Белые или красные гражданская война?

Содержание

Гражданская война в России 1917–1922 гг. кратко: причины, основные события, итоги

Цепь вооруженных конфликтов между различными политическими, этническими, социальными группами и государственными образованиями на территории бывшей Российской империи, начавшихся после Октябрьского переворота и прихода к власти большевиков в 1917 году, называется Гражданской войной в России 1917–1922 годов.

Главной причиной развернувшегося противостояния стало стремление большевиков удержать захваченную власть любыми способами, не считаясь с мнением большого количества инакомыслящих. Свою роль сыграли разгон Учредительного собрания, подписание унизительного Брестского мира с Германией, национализация промышленности и земли и много другое.

Основная борьба развернулась между так называемыми «красными» — созданной большевиками в 1918 году РККА (Рабоче-крестьянской Красной Армией), и «белыми» — противниками новой власти, центром которых были генералы и офицеры бывшей царской армии.

Большое влияние на ход войны оказало вмешательство в конфликт стран как Четверного союза, так и стран Антанты, а также вооруженная борьба на «национальных окраинах» империи, которые стремились к независимости.

Итогом войны стало установление советской власти на большей части страны. Независимость получили Финляндия, Польша, страны Прибалтики.

Во время войны погибло свыше 10 миллионов человек, а примерно 2 миллиона граждан, несогласных с властью большевиков, вынуждены были эмигрировать.

Этапы Гражданской войны 1917–1922 гг.

Первый этап — с октября 1917 до ноября 1918 года, то есть с момента Октябрьского переворота и до окончания Первой мировой войны. В это время формировались силы противоборствующих сторон. Активное участие в войне принимали войска стран Четверного союза и Антанты.

Второй этап — с ноября 1918 до апреля 1920 года; в это время велись наиболее масштабные боевые действия между «красными» и «белыми». По его итогам основные войска белогвардейцев были разбиты, а советская власть установлена на большей части страны.

Третий этап — с апреля 1920 до октября 1922 года — представлял собой советско-польскую войну, разгром армии Врангеля в Крыму, а также подавление последних очагов сопротивления новой власти в Закавказье, Средней Азии и на Дальнем Востоке.

Основные события Гражданской войны в России 1917–1922 гг.

Первый этап войны

После захвата власти большевиками в конце октября — начале ноября 1917 года и подавления выступлений в Петрограде и Москве советская власть к весне 1918 года была установлена практически на всей территории бывшей империи, за исключением районов, оккупированных немецкими войсками.

В советские годы этот процесс получил название «Триумфальное шествие советской власти». Однако не все регионы признали власть советов. Первые вооруженные выступления против новой власти произошли на казачьих территориях Дона, Кубани и Южного Урала. Так, силы атамана Войска Донского генерала А.М. Каледина в декабре 1917 года захватили Ростов-на-Дону, Таганрог, значительную часть Донбасса.

Атаман Каледин / Фото: russian7.ru

В Оренбургской губернии против большевиков выступили казаки под командованием А.И. Дутова.

Атаман Дутов / Фото: yandex.net

В это же время на Дон прибывают освобожденные из Быховской тюрьмы будущие лидеры «белого» движения Л.Г. Корнилов и А.И. Деникин, которые вместе с генералом М.В. Алексеевым приступают к формированию Добровольческой армии.

Слева направо: М.В. Алексеев, А.И. Деникин и Л.Г. Корнилов

Однако уставшая от длительной войны основная часть казачества не поддержала восставших. На подавление мятежного Дона советским правительством были посланы более многочисленные войска под командованием В.А. Антонова-Овсеенко.

Антонов-Овсеенко / Фото: fishki.net

В итоге отряды Войска Донского были разбиты, а атаман Каледин застрелился. Добровольческая армия была вынуждена отступить на Кубань.

Во время 1-го Кубанского «Ледяного» похода при штурме Екатеринодара (ныне Краснодара) 13 апреля был смертельно ранен Л.Г. Корнилов. Командование белогвардейцами принял на себя А.И. Деникин.

Войска атамана Дутова также были разгромлены и вынуждены отступить в Тургайскую область.

8 февраля 1918 года красногвардейцами был взят Киев. Советская власть установилась на не оккупированной немецкими войсками части Украины.

Таким образом, отряды Красной Армии, поддержанные широкими слоями населения, более многочисленные и хорошо вооруженные, сумели подавить первые выступления против советской власти.

5 января 1918 года в Петрограде открылось заседание Всероссийского учредительного собрания, на котором большевики оказались в меньшинстве. Подавляющее преимущество по мандатам имели эсеры, которые с примкнувшими к ним беспартийными депутатами отказались признать легитимность захвата власти большевиками. Было предложено сформировать новое демократическое правительство вместо Совнаркома.

В ответ на это большевики и левые эсеры покинули зал заседаний. На следующий день после расстрела митингов в его поддержку Учредительное собрание было разогнано. Фраза матроса Железнякова «Караул устал», которой было разогнано заседание, впоследствии стала крылатой.

После этого большевики объявили все другие партии контрреволюционными. Эти действия оттолкнули от большевиков интеллигенцию, буржуазию и часть крестьянства, которая симпатизировала эсерам.

Разгон Учредительного собрания / Фото: livejournal.com

Один из главных лозунгов большевиков — «мир без аннексий и контрибуций» — был очень популярен в народе, но он не нашел отклика ни у одной из воюющих сторон. Поэтому, не имея сил для сдерживания наступления немцев и стремясь во что бы то ни стало удержать власть, 3 марта 1918 года большевики подписали сепаратный Брестский мирный договор с Германией. Условия договора были унизительными: Россия признавала независимость Украины, Беларуси, Финляндии и Прибалтики, выплачивала огромную контрибуцию в размере 6 млрд марок, должна была демобилизовать армию и флот.

Территориальные потери России по условиям Брестского мира / Фото: ppt-online.org

Немецкие войска на занятых территориях способствовали созданию национальных правительств. В конце марта 1918 года началось новое восстание на Дону, которое возглавил генерал Краснов, избранный атаманом Всевеликого Войска Донского. Заключив союз с немцами, отряды Краснова к середине мая прогнали большевиков с территории Дона.

В июне восьмитысячная Добровольческая армия под командованием генерала Деникина начала Второй Кубанский поход и к концу лета 1918 года, после ряда побед над превосходящими силами противника, очистила территорию Кубани от большевиков.

Потеря Украины и юга России — самых богатых хлебом регионов — привела к тому, что в центральных губерниях, подконтрольных большевикам, начались перебои с поставкой продовольствия.

Советская власть отреагировала на это созданием продовольственных отрядов (продотрядов), составленных из рабочих крупных городов и направленных в деревню для изъятия «излишков» хлеба у крестьян.

На селе были организованы комитеты бедноты (комбеды), состоявшие из беднейших слоев крестьянства, которые также способствовали поиску и конфискации хлеба у «кулаков» и середняков. С помощью таких мер советское правительство отчасти решило продовольственную проблему, но оттолкнула от себя зажиточную часть крестьянства.

Продотряды / Фото: rt.com

В годы Первой мировой войны на территории Российской империи из пленных чехов и словаков, воевавших на стороне Австро-Венгрии, был сформирован корпус, выразивший желание выступать на стороне Антанты. По договору с Францией этот корпус должен был морем через Владивосток эвакуироваться в Западную Европу.

Эшелоны с чехословаками растянулись от Поволжья до Дальнего Востока.

В мае, узнав о желании большевиков их разоружить, чехословацкие части взбунтовались и разбили противостоящие им части Красной Армии, что привело к падению советской власти в Поволжье, Сибири, на Урале и Дальнем Востоке.

В июне в Самаре эсерами был создан Комитет учредительного собрания (Комуч), а в Омске — Временное сибирское правительство, которые в сентябре объединились во Временное всероссийское правительство (Уфимскую директорию).

Созданная Народная армия Комуча под руководством подполковника В.О. Каппеля летом 1918 года заняла многие города Поволжья, в том числе 7 августа взяла Казань.

Успехи противников советской власти вынудили большевиков перейти от добровольческого принципа формирования армии к введению всеобщей воинской повинности.

Также в командный состав Красной Армии были привлечены офицеры бывшей царской армии, введен институт комиссаров, создан реввоенсовет под руководством Л.Д. Троцкого.

Л.Д. Троцкий / Фото: yandex.net

Все эти меры значительно повысили боеготовность Красной Армии, и к концу осени 1918 года войска Народной армии Комуча были вытеснены на Урал. Советская власть в Поволжье была восстановлена.

В ночь на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге в Ипатьевском доме большевики, опасаясь подхода армии адмирала Колчака, расстреляли бывшего императора Российской империи Николая II с семьей.

Примерно в эти же дни были расстреляны многие другие члены императорской фамилии. Начался так называемый красный террор, при котором уничтожались любые противники новой власти, зачастую лишь по принципу социального происхождения. Особый размах террор приобрел после убийства 30 августа 1918 года председателя Петроградского ЧК Урицкого и покушения на Ленина, совершенного анархисткой Фанни Каплан.

Семья Романовых в ссылке / Фото: yandex.net

Второй этап войны

В ноябре 1918 года Первая мировая война завершилась поражением Германии и ее союзников. Территории, оставленные немцами, начали занимать части Красной Армии. Для этих целей в начале 1919 года было сформировано два фронта: Западный во главе с Д.Н. Надежным и Украинский во главе с В.А. Антоновым-Овсеенко. К началу весны Красной Армией была занята большая часть Прибалтики, Белоруссии и Украины.

Гражданская война в 1919–1920 годах / Фото: rusempire.ru

Восточный фронт:

18 ноября 1918 года в Омске в результате переворота Временное Всероссийское правительство во главе с эсерами было низложено. Адмирал А.В. Колчак, занимавший в правительстве пост военного министра, получил диктаторские полномочия и объявил себя Верховным правителем России, с чем согласились остальные лидеры «белого» движения.

К концу декабря 1918 года войска под командованием Колчака захватили Пермь, но были разбиты под Уфой и временно приостановили наступление.

В начале марта наступление было возобновлено, и 14 марта Уфа была взята, но недалеко от Самары и Казани войска Колчака остановили превосходящие силы Красной Армии.

В это время В.И. Лениным был провозглашен лозунг «Все на борьбу с Колчаком!» Назначенный большевиками командующим Восточным фронтом М.В. Фрунзе имел под своим началом вдвое больше войск, чем значилось у «белых».

А.В. Колчак / Фото: yandex.net

В итоге последовавшего контрнаступления «красные» к августу захватили Екатеринбург и Челябинск, а основные части колчаковцев были разбиты и начали отступление в Сибирь.

После падения Омска остатки армии Колчака совершили знаменитый Великий Сибирский Ледяной поход, во время которого они преодолели свыше 2 тысяч километров, стремясь избежать окружения.

Прибыв в Иркутск, адмирал Колчак был взят под арест чехословацкими соединениями и передан в руки Политцентра эсеров и меньшевиков. В ночь с 6 на 7 февраля 1920 года адмирала А. В. Колчака расстреляли без суда по приговору иркутского ревкома. Тело адмирала было сброшено в прорубь.

Южный фронт:

В начале 1919 года Донская армия генерала Краснова потерпела поражение при штурме Царицына (ныне Волгограда) и стала отступать. Вторгнувшиеся на Дон войска Красной Армии начали массовые репрессии против казачества, так называемое расказачивание. Это привело к массовому восстанию казаков против советской власти.

В январе 1919 года Добровольческая армия Деникина завладела Северным Кавказом, разгромив 11-ю «красную армию». После этого все отряды белогвардейцев на Дону, Кубани и Северном Кавказе были объединены в Вооруженные Силы Юга России (ВСЮР) во главе с Деникиным.

На фоне вспыхнувших в тылу большевиков крестьянских и казацких восстаний Вооруженные Силы Юга России начали широкомасштабное наступление. К концу июня были взяты Царицын, Харьков, Екатеринослав (ныне Днепр) и Крым.

Не успев соединиться с войсками Колчака, 3 июля 1919 года Деникин издал «Московскую директиву», целью которой был захват Москвы.

Советское правительство, осознав всю опасность положения на юге, под лозунгом «Все на борьбу с Деникиным!» бросила почти все силы против деникинских войск. Назначенное на 15 августа контрнаступление «красных» было сорвано рейдом Мамонтова — с 10 августа по 19 сентября казаки под командованием генерала К.К. Мамонтова грабили тылы и нарушали коммуникации «красного» Южного фронта.

Рейд Мамонтова / Фото: userapi.com

В это время войска белогвардейцев продолжили наступление и к середине октября заняли Киев, Одессу, Воронеж, Курск, Орел и другие города.

Советское правительство начало подготовку к эвакуации из Москвы. Но нехватка резервов, а также партизанские действия Н.И. Махно в тылу у «белых» остановили наступление.

Н.И. Махно / Фото: twimg.com

В ходе начавшегося в конце октября контрнаступления Южного фронта Красной Армии под командованием А.И. Егорова основные войска белогвардейцев были разбиты.

4 февраля М.Н. Тухачевский, сменивший на посту главкома фронта Егорова, довершил разгром «белых» на Кубани и Кавказе.

Слева направо: А.И. Егоров и М.Н. Тухачевский

Остатки отрядов ВСЮР эвакуировались в Крым. 4 апреля 1920 года А.И. Деникин передал командование барону П.Н. Врангелю и на английском линкоре «Император Индии» покинул Россию.

Северо-Западный фронт:

Войска «белых» весной и осенью 1919 года предприняли две попытки наступления на Петроград под командованием генерала Н.Н. Юденича с территории Эстонии. Лозунг о «Единой и неделимой России» оставлял их без поддержки национальных правительств Финляндии и Эстонии.

Н.Н. Юденич / Фото: fishki.net

Из-за малочисленности собственных войск оба наступления провалились. Советское правительство осенью 1919 года признало независимость Прибалтийских стран, после чего отряды Юденича, находившееся на территории Эстонии, были разоружены и выданы большевикам.

Третий этап войны

Пользуясь тем, что главные силы Красной Армии были направлены на восток и юг, еще в апреле 1919 года польские войска захватили Вильнюс, а в августе 1919 года — Минск.

Хорошо подготовившись и вооружившись, в апреле 1920 года поляки вторглись на Украину и 7 мая захватили Киев. Для войны с Польшей советским правительством были созданы два фронта: Западный, который под командованием М.Н. Тухачевского должен был наступать на Варшаву, и Юго-Западный, который под командованием А.И. Егорова должен был атаковать Львов.

В ходе контрнаступления к концу мая Красная Армия вышла к границам Польши. Но самонадеянность командования и растянутые коммуникации привели к разгрому советских войск под Варшавой — так называемому «чуду на Висле». Из пяти армий четыре были разбиты, до двухсот тысяч красноармейцев попали в плен, большая часть погибла в польских лагерях для военнопленных.

В итоге советское правительство вынуждено было пойти на заключение мирного договора, по условиям которого в состав Польши вошли Западная Украина и Западная Беларусь.

Советско-польская война / Фото: 900igr.net

Приняв командование над остатками армии Деникина в Крыму, барон П.Н. Врангель провел реорганизацию и укрепил дисциплину «белых» войск.

П.Н. Врангель / Фото: twimg.com

ВСЮР были переименованы в Русскую армию. Отбив в апреле 1920 года несколько атак большевиков на Перекоп, «белые» войска провели контратаку и заняли Северную Таврию, пополнив запасы продовольствия. Но силы были слишком неравны.

Заключив перемирие с Польшей, советское правительство бросило в октябре 1920 года на штурм Крыма войска Южного фронта под командованием Фрунзе. После недельного штурма укрепления Перекопа были взяты, и Красная Армия устремилась вглубь полуострова. Три дня остатки Белой Армии и гражданское население, не принявшее новую власть, эвакуировались в Константинополь.

В это время Россию покинули до 150 тысяч человек. После захвата Крыма большевики расстреляли, по разным данным, от 50 до 120 тысяч человек.

Эвакуация из Крыма / Фото: livejournal.com

В 1921 году по всей территории России прокатились крестьянские бунты, которые были жестоко подавлены.

1 марта 1921 года взбунтовался оплот большевиков — Кронштадт, восставший под лозунгом «За Советы без коммунистов!» Войска под командованием Тухачевского 16 марта разгромили бунтовщиков.

К концу 1922 года последние очаги сопротивления советской власти в Закавказье, Средней Азии и на Дальнем Востоке были подавлены.

Итоги Гражданской войны в России 1917–1922 гг.

В результате победы большевиков в Гражданской войне на большей части бывшей империи установилась советская власть. Также по итогам Гражданской войны в России 1917–1922 гг. такие страны как Польша, Финляндия, Литва, Латвия и Эстония получили независимость от России. Западная Украина и Беларусь вошли в состав Польши, а Бессарабия была оккупирована Румынией.

За годы войны в ходе боевых действий, а также от голода и эпидемий погибло, по разным данным, от 8 до 13 миллионов человек. Уровень промышленного производства сократился в 5 раз по сравнению с 1913 годом. Страну покинули до 2 миллионов человек, отправившихся в эмиграцию.

Кого было больше в Гражданскую — красных или белых? Как красным удалось победить? Откуда взялись интервенты? Стыдные вопросы к столетию Гражданской войны в России

Бойцы 1-й Конной армии Буденного. Южный фронт под Майкопом, 1920 год. UIG / REX / Vida Press

Сто лет назад, в 1918 году, в России началась полномасштабная Гражданская война. Несмотря на огромное число жертв и другие тяжелейшие последствия, в России ее вспоминают достаточно редко, — кажется, что Великая Отечественная вытеснила Гражданскую из общественной памяти. Как правило, люди плохо себе представляют основные события и героев этого периода. «Медуза» попросила историка, автора книг и статей о Гражданской войне Людмилу Новикову (НИУ ВШЭ) ответить на базовые вопросы.

Кто начал Гражданскую войну?

В первую очередь — большевики. Но ее начало нельзя привязать к одному конкретному решению или событию. К Гражданской войне привела целая серия политических шагов, которые сделали ее неизбежной. Среди них — создание в октябре 1917 года большевистского, а не однородного социалистического правительства — последнее в тот момент готово было поддержать, очевидно, большинство населения. Затем последовал разгон Учредительного собрания в январе 1918 года, который показал, что Владимир Ленин и большевистское руководство не готовы идти на переговоры с выборными представительными органами, не находящимися под их контролем. И наконец, важным шагом стало подписание в марте Брестского мира с Германией, который даже многие союзники большевиков восприняли как прямое «предательство» интересов страны. В итоге к весне 1918 года уже не только офицеры, но и либералы, и умеренные социалисты четко уверовали в то, что большевизм — это зло, что Ленин ни на какие политические уступки не пойдет и что добиться изменений во власти можно только при помощи вооруженной силы. Они рассчитывали опереться на растущее недовольство населения большевистской политикой и ухудшающимся экономическим положением. Выступление Чехословацкого корпуса в мае 1918 года неожиданно облегчило их задачу. Оно позволило создать ряд антибольшевистских правительств (наиболее известное из них — Комитет членов Учредительного собрания, Комуч), превратив уже тлевшую Гражданскую войну в войну правительств, армий и фронтов.

Гражданская война

  • Как узнать больше о родственниках, воевавших в Гражданскую?

Из кого состояли армии противников? Красные — это в основном пролетариат и простые солдаты, а белые — царские офицеры? Там же еще какие-то зеленые были…

И офицеры, и рабочие, и крестьяне, и простые солдаты были в рядах как Красной, так и белой армий. Многие из них попадали в войска в результате мобилизаций, к которым активно прибегали все стороны в Гражданской войне. Поэтому в период наиболее массовых военных операций армии противников были очень похожи по своему социальному составу. Зеленые, напротив, это те люди, которые не хотели подчиняться мобилизациям и скрывались в лесах от призывов в противоборствующие армии, участвуя при этом в вооруженных стычках на местном уровне. Именно за подобную связь с лесами такие вооруженные отряды дезертиров и были прозваны зелеными.

Это была настоящая полномасштабная война с фронтом и всеми делами или скорее столкновения вооруженных групп?

В Гражданской войне было все: и отдельные стычки вооруженных групп, и окопы с укреплениями и колючей проволокой, и боевые действия с артобстрелами, с использованием флота, авиации и даже с газовыми атаками. Но были и действия крестьянских отрядов, боровшихся при помощи вил и топоров с продотрядовцами. Все это — грани Гражданской войны. В отличие от Первой мировой войны, пожалуй, наиболее заметной особенностью Гражданской было то, что здесь противников, в том числе белых и красных, не отделяли друг от друга непрерывные линии фронтов. Слишком велики были расстояния, и — в сравнительном отношении — слишком мало сил было задействовано с обеих сторон, чтобы это оказалось возможным. Поэтому война была сосредоточена на ключевых участках, борьба шла за основные города и укрепленные рубежи. Одним из результатов такого ведения войны стала очень большая мобильность фронтов. Нередко поражение на ключевом участке вело к тому, что весь фронт откатывался на много километров, так как не хватало резервов и ни у одной из сторон не имелось глубокой линии обороны.

В любой войне есть какие-то «главные битвы». А есть в Гражданской войне такие битвы?

Гражданская война известна прежде всего не битвами, а «походами». И это очень характерно, учитывая мобильный характер боевых действий. Ключевое место среди них занимают поход войск Антона Деникина на Москву и поход Николая Юденича на Петроград. Если бы тогда белым удалось взять одну из столиц, итог войны мог бы быть совершенно иным.

Почему в Гражданской войне участвовало столько иностранных государств? На территории России было много интервентов?

Историки сейчас все чаще рассматривают революцию 1917 года и Гражданскую войну в России как одно из последствий Первой мировой войны, которая вообще радикально изменила политическую карту Европы. Характерно, что именно с продолжавшейся Первой мировой войной была связана интервенция иностранных держав в Гражданскую войну. В частности, солдаты Антанты, прибывавшие в Россию, считали, что участвуют в одной из вспомогательных операций Первой мировой войны. Они полагали, что их цель — борьба против Германии и ее союзников-большевиков и помощь «патриотическим» русским силам в восстановлении Восточного фронта против немцев. В свою очередь, окончательное поражение Германии в войне в ноябре 1918 года вызвало деморализацию среди союзных войск в России. Неудивительно, что спустя какое-то время за этим последовали заявления стран Антанты о предстоящем выводе их войск из России. Причем сделаны они были уже в первые месяцы 1919 года, когда основные битвы между белыми и красными были еще впереди.

Адмирал Александр Колчак и Анна Тимирева (сидят), глава британской миссии генерал Альфред Нокс и английские офицеры на учениях. Восточный фронт, 1919 год. Государственный музей политической истории России

Что касается численности интервентов, то самыми многочисленными были германские войска, занявшие западные территории бывшей Российской империи в ходе военных операций Первой мировой войны и продолжавшие вести наступательные действия, несмотря на подписание Брестского мира. Из войск Антанты наиболее активное участие непосредственно в военных действиях принимали союзные контингенты на Северном фронте, где на рубеже 1918–1919 годов общая численность интервентов составила около 25 тысяч человек.

Какую сторону поддерживали мирные люди? Как они вообще переживали Гражданскую?

Они поддерживали разные стороны — в зависимости от обстоятельств. Они могли сочувствовать лозунгам той или иной стороны. Но нередко их выбор определялся практическими соображениями: например, тем, какая из сторон была наиболее замешана в грабежах в той или иной местности, какая могла предоставить населению в тот момент какую-то помощь и защиту или на чью сторону склонялась победа в Гражданской войне. Многие солдаты, например, неоднократно переходили из одной армии в другую, в зависимости от того, в рядах которой, как казалось тогда, было проще пережить, перетерпеть войну.

Каким образом красным удалось победить? Ведь опытные военачальники были за белых, нет?

Опытных военачальников в рядах красных тоже было немало. Среди них были и те, кто воевал за красных по принуждению. Но было и много тех, кто видел в большевиках защитников российского государства, уберегших его от распада. Особенно широко такие настроения распространились среди офицеров к концу Гражданской войны — в качестве примера можно вспомнить генерала Алексея Брусилова, вступившего в Красную армию и призвавшего других офицеров последовать за ним.

Участие кадровых офицеров в войне на стороне красных, безусловно, укрепило Красную армию в военном отношении. Но говоря о факторах, способствовавших победе красных, мы, вероятно, несколько недооцениваем такие аспекты, как демография и инфраструктура. Под контролем большевиков ведь оказались наиболее густонаселенные и промышленно развитые центральные районы страны. И даже несмотря на массовое дезертирство, от которого страдали все армии, красные мобилизации оказались — во многом в силу именно этих обстоятельств — в численном отношении наиболее успешными, а Красная армия — самой многочисленной. В пользу красных работала и транспортная инфраструктура России. Центр страны имел наиболее разветвленную сеть железных дорог, при помощи которых можно было сравнительно легко подвозить подкрепления и организовывать переброску войск. У адмирала Александра Колчака же, например, была лишь одна Транссибирская железная дорога, которая шла перпендикулярно фронту. Для любой переброски войск и снаряжения с севера на юг и обратно там приходилось массово привлекать крестьянские телеги, что было крайне медленным и неэффективным способом перемещения, и к тому же грозило вызвать недовольство крестьян. Лишь отчасти Колчак мог полагаться на речной транспорт. Поэтому само расположение большевистского правительства в центре страны дало ему огромные преимущества в Гражданской войне.

Правда, что большевики начали строить лагеря именно в Гражданскую? А белые что-то такое делали?

Лагеря были по обе стороны фронта. Большей частью они использовались для заключения военнопленных, но также и политических противников. Судя по имеющимся данным, красные чаще прибегали к расстрелам заключенных в лагерях, чем белые. Но в любом случае главными палачами в те годы — и внутри лагерей, и за их пределами — были холера и тиф, помноженные на нехватку продовольствия. В отличие от политических репрессий и боевых действий, на счету эпидемий и голода в те годы были не десятки или сотни тысяч, а миллионы жертв.

  • Напишите нам

Белые или красные кто оказался прав

Белые или красные: кто оказался прав.
В той войне, которая известна нам как Гражданская война в России 1917 — 1922 гг., между так называемыми белыми и красными, кто в этой войне оказался прав?
Белые выступали за разгром большевизма.
Красные боролись с контрреволюцией в лице белого движения.
Белые желали разгрома большевиков. Но кто стоял за большевиками? За большевиками стояли:
1) рабочие заводов и фабрик
2) беднейшее крестьянство
3) часть интеллигенции, которая встала на позиции трудовых классов и позиции социализма.
Красные боролись с контрреволюцией, которую представляли белые . Эти белые представляли из себя:
1) Офицерство и так называемый буржуазный класс общества
2) Либеральную интеллигенцию, служащих (в большинстве)
3) Мелкобуржуазное население, от зажиточного крестьянства до городских домовладельцев, торговцев (купечества), промышленников (заводчиков и фабрикантов)
4) Часть казачества
5) Духовенство и дворянство
6) Бюрократию, т. е чиновничество старой России, монархической России.
7) Всех сторонников прежней России — сторонников самодержавия и царя.
Классовое противостояние и классовая борьба в России были фактом. Но была и борьба сословий между собой, борьба идейная и идеологическая борьба. Борьба нового и старого.
Борьба разных миропониманий была тоже налицо. Разных мировоззрений.
Кроме того, в гражданскую войну вплеталась и борьба разных национальностей, которые были охвачены той же борьбой между бедными и богатыми, как в Великороссии.
Могла ли России тогда в 1917 — 1922 гг. не испытать этой борьбы не партий, а разных слоёв и классов населения? В условиях того времени Россия не могла избежать этой борьбы. По следующим причинам:
1) Необходимость скорейших социальных перемен для беднейших слоёв населения (основной массы населения страны)
2) Отказ наиболее привилегированных и обеспеченных пойти на радикальные перемены в пользу трудовых классов (рабочих, крестьян, батраков)
3) Классовая борьба, исходя из веры масс в социализм: стремление беднейших построить новое общество, общество равенства и социальной справедливости
4) Борьба офицерства и солдатской массы, проникнутая и сословной и классовой причинами
5) Стремление российской буржуазии вернуть себе политическую власть, утраченную фактически в течение 1917 года.
Все названные факторы действовали в условиях царящего в стране полуголода, огромного дефицита промышленных товаров, разрухи на транспорте и огромной социальной смуты (митинги, полемика, разность и противоположность взглядов относительно выхода из ГЛУБОЧАЙШЕГО политического и хозяйственного кризиса).
Надо при этом учитывать, что, например, такое явление как социализм в России развивалось ещё с 1880-х гг и не могло бесследно исчезнуть, как нам могло бы показаться ныне. Социализмом была охвачена ВСЯ ЕВРОПА и США. Социализм был гигантской силой, притягательной и массовой, на фоне глубокого падения консервативных идей и ценностей, на фоне острейшей социальной борьбы. Капитализм того времени был очень и очень не похож, отличен от того, какой мы имеем сегодня. Слово капитализм тогда в 1910 — 1920-е гг. содержало в себе не какую-то теоретическую окраску, капитализм и был экономическым, социальным и культурным понятием. Понимать капитализм, как некую выдумку социалистического учения, как теоретический фантом, значит не понимать ПРАКТИЧЕСКИ ничего. Нам сегодня настолько не хватает этого понимания, что мы совершенно беспомощно взираем на годы Революции в России, не понимая ни её глубинных причин, ни колоссального напряжения борьбы того времени, ни сути этой борьбы.
Мы всё в этой борьбе СВОДИМ к таким простым вещам как:
1) Ленин и большевики
2) Борьба партий в России
3) Социалистический «эксперимент» как отвлечённое совершенно или почти совершенно от реальной жизни политическое явление
4) Диктатура Ленина и его партии, «красный террор» и тирания Сталина после смерти Ленина.
Но такие объяснения нам ничего не могут действительно объяснить. Они не могут объяснить самого главного и самого важного: ПОЧЕМУ за Лениным шли миллионы людей по убеждению, а большевики располагали народной социальной опорой, а были сильны далеко не одной пропагандой своих идей и призывов в листовках к «трудовому народу». Ровно отсюда возникает и крах СССР в 1991 году, когда многие советские граждане уверовали в то, что социализм был обманом, обманом, который изжил себя и был исторической ошибкой, ЗАБЛУЖДЕНИЕМ и не более того.
Тогда, в 1917 году в массах рабочих, крестьян и солдат прочно жило такое понятие как «завоевания революции» или завоевания народа. Это понятие мотивировалось следующим образом: «не для того мы свергали царя и помещиков, капиталистов и всех врагов народа, чтобы вернуть им власть», чтобы допустить реставрации в тех или иных формах СТАРОЙ России, России эксплуататорской, России, где эксплуатация одних (подавляющего большинства, неимущих) другими (меньшинством имущих) была вековечным законом и узаконена.
В первую очередь мы не понимаем, ЧТО такое революция, что такое время и УСЛОВИЯ революция. Но есть такие понятия, которые рождает сама революция, например: революционная законность, революционная сознательность, революционная борьба, даже революционная совесть, а также революционное право, революционная власть, революционная мораль. Если мы считаем эти понятия лишь демагогическими и партийно-идеологическими или совершенно исключающими их совместимость с законом и правом в привычном понимании этого слова, то мы СОВЕРШЕННО теряем возможность понимать и оценивать значение тех или иных мотиваций и последствий, в поступках масс, которые имеют название революционных и совершаются ИМЕНЕМ революции. Мы не в состоянии понять практически ничего, потому что исходим из мерок обычного эволюционного, а не революционного времени. В этом и кроется самая большая ошибка и множество ошибок с нею связанных при суждениях о времени революции и революционной (гражданской) войны в России.

«Красные и белые не примирятся никогда»

Почти сто лет прошло после завершения Гражданской войны, но нанесенные ею травмы до сих пор тревожат современную Россию. Возможно ли примирение между сторонниками белых и красных? Заслуживают ли участники Гражданской войны памятников и мемориальных досок? Что не так в исторической политике нынешней России? Чему нашу страну может научить опыт Испании в преодолении наследия прошлого? Обо всем этом «Ленте.ру» рассказала доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института всеобщей истории РАН Юлия Кантор.

Ментальный разлом

«Лента.ру»: Почему до сих пор нет четких общепринятых датировок начала и окончания Гражданской войны в России?

Юлия Кантор: Потому что на самом деле их и не может быть. Гражданские войны — это такая часть истории, которую трудно обозначить с точностью до дня, часа и минуты. В отличие от войн между государствами, их никто официально не объявляет. Как правило, любая гражданская война сливается в огромный многообразный поток кровавых событий, инцидентов и поводов.

Я согласна с историками, считающими, что Гражданская война в России началась 25 октября 1917 года (по старому стилю), когда большевики захватили власть в Петрограде, и закончилась в декабре 1922 года с образованием СССР в его первоначальном варианте. Есть историки, отсчитывающие начало Гражданской войны с Февральской революции 1917 года, и эта точка зрения тоже имеет право на существование. Есть и другие датировки, но на самом деле это не так уж и важно.

Дело не в каких-либо конкретных датах начала и завершения Гражданской войны, а в ее последствиях. Она вызревала постепенно и так же постепенно затухала. Те пять лет, что она длилась, запомнились не только гибелью миллионов людей и массовым исходом за рубеж наиболее активной и образованной части общества, но и возникновением до сих пор неотрефлексированного ментального разлома.

Недавно в Ульяновске произошел большой скандал, когда в городе демонтировали мемориальную доску в честь белого генерала Владимира Каппеля, торжественно открытую и даже освященную местным митрополитом в 2018 году. Причем здание с этой доской находится на улице Тухачевского, воевавшего в годы Гражданской войны с Каппелем. Как вы можете оценить эту историю?

Здесь дело не в каких-либо юридических нюансах. Этот скандал красноречиво подтверждает то, о чем я только что сказала, — почти за сто лет с окончания Гражданской войны наше общество так и не преодолело вызванный ею ментальный разлом. Более того, поскольку наша власть так и не определилась, чьим наследником она себя считает, этот разлом сейчас еще больше усугубляется.

Причем это касается не только Гражданской войны, но и событий более позднего времени. Что касается моего отношения к этой истории, то я не против мемориальных досок в честь исторических деятелей прошлого — вопрос лишь в том, что на них написано.

Два года назад похожий скандал был в Санкт-Петербурге с мемориальной доской в честь адмирала Колчака.

Смольнинский районный суд Петербурга постановил демонтировать доску в январе 2017 года, отметив, что ее повесили без учета сведений об учиненных Колчаком массовых репрессиях. Насчет репрессий. А как тогда относиться к доскам и памятникам Ленину, Дзержинскому, Свердлову и другим большевистским руководителям, которые «украшают» площади столичных и периферийных городов, чьи имена и по сию пору носят улицы? Для меня это вопрос риторический.

Замечу, что в Петербурге уже в начале двухтысячных установили мемориальную доску адмиралу — как известному выпускнику Морского корпуса Петра Великого. Имя Колчака несколько лет назад вернули и острову у юго-восточного берега Таймырского залива — причем произошло это по решению правительства РФ. На доске, которую сняли по решению суда с дома, где он жил, было написано, что здесь «жил выдающийся русский офицер, ученый и исследователь».

Но это же правда.

Конечно. Колчак действительно был весьма успешным исследователем Арктики на рубеже XIX — XX веков. Документы, в том числе хранящиеся в Российском государственном архиве военно-морского флота, красноречиво свидетельствуют, какой огромный вклад внес Колчак в науку как полярный исследователь. Его открытиями и трудами широко пользовались еще в первые десятилетия советской власти — разумеется, негласно.

В Омске постоянно обливают краской мемориальную доску на здании, где в Гражданскую войну размещалась резиденция адмирала, а сейчас в городе перманентно идут ожесточенные споры о целесообразности установки памятника Колчаку. А как вы считаете? Заслуживает ли он памятника?

Он заслуживает того, чтобы о нем помнили. В отличие от мемориальной доски, памятник априори несет в себе положительный заряд, позитивную коннотацию. Я убеждена, что в Гражданской войне не было героев, во всяком случае, среди военных и политиков, потому что не может считаться героем тот, кто воевал против собственного народа. Потому я против памятника Колчаку.

Память и памятники

Исходя из вашей логики, теперь надо демонтировать и те памятники, что стоят еще с советских времен.

Дискуссия об этом началась еще в годы перестройки. Я сомневаюсь, есть ли смысл вообще бороться с памятниками. Это напоминает то, как в Древней Руси во время принятия христианства крушили языческих идолов, которым раньше поклонялись. Легче низвергнуть какого-нибудь Перуна и сбросить его в реку, чем постепенно воздействовать на умы людей.

Поэтому, на мой взгляд, уничтожение памятников — это в прямом смысле самое последнее дело. Сначала надо изменить массовое сознание, но для этого требуется систематическое историческое просвещение. Самое лучшее, что можно сделать с уже существующими памятниками советской эпохи — сосредоточить их в одном месте, как в 1990-е годы поступили в парке «Мементо» в Будапеште или в московском Музеоне. Кстати, демонтированная мемориальная доска Колчаку хранится в петербургском музее городской скульптуры.

А как вам идея установить памятник примирения красных и белых в Крыму? Сначала его хотели поставить в Севастополе к столетию Октябрьского переворота, а теперь планируют открыть к столетней годовщине исхода войск Врангеля в 1920 году.

Место явно выбрано неслучайно: как поется в одной песне, отсюда «пароходы … увозили на борту Россию». Вот только идея примирения кажется мне лукавой: ну как можно примирить смертельных врагов?! Мне понятна мысль о необходимости примириться с историей во всей ее трагической полноте, перестать ее «чистить» и цензурировать в угоду то красным, то белым.

Я считаю этот монумент хорошей идеей, но только если его не станут использовать в сиюминутных политических целях. Надо еще посмотреть, как он будет выглядеть и что напишут на его постаменте. На мой взгляд, хорошо бы памятник событиям Гражданской войны посвятить не столько примирению ее участников, сколько памяти всех ее жертв. Мне близка позиция Максимилиана Волошина: «А я стою один меж них / В ревущем пламени и дыме. И всеми силами своими / Молюсь за тех и за других».

Что характерно, протест против возведения этого мемориала объединил в Севастополе как местных коммунистов, так и монархистов. Получается, что современные почитатели красных и белых в едином порыве сплотились против примирения.

Да, получается очень интересная историческая метафора, когда противоборствующие стороны если в чем-то и объединяются, то исключительно против взаимного примирения. Это еще один пример ментального разлома, вызванного Гражданской войной.

Выходит, что торфяной пожар Гражданской войны все еще горит в глубине общественного сознания России? Помните известные слова Шолохова, что «она и сейчас еще идет, средства только иные»?

Конечно, к тому же тема Гражданской войны в последнее время стала очень политизированной. При этом никто не хочет всерьез разобраться в ее истинных причинах и последствиях. Могу привести пример того, чему я сама была свидетелем.

Омский музей изобразительных искусств имени М.А. Врубеля придумал такой двухчастный проект: выставку «1919. Белый. Из забытого и уцелевшего наследия», где (впервые за сто лет!) экспонировались произведения «белых» художников, и круглый стол: «Два цвета — две правды?» Именно так, с вопросительным знаком. Конференция была открытой — стать слушателем и участником обсуждения научных докладов мог каждый. Дискуссия была острейшая, я бы назвала ее «вербальной рукопашной». Опять же вспомню Волошина: «Звучит один и тот же глас: «Кто не за нас — тот против нас! Нет безразличных: правда с нами!»». Вот этот радикализм никуда не ушел.

Мы все неравнодушные люди, но не стоит безапелляционно считать, что кто-то из нас имеет монополию на правду. Кстати, омский Центр изучения Гражданской войны в Сибири (подразделение Исторического архива Омской области), расположенный в доме, где была резиденция Колчака — Верховного правителя России, нередко пребывает в положении осажденной крепости. Радикалов с обеих сторон раздражает именно то, что здесь ведут честный и беспристрастный рассказ о Гражданской войне.

Испанский стыд и страх

Я помню, как за последнюю четверть века у нас в стране многие публичные интеллектуалы часто ставили в пример Испанию, где после демонтажа франкистского режима и подписания «пакта Монклоа» не стали будоражить старые раны и попытались забыть о кровавой Гражданской войне 1936-1939 годов. Но, как мы видим по последним событиям, связанным в том числе с недавней дискуссией о перезахоронении Франко, такая политика мало помогла, а замалчивание травм прошлого все равно в итоге обернулось новым взаимным ожесточением нынешнего испанского общества.

Испания — это наглядный пример того, почему нельзя замалчивать и загонять внутрь травмы прошлого. Все равно рано или поздно они дадут о себе знать. Теперь мы наблюдаем, насколько общество там резко радикализировалось.

Почему в Испании вновь обрел силу голос людей, склонных к героизации франкистов? Потому что в свое время демократическая власть, пришедшая на смену режиму Франко, не смогла или не захотела провести тяжелую, но абсолютно необходимую работу по разъяснению его преступной сущности.

Да, но в Испании хотя бы теперь пытаются это исправить. Страна, несмотря на бурные споры и дискуссии, все-таки пытается на государственном уровне преодолеть тяжелое наследие прошлого. Например, уже в XXI веке там приняли законы об осуждении франкизма и об исторической памяти. Как вы думаете, почему у нас в России до сих пор не произошло осмысления опыта Гражданской войны и нет общепризнанной исторической оценки ее итогов?

Закон — важная вещь, но он — не тумблер, которым можно переключить массовое сознание, воспитать его. Память, видите ли, не регулируется законами. Закон в данном случае — производная исторической политики.

Но вернемся в Россию: я уже говорила, что государство в этом вопросе до сих пор не определилось. Мы видим, как одна часть современной политической элиты слишком увлеклась идеализацией Белого движения (причем в его, так сказать, империалистической ипостаси), а другая — ностальгирует по советскому прошлому. Я еще раз повторю — государству нужно разобраться самому с собой и решить, чьим наследником оно является. Да, это трудно, но совершенно необходимо. И при этом не диктовать историкам свою точку зрения как единственно правильную.

Ваш коллега Кирилл Александров считает, что за всеми нынешними разговорами о примирении скрываются моральный релятивизм и нежелание размышлять и оценивать события прошлого. Вы с ним согласны?

Мы с вами уже касались этой темы применительно к памятникам. Когда говорят о примирении, то сразу хочется спросить: примирение кого и с чем? Красные и белые, а также их ментальные наследники не примирятся никогда. Примириться — это не означает, что надо непременно согласиться с кем-то или чем-то. Примириться — это понять свое прошлое с максимальной открытостью, чтобы полностью в нем разобраться, принять его. Если к столетию окончания Гражданской войны появится памятник (и здесь совершенно неважно, где его поставят), то он должен быть посвящен той войне как общей трагедии нашего народа. Еще Цицерон сказал: «Вершина всех зол — это победа в гражданской войне».

У нас в стране за постсоветское время были подобные попытки разобраться со своим прошлым?

Нам надо разобраться не с прошлым, а в прошлом. Да, особенно активно эта работа шла в начале 1990-х годов. Но слишком быстро закончилась, уйдя из общественного поля в сугубо научное. И винить в этом только власти — малодушно. Да, историческая политика (причем нередко с советскими идеологемами и советской же методологией) у нас доминирует над историческим знанием и сознанием, и тенденция эта в последние годы усиливается.

Увы, есть и еще одна неприятная тенденция: отсутствие общественного запроса на историческое знание, недоверие к фактам, ностальгия по прежним мифам. Это очень опасно: обществом, не желающим знать прошлое, легко манипулировать. Но пока открыты архивы, есть историки и издательства, музеи в разных концах России, спокойно и последовательно занимающиеся популяризацией так называемых сложных вопросов истории. Их работа — единственный антидот от исторического беспамятства.