Пираты в Африке

Опасные Сомалийские пираты

Сомалийские пираты считаются некой в своем роде террористической организацией, которая работает либо на себя, либо по заказу определенных лиц.

Впрочем, факт на лицо – пираты опасны, они безжалостны, жестоки и не остановятся даже в случае, если узнают, что у жертвы нет ничего драгоценного.

Однако влияет ли это на туристов или судна захватываются по каким-то общим признакам?

Есть ли пираты Сомали на суше?

Вопросов много, причем на некоторые из них можно дать слаженные ответы.

Кто такие Сомалийские пираты

Пираты Cомали – это бывшие рыбаки.

В результате свержения исламистской власти подавляющая часть населения осталась без работы.

Существует гуманитарная проблема, которую можно приравнять к катастрофе. Закон в таких условиях никто не соблюдал.

Именно рыбаки и нашли выход – грабить суда, раз рыбу уже никто не покупает, ведь в стране совсем не до нее.

Сомали на карте мира выглядит достаточно небольшим государством, однако пиратство сегодня здесь распространено, да и преступность тоже.

Где живут Сомалийские пираты

Побережье Индийского океана… Здесь шикарная природа, красивые берега и… жестокие пираты Сомали.

Их, конечно, на берегу практически не бывает. Живут они преимущественно на островах, да и большинство времени проводят в плаваниях.

Длина береговой линии Сомали соответствует длине восточной части США, поэтому территория большая и есть где разгуляться. Впрочем, не это главное…

Индийский океан – место, где проходит одна десятая всех торговых транспортных средств, причем включая сухопутные и воздушные. То есть большинство кораблей, которые переправляют товары, проходят именно через побережье Сомали и в целом Индийский океан.

Не сложно догадаться, по какой причине именно здесь обитают пираты – жажда наживы все определяет.

Сомали на карте мира найти несложно, это государство находится на восточной части Африканского континента и омывается, как уже говорилось, Индийским океаном.

Как появились пираты Сомали

Почему Сомалийские пираты сформировались в преступную группировку и почему с ними практически никто не борется?

Глядя на ситуацию, мировое сообщество могло бы обратить более заостренное внимание на эту, по сути, всемирную проблему.

Однако решительных действий на протяжении многих лет так и не производилось.

Все ограничивалось лишь рассказами в новостях, как Сомалийские пираты захватили судно и требовали выкуп. Впрочем, сейчас практически ничего не изменилось, однако тема уже не настолько актуальная.

Причина того, что Сомалийские пираты сформировались у берегов Сомали проста – не только богатые суда здесь курсируют, но и жадные люди.

С одной стороны, таковые есть везде, но с другой, именно в Сомали 20 лет беззакония стали основополагающими факторами при формировании настолько приступного общественного отслоения в виде пиратов.

20 лет в этой стране не было закона, а даже если он и существовал, то только на бумаге.

Причина беззакония и процветания пиратов в Сомали – вмешательство США в страну. Однако, как ни крути, но таковое вмешательство было неизбежным.

Если бы этого не произошло, неизвестно чем бы могло обернуться правительство исламистов в Сомали, в результате работы которого было сформировано множество террористических группировок.

Так и получилось: хотели уберечь весь мир, но нанесли непоправимый вред стране, которая до сих пор пожинает плоды.

Есть несколько основных этапов развития пиратства в Сомали:

  • 2001 год. Первые около ста нападений не стали для мира большой проблемой, поскольку она существовала и в других странах мира;
  • 2007 год. 260 нападений. Эта цифра была уже достаточно внушительной, поэтому на Сомалийских пиратов начали обращать особое внимание, однако бороться с ними уже практически не представлялось возможным в условиях отсутствия соответствующей подготовки и оснащения;
  • 2008 год. 293 нападения. 33 атаки было зафиксировано за год и это стало одним из самых значительных показателей.

Самое опасное место – Аденский залив, где было совершено 116 нападений за всю историю сомалийского пиратства.

На втором месте побережье Сомали, где особенно опасно стало с 2009 года.

Если говорить об Африке в целом, то на третье место следует вывести Нигерию, где пиратство также процветает.

Пират Вильям Кидд считается одним из самых известных пиратов.

Самый крупный захват Сомалийскими пиратами был осуществлен вблизи побережья Сомали. Тогда было захвачено судно с двумя баррелями нефти, которое продержали пираты два месяца.

Опасны ли Сомалийские пираты для туристов

Пираты Сомали знают свое дело. Они имеют немало огнестрельного оружия и ножей, однако по большему счету их деятельность направлена не на разбой, а на обогащение.

В последние годы жестокость Сомалийских пиратов более отчетливо видна, и эта тенденция несколько пугает.

Однако есть еще одна тенденция: несмотря на то, что за все время было захвачено не много туристических суден и большинство из них добрались до места назначения целыми и невредимыми, цифры постепенно сводятся к минимуму.

Однако туризм в Африке вблизи побережья Сомали остается опасным.

Впрочем, все зависит от международных организаций, которые по каким-то причинам не желают помогать Сомали бороться с пиратством.

Как утверждает правительство страны, 75% атак можно было бы избежать, если бы соответствующее финансирование было получено.

Пираты XXI века. Почему Гвинейский залив опасен для судоходства

До сих пор в руках западноафриканских пиратов продолжают оставаться российские моряки, захваченные в ночь с 1 на 2 января 2019 года в Гвинейском заливе у побережья Бенина. Напомним, что контейнеровоз «MSC Mandy» шел под флагом Панамы. В состав его команды входили граждане Российской Федерации.

На расстоянии 20 миль от побережья западноафриканского государства Бенин, во время дрейфа на траверзе порта Котону, на контейнеровоз поднялись примерно семь – девять африканцев, вооруженных огнестрельным и холодным оружием. Они ограбили судно и экипаж и захватили в заложники шесть человек – капитана судна, старшего помощника, третьего помощника, боцмана, сварщика и кока. Остальные восемнадцать членов экипажа остались на судне и захвачены не были.


Таким образом, контейнеровоз стал очередной жертвой нападения пиратов, только уже не ХХ, а XXI века. Гвинейский залив считается одним из наиболее опасных для судоходства – именно из-за орудующих в прибрежных акваториях пиратов. Еще несколько лет назад пальму первенства по рискам пиратства уверенно держали сомалийцы. Страна, фактически распавшаяся на несколько частей в результате многолетней и кровопролитной гражданской войны, не могла ни контролировать ситуацию у своего побережья, ни обеспечивать материально свое население. В результате в Сомали пышным цветом расцвело пиратство. Сомалийские пираты нападают на нефтяные танкеры, на другие грузовые суда с целью ограбления.
В какой-то момент деятельность сомалийских пиратов стала столь активной, что об их нейтрализации задумались практически все мировые державы – от США до России и от Китая до Индии. В воды Индийского океана и в Красное море были направлены военные корабли, которые приступили к патрулированию вод и охране торговых судов. Было проведено большое количество операций против сомалийских пиратов, в результате чего масштаб их деятельности существенно снизился.
На фоне постепенного упадка сомалийских пиратов, центр современного пиратства переместился в Гвинейский залив. Собственно, пираты здесь орудовали и раньше, однако в последнее время они еще более активизировались. Рост количества нападений связан, во-первых, с их успешностью (как видим, уже двадцать дней российские моряки, захваченные пиратами, остаются в заложниках), а во-вторых – со спецификой географического положения и военно-политической ситуации в странах побережья Гвинейского залива.
По количеству пиратских нападений на иностранные суда лидирует, безусловно, Нигерия. Это крупнейшая страна африканского континента по численности населения и седьмая по численности населения страна в мире. Нигерия – ведущий экспортер нефти в Африке, самая активная по темпам развития экономики страна континента, уже успевшая обогнать ЮАР, но многомиллионное население этого государства в большинстве своем все равно живет в нищете.

Кроме того, Нигерию разъедают внутренние межнациональные и межконфессиональные противоречия. Север страны населен народами, исповедующими ислам, на юге более сильные позиции имеют христианство и традиционные африканские верования. Прибрежные районы Нигерии – густые леса, множество рек, впадающих в Гвинейский залив. Это – идеальное место для организации пиратских нападений.
Вторая по уровню развития пиратства страна региона – Бенин – имеет схожие географические характеристики, но в экономическом отношении существенно уступает Нигерии. И нигерийские, и бенинские пираты представляют собой мощные и хорошо вооруженные преступные группировки, которые предпочитают действовать не в открытом море, а в территориальных водах своих государств. Это обстоятельство позволяет им оставаться практически безнаказанными, так как иностранные военные корабли в территориальные воды Нигерии или Бенина, согласно международному праву, не заходят.
В некоторых случаях пираты выдают себя за политические движения, выступающие с какими-то конкретными целями. Например, в Нигерии некоторые группы пиратов заявляют о своей принадлежности к вооруженной организации «Коренной народ Биафры». В конце 1960-х годов народ игбо вел вооруженную борьбу за создание независимого государства Биафра. Война, однако, закончилась поражением сепаратистов и игбо остались в составе единого нигерийского государства. Однако сейчас национальный вопрос вновь превратился в повод для политических спекуляций, а пираты, провозглашая якобы политические цели, тем самым придают своим действиям более романтичный окрас.
К пиратским нападениям может быть причастно и Движение за освобождение дельты Нигера (The Movement for the Emancipation of the Niger Delta, MEND). Эта организация выступает за национализацию нефтяных ресурсов страны и считает, что сейчас богатства от эксплуатации нефтяных месторождений перераспределяются несправедливо.
Движение за освобождение дельты Нигера периодически организовывает диверсии на нефтепроводах, нападения на объекты нефтяных компаний и полицейские патрули, а кроме того специализируется на захватах в заложники работников иностранных нефтяных компаний. Известны примеры и нападений активистов MEND на танкеры, осуществлявшие вывоз нефти из нигерийских портов. Во время этих нападений похищались и моряки из экипажей танкеров.

Обычно, похищая моряков, пиратские группировки выдвигают требования о выкупе, адресованные компаниям – судовладельцам. Через посредников передаются денежные суммы, после чего моряков освобождают. Но имеют место и трагические истории, когда пираты убивают своих заложников. И такие развязки далеко не всегда связаны с невыполнением требований о выкупе. Просто пираты нуждаются в поддержании атмосферы страха, чтобы судовладельческие компании понимали, с кем имеют дело и не затягивали с выплатами выкупных денег.
Нападение на контейнеровоз с российским экипажем – далеко не первое и, как мы можем предполагать, не последнее (к сожалению) в Гвинейском заливе. Подобных историй можно привести в качестве примера достаточно много. Хотя обычно пираты предпочитают нападать на танкеры, иногда их мишенью становятся и контейнеровозы.
Так, 5 февраля 2016 года, три года назад, у побережья Нигерии был атакован пиратами сингапурский контейнеровоз Safmarine Kuramo, принадлежащий датской компании Maersk Line. На борту судна находились 25 членов экипажа — граждане Великобритании, ЮАР, Индии, Филиппин и Таиланда. Контейнеровоз шел из города Пуэнт-Нуара в Конго в порт Онне в Нигерии. Утром на борт контейнеровоза высадилось несколько вооруженных пиратов, которые взяли управление судном в свои руки. Однако о захвате контейнеровоза стало известно командованию ВМС Нигерии.
Спустя несколько часов на борт судна высадились бойцы спецподразделения ВМС Нигерии, которые приступили к освобождению контейнеровоза от пиратов. В 18:20 по центральноевропейскому времени было официально объявлено об освобождении судна. Никто из 25 членов экипажа при проведении спецоперации не пострадал. Судно продолжило путь в конечный пункт своего маршрута, а экипажу оставалось лишь благодарить нигерийских военных за проявленный профессионализм.
Куда меньше повезло экипажу танкера Leon Dias, принадлежащего греческой компании Leon Shipping and Trading и следовавшего под флагом Либерии. В январе 2016 года танкер шел из морского порта Ломе (Республика Того) в морской порт Бата (Экваториальная Гвинея) с грузом дизельного топлива на борту. Экипаж танкера состоял из 21 человека, включая 2 граждан Российской Федерации.

30 января 2016 г., около полуночи, в 100 км от нигерийского побережья, 13 вооруженных африканских пиратов захватили судно. Они ограбили судно и экипаж, завладев личными вещами моряков, включая ноутбуки, сотовые телефоны, фотоаппараты, деньги и т.д. Утром 31 января пираты покинули судно, взяв в заложники пять членов экипажа – двоих россиян (старший механик и электромеханик), двух граждан Филиппин (капитан и третий механик) и одного гражданина Грузии.

Вскоре на связь вышел представитель захвативших судно пиратов, назвавший себя генералом Беном. Он заявил, что судно было захвачено движением «Коренной народ Биафры» и потребовал в обмен на освобождение захваченных заложников освободить из-под стражи лидера «Коренного народа Биафры» Ннамди Кану, который незадолго до этого был арестован нигерийскими властями за призывы к свержению конституционного строя. В конечном итоге, представителям компании – судовладельца все же удалось договориться с нигерийскими пиратами о выкупе, после чего все пять членов экипажа были освобождены в обмен на определенную сумму денег. В России по данному факту было возбуждено уголовное дело.
Захваченные в территориальных водах Бенина российские моряки также стали предметом торга со стороны пиратов. Несколько дней назад стало известно, что пираты связались с представителями компании – судовладельца и потребовали выкуп за захваченных россиян. Как правило, в таких ситуациях компания – судовладелец через посредников начинает довольно долгие переговоры, которые напоминают обычную торговлю. Посредник со стороны компании пытается сбить цену, а пираты стоят на своем, чтобы не продешевить. Обычно речь идет о нескольких десятках тысяч долларов выкупа, но все подробности подобных сделок компании – судовладельцы предпочитают держать в тайне. Ведь в некоторых государствах не только захват заложников, но и дача выкупа преступникам также является уголовно наказуемым деянием, а судовладельцам лишние проблемы с законом не нужны.
В данной ситуации компания-судовладелец обратилась к британской компании, специализирующейся на подобных переговорах, и уже ее сотрудники вышли на связь с африканскими пиратами. Силовая операция в данном случае – не лучший вариант, поскольку пираты, прекрасно ориентирующиеся в джунглях нигерийской дельты, могут месяцами скрываться от полиции и спецназа. Но вот риск гибели заложников, если пиратам станет известно о нежелании платить за них выкуп, многократно увеличивается.

Спецназ Нигерии
Что касается Республики Бенин, то у нее еще меньше возможностей для борьбы с пиратством, чем у соседней Нигерии. Если Военно-морские силы Нигерии считаются одними из наиболее крупных в Африке и насчитывают 8 тысяч человек, в том числе имея в своем составе и Специальное подразделение на катерах – отряд, занимающийся борьбой с терроризмом и организованной преступностью на море, то ВМС Бенина – фактически одно название. В ВМС Бенина служат всего 200 человек, а на вооружении находятся 1 буксир и 1 патрульный катер типа «Patriote». Понятно, что на одном катере сильно с пиратами не поборешься. Тем более, что, как сообщили в командовании ВМС Бенина, пираты с захваченными россиянами ушли в территориальные воды Нигерии.
Между тем Бенину, как и другим западноафриканским государствам, стоило бы серьезно озаботиться вопросами борьбы с пиратством и, если нет для этого собственных сил, привлечь на помощь другие страны. Ведь обеспечение безопасности судоходства в Гвинейском заливе является важным залогом улучшения экономической ситуации в странах Западной Африки. Например, именно из-за действий пиратов значительно сократились объемы товарного оборота порта Котону – крупнейшего бенинского порта, следующие в который суда часто становятся объектами пиратских нападений.

С другой стороны, не стоит забывать и о том, что в странах Западной Африки пираты находятся в тесной связке с местными властями, особенно с коррумпированными представителями полиции и военного командования. Пираты обеспечивают последних немалыми доходами и, естественно, им совершенно невыгодно терять такую «кормушку».
При этом, в отличие от Сомали, Нигерия, Бенин и Того вроде бы являются централизованными государствами, но нападения происходят в их территориальных водах. И мировые державы оказываются в сложной ситуации – действовать против пиратов в территориальных водах других стран нельзя, как нельзя и заходить в чужие территориальные воды с вооруженными людьми на борту (это к вопросу о найме частных военных компаний для охраны кораблей), пираты же действуют всё наглее и становятся всё более опасными для мирового судоходства.

Папуа (залив)

Сообщества, населяющие папуасские заливы, в основном живут в деревнях на берегу или в прибрежных мангровых лесах, а также в ключевых региональных центрах (Кикори, Баймуру, Иху, Керема и Малалауа). Здесь находятся организации, предоставляющие медицинские услуги, а также средние школы и крупные магазины. Правительство провинции Залив, в ведении которого находится бо́льшая часть залива Папуа, находится в Кереме. Основное племя провинции носит название тоарипи.

С 1950-х годов люди залива Папуа мигрируют в столицу Папуа-Новой Гвинеи Порт-Морсби в поисках работы. В результате этих демографических сдвигов, в Порт-Морсби проживает значительная община папуасов-жителей залива. Они расположены в основном в населенных пунктах Каугере, Кила Кила и Хорс Кэмп. Сообщества залива имеют доступ к региональным авиалиниям, которые соединяют их с миром. В дельте Пураны и среди Элема есть много людей, особенно мужчин, которые путешествуют в Порт-Морсби, по крайней мере, один раз в год — навестить родственников либо заработать денег.

Сегодня люди в первую очередь полагаются на рыболовство и охоту и, в зависимости от района, на сельское хозяйство и садоводство. С начала 1990-х годов общины залива столкнулись с интенсивной экспансией со стороны транснациональных компаний, интересы которых состоят в поисках нефти и доходов от вырубки тропических лесов (жёсткой древесины) в регионе. С развитием Кутубу нефтяной проект в Южном Нагорье, в настоящее время тянется нефтепровод от нефтяных скважин на морском терминале нефти в заливе Папуа. С середины 1990-х годов, были созданы несколько лесоповалов, и некоторые из которых находятся в ведении малайзийской компании Римбунан Хиджау. Общины, в которых земельные и водные ресурсы в настоящее время влияют на эти проекты и получают хоть какую-то компенсацию. В результате, в общине теперь можно купить рис, рыбные консервы, керосин и т. д. долгосрочные социальные и экологические последствия этих проектов добычи ресурсов до сих пор не оценены.

Разнообразные культурные группы, населяющие этот регион находится несколько в отдельных культурных связях. Есть сообщества, организованные на основе племенных и клановых границ. Хотя эти границы остались нетронутыми с течением времени, жители общин вступают в брак в регионе и за пределами этнических групп.

В начале колониального периода в регионе (1880—1920), общины стали известными в Европе для их масштабной архитектуры, и их фантастических произведений. В дельте Пурари, на самой Пурари построены здания с фасадами 80 футов, которые затем вниз по коническому центральному столбу гребнем 120 футов. Некоторые были одинаковыми по высоте (20 футов) и достигли длины 600 футов. Хотя общин на востоке больше не строили эти здания, их по-прежнему можно найти среди архитектуры рек общин Урама, Гопе, Эра. Эти здания были сохранены, где есть многие невероятные искусства региона.

Ритуалы, такие как охота за головами и людоедство были широко распространены в заливе Папуа перед иностранными людьми. Эти ритуалы показы магической силой, и показывают их молодые мужчины. Неотъемлемой частью этих ритуалов является племенные искусства. Это искусство в основном из дерева и резные и окрашены местными красителями красной охры, известковой, а также углем. Примеры этого искусства скульптуры, маски и Гопе. Ряд авторов, а именно английский антрополог Альфред Хаддон (1920) и искусствовед Дуглас Ньютон (1961), отмечали сходства между различными формами искусства, групп, проживающих вдоль реки Сепик. На основе этого формальное сходство они предложили возможность культурных связей между этими двумя областями. Тем не менее, на сегодняшний день ни научных исследования подтвердили такие связи, и они остаются спекуляциями на основе стилистического сходства.

Снимок из космоса

На побережье залива находится столица и крупнейший порт страны Порт-Морсби. Площадь залива около 35 000 км².

В заливе Папуа до прихода запада были в порядке вещей такие обычаи, как охота за головами и каннибализм. Аборигены раскрашивали себя углём, известью и охрой.

Адский залив: Морякам, захваченным нигерийскими пиратами, пришлось пережить неделю кошмара

В ночь со 2-го на 3 января в Гвинейском заливе произошло очередное нападение пиратов на гражданское судно. На этот раз объектом атаки стал морской земснаряд Ambika, занимавшийся прокладкой нефтепровода в прибрежных водах Нигерии. Налёт боевики устроили, когда Ambika находилась в устье реки Нигер. Расстреляв с ходу охрану (четверо погибли на месте, ещё двое были ранены), пираты захватили трёх членов экипажа – двух граждан России и индийца, после чего тут же скрылись на материке.

Им повезло. В плену они пробыли только пять дней и были освобождены, как сообщают в африканских СМИ, в результате спецоперации нигерийских ВМС.

Повезло – это потому, что обычно заложников пираты вывозят вглубь континента и держат до тех пор, пока не привезут деньги – выкуп. Зачастую на вызволение уходит несколько недель, иногда и более полутора месяцев, в течение которых идут переговоры между представителями пиратов (да-да, это вовсе не фигура речи) и посредниками, нанятыми подвергшейся нападению стороной.

В этот раз, по всей видимости, ситуация развивалась не по плану налётчиков: они успели вывезти заложников только в перевалочный лагерь, где их выследили и вынудили отпустить захваченных людей. Однако и для тех двоих, которых удалось освободить, те пять дней, проведённых в плену, были настоящим кошмаром на грани жизни и смерти.

Нанимать профессиональную охрану – дорого. И судовладельцы осознанно идут на риск

Самым опасным с точки зрения риска остаётся по-прежнему Гвинейский залив: на этот регион, отмечают в Международном морском бюро, приходится 86 процентов захватов и порядка 82 процентов похищений членов экипажей во всем мире. Фото: Igor Grochev / .com

В прошлом году, по данным Информационного центра пиратства IMB (IMB PRC), поступило свыше ста двадцати инцидентов о нападениях, основная часть из которых дошла до проникновения налётчиков на суда, не менее чем в десяти случаях применялось оружие. В заложниках оказались около полусотни моряков. И самым опасным с точки зрения риска остаётся по-прежнему Гвинейский залив: на этот регион, отмечают в Международном морском бюро, приходится 86 процентов захватов и порядка 82 процентов похищений членов экипажей во всем мире.

Плавание в тех водах – это всегда рулетка, – рассказал Царьграду Иван Р. (по просьбе собеседника мы не приводим его данные полностью), российский моряк, сам в прошлом году побывавший в плену у нигерийских пиратов. – Охрану торговые суда, как правило, не берут. Если нанимать хорошо обученных профессионалов, американцев или англичан из частных военных компаний (ЧВК), это слишком дорого. А обращаться к местным – нет смысла, поскольку никогда не знаешь, чего от них ожидать.

Единственный способ хоть как-то обезопасить себя – колючая проволока по периметру судна да брандспойты, но толку от них в реальной ситуации, по его словам, мало: пираты знают об их существовании и легко преодолевают. «Атакуют обычно на быстроходных и мощных моторных пятиметровых лодках, с двух-трёх сторон одновременно, связь между собой они держат с помощью раций, – продолжает наш собеседник. – Сначала стреляют в воздух, для устрашения, затем требуют спустить трап». И лучше не сопротивляться, так говорят опытные моряки. Иначе, если попытка взять на абордаж увенчается успехом, без жертв не обойтись: в наказание за сопротивление.

«Глаза мутные и страшные: им убить человека легче, чем муху прихлопнуть»

Действуют пираты всегда по отработанной схеме: забирают несколько ключевых членов экипажа: капитана, старпома, боцмана и иногда кока – готовить-то пленникам никто на берегу не будет.

«Но сопротивляться-то и нет смысла: это не европейцы, образно говоря, «цивилизованные бандиты», пусть жестокие и циничные, но с которыми всё-таки можно разговаривать на одном уровне, – объяснил Иван. – Здесь же – полуголые люди, облаченные в какие-то камуфлированные штаны, с автоматами и длинными ножами. Чуть что – бьют. Орут по-своему, бесятся. И что-то жуют, видимо, листья наркотиков. Глаза мутные, страшные». Весь экипаж тут же кладут «лицом в пол», и на судне начинается полнейший хаос. Пока часть банды отбирает у моряков всё, что у них имеется при себе в этот момент (часы, цепочки, кольца), остальные отправляются с обыском по каютам.

Далее – грузят пленников на свои моторные лодки и отплывают. Или же заставляют, под угрозой расправы над заложниками, следовать за собой, отгоняя судно в отдалённые бухты. И практически сразу следует уведомление его владельцу: готовьте деньги за возврат людей и имущества.

Есть стойкое ощущение, что у пиратов есть своя разведка: они точно знают, где и когда нападать, что судно везёт. То есть «ведут» выбранный объект от порта, в который тот заходит, до места засады. Как правило, засаду устраивают там, где судно приближается к берегу,

– уточнил наш собеседник.

Кстати, это подтверждают и в Международной федерации транспортных рабочих (ITF): есть «специально обученные представители», которые оказывают услуги по ведению переговоров. Их конторы базируются в самой Африке, а вот штаб-квартиры находятся в благополучных европейских странах.

Сумма выкупа не озвучивается: её называют судовладельцу, и тот уже решает, как быть дальше. Нередко речь идёт о миллионах долларов.

Как передаются деньги – тоже тайна. Но однозначно: есть система, которая успешно работает. В ней задействованы, судя по всему, и местные власти, и посредники, получающие за успешное проведение операции по обмену денег на людей свой процент.

Фото: Farah Abdi Warsameh / AP/ ТАСС

А сбежать практически нереально

Всё это время заложники балансируют между жизнью и смертью.

Как было, например, с нами: довезли до устья реки, накинули сверху на голову тенты, потом переправили на континент, в джунгли, всё время везли по речушкам и каналам, – продолжает свой рассказ моряк. – Сначала на одну точку, перевалочную базу, затем на другую, и на каждой «маринуют» по несколько суток, заметают следы.

Сбежать практически нереально: подобные случаи можно пересчитать по пальцам одной руки. Лет десять назад, например, удалось сорваться из лагеря и благополучно, спустя пять суток скитаний по джунглям, добраться до безопасного места одному бывшему спецназовцу из Ростова-на-Дону, который работал в службе охраны в торговой компании в Нигерии и тоже был захвачен в плен. Но этот случай, скорее, исключение из правил.

«Сами пираты предостерегали нас: даже, мол, не пытайтесь улизнуть, тут столько зверья дикого и гадов ядовитых, что просто погибнете, – уточнил Иван. – А конечной точкой стал лагерь в тропиках, на берегу озера или пруда. Там нас «поселили» в шалаш, представлявший собой настил из досок с парусиновым навесом. Жара, духота, а время от времени ливни. Ужас. Кормёжка отвратительная, нам привозили бобы и рис, варили себе сами. Все время внутрь шалаша заползали огромные пауки и змеи».

Переговоры по их выкупу шли долго и несколько раз были на грани срыва: бандиты, накурившись и залив глаза спиртным, грозили расправой и избивали. И только спустя три недели приехали новые боевики, погрузили всех скопом в лодку, завалили тряпками и повезли на лодке куда-то в сторону моря по реке.

Фото: ANURAKE SINGTO-ON / .com

Пиратство – это бизнес. И все понимают правила игры

Процесс передачи тоже был нервным. Выкуп пираты, как выяснилось, к тому времени уже взяли и везли заложников «под честное слово». То есть им ничего не мешало убить своих пленников в любой момент – или нарваться на огонь с вышек береговой охраны.

Это бизнес, и все понимают, что таковы условия игры: судовладельцы рискуют, отправляя свой груз по таким морям, но пытаются экономить в надежде на то, что пронесёт. Пираты ждут, когда им дадут очередную наводку. Моряки тоже знают, что могут угодить в плен, однако им платят повышенную зарплату плюс, в случае ЧП, выплатят компенсацию. А тамошние власти, хоть и заявляют о своей борьбе с пиратством, только в экстренных случаях вступают в дело, и лишь когда затрагиваются межгосударственные интересы,

– заключил Иван Р.

Нигерийские пираты (41 фото)

Колоритные фотки. Все таки мало мы себе представляем жинь во многих африканских странах. Оставляю на всякий случай комментарии на английском, т.к многие сейчас хорошо читают на бусурманском. Но кратко будет и по нашенскому.
Федеративная Республика Нигерия, государство в Западной Африке. По численности населения занимает первое место в Африке, нигерийцы составляют ок. 1/8 жителей континента. Территория страны простирается от побережья Гвинейского залива до западноафриканской саванны. На западе граничит с Бенином, на севере с Нигером, на северо-западе с Чадом, на востоке и юго-востоке с Камеруном.
Лагерь №9 Движения за эмансипацию реки Нигер (MEND) находится в глубине мангровых лесов, и его ошибочно можно было бы принять за тихую рыбацкую деревушку, если бы не пулеметы и здоровенный бугай, конфискующий телефоны у репортеров. В лагере кто-то бродит в поношенной камуфляжной одежде с автоматами Калашникова и реактивными гранатометами, кто-то смотрит старый телевизор. В этот период официального прекращения огня «мальчики» развлекаются, устраивая между собой боксерские поединки или попивая пиво.

Боевики под руководством Атеке Тома – лидера движения MEND – плывут в лагерь №9 – один из 11 лагерей, находящихся под руководством лидера в мангровых лесах реки Нигер. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Атеке Том – лидер движения MEND – любит, когда подручные и даже гости называют его «папочка». Главная цель Атеке – бороться за права жителей дельты реки Нигер. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Золотая цепочка на шее лидера движения MEND Атеке Тома. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

В Окугаю местное население очень бедное, несмотря на то, что на этой территории находится нефть. Жители деревни хотят финансового вознаграждения от нефтеиндустрии. У них нет электричества, воды, дорог. К тому же, они больше не могут ловить рыбу, так как нефть просочилась в реку и уничтожила экосистему. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Глава местной деревни считает движение MEND «всего лишь кучкой воров, которые прикрываются благородной целью, но на самом деле хотят наполнить карманы». Такого же мнения придерживаются и другие жители деревни. Уровень безопасности в деревне снизился из-за действий боевиков, но положительных изменений это не принесло. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

С 2006 года участники движения MEND похищали иностранных рабочих нефтевышек. Однако никаких предложений или решений группа боевиков так и не выдвинула. Жители окрестных поселков говорят, что это постепенно превращается в гражданскую войну, где ни одна сторона не может прийти к решению проблемы только потому, что не знает его. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Нефтяные компании сократили число иностранных работников до минимума и начали искать более мирных способов добычи нефти на берегу. Однако боевиков движения MEND это, видимо, не удовлетворило. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Боевики, работающие под началом Атеке Тома – лидера движения MEND – идут к лагерю №9 – одному из 11 лагерей, которыми владеет Атеке Том в мангровых лесах реки Нигер. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Жители окрестных поселков говорят, что боевики просто не могут или, скорее, не хотят находить решения проблемы. (Veronique de Viguerie/ Getty Images

В распоряжении боевиков – целый склад оружия, включая пулеметы и гранатометы. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Ручная обезьянка сидит на руке одного из участников Движения за эмансипацию реки Нигер. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Обезьянка на плече боевика движения MEND. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Один из боевиков, работающих под руководством лидера Атеке Тома, направляется в лагерь №9. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Атеке Том – лидер движения MEND – любит, чтобы его называли «папочка». (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Активисты за эмансипацию реки Нигер, предпочитающие решать дела огнем. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Жители близлежащих деревень считают их действия неоправданными и неблагородными. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Участники Движения за эмансипацию реки Нигер. Как утверждает их лидер Атеке Том, они борются «за то, что по праву принадлежит им». (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Боевики движения MEND под руководством лидера Атеке Тома идут в лагерь №9 – один из 11 лагерей, находящихся под властью Атеке Тома. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Король Чукумела Ннам Оби Ил не одобряет нефтяные компании (включая «Total», «Shell» и «Agip»), которые загрязняют его владения добычей нефти, при этом не выплачивая компенсации его народу. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

В Дельте Нигера довольно трудно найти топливо. Большинство заправочных станций закрыты, и людям приходится несколько часов стоять в очередях, чтобы заправить автомобиль. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

В бухте Боло жители деревни нелегально перекачивают нефть с установок компании «Shell» и продают ее на черном рынке. В бухте можно найти около 30-40 нелегальных нефтеперерабатывающих заводов. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Присутствие поблизости боевиков движения MEND отпугивает полицию и армию, и жители могут спокойно перерабатывать нефть. Баррели очищенной нефти продаются на черном рынке, зачастую – зарубежным судам. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Жители деревни рассказали репортерам, что эта работа приносит им около 1500 евро в день, что можно считать настоящим состоянием в стране, где 70% населения живет на грани бедности. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Человек по имени Сохи занимается тем, что сводит местные мелкие фирмы с потенциальными клиентами, которых он ищет в барах или по интернету. Он говорит, что это приносит ему «несколько тысяч долларов в месяц». (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Заправка» – практикуемая техника добычи нефти в регионе. Жители деревни попросту сливают нефть с нефтевышек или колодцев в небольшие лодки. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

За всем этим следят мощные вооруженные группировки, которые платят как боевикам MEND, так и солдатам из объединённой оперативной группы, чтобы обезопасить себя. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

К примеру, в маленькой деревушке Опокмалела в 50 км от Порта Харкорт около 30 человек «облюбовали» нефтевышку компании «Shell» в мангровых лесах. И днем и ночью они по пояс голые копаются в грязи, чтобы добыть нефть, которую они потом продают иностранным покупателям по цене 3 евро за баррель. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

В Боло местное население борется за то, чтобы компания «Shell» покинула их территорию. Они устали от утечек нефти в реки и других загрязнений. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Спустя годы борьбы «Shell» оставила территорию, и теперь жители деревни нелегально используют вышки компании для добычи нефти, которую они потом продают на черном рынке. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Молодой человек переправляет баррели с неочищенной нефтью на нелегальный завод. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Танкер-нефтевоз проплывает мимо разбившегося корабля в Дельте Нигера. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

В Окрике нефтеперерабатывающий завод выбрасывает столько отходов, что подземные воды загрязнены, и их нельзя использовать. Этот колодец некогда чистой воды теперь затоплен нефтью. Мужчина на фото собирает нефть, чтобы продать ее на черном рынке. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Мужчина собирает нефть, чтобы потом продать ее на черном рынке. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Деревни на берегах Дельты Нигера превратились в зловонные свалки в руинах. Жители пытаются выжить в нечеловеческих условиях – без электричества и воды. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Трубы пролегают через деревню Окрика. Старые трубы иногда протекают или взрываются. В результате одного инцидента два месяца назад местные дома просто сгорели. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Государственный нефтеперерабатывающий завод в Окрике загрязняет близлежащие деревни, перерабатывая нефть для таких крупных компаний, как «Shell», «Total», «Elf» и другие. В теории завод должен находиться, по меньшей мере, в 3 км от деревень, но он находится гораздо ближе. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Несмотря на все деньги, получаемые здесь нефтеиндустрией, Порт Харкорт продолжает находиться в запустении. На этом снимке вы видите главную железнодорожную станцию. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)

Жители жалуются, что никто не побеспокоился о том, чтобы хотя бы возместить ущерб, наносимый нефтезаводами окружающей среде и здоровью людей, живущих в близлежащих деревнях. (Veronique de Viguerie/ Getty Images)