Воинские звания в римской армии

Легионеры и офицеры армии ранней Римской империи (Dobson B.)

Жизнь легионера

Легионер должен был быть римским гражданином, хотя на востоке гражданство могло быть присвоено по зачислении в армию. При возможности неплохо было бы принести с собой рекомендательное письмо. Если человека принимали в легион, ему выплачивали небольшую сумму на покрытие путевых расходов. Прибыв в крепость, легионер принимал воинскую присягу. Затем его записывали в центурию. Присяга приносилась заново каждый новый год.

Новобранцу требовалось пройти длительное обучение и набраться опыта, прежде чем встать вровень с ветеранами. Его учили ходить в строю: во время службы солдатам полагалось трижды в месяц проходить по тридцать километров. Его учили разбивать лагерь и дважды в день заставляли заниматься строевой подготовкой (обученный легионер занимался строевой подготовкой один раз в день). Всех новобранцев учили метать камни из пращи, плавать и ездить верхом. Их учили запрыгивать на коня, а также садиться в седло и спешиваться в полном вооружении и со щитом, справа и слева. Без стремян это не так-то просто!

Для обучения обращению с оружием использовался столб высотой в человеческий рост. Новобранец, вооружившись щитом, сплетенным из прутьев, и деревянным мечом, причем и то и другое — вдвое тяжелее обычного щита и меча, — нападал на столб, приучаясь колоть, а не рубить с размаху. Когда основы были заложены, переходили к тренировочным боям, в которых использовались мечи и дротики с защищенным острием, чтобы избежать серьезных травм.

Цезарь повысил солдатам жалованье. В следующий раз солдатское жалованье было повышено только при Домициане, 150 лет спустя, а потом миновало еще сто лет, прежде чем жалованье повысили снова. Легионер получал примерно втрое больше пехотинца из вспомогательных войск, хотя всадникам из вспомогательных войск платили почти столько же, сколько легионерам. Крупные премии выплачивались после победы, а также при восшествии на престол нового императора. Историки часто осуждают эти подачки, но, поскольку возможность обогатиться за счет военной добычи со временем уменьшилась, подобные нерегулярные прибавки к жалованью были необходимы, чтобы сделать службу в армии более привлекательной. Солдаты могли делать сбережения — и не пренебрегали этой возможностью, несмотря на то что им приходилось оплачивать из своего кармана питание, одежду, постельные принадлежности, обувь и снаряжение, не говоря уже о «праздничных пирушках» и погребальном фонде. Отчисления на питание и одежду были стандартными; расходы на оружие и доспехи, после первоначального вклада, скорее всего были невелики, хотя солдаты любили украшать доспехи золотом и серебром. Сбережения хранились у знаменосцев, которые, помимо своих прочих обязанностей, распоряжались расходами на питание и одежду. Сбережения отчасти были обязательными: удерживалась плата за питание и т.п. Кроме того, половина премиальных сумм откладывалась ко времени выхода в отставку. Официально солдаты не имели права жениться, так что вступление в армию было своеобразной формой развода. На самом же деле солдаты нередко заключали браки, которые юридически считались недействительными, но тем не менее принимались всерьез обеими заинтересованными сторонами. Солдат мог оставить свое имущество «жене» по завещанию. Завещание могло было быть сделано устно — это был аналог простейшего солдатского завещания, входящего в корпус солдатских документов в современных армиях. Другую проблему представлял статус детей от подобных браков. Если легионер женился на женщине, не имеющей римского гражданства, их дети не являлись римскими гражданами. Однако легионы охотно принимали таких «незаконных» сыновей легионеров, и они становились римскими гражданами по вступлении в армию.

Рис. 1
Обучение новобранцев на виа квинтана. Помимо строевой подготовки, новобранцев учили садиться на лошадь в полном вооружении — что до изобретения стремян было совсем непросто, как и показано на иллюстрации

Служба длилась лет 25—26, поскольку увольнение проводилось раз в два года. По увольнении легионер получал пособие. Поначалу это были деньги либо земельный надел. Первоначально существовало различие между срочной службой, длившейся 16 лет, и службой в ветеранском резерве, куда вступали солдаты, решившие остаться в легионе еще на четыре года. Они пользовались некоторыми привилегиями, и обязанностей у них было меньше, чем у прочих. Но когда специальный фонд, из которого выплачивались выходные пособия, оказался перегружен, срок службы был продлен до 20 лет, плюс пять ветеранских, и даже после этого увольнение обычно задерживалось. Это привело к мятежам после смерти Августа. Сделанные уступки вскоре были отменены, и срок службы был продлен до 25—26 лет. Идея о том, что в последние пять лет службы солдаты являются ветеранами, обладающими определенными привилегиями, к тому времени была похоронена.

Пожалование земельных наделов отмерло во II в. н.э. Пытались организовывать солдатские поселения в колониях, но эти поселения были непопулярны: солдаты по окончании срока службы предпочитали возвращаться на родину, а там свободных земель не было. Однако в Британии две старые крепости, современные Глостер и Линкольн, в I в. н.э. сделались военными поселениями.

У каждого легиона было три основных типа штандартов. Орел (aquila), введенный Марием, был штандартом всего легиона. Во времена Цезаря орел делался из золота и серебра, но в период империи орлы были чисто золотыми. Орел не покидал лагеря, за исключением тех случаев, когда с места снимался весь легион. За сохранность орла отвечала первая когорта. Главным ответственным был старший центурион (примипил).

У каждой центурии, как и во времена республики, был свой штандарт (signum). Кроме того, легион носил портрет императора (imago) и иногда еще символ легиона, обычно знак зодиака. Кроме того, существовали еще особые знамена, называемые vexillum. Одно знамя принадлежало легиону, и на нем было написано название легиона, другие носили части, служащие отдельно от легиона, которые поэтому назывались вексилларии. Древка, на которых крепились штандарты, имели заостренный конец, чтобы их можно было втыкать в землю, и рукоятки, за которые их поднимали. В крепости знамена хранились в особом святилище на центральной площади.

Религия играла большую роль в жизни легионера. Как римский гражданин, легионер был обязан чтить богов Рима, в особенности богов Капитолия: Юпитера, Юнону и Минерву. Почитание богов поддерживалось тем, что солдаты жили по официальному религиозному календарю и справляли все традиционные римские празднества. Другим важным элементом официальной религии было почитание знамен. Подобно тому, как в современной армии знамя окружается почетом, выносится перед строем и хранится в часовне, так и в римской армии штандарт был предметом поклонения. Его потеря могла привести к расформированию соединения. И наконец, существовало поклонение императору и почитание обожествленных императоров. Дни рождения императоров, дни восшествия на престол и дни побед вскоре сделались столь многочисленны, что часть из них пришлось потихоньку отменить. Эти бесконечные празднества должны были внушить солдату мысль, что боги благоволят к Риму, что знамя священно, что Рим — это его город и что императоры — сверхчеловеки.

Рис. 3
1 — часть штандарта, найденная в Бонне. Музей земли Рейн, Бонн.
2 — Signum, реконструкция (2 и 4 основаны на изображениях с колонны Траяна).
3 — орел, реконструкция. Основана на изображении с надгробия Гнея Музия.
4 — Vexillum, реконструкция.
5 — Vexillum с изображением Победы, найденный в Египте. Эрмитаж, Ленинград.
6 — знак легиона. Козерог. Найден в Висбадене. Висбаден.
7 — парфянин, возвращающий орла, потерянного Крассом в 53 г. до н.э. С панциря в Прима Порта Августус, Ватикан.
8 — орлоносец, вексилларии и знаменосец с колонны Траяна

Но официальная религия, ассоциирующаяся со святилищем при штабе и учебным плацем, не могла полностью удовлетворить духовных потребностей солдат. Солдаты поклонялись своим богам — быть может, излюбленным классическим божествам (римские боги очень рано отождествились с греческими, которые были очерчены куда отчетливее). Чтили и местных божеств — на своей земле эти боги явно были силой, с которой стоило считаться. Часто солдаты мысленно идентифицировали их со знакомыми богами, обладавшими похожими свойствами.

Некоторые местные культы приобрели общеимперское значение. Солдаты почитали Юпитера Долихена, изначально сирийское божество, и бога Митру, тоже пришедшего с востока, но измененного в угоду вкусам римских воинов. Христианство, напротив, распространялось среди солдат сравнительно медленно. Ранние христиане были склонны к пацифизму, и, кроме того, этому препятствовал официальный военный календарь, предполагающий поклонение множеству языческих богов.

И, наконец, все это сопровождалось множеством суеверий, страхом перед сглазом, чародейством и невезением. Эти суеверия, лежащие в основе всех религиозных верований, проявлялись в том, что солдаты носили при себе фаллический символ, знак плодородия, который должен был оберегать от сглаза.

Много ли было у легионеров свободного времени, неизвестно. Как и в большинстве армий, в римской очень заботились о том, чтобы солдаты не сидели без дела — и, как это происходит в большинстве армий, в мирное время люди несколько распускались. Однако, по всей видимости, свободное время у солдат все же было. В конце концов, надо же им было когда-то навещать жен и семьи, живущие за пределами крепости, и делать будущих легионеров. Видимо, было у них время и на то, чтобы развлекаться в гражданском поселении, разраставшемся у стен каждой крепости и превращавшемся фактически в гарнизонный городок. Выходных у солдат не было, но скорее всего по большим праздникам солдат отпускали в увольнение. Кроме того, временами солдатам предоставлялись отпуска — иногда, видимо, за взятку. Археологи нашли отпускное свидетельство с непроставленным именем (на глиняном черепке).

Вероятно, чаще всего солдаты проводили свободное время в банях. С середины I в. н.э. в военных крепостях стали устраиваться бани. Существовали бани и в крепостях вспомогательных войск. В банях были парильни и помещения с сухим жаром. Парильни, которые называют еще турецкими банями, турки позаимствовали от римлян через Константинополь. В банях были также гимнастические залы. Позднее появились комнаты, где отдыхали младшие офицеры. За стенами крепостей возводились амфитеатры, но неясно, для чего они использовались: для парадов или для гладиаторских боев.

Офицеры

Срок службы легионера был 25 лет. За это время он мог дослужиться до центуриона. Центурионы были единственными офицерами, которые постоянно командовали легионерами под началом командира легиона. Более высокие чины служили при штабе. Поскольку центурионы выслуживались из простых солдат, их часто представляют себе чем-то вроде сержантов. Но на самом деле их обязанности примерно соответствовали обязанностям современного капитана.

В период республики центурионов поначалу, видимо, назначали трибуны, однако каждое назначение утверждалось командующим армией. Центурионы были костяком армии. Это были единственные офицеры, чей срок службы не был ограничен, и они зачастую служили дольше положенных 25 лет. Должность центуриона привлекала не только легионеров. Солдаты преторианской гвардии, отслужив свои 16 лет, могли получить должность центуриона в легионе. Кроме того, немало молодых людей из сословия всадников желали получить эту должность. В эпоху империи должности центурионов раздавали наместники провинций, хотя, несомненно, командиры легионов и трибуны могли выдвигать своих людей. Кроме того, друзья людей, ищущих назначения на эту должность, могли написать рекомендательное письмо императору, который способен был вмешаться и посодействовать им лично.

Рис. 4
1 — надгробие центуриона Т. Калидия Севера из XV Аполлонова легиона, найдено в Карнунте. На надгробии изображен чешуйчатый панцирь центуриона, поножи, шлем с поперечным гребнем и жезл из виноградной лозы. Музей истории искусств, Вена.
2 — золотое кольцо помощника центуриона, найденное в Бонне. Музей земли Рейн, Бонн.
3 — значок бенефициария, железо и бронза, найден в Страсбурге. Висбаден.
4 — рог из Помпеи. Музей Неаполя.
5 — продвижение центуриона по служебной лестнице. Центурионы когорт со второй по десятую, видимо, различались по рангу, но вряд ли их переводили из когорты в когорту. Центуриону 2-го гастата первой когорты оставалось четыре ступеньки до должности примипила/

В каждом легионе было 59 центурий. Центурии по-прежнему именовались по старым манипулам, хотя названию «триарий» теперь предпочитали «пил» (pilus). Так, в когортах со II по X были гастат 2-й, гастат 1-й, принцип 2-й, принцип 1-й, пил 2-й и пил 1-й. Перед названием центурии ставился номер когорты, например: «decimus hastatus posterior» (2-й гастат десятой когорты), сохраняя в традиционном названии давно оставшееся в прошлом разделение легиона на манипулы. Риму вообще очень свойственна подобная приверженность традициям. Когортой, видимо, командовал старший из центурионов, хотя это остается неясным. Центурион мог провести весь срок службы в одном легионе, а мог и перейти из одного легиона в другой, например при переводе на новое место целого подразделения. Такой перевод осуществляли, чтобы восполнить потери, как, например, после восстания Боадицеи в 61 г.: тогда в девятый легион было переведено две тысячи солдат.

Некоторые центурионы служили по очереди в нескольких легионах. Перевод офицеров из одного легиона в другой был важным фактором в распространении новых религий.

Центуриона было легко узнать по серебряному доспеху. Кроме того, центурион носил поножи, которых простые легионеры уже не использовали; гребень на его шлеме был развернут поперек. Центурион носил меч на левом боку, а кинжал на правом, в противоположность обычным легионерам. Это заставило некоторых исследователей предположить, что центурионы не носили скутума, ибо в противном случае им было бы трудно выхватывать меч слева. Однако во времена Цезаря это было не так: на осаде Диррахия центурион по имени Сцева, защищая редут, получил 120 пробоин в щите (Цезарь использует именно слово scutum) и за отвагу был переведен из восьмой когорты в примипилы.

Центурионы часто бывали людьми жестокими: немало легионеров носили на спине шрамы от центурионского жезла из виноградной лозы (vitis). Это было связано с тем, что в обязанности центуриона входило поддержание дисциплины. От центуриона требовалась жесткость и суровость. А потому во время мятежей они обычно становились первыми жертвами солдатской мести. С другой стороны, нельзя не отметить, что во время поражений потери среди центурионов были особенно велики, потому что именно их назначали прикрывать отступление.

Центурионы не брезговали принимать взятки от легионеров, желавших уклониться от каких-либо обязанностей. Взятки за предоставление отпуска были настолько распространены, что даже император не решался положить этому конец, боясь вызвать бунт среди центурионов. В результате, чтобы избавить солдат от поборов, императорам пришлось платить центурионам напрямую, чтобы обеспечить себе преданность армии.

Первая когорта делилась на пять двойных центурий, которыми командовали пять старших центурионов, которые считались выше прочих и назывались primi ordines (центурионы первого ранга). Среди центурионов первого ранга существовала следующая иерархия (по восходящей): гастат 2-й, принцип 2-й, гастат, принцип и примипил. Примипил был старшим центурионом в легионе.

Дослужиться до ранга примипила мечтал любой легионер, но для большинства мечта так и оставалась недостижимой, потому что для этого требовались не только отвага, но еще и образованность и Способности администратора. Центурион занимал должность примипила в течение года, после чего-либо выходил в отставку, либо получал более высокий пост. Пост примипила обычно получали люди не моложе пятидесяти лет. Некоторые служили лет по сорок — сперва простым солдатом, потом центурионом, — но так и не могли достичь этих головокружительных высот. Выходя в отставку, примипил получал крупное пособие и почетное звание primipilaris (т.е. бывший примипил), так же как человек, бывший консулом, до конца жизни носил титул consularis. Примипилы составляли цвет войска. Следующей должностью примипила мог быть префект лагеря, о котором говорится ниже, либо пост трибуна в когортах, стоящих в Риме, где служили наиболее опытные и надежные солдаты. Некоторые назначались наместниками провинций, где стояли только вспомогательные войска, либо командирами во флот, и, наконец, единицы достигали вершины — поста командира преторианской гвардии.

Выше центурионов стояли полупрофессиональные офицеры. В самом низу этой пирамиды находились трибуны. Их по-прежнему было шесть в каждом легионе. Все они были всадниками, но главный среди них, tribunus laticlavius, носил на тунике широкую пурпурную полосу, как знак того, что он является кандидатом в сенат. Остальные пять трибунов носили узкую полосу и назывались tribuni angusticlavii. Трибун латиклавий всегда бывал моложе двадцати пяти лет — то был минимальный возраст для должности квестора. На должность трибуна его назначал наместник провинции, который либо был его родственником, либо делал это по просьбе друзей или патрона молодого человека — римляне вообще жили по принципу «ну как не порадеть родному человечку!». Трибун латиклавий не имел военного опыта и, проведя в армии один-два (редко больше) года, выходил в отставку, чтобы начать свою карьеру в сенате. Лет через десять он мог вернуться в армию, уже в чине легата, как будет видно из дальнейшего.

Остальных пятерых трибунов, ангустиклавиев, ожидала иная карьера. К середине II в. н.э. вошло в обычай назначать ангустиклавиями людей, уже отслуживших префектами в частях вспомогательной пехоты. Зачастую они успевали еще и побывать на гражданской должности в своем родном городе (возрастной ценз от 25 до 30 лет). Таким образом, ангустиклавии обычно были более зрелыми людьми, обладающими воинским опытом. В середине II в. была только 131 должность на примерно 270 командиров пехотных и смешанных подразделений вспомогательных войск, состоящих из 500 солдат, так что наместникам было из кого выбирать, и они могли не назначать трибунами людей, проявивших некомпетентность. Лучших из этих двухсот семидесяти, человек 30—40, император назначал командовать пехотными и смешанными когортами, насчитывавшими тысячу солдат.

Будущая карьера трибунов-ангустиклавиев была связана с конницей. В легионе на них возлагались административные и хозяйственные обязанности. Они должны были заботиться об обеспечении войска всем необходимым и исполнять прочие повседневные обязанности дежурных офицеров.

Над трибунами стоял легат легиона — сенатор, назначенный на эту должность императором, а не наместником провинции. Обычно это был человек лет за тридцать, отслуживший десять или больше лет назад трибуном-латиклавием, но с тех пор не имевший отношения к армии. В некоторых провинциях он мог совмещать пост командира легиона с должностью наместника, однако в этом случае он обычно уже успевал побывать командиром легиона в другой провинции. Легат опирался на своих центурионов, в особенности на примипила, но в первую очередь — на офицера, чья должность была введена Августом: префекта лагеря. Префектом лагеря назначался бывший примипил. Он занимался снаряжением легионеров, обозом и прочими подобными вещами. Его часто сравнивают с современным квартирмейстером. Кроме того, префект лагеря был старшим из профессиональных офицеров. В иерархии легиона он шел третьим после легата и трибуна-латиклавия. Это был поседевший в боях ветеран лет пятидесяти-шестидесяти, за спиной которого было сорок и более лет службы.

Ниже центурионов стояли люди, занимающие различные посты и должности, необходимые для обеспечения деятельности легиона. Постов таких известно более ста. Существовали некоторые различия в жалованье. Главная привилегия, которую давала такая должность, — это освобождение от физического труда и прочих обременительных обязанностей. Кроме того, платили им в полтора раза больше обычного (римляне вообще почему-то очень любили умножать на полтора), а иногда и в два раза больше. По принадлежности подобные должности делились на входящие в центурию, принадлежащие к штабу офицеров и связанные с другими аспектами жизни легиона — к примеру, с госпиталем.

В центурии был знаменосец (signifer), который также выдавал жалованье и хранил у себя солдатские сбережения. Ниже знаменосца стоял помощник центуриона, который принимал на себя командование в случае гибели центуриона, а обычно занимался, вероятно, обучением легионеров. И знаменосец, и помощник получали двойное жалованье. Третьим должностным лицом внутри центурии был тессерарий, получавший полуторное жалованье. В обязанности тессерария первоначально входило в основном выставление караулов.

Ядром офицерского штаба был бенефициарий, буквально — «облагодетельствованный», потому что эта должность считалась синекурой. Бенефициарий был при каждом офицере, а вот корникулярий — только у старших офицеров, начиная с префекта лагеря. Корникулярий возглавлял канцелярию, разбиравшуюся с бесконечным потоком официальных документов, свойственным римской армии. Документов в армии плодили бесчисленное множество. Немало таких документов, написанных на папирусе, обнаружено на Ближнем Востоке. Из этой массы можно выделить те, в которых содержатся результаты врачебного осмотра новобранцев, направления новобранцев в части, расписания дежурств, ежедневные списки паролей, списки часовых при штабе, записи уходов, прибытий, списки соединений. В Рим ежегодно отправлялись отчеты, в которых указывались постоянные и временные назначения, потери, а также число солдат, годных к продолжению службы. На каждого солдата имелось отдельное досье, где фиксировалось все, начиная от жалованья и суммы сбережений и кончая отлучками из лагеря по поручениям. В канцеляриях, разумеется, имелись писцы и архивариусы (librarii).

Возможно, многие легионеры отсылались в канцелярию наместника провинции, где исполняли обязанности палачей (speculatores), допросчиков (quaestionaries) и офицеров разведки (frumentarii). Из легионеров же набирался эскорт (singulares). Госпиталь (valetudinarium) имел свой собственный персонал, возглавляемый optio valetudinarii. В персонал госпиталя входили люди, делавшие перевязки, и санитары (capsarii и medici). Существовали офицеры-специалисты, врачи (тоже medici) и architecti. Последние исполняли обязанности землемеров, строителей, саперов и командиров осадных орудий. «Архитекторы», как и «медики», бывали разного ранга, хотя и назывались все одинаково.

Кроме того, при легионе было множество купцов и ремесленников: каменщиков, плотников, стеклодувов и черепичников. Легион обладал большим количеством осадных орудий, но люди, к ним приставленные, не носили особых званий. Изготовление и ремонт осадных орудий было делом архитектора и его подручных. Ну и, наконец, в легионе были офицеры-ветеринары, заботившиеся о животных.

Первоначально высшая власть принадлежала царю, затем консулам. Позднее высшими полномочиями были наделены также проконсулы, преторы и пропреторы. Все они обладали примерно одинаковой властью, однако преторы и пропреторы считались ниже рангом, чем консулы и проконсулы, и если их армиям приходилось действовать вместе, слово последних было решающим. Граждане и неграждане подчинялись им и на войне, и в мирное время; чисто военной власти не существовало. Над легатами легионов стоял только император, обладавший властью проконсула, чья «провинция» (сфера влияния) включала в себя большинство провинций (территорий) с находившимися там войсками. Так же как некогда Помпей и Цезарь, император управлял подвластными ему землями, назначая легатов, обладавших властью пропреторов (legati Augusti pro praetore), которые и должны были править отдельными провинциями. Каждый легат был высшей военной и гражданской властью в своей области. Он распоряжался войсками, находящимися в его провинции, и не мог покинуть ее до истечения срока службы (как правило, три года). Провинции делились на те, куда назначали людей до консульства, и те, куда назначали бывших консулов. В первую категорию входили провинции, где не было легионов или был только один легион. Ими управляли люди лет под сорок, уже командовавшие легионами. В провинциях, которые получали бывшие консулы, стояло обычно от двух до четырех легионов, и легатам, попадавшим туда, бывало обычно за сорок или под пятьдесят. В эпоху империи люди получали высокие посты сравнительно молодыми.

Войска Древнего Рима – история античного военного дела

Город Рим возник в VIII в. до н.э. как укрепленное поселение народа латин на реке Тибр в Западной Италии, в течение долгого времени ничем не выделяющийся среди других подобных городов Апеннинского полуострова, переживший период зависимости от более культурно развитого и богатого италийского народа этрусков. Но в I в. н.э., когда установилась система принципата, Рим стал центром огромной по тем временам и могущественной империи, границы которой простирались от Британии и Испании на западе до Сирии и Армении на востоке, включали в себя Ливию, Египет, часть современных Алжира и Туниса, а также родину европейской цивилизации – Грецию. Древнеримские культурные достижения легли в основу цивилизации средневековой Европы, а латинские заимствования и по сей день многочисленны в языках всех стран мира.

Расширение границ древнеримского государства, с которым распространялась и впитавшая в себя древнеиталийские, греческие и древневосточные достижения римская культура, происходило в основном военным путем. Поэтому одной из ключевых определяющих для успехов римской цивилизации стали особенности традиционной организации древнеримского войска. Не свойственные войскам других стран древности высокая организация римской армии, искусная тактика ведения боя и исключительная дисциплинированность стали залогом того, что большинство государств античности, вступавших в конфронтацию с Древним Римом, рано или поздно терпели поражение.

До IV в. до н.э. римское войско представляло собой обычное ополчение всех взрослых мужчин городской общины и жителей окрестных селений. В случае военной опасности мужчины вооружались за счет собственных средств и собирались, как того требовали их языческие верования, на посвященном римскому богу войны Марсовом поле. Там они объединялись в группы примерно по сто человек – центурии, во главе которых стояли начальники – центурионы, и выходили на войну. Чем богаче был римлянин, тем лучше он мог вооружиться и экипироваться для войны. Дороже всего стоило приобрести боевого коня. Поэтому на коне в поход выступали лишь самые богатые, активно занимавшиеся торговлей римские граждане, прочие же воины шли пешком или ехали в повозках. Поэтому в течение всего существования древнеримского государства самое богатое и привилегированное сословие в римском обществе называлось всадниками. Хотя в первые века своего существования Рим неоднократно терпел тяжелые поражения, подвергался осаде со стороны более сильных врагов (горцев Италии, живших за Альпами галлов (кельтов)), уже тогда римское войско демонстрировало свою стойкость и тактическое искусство. В наступление первыми шли самые молодые, еще не слишком опытные воины, за которыми располагались невидимые для врага боевые порядки более опытных и выдержанных бойцов. В бою противник часто быстро начинал теснить первые ряды молодых воинов, и тогда они неожиданно расступались и отходили назад, освобождая пространство для наступления терпеливо ждущих своей очереди более опытных. Врага, предвкушавшего уже быструю победу, это обычно повергало в ошеломление, и, пользуясь его растерянностью, римляне начинали его теснить. Если противнику все же удавалось перестроить свои ряды и снова перейти в контрнаступление, римские воины «второго эшелона» так же, как перед ними молодые, расступались, и за ними вставали ряды зачастую уже пожилых, искусных, закалённых в боях римлян. Старшие воины со свежими силами обрушивались на уже уставшего и деморализованного таким подвохом неприятеля. Только исключительно выдержанное войско, возглавляемое умеющим принимать быстрые решения, находчивым военачальником могло успешно противостоять такой тактике. Об этом свидетельствует следующий исторический факт. В 279 г. до н.э. могущественный греческий царь Пирр нанес поражение римскому войску в Италии, однако при этом потерял такое количество своих воинов, что воскликнул: «Еще одна такая победа – и мы погибнем!». В 275 г. до н.э. римляне разгромили войско Пирра. Выражение «пиррова победа» является крылатым и по сей день.

К IV в. до н.э. римляне стали часто совершать военные походы далеко от своего города, поддерживая союзные им города Италии. Для этого им пришлось совершенствовать свою военную организацию и тактическое искусство. Воинам, отправляющимся в поход, стали выплачивать жалованье, потому что длительное отсутствие дома не позволяло им заниматься своим хозяйством. Расширение масштабов военных действий требовало усложнения структурной организации войска, чтобы отдельные его части могли легко и быстро направляться в нужные места. Основной воинской единицей стала манипула (примерно 120 человек), манипулы объединялись в корпус – легион, в котором насчитывалось несколько тысяч воинов. Римское войско сражалось в порядке, напоминающем шахматную доску: каждая манипула строилась квадратом, манипулы выстраивались в несколько рядов так, что зазоры между манипулами первого ряда сзади прикрывались манипулами второго ряда. Такое построения делало римское войско трудноуязвимым для нападения врага с любой стороны. Римские воины носили легкие кольчуги, обеспечивавшие им большую подвижность, а позже кольчуги заменили кожаные рубахи с нашитыми на них металлическими пластинами. Наступая, римляне забрасывали неприятеля легкими металлическими копьями при помощи специального древка-копьеметалки, после чего, не давая опомниться, атаковали его, прикрывшись широкими, но легкими щитами, и рубили короткими, удобными для действий в тесном строю, мечами. В римском военном лагере за каждым воином был заранее закреплен определенный круг обязанностей, предусматривались все варианты действий на разные случаи. Поэтому в случае внезапного нападения врага среди римских воинов не было сумятицы и неразберихи: каждый четко знал, что он должен делать в каждом конкретном случае. Во II в. до н.э. римляне, уже фактически правившие над всей Италией, сокрушили своего давнего противника в Средиземноморье – город Карфаген на побережье современного Туниса, и Древний Рим стал самой могущественной державой в регионе. Началось италийское освоение Африки.

К 100 г. н.э. полководец Гай Марий провел военную реформу. Армия стала вооружаться и экипироваться за государственный счет, все воины получали одинаковое вооружение и амуницию. Это позволяло всем римским гражданам, независимо от имущественного положения, нести военную службу и отправляться надолго в отдаленные области Римского государства, в длительные военные походы. Воины стали получать очень высокое жалованье, что привлекло в армию многих граждан. Армия перешла от традиционного ополчения к профессиональной. Основными занятиями в невоенное время для воинов были боевые и строевые тренировки. Была усложнена и структура воинских подразделений. Около восьми воинов, питавшихся вместе и живших в одной палатке, составляли контуберний, десять контуберниев объединялись в центурию – основное тактическое подразделение. У каждой центурии была собственная эмблема, а чтобы в ее расположение не мог проникнуть враг, для входа устанавливался пароль, который нужно было назвать часовым. Пароль менялся каждый день. 6 – 10 центурий составляли когорту, которой командовал военный трибун. Десять когорт составляли легион – корпусную воинскую единицу, возглавляемую легатом. Каждый легион имел знамя в форме орла. Если врагу удавалось захватить «орла», легион расформировывали. Вспомогательные функции на войне выполняли аукзилии – военные отряды из людей, не имеющих римского гражданства, присоединенные к легиону. После окончания службы воины аукзилиев получали римское гражданство. До 5 г. н.э. срок службы в римской армии составлял двадцать лет, а впоследствии – двадцать пять лет. Воины, вышедшие в отставку – ветераны, получали земельные наделы. Перед такой армией не могли устоять и знаменитые своей военной культурой Древние Афины и Спарта, тоже ставшие частью Римского государства.

Таким образом, римская армия стала во многом напоминать по своей структуре и быту армии современных государств. Поэтому очень часто даже в официальной исторической литературе древнеримских воинов называют солдатами, хотя последнее слово появилось только в средневековых европейских армиях. Сами римляне свои войска и воинскую службу называли милиция от латинского «милес – воин».

Воинские преступления и система наказаний за них в Древнем Риме

Изучим состав воинских преступлений и систему наказаний за них в Древнем Риме.

Уже во времена республики на римских воинов накладывалось наказание за деяния, которые воинское начальство считало преступными. Однако в период принципата в Древнем Риме оформилось определение того, что надлежит считать воинским преступлением.

В 16 титуле 49 книги Дигест присутствует формулировка Аррия Менандера: «Совершенные воинами преступные деяния или упущения могут быть специальными или общегражданскими. Следовательно, и преследование за подобные деяния должно быть специальным либо общим. Специальным воинским преступлением является деяние, совершенное лицом, которое действует в качестве легионера».

В данном случае приводится анализ понятия воинского преступления с позиции субъекта. С точки зрения содержания, воинское преступление – это «все то, что нарушает требования общей дисциплины, например, преступная трусость, неповиновение, праздность».

Вышеуказанный титул приводит весьма подробный перечень воинских преступлений, а именно: призывы к восстанию, переход на сторону враг, побег и оставление поля боя, отказ от исполнения приказа, неповиновение начальнику, симуляция болезни, уклонение от несения военной службы, дезертирство и т.д.

Воинская дисциплина в Древнем Риме подкреплялась системой наказаний. В их числе можно выделить: смертную казнь, телесное наказание, денежные штрафы и взыскания, лишение титулов и званий, лишение пенсии по выслуге лет и т.д.

В Древнем Риме содержание некоторых норм имело целью оградить армии от поступления на службу лиц рабского происхождения.

К лицам, которым также запрещалась служба в армии, относили: выкупленных из плена, обвиненных в совершении уголовного преступления.

Военное право (преступления и наказания воинов).

Уже в период республики римских воинов постигала кара за те или иные деяния, почитавшиеся преступными с точки зрения военного права. Но только в период принципата появилось определение того, что следует понимать под воинским преступлением. В 16-м титуле 49 книги Дигест приводится формулировка Ар- рия Менандера: «Совершенные воинами преступные деяния или упущения могут быть либо специальные, либо общегражданские. Вследствие этого и преследование за такие деяния бывает либо специальным, либо общим…Специальным воинским преступлением считается такое, которое совершено лицом, действующим в качестве легионера». Здесь мы имеем, следовательно, анализ понятия воинского преступления с точки зрения его субъекта. С точки зрения содержания, под воинским преступлением понимается «все то, что нарушает требования общей дисциплины, как- то: преступная трусость, неповиновение, праздность».

Упомянутый титул дает довольно подробный перечень воинских преступлений, а именно: 1) поступление на воинскую службу лиц, которым это запрещалось законом; 2) переход на сторону врага; 3)разглашениевоеннойтайны;4)призывквосстанию;5)побегсполя боя; 6) неповиновение начальнику; 7) неисполнение приказания; 8) неоказание помощи начальнику во время боя; 9) покушение на особу начальника; 10) симуляция болезни; 11) покушение на самоубийство; 12) промотание оружия; 13) уклонение от военной службы; 14) самовольная отлучка; 15) дезертирство; 16) нанесение ран товарищу по службе и т.д.

Воинская дисциплина поддерживалась системой суровых наказаний, к числу которых относились: 1) смертная казнь; 2) телесное наказание (castigation, по-видимому, бичевание, в некоторых случаях — битье розгами и палками); 3) ссылка на острова;

4) зачисление в штрафную часть; 5) денежное взыскание; 6) наложение особых повинностей; 7) разжалование; 8) позорное изгнание из армии; 9) лишение пенсии по выслуге лет.

В качестве наказаний, как выше указывалось, не могли применяться к военнослужащим: а) ссылка на работы в каменоломни или на рудники; б) отдача на растерзание диким зверям; в) повешение. Сверх того, к воинам не применялась пытка во время допросов.

Ряд норм был направлен на ограждение армии от проникновения в ее ряды лиц рабского происхождения. Это выражено Мар- цианом в 2 книге «правил»: «Рабам возбраняется всякого рода военная служба под страхом смерти». Не имели права поступать на военную службу и те, которые добровольно находились в услужении. Императоры Аркадий и Гонорий предписали, чтобы и колонов не зачисляли на военную службу. Принцип строгого отбора отразился и в правиле о том, что запрещался доступ в армию тем лицам, чье юридическое положение (status) оспаривалось, хотя бы в действительности они были свободными. К числу лиц, которым также возбранялась служба в армии, относились: а) выкупленные (из плена); б) те, кто был обвинен в совершении уголовного преступления. Если осужденный на растерзание диким зверям бежал и затем вступил в ряды армии, то, по его изобличении, он предавался смертной казни. Той же каре подлежал и тот, кто с лишением прав был сослан на острова, но бежал оттуда и вступил сам или был призван на военную службу, скрывая при этом о своем осуждении.

Разорившиеся свободные нередко пытались спастись от судебного преследования зачислением в армию. Отсюда — подробная регламентация тех случаев, когда лицо вступает в ряды армии с целью избавиться от имеющейся у него тяжбы. Если оно вступило в армию для того чтобы, прикрываясь военным званием, получить на суде преимущество перед своим противником, то оно подвергалось лишению воинского звания.

Более серьезным видом преступления, нежели домогательства службы со стороны тех, кому она запрещалось, было уклонение от военной службы. Отец, укрывающий в мирное время своего сына от военной службы, подлежит наказанию, а подвластный сын после того, как он будет разыскан или доставлен отцом в часть, зачисляется в штрафную часть. За укрывательство сына от военной службы в военное время отец подвергался ссылке и конфискации части имущества.

Немалое число норм и сентенций юристов были посвящены характеристике таких деяний как самовольная отлучка и дезертирство. Самовольно отлучившимся (emansor) признавался тот, кго после долгого скитания добровольно возвратится в часть. Дезертиром считался тот, кто, находясь продолжительное время в бегах, был затем принудительно доставлен в часть. «Самовольная отлучка,— указывается в Дигестах, — точно так же, как и бродяжничество раба, считается легким преступным деянием, а дезертирство и бегство раба является более тяжким преступлением».

Наказание за дезертирство было различным, смотря по тому, совершено ли оно в мирное или военное время, одним лицом или группой, впервые или повторно. Дезертирство, совершенное в мирное время, облагалось сравнительно мягким наказанием. Так, служивший в коннице, подлежал разжалованию, пехотинец — переводу в другую часть. Но дезертирство, совершенное во время войны, каралось, по общему правилу, смертной казнью. При расследовании дела о дезертирстве предписывалось принимать во внимание: 1) род имевшегося при дезертире оружия; 2) размер получаемого жалования; 3) чин; 4) откуда совершено дезертирство; 5) прошлое поведение виновного на службе; 6) какие обязанности по службе были на него возложены; 7) совершено ли дезертирство одним лицом, двумя или группой лиц; 8) не совершил ли виновный во время дезертирства нового преступления; 9) какое время виновный провел в бегах; 10) как он вел себя в последнее время; 11) явился ли в часть добровольно или был задержан.

Предусматривалась ответственность и за групповое дезертирство. В отношении новобранцев, совершивших преступление впервые, допускалось снисхождение. За повторное групповое дезертирство полагалось наказание на общих основаниях, т.е. смертная казнь.

Строго карался переход на сторону врага. Хотя по общему правилу, воины не могли подвергаться пытке и смертной казни путем повешения или отдачи на растерзание диким зверям, но перебежчики на сторону врага, возвратившиеся затем обратно, подлежали таким наказаниям. Юрист Таррунтен Патерн указывает: «Изменники и перебежчики в большинстве случаев должны быть приговорены к лишению жизни; после разжалования они подвергаются пытке, потому что рассматриваются как враги, но отнюдь не как воины». Каралось смертной казнью не только оконченное преступление, но и покушение на переход к врагу («карается лишением жизни и тот, кто был задержан, когда намеревался перебежать к врагу»),

Предписывалосьдетальноерасследование всех обстоятельств, при которых воин почему-либо попал в плен к врагу. Если легионер был внезапно захвачен неприятелем во время перехода и затем возвратился из плена, то надлежало установить, как он вел себя в прошлом. Такому воину могло быть даровано прощение. В Дигестах говорится: «восстанавливать на службе (легионеров), освободившихся от варваров, следует только тогда, когда будет доказано, что, будучи захваченными в плен, они бежали из неволи, и не передались добровольно врагу».

Если захваченный в плен не вернулся тогда, когда он мог это сделать, то он рассматривался как перебежчик. К перебежчику приравнивался захваченный неприятелем в лагере. Суровость кары в данном случае объясняется частыми нарушениями правил караульной службы, которой во все времена истории римской армии придавалось особое значение. Пощада перебежчику допускалась лишь в исключительных случаях, а именно, если перебежчик привел вместе с собой большое число «разбойников» или выявил других перебежчиков.

К тяжким воинским преступлениям относились и следующие:

  • — Разглашение военного тайны. Этот вид преступления квалифицировался как предательство. Разведчик, сообщивший врагу военную тайну, карался смертью.
  • — Призыв к восстанию влек за собой смертную казнь. Если результатом такого призыва явилось легкое брожение, выразившееся в криках или незначительных жалобах, то подстрекатель подвергался только разжалованию.
  • — Побег с ноля боя. Если воин, находясь в строю, первым обратится в бегство, то предписывается в целях назидания казнить его в присутствии всех воинов. Смертной казни подлежал также тот, кто в боевой обстановке покидал передовой пост или оставлял ров.
  • — Неповиновение начальнику и неисполнение приказания. Тот, кто совершил что-либо, запрещенное полководцем, карался смертью, хотя бы его действия имели благоприятные последствия. Указывается, что «всякое неповиновение воина главнокомандующему или начальнику карается смертью».
  • — Неоказание помощи начальнику. Подлежали смертной казни воины, которые умышленно отказались во время боя защитить своего начальника, или вероломно покинули его, следствием чего явилась гибель последнего. Если воин имел возможность защитить своего начальника, но не сделал этого, то он приравнивался к совершившему нападение и предавался смертной казни. Он мог быть освобожден от ответственности, если в силу каких-либо причин не имел возможности оказать помощь начальнику. Одна из норм гласит, что воины, покинувшие центуриона, окруженного разбойниками, подлежат смертной казни.
  • — Подвергался смертной казни тот, кто переходил вал, окружавший лагерь, или входил в лагерь через стену. Если кто- нибудь перепрыгивал ров, то за это изгонялся из армии.
  • — Покушение на особу начальника. Поднявший руку на своего начальника подвергался смертной казни. Тяжесть преступленил усиливалась в зависимости от ранга начальника. Подлежал смерти тот воин, который с умыслом ломал жезл, носимый центурионом, или поднял руку на последнего.
  • — Симуляция болезни. Подлежал смертной казни тот легионер, который из страха перед врагом симулировал болезненное утомление.
  • — Покушение на самоубийство. Покушающиеся на самоубийство подлежали смертной казни. Однако, эта мера могла быть заменена позорным изгнанием из армии, если виновный в свое оправдание ссылался на такие мотивы, как разочарование в жизни, болезнь, чувство стыда, или что он действовал под влиянием невыносимых страданий. Если покушение было совершено под влиянием опьянения, или вследствие «легкомысленной необузданности», то виновный переводился в другую часть.
  • — Промотание (сбыт) оружия. Предусматривалась строгая ответственность солдата за продажу оружия. Если было продано все вооружение в целом, то такое преступление приравнивалось к дезертирству, т.е. влекло за собой смертную казнь. В случае продажи части вооружения, наказание устанавливалось в зависимости от значения проданного. Так, за продажу чулок или плаща наказывали розгами. Продажа панциря, щита, шлема, меча приравнивалась к дезертирству. Оказывалось снисхождение вновь призванному воину. Наказанию подлежали и хранители оружия. Похитивший чужое оружие подвергался разжалованию. Не только продажа, но и утрата оружия во время похода влекла за собой смертную казнь. Иногда, впрочем, по «соображениям гуманности» ограничивались переводом в другую часть.
  • — Тот, кто ранил своего товариша по отряду камнем, подлежал изгнанию из армии. В случае ранения мечом, он подлежал смертной казни. Оставление места в строю влекло за собой или наказание палками, или перевод в другую часть — смотря по обстоятельствам.

Таким образом, уже сам по себе перечень воинских преступлений и суровость наказаний, установленных за них, показывает, что дисциплина в римской армии периода империи (по сравнению с теми временами, когда она комплектовалась на основе народного ополчения) заметно ослабла. У солдат-наемников, воевавших за получение доли в награбленной добыче, дисциплина и не могла быть высокой.

Применялись следующие дисциплинарные виды наказаний воинов:

замена пшеницы на ячмень в пайке; денежный штраф или частичная конфискация добытых трофеев (pecuniaria multa); временная изоляция от сослуживцев или временное удаление из лагеря; временное лишение оружия;

военные упражнения с поклажей; несение караула без военной одежды или даже без калиг; знаменитая порка (castigatio) центурионами легионеров виноградной лозой или, что было суровее и позорнее, розгами; публичная порка перед центурией, когортой или целым легионом (animadversio fustium); сокращение жалованья (aere dirutus); исправительные работы (munerum indictio); разжалование по чину (gradus deiectio) или по роду войска (militiae mutatio); позорное увольнение со службы (missio ignominiosa, иногда целые отряды).

Применялось 3 вида казни: для солдат — фустуарий, для центурионов — сечение розгами и обезглавливание; и казни по жребию (децимация, вицезимация и центезимация).

В начале III в. до н.э. был принят закон о смертной казни для уклонявшихся от военной службы. При Вегеции о казнях возвещал особый сигнал трубы — classicum.

Также за плохое несение ночной стражи, воровство, лжесвидетельство и нанесение себе увечий солдат могли прогнать сквозь строй их товарищей, вооруженных дубинками.

Роспуск легиона применялся к мятежным (по политическим причинам или из-за понижения зарплаты) войскам крайне редко (примечателен созданный в 68 г. мятежным прокуратором Африки Луцием Клодием Макром легион I Macriana Liberatrix, в котором Гальба перед расформированием казнил весь командный состав). Тем не менее, главнокомандующие даже при доминате пользовались неограниченной карательной властью, кроме высших офицеров, которых они не могли присуждать к смертной казни (по эдикту Августа).

Различные наказания (штраф, конфискация имущества, тюремное заключение, в некоторых случаях продажа в рабство) могли быть наложены при уклонении от службы.

Часто применялись и неписанные наказания. Так, например, во время Латинской войны в 340 г. до н. э. сын консула Тита Манлия Торквата, Тит Манлий Младший, за поединок вне строя, несмотря на многочисленные просьбы, был обезглавлен по приказу собственного отца.

Имя им — легион. Военная организация Древнего Рима

И долговечнейший, и тот, кому рано умирать, теряет ровно столько же. Ибо настоящее — единственное, чего они могут лишиться, раз это и только это имеют. А чего не имеешь, то нельзя потерять.
Марк Аврелий Антонин «Наедине с собой» Есть в истории человечества цивилизация, вызывавшая у потомков восхищение, зависть и стремление к подражанию, — и это Рим. Едва ли не все народы пытались согреться в отблесках славы древней империи, подражая римским обычаям, государственным институтам или хотя бы архитектуре. Единственным, что римляне довели до совершенства и что было очень трудно скопировать другим государствам, была армия. Знаменитые легионы, создавшие крупнейшее и известнейшее государство Древнего мира.

Ранний Рим

Возникнув на границе этрусской и греческой «сфер влияния» на Апеннинском полуострове, Рим изначально представлял укрепление, в котором земледельцы трех латинских племен (триб) укрывались во время вражеских нашествий. В военное время союз управлялся общим вождем рексом. В мирное же — собранием старейшин отдельных родов — сенаторов.

Войско раннего Рима представляло собой ополчение свободных граждан, организованное по имущественному принципу. Наиболее богатые землевладельцы выступали конными, самые бедные крестьяне вооружались только пращами. Неимущие жители — пролетарии (в основном безземельные батраки, работавшие на более крепких хозяев) — были освобождены от военной службы.

Мечи легионеров

Тактика легиона (в то время римляне именовали «легионом» все свое войско) была очень незамысловата. Вся пехота выстраивалась в 8 рядов, довольно далеко отстоящих один от другого. В первые один-два ряда вставали самые сильные и хорошо вооруженные воины, имеющие прочные щиты, кожаные панцири, шлемы и, иногда, поножи. Последний ряд образовывали триарии — опытные ветераны, пользующиеся большим авторитетом. Они выполняли функции «заградотряда» и резерва на крайний случай. Посредине оставались плохо и разнообразно вооруженные бойцы, действовавшие преимущественно дротиками. Пращники и всадники занимали фланги.

Но римская фаланга имела только поверхностное сходство с греческой. Она не предназначалась для опрокидывания врага напором щитов. Бой римляне старались вести почти исключительно метательный. Принципы лишь прикрывали стрелков, в случае необходимости вступая в схватку с вражескими мечниками. Спасало воинов «вечного города» только то, что их враги — этруски, самниты и галлы — действовали точно так же.

Поначалу походы римлян редко бывали успешными. Борьба с этрусским городом Вэй за соляные варницы в устье Тибра (всего в 25 км от Рима) велась на протяжении жизни целого поколения. После длинной череды неудачных попыток римляне варницы все-таки взяли… Что дало им возможность несколько поправить финансовые дела. В то время добыча соли приносила такой же доход, как и золотые копи. Можно было подумать о дальнейших завоеваниях.

Неудачная попытка современных реконструкторов изобразить римскую «черепаху».

Что же позволило ничем не примечательному, немногочисленному и небогатому племени одолеть множество других подобных племен? В первую очередь, исключительная дисциплина, воинственность и упрямство. Рим напоминал военный лагерь, вся жизнь которого строилась по распорядку: посев — война с соседней деревней — уборка урожая — военные упражнения и домашнее ремесло — посев — снова война… Римляне терпели поражения, но всегда возвращались. Недостаточно усердных секли, уклоняющихся от военной службы обращали в рабство, бежавших с поля боя — казнили.


Поскольку влага могла повредить склеенный из дерева щит, к каждому скутуму прилагался кожаный чехол

Впрочем, жестокие наказания требовались не так уж часто. В те времена римский гражданин не отделял личные интересы от общественных. Ведь только город мог защитить его свободы, права и благосостояние. В случае поражения каждого — и богатого всадника, и пролетария — ждало только рабство. Позже император-философ Марк Аврелий сформулировал римскую национальную идею так: «Что улью не полезно, то и пчеле не на пользу».

Армия мулов

В походе легионер был практически невидим под поклажей

Легионеров в Риме иногда именовали «мулами» — из-за огромных, набитых припасами ранцев. В легионном обозе не было колесных повозок, и на каждые 10 человек приходился лишь один настоящий, четвероногий мул. Плечи солдат были практически единственным «транспортом».

Отказ от колесного обоза делал жизнь легионеров суровой. Каждый воин должен был, кроме собственного оружия, нести груз в 15-25 кг. Все римляне, включая центурионов и всадников, на день получали только 800 граммов зерна (из которого можно было сварить кашу либо растереть в муку и испечь лепешки) или сухарей. Пили легионеры обеззараженную уксусом воду.

Зато римский легион проходил в день 25 километров практически по любой местности. При необходимости переходы могли достигать 45 и даже 65 километров. Армии македонцев или карфагенян, обремененные множеством повозок с имуществом и фуражом для коней и слонов, в среднем проходили за день только по 10 километров.

Республиканская эпоха

В 4 веке до новой эры Рим уже представлял собой крупный торгово-ремесленный центр. Пусть и незначительный по сравнению с такими «мегаполисами», как Карфаген, Тарент и Сиракузы.

Чтобы продолжать завоевательную политику в центре полуострова, римляне упорядочили организацию своих войск. Легионов к этому моменту насчитывалось уже 4. Основой каждого из них была тяжелая пехота строившихся в три линии по 10 манипул (отрядов из 120 или, в случае триариев, 60 щитников). Гастаты завязывали бой. Принципы поддерживали их. Триарии выполняли функцию общего резерва. Все три линии располагали тяжелыми щитами, шлемами, панцирями из обшитой железной чешуей кожи и короткими мечами. Кроме того, в легионе было 1200 вооруженных дротиками велитов и 300 всадников.

Кинжалы «пугио» использовались легионерами наряду с мечами

Обычно считается, что численность «классического» легиона составляла 4500 человек (1200 принципов, 1200 гастатов, 1200 велитов, 600 триариев и 300 всадников). Но в легион в то время входили еще и вспомогательные войска: 5000 союзной пехоты и 900 конницы. Таким образом, всего в легионе числилось 10400 воинов. Вооружение и тактика союзников скорее соответствовала «стандартам» раннего Рима. Но кавалерия «италиков» даже превосходила легионную.

Тактика легиона республиканской эпохи имела две оригинальные черты. С одной стороны, римская тяжелая пехота (кроме триариев) все еще не рассталась с метательным оружием, попытки применять которое неизбежно вели к беспорядку.

С другой стороны, римляне теперь были готовы и к ближнему бою. Причем, в отличие от македонских тагм и греческих лохов, манипулы не стремились смыкаться одна с другой без промежутков, что позволяло им быстрее передвигаться и лучше маневрировать. Гоплиты врага в любом случае не могли, не разорвав собственный строй, вклиниться между римскими подразделениями. От нападений же легкой пехоты каждую из манипул прикрывал отряд из 60 стрелков. Кроме того, при необходимости линии гастатов и принципов, объединившись, могли образовать сплошной фронт.

Тем не менее первая же встреча с серьезным противником едва не окончилась для римлян катастрофой. Высадившиеся в Италии эпирцы, имея в 1,5 раза меньшее войско, дважды разбили их. Но после этого уже самому царю Пирру пришлось испытать что-то вроде культурного шока. Отказавшись вести какие-либо переговоры, римляне просто собрали третье войско, добившись уже двукратного перевеса.

Торжество Рима обеспечили как римский дух, признававший только войну до победного конца, так и преимущества военной организации республики. Римское ополчение было очень дешево в содержании, так как все снабжение производилось за государственный счет. Государство же получало от производителей продовольствие и вооружение по себестоимости. Как натуральный налог.

Связь между состоятельностью и службой в армии к этому моменту исчезла. Запасы оружия на арсеналах позволяли римлянам призывать нищих пролетариев (а при необходимости и отпущенных рабов), что резко повышало мобилизационные возможности страны.

Лагерь

Римская десятиместная кожаная палатка

Римляне возводили полевые укрепления удивительно умело и быстро. Достаточно сказать, что враг никогда не рисковал атаковать легионы в их лагере. Недаром изрядную долю легионного имущества составляли инструменты: топоры, лопаты и заступы (в ту пору лопаты изготовлялись из дерева и годились только для того, чтобы выгребать уже взрыхленную землю). Имелся также запас гвоздей, веревок и мешков.

В простейшем случае римский лагерь представлял собой прямоугольный земляной вал, окруженный рвом. По гребню вала проходил лишь плетень, за которым можно было укрыться от стрел. Но если римляне планировали обосноваться в лагере на сколько-то длительный срок, вал сменялся частоколом, а по углам воздвигались дозорные вышки. Во время длительных операций (таких как осады) лагерь обрастал и настоящими башнями, деревянными или каменными. Кожаные палатки сменялись крытыми соломой бараками.

Эпоха империи

Каска галльского всадника

Во 2—3 веках до н. э. римлянам пришлось сразиться с Карфагеном и Македонией. Войны были победоносными, но в первых трех битвах с африканцами Рим потерял больше 100 тысяч воинов только убитыми. Как и в случае с Пирром, римляне не дрогнули, сформировали новые легионы и, не считаясь с потерями, задавили числом. Но обратили внимание, что боеспособность крестьянского ополчения уже не отвечает требованиям времени.

Кроме того, стал иным и сам характер войны. Прошли времена, когда утром римляне уходили завоевывать варницы, и на следующий день к ужину уже были дома. Теперь кампании растягивались на годы, и на завоеванных землях требовалось оставлять гарнизоны. Крестьянам же нужно было сеять и убирать урожай. Еще в первую Пуническую войну осаждавший Карфаген консул Регул был вынужден распустить на период уборочной страды половину своего войска. Естественно, пуны немедленно сделали вылазку и перебили вторую половину римлян.

В 107 году до новой эры консул Гай Марий реформировал римское войско, переведя его на постоянную основу. Легионеры стали получать не только полное содержание, но и жалование.

Платили солдатам, кстати, гроши. Примерно столько, сколько в Риме получал неквалифицированный рабочий. Но легионер мог откладывать деньги, рассчитывать на награды, трофеи, а отслужив положенные 16 лет, получал большой земельный надел и римское гражданство (если не имел его раньше). Через армию выходец из социальных низов и даже не римлянин получал возможность влиться в ряды среднего класса, став владельцем лавки или небольшой усадьбы.


Оригинальные римские изобретения: «анатомический шлем» и конский полушлем с наглазниками

Полностью изменилась и организация легиона. Марий упразднил деление пехоты на гастатов, принципов, триариев и велитов. Все легионеры получили единообразное, несколько облегченное вооружение. Борьба с вражескими стрелками отныне всецело возлагалась на кавалерию.

Так как всадникам требовалось пространство, римская пехота с этого времени стала строиться не по манипулам, а по когортам — 600 человек в каждой. Когорта, с одной стороны, могла делиться на меньшие отряды, а с другой, была способна действовать совершенно самостоятельно, так как располагала собственной конницей. На поле боя когорты выстраивались в две или три линии.

Состав и численность «имперского» легиона неоднократно менялись. При Марии он насчитывал 10 когорт по 600 человек, 10 турм по 36 всадников и вспомогательные отряды варваров: 5000 легкой пехоты и 640 конников. Всего 12 000 человек. При Цезаре численность легиона сократилась радикально — до 2500—4500 бойцов (4—8 когорт и 500 наемных галльских всадников). Причиной этого стал характер войны с галлами. Зачастую, чтобы одолеть врага, хватало одной когорты с прикрытием из 60 всадников.

Позже император Август сократил число легионов с 75 до 25, но численность каждого из них снова превысила 12 тысяч. Организация легиона пересматривалась еще много раз, но можно считать, что в период расцвета в нем (не считая вспомогательных войск) было 9 когорт по 550 человек, одна (правофланговая) когорта из 1000-1100 отборных воинов и около 800 всадников.

Римский пращник хотел, чтобы враг знал, откуда ему прилетело (на пуле написано «Италия»)

Одной из наиболее сильных черт римской армии считается отлично организованная подготовка командных кадров. Каждая манипула имела двух центурионов. Одним из них обычно был ветеран, выслужившийся из солдат. Другим — «практикант» из сословия всадников. В дальнейшем, последовательно пройдя все должности в пехотных и кавалерийских подразделениях легиона, он мог стать легатом.

Преторианцы

Игра «Цивилизация» уже почти может сравниться древностью с самим Римом

В почтенных и уважаемых (первая из игр этой серии появилась еще в 1991 году!) «Цивилизациях» Сида Мейера элитная пехота римлян — преторианцы. Традиционно преторианские когорты считаются чем-то вроде римской гвардии, но это не вполне соответствует действительности.

Сначала «преторианской когортой» именовался отряд знати из числа союзных Риму племен. По существу, это были заложники, которых консулы стремились иметь под рукой на случай неповиновения иноплеменной части войска. В период Пунических войн «преторианской» стала называться штабная когорта, сопровождавшая командующего и не входившая в обычный штат легиона. Помимо сформированного из всадников отряда телохранителей и собственно штабных офицеров, в ней числилось множество писцов, ординарцев и курьеров.

При Августе для поддержания порядка в Италии были созданы «внутренние войска»: 9 преторианских когорт по 1000 человек каждая. Несколько позже еще 5 «городовых когорт», выполнявших задачи полиции и пожарных, также стали именоваться преторианскими.

Тактика сильного центра

Может показаться странным, но в грандиозном сражении при Каннах римский консул Варрон и Ганнибал будто бы действуют по единому плану. Ганнибал строит войска широким фронтом, явно намереваясь охватить фланги противника своей конницей. Варрон же всячески стремится облегчить африканцам задачу. Римляне сбиваются в плотную массу (фактически строятся фалангой в 36 рядов!) и устремляются прямо в «распростертые объятья» противника.

Действия Варрона кажутся некомпетентными только на первый взгляд. На самом деле он следовал обычной тактике римлян, всегда ставивших лучшие войска и наносивших главный удар в центре, а не на флангах. Так же поступали и все прочие «пешие» народы, от спартанцев и франков до швейцарцев.


Римские доспехи: кольчуга и «лорика сегментата»

Варрон видел, что враг имеет подавляющий перевес в кавалерии и понимал, что, как бы он ни растягивал фланги, охвата ему не избежать. Он сознательно шел на бой в окружении, полагая, что задние ряды легионеров, развернувшись, отразят натиск прорвавшейся в тыл конницы. Тем временем передние опрокинут фронт противника.

Ганнибал перехитрил противника, поставив на флангах тяжелую пехоту, а галлов в центре. Сокрушительный натиск римлян фактически пришелся в пустоту.

Метательные машины

Легкая баллиста на треноге

Один из наиболее захватывающих эпизодов фильма Ридли Скотта «Гладиатор» — побоище между римлянами и германцами. На фоне множества прочих фантастических деталей в этой батальной сцене интересны также и действия римских катапульт. Слишком уж все это напоминает залпы реактивной артиллерии.

При Цезаре некоторые легионы действительно имели парки метательных машин. В том числе 10 разборных катапульт, использовавшихся только при осадах крепостей, и 55 карробаллист — тяжелых торсионных арбалетов на колесной повозке. Карробаллиста стреляла свинцовой пулей или 450-граммовым болтом на 900 метров. На дистанции 150 метров этот снаряд пробивал щит и латы.

Но карробаллисты, для обслуживания каждой из которых приходилось отвлекать 11 солдат, не прижились в римском войске. Заметного влияния на ход сражения они не оказывали (сам Цезарь ценил их только за моральный эффект), зато сильно снижали мобильность легиона.

Эпоха упадка

В римской армии была хорошо организована помощь раненым. На иллюстрации — инструмент военного хирурга

В начале новой эры в Риме, могуществу которого, казалось бы, уже ничто не могло угрожать, разразился экономический кризис. Казна опустела. Уже во 2 веке Марк Аврелий распродал дворцовую утварь и свое личное имущество, чтобы помочь голодающим после разлива Тибра и вооружить армию для похода. Но последующие правители Рима не были ни столь богаты, ни столь щедры.

Средиземноморская цивилизация умирала. Стремительно сокращалось городское население, хозяйство вновь становилось натуральным, рушились дворцы, зарастали травой дороги.

Причины этого кризиса, отбросившего Европу на тысячу лет назад, интересны, но требуют отдельного рассмотрения. Что касается его последствий для римской армии, то они очевидны. Империя больше не могла содержать легионы.

Сначала солдат стали скудно кормить, обманывать с оплатой, не отпускать по выслуге лет, что не могло не сказаться на моральном духе войска. Потом, стремясь сократить расходы, легионы начали «сажать на землю» вдоль Рейна, превращая когорты в подобия казачьих станиц.

Формальная численность армии даже возросла, достигнув рекордной отметки в 800 тысяч, но ее боеспособность упала почти до нуля. Желающих служить в Италии более не находилось, и постепенно римлян в легионах начали замещать варвары.

Тактика и вооружение легиона в очередной раз изменились, во многом вернувшись к традициям раннего Рима. Оружия в войска поставлялось все меньше, либо воины были обязаны приобретать его за собственный счет. Этим и объяснялось вызывающее недоумение у римских кабинетных стратегов «нежелание» легионеров носить доспехи.

Опять, как и в старину, все войско выстраивалось фалангой в 8—10 рядов, из которых лишь один-два первых (а иногда еще и последний) составляли щитники. Большинство легионеров вооружались луками или манубаллистами (легкими арбалетами). По мере того как денег становилось все меньше, регулярные войска чаще и чаще заменялись отрядами наемников. Их не требовалось обучать и содержать в мирное время. А в военное (в случае победы) с ними можно было расплатиться за счет добычи.

Но наемник уже должен иметь оружие и навыки его использования. Итальянские крестьяне, естественно, не располагали ни тем, ни другим. «Последний из великих римлян» Аэций вывел против гуннов Атиллы войско, основной силой в котором были франки. Франки победили, но Римскую империю это уже не спасло.

* * *

Рим рухнул, но слава его продолжала сиять в веках, закономерно порождая множество желающих объявить себя ее наследниками. «Третьих Римов» уже было три: Османская Турция, Московская Русь и фашистская Германия. И четвертого Рима, после стольких-то неудачных попыток, надо думать, действительно не будет. Хотя американские Сенат и Капитолий наводят на некоторые размышления.