Военно санитарный поезд

Составы жизни. Санитарные поезда НКПС

Сменим курс, и сегодня наш рассказ будет не об оружии, а совсем наоборот. О том, что стояло по другую сторону войны.


В личной истории почти каждого бойца, будь то рядовой или генерал, есть эпизоды, которые реально были на грани смерти, а в рассказах чаще всего подаются в юмористическом ключе. Это эпизоды ранений и последующего лечения. Госпитали и лазареты воспринимаются в воспоминаниях как некий санаторий. Лежи на белых простынях, кушай таблетки, обсуждай проблему легкой или тяжелой руки медсестры, которая каждые 4 часа колет в твою многострадальную очередной укол.
Сегодняшний материал о санитарных поездах, с помощью которых медики спасли не одну сотню тысяч советских солдат и офицеров.

Поездах, подвиг которых заключался уже в том, что эти составы были на самом краю, на самом передке. И делали своё дело.
Кстати, для многих читателей, которые специально не интересовались историей санитарных поездов, понимание их работы на фронте пришло из кинематографа. Помните фильм «На всю оставшуюся жизнь…»? Наверное, это звучит странно, учитывая специфику кино, но в целом фильм очень правдиво показывает боевой путь обычного санитарного состава.
Более того, авторы не стали ничего придумывать. Санитарный поезд, о котором рассказано в фильме, существовал реально. Это военно-санитарный поезд №312, сформированный на Вологодском паровозовагоноремонтном заводе в первые дни войны. В первый свой рейс поезд отправился уже 26 июня 1941 года. В бригаду поезда входило 40 медицинских работников и железнодорожников.

Вклад этого поезда в Победу можно выразить двумя цифрами. За время войны поезд прошел 200 тысяч километров! Фактически расстояние равное пяти кругосветным маршрутам! За это время было эвакуировано из зоны боев и перевезено в тыловые госпитали более 25 000 раненых! Один поезд и два с половиной десятка тысяч спасенных жизней… Вагон-музей этого поезда стоит сегодня на территории Вологодского ремонтного депо.
Необходимость военно-санитарных поездов понимали все. Именно этим объясняется быстрая реакция органов управления СССР. Уже 24 июня Народный комиссариат путей сообщения дал указание железным дорогам сформировать 288 санитарных поездов. Для этих составов было выделено 6 000 вагонов, определен штат железнодорожников в бригадах и места формирования поездов.
Понимая, что создать сразу такое количество полностью оборудованных поездов невозможно, да и поезда были нужны разные, нарком путей сообщения разделил поезда на две категории. Постоянные (150 составов), выполняющие рейсы по маршрутам фронт — тыловые госпитали и временные (138 составов), так называемые санитарные летучки. Летучки предназначались для перевозки раненых в ближайший тыл.

Очень часто на фотографиях того времени мы видим именно летучки. Состав из грузовых вагонов, оборудованных для перевозки легко и тяжелораненых, вагон аптека-перевязочная, кухня, вагон для обслуживающего и медицинского персонала. Кстати, эпизод фильма «Офицеры», когда происходит погрузка раненых практически под огнем противника, — это почти ежедневные будни таких летучек.


Система наркомата путей сообщений была и остается даже сегодня достаточно военизирована. Погоны, которые мы видим на работниках железных дорог, вовсе не дань моде. Это строгая, почти военная, иерархия. Именно поэтому, указание наркома выполнялись в срок. И контроль за их выполнением был жесткий. Страна не могла себе позволить разгильдяйства.
Для примера расскажем о всего одном эпизоде той войны. Эпизоде, о котором нужно помнить! Вагонный цех Ташкентского паровозовагоноремонтного завода получил боевое задание — подготовить поезда специального назначения. Оборудование для них не поступило. Потребовалось производить его на месте.
Станки для тяжелораненых изготовила бригада женщин и подростков под руководством опытного мастера Лукьяновского, эвакуированного с Великолукского вагоноремонтного завода. Работали круглосуточно. Люди понимали, что надо справиться с заданием как можно быстрее и лучше.
В сентябре 1941 года из вагонного цеха ушли на фронт первые три санитарных поезда, в следующие два месяца — еще четыре. В декабре отправили на фронт сразу пять составов с красными крестами. 12 полностью оборудованных поездов за 4 месяца! Разве это не героизм?
В условиях, когда немецкая авиация господствовала в воздухе, а танковые клинья пробивали нашу оборону в разных местах санитарные поезда стали объектом постоянной охоты летчиков и танкистов немецкой армии. Их не смущало наличие красных крестов и отсутствие защиты поездов. Русские не люди. Значит, уничтожать их нужно без оглядки на всякие договоры и нормы морали.
Поезда возвращались с фронта не менее «раненые», чем те, кого они привозили в госпитали. На многих станциях были организованы пункты ремонта таких «раненых поездов». Вот как описана работа такого опорного пункта по ремонту на станции Куйбышев в книге «Железнодорожники в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов»:
«На станции Куйбышев организовали опорный пункт ремонта военно-санитарных поездов. В отдельные дни сюда прибывало по восемь поездов. Все их надо было тщательно осмотреть, проверить и отремонтировать системы отопления, водоснабжения, электроосвещения, вставить выбитые стекла. Больших затрат труда требовал ремонт кузовов, крыш, внутреннего инвентаря.
Особые хлопоты на первых порах доставляла полуда пищевых котлов кухонь. Старший мастер А. С. Гаврилов отыскал среди эвакуированных жестянщиков и лудильщиков. Сразу стало легче. Не хватало пиломатериалов. Тоже нашли выход — стали вылавливать в Волге сплавной лес и доставлять его автомашиной на пилораму.
В один из дней позвонил военный комендант станции С. А. Новинский: «К следующему утру надо отремонтировать и отправить на фронт 8 военно-санитарных поездов». А на подходе еще пять — в Куйбышев и три транзитных. Все требовали ремонта. Имеющейся рабочей силой не обойтись, люди и так трудятся по две смены подряд. Кого можно привлечь?
Мобилизовали всех инженерно-технических работников. Старший мастер Куйбышевского вагонного депо А. Н. Куванин вспомнил о своем кузнечном опыте, пошел помогать рабочим. Среди железнодорожников и политрук одного из поездов — Серых. Ремонт окончили в срок, и поезда пошли по назначению».

И ещё один документ, который просто невозможно не процитировать. Для памяти…
Выдержка из приказа начальника военно-санитарного управления Северо-Западного фронта от 14 марта 1942 года:
«По инициативе женщин-железнодорожниц, активисток станции и города Бологое, и женщин-военнослужащих к Международному женскому дню в подарок Северо-Западному фронту сформирована военно-санитарная летучка № 707.
В результате любовного отношения к делу со стороны женщин, участвовавших в формировании военно-санитарной летучки, она оснащена с учетом предоставления эвакуируемым максимально возможных удобств. Забота о раненых бойцах, защитниках советской Родины, руководила трудящимися женщинами, подарившими нашему фронту этот поезд.
За ценную помощь военно-санитарной службе фронта, за проявленную заботу о раненых бойцах и командирах объявить благодарность А. А. Зыбиной — смазчику третьего вагонного участка, П. Б. Вихровой — инструктору по женской работе, А. Н. Осиповой — рабочей станции Бологое, М. А. Бубновой — домохозяйке…»
После краткого экскурса в историю появления военно-санитарных поездов в СССР периода Великой Отечественной войны перейдем к герою нашего повествования. Итак, постоянный санитарный поезд РККА. Два вагона именно такого состава представлены в музее Верхней Пышмы. Да, это не состав в полном объеме, но достаточно показательный экспонат именно с медицинской точки зрения. Поезда состояли именно из таких вагонов. Вагоны для легко и тяжело раненых бойцов.
В отличие от санитарных летучек, где главной задачей было оказание первой медицинской помощи и скорейшая эвакуация в тыл, постоянные санитарные поезда были госпиталями на колесах. Проще говоря, в этих поездах уже во время транспортировки проводилось лечение раненых и больных.

Именно поэтому, если сравнивать эваковозможности поезда и летучки, то сравнение будет далеко не в пользу поезда. В среднем одна летучка могла за один рейс забрать до 900 раненых! Точно такой же поезд постоянного состава мог максимально вместить «всего» около 500 человек.

Другой немаловажный вопрос – сколько в процентном отношении добралось бы до госпиталей.
Что же из себя представлял военно-санитарный поезд? Начать тут следует с ещё одной цитаты. Цитаты из воспоминаний непосредственной участницы событий, совершившей рейс на легендарном, уже упоминавшемся нами, поезде №312.
О том, какими были военно-санитарные поезда, писала Вера Панова, автор книги «Спутники»:
«На дальних запасных путях, возле какого-то длинного зa6opa, стоял красавец поезд: свежевыкрашенные темно-зеленые вагоны, алые кресты на белом поле; на окнах — ослепительной чистоты полотняные занавески ручной вышивки. Невдомек было мне, когда я с крохотным моим чемоданчиком входила в штабной вагон, какую роль в моей судьбе сыграет этот поезд, вернее — люди, к которым я иду. Эти люди жили на колесах уже почти три с половиной года: с первых дней войны собрались они в этом поезде и с честью, непорочно несли свою благородную службу».

Итак, поезд включал в себя локомотив в составе одного или двух паровозов. Количество паровозов могло меняться в зависимости от возможностей железной дороги и дальности рейса поезда. Далее следовали пассажирские вагоны для перевозки раненых. Раненые размещались по степени опасности ранения. Тяжелораненые размещались в специальных вагонах, близко расположенных к операционным и другим специальным вагонам.
Специализированные вагоны для лечения и проведения хирургических операций находились в середине состава. Причем, медицинские места в таких вагонах были оборудованы таким образом, что могли легко трансформироваться. Так, операционные столы кроме основной функции, были ещё и местами для перевязки раненых, для помывки лежачих раненых и т.п.
Давайте в вагон. Сколько здесь человеко-часов труда, сказать сложно, но вагон полностью восстановлен по фотографиям тех лет.

Интересно, правда? Кстати, на многих фото именно так: в вагонах портреты Вячеслава Михайловича Молотова, хотя более уместен был бы портрет или Сталина, или Кагановича (наркома НКПС). Хотя от НКПС тут присутствует Иван Ковалев, сменивший Лазаря Моисеевича Кагановича на посту наркома НКПС в 1944 году.
Шкаф с медоборудованием. Тонометр, аппарат Эсмарха, ультрафиолетовая лампа.
Стол для раздачи лекарств.
«Тарелка» радио — рабочая. В вагоне их две, подключены к МР-3 плееру, и вполне себе прилично воспроизводят записи.
Вентиляция. Весьма уверенно выглядит, кстати.
Хозблок. Лекарства лекарствами, а еда нужна всем.
Аптека. В привычном для того времени формате. Готовых форм было мало, в основном дозировку готовили на месте в виде порошка или инъекции.
Ну и сам вагон. Отличить где легко раненые можно вполне спокойно. Лежачие и тяжелораненые бойцы располагались вот на таких койках в три яруса.
Перевязочная-процедурная-операционная. В зависимости от необходимости и квалификации медперсонала.
Кстати, легким движением… Ну не совсем так, но вполне нормально перевязочную можно было трансформировать в:
— столовую для встающих;
— красный уголок;
— баню для лежачих больных.
Вот в этой трубе с лейками шла горячая (!) вода. От котла паровоза.
Электрическое освещение. Но при желании или необходимости можно было и по старинке, свечами. Без опасности что-то поджечь.
Второй динамик радио и из-за него торчит современный проигрыватель.
Купе для персонала. И тут же швейная мастерская.
Кроме специализированных медицинских вагонов, в составе поездов были вспомогательные вагоны: вагон для личного состава поезда, вагон-кухня, вагон-аптека, вагон-морг… Наличие этих вагонов варьировалось. К примеру, вагон-морг часто отсутствовал по причине того, что, согласно специальному приказу начальника медицинской службы РККА, умерших военнослужащих снимали с поезда на ближайшей станции и передавали местному госпиталю для захоронения.
Парадокс, но в санитарных поездах царил такой же порядок, как и в стационарных госпиталях. То, о чем написала Вера Панова, совсем не исключение. Это правило! Правило, невыполнение которого наказывалось по всей строгости условий военного времени. Как это удавалось в условиях постоянного или почти постоянного, учитывая время на ремонт после фронтовых приключений, движения, нам непонятно.
При этом, по воспоминаниям самих участников событий, в таких поездах можно было встретить совершенно невообразимые для железной дороги изобретения. Так, на крышах вагонов часто можно было видеть… огород! Самый настоящий огород, ящики, в которых выращивали зелень для раненых. А из-под вагонов слышалось кудахтанье и хрюканье. Там обитали куры-несушки и поросята! Опять же, для разнообразия питания раненых. Кстати, авторство этих изобретений приписывают все тому же 312 поезду…

Есть ещё момент, о котором бы хотелось рассказать. Выше мы упомянули о бесчеловечности немецких летчиков и танкистов. Но были и другие. С самого начала войны против советских санитарных поездов развернулась активная диверсионная деятельность. Причем «работали» по поездам не только немцы, но и т.н. вредители из числа советских граждан.
«На моих глазах немцы разбомбили санитарный поезд, — рассказывает ветеран Великой Отечественной войны Екатерина Коваленко. — Когда все эвакуировались из Днепропетровска, я была в составе санитарного поезда. На станции Нижнеднепровск-Узел стояли, ждали, что дадут «зеленый» свет. А нам надо было всего чуть-чуть проехать — под Новомосковском, в Орловщине, был наш эвакогоспиталь. Но диспетчер на станции оказался вредителем: он не только не выпустил наш эшелон, который стоял на путях между двумя топливными составами, но еще и подал знак немецкой авиации, кого надо бомбить».
Санитар Левицкий Леонид Семенович рассказывал о том, как работали в нашем тылу диверсанты:
«Во время погрузки раненых, в воздухе появились два истребителя — один наш, а другой немецкий. Немецкий самолет сбил нашего пилота как раз над Васильковским аэродромом, и через некоторое время к нам был доставлен этот раненый летчик. Когда немецкий «мессер» повернул назад, из ракетницы, с земли, ему был подан сигнал зеленой ракетой. Поблизости от нас стоял местный житель, который сказал: «Не ночуйте в вагонах детки, так как этот поданный ему сигнал известия, что здесь находятся военные составы — они вас будут бомбить».
На следующий день, в 7 часов утра военно-санитарный поезд № 1078 атаковали сразу 18 немецких бомбардировщиков.
Формат статьи не позволяет рассказать о множестве подвигов, которые совершили железнодорожники и медики ВСП. Да и надо ли? Достаточно того, что живы рассказы о передвижных госпиталях. Живы те, кто должен был погибнуть ещё тогда, в войну. Живы их дети и внуки. Это ли не памятник советским военно-санитарным поездам? Памятник, почти в каждом из нас.
Очень интересно пройти по этим вагонам. Они не кажутся большими снаружи, но удивляет, сколько туда смогли впихнуть строители. И насколько все рационально.
Трогательно поскрипывающие полы, запах дерева, все можно потрогать, ко всему можно прикоснуться. Красиво. Но с другой стороны понимаешь, что в «боевом» состоянии эти вагоны выглядели совершенно не так. И из динамиков не Русланова пела, а их, скорее всего, и слышно-то не было за стонами и криками раненых.
Мы считаем два этих вагона ценнейшими экспонатами музея УГМК в Верхней Пышме. Те, кто их восстанавливал, вложили столько любви к нашей истории, что это не может не затронуть душу нормального человека. Большое спасибо этим людям!

Передвижные медицинские пункты

Вагон-дома – передвижные медицинские пункты «Ермак» предназначены в основном для оказания первой медицинской помощи людям, находящимся вдалеке от стационарных медицинских учреждений. Часто в них предусмотрены также стационары для размещения 1-2 человек. Мобильные медпункты широко применяются в вахтовых поселках, кемпингах, лагерях и базах отдыха, а также в качестве трассовых медпунктов, предназначенных для быстрого оказания медицинской помощи пострадавшим в ДТП. Возможна установка мобильных медицинских пунктов в качестве отдельно стоящих зданий на территории предприятий, например, для медосмотра водителей перед рейсом на предприятиях транспортной сферы.

Как правило, мобильные медпункты состоят из одного вагончика, исключая трассовые – они могут состоять как из одного, так и из двух вагон-домов, установленных по отдельности, либо соединенных теплым переходом. Такие медицинские пункты являются передвижными, но, как правило, длительно эксплуатируются на одном месте (от нескольких месяцев до нескольких лет). Перемещаются они по дорогам общего пользования, мобильные медпункты на шасси – как прицеп, а на раме или на санях – на платформе грузового автомобиля, или даже по железной дороге.

Потребителями передвижных медицинских пунктов являются подразделения МЧС и центры медицины катастроф, а также крупные производственные и нефтедобывающие компании, использующие их в качестве мобильных медпунктов на своих промышленных площадках и в вахтовых поселках. Особенно широкое применение трассовые медицинские пункты марки «Ермак» нашли при реализации программы совершенствования медицинской помощи пострадавшим при дорожно-транспортных происшествиях в Уральском федеральном округе.

В настоящее время медицинские пункты на базе мобильных зданий «Ермак» эксплуатируются на федеральных трассах Свердловской, Тюменской, Курганской областей, в Ханты-Мансийском автономном округе и Башкортостане.

За время эксплуатации трассовые медпункты приняли тысячи пациентов, обеспечивая своевременное оказание квалифицированной медицинской помощи, что часто является единственной возможностью спасти жизнь пострадавшего в ДТП.

Основные типы выпускаемых мобильных зданий «Ермак» медицинского назначения:

  • Вагон-дом медпункт «Ермак» 812
  • Одновагонный трассовый пункт «Ермак» 812.1
  • Стационарный трассовый пункт «Ермак» 912.2
  • Двухвагонный стационарный трассовый пункт «Ермак» 912.4

Группа «Ермак» производит также медицинские пункты и фельдшерско-акушерские пункты (ФАПы) на базе блочно-модульных быстровозводимых зданий.

Дополнительная информация о продукте

Статья: Трассовая служба: спасти за десять минут


  • Вагон-дом — медпункт Ермак 812

  • Одновагонный трассовый медицинский пункт Ермак 812.1

  • Стационарный трассовый медпункт Ермак 912.2
  • Двухвагонный стационарный трассовый медпункт Ермак 912.4
  • Медицинский пункт на базе БМЗ

Смотреть фильм « На всю оставшуюся жизнь » онлайн

8.20
Четырехсерийный художественный фильм про санитарный поезд. Четыре года врачи, медики, медсестры спасают и выхаживают раненых солдат. По ходу сюжета фильм прерывается «флешбеками» в которых показывают довоенную жизнь главных героев.
Комиссар Данилов обходит свой санитарный поезд. Заходит к медсестрам, к машинисту, говорит с солдатами. На Данилова нахлынивают воспоминания. 22 июня 1941 года он пришел в военкомат, но не за бронью (он врач), а добровольцем на фронт. Военком дает ему ответственное поручение — начать формирование санитарного поезда. Есть краткая инструкция и множество вопросов без ответов. Вагоны еще в ремонте, машиниста дают без паровоза, а специалистов приходится искать среди знакомых врачей. Все они совсем не военный народ, но миссия их очень важная.
1 серия

2 серия

3 серия

4 серия

Год: 1975
Страна: СССР
Режиссер: Петр Фоменко
Жанры Фильма: драма, военный
В ролях снимались: Алексей Эйбоженко Эрнст Романов Людмила Аринина Таисия Калинченко Светлана Карпинская Михаил Данилов Глеб Стриженов Григорий Гай Георгий Штиль Пантелеймон Крымов
Занимательные факты о фильме:

  • Данный фильм это вторая экранизация повести Веры Пановой «Спутники», первая — «Поезд милосердия» (1965).
  • Одним из сценаристов фильма стал Борис Вахтин, родной сын писательницы Веры Пановой, автора литературной первоосновы фильма.
  • 24 июня 1941 года, НКПС дал указание железным дорогам сформировать 288 военно-санитарных поездов (150 постоянных и 138 временных). Для них выделили шесть тысяч вагонов и определили штат железнодорожников.




Поезд-музей проедет по 26 городам России и Белоруссии перед 75-летием Победы

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 21 февраля. /ТАСС/. Военнослужащие Западного военного округа (ЗВО) сформируют поезд-музей с военной техникой, который в преддверии празднования 75-летия Победы в Великой Отечественной войне в апреле-мае проедет по 26 городам России и Белоруссии, сообщил командующий войсками округа генерал-полковник Александр Журавлев.

«В ходе акции «Эшелон Победы» поезд-музей прибудет на станции 24 городов Российской Федерации и двух городов Республики Беларусь, военнослужащие проведут экскурсии для гостей и расскажут о подвигах советских солдат», — сказал Журавлев, его слова приводятся в сообщении пресс-службы ЗВО.

В состав эшелона войдут 18 вагонов, в которых будут представлены образцы техники времен Великой Отечественной войны. В частности, в экспозицию войдут танки ИС-3 и Т-34, пушки ЗиС-2 и ЗиС-3, а также гаубицы и зенитные орудия. На поезде, который пройдет по территории субъектов, входящих в состав ЗВО, также будут присутствовать творческие коллективы округа, они исполнят военные песни для посетителей передвижной экспозиции.

Как пояснили ТАСС в пресс-службе ЗВО, поезд отправится из Москвы в апреле и сделает остановки более чем в 20 городах России, а также в белорусской столице Минске и городе Бресте. Конечной станцией поезда станет Санкт-Петербург, куда поезд прибудет перед Днем Победы в мае.

По территории субъектов, входящих в состав Центрального военного округа (ЦВО), агитационный поезд «Эшелон Победы» пройдет с 26 апреля по 8 мая. Как сообщила пресс-служба ЦВО, агитпоезд начнет движение из Иркутска 26 апреля. Затем он проследует через Красноярск, Новосибирск, Омск, Тюмень, Челябинск, Уфу, Самару, Пензу, Саранск, Казань, Ижевск и Пермь. На пути следования для жителей городов будут организованы концертные программы и экскурсии по экспозиции эшелона. 8 мая поезд прибудет в Екатеринбург, где артисты ансамбля песни и пляски Центрального военного округа покажут праздничный гала-концерт.

Как сообщил ранее глава Минобороны РФ Сергей Шойгу, в честь 75-летия Победы будут запущены шесть агитпоездов. Один из них, возможно, будет добираться до Калининграда на пароме.

Главная

В годы Великой Отечественной войны большое значение для своевременной эвакуации раненых и больных воинов имели военно-санитарные поезда (ВСП), справедливо получившие название «госпитали на колесах». Их рейсы часто сопровождались налетами авиации противника, артобстрелами. Случалось, что личный состав этих поездов вступал в открытую схватку с врагом.

Уже 24 июня 1941 г. Наркомат путей сообщения дал указание управлениям железных дорог сформировать 287 ВСП (149 постоянных и 138 временных). Однако их число ввиду возросших масштабов перевозок раненых и больных пришлось значительно увеличить. Вместо 149 предусмотренных планом к началу декабря было сформировано 286 постоянных ВСП. Таким образом, парк постоянных и временных ВСП к указанному периоду в общем насчитывал 424 железнодорожных состава. 60 ВСП, т.е. почти 14% от их общего количества, было приписано к дислоцировавшемуся в Вологде управлению распределительного эвакуационного пункта (РЭП-95). В госпитали РЭП поступали раненые и больные воины с Ленинградского, Карельского и Волховского фронтов. В период наиболее ожесточенных боев в эвакогоспиталях эвакопункта, расположенных в основном на территории Вологодской области, размещалось одновременно до 45 тыс. раненых и больных.

В начале июля 1941 г. на Северо-Западном направлении сложилась крайне неблагоприятная обстановка. Немецко-фашистские войска захватили почти всю Прибалтику, бои шли на территории Ленинградской области. В создавшихся условиях резко увеличился поток раненых в тыл. Положение осложнялось тем, что к началу блокады Ленинграда в армиях Ленинградского фронта (23, 42 и 55-я) имелось всего по 3-4 полевых подвижных госпиталя.

В эти дни в Вологду ежедневно прибывали 9-10 санитарных поездов. Нередко в пути следования они подвергались артобстрелам, налетам вражеской авиации, Так, 29 августа 1941 г. ВСП-110 (начальник поезда А.С. Рожков, комиссар М.П. Мокрецов) эвакуировал в Вологду из Ленинграда 754 раненых. В отчете об этом рейсе записано: «С 12 ч 30 мин до 21 ч поезд подвергался беспрерывной бомбардировке. Прямым попаданием бомбы были зажжены два вагона, оба сгорели. Из вагонов извлечены три трупа. Все остальные раненые, находившиеся в вагонах, были спасены». Документы свидетельствуют о мужестве и самообладании, которые проявили военфельдшер Таисия Останина и проводник вагона Александра Кузнецова. Первая, несмотря на вражеский обстрел, продолжала оказывать помощь раненым, а вторая с помощью ручного тормоза предотвратила катастрофу поезда, когда тот, потеряв управление, шел под уклон.

В этот день ВСП-110 успел проехать разбитую бомбами станцию Мгу, а уже 30 августа Мгинский узел, откуда поезда шли в трех направлениях (на Москву, Мурманск, Вологду), оказался в руках врага. Военно-санитарные поезда, приписанные к ФЭП-50 (Ленинград), были от него отрезаны. С учетом оперативной обстановки Главное военно-санитарное управление Красной Армии передало их РЭП-95. Именно они должны были теперь осуществлять эвакуацию раненых и больных с Ленинградского и Карельского фронтов, а также из 4, 7 и 54-й армий.

8 сентября сомкнулось кольцо блокады вокруг Ленинграда, а в разгар подготовки советских войск к деблокаде 16 октября 1941 г. противник перешел в наступление на Тихвинском направлении. В Тихвине в это время находились эвакоприемник и один из сортировочных госпиталей РЭП-95. Девятым рейсом сюда прибыл ВСП-312. Не успела команда начать погрузку раненых, как налетели фашистские самолеты. Были повреждены вагон-ледник, вагон-вещевой склад, а в вагоне-электростанции и трех вагонах для раненых возник пожар. Начальник поезда военврач 2 ранга Н.П. Даничев и комиссар П.С. Махонин первыми бросились ликвидировать опасность, увлекая своим примером других. Особо отличилась медицинская сестра Александра Евстигнеева: трех раненых она сумела вытащить из-под обломков вагона, перевязала им раны и доставила в безопасное место.

В не менее сложных условиях шла в эти октябрьские дни эвакуация раненых с Карельского фронта. Так, вблизи станции Вирма севернее Петрозаводска в момент транспортировки раненых 7-й отдельной армии нападению с воздуха подвергся ВВСП-1014. Начальник поезда военврач 2 ранга И.А. Новиков докладывал: «…4 октября 1941 г. на СП вновь совершено нападение двух «Юнкерс-88″, намеревавшихся уничтожить поезд… Но ружейно-пулеметным огнем один бомбардировщик был сбит и упал в 8 км от СП, у другого было перебито управление, и он был вынужден совершить посадку, экипаж взят в плен». За отличное выполнение заданий командования по медицинскому обслуживанию и защите раненых 8 человек из личного состава поезда были удостоены высоких государственных наград, орденом Красной Звезды награжден начальник поезда И.А. Новиков, орденами Красного Знамени – техник-интендант 2 ранга Г.Д. Трофимов и рядовой П.В. Рокотов, медалями «За отвагу» – военврач 3 ранга С.Г. Вунш, медицинские сестры В.С. Якубовская, А.М. Голышева, Л.П. Сорокина, медалью «За боевые заслуги» – бригадир проводников К.Г. Приставка.

В мае 1942 г. сложившаяся практика работы военно-санитарных поездов была обобщена и закреплена в Руководстве по организации и работе военно-санитарных поездов, которое приказом ГВСУ №190-а вступило в силу с 28.5.1942 г. В нем, в частности, говорилось: «Начальник и комиссар поезда несут ответственность за политико-моральное состояние, высокую дисциплину команды и перевозимых больных и раненых, за сохранность имущества, оборудования и подвижного состава вверенного им военно-санитарного поезда и за всю работу поезда в целом».

В конце лета 1942 г. обстановка под Тихвином оставалась сложной. Главный хирург Волховского фронта А.А. Вишневский 2 сентября писал в своем дневнике: «Раненых в Тихвине полно, многие действительно хирургически не обработаны, начальники госпиталей просят разрешение часть раненых эвакуировать прямо в Вологду в РЭП. Опять не хватает санитарных поездов». В такой ситуации значительно осложнил своевременную эвакуацию раненых приказ Наркомата путей сообщения № 1127 от 24.10.1942 г., предусматривавший в случае нарушения графика работы железной дороги отправку военно-санитарных поездов с распорядительных станций только в седьмую очередь. В начале 1943 г. ЦК ВКП(б) отменил этот приказ и восстановил прежний график движения. Военно-санитарным поездам вновь предоставлялось право первоочередной отправки на всем пути следования. Порожние ВСП шли на фронт в четвертую очередь, сразу же после воинских эшелонов.

Такой порядок движения был особенно важен для военно-санитарных поездов РЭП-95, обслуживавших ленинградское направление, поскольку рейсы в Ленинград отличались не только длительностью, но и опасностью. 18 января 1943 г. было прорвано кольцо блокады, и уже через 19 дней сдана в эксплуатацию железнодорожная линия на участке Жихарево – Шлиссельбург. РЭП-95, находившийся в Вологде, получил возможность прямого железнодорожного сообщения с Ленинградом, однако на практике оно было сопряжено с большими трудностями. 8 марта противник значительно активизировал здесь действия своей авиации и артиллерии, поэтому движение поездов часто прерывалось. Эвакуацию пришлось временно приостановить. Она возобновилась только 23 мая с пуском в эксплуатацию после многочисленных проверок обходной железнодорожной ветки вдоль южного берега Ладожского озера. Транспортирование раненых в тыл проводилось военно-санитарными поездами РЭП-95, так как немногочисленные военно-санитарные поезда ФЭП-50 после прорыва блокады Ленинграда были переданы другим фронтам. Немецкая авиация делала все, чтобы нарушить железнодорожные перевозки на линии Ленинград – Тихвин. За период со второй половины марта до июня около 2000 немецких самолетов произвели 61 групповой налет на поезда, станции и другие объекты этого участка железнодорожной магистрали. В таких условиях командованию ВСП было очень важно подготовить личный состав поезда к любым неожиданностям в предстоящем рейсе, предусмотреть возможные экстремальные ситуации.

Ярким примером беззаветного выполнения долга могут служить действия сандружинницы ВСП-162 Л.А. Козиной. 18 февраля 1944 г. во время воздушного налета в результате прямого попадания двух зажигательных бомб охватило пламенем восьмой вагон. Сама Лидия Алексеевна была ранена осколками в плечо и бедро, получила множественные осколочные ранения лица, ожоги обоих глаз. Тем не менее осталась внутри горящего вагона, чтобы оказывать помощь раненым, сумела вынести пять тяжелораненых бойцов. За мужество и героизм командованием поезда она была представлена к награде.

Одним из лучших заслуженно считался ВСП-312. Опыт его работы, по решению ГВСУ, стал достоянием всего личного состава медицинской службы. В 1943 г. политотдел РЭП-95 выпустил небольшую книгу «ВСП-312». В целях более широкой пропаганды достижений коллектива сюда была командирована писательница В.Ф. Панова. Она вспоминала: «Поезд был один из лучших в Советском Союзе, и командование решило, что поездной коллектив должен написать брошюру о своей работе – для передачи опыта коллективам санитарных поездов. Пермским отделением Союза советских писателей я была направлена им в помощь как профессиональный журналист…». Эта, уже вторая, брошюра о ВСП-312 была написана, но издать ее не успели – война к этому времени закончилась. Переплетенная в красный бархат, рукопись стала почетным экспонатом Военно-медицинского музея Министерства обороны СССР. После войны на основе своих воспоминаний об этом военно-санитарном поезде В.Ф. Панова написала повесть «Спутники».

За доблестный труд медики военно-санитарных поездов РЭП-95 неоднократно отмечались государственными наградами. В приказах ГВСУ в числе лучших фигурируют коллективы ВСП-25, ВСП-35, ВСП-113, ВСП-312, ВВСП-1014, ВВСП-1160.

За годы Великой Отечественной войны личный состав военно-санитарных поездов эвакуировал около 1 млн. советских солдат и офицеров и оказал им необходимую медицинскую помощь20. Тем самым он внес весомый вклад в дело спасения жизней раненых и больных воинов и возвращения их в строй.

Примечания:

1 Железнодорожники в Великой Отечественной войне. – М., 1985. – С. 344.

2 Смирнов Е.И. Война: и военная медицина 1939-1945 годы. – М.: Медицина, 1979. – С. 216.

3 Арх. ВММ МО СССР. ф. 308. оп. 8033, Д. 2, л. 8.

4 Там же, оп. 12808, д. 65, л. 213.

6 Арх. ВММ МО СССР. ф. 308. оп. 4589. д. 5. л. 2.

7 Там же. оп 12804, Д. 62, лл. 20-21.

8 Там же. оп. 8035, д. 1. л. 1.

9 Ширяевский В., Лисовин А. ВСП-312. – Б.м.: Изд. РЭП-95, 1943. – С. 3.

10 Труды первой хирургической конференции Н-ского распределительно-эвакуационного пункта. – Вологда, 1943. – С 179-180.

11 Мед. сб. – Б. м.: Изд. РЭП-95, 1942. – № 1. – С. 43.

12 Руководство по организации и работе военно-санитарных поездов. – М.: Медгиз, 1942. – С. 16.

13 Вишневский А.А. Дневник хирурга. – М., 1970 – С. 182.

15 Мирский А.Б Спасенные жизни. – М., 1972. – С. 51.

16 Гладких П.Ф. Здравоохранение блокадного Ленинграда. – Л, Медицина, 1985. – С. 166.

17 Ковальчук В.М. Дорога победы осажденного Ленинграда. – Л.,1984. – С. 139.

18 Арх. ВММ МО СССР, ф. 308. оп. 12808, Д. 65. лл. 185-186.

19 Панова ВФ. Собр. соч.: В 5 т. – Л., 1969. – Т 1. – С. 13.

20 Арх. ВММ МО СССР, ф. 308. оп. 12808. д. 65. л. 213.