Шведские колонии в Америке

Голландская вест-индская компания /ВИК: 1621 – 1798 гг.

(West-Indische Compagnie – WIC), 1621–1674 / 1675 –1792 гг. Область действий: Северная Америка, Южная Америка (включая территорию Тихого океана) и западная Африка (от Тропика Рака до Мыса Доброй надежды).

Колонизаторская деятельность в Западном полушарии носила немного другой характер, чем в Ост-Индии. Здесь все говорило о вооруженной борьбе против испанцев – нападение на их земли, дома и суда, таким образом, коммерческий аспект был менее важным, чем военный. Эти цели были успешно реализованы голландской Вест-Индской компанией (ВИК), основанной в 1621 г. и смоделированной в некоторой степени на основе ОИК. Флот ВИК значительно ослабил власть Испании. Меньше компания преуспела в торговле и в создании колоний. Основным видом деятельности ВИК стала позорная торговля африканскими рабами. С 1621 – по 1730 гг. ВИК была монополистом в этом “бизнесе” и, согласно документам компании, в Америку было транспортировано 273 000 темнокожих рабов. К 1829 г. их количество достигло 609 000.

Территориальные завоевания в обеих Америках были не очень большими и довольно нестабильными.

Голландские колонии в Северной и Южной Америке

Южная Америка – Новая Голландия

В 1624 г. голландцы начали завоевание Бразилии (принадлежащей тогда Португалии), постепенно захватив провинцию Баия, порты Олинды и Ресифи, затем последовала дальнейшая территориальная экспансия. Новая территория, оккупированная ВИК, получила название Новая Голландия, но консолидация власти в голландских руках вызвала серьезное сопротивление со стороны португальских колонистов и метисов. В сражениях они использовали тактику опаленной земли (что приводило к резкому снижению производства сахара), при поддержке Португалии также велась партизанская война. На фотографии: Новая Голландия, 1630–1654 гг.

В Новой Голландии правление ВИК совершило ту же ошибку, что ОИК в Ост-Индии. Недостаток финансирования военных и оборонительных компаний, а также низкая заработная плата привели к коррупции, мошенничеству и потере контроля над действиями голландских поселенцев.

Фабрика по производству сахара в Бразилии

Строгая монополия ВИК на торговлю и отрицание права на самоуправление привели к конфликту с местными продавцами, что послужило причиной национального восстания против голландцев в 1645 г. В итоге голландцы потеряли свои земли. В 1661 г. Объединенные Провинции ушли из Новой Голландии, отдав ее Португалии за 8 миллионов гульденов.

Интересный факт:

Новая Голландия связана с некоторыми польскими именами. Генерал Кшиштоф Арцисзевский, будучи в ранге капитана, был активным участником завоевания Бразилии, затем сделал карьеру и служил Вице-губернатором и Главнокомандующим голландских войск. В течение короткого времени Генерал-губернатором был также генерал Зигмунт Зкоп. На рисунке: генерал Кшиштоф Арцисзевский.

Северная Америка – Новые Нидерланды

В 1624 г. голландцы обосновались в устье реки Гудзон, образовав там колонию под названием Новые Нидерланды (это было название судна, на котором они прибыли в Северную Америку). У местных жителей они купили остров Манхэттен за зеркала и бусины стоимостью 60 гульденов! Там они построили столицу новой колонии под названием Нью-Амстердам. Место поселения было хорошим, но ВИК, традиционно скупясь на защиту и вооружение, не могла успешно состязаться с Англией (в течение большей части 17-го века обе страны были в состоянии войны). Благодаря этому Новые Нидерланды поочередно то уходили из-под контроля Нидерландов, то возвращались обратно, и, наконец, в 1664 г. Объединенные Провинции отказались от них в пользу Англии. На рисунке: Новые Нидерланды, 1656 г.

Интересный факт:

Среди поселенцев Новых Нидерландов были также поляки, главным образом протестанты. Известны имена некоторых из них: Альберт Заборовский, Даниэль Лицзко, Кароль Курэкджасз. Должно быть, они были хорошими поселенцами, так как губернатор Питер Стуивезэнт просил руководство ВИК послать ему больше поляков.

Новый Амстердам

Карибские – Нидерландские Антильские острова

Владение территориями в Карибском море оказалось для голландцев самым длительным. Целью ВИК стало завоевание Антильских островов. В 1634 г. голландцы захватили Кюрасао, тогда остров Аруба, Бонэйр, Св. Эустациус (в 1636 г.), и в 1648 г. часть острова Синт-Маартен, который они делили с французами. Нидерландские Антильские острова служили, прежде всего, портом перегрузки в работорговле, но они также использовались для контрабанды товаров в испанские и английские колонии. В период Республики Батавия Антильские острова временно находились под управлением Англии.

С 1828 по 1945 гг. колонии на Нидерландских Антильских островах назывались Голландской Вест-Индией. В 19-м веке их экономическая значимость была подорвана из-за отмены рабства, высокой конкуренции на сахар, произведенный из сахарной свеклы, и снижение спроса на голландский кофе. В 20-м веке связь с метрополией ослабевала, что, наконец, привело к освобождению некоторых островов. Процесс был следующим:

– 1949 г. – создание подконтрольной территории объединенных Нидерландских Антильских островов.

Нидерландские Антильские острова

– 1954 г. – получение статуса автономности в составе Нидерландов (управление местным парламентом) – Штаты Нидерландских Антильских островов; министр внутренних дел по решению короля назначал губернатора.

– 1986 г. – отделение о. Аруба, который основал независимый орган в рамках Королевства Нидерландов.

В начале 21-го века были проведены референдумы для определения статуса других Нидерландских Антильских островов. В 2010 г. Антильские острова подразделялись на 5 отдельных территорий: Бонэйр, Кюрасао, Саба, Синт-Эстатиус и Синт-Маартен. Наконец, 10 октября 2010 г., Нидерландские Антильские острова прекратили свое существование. Сейчас в Королевство Нидерланды входят только острова Бонэйр, Саба и Синт-Эстатиус, которые получили статус специальных муниципалитетов. Аруба, Кюрасао и Синт-Маартен имеют статус автономных стран, включенных в состав Королевства Нидерланды.

Другими словами, на данный момент имеются 6 или 5 с половиной голландских островов (Синт-Маартен является наполовину французским). Под голландской короной находятся страны, а также муниципалитеты в составе Нидерландов.

Голландская Гвиана (Суринам)

Голландцы прибыли в Гвиану в 1613 г., но так как в результате сражений с британцами и французами им требовалось отдать часть территорий, голландская Гвиана отошла англичанам согласно мирному договору 1667 г. (завершив вторую войну с Англией). В 1814 г. область получила статус колонии. Основную прибыть здесь получали от производства сахара (из сахарного тростника) и кофе. Производство было основано на работе рабов, импортированных с восточного побережья Африки. Условия труда на плантациях были так тяжелы, что многие рабы бежали в джунгли и вели оттуда партизанскую войну с белыми плантаторами. И только в 1862 г. рабство было отменено.

Голландские плантации «Нидж и Спиджт» и «Алкмаар» у реки Коммевиджн

Commewijne

В 1954 г. голландская Гвиана стала полноправной частью Нидерландов, имея статус автономии и свою собственную администрацию. 25 ноября 1975 г. страна получила независимость, изменив свое название на Суринам, но ее жители остались голландскими гражданами. Благодаря этому примерно 1/4 населения извлекла выгоду, эммигрировав в Нидерланды, что привело к глубокому экономическому кризису и необходимости помощи голландского правительства. По сей день официальный язык Суринамы – голландский.

Как выглядит шведская тюрьма для самых опасных преступниц

Пицца для расчленительницы: необычные будни шведской тюрьмы или В каких условиях отбывают наказание самые опасные преступницы Скандинавии.

«Владимирский централ — ветер северный» — эту песню Михаила Круга можно услышать в коридорах… женских шведских тюрем. Русскоязычных заключенных здесь немного, но они есть. Также есть здесь русскоязычные надзирательницы. Одни сидят, другие охраняют… Чаще всего это выходцы из бывших стран СНГ или Прибалтики, но для шведов все они русские, а к русским за решеткой (так уж само собой сложилось) отношение особенное.

Историю шведской тюремной системы можно проследить по фото и архивным заметкам в газетах. Но мы решили сделать это через изучение конкретных судеб и характеров тех, кто вольно или невольно здесь оказался (а среди них есть, повторю, даже русскоязычные). И пусть лучше это будут судьбы женские, потому что все в них острее и ярче.

Идеальное место для такого исследования — Хинсеберг. Тюрьма, где отбывают наказание женщины, совершившие громкие преступления, которые обсуждала и до сих пор обсуждает вся Швеция. Самые жестокие представительницы слабого пола, получившие в том числе пожизненный срок. Как им здесь живется? Стало ли заключение новой точкой отчета, поворотным моментом?

Обозреватель «МК» побывала в женской тюрьме Швеции самого строгого режима и самого высокого уровня безопасности.

Овечки в старинном замке

Хинсеберг примерно в трех часах езды от столицы Швеции, Стокгольма. Даже на некоторых картах она обозначается как женская тюрьма с высшим уровнем защиты. В чем заключается этот «высший уровень» — сразу и сказать трудно, потому что ни высоченного забора, ни решеток, ни вышек с автоматчиками и собаками не видно.

Корпуса, где живут осужденные женщины, стоят на холме, прямо на берегу озера. У одного из домов пасутся… овечки. Настоящая идиллия. Если еще учесть, что главный корпус — это старинный замок, можете представить себе, как смотрится вся женская тюрьма со стороны.

Начальник тюрьмы Жак Мвелу за своим рабочим столом

Её начальник — швед с афроамериканскими корнями Жак Мвелу, успел «порулить» несколькими тюрьмами в самых разных концах планеты. Суровая работа не сделала его жестким, скорее наоборот, он предпочитает решать любую проблему с улыбкой и смехом. Сотрудники и заключенные его любят за этот веселый нрав.

Наше знакомство с ним началось в столовой, где он завтракал вместе со всей своей тюремной командой. Каша, печенье, фрукты, кофе — рацион у сотрудников практически точно такой же, как у заключенных (впрочем, у тех он даже будет поразнообразнее). После завтрака небольшое совещание в просторном кабинете шефа с окном, выходящим прямо на водную гладь. На стене висит большая карта мира словно бы в доказательство того, что сюда попадают люди со всего земного шара.

Сейчас в тюрьме 70 клиенток (здесь предпочитают называть заключенных именно так). Всего же учреждение рассчитано на 90 мест.

— Что значит «перелимит»? — непонимающе спрашивает Жак. — Как это может быть, если нам запрещено принимать заключенных, если нет свободных мест? Тюрьма вообще никогда не заполняется на сто процентов. Всегда должны быть лишние места на всякий непредвиденный случай.

Во всех шведских тюрьмах заключенных-женщин чуть меньше 400. Так что Хинсеберг по праву считается самой большой.

В Хинсеберге есть даже отдельно стоящий корпус — нечто вроде нашей транзитно-пересыльной тюрьмы. Он рассчитан на 11 заключенных, которые здесь находятся после приговора в ожидании распределения по местам отбывания наказания.

А вообще в Хинсеберге сидят женщины с самыми громкими делами. Одна, по имени Юна, получила пожизненный срок за убийство соперницы на почве ревности (расчленила ее и потом по кусочкам вывозила в дамской сумке). Есть тут «черная вдова» 48 летняя Карина Андре — прикончила двоих мужей, одного из которых задушила веревкой, а второго сожгла заживо. За первое убийство ей дали 8 лет, она отсидела их в другой тюрьме, при этом дважды нападала на сотрудников, а после освобождения совершила новое преступление. Или вот женщина, убившая скалкой восьмилетнюю племянницу мужа, которая жила с ними…

— 55 процентов наших заключенных оказались здесь за насильственные преступления против личности, — говорит Жак.

Когда зло исходит от женщин, которые по самой своей природе должны дарить жизнь, а не отнимать, исцелять, а не наносить раны, — это страшно. Потому и Хинсеберг казался мне страшным местом.

Жак дает мне распорядок для «клиентов», чтобы мы могли выбрать маршрут в соответствии с ним.

7:00 — подъем, открытие дверей всех камер.

7:05 — завтрак, личное время.

7:30–7:45 — «пропускание через шлюз»: заключенных разводят по разным местам.

7:45–10:45 — занятие творчеством, учеба, работа.

10:45–11:00 — опять шлюз.

11:00–11:10 — личное время.

11:10–12:10 — прогулка.

12:10–12:45 — обед, личное время.

13:00–16:00 — учеба, работа.

16:15–18:45 — ужин, личное время.

19:00 — осужденные заходят в свои камеры, те запираются до утра.

По четвергам библиотека, по выходным отдых — по плану только еда и час прогулки.

Эвелина

Эвелина — хрупкая красивая женщина. Ее должность в российской тюремной системе звучала бы как «инспектор» или «начальник режимного отдела». Эвелина русская, но родилась и выросла в Латвии. Когда вышла замуж за шведа, переехала сюда. В свое время получила юридическое образование в филиале Московского университета, но этот диплом в Швеции оказался совершенно непригодным. Пришлось переучиваться в течение четырех лет в шведском университете. А потом — тюрьма. За семь лет, что она работает в этой системе, на нее в отличие от коллег даже самые агрессивные заключенные ни разу не нападали. Возможно, именно потому, что русская.

— Ты можешь быть любой комплекции, в том числе маленького роста и веса, улыбчивой и все такое, но ты остаешься русской, и никто не рискнет с тобой даже спорить, — рассказывает Эвелина. — Если какой-то заключенный просто посмотрит косо, обязательно найдется кто-то, кто ему скажет: ты что, она же русская, на нее бесполезно воздействовать. Иногда это даже забавно.

В каком-то смысле они заключенным как родители. Думают о том, какие у тех потребности, отслеживают настроение, пытаются скрасить пребывание за решеткой. Наверное, так в идеале и должна выглядеть профессия тюремщика.

— Я ни разу не пожалела, — говорит женщина. — В России сотрудников тюрем не любят, потому что исторически так сложилось: много невиновных было в тюрьмах, и к тем, кто их охраняет, относились поэтому плохо. Здесь не так. Сотрудников не называют тюремщиками, в переводе их профессия означает что-то вроде «попечители тех, кто отбывает наказание за преступление».

Эвелина работала в разных шведских тюрьмах. Говорит, что в мужских легче, но в женских интереснее. Заключенные мужского пола чаще всего спокойны и молчаливы, каждый занимается своим делом, лишних вопросов не задает, в жизнь товарищей по несчастью не лезет. Женщины более эмоциональны, болтливы. У них часто меняется настроение (тем более если учесть, что большинство — хронические алкоголички или наркоманки). Заключенные дамы в основном по сути своей интриганки. Они могут сегодня на что-то обидеться, а скандал затеять только через месяц. Даже драки у них случаются чаще, чем у мужчин. Так что раз в месяц обязательно кто-то попадает в карцер.

Из карцера да в номера

Собственно, с карцеров мы и начали наш «обход». В тюрьме три камеры для нарушителей. Одна отличается от другой. За самые серьезные нарушения (или тех, кто стал опасен для себя и других) помещают в первую. Все, что в ней есть, — резиновый матрас на полу и горшок для отправления естественных потребностей. Дверь камеры — решетчатая, это для того, чтобы сотрудник видел, что происходит там с женщиной. Заключенная здесь проводит обычно всего несколько часов.

Карцер

Вторая камера уже со стоящей по центру кроватью, но специальной, с поручнями, к которым в случае необходимости женщину могут пристегнуть кожаными ремнями.

Ещё один карцер для буйных

— За шесть лет это делали всего один раз, когда заключенная сама себя хотела поранить, — говорит Эвелина. — Сюда просто помещали заключенную, и она спала на этой кровати, но непристегнутая.

Здесь уже есть раковина и унитаз.

Третья камера вообще вполне себе жилая. Тут душ, шкаф, телевизор, радиоприемник. Если заключенная все это не разгромит, если будет спокойно вести себя — значит, она готова к возвращению в обычную камеру.

Бывает, «нашкодившая» заключенная за пару дней сменяет все три вида карцера, то есть проходит все три уровня изоляции, от самого сурового до более мягкого.

Рядом, на этом же этаже, есть камеры для тех, кто решил побыть один или отказался выйти на работу. Они больше и, по сути, ничем не отличаются от обычных, но тут нет персонала и других заключенных. Полное одиночество.

Под впечатлением от двух первых карцерных камер (даже у нас в СИЗО условия помягче) терзаю Эвелину вопросами.

— А в самых строгих карцерах заключенной можно мыться хотя бы через день?

— Не можно, а нужно, — смеется Эвелина. — Заставлять мы, конечно, не имеем права, но будем настойчиво предлагать вывести ее в душ.

— Есть ли какие-то ограничения в еде у тех, кто в карцере?

— Нет, еда та же самая.

Теперь камеры. Во всех шведских тюрьмах одинаковая система: камеры одиночные, но рано утром двери открываются, и заключенный выходит в общий коридор. Точнее, это даже не коридор, а большое пространство, где кухня, холл, гостиная. Там арестант общается с другими, а уже на ночь снова идет в камеру, двери в которой в определенное время автоматически будут закрыты на замок.

В Хинсеберге несколько жилых корпусов, и камеры там немного отличаются. Самые роскошные — в старинном здании.

Ах! Это первое, что я смогла сказать, когда увидела там камеру. Объективно не во всех наших гостиницах есть такие номера. Высокие потолки увенчаны лепниной, большие окна с элегантными зелеными шторами, письменный стол, кресло-качалка, шкаф, тумбочка, полочки с книгами и даже доска с фотографиями родных… Сама камера просторная — примерно 9 «квадратов».

Это — не поверите! – тюремная камера. Высокие потолки с узорами, богатые шторы, кресло…

— Это наши лучшие камеры, мы сюда помещаем тех, у кого нет проблем с исполнением правил распорядка, — говорит Эвелина. — Но здесь есть один минус: нет душа. Он общий в этом блоке.

Нет душа! Да у нас на целое женское СИЗО он может быть один, и водят туда раз в неделю, отводя на помывку 15 минут! (Справедливости ради замечу, что по инициативе ФСИН России планируется в 2018 году разрешить заключенным-женщинам мыться ежедневно в жаркие дни и два раза в неделю во все остальные без ограничения продолжительности «сеанса».)

В холле большой холодильник, забитый разными вкусностями. На стенах мотивирующие плакаты о вреде алкоголя и наркотиков, красивые картинки, цитаты известных философов.

В другом корпусе камеры попроще, размером поменьше, но все равно больше напоминают комнаты в пансионате. В каждой есть электронные часы, магнитофон, настольная лампа, бра, телевизор и душ. В этом корпусе «общая зона» намного комфортнее, чем в старинном замке. Мягкие диваны, большая кухня, кругом цветы, окна до пола, и есть даже отдельные балкончики, куда можно выйти покурить.

Общая зона для заключенных одного из блоков

С курением в шведских тюрьмах сложно. Оно в принципе с 2007 года запрещено как для персонала, так и для заключенных. Но для арестантов делают поблажку. Каждая тюрьма имеет право прописать — сколько раз в день и в каком месте можно курить.

— Если нет балконов, то только один раз в день во время прогулки, — объясняет мне охранник-швед. — Сигареты держать в камерах запрещено. Они хранятся у нас вот в таких прозрачных коробках с написанными фамилиями. Перед прогулкой мы выдаем по три штуки.

Прогулочные дворики с нашими, то есть теми, что есть в российских тюрьмах, лучше не сравнивать. Ибо несравнимо. В Хинсеберге дворик — это довольно приличная территория с качелями, беседками, деревьями и кустарниками, садом камней.

Прогулочный дворик

Ну чем ещё удивить? В общей зоне есть комнаты для стирки и сушки одежды, а также обуви.

— Вы интересовались рационом? — спрашивает женщина-заключенная. — Вот меню. Оно меняется каждую неделю. Кормят вкусно и разнообразно. Плюс мы можем сами купить что-то на те деньги, что тут зарабатываем.

— В некоторых корпусах женщины-заключенные участвуют в специальной программе, — рассказывает Эвелина. — Им готовую пищу не разносят. Они сами разрабатывают себе меню, закупают продукты и сами готовят. У них есть бюджет: на неделю выдается по 38 долларов каждой. А провизию им привозят по цене намного ниже, чем в магазинах. И все это, как я сказала, считается частью программы реабилитации, за участие в которой они получают даже деньги на свой счет. Еды они готовят так много, что не всё съедают, приходится выбрасывать. И это притом что некоторые едят за двоих-троих: это те, у кого была наркотическая зависимость.

Меню (для тех, кто сам не готовит):

Обед

Понедельник: Пряный густой суп с колбасой, рис.

Вторник: жареная курица с эстрагоновым соусом, печеный картофель.

Среда: лосось, запеченный с зернами кунжута, лаймовым соусом и картофелем.

Четверг: азиатский куриный суп с лапшой, хлеб.

Пятница: жареная свинина с луковым соусом, картофель.

Суббота: вареная рыба с яичным соусом, картофель, салат.

Воскресенье: чили кон карне.

Ужин

Понедельник: Салат, Суп, хлеб домашней выпечки.

Вторник: Салат, паста с соусом из голубых сыров.

Среда: Салат, пицца.

Четверг: Салат, рисовая каша.

Пятница: Салат, запеченный картофель с соусом из тунца.

Суббота: Картофельные шарики, брусничное варенье

Воскресенье: фруктовый йогурт.

Завтрак всегда один и тот же: каша, фрукты, чай-кофе, мюсли.

Ольга

Заключенная Ольга в ожидании окончания срока смотрит в окно из комнаты «общей зоны»

Приятная блондинка читает газету на диване. Общению с человеком с воли да еще из России она безмерно рада. Ольга — гражданка Беларуси, получила срок в 7 лет за причинение вреда здоровью мужа — гражданину Швеции (турок по национальности). Женщина — довольно известная в Беларуси журналистка-оппозиционерка, об её аресте в Швеции писали все местные СМИ. Ольга выходит из тюрьмы на днях после пятилетней отсидки. Скрывать что-то ей нет смысла, да и разговариваем мы тет-а-тет.

— Мне дали семь лет, хотя на муже не было ни единой царапины, — рассказывает Ольга. — Здесь всё условно-досрочно освобождаются по истечении двух третей срока. Так что мне нужно было отсидеть пять до освобождения. Знаете, я много лет провела в оппозиции, «на баррикадах» против Лукашенко, а оказавшись здесь, поняла, что права человека соблюдаются у нас на родине лучше, чем в Швеции.

Ольга очень обижена на шведскую систему правосудия. Когда всё случилось, её ребенку было семь месяцев. Так вот с тех пор она его ни разу не видела.

— Мне отказали даже в просьбе выслать его фотографии, — говорит Ольга. — Я не знаю, как он выглядит, где он, жив ли, болеет ли чем-то. Я ни-че-го не знаю. Такого просто невозможно себе представить ни в Беларуси, ни в России. Людям с нашим менталитетом этого не понять. Ни одного свидания за все время… Я иски подавала в суды по поводу возможности узнать хоть что-то о моем ребенке. Бесполезно. Не знаю, как этот срок «вытянула».

Ребёнок Ольги, скорее всего, с мужем. Конечно, тот факт, что ей ничего об этом не говорят, может шокировать. А вот шведы считают это в порядке вещей. Они рассуждают примерно так: вдруг она сбежит из тюрьмы и найдет его, похитит?

Отношение к материнству у шведов совсем другое, чем у нас. Если женщина имеет даже трех детей, это не сыграет никакой роли при вынесении приговора. В случае когда ребенок родился у заключенной уже в неволе, закон позволяет находиться вместе с ним в тюрьме первые годы его жизни. Точное время устанавливает опекунская служба, а она по факту принимает решение изъять младенца у матери уже в 7–9 месячном возрасте.

Объяснение простое: ребенок должен получать образование и общаться среди других детей. И плевать на материнские чувства. Интересы ребенка здесь ставятся выше всего, а они, по шведским понятиям, заключаются не в том, чтоб мать целовала-обнимала, а в правильном развитии тела и интеллекта. Суровые скандинавы! Но и они иногда идут на уступки. Был случай, когда оба родителя получили срок. Тогда власти разрешили отбывать его по очереди: сначала папа, потом мама (она сидела в Хинсеберге).

— Вот я освобожусь, и меня сразу депортируют: суд наложил еще запрет на въезд в страны Шенгенского договора, — продолжает Ольга. — Вернусь на родину. Но как же ребенок? Я что, никогда его не увижу?

— Вам тяжело было в тюрьме?

— В шведской тюрьме сидеть не страшно, вы сами видите — это как санаторий, — продолжает Ольга. — У нас многие на свободе так не живут. Страшна сама материнская трагедия. Вопрос стоял: выжить и не сойти с ума. Надо собрать себя по частям и вытягивать этот срок.

— Чем вы занимались все эти пять лет?

— Училась. Получила кучу дипломов государственного образца. Нет пометки, что обучение я проходила в тюрьме. Почти всегда были индивидуальные занятия, я сдавала госэкзамены. С учебой тут все просто великолепно.

— А работа?

— Работать в шведских тюрьмах нужно обязательно, и в мужских, и в женских. Но это не на лесоповале лес валить. Я делаю коробочки, упаковываю разные детали. Работа, честно сказать, не бей лежачего. Утром три часа и вечером три. С перерывами на кофе-паузу, а к кофе иногда подают торт или мороженое. И всё время у тебя спрашивают: «Не устала ли? Не сделать ли музыку потише?» В общем, я даже работой это не могу назвать, у нас в Беларуси так не работают.

— Общаетесь с другими заключенными? Они вас не обижают?

— Меня?! К русским (всех уроженцев стран СНГ считают русскими. — Е.М.) у всех отношение тут априори уважительное. Они напуганы «русской мафией». Когда меня задерживали, то вертолет прилетел и по всем телеканалам показали. У шведов какая-то фобия, связанная с русскими.

— Но в Хинсеберге всё-таки не санаторий, тут сидят убийцы. Как вы с ними выстраиваете общение?

— Многие из тех, кто тут, совершили преступления под влиянием наркотиков. Это, кстати, меня шокировало. У нас, славян, все беды на почве алкоголя, а у них так много людей сидит на наркотиках… Так вот опасны не те, кто убийство совершил, а у кого деформирована психика из-за долгого употребления наркотиков, антидепрессантов и т.д. И ты не знаешь, как с ними общаться. А та, что 2–3 убийства совершила, может быть одной из самых адекватнейших. И поговорить с ней есть о чем. Преступление не всегда характеризует, какой человек в процессе отсидки.

— Драки у вас бывают?

— Да, случаются. Дерущихся в карцер помещают.

— Вы в карцере были?

– Одиннадцать дней отсидела за конфликт с представителем следствия — это было не в этой тюрьме. И кстати, помню, как я там услышала «Владимирский централ». Я там была в полной изоляции три месяца, пока шло следствие. И когда услышала Круга, думала, что сошла с ума. Но нет, русские действительно были в этой тюрьме — она и для женщин, и для мужчин, это что-то вроде нашего СИЗО.

Как сейчас помню, на стене в туалете прочитала надпись по-русски. Незнакомец спрашивал, есть ли тут русскоязычные. Я написала чуть ниже: есть. Он ответил, и понеслось. Потом мы переписывались уже не на стене: я оставляла письма на дне мусорного ведра и забирала их там же. Если бы не это, я бы совсем пала духом. Моим невидимым соседом был 34 летний Игорь из Литвы. Он стал мне самым близким человеком. Рассказал, что в этой тюрьме есть еще трое русскоязычных — литовец, латыш и азербайджанец. Все получили пожизненные сроки за наркотрафик.

— В Хинсеберге часто применяют спецсредства?

— За все время, что я здесь, ни разу не было. Персонал относится к нам так же, как если бы мы были вольные. Но запреты существуют, в том числе на курение. Вы уже знаете, что тут курят по расписанию? Но я курю, когда хочу. (Смеется.) Неужели «русская мафия» не найдет выхода из ситуации?

— А много тут русских?

— Русских нет, но есть русскоязычные: литовка, которую приговорили за контрабанду сигарет и алкоголя, грузинка, которая нарушила миграционное законодательство. У них небольшие сроки — по нескольку месяцев. А в другой тюрьме, откуда меня привезли сюда, я видела русскую женщину, предпринимательницу Наталью Пшенкину. Мы с ней подружились. Когда ей дали пожизненный срок за убийство своего сожителя и партнера по бизнесу, в 2005 году, ей было лет 20 и она была в тот момент самой молодой женщиной в Швеции с таким суровым наказанием. Мне очень ее жаль. Каждый год она подает апелляцию, чтобы ей поменяли пожизненное на конкретный срок — хоть 20 лет. Но ей отказывают.

— При вас из Хинсеберга не было побегов?

— Нет. Но знаю, что одна заключенная, писательница, была здесь три раза и каждый раз совершала побег. Это было очень давно. Та заключенная провела за решеткой в общей сложности 40 лет. А вообще за побег в Швеции не дают срока. Можно хоть каждое утро пытаться. Но толку-то?

Ольга не знала, что Пшенкина была и в Хинсеберге. Причем они даже вроде бы находились там одновременно, но в разных корпусах (Наталья все время нарушала режим, потому ее содержали в более строгих условиях). Потом Пшенкину снова перевели в тюрьму в Истаде. Там она познакомилась с 44 летней заключенной, которая пыталась убить мужа чугунной сковородой. У них развился самый настоящий роман. Заключенные-женщины подали документы на оформление лесбийского брака. Причем просили, чтобы церемония проходила в Хинсеберге. Может, потому, что это не просто самая суровая, но и самая красивая тюрьма?

Россиянка Наталья Пшеничная, получившая пожизненный срок в Швеции, решила жениться на другой заключенной

В кино с попкорном

Ольга одета в симпатичный спортивный костюм, который, как оказалось, и есть современная тюремная роба. В Хинсеберге шьют одежду для всех женщин-заключенных Швеции. Есть разработанный и утвержденный ассортимент «робы»: платья, юбки, брюки. Почти все сиреневого, желтого, голубого, зеленого и синего цвета (платья в полосочку). Тона не яркие, а приглушенные, но все равно на фоне традиционных серых и черных цветов форменной одежды для арестантов это кажется обычным «вольным стилем». Ответственная за производство Соня говорит, что над моделями надо еще поработать, чтобы довести их до идеала.

Сотрудница Соня отвечает за швейное производство — за её спиной ассортимент для одежды заключенных-женщин всех шведских тюрем

Мне показывают, как выглядела роба в начале века. Светлое холщовое платье, черная жилетка сверху и черная шапка. А еще — о ужас! — повязка на лицо с прорезями для глаз. Эту повязку арестантки носили, чтобы их нельзя было разглядеть.

В одном из производственных помещений заключенные занимаются… сваркой! Вроде совсем это не женское дело, но шведки очень его любят.

Заключенная за сварочными работами

— Многие заключенные очень просят научить этому ремеслу, — рассказывает мастер Энтони. — И на воле эта профессия востребованна. А женщины-сварщицы очень талантливы и порой более способны, чем мужчины. Тем более что есть и художественная сварка, она требует творческого подхода.

Одна из арестанток (получила срок за похищение человека, как я потом узнала из газет) рассказывает, что работа действительно непростая, требует напряжения всех мускулов, но ей нравится.

За работу и учебу заключенным платят по 13,5 кроны в час. Выходит 1400 крон в месяц, это примерно 140 евро или около 10 тысяч рублей.

Наверное, меньше всего я предполагала увидеть картину, когда надзиратели-мужчины играют в теннис с заключенными-женщинами. Рядом арестантки качали пресс на тренажерах и бегали на беговых дорожках.

Комнаты для посещения близких. Система в Хинсеберге такая: если родные приходили дважды на краткосрочное свидание (длительностью до трех часов) и все прошло нормально, то им предлагают в следующий раз остаться на ночь. А вообще график для визита близких очень удобный: среда, суббота и воскресенье. Посетители подписывают документ, что они не против добровольной изоляции: ведь на время визита они, по сути, находятся в заключении.

В качестве поощрения заключенные могут выезжать в отпуск (он короткий, 12 часовой) домой в сопровождении конвоира.

— Если заключенная ведет себя идеально, то мы рекомендуем перевести ее из нашей тюрьмы в тюрьму третьего класса, с мягким режимом, — говорит Эвелина.

Комната для занятий йогой

Моё исследование Хинсеберга подходит к концу. Осталась только медчасть, но она очень похожа на ту, которые есть в российских СИЗО. Здесь есть только дежурный врач и медсестра. Стоматолог платный, приходит раз в неделю. Если что-то случится серьезное, то заключенную вывезут в ближайшую больницу.

Стемнело. Заключенные идут в отдельно стоящее здание — смотреть фильм в маленьком кинотеатре (днем здесь проходят занятия по йоге, повсюду разложены коврики и вообще обстановка, подходящая для медитации).

— Иногда мы готовим для них попкорн, — говорит Эвелина. — Какое же кино без него?

Мерцающая водная гладь, фонари… Если бы не истории заключенных, если бы не перенесенные ими трагедии, если бы не та боль, которую они причинили людям, Хинсеберг можно было бы считать райским местечком. Но дело ведь не в пейзажах, не в интерьерах, а именно в людях. Любой срок рано или поздно заканчивается, а что ждет их за этими стенами? Куда отправится Ольга? Вернет ли своего ребенка? Смогут ли найти свое место в обществе те, кого оно сюда поместило в наказание за страшные преступления?

Гражданку Беларуси Ольгу Класковскую в конце 2017 года освободили из шведской тюрьмы, где она находилась в заключении по приговору суда за покушение на убийство бывшего мужа. 29 ноября Класковская вернулась в Беларусь.

10 шокирующих сексуальных традиций племен и народов мира

Самое священное у тробрианцев — это совместный прием пищи. Мужчине строго запрещено разделять трапезу с женщиной до брака или как там у них это называется.

4. Водопады Со-д’О — излюбленное место для разврата последователей вуду

Если вы будете отдыхать на Гаити и не дай бог попадете на водопады Со-д’О (Saut d’Eau), то вы можете увидеть очень необычный ритуал местных последователей вуду. Каждый год они совершают паломничество к этим водопадам, чтобы провести ритуал поклонения местной богине любви.

Всё кажется милым и приличным? Как бы не так! Представьте себе кучу голых извивающихся людей в грязи и крови принесенных в жертву животных, также к этой картине добавьте еще отрезанные головы тех же животных. Это зрелище вряд ли понравится здоровому человеку.

5. Непальцы — народ, где братья делят между собой жену

Из статьи в журнале Psychology Today: «Почти все из немногих полиандрических обществ практикуют то, что антропологи называют братской полиандрией, где группа братьев делит между собой жену. Это распространено в Гималаях, где очень мало плодородной земли и появление еще одного сына означало бы разделение земли, чтобы еще один сын мог основаться с собственной семьей. Ради экономии места они и начинают создавать семейное общежитие с общей женой».

6. Водаби — племя, где мужчины воруют друг у друга жен, Нигер

В племени Водаби, Нигер, Западная Африка, принято воровать друг у друга жен на празднике Геревол. Свадьба устраивается детям племени еще в самом детстве, при этом жена и муж приходятся друг другу двоюродными родственниками. Но не всё так грустно с многообразием. На ежегодный праздник Геревол у мужчин данного племени принято разукрашиваться, наряжаться и воровать друг у друга жен. Если паре удалось уйти с этого праздника незамеченными, то их новый брак считается полностью легальным, а муж-растяпа остается ни с чем, конечно, если не украл себе другую жену. Эти браки у них считаются заключенными по любви.

7. Древнеегипетские фараоны, практикующие публичную мастурбацию

У фараонов Древнего Египта был необычный обряд, когда фараон мастурбировал и эякулировал в реку Нил. Дело в том, что в реке Нил всё время случались отливы и приливы, и считалось, что подобный обряд обеспечит изобилие воды. По этому поводу в Египте даже был официальный праздник бога Мин, посвященный потенции фараона, на котором все присутствующие мужчины должны были публично мастурбировать.

8. Древняя Греция, где гомосексуализм считался абсолютно нормальным явлением

Древние греки не воспринимали сексуальную ориентацию как социальный показатель. По сути, им было всё равно, какого пола был сексуальный партнер, самым главным аспектом секса было кто кого. Активность в данном вопросе означала более высокий статус и мужественность, а пассивность была связана с более низким социальным статусом, женственностью и молодостью.

9. Древняя Греция: педерастия — это норма!

В Древней Греции существовало такое понятие, как paiderastia, что буквально означает любовь к мальчикам. Это была «любовь» более старших мужчин к молодым мальчикам. Подросток считался мальчиком до тех пор, пока у него не начинала расти борода. При этом старший мужчина назывался erastes, и он должен был любить, содержать и защищать, обучать и служить примером для своих молодых eromenos. Испытывать любовь к мальчику младше 12 лет было неприлично, но никаких законов, запрещающих это, не существовало.

10. Современная культура Ирана, где можно купить временный брак, если есть деньги

Мусульманская культура — одна из самых строгих в отношении половых актов и сексуальных связей между мужчиной и женщиной. Например, мусульманские пары могут заниматься сексом только в миссионерской позе. Просьба мужа о смене позиции считается унижением достоинства.

Однако в некоторых мусульманских странах, таких как Иран, молодая пара, которая хотела бы заняться сексом, прежде чем будет готова заключить брак, может купить «временный брак». Партнеры имеют право заплатить за короткую церемонию, в результате которой заключается договор, где будет указано точное время брака. После этого они могут заниматься сексом, не противореча исламским законам.

Смотрите также: Дагомейские амазонки — самые грозные женщины в истории

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Рубрики: народы • секс Теги: племя • ритуал • традиции • шок

Коронавирус: шведская модель

Опустевшая центральная улица Стокгольма — Кунгсгатан — в разгар пандемии COVID-19. Фото: Reuters

Что говорит статистика

По данным на четверг, в Швеции с населением в 10 миллионов человек зафиксировано почти 5,5 тысяч заболевших. Это почти на 300 случаев больше, чем в соседней Норвегии, где живут 5,3 миллиона человек. Но значительно больше, чем в Дании, где на 5,6 миллиона населения приходится меньше 3,5 тысяч случаев инфекции.

Первый случай коронавируса в Швеции был зарегистрирован 15 февраля. В первых числах марта число заболевших стало резко расти, пока самый большой прирост — в 500 человек — не был зарегистрирован 2 апреля. 282 человека умерли от коронавируса. Основные очаги распространения — Стокгольм и провинция Емтланд на севере страны, где расположены основные горнолыжные курорты. До последнего власти не считали нужным их закрывать.

Какие меры приняты

До недавнего времени в Швеции действовало единственное ограничение — запрет на мероприятия с участием свыше 500 человек. На прошлой неделе эту меру ужесточили: нельзя собираться составом более 50 человек. Вузы закрыты, как и старшие классы в школах — но в младшей и средней школе продолжают учиться, работают детские сады. Правительство объясняет это и стремлением мобилизовать медицинский сектор. Как работать врачам и медсестрам, если их маленькие дети будут дома?

Швеция одна из немногих стран, оставивших границы открытыми, международное сообщение тоже работает. Возвращающихся из других стран не сажают на обязательный карантин.

Опустевший стокгольмский метрополитен. Фото: Reuters

Однако многие шведы сами проявляют осторожность. По данным транспортной компании SL, пассажиропоток в стокгольмском метро на прошлой неделе уменьшился вдвое. Многие театры и кинотеатры временно закрылись по собственной инициативе.

Что предлагают чиновники

Шведские политики не отрицают серьезность проблемы. «Инфекция продолжает распространяться, — заявил в воскресном телеобращении к гражданам премьер-министр страны Стефан Лёвен. — Жизнь и здоровье людей, их рабочие места находятся под угрозой. Еще заболеет много людей, и многим придется попрощаться со своими близкими».

Стефан Лёвен на пресс-конференции, посвященной эпидемии. Фото: Reuters

27 марта министерство здравоохранения Швеции выпустило прогноз количества амбулаторных услуг, которые потребуются во время пика эпидемии, опираясь на данные из Китая и Италии, но с учетом демографических особенностей Швеции — в частности, меньшей плотности расселения. Опубликованный прогноз предполагает, что на пике эпидемии заболеть может до 1% населения, при этом 80% переболеют в легкой форме, 15% — в сравнительно тяжелой, 5% — в очень тяжелой.

Что думают жители Швеции

Понтус Эклунд — технический аналитик, живущий в Стокгольме, рассказал «Новой газете», что сейчас обычным гражданам тесты не делают, — в случае если у человека есть симптомы, ему рекомендовали оставаться дома. Жесткий карантин же распространяется только на тех, у кого тест на COVID-19 оказался положительным.

Понтус Эклунд. Фото из личного архива

«Есть и некоторые прогнозы, — отмечает Понтус. — В исследовании Стокгольмского университета, о котором сообщило Шведское радио, говорилось, что уже может быть заражено 500 тыс. человек. Некоторые ученые предсказывают гибель тысяч людей, а некоторые — около тысячи смертей. До сих пор нет уверенности в этом».

«Некоторые компании, например шведский cервис Spotify и местное отделение Google, перешли на удаленку сами еще до рекомендации властей», — рассказывает «Новой газете» Томас (имя изменено по просьбе собеседника). Почти все его знакомые, кроме тех, которые работают в магазинах, тоже перешли на удаленную работу. «Сотрудники многих компаний работают удаленно, но некоторые — нет», — подчеркивает Понтус. Помимо этого, посещения в домах престарелых запретили, отметили собеседники «Новой».

Несмотря на то что бары и рестораны открыты, ограничения все же есть. Например, они могут обслуживать посетителей только за столами, а не тех, кто стоит в очереди или за барной стойкой. «В моем доме есть маленькое суши-заведение, я стараюсь почаще сейчас туда заходить и брать еду на вынос.

Замечаю, что так делают многие соседи: мы хотим, чтобы эти ребята остались с нами.

На выходных в подъезде появилось объявление, в котором заведение благодарит соседей и предлагает услугу доставки суши к двери», — рассказывает Томас.

Посетители бара в Стокгольме выпивают во время пандемии. Фото: Reuters

Сейчас организаторам мероприятий с большим количеством участников в Швеции грозит штраф или тюремное заключение на срок до полугода за нарушение допустимого предела посещаемости в 50 человек. «Разъяснения, где проходит граница между штрафом и заключением, не было. Но уровень законопослушности и доверия к государственным ведомствам (в том числе полиции) в Швеции стабильно высок. Если будут такие грубые нарушители, медиа не преминут о них рассказать.

Я лично сомневаюсь, что до грубых нарушений, заслуживающих тюрьмы, дойдет», — говорит Томас.

Новое ограничение внесло коррективы в жизнь страны: «Отменяются концерты и закрывают ночные клубы. Так что да, некоторые места закрывают принудительно, но я бы сказал, что большинство либо открыты, либо закрылись добровольно», — рассказывает Понтус, добавляя, что организациям власти дают рекомендации, как действовать, а не приказывают.

Один из примеров соблюдения рекомендаций — большой ресторан в бизнес-центре, работающий в формате шведского стола и расположенный рядом с домом, где живет Томас: «Сейчас они строго считают по головам количество посетителей, но людей так мало, что до 50 не доходит, я не видел, по крайней мере. Вместо шведского стола — сотрудник ресторана в резиновых перчатках накладывает еду клиенту — сама еда отгорожена от посетителей, есть те самые ограничительные черты в полтора-два метра и по отношению к прилавку, и к другим в этой неочереди».

Он отмечает, что некоторые непродовольственные магазины из-за ситуации с коронавирусом сократили режим работы, помимо этого, «увеселительные и after-ski-заведения на горнолыжных курортах закрылись еще раньше. С 6 апреля крупнейшая шведская компания, владеющая горнолыжными курортами, Skistar, полностью закроет все свои точки. Власти неоднократно и недвусмысленно обратились к гражданам с требованием провести надвигающиеся пасхальные каникулы дома».

Живущим в стране шведский МИД рекомендовал воздержаться от поездок за границу, если в этом нет крайней необходимости. Томас отмечает, что въехать в страну сейчас можно только из государств Европы. Из других стран приехать могут лишь отдельные категории людей, например, те, кто живет в Швеции и должен вернуться домой. Для остальных людей действует временный запрет.

Что касается разметки, чтобы граждане соблюдали дистанцию, — она есть, рассказывает Томас: «Вижу их во многих магазинах и аптеках, за каждый и каждую в стране не скажу. Мера разметки — вспомогательная к личной ответственности, важность которой неоднократно подчеркивали и премьер-министр, и эксперты профильных ведомств. Касается и покупателей, и продавцов — каждого». Понтус отмечает, что был в аптеке и в день, когда мы с ним общались, но разметки там не было: «Я видел какое-то снаряжение, защищающее лицо, которое использовал фармацевт, но других вещей не было».

Некоторые шведы продолжают посещать заведения и в дни эпидемии. Фото: Reuters

Томас живет в районе, где достаточно большое расстояние между домами, — больше, чем в московском районе, где он когда-то жил: «Нет вынужденной скученности, больше площади приходится на человека — в этом смысле выше уровень жизни и легче соблюдать дистанцию без экстренных мер». В его доме живет много пенсионеров, и он видел, как родственники помогают им с продуктами: «Я заметил движение внуков с продуктовыми сумками в подъезде, вчера видел набитую едой сумку перед дверью соседей. Появилось море инициатив по доставке еды пожилым, больным, нуждающимся. Надо помнить, что в Швеции самый высокий в мире процент людей, живущих поодиночке, — single households, для нас это актуально, потом — практически не живут вместе представители разных поколений: дедушки и бабушки — отдельно, внуки с родителями — отдельно, совершеннолетние дети тоже нечасто остаются жить с родителями».

Собеседники «Новой» отметили, что нельзя рассуждать о «мягкости» или «строгости» мер властей. «Я бы сказал, что Швеция в основном следует за остальным миром, независимо от того, хотим мы этого или нет. Мы связаны с другими странами: в основном оставались открытыми для бизнеса, но мы все еще зависим от глобальных рынков, авиакомпаний и отелей, находятся в очень плохом состоянии», — считает Понтус. Томас отмечает, что власти Швеции занимаются практическими административными вопросами, а не рассуждением о мягких или строгих мерах, и несут ответственность перед гражданами:

«Эпидемиологи Государственного управления здравоохранения (Folkhälsomyndighten) дают рекомендации, исходя из профессиональной экспертизы в своей сфере и текущей ситуации на сегодня: политических амбиций у них нет».

Шведские военврачи готовят полевой госпиталь. Фото: Reuters

Что касается экономики, то пандемия коронавируса ударила по всему миру, и в этом плане Швеция не стала исключением. Несмотря на то что все открыто, правительство ожидает рост безработицы на уровне 9 % и падение валового национального продукта на уровне 4 %. В марте работодатели уведомили об увольнении 36,8 тысячи человек, что, как отмечает шведский телеканал SVT, стало самым высоким показателем в истории, прошлый рекорд в 22 тысячи был установлен в ноябре 1992 года.

Для улучшения положения работников и снижения негативного влияния шведское правительство приняло ряд мер. «К некоторым изменениям относится, например, то, что теперь людям платят с первого дня, когда они находятся дома из-за болезни, раньше такого не было. Есть новые, более свободные требования для получения страховки по безработице, чтобы большему количеству людей могли ее предоставить», — говорит Понтус.

Для поддержки бизнеса, оказавшегося в сложном положении, власти приняли антикризисный пакет размером более 27,6 миллиарда евро. Частные предприятия получат отсрочку на выплату налогов, в том числе НДС. Среди других мер — кредитные гарантии для малого и среднего бизнеса и пособие по сокращенному рабочему дню. Последнее означает, что работодатель может сократить рабочий день и платить сотрудникам пропорционально меньше, но за счет покрытия расходов государством работник по-прежнему будет получать более 90 % зарплаты, говорит Томас.

Понтус отмечает, что, если сравнить в целом ситуацию в Швеции с тем, что происходит в других европейских странах, она лучше, чем у многих, хотя полностью ничего не закрывалось. Согласно исследованию Гарвардского университета, закрытие слишком большого числа организаций может привести ко второй волне распространения коронавируса, а частичное закрытие может быть более эффективным. Однако, если в будущем Швеции понадобятся более жесткие меры, то властям, конечно, придется к ним прибегнуть, считает Эклунд.

К чему приведет шведский подход в борьбе с коронавирусом и какие у этого могут быть последствия — обсуждаем со шведским эпидемиологом Полом Фрэнксом.

карточка эксперта

Пол Фрэнкс защитил докторскую в области генетической эпидемиологии в Кембридже в 2003 году. В настоящее время возглавляет кафедру генетики и молекулярной эпидемиологии в Лундском университете в Швеции. Приглашенный преподаватель в Гарвардской школе общественного здравоохранения.

— Вы лично согласны с политикой минимальных ограничений?

— Конечно, есть много минусов, когда население находится в карантине. Это экономические потери, благополучие граждан, последствия для психического здоровья. В тех странах, где карантин будет продолжаться в течение недель или месяцев, эти факторы нужно принимать во внимание.

В Швеции на данный момент совсем другая стратегия: не закрывать школы, не закрывать бары и рестораны, позволять людям жить почти нормальной жизнью — не до конца, некоторые ограничения действуют. С точки зрения психического здоровья, я убежден, что шведы переживут этот период лучше, чем в других странах, где введен полный карантин.

Вопрос не только в мерах, но и в том, насколько люди их выполняют. Многие шведы очень хорошо соблюдают те минимальные ограничения, которые были введены. То есть важны два фактора: последствия принятых мер и уровень их соблюдения населением.

— А что с долгосрочной перспективой?

— Если вы следуете по пути очень строгих ограничений, то необязательно остановить эпидемию, скорее — сдержать ее. Стратегия сдерживания заключается в том, чтобы отложить пик эпидемии, не перегружать больницы. В Швеции мы не делаем этого — поэтому стоит ожидать большего числа пациентов в отделениях интенсивной терапии в скором времени.

— В скором времени — это когда?

— Опираясь на данные последних двух недель, я бы предположил: вторая половина апреля или начало мая.

Этот будет очень важный момент для Швеции. Но это важный момент и для остальных европейских стран, поскольку на отслеживание последствий принятых мер уходит примерно три недели — их эффективность выражается в количестве пациентов на интенсивной терапии и в уровне смертности. В большинстве стран сильные ограничения начали действовать во второй половине марта, поэтому их последствия будут видны во второй половине апреля.

Что касается скандинавских стран, то будет хорошая возможность сравнить эффективность мер в Швеции, где более мягкий подход, и в остальных странах, где подход более жесткий.

— Сейчас число зараженных в Швеции и, например, в Норвегии сопоставимо — насколько это закономерно?

— Этот показатель не очень подходит для сравнения. Здесь все зависит от подхода к тестированию.

В Норвегии проводится примерно в семь раз больше тестирований, чем в Швеции.

Стоит смотреть на уровень смертности — на количество смертей на 100 000 человек. По этому показателю Швеция примерно в три раза опережает Норвегию.

Полевой госпиталь в Гётеборге. Фото: Reuters

— Насколько я понимаю, одна из опасностей, связанных с серьезными ограничениями, — риск второй волны эпидемии после того, как эти ограничения будут сняты. Можем ли мы говорить о том, что шведский подход снижает этот риск?

— Не сами меры или их отсутствие способны вызвать повторный пик эпидемии. Можно предположить, что благодаря строгим мерам меньше людей будет инфицировано коронавирусом в тех странах, где они введены. Если в Швеции будет больше людей, переболевших вирусом, то риск второй волны будет ниже. Главное, от чего зависит разница в уровне смертности по странам — способность национальных систем здравоохранения адекватно справиться с проблемой. В Италии именно коллапс медицинской системы привел к такому количеству погибших. Это первый важный момент.

Второй важный момент: если мы сдерживаем эпидемию, скажем, до осени — к этому времени может быть доступно лекарство, будет улучшено оснащение больниц, можно будет произвести больше медицинского оборудования и так далее.

То есть в будущем справиться с пиком эпидемии может быть проще, чем сейчас.

— Если пик эпидемии в Швеции придется на конец апреля или начало мая, как вы предсказываете, — насколько шведская система здравоохранения готова к этому?

— Все скандинавские страны примерно одинаково рассчитывают количество коек интенсивной терапии на душу населения, необходимое, чтобы справиться с эпидемией. Но в Швеции можно ожидать, что этот предел будет достигнут раньше и быстрее, чем в остальных странах.

По оценкам шведского департамента здравоохранения, неизбежный уровень смертности — это примерно 330 человек на миллион. Примерно такие же расчеты в Дании. Если мы выйдем за пределы этой цифры, это будет означать, что больницы не справляются.

Шведская колонизация Америки

Европейская колонизация
Америки

Открытие и исследование

Английская колонизация

Валлийская колонизация

Датская колонизация

Курляндская колонизация

Испанская колонизация

Немецкая колонизация

Нидерландская колонизация

Французская колонизация

Португальская колонизация

Русская колонизация

Шведская колонизация

Шотландская колонизация

Колонизация викингов

Деколонизация

История Америки

Шведская колонизация Америки — процесс колонизации Швецией территорий в Северной Америке. В XVII веке у Швеции были колонии у реки Делавэр, на территории современных штатов Делавэр, Нью-Джерси, Пенсильвания и Мэриленд; также к шведским колониям относятся два владения, бывшие в Карибском море, которыми Швеция владела в XVIII и XIX веках.

До 1809 года Финляндия была частью Швеции, поэтому многие переселенцы в колониях были финнами по национальности и говорили на финском языке. Финны ехали в Америку в первую очередь из отдалённых районов Саво и Кайнуу, где было распространено подсечно-огневое земледелие, поэтому эти люди быстро привыкли к жизни пионеров прерий.

Шведы и финны принесли в Америку традицию строительства бревенчатых домов, и они стали типичными бревенчатыми домами пионеров.

Северная Америка

Королевство Швеция к середине XVII века достигло вершины своего могущества в Европе и стало настоящей Балтийской империей, включив в свой состав множество территорий. Колония Новая Швеция (1638-1655 годы существования) была расположена вдоль реки Делавэр с населёнными пунктами в современных Делавэре (например, Уилмингтон), Пенсильвании (например, Филадельфия) и Нью-Джерси (например, Новый Стокгольм (сейчас Бриджпорт) и Сведесборо). Уимингтон в то время был фортом и носил название в честь шведской королевы Кристины. Городо Бриджпорт носил название Новый Стокгольм.

Колония была завоёвана голландцами, которые начали исследование этих территорий раньше и воспринимали присутствие шведских колонистов в Северной Америке как угрозу своим интересам в колонии Новая Голландия. В мае 1654 года губернатор Новой Швеции Йохан Рост со своими солдатами оккупировал один из голландских фортов, Казимир. Ответ голландцев не заставил себя ждать: Питер Стёйвесант, последний губернатор Новых Нидерландов, в конце лета 1655 года с сотнями солдат переправился через реку Делавэр и взял Казимир обратно, а также взял шведские форты Кристины и Троицы. Губернатор колонии Новая Швеция согласился передать ему все права на неё, и на этом 17-летняя история колонии окончилась. Тем не менее, условия для жизни у шведских и финских поселенцев были хорошими: голландцы позволили им сохранить собственное вооружённое ополчение, собственную церковь, суд в земельных вопросах и даже определённую политическую автономию.

Такое положение дел сохранялось до 1664 года, пока Новые Нидерланды не были захвачены Англией, и в 1682 году эта территория была включена Уильямом Пенном в состав колонии Пенсильвания. До этого времени число шведских поселенцев даже увеличивалось, и в 1669 году они основали новое поселение около современной Филадельфии.

Карибское море

Остров Сен-Бартельми (1787-1878 годы шведского правления) был куплен Швецией у Франции и затем продан ей же. Действовал как порто-франко (свободный порт). Была создана Шведская Вест-Индская компания (занимавшаяся в том числе ввозом рабов), прекратившая, впрочем, своё существование в 1805 году. Рабство на острове было отменено в 1846 году. В период шведского правления на остров прибывали иммигранты из стран Северной Европы, а также Бретани. Административный центр Густавия, получивший своё название по имени шведского короля, сохраняет своё название и поныне.

Гваделупа в 1813-1814 годах была оккупирована шведами в ходе Наполеоновских войн, но потом возвращена Франции.

Другие поселения

Шведские иммигранты продолжали прибывать в Америку, чтобы поселяться в других странах и колониях. Середина XIX-начало XX веков — период большой шведской иммиграции в США. Около 1,3 млн. шведов переехало в Америку за это время, а сейчас шведов в США насчитывается 3,998,310.

Благодаря Дону Педро II, императору Бразилии, который поощрял иммиграцию, большое количество шведов въехало в Бразилию, осев в основном в городах Жоинвили и Ижуи. В конце XIX века провинция Мисьонес в Аргентине стала крупным центром шведской иммиграции, где заложились основы формирования шведских аргентинцев как национальной общности.