Ргч

Как работает боеголовка

Все мы часто слышим про так называемое «оружие сдерживания» — межконтинентальные баллистические ракеты. То их сокращают, то усиленно модернизируют, а то активно тестируют. Никто ими никогда не пользовался в военных целях, но все должны быть уверены, что в случае использования одной из сторон, ответ обязательно будет и результат не обрадует никого … кто останется. Чтобы понимать, о каких технических моментах и особенностях идет речь, давайте в достаточно популярной форме узнаем, как работает боеголовка.
Сначала немного подробностей о способе доставки этой самой боеголовки.
Баллистическая ракета состоит из двух главных частей — разгоняющей части и другой, ради которой затеян разгон. Разгоняющая часть — это пара или тройка больших многотонных ступеней, под завязку набитых топливом и с двигателями снизу. Они придают необходимую скорость и направление движению другой главной части ракеты — головной. Разгонные ступени, сменяя друг друга в эстафете пуска, ускоряют эту головную часть в направлении района ее будущего падения.
Головная часть ракеты — это сложный груз из многих элементов. Он содержит боеголовку (одну или несколько), платформу, на которой эти боеголовки размещены вместе со всем остальным хозяйством (вроде средств обмана радаров и противоракет противника), и обтекатель. Еще в головной части есть топливо и сжатые газы. Вся головная часть к цели не полетит. Она, как ранее и сама баллистическая ракета, разделится на много элементов и просто перестанет существовать как одно целое. Обтекатель от нее отделится еще неподалеку от района пуска, при работе второй ступени, и где-то там по дороге и упадет. Платформа развалится при входе в воздух района падения. Сквозь атмосферу до цели дойдут элементы только одного типа. Боеголовки.
Вблизи боеголовка выглядит как вытянутый конус длиною метр или полтора, в основании толщиной с туловище человека. Нос конуса заостренный либо немного затупленный. Конус этот — специальный летательный аппарат, задача которого — доставка оружия к цели.
На снимках — ступени разведения американской тяжелой МБР LGM0118A Peacekeeper, также известной как MX. Ракета была оснащена десятью разделяющимися боеголовками по 300 кт. Ракета снята с вооружения в 2005 году.
Тянуть или толкать?
В ракете все боеголовки расположены на так называемой ступени разведения, или в «автобусе». Почему автобус? Потому что, освободившись сначала от обтекателя, а затем от последней разгонной ступени, ступень разведения развозит боеголовки, как пассажиров по заданным остановкам, по своим траекториям, по которым смертоносные конусы разойдутся к своим целям.
Еще «автобус» называют боевой ступенью, потому что ее работа определяет точность наведения боеголовки в точку цели, а значит, и боевую эффективность. Ступень разведения и ее работа — один из самых больших секретов в ракете. Но мы все же слегка, схематично, взглянем на эту таинственную ступень и на ее непростой танец в космосе.
Ступень разведения имеет разные формы. Чаще всего она похожа на круглый пенек или на широкий каравай хлеба, на котором сверху установлены боеголовки остриями вперед, каждая на своем пружинном толкателе. Боеголовки заранее расположены под точными углами отделения (на ракетной базе, вручную, с помощью теодолитов) и смотрят в разные стороны, как пучок морковок, как иголки у ежика. Ощетинившаяся боеголовками платформа занимает в полете заданное, гиростабилизированное в пространстве положение. И в нужные моменты с нее поодиночке выталкиваются боеголовки. Выталкиваются сразу после завершения разгона и отделения от последней разгонной ступени. Пока (мало ли что?) не сбили противоракетным оружием весь этот неразведенный улей или не отказало что-либо на борту ступени разведения.
Но так было раньше, на заре разделяющихся головных частей. Сейчас разведение представляет собой совсем другую картину. Если раньше боеголовки «торчали» вперед, то теперь впереди по ходу находится сама ступень, а боеголовки висят снизу, вершинами назад, перевернутые, как летучие мыши. Сам «автобус» в некоторых ракетах тоже лежит в перевернутом состоянии, в специальной выемке в верхней ступени ракеты. Теперь после отделения ступень разведения не толкает, а тащит боеголовки за собой. Причем тащит, упираясь крестообразно расставленными четырьмя «лапами», развернутыми впереди. На концах этих металлических лап находятся направленные назад тяговые сопла ступени разведения. После отделения от разгонной ступени «автобус» очень точно, прецизионно выставляет свое движение в начинающемся космосе с помощью собственной мощной системы наведения. Сам занимает точную тропу очередной боеголовки — ее индивидуальную тропу.
Затем размыкаются специальные безынерционные замки, державшие очередную отделяемую боеголовку. И даже не отделенная, а просто теперь уже ничем не связанная со ступенью боеголовка остается неподвижно висеть здесь же, в полной невесомости. Начались и потекли мгновенья ее собственного полета. Словно одна отдельная ягода рядом с гроздью винограда с другими виноградинами-боеголовками, еще не сорванными со ступени процессом разведения.
Деликатные движения
Теперь задача ступени — отползти от боеголовки как можно деликатнее, не нарушив ее точно выставленного (нацеленного) движения газовыми струями своих сопел. Если сверхзвуковая струя сопла попадет по отделенной боеголовке, то неминуемо внесет свою добавку в параметры ее движения. За последующее время полета (а это полчаса — минут пятьдесят, в зависимости от дальности пуска) боеголовка продрейфует от этого выхлопного «шлепка» струи на полкилометра-километр вбок от цели, а то и дальше. Продрейфует без преград: там же космос, шлепнули — поплыла, ничем не удерживаясь. Но разве километр вбок — это точность сегодня?
Чтобы избежать таких эффектов, как раз и нужны разнесенные в стороны четыре верхние «лапы» с двигателями. Ступень как бы подтягивается на них вперед, чтобы струи выхлопов шли по сторонам и не могли зацепить отделяемую брюшком ступени боеголовку. Вся тяга разделена между четырьмя соплами, что снижает мощность каждой отдельной струи. Есть и другие особенности. Например, если на бубликообразной ступени разведения (с пустотой посередине — этим отверстием она надета на разгонную ступень ракеты, как обручальное кольцо на палец) ракеты «Трайдент-II D5» система управления определяет, что отделенная боеголовка все же попадает под выхлоп одного из сопел, то система управления это сопло отключает. Делает «тишину» над боеголовкой.
Ступень нежно, как мать от колыбельки уснувшего дитяти, боясь нарушить его покой, на цыпочках отходит в пространстве на трех оставшихся соплах в режиме малой тяги, а боеголовка остается на прицельной траектории. Затем «бублик» ступени с крестовиной тяговых сопел проворачивается вокруг оси, чтобы боеголовка вышла из-под зоны факела выключенного сопла. Теперь ступень отходит от оставляемой боеголовки уже на всех четырех соплах, но пока тоже на малом газу. При достижении достаточного расстояния включается основная тяга, и ступень энергично перемещается в область прицельной траектории следующей боеголовки. Там расчетно тормозится и снова очень точно устанавливает параметры своего движения, после чего отделяет от себя очередную боеголовку. И так — пока не высадит каждую боеголовку на ее траекторию. Процесс этот быстр, гораздо быстрее, чем вы читаете о нем. За полторы-две минуты боевая ступень разводит десяток боеголовок.
Бездны математики
Сказанного выше вполне достаточно для понимания, как начинается собственный путь боеголовки. Но если приоткрыть дверь чуть шире и бросить взгляд чуть глубже, можно заметить, что сегодня разворот в пространстве ступени разведения, несущей боеголовки, — это область применения кватернионного исчисления, где бортовая система ориентации обрабатывает измеряемые параметры своего движения с непрерывным построением на борту кватерниона ориентации. Кватернион — это такое комплексное число (над полем комплексных чисел лежит плоское тело кватернионов, как сказали бы математики на своем точном языке определений). Но не с обычными двумя частями, действительной и мнимой, а с одной действительной и тремя мнимыми. Итого у кватерниона четыре части, о чем, собственно, и говорит латинский корень quatro.
Ступень разведения выполняет свою работу довольно низко, сразу после выключения разгонных ступеней. То есть на высоте 100−150 км. А там еще сказывается влияние гравитационных аномалий поверхности Земли, разнородностей в ровном поле тяготения, окружающем Землю. Откуда они? Из неровностей рельефа, горных систем, залегания пород разной плотности, океанических впадин. Гравитационные аномалии либо притягивают к себе ступень добавочным притяжением, либо, наоборот, слегка отпускают ее от Земли.
В таких неоднородностях, сложной ряби местного гравитационного поля, ступень разведения должна расставить боеголовки с прецизионной точностью. Для этого пришлось создать более детальную карту гравитационного поля Земли. «Излагать» особенности реального поля лучше в системах дифференциальных уравнений, описывающих точное баллистическое движение. Это большие, емкие (для включения подробностей) системы из нескольких тысяч дифференциальных уравнений, с несколькими десятками тысяч чисел-констант. А само гравитационное поле на низких высотах, в непосредственной околоземной области, рассматривают как совместное притяжение нескольких сотен точечных масс разного «веса», расположенных около центра Земли в определенном порядке. Так достигается более точное моделирование реального поля тяготения Земли на трассе полета ракеты. И более точная работа с ним системы управления полетом. А еще… но полно! — не будем заглядывать дальше и закроем дверь; нам вполне хватит и сказанного.
Полет без боеголовок
Ступень разведения, разогнанная ракетой в сторону того же географического района, куда должны упасть боеголовки, продолжает свой полет вместе с ними. Ведь отстать она не может, да и зачем? После разведения боеголовок ступень срочно занимается другими делами. Она отходит в сторону от боеголовок, заранее зная, что будет лететь немного не так, как боеголовки, и не желая их потревожить. Все свои дальнейшие действия ступень разведения тоже посвящает боеголовкам. Это материнское желание всячески оберегать полет своих «деток» продолжается всю ее оставшуюся недолгую жизнь.
Недолгую, но насыщенную.
После отделенных боеголовок наступает черед других подопечных. В стороны от ступени начинают разлетаться самые забавные штуковины. Словно фокусник, выпускает она в пространство множество надувающихся воздушных шариков, какие-то металлические штучки, напоминающие раскрытые ножницы, и предметы всяких прочих форм. Прочные воздушные шарики ярко сверкают в космическом солнце ртутным блеском металлизированной поверхности. Они довольно большие, некоторые по форме напоминают боеголовки, летящие неподалеку. Их поверхность, покрытая алюминиевым напылением, отражает радиосигнал радара издали почти так же, как и корпус боеголовки. Наземные радары противника воспримут эти надувные боеголовки наравне с реальными. Разумеется, в первые же мгновения входа в атмосферу эти шарики отстанут и немедленно лопнут. Но до этого они будут отвлекать на себя и загружать вычислительные мощности наземных радаров — и дальнего обнаружения, и наведения противоракетных комплексов. На языке перехватчиков баллистических ракет это называется «осложнять текущую баллистическую обстановку». А всё небесное воинство, неумолимо движущееся к району падения, включая боевые блоки настоящие и ложные, надувные шарики, дипольные и уголковые отражатели, вся эта разношерстная стая называется «множественные баллистические цели в осложненной баллистической обстановке».
Металлические ножницы раскрываются и становятся электрическими дипольными отражателями — их множество, и они хорошо отражают радиосигнал ощупывающего их луча радара дальнего противоракетного обнаружения. Вместо десяти искомых жирных уток радар видит огромную размытую стаю маленьких воробьев, в которой трудно что-то разобрать. Устройства всяких форм и размеров отражают разные длины волн.
Кроме всей этой мишуры, ступень теоретически может сама испускать радиосигналы, которые мешают наводиться противоракетам противника. Или отвлекать их на себя. В конце концов, мало ли чем она может быть занята — ведь летит целая ступень, большая и сложная, почему бы не нагрузить ее хорошей сольной программой?
На фото — пуск межконтинентальной ракеты Trident II (США) с подводной лодки. В настоящий момент Trident («Трезубец») — единственное семейство МБР, ракеты которого устанавливаются на американских подводных лодках. Максимальный забрасываемый вес — 2800 кг.
Последний отрезок
Однако с точки зрения аэродинамики ступень не боеголовка. Если та — маленькая и тяжеленькая узкая морковка, то ступень — пустое обширное ведро, с гулкими опустевшими топливными баками, большим необтекаемым корпусом и отсутствием ориентации в начинающем набегать потоке. Своим широким телом с приличной парусностью ступень гораздо раньше отзывается на первые дуновения встречного потока. Боеголовки к тому же разворачиваются вдоль потока, с наименьшим аэродинамическим сопротивлением пробивая атмосферу. Ступень же наваливается на воздух своими обширными боками и днищами как придется. Бороться с тормозящей силой потока она не может. Ее баллистический коэффициент — «сплав» массивности и компактности — гораздо хуже боеголовочного. Сразу и сильно начинает она замедляться и отставать от боеголовок. Но силы потока нарастают неумолимо, одновременно и температура прогревает тонкий незащищенный металл, лишая его прочности. Остатки топлива весело кипят в раскаляющихся баках. Наконец, происходит потеря устойчивости конструкции корпуса под обжавшей ее аэродинамической нагрузкой. Перегрузка помогает крушить переборки внутри. Крак! Хрясь! Смявшееся тело тут же охватывают гиперзвуковые ударные волны, разрывая ступень на части и разбрасывая их. Пролетев немного в уплотняющемся воздухе, куски снова разламываются на более мелкие фрагменты. Остатки топлива реагируют мгновенно. Разлетающиеся осколки конструктивных элементов из магниевых сплавов зажигаются раскаленным воздухом и мгновенно сгорают с ослепительной вспышкой, похожей на вспышку фотоаппарата — недаром в первых фотовспышках поджигали магний!
Все сейчас горит огнем, все обтянуто раскаленной плазмой и хорошо светит вокруг оранжевым цветом углей из костра. Более плотные части уходят тормозиться вперед, более легкие и парусные сдуваются в хвост, растягивающийся по небу. Все горящие компоненты дают плотные дымовые шлейфы, хотя на таких скоростях этих самых плотных шлейфов быть не может из-за чудовищного разбавления потоком. Но издали их видно прекрасно. Выброшенные частицы дыма растягиваются по следу полета этого каравана кусков и кусочков, наполняя атмосферу широким белым следом. Ударная ионизация порождает ночное зеленоватое свечение этого шлейфа. Из-за неправильной формы фрагментов их торможение стремительно: все, что не сгорело, быстро теряет скорость, а с ней и горячительное действие воздуха. Сверхзвук — сильнейший тормоз! Став в небе, словно разваливающийся на путях поезд, и тут же охладившись высотным морозным дозвуком, полоса фрагментов становится визуально неразличимой, теряет свою форму и строй и переходит в долгое, минут на двадцать, тихое хаотичное рассеивание в воздухе. Если оказаться в нужном месте, можно услышать, как тихо звякнет об ствол березы маленький обгорелый кусочек дюраля. Вот ты и прибыла. Прощай, ступень разведения!
Взглянем на некую типовую боеголовку (в реальности между боеголовками могут существовать конструктивные различия). Это конус из легких прочных сплавов. Внутри есть переборки, шпангоуты, силовой каркас — почти всё как в самолете. Силовой каркас покрыт прочной металлической обшивкой. На обшивку нанесен толстый слой теплозащитного покрытия. Это похоже на древнюю корзину эпохи неолита, щедро обмазанную глиной и обожженную в первых экспериментах человека с теплом и керамикой. Схожесть легко объяснима: и корзине, и боеголовке предстоит сопротивляться наружному жару.
Боеголовка и ее начинка
Внутри конуса, закрепленные на своих «сиденьях», находятся два основных «пассажира», ради которых все и затеяно: термоядерный заряд и блок управления зарядом, или блок автоматики. Они поразительно компактны. Блок автоматики — размером с пятилитровую банку маринованных огурцов, а заряд — с обычное огородное ведро. Тяжелый и увесистый, союз банки и ведра взорвется килотонн на триста пятьдесят — четыреста. Два пассажира соединены между собой связью, как сиамские близнецы, и через эту связь постоянно чем-то обмениваются. Диалог их ведется все время, даже когда ракета стоит на боевом дежурстве, даже когда этих близнецов только везут с предприятия-производителя.
Есть и третий пассажир — блок измерения движения боеголовки или вообще управления ее полетом. В последнем случае в боеголовку встроены рабочие органы управления, позволяющие изменять траекторию. Например, исполнительные пневмосистемы или пороховые системы. А еще бортовая электросеть с источниками питания, линии связи со ступенью, в виде защищенных проводов и разъемов, защита от электромагнитного импульса и система термостатирования — поддержания нужной температуры заряда.
После покидания автобуса боеголовки продолжают набирать высоту и одновременно мчаться в сторону целей. Они поднимаются до высших точек своих траекторий, а потом, не замедляя горизонтального полета, начинают все быстрее скатываться вниз. На высоте ровно ста километров над уровнем моря каждая боеголовка пересекает формально назначенную человеком границу космического пространства. Впереди атмосфера!
Ядерная боеголовка W-88 американской баллистической ракеты ‘Трайдент II’
Электрический ветер
Внизу перед боеголовкой раскинулся огромный, контрастно блестящий с грозных больших высот, затянутый голубой кислородной дымкой, подернутый аэрозольными взвесями, необозримый и безбрежный пятый океан. Медленно и еле заметно поворачиваясь от остаточных воздействий разделения, боеголовка по пологой траектории продолжает спуск. Но вот навстречу ей тихонько потянул очень необычный ветерок. Чуть тронул ее — и стал заметен, обтянул корпус тонкой, уходящей назад волной бледного бело-голубого свечения. Волна эта умопомрачительно высокотемпературная, но она пока не жжет боеголовку, так как слишком уж бесплотна. Ветерок, обдувающий боеголовку, — электропроводящий. Скорость конуса настолько высока, что он в буквальном смысле дробит своим ударом молекулы воздуха на электрически заряженные осколки, происходит ударная ионизация воздуха. Этот плазменный ветерок называется гиперзвуковым потоком больших чисел Маха, и его скорость в двадцать раз превосходит скорость звука.
Из-за большой разреженности ветерок в первые секунды почти незаметен. Нарастая и уплотняясь с углублением в атмосферу, он сперва больше греет, чем давит на боеголовку. Но постепенно начинает с силой обжимать ее конус. Поток разворачивает боеголовку носиком вперед. Разворачивает не сразу — конус слегка раскачивается туда-сюда, постепенно замедляя свои колебания, и наконец стабилизируется.
Жара на гиперзвуке
Уплотняясь по мере снижения, поток все сильнее давит на боеголовку, замедляя ее полет. С замедлением плавно снижается температура. От огромных значений начала входа, бело-голубого свечения десятка тысяч кельвинов, до желто-белого сияния пяти-шести тысяч градусов. Это температура поверхностных слоев Солнца. Сияние становится ослепительным, потому что плотность воздуха быстро растет, а с ней и тепловой поток в стенки боеголовки. Теплозащитное покрытие обугливается и начинает гореть.
Оно горит вовсе не от трения об воздух, как часто неверно говорят. Из-за огромной гиперзвуковой скорости движения (сейчас в пятнадцать раз быстрее звука) от вершины корпуса расходится в воздухе другой конус — ударно-волновой, как бы заключая в себе боеголовку. Набегающий воздух, попадая внутрь ударно-волнового конуса, мгновенно уплотняется во много раз и плотно прижимается к поверхности боеголовки. От скачкообразного, мгновенного и многократного сжатия его температура сразу подскакивает до нескольких тысяч градусов. Причина этого — сумасшедшая быстрота происходящего, запредельная динамичность процесса. Газодинамическое сжатие потока, а не трение — вот что сейчас прогревает боеголовке бока.
Хуже всего приходится носовой части. Там образуется наибольшее уплотнение встречного потока. Зона этого уплотнения слегка отходит вперед, как бы отсоединяясь от корпуса. И держится впереди, принимая форму толстой линзы или подушки. Такое образование называется «отсоединенная головная ударная волна». Она в несколько раз толще остальной поверхности ударно-волнового конуса вокруг боеголовки. Лобовое сжатие набегающего потока здесь самое сильное. Поэтому в отсоединенной головной ударной волне самая высокая температура и самая большая плотность тепла. Это маленькое солнце обжигает носовую часть боеголовки лучистым путем — высвечивая, излучая из себя тепло прямо в нос корпуса и вызывая сильное обгорание носовой части. Поэтому там самый толстый слой теплозащиты. Именно головная ударная волна освещает темной ночью местность на многие километры вокруг летящей в атмосфере боеголовки.
Бокам становится совсем несладко. Их сейчас тоже жарит нестерпимым сиянием из головной ударной волны. И обжигает раскаленный сжатый воздух, превратившийся в плазму от дробления его молекул. Впрочем, при столь высокой температуре воздух ионизируется и просто от нагрева — его молекулы распадаются на части от жары. Получается смесь ударно-ионизационной и температурной плазмы. Своим воздействием трения эта плазма шлифует горящую поверхность теплозащиты, словно песком или наждачной бумагой. Происходит газодинамическая эрозия, расходующая теплозащитное покрытие.
В это время боеголовка прошла верхнюю границу стратосферы — стратопаузу — и входит в стратосферу на высоте 55 км. Движется она сейчас с гиперзвуковой скоростью в десять-двенадцать раз быстрее звука.
На снимке показано падение разделившихся боевых блоков американской ракеты МХ в районе полигона на атолле Кваджалейн в Тихом океане. Такое можно наблюдать только в ходе испытаний. Настоящие ядерные боеголовки до земли бы не долетели, подорвав заряд на высоте нескольких сотен метров.
Нечеловеческие перегрузки
Сильное обгорание изменяет геометрию носа. Поток, словно резцом скульптора, выжигает в носовом покрытии заостренный центральный выступ. Появляются и другие особенности поверхности из-за неравномерностей выгорания. Изменения формы приводят к изменениям обтекания. Это меняет распределение давлений сжатого воздуха на поверхности боеголовки и поля температур. Возникают вариации силового воздействия воздуха по сравнению с расчетным обтеканием, что порождает отклонение точки падения — формируется промах. Пусть и небольшой — допустим, двести метров, но по ракетной шахте врага небесный снаряд попадет с отклонением. Или не попадет вообще.
Кроме того, картина ударно-волновых поверхностей, головной волны, давлений и температур непрерывно меняется. Плавно снижается скорость, зато быстро растет плотность воздуха: конус проваливается все ниже в стратосферу. Из-за неравномерностей давлений и температур на поверхности боеголовки, из-за быстроты их изменений могут возникать тепловые удары. От теплозащитного покрытия они умеют откалывать кусочки и куски, что вносит новые изменения в картину обтекания. И увеличивает отклонение точки падения.
Одновременно боеголовка может входить в самопроизвольные частые раскачивания с изменением направления этих раскачиваний с «вверх-вниз» на «вправо-влево» и обратно. Эти автоколебания создают местные ускорения в разных частях боеголовки. Ускорения меняются по направлению и величине, усложняя картину воздействия, испытываемого боеголовкой. Она получает больше нагрузок, несимметричности ударных волн вокруг себя, неравномерности температурных полей и прочих маленьких прелестей, вмиг вырастающих в большие проблемы.
Но и этим набегающий поток себя не исчерпывает. Из-за столь мощного давления встречного сжатого воздуха боеголовка испытывает огромное тормозящее действие. Возникает большое отрицательное ускорение. Боеголовка со всеми внутренностями находится в быстро растущей перегрузке, а экранироваться от перегрузки невозможно.
Космонавты не испытывают таких перегрузок при снижении. Пилотируемый аппарат менее обтекаем и заполнен внутри не столь плотно, как боеголовка. Космонавты и не спешат спуститься побыстрее. Боеголовка же — это оружие. Она должна достичь цели как можно скорее, пока не сбили. Да и перехват ее тем труднее, чем быстрее она летит. Конус — фигура наилучшего сверхзвукового обтекания. Сохранив высокую скорость до нижних слоев атмосферы, боеголовка встречает там очень большое торможение. Вот зачем нужны прочные переборки и силовой каркас. И удобные «сиденья» для двух седоков — иначе сорвет с мест перегрузкой.
Диалог сиамских близнецов
Кстати, а что там с этими седоками? Пришло время вспомнить главных пассажиров, ибо они сидят сейчас отнюдь не пассивно, а проходят свой собственный сложный путь, и диалог их становится наиболее содержательным в эти самые мгновения.
Заряд при перевозке разобран на части. При установке в боеголовку его собирают, а устанавливая боеголовку в ракету, оснащают до полной боеготовой комплектации (вставляют импульсный нейтронный инициатор, снаряжают детонаторами и т.?д.). Заряд готов к полету до цели на борту боеголовки, но пока еще не готов взорваться. Логика тут понятная: постоянная готовность заряда к взрыву не нужна и теоретически опасна.
В состояние готовности к взрыву (вблизи цели) его предстоит перевести сложными последовательными алгоритмами, базирующимися на двух принципах: надежность движения к взрыву и контроль над процессом. Система подрыва строго своевременно переводит заряд во все более высокие степени готовности. И когда в полностью готовый заряд придет из блока управления боевая команда на подрыв, взрыв произойдет немедленно, мгновенно. Боеголовка, летящая со скоростью снайперской пули, пройдет лишь пару сотых долей миллиметра, не успев сместиться в пространстве даже на толщину человеческого волоса, когда в ее заряде начнется, разовьется, полностью пройдет и уже завершится термоядерная реакция, выделив всю штатную мощность.
Финальная вспышка
Сильно изменившись и снаружи, и внутри, боеголовка прошла в тропосферу — последний десяток километров высоты. Она сильно затормозилась. Гиперзвуковой полет выродился до сверхзвука в три-четыре единицы Маха. Светит боеголовка уже тускло, угасает и подходит к точке цели.
Взрыв на поверхности Земли планируется редко — только для углубленных в землю объектов вроде ракетных шахт. Большинство целей лежит на поверхности. И для их наибольшего поражения подрыв производят на некоторой высоте, зависящей от мощности заряда. Для тактических двадцати килотонн это 400−600 м. Для стратегической мегатонны оптимальная высота взрыва — 1200 м. Почему? От взрыва по местности проходят две волны. Ближе к эпицентру взрывная волна обрушится раньше. Упадет и отразится, отскочив в стороны, где и сольется с только что дошедшей сюда сверху, из точки взрыва, свежей волной. Две волны — падающая из центра взрыва и отраженная от поверхности — складываются, образуя в приземном слое наиболее мощную ударную волну, главный фактор поражения.
При испытательных же пусках боеголовка обычно беспрепятственно достигает земли. На ее борту находится полцентнера взрывчатки, подрываемой при падении. Зачем? Во-первых, боеголовка — секретный объект и должна надежно уничтожаться после использования. Во-вторых, это необходимо для измерительных систем полигона — для оперативного обнаружения точки падения и измерения отклонений.
Многометровая дымящаяся воронка завершает картину. Но перед этим, за пару километров до удара, с испытательной боеголовки отстреливается наружу бронекассета запоминающего устройства с записью всего, что регистрировалось на борту во время полета. Эта бронефлешка подстрахует от потери бортовой информации. Ее найдут позже, когда прилетит вертолет со спецгруппой поиска. И зафиксируют результаты фантастического полета.
Первая межконтинентальная баллистическая ракета с ядерной БЧ
Первой в мире МБР с ядерной боеголовкой стала советская Р-7. Она несла один трехмегатонный боевой блок и могла поражать объекты на дальности до 11?000 км (модификация 7-А). Детище С.П. Королёва хоть и было принято на вооружение, но в качестве военной ракеты оказалось малоэффективным из-за невозможности находиться длительное время на боевом дежурстве без дополнительной заправки окислителем (жидким кислородом). Зато Р-7 (и ее многочисленные модификации) сыграла выдающуюся роль в деле освоения космоса.
Первая головная часть МБР с разделяемыми боеголовками
Первой в мире МБР с разделяющейся головной частью стала американская ракета LGM-30 Minuteman III, развертывание которой началось в 1970 году. По сравнению с предыдущей модификацией боевой блок W-56 был заменен тремя легкими боевыми блоками W-62, установленными на ступень разведения. Таким образом, ракета могла поразить три отдельные цели или сосредоточить все три боеголовки для удара по одной. В настоящее время на всех ракетах Minuteman III в рамках инициативы по разоружению оставлено лишь по одному боевому блоку.
Боеголовка с переменной мощностью
С начала 1960-х годов разрабатываются технологии создания термоядерных боеголовок с переменной мощностью. К таковым относится, например, боеголовка W80, которая устанавливалась, в частности, на ракету Tomahawk. Эти технологии создавались для термоядерных зарядов, построенных по схеме Теллера-Улама, где реакция деления ядер изотопов урана или плутония запускает реакцию слияния (то есть термоядерный взрыв). Изменение мощности происходило путем внесения поправок во взаимодействие двух этапов. Управлять мощностью боеголовки имеет смысл в зависимости от типа цели и расстояния стрельбы.

Энциклопедия

Главная Энциклопедия Словари Подробнее РВСН

Головная часть ракеты стратегического назначения

Составная часть ракеты, предназначенная для разведения и нацеливания боевых блоков ракеты на цели противника и построения боевого порядка головной части. Головная часть (ГЧ) содержит один или несколько боевых блоков (ББ), средства пре¬одоления противоракетной обороны противника, платформу для крепления ББ и средств преодоления противоракетной обороны (ПРО) и систему разведения головной части. Система разведения включает двигательную установку и систему управления, которые могут совмещаться с системой управления и двигательной установкой боевой ступени ракеты.

При эксплуатации и боевом применении ГЧ обычно имеет обтекатель, который обеспечивает снижение аэродинамического сопротивления ракеты на атмосферном участке траектории, а также дополнительную защиту головной части от внешних воздействий, создание необходимого температурно-влажностного режима и маскировку ее боевой комплектности.

По числу ББ головная часть может быть моноблочной и разделяющейся. Моноблочная ГЧ – головная часть, имеет в своем составе один ББ, средства преодоления ПРО противника, платформу для крепления ББ и средств преодоления ПРО и систему разведения. Система разведения может совмещаться с системой управления и двигательной установкой боевой ступени ракеты. До 1974 года на вооружении в РВСН находились только ракеты с моноблочными головными частями. Моноблочные ГЧ составляют основу боевого оснащения ракет «Тополь» и «Тополь-М».

Возможные конструктивно-компоновочные схемы моноблочных ГЧ показаны на рисунке.

Разделяющаяся головная часть (РГЧ) – головная часть, имеющая в своем составе несколько ББ, средства преодоления ПРО противника, платформу для крепления ББ и средств преодоления ПРО и систему разведения. Система разведения может совмещаться с системой управления и двигательной установкой боевой ступени ракеты.

При повышенном числе ББ РГЧ может быть модульной. Модульная РГЧ предназначена для сокращения времени построения боевого порядка головной части. Она состоит из нескольких модулей. Каждый модуль представляет собой моноблочную или разделяющуюся головную часть, которые функционируют автономно после отделения от ракеты и разделения головной части на модули.

На вооружение РВСН первые ракеты с разделяющимися ГЧ были приняты в 1974 году (Р-36 и УР-100К). Число ББ в составе разделяющихся ГЧ – от трех до десяти.

Конструктивно-компоновочные схемы РГЧ показаны на рисунках.

Боевое оснащение ракеты стратегического назначения — совокупность различных типов ГЧ, предназначенных для комплектации ракеты одного типа. Может включать моноблочные, разделяющееся и модульные головные части.

Боевая комплектность ГЧ – совокупность средств поражения и средств преодоления ПРО противника, входящих в состав головной части.

Средства поражения ГЧ ракеты – комплект ББ, входящих в состав ГЧ. Может включать различное число боевых блоков разных типов.

Вернуться к результатам поиска

Создание гиперзвуковых летательных аппаратов (ГЗЛА, со скоростью движения более 5 М) является одним из наиболее перспективных направлений развития вооружений. Изначально гиперзвуковые технологии ассоциировались с появлением многоразовых пилотируемых летательных аппаратов – высотных и скоростных гражданских и военных самолётов, летательных аппаратов, способных осуществлять полёты как в атмосфере, так и в космосе.

На практике проекты создания многоразовых ГЗЛА столкнулись с огромными трудностями как в части разработки многорежимных двигателей, позволяющих осуществлять взлёт, разгон и устойчивый полёт на гиперзвуковой скорости, так и в части разработки конструктивных элементов, способных выдерживать огромные температурные нагрузки.

Несмотря на сложности с созданием пилотируемых и беспилотных многоразовых летательных аппаратов интерес к гиперзвуковым технологиям не ослаб, поскольку их применение сулило огромные преимущества в военной сфере. С учётом этого акцент в разработках сместился на создание гиперзвуковых комплексов вооружения, в которых летательный аппарат (ракета/боеголовка) преодолевает большую часть траектории на гиперзвуковой скорости.

Примерно такой облик должны были иметь (а возможно, ещё и будут) гиперзвуковые пилотируемые и беспилотные летательные аппараты с прямоточными двигателями

Кто-то может сказать, что к гиперзвуковому оружию можно отнести и боеголовки баллистических ракет. Однако ключевой особенностью гиперзвукового оружия является возможность осуществления управляемого полета, в ходе которого ГЗЛА может осуществлять манёвр по высоте и по курсу движения, что недоступно (или ограничено доступно) для боеголовок, летящих по баллистической траектории.

Другим критерием «настоящего» ГЗЛА часто называют наличие на нём гиперзвукового прямоточного воздушно-реактивного двигателя (ГПВРД), впрочем, этот пункт может быть поставлен под сомнение, по крайней мере по отношению к «одноразовым» ГЗЛА.

ГЗЛА с ГПВРД

В настоящий момент активно развивается два типа гиперзвуковых комплексов вооружений. Это российский проект крылатой ракеты с ГПВРД 3М22 «Циркон» и американский проект Boeing X-51 Waverider. Для гиперзвукового оружия такого типа предполагаются скоростные характеристики в диапазоне 5-8 М и дальность полёта 1000-1500 км. К их преимуществам можно отнести возможность размещения на обычных авиационных носителях типа российских ракетоносцев-бомбардировщиков Ту-160М/М2, Ту-22М3М, Ту-95 или американских B-1B, B-52.

Проекты российской гиперзвуковой ракеты 3M22 «Циркон» (вверху) и американской гиперзвуковой ракеты X-51 Waverider (внизу)

В целом проекты этого типа гиперзвукового оружия развиваются в России и в США примерно одинаковыми темпами. Активное муссирование темы гиперзвукового оружия в РФ привело к тому, что, казалось, вот-вот начнутся поставки «Цирконов» в войска. Однако принятие этой ракеты на вооружение намечается лишь на 2023 год.

С другой стороны, всем известно о неудачах, преследующих аналогичную американскую программу X-51 Waverider компании Boeing, в связи с чем создается ощущение существенного отставания США в этом типе вооружений. Какая из двух держав первой получит гиперзвуковое оружие такого типа? Это покажет ближайшее будущее. Оно же покажет и то, насколько отстанет от него второй участник гонки вооружений.

Другим активно прорабатывающимся типом гиперзвукового оружия является создание гиперзвуковых планирующих боевых блоков – глайдеров.

Гиперзвуковые планирующие летательные аппараты

Создание ГЗЛА планирующего типа рассматривалось ещё в середине XX века. В 1957 году в ОКБ Туполева были начаты работы по проектированию ударного беспилотного летательного аппарата Ту-130ДП (дальний планирующий).

Ударный беспилотный летательный аппарат Ту-130ДП

Согласно проекту, Ту-130ДП должен был представлять собой последнюю ступень баллистической ракеты среднего радиуса действия. Ракета должна была выводить Ту-130ДП на высоту 80-100 км, после чего он отделялся от носителя и переходил в планирующий полёт. В процессе полёта могло осуществляться активное маневрирование с помощью аэродинамических рулей. Дальность поражения цели должна была составлять 4000 км на скорости 10 М.

В 90-х годах XX века «НПО Машиностроения» вышло с инициативным предложением о разработке проекта спасательной ракетно-космической системы «Призыв». Предлагалось к началу 2000 годов на базе межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) УР-100НУТТХ (ничего не напоминает?), создать комплекс оказания оперативной помощи терпящим бедствие морским судам.

Предполагаемая полезная нагрузка МБР УР-100НУТТХ представляла собой специальные воздушно-космические спасательные летательные аппараты СЛА-1 и СЛА-2, которые должны были нести различные спасательные средства. Расчётное время доставки аварийного комплекта должно было составлять от 15 минут до 1,5 часов, в зависимости от дальности до терпящих бедствие.

Прогнозируемая точность посадки планирующих летательных аппаратов должна была составить порядка 20-30 м (вполне достаточно даже для нанесения удара неядерной боевой частью), масса полезной нагрузки 420 кг для СЛА-1 и 2500 кг для СЛА-2 (боевая часть массой 2500 кг может и авианосец потопить). Работы по проекту «Призыв» не вышли из стадии предварительной проработки, что предсказуемо, с учётом времени его появления.

Спасательные летательные аппараты СЛА-1 и СЛА-2 ракетно-космической системы «Призыв»

Гиперзвуковые планирующие боевые блоки

Другим проектом, подходящим под определение «гиперзвуковой планирующий боевой блок», можно считать концепцию управляемого боевого блока (УББ), предложенную ГРЦ им. Макеева. Управляемый боевой блок предназначался для оснащения межконтинентальных баллистических ракет и баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ).

Асимметричная конструкция УББ с управлением, обеспечиваемым аэродинамическими щитками, должна была позволить в широких пределах изменять траекторию полёта, что в свою очередь обеспечивало возможность поражения стратегических объектов противника в условиях противодействия развитой эшелонированной системы ПРО.

Предполагаемая конструкция УББ включала приборный, агрегатный и боевой отсеки. Система управления – предположительно инерциальная, с возможностью получения данных коррекции. Проект был продемонстрирован общественности в 2014 году, в настоящий момент его статус неизвестен.

Управляемый боевой блок ГРЦ им. Макеева

Наиболее близким к принятию на вооружение можно считать анонсированный в 2018 году комплекс «Авангард», в включающий в себя ракету УР-100Н УТТХ и гиперзвуковой планирующий управляемый боевой блок, который обозначается как «Аэробаллистическое гиперзвуковое боевое оснащение» (АГБО). Скорость полёта АГБО комплекса «Авангард» по некоторым данным составляет 27 М (9 км/с), дальность полёта межконтинентальная. Ориентировочный вес АГБО составляет порядка 3,5-4,5 тонн, длина 5,4 метра, ширина 2,4 метра.

Комплекс «Авангард» должен поступить на вооружение в 2019 году. В дальнейшем в качестве носителя АГБО может быть рассмотрена перспективная МБР «Сармат», которая предположительно сможет нести до трёх АГБО комплекса «Авангард».

АГБО комплекса «Авангард» (предполагаемый внешний облик)

В США отреагировали на сообщения о скором развёртывании гиперзвукового оружия активизацией собственных разработок в данном направлении. В настоящий момент, помимо упомянутого выше проекта гиперзвуковой крылатой ракеты X-51 Waverider, США планируют в кратчайшие сроки принять на вооружение перспективную систему гиперзвукового ракетного оружия наземного базирования – Hypersonic Weapons System (HWS).

Основой HWS должна стать универсальная управляемая маневренная планирующая гиперзвуковая боеголовка Common Hypersonic Glide Body (C-HGB), создаваемая Сандийскими национальными лабораториями министерства энергетики США для армии, ВВС и ВМС США, при участии Агентства по противоракетной обороне.

В комплексе HWS гиперзвуковая боевая часть C-HGB в исполнении Block 1 будет выводиться на необходимую высоту универсальной твердотопливной ракетой наземного базирования AUR (All-Up-Round), размещаемой в транспортно-пусковом контейнере длиной около 10 м на наземной двухконтейнерной буксируемой подвижной пусковой установке. Дальность HWS должна составить порядка 3700 морских миль (6800 км), скорость не менее 8 М, скорее всего выше, поскольку для планирующих гиперзвуковых боевых блоков более характерны скорости порядка 15-25 М.

Фрагмент презентации Hypersonic Weapons System

Как предполагается, боеголовка C-HGB основана на экспериментальной гиперзвуковой боевой части Advanced Hypersonic Weapon (AHW), летные испытания которой проводились в 2011 и 2012 годах. Ракета AUR, также, возможно, основа на ракете-ускорителе, использовавшейся для пусков AHW. Развёртывание комплексов HWS планируется начать в 2023 году.

Концепт экспериментального планирующего гиперзвукового боевого блока Advanced Hypersonic Weapon

Планирующие гиперзвуковые боевые блоки разрабатывает и КНР. Существует информация о нескольких проектах – DF-ZF или DF-17, предназначенных как для нанесения ядерных ударов, так и поражения крупных хорошо защищённых надводных и наземных целей. Достоверная информация о технических характеристиках китайских планирующих ГЗЛА отсутствует. Принятие на вооружение первых китайских ГЗЛА заявлено на 2020 год.

Макет и концепт китайских планирующих ГЗЛА

Планирующие ГЗЛА и ГЗЛА с ГПВРД являются не конкурирующими, а дополняющими друг друга системами вооружений, и одно никак не заменит другое. Вопреки мнению скептиков о том, что стратегическое конвенциональное оружие не имеет смысла, США рассматривают ГЗЛА в первую очередь в неядерном оснащении для использования в рамках программы «Быстрый глобальный удар» (БГУ).

В июле 2018 года заместитель министра обороны США Майкл Гриффин заявил, что в неядерной конфигурации ГЗЛА могут дать вооружённым силам США значительные тактические возможности. Использование ГЗЛА позволит наносить удары в случае наличия у потенциального противника современных средств ПВО и ПРО, позволяющих отражать атаки крылатых ракет, боевых самолетов и классических баллистических ракет малой и средней дальности.

Наведение ГЗЛА в плазменном «коконе»

Одним из любимых аргументов критиков гиперзвукового оружия является его мнимая неспособность осуществлять наведение из-за образующегося при движении на высоких скоростях плазменного «кокона», не пропускающего радиоволны и препятствующего получению оптического изображения цели. Мантра про «непроницаемый плазменный барьер» стала настолько же популярна, как миф о рассеивании лазерного излучения в атмосфере, чуть ли не через 100 метров, или иные устойчивые стереотипы.

Безусловно, проблема наведения ГЗЛА существует, но насколько она нерешаема, это уже вопрос. Особенно по сравнению с такими проблемами как создание ГПВРД или устойчивых к высоким температурным нагрузкам конструкционных материалов.

Задачу наведения ГЗЛА можно разбить на три этапа:
1. Инерциальное наведение.
2. Коррекция по данным систем глобального спутникового позиционирования, возможно применение астрокоррекции.
3. Наведение на конечном участке на цель, если эта цель подвижна (ограниченно подвижна), например, на крупный корабль.

Очевидно, что для инерциального наведения плазменный барьер не помеха, при этом надо учесть, что точность систем инерциального наведения непрерывно растёт. Инерциальная система наведения может быть дополнена гравиметром, повышающим её точностные характеристики, или другими системами, работа которых не зависит от наличия или отсутствия плазменного барьера.

Для приёма сигналов от спутниковых навигационных систем достаточно относительно компактных антенн, для обеспечения которых могут применяться те или иные инженерные решения. Например, размещение таких антенн в зонах «затенения», образуемых определённой конфигурацией корпуса, использование вынесенных теплостойких антенн или гибких протяжённых буксируемых антенн из высокопрочных материалов, впрыск хладогента в определённых точках конструкции или другие решения, а также их комбинации.

В хвостовой (донной) части быстро движущегося боевого блока возникает разряжение, в которой могут быть размещены приёмные антенны систем навигации и управления, либо такие зоны могут быть сформированы искусственно, определённой конфигурацией корпуса ГЗЛА

Возможно, такими же способами могут быть созданы окна прозрачности и для радиолокационных и оптических средств наведения. Не стоит забывать, что не имея доступа к секретной информации, обсуждать можно только уже рассекреченные, опубликованные технические решения.

Если же «открыть» обзор для радиолокационной станции (РЛС) или оптико-локационной станции (ОЛС) на гиперзвуковом носителе невозможно, то может быть применено, например, разделение ГЗЛА на конечном участке полёта. В этом случае за 90-100 км цели ГЗЛА сбрасывает блок наведения, который тормозиться парашютом или иным способом, осуществляет сканирование РЛС и ОЛС, и передаёт уточнённые координаты цели, курс и скорость её движения на основную часть ГЗЛА.

Между отделением блока наведения и попаданием боевой части в цель пройдёт порядка 10 секунд, что недостаточно для поражения блока наведения или существенного изменения положения цели (корабль на максимальной скорости пройдёт не более 200 метров). Впрочем, возможно, что блок наведения придётся отделять ещё дальше, для увеличения времени на коррекцию траектории полёта ГЗЛА. Возможно, что при групповом пуске ГЗЛА будет применена схема последовательного сброса блоков наведения на разных дальностях для последовательной корректировки координат цели.

Таким образом, даже не обладая допуском к засекреченным разработкам, можно увидеть, что проблема плазменного «кокона» решаема, а с учётом анонсированных сроков принятия ГЗЛА на вооружение в 2019-2013 годах можно предположить, что, скорее всего, она уже решена.

Носители ГЗЛА, конвенциональные планирующие ГЗЛА и стратегические ядерные силы

Как уже говорилось ранее, носителями ГЗЛА с ГПВРД могут быть обычные бомбардировщики ракетоносцы, со всеми преимуществами и недостатками этого типа вооружений.

В качестве носителей гиперзвуковых планирующих боевых блоков рассматриваются твердотельные (преимущественно в США) и жидкостные (преимущественно в РФ) ракеты межконтинентальной и средней дальности, способные обеспечить планирующему ГЗЛА необходимую для разгона стартовую высоту.

Существует мнение о том, что развёртывание ГЗЛА на МБР и ракетах средней дальности (РСД) повлечёт за собой пропорциональное сокращение ядерного арсенала. Если отталкиваться от существующего договора СНВ-3, то да, но снижение численности ядерных зарядов и их носителей настолько незначительно, что на общий уровень сдерживания не окажет никакого влияния.

А с учётом того, как быстро разваливаются международные договора, нет никакой гарантии, что у СНВ-3 будет продолжение, или допустимое количество ядерных зарядов и носителей в условном договоре СНВ-4 не будет увеличено, а стратегическое конвенциональное оружие не будет вынесено в отдельный пункт, особенно, если заинтересованность в нём будет и у России, и у США.

При этом, в отличие от ядерного оружия, планирующие конвенциональные ГЗЛА в составе Стратегических конвенциональных сил можно и нужно применять в локальных конфликтах, для поражения высокоприоритетных целей и осуществления акций VIP-террора (уничтожения руководства противника) без малейшего риска потерь со стороны собственных вооружённых сил.

Другим возражением является риск начала ядерной войны, возникающий при любом запуске МБР. Но этот вопрос также решаем. Например, в рамках условного СНВ-4 носители с конвенциональными БЧ должны будут базироваться на определённых, взаимно контролируемых площадках, ядерное оружие на которых развёртываться не будет.

Наилучшим вариантом было бы вообще отказаться от развёртывания планирующих ГЗЛА в ядерном оснащении. В случае начала масштабного конфликта куда эффективнее забросать противника большим количеством обычных боеголовок, с том числе с частично-орбитальной траекторией, как это возможно будет реализовано на МБР «Сармат».

В условном СНВ-4 вполне можно увеличить допустимое число ядерных боеголовок до 2000-3000 единиц, а в случае резкого возрастания эффективности ПРО США выйти из этого договора и ещё больше нарастить арсенал ядерного оружия. Стратегическое конвенциональное оружие при этом можно «вывести за скобки».

При таких количествах ядерных боеголовок 15-30 «Авангардов» ничего не решат. При этом, если нет глайдеров с ядерными боеголовками, то с учётом траектории их полёта никто не перепутает запуск планирующих конвенциональных ГЗЛА с нанесением ядерного удара, соответственно не потребуется предупреждать об их применении.

Многоразовые носители ГЗЛА

Когда в компанию S7 Space перешел главный конструктор ракеты «Союз-5» Игорь Радугин, ему задали вопрос, будет ли проектируемая S7 Space ракета-носитель (РН) «Союз-5» одноразовой, на что он ответил: «Одноразовая ракета так же эффективна, как одноразовый самолет. Создавать одноразовый носитель – это даже не топтание на месте, а дорога вспять».

В статье «Многоразовые ракеты: экономное решение для Быстрого глобального удара» рассматривалась возможность применения многоразовых носителей в качестве средства выведения планирующих конвенциональных ГЗЛА. Хотелось бы добавить ещё несколько аргументов в пользу такого решения.

По сообщениям Министерства обороны РФ, бомбардировщики дальней авиации Ту-22М3 за четверо суток совершили 60 самолётовылетов для ударов по объектам «Исламского государства» в Сирии, заявил в пятницу командир авиагруппы Владимир Алесенко. «Удалённость целей от аэродрома взлёта составляет более 2000 километров, продолжительность каждого боевого полёта превышает пять часов.

Исходя из этого несложно понять, что самолёты дальней авиации делали по два вылета в сутки. Для стратегических бомбардировщиков-ракетоносцев, при радиусе действия 5000 км (что в сочетании с дальностью ГЗЛА с ГПВРД даст радиус поражения порядка 7000 км), количество вылетов в сутки сократится до одного.

К этой цифре сейчас стремятся частные аэрокосмические компании – обеспечить вылет многоразовой ракеты-носителя один раз в сутки. Увеличение количества вылетов приведёт к упрощению и автоматизации процедур подготовки и заправки, в принципе, все технологии для этого уже есть, но пока нет задач в космосе, которые требуют такой интенсивности полётов.

Исходя из вышеизложенного многоразовую РН надо рассматривать не как «возвращающуюся назад МБР», а как своего рода «вертикальный бомбардировщик», который за счёт набора высоты позволяет средствам поражения (планирующим гиперзвуковым боевым блокам) получить дальность полёта, в ином случае обеспечиваемую радиусом действия самолёта – бомбардировщика-ракетоносца и запуском средств поражения (гиперзвуковых крылатых ракет).

Не было не одного серьёзного изобретения, которое человек так или иначе не использовал бы в военных целях, и многоразовые ракеты-носители ждёт та же участь, тем более что с учётом высоты, на которую необходимо вывести планирующие ГЗЛА (предположительно порядка 100 км), конструкция РН может быть упрощена вплоть до использования только возвращаемой первой ступени, многоразового ракетного ускорителя (МРУ) «Байкал», или создания проекта «вертикального бомбардировщика» на базе проекта РН «Корона» ГРЦ им. Макеева.

Возможно, что так будет выглядеть «вертикальный бомбардировщик» – носитель планирующих конвенциональных ГЗЛА

Разработка проекта МРУ «Байкал» в ГКНПЦ им. М.В. Хруничева и НПО «Молния» преследовала прежде всего цель создания возвращаемого к месту старта ракетного блока первой ступени для всеазимутальной, то есть имеющей возможность запускаться под любым углом к стартовому меридиану, ракеты-носителя легкого класса. Естественно, что исходя из этого требования, чтобы избежать строительства многочисленных посадочных комплексов блока первой ступени, была выбрана самолетная схема блока, обеспечивающая возвратный полет с использованием турбореактивного двигателя.

Необходимо заметить, что целевое назначение такого класса ракеты-носителя, равно как и необходимость достижения всеазимутальности, для решения каких-то целевых задач в то время не обсуждались. Вполне подходит для выведения планирующих конвенциональных ГЗЛА?

Другим преимуществом многоразовых носителей может стать то, что их оснащение будет подразумевать только неядерные боевые блоки. Спектральный анализ факела РН при запуске и особенности траектории полёта, позволят стране, обладающей космическим элементом системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН), определить, что наносится удар не ядерным, а конвенциональным оружием.

Многоразовые носители ГЗЛА не должны конкурировать с обычными бомбардировщиками-ракетоносцами ни по задачам, ни по стоимости поражения целей, поскольку они кардинально отличаются. Бомбардировщики не могут обеспечить такую оперативность и неотвратимость удара, неуязвимость носителя, как планирующие ГЗЛА, а более высокая стоимость планирующих ГЗЛА и их носителей (даже в многоразовом варианте), не позволят обеспечить такую массированность удара, которую обеспечат бомбардировщики ракетоносцы.

Применение конвенциональных планирующих ГЗЛА

Применение конвенциональных планирующих ГЗЛА рассмотрено в статье «Стратегические конвенциональные силы».

Хочется лишь добавить ещё один сценарий применения. Если гиперзвуковые планирующие боевые блоки будут так неуязвимы для сил ПВО/ПРО противника, как считается, то конвенциональные планирующие ГЗЛА могут быть использованы как эффективное средство политического давления на враждебные государства.

Например, в случае очередной провокации США или НАТО можно осуществить запуск конвенционального планирующего ГЗЛА с космодрома Плесецк по цели в Сирии через территорию наших добрых друзей – стран Прибалтики, Польши, Румынии, да и Турции тоже. Пролёт ГЗЛА через территории союзников потенциального противника, которому они не смогут воспрепятствовать, будет как пощёчина с оттягом и даст им вполне понятный намёт относительно вмешательства в дела великих держав.

Примерный маршрут нанесения удара конвенциональным планирующим ГЗЛА с космодрома Плесецк по цели в Сирии

/Андрей Митрофанов, topwar.ru/

СИСТЕМЫ САМОНАВЕДЕНИЯ

Самонаводящиеся системы это системы, в которых управление полетом всегда осущест­вляется с помощью аппаратуры, установленной на борту беспилотного аппарата. Пункт управления в процессе самонаведения участия не принимает или играет вспомогательную роль. Основным элементом бортовой аппаратуры при самонаведении является приемник сигналов, излучаемых целью. Бортовая аппаратура должна определять пеленг на цель, т. е. направление, с которого поступает сигнал и по найденному пеленгу формировать команды управления.

Сигналы, идущие от цели, могут быть акустическими, тепловыми и радиотехническими. Системы самонаведения соответственно также могут быть акустическими, инфракрасными и радиотехническими.

Системы самонаведения можно разделить на 3 вида:

  • Активные
  • Полуактивные
  • Пассивные

Активными будем называть системы, в которых облучатель установлен на борту ракеты, а отраженные от цели сигналы служат для измерения параметров движения цели. При активном самонаведении возможен одновременный пуск любого числа зенитных управляемых ракет (ЗУР) по одной или нескольким целям сразу . Наземный командный пункт решает здесь лишь вспомогательные задачи (выбор цели, подготовку ракет, а также управление стартом). Основными недостатками активных систем самонаведения являются сложность, громоздкость и большой вес бортовой аппаратуры. При полуактивном и пассивном самонаведении бортовая аппаратура несколько проще, но все же значительно сложнее аппаратуры радиолиний телеуправления.

Рисунок 1. Активное самонаведение.

Полуактивное самонаведение это такая система ,в которой цель облучается источником энергии, расположенным на наземном пункте управления.

Рисунок 2. Полуактивное самонаведение.

При пассивном самонаведении для измерения параметров движения цели используется энергия, излучаемая целью. Это может быть тепловая, световая либо радиотепловая энергия.

Рисунок 3. Пассивное самонаведение.

При самонаведении команда управления формируется на борту в результате анализа взаимного движения цели и снаряда без существенного участия пункта управления. Бортовое устройство, анализирующее взаимное движение цели снаряда и образующее команды управления в соответствии с результатами анализа, называется координатором цели.

Основным источником информации о взаимном движении цели и снаряда является вращение линии визирования — прямой, соединяющей снаряд и цель. Поэтому координатор цели чаще всего является угломерным устройством, измеряющим направление на цель, хотя в некоторых случаях требуется измерение дальности до цели или скорости сближения снаряда с целью.

Характеристиками движения цели и снаряда являются значения их нормальных ускорений и модулей векторов скорости. Необходимо, таким образом, установить связь между модулями векторов скорости, нормальными ускорениями цели и снаряда, с одной стороны, и углом визирования и расстоянием , с другой. Угол и расстояние могут быть получены решением системы дифференциальных уравнений:

где , – соответственно модули векторов скорости цели и снаряда;

, – направление векторов скорости цели снаряда в инерциальной системе координат x, y.

Структурная схема системы самонаведения содержит только одно кинематическое звено, которое отражает взаимное движение цели и снаряда в виде функции изменения угла визирования и расстояния . Расположение координатора на управляемом снаряде приводит к зависимости входных воздействий, поступающих на радиолинию, от параметров внутреннего контура и корпуса снаряда . Таким образом, в системе самонаведения появляется дополнительный (по сравнению, например, с системой телеуправления) канал обратной связи (рис.4).

Структура канала обратной связи зависит от метода наведения и способа формирования команды управления.

Рисунок 4. Общая структурная схема системы самонаведения.

Максимальная дальность самонаведения

Максимальной дальностью называют начальное расстояние между самонаводящимся снарядом и целью, при котором координатор захватывает цель с заданной вероятностью.

Под захватом цели понимается процесс, включающий в себя следующее:

  • Обнаружение полезного сигнала.
  • Остановка системы поиска, если обнаружение сигнала производится с поиском.
  • Отсутствие срыва слежения в течение некоторого времени, характерного для данной системы.

Обнаружение полезного сигнала и остановка поиска часто жестко связаны, поэтому вероятностью наступления этих событий можно считать вероятность правильного обнаружения . При этих условиях вероятность захвата записывается в виде

где – вероятность срыва самонаведения за время , которое, например, можно считать временем переходного процесса в системе самонаведения.

Анализ процессов обнаружения сигналов и срыва самонаведения (при следящих координаторах оно эквивалентно срыву слежения) позволяет по заданной вероятности захвата найти требуемое отношение .

Список литературы:

Как работает Украинская биржа благотворительности?

Украинская биржа благотворительности – это единственная в Украине платформа, построенная по принципу краудфандинга. Только действует она исключительно в сфере благотворительности. Это место, где собрано множество проектов и историй людей, которые нуждаются в помощи. И благодаря Украинской бирже благотворительности они могут быть уверены, что эту помощь получат. На днях мы пообщались с директором УББ Ириной Гуцол и PR-менеджером Татьяной Райковой.

WeLoveUA: Для начала, расскажите, пожалуйста, о принципе работы Украинской биржи благотворительности. Как возникла идея такого формата?

Ирина: Украинская биржа благотворительности – это место, которое позволяет любому человеку, желающему сделать что-то хорошее и изменить жизнь к лучшему, сделать это легко и быстро. К тому же, он получает возможность контролировать конечный результат. Это площадка, где можно выбрать проблему, которую человек хочет помочь решить, или проект, который он собирается поддержать. Он получает возможность пожертвовать деньги и следить за реализацией выбранного проекта, в то же время, вовлекая других людей, рассказывать о том, что какая-то конкретная история, человек или больница нуждается в помощи.

Наша особенность в том, что мы – своеобразный Kickstarter. Но поддерживаем только благотворительные проекты и все, что к ним относится.

В Украине мало площадок, похожих на нашу. Среди них есть достаточно хорошие, которые направлены на поддержку культурных и социальных проблем. Но именно такой благотворительный сервис, объединяющий множество историй и других организаций –единственный.

Директор УББ Ирина Гуцол

За три года существования проекта – мы активно стартовали в 2012 году – нам удалось привлечь средства, чтобы поддержать и реализовать около полторы тысячи абсолютно разных проектов. Это истории людей, нуждающихся в помощи; помощь с покупкой очень дорогого оборудования, которое спасает жизни не только деток, но и ребят в зоне АТО; это культурные и спортивные проекты. Но, к сожалению, наши реалии таковы, что львиная доля (более 90 % из тех средств, привлеченных на благотворительность) – это поддержка в сфере здравоохранения. За три года нам удалось «накраудфандить» огромное количество средств на проекты, собрав больше 56 млн. гривен.

На самом деле, если говорить не просто о деньгах, это помощь более чем 100 разным благотворительным организациям в реализации проектов, которые помогли спасти жизни тысяч людей.

Это помощь многим учреждениям – больницам, школам, интернатам. Поддержка инициатив, направленных, например, на покупку вещей для переселенцев и детей-сирот. Помощь гериатрическим центрам, где живут пожилые люди, за которыми, к сожалению, некому поухаживать. Огромное количество разных-разных проектов.

Татьяна: Это животные.

Ирина: Да, животные. Но, скажем так, в 2012 году, до всех этих событий, которые очень сильно изменили Украину и украинцев, проекты, направленные на помощь животным, поддерживались более активно. Но ситуация в стране изменилась и показала, что те незащищенные слои населения, которые нуждаются в поддержке, этой поддержки не получают. Значит нам нужно было усилить старания и продолжать помогать.

Мы в очень хороших отношениях с разными волонтерскими движениями, которые занимаются помощью в АТО. Мы понимаем, что не помогать просто не можем.

Задача нашего проекта – дать человеку возможность решить, кому он хочет помогать. Не решить за человека, а показать, что есть разные направления, и, в зависимости от того к чему у вас лежит душа, частью чего вы хотите стать, какую проблему вы хотите решить, вы можете очень быстро зайти, выбрать, помочь и проследить, на что пошли деньги.

Очень важно, как показал этот год, не просто просить деньги, апеллируя к чувству жалости и состраданию, а объяснять, общаться, рассказывать, как ты будешь решать проблему, на что ты потратишь средства, тратить их эффективно. Наша площадка тоже это обеспечивает. Ты можешь увидеть, на что планируется потратить деньги, что уже было куплено, какой результат был получен в итоге.

Как вы выбираете проекты? Каждый может обратиться с просьбой или предложением?

Если б мы реализовывали все эти проекты самостоятельно, то их было бы в лучшем случае 50, не больше.

Мы выбрали другой путь: у нас публикуются проекты только от партнерских благотворительных организаций. Это наши операторы помощи, те фонды, которые мы проверили и с которыми заключили договора. То есть мы контролируем, как они реализуют проекты, а они нам полностью о них отчитываются.

Именно эти фонды подают проекты, которые после верификации публикуются у нас на сайте.

Если человеку нужна помощь, ему сначала нужно обратиться в один из партнерских фондов, который подаст проект к нам. Эта модель позволяет нам одновременно обслуживать более чем 500 проектов.

Вопрос не в том, чтобы просто собрать деньги. Необходимо устроить все так, чтобы они дошли до конечного адресата, и проблема была решена. Именно так работает наша площадка.

Установлены ли дедлайны для сбора средств или все зависит от конкретного проекта?

Ирина: Все очень зависит от проекта. У нас нет такого принципа: собираешь 100 % и только после этого получаешь деньги. Нет, мы так не работаем. Если это проекты, связанные с возможностью поэтапной реализации, то уже в процессе сбора средств, при необходимости и по запросу автора проекта и благотворительного фонда, мы их перечисляем на лечение. Потому что если вопрос идет о покупке медикаментов, каких-то лекарств, оплате курсов реабилитации ребенка, мы не можем ждать неизвестно сколько, пока все сто процентов будут собраны.

Татьяна: Также мы уведомляем донора проекта официальным письмом, размещенным в разделе «Документация», пишем в блоге проекта, чтобы люди видели, что часть собранных средств уже была потрачена.

Ирина: Такие площадки существуют по всему миру, и работают очень активно. Есть и JustGiving, и Global Giving, и BetterPlace, и многие другие. Они действительно функционируют как своеобразный инструмент, позволяющий благотворительным фондам, работающим над решениями в своей сфере, оперативно коммуницировать со своими благотворителями, собирать деньги, отчитываться, показывать ту работу, которая ведется. Мы со своей стороны тоже ведем плодотворную работу с фондами. У нас есть очень серьезно прописанные критерии по отчетности и прозрачности. Конечно, мы стараемся быть гибкими с позиции оперативности, но самое важное, что все проекты, на которые собираются деньги, реализуются в законосфере. Есть полные отчеты, и человек, который пожертвовал, может получить ответ на то, что произошло с его деньгами.

У нас есть и механизм перенаправления средств. Бывают ситуации, когда проекты отменяются. Причина может быть как позитивная, так и негативная. Например, нашелся другой благотворитель. Или назначенное лечение оказалось неэффективным и его нужно отменить и поменять. В этом случае мы можем пересматривать цель, если она не противоречит общему сбору. Если не на лечение, то на другой препарат. Или не на препарат, а на операцию. Или не на операцию, а на другое лечение. Либо же мы даем возможность благотворителям самим перенаправить эти деньги на любой другой проект на нашей платформе. Либо оставляем в копилке в категории «Здоровье». Из нее мы поддерживаем самые срочные проекты.

Не секрет, что для детей собрать деньги легче, чем для подростков или взрослых. А на покупку медицинского оборудования (которое спасет сотни и тысячи жизней!) собрать еще тяжелее. Копилка позволяет нам быть более гибкими. И если люди доверили нам (а мы очень этому рады!) возможность правильно и эффективно распределить эти средства, мы можем использовать деньги для поддержки горящих проектов.

Также мы подключаемся к разным интересным акциям совместно с корпоративными донорами и другими фондами. Среди самых ярких, например, – «Частичка сердца», когда в 2014 году Максим Бахматов жил в витрине магазина. Благодаря этому мы собрали более миллиона гривен на покупку сердечных имплантов для 32 детей и провели операцию по их установке.

Есть одна масштабная инициатива, реализацией которой мы занимаемся уже три года. Это «Пробег с верой в сердце», который мы проводим вместе с компанией Danone.

В разных городах организовываются пробеги. Присоединяется очень много людей, много корпоративных команд. Этот проект реализуется благотворительной фундацией «Открытые сердца». Мы отвечаем за привлечение, сбор средств и контроль, а они – за покупку медицинского оборудования и передачи его в больницы. И такая фокусировка помогает быть более эффективными.

Также есть другие проекты. Мы с «Киевстаром», например, в прошлом году реализовывали «Миллион для больниц» – покупалось оборудование для госпиталей, где лечат пострадавших в зоне АТО.

Есть маленькие проекты, когда деньги на помощь перечисляются за «лайки» и «шеры». Например, на закупку оборудования в центры для маленьких недоношенных малышей. Совсем недавно стартовал проект «Нетерплячки». Он направлен на то, чтобы привлечь внимание к недоношенным деткам. Одним из позитивных моментов было то, что присоединились участницы конкурса «Мисс Украина» разных годов. 17 ноября прошел флешмоб – мы запускали белые шарики на Софийской площади.

На самом деле в сфере благотворительности есть очень много ярких интересных проектов, но мы специализируемся именно на краудфандинге, на фандрайзинге средств на эти проекты. Мы очень дорожим каждым нашим партнером и оператором помощи, который тоже ведет эту работу. И наша задача – помочь им в этом, а также создать площадку, где можно собирать средства на протяжении реального времени. Очень хорошо работать, когда ты можешь сразу же дать людям возможность увидеть, как все происходит. Какие есть акции, сколько денег нужно, сколько собрано, кто поддерживает.

Если есть какие-то новостные сюжеты, люди могут видеть, как копеечка по копеечке, гривна к гривне собираются огромные суммы денег. И ты понимаешь: то, что казалось недостижимым, уже реализовано.

Есть еще такой момент. Очень часто, когда у человека какая-то проблема, к тебе обращаются за помощью и говорят, что нужно будет собрать полмиллиона гривен. Люди становятся перед задачей: стыдно дать 10 гривен, это ж ничего не решит, поэтому лучше не помогать. Все эти механизмы, наоборот, направлены на то, чтобы показать, что вот такими маленькими усилиями ты можешь решить огромную проблему. И это нормально.

Если ты можешь дать 10 гривен, значит, ты готов их дать и хочешь это делать. Ты должен понимать, что не только мир вокруг тебя, но ты сам сделал собственный вклад и стал сопричастным к решению какой-то сложной проблемы, стал частичкой этого. Ты смог изменить не только мир вокруг себя, но и чью-то судьбу.

Какие трудности возникают в сфере благотворительности в Украине сегодня?

Ирина: Мне кажется, что самая главная трудность,– это, опять-таки, отсутствие механизмов, которые позволяют сделать благотворительность прозрачной и простой как для того, кто жертвует, так и того, кто этим занимается. Если ты официально зарегистрированная благотворительная организация, у тебя есть очень жесткие ограничения, созданные какими-то определенными требованиями. Зачастую они не дают тебе быть достаточно мобильным, чтобы реализовывать цели и задачи, которые стали очень острыми.

Это привело к расколу на волонтеров и благотворительные организации, который произошел в нашем секторе. В одно время началось даже противостояние: волонтеры – это хорошо, а организации – это плохо; одни очень закостенелые, а другие очень мобильные. И сейчас мы все, замерев, рассчитываем на то, что эти понятия все-таки сольются обратно в «благотворительность». Не будет разделения. Иногда создается впечатление, что кто-то сталкивает нас лбами. И это неправильно.

Есть организации, деятельность которых направлена на поиск системных решений проблем, а есть те, которые решают проблемы, возникшие здесь и сейчас. Особенности Украины в эти года показывает, что нам нужны обе системы. Мы надеемся, что все нормализуется. Но социальные проблемы никуда не исчезнут. Хочется верить, что все эти молодые организации, которые работали кое-где закрывая глаза на требования закона, не уйдут, не разочаруются, а перельются уже в системные организации, которые будут дальше работать над этими проблемами.

Какие основные тренды в сфере благотворительности наблюдались в этом году?

Ирина: Сейчас для того, чтобы продолжить привлекать средства на невоенные нужды, благотворительным организациям очень важно делать это креативно и давать возможность дарить позитивные эмоции, привлекать людей не с помощью жалости или стыда. Ни в коем случае, я считаю, в благотворительности не должно быть чувства стыда. Это неправильное чувство. Наоборот: человек должен очень хотетьсделать что-то хорошее и получить от этого позитивные эмоции. Сейчас хорошо проходят проекты, направленные именно на позитивные эмоции. Привлечение внимания становится более эффективным, если делать это разными нестандартными акциями. «Нетерплячки» – это запуск шариков. Красные носики для деток больных раком у БФ «Запорука». У «Таблеточек» супергерои мыли окна в «Охматдете». Кроме того, что это повеселило деток, многие узнали о таких вот проблемах.

Вторая интересная тенденция – это увеличение количества спортивных мероприятий. В том числе и в сотрудничестве корпоративными донорами. Если раньше для бизнеса было нормально делать какие-нибудь «пати» или что-то в этом роде, сейчас намного интереснее предложить сотруднику какие-то нестандартные решения, наподобие совместного выезда всей семьей на какое-то спортивное соревнование. И это правильно. Мы наконец-то движемся в нужном направлении.В этом году, особенно в Киеве и в больших городах Украины, прошло много благотворительных марафонов и пробегов.

Усиливается вовлечение сотрудников больших корпораций в разные благотворительные инициативы, направленные на использование каких-то внутренних ресурсов – помощи, времени. И это важно, когда у людей действительно не так много денег, которые они могут пожертвовать. Эффект будет более ощутимым, если предложить им какие-то формы, позволяющие вложить во все это частичку себя, своего времени или ненужных вещей. Не зря очень активно развиваются благотворительные инициативы, построенные на обмене ненужными вещами. Тот же самый магазин «Ласка». Благотворительная барахолка «Кураж-базар», которая трансформировалась в бизнес-модель. Тот же самый сайт «Мурахи» –платформа, которая позволяет продать ненужные вещи, а деньги передать в несколько благотворительных фондов.

Такие позитивные моменты показывают, что за благотворителя надо побороться, но исключительно в том, чтобы предложить ему идею, которая несет положительные эмоции. Кроме этого,еще один большой плюс – возможность проконтролировать, что произошло с деньгами. Именно такое сочетание является выигрышным. К счастью, появилось больше сознательных людей, для которых важно не просто повеселиться и пожертвовать, но и потом не стесняться спросить: «А что произошло с моими деньгами? Как я получу отчет. Что произойдет? И если не получиться, как я могу с вами коммуницировать дальше, чтобы перенаправить средства на решение другой проблемы?».

Мы понимаем, нельзя стопроцентно быть уверенным в успехе. Нужно иметь запасной вариант. Очень важно знать, что делать дальше, если что-то не получается.

Сколько проектов удается реализовать? Почти все сто процентов?

Ирина: Да, но где-то процентов пять у нас отменяются. Причины разные. В том числе есть очень тяжелые случаи, и люди уходят. Бывают, конечно, и позитивные причины. Например, мы подняли очень большую волну, рассказали многим людям, но все равно встречается недоверие к организации. Для некоторых лучше отдать деньги лично в руки.

Татьяна: Напрямую. Маме, например, на карточку. Ну мы же не против!

Ирина: На данном этапе мы понимаем, что запретить это не хотим. Опять-таки, все наши истории – от людей, в которых мы уверены. Бывают, конечно же, разные случаи. Случаются форс-мажоры, ищется решение. Если человек хочет передать деньги родителям лично, мы даем контакты фонда и просто ведем контроль всего, что происходит. Например, уменьшаем сумму проекта, которую нужно собрать, у себя на сайте.

Мы не запрещаем сбор на других площадках. Истории, с которыми к нам приходят, действительно непростые, в том числе и пересадка костного мозга – это 120 тысяч евро. Если переводить на нынешний курс – это больше 3 млн. гривен. Поэтому очень часто на большие проекты, связанные с пересадками органов или операциями за границей, мы собираем только часть необходимой суммы. И всегда, когда начинаем это делать, узнаем, есть ли возможность потратитьэту часть суммы в других целях, если вдруг не удастся собрать все.

Татьяна: Бывает проект просто не идет…

Ирина: Что мы будем делать с этими деньгами? Можем ли оплатить поддерживающее лечение? Есть ли какая-нибудь другая возможность их применить? Если мы понимаем, что да, тогда начинаем сбор денег. Параллельно идет сбор на сайте самого фонда, который этот проект подал, на нашем сайте и в социальных сетях.

Самое важное здесь – это чтобы фонд, который подал проект, очень четко контролировал все каналы сбора и остановил его в нужный момент. Чтобы не получилось так, что деньги уже есть, а мы все еще собираем – вдруг пригодится. Подход «вдруг пригодится» на нашей площадке не работает. Это и есть сложность, с которой мы сталкиваемся.

Для того, чтобы начать сбор, мы должны точно понимать, что будем делать с деньгами. Соберем ли мы их. И поэтому, например, когда приходят обращения о том, что у ребенка рак и давайте собирать сразу много денег – это понадобится, мы отказываем. Давайте выясним четко, что нужно на лечение, какая нужна помощь. И после того, как у нас появляются основания для сбора, мы подключаемся.

PR-менеджер УББ Татьяна Райкова

Иногда начинаются споры по поводу того, стоит ли благотворительность афишировать или она должна быть «тихой».

Татьяна: Мне кажется, это индивидуально.

Ирина: У меня вообще двоякое отношение. Я понимаю, откуда эта ситуация. Очень часто появляются какие-то завышенные ожидания, особенно от корпоративных доноров. Но по поводу людей… Я более чем уверена, что люди, которые действительно хотят помочь, должны не бояться, не стесняться и рассказывать об этом. Если ты вот можешь помочь и дать деньги, которые решат проблему, таково твое решение. Можешь рассказывать, можешь не рассказывать. Но если ты хочешь решить проблему, хочешь сделать так, чтобы люди, которые тебе доверяют, приобщились и начали думать о том, что это важно… Так ты меняешь людей вокруг себя. Ты показываешь им позитивный пример, и я считаю, что это правильно.

Недаром вся западная идеология построена на том, что если ты не занимаешься благотворительностью, значит с тобой что-то не так.

Я очень надеюсь, что и в Украине мы скоро придем к пониманию, что это так же нормально, как и заниматься спортом. Потому что спорт развивает тебя физически, благотворительность развивает духовно.

Татьяна: Мне кажется, это пережитки Советского Союза, когда все прятались по своим квартирам, никто ничего не знал, и не дай бог, кто-то узнает, кто сколько зарабатывает. В плане благотворительности вообще такого понятия как финансовая помощь не существует. Я считаю этих людей донорами. Они – лидеры мнения среди общества. И если эти люди просто делают перепост или размещают ссылку на проект, а за счет этого поста приходят люди, которые дают реальные деньги, это тоже, по сути, пожертвование. Потому что человек, может, где-то даже жертвует своей репутацией. Он уже отвечает за то, что проект хороший и на него надо жертвовать деньги. Этого тоже нужно не бояться.

Ирина: У каждого свое мнение, но я считаю, что об этом нужно рассказывать. Другой вопрос как ты об этом рассказываешь. Не просто «Какой я молодец!», а «Смотрите, я это сделал, и вы можете сделать то же самое». Не имеет значени, сколько у вас времени или денег. Вы можете собственными усилиями решить проблему, которая касается не только вас. Нельзя создать какой-то закрытый мирок, где тебе хорошо, а все вокруг плохо, и ты закрываешь на это глаза.

Не нужно игнорировать то, что происходит вокруг. Ведь каждый поступок, даже самый, казалось бы, незначительный, может изменить чью-то жизнь. Загляните на Украинскую биржу благотворительности, присоединяйтесь к проектам, развивайтесь духовно.

ФОТО: Дмитрий Ершов

Как работает Украинская биржа благотворительности? обновлено: Декабрь 28, 2015 автором: Инна Фещук (8 оценок, в среднем: 4,63 из 5)