет увеличиваться со временем, и это не позволит России вступать ни в какие войны – ядерные или неядерные. Ещё одна причина, как избежать войны – это применять санкции против страны-изгоя и фактически принудить её к миру, что сегодня успешно осуществляют США и Европа.

Странную мысль недавно высказал член Госдумы В. Никонов: «Конфронтация с США опасна», что правда, «а дружба с ней смертельна». Интересно спросить, почему?

В заключение отмечу – ядерная война в современном мире невозможна не только потому, что она имеет катастрофические последствия для всего человечества, но и благодаря мощи Соединённых Штатов и Европы, которые вне сомнений никогда её не допустят.

Илья Гулькаров, физик