Бакланов г я

Лейтенантская проза

Лейтенант Василий Быков на фронте, Румыния, 1944 годГвардии лейтенант Виктор Курочкин, 1945 годГвардии капитан Виктор Некрасов, 1945 год

«Лейтена́нтская про́за» — термин, введённый для описания ряда произведений, созданных русскими писателями советского периода, лично прошедшими Великую Отечественную войну в звании младших офицеров (при некоторых нюансах, обусловленных особенностями фронтовой судьбы того или иного писателя).

Традиции «лейтенантской прозы» — обращение авторов к собственному фронтовому опыту, интерес к личности, попавшей на войну, личностный конфликт, предельная правдивость, специфическая форма автобиографизма — главными героями «лейтенатской прозы» часто (хотя и не всегда) становились те же младшие офицеры. «Лейтенантская проза» входит в состав «военной прозы».

К основным представителям «лейтенанской прозы» относят Григория Бакланова, Юрия Бондарева, Василя Быкова, Бориса Васильева, Константина Воробьёва, Вячеслава Кондратьева, Виктора Курочкина.

Григорий Бакланов

/настоящая фамилия — Фридман/
Родился 11 сентября 1923 года в Воронеже.
Рано потеряв родителей, воспитывался в семье дяди. Детские и юношеские годы прошли в Воронеже. Когда началась война, экстерном сдал экзамены за 10 классов (прошел слух, что на фронт будут брать только окончивших десятилетку). Фронт был главной целью, которую удалось осуществить только зимой, уже находясь в эвакуации. Попал в гаубичный артиллерийский полк на Северо-Западном фронте, затем был послан в артиллерийское училище (ускоренный выпуск). Офицером вернулся на фронт, командовал батареей, сражаясь до конца войны на Юго-Западном фронте. Впечатления и переживания фронтовой жизни лягут в основу его будущих произведений.
В 1946-1951 годах — Бакланов учился в Литературном институте им. Горького (в семинаре К. Паустовского). Первые военные повести «Южнее главного удара» (1957), «Пядь земли» (1959) были доброжелательно встречены читателями и критикой. Успех вдохновил писателя: в 1961 году появилось одно из лучших его произведений — повесть «Мёртвые сраму не имут».
В 1964 Баклановым был написан первый роман — «Июль 41 года», затем роман «Друзья» (19/5).
В 1971 закончил работу над сценарием «Был месяц май…», по которому был снят фильм, имевший большой успех.
Результатом заграничных поездок стали путевые заметки «Темп вечной погони» и «Канада». В 1979 году вышла повесть «Навеки девятнадцатилетние».
В 1986-1996 годах — Г.Я. Бакланов являлся главным редактором журнала «Знамя», много делая для развития и популяризации российской литературы.
В 1988 году публикует книгу рассказов «Свет вечерний»; в 1993 году — «Свой человек» (повесть и рассказы); в 1995 году — книгу «Я не был убит на войне» (роман, повести, рассказы).
Ушёл из жизни 23 декабря 2009 года в Москве.

Бакланов Григорий Яковлевич

В Википедии есть статьи о других людях с фамилиями Фридман и Бакланов.

Григорий Бакланов
Имя при рождении Григорий Яковлевич Фридман
Дата рождения 11 сентября 1923
Место рождения Воронеж, РСФСР, СССР
Дата смерти 23 декабря 2009 (86 лет)
Место смерти Москва, Россия
Гражданство СССР →
Россия
Род деятельности прозаик, сценарист, редактор
Язык произведений русский
Премии
Награды

Произведения на сайте Lib.ru
Медиафайлы на Викискладе

Григо́рий Я́ковлевич Бакла́нов (настоящая фамилия Фри́дман; 11 сентября 1923 — 23 декабря 2009) — русский советский писатель, редактор и сценарист, один из представителей «лейтенантской прозы». Член Союза писателей СССР.

Биография

Родился 11 сентября 1923 года в Воронеже в еврейской семье. Отец — Яков Минаевич Фридман (1893—1933), служащий, мать — Ида Григорьевна Кантор (1892—1934), зубной врач, выпускница Воронежской Мариинской женской гимназии (1909). В конце 1920-х годов отец был объявлен лишенцем и выслан в Курган (в 1933 году покончил с собой). После смерти матери в ноябре 1934 года воспитывался в семье тёти (сестры матери Берты Григорьевны Зелкинд, учительницы музыки) и её мужа — военного врача Давида Борисовича Зелкинда. Детские и юношеские годы провёл в Воронеже. Окончив 9-й класс, в 1940 году поступил в самолётно-монтажную группу Воронежского авиационного техникума.

Когда началась Великая Отечественная война, работал клепальщиком на 18-м авиазаводе, который выпускал штурмовики Ил-2. Для того, чтобы попасть в военное училище, экстерном сдал экзамены за 10 класс.

В сентябре 1943 года был ранен в районе г. Запорожье. За декабрьские бои 1944 года под Секешфехерваром получил орден Красной Звезды. Также был награждён медалями за взятие Будапешта и Вены, за победу над Германией, в 1985 году — орденом Отечественной войны I степени.

На январь 1945 года лейтенант, командир огневого взвода 1232-го пушечного артиллерийского полка 115-й пушечной артиллерийской Криворожской бригады. Закончил войну начальником разведки артиллерийского дивизиона.

Когда я вернулся домой с фронта, мне был 21 год. Я вернулся с войны с твёрдым убеждением в том, что главное в моей жизни уже сделано. Тогда мне было на редкость легко. Мне не хотелось делать никакой карьеры, мне было абсолютно безразлично, что будет со мной дальше. Я был твёрдо убеждён: главное дело всей моей жизни уже сделано.

— Григорий Бакланов

В 1951 году окончил Литературный институт имени А. М. Горького, в этом же году начал печататься — рассказ «Выговор» в журнале «Крестьянка» был напечатан под его собственной фамилией Фридман. С 1952 года использовал псевдоним Бакланов. В 1956 был принят в Союз писателей СССР. Первые повести о войне, которые принесли Бакланову известность, «Южнее главного удара» (1957) и «Пядь земли» (1959), подверглись резкой критике. Впоследствии произведения о войне Бакланова выходили с трудом (см. список изданий)..

Самой трудной была судьба романа «Июль 41 года» (1964), в котором описано уничтожение Сталиным офицерского корпуса Красной армии. После первой публикации «Июль 41 года», хотя и не был формально запрещен, не переиздавался в СССР 14 лет.

Книги Григория Бакланова переведены на многие языки и изданы в 36 странах мира. По книгам и сценариям Бакланова снято несколько художественных фильмов и поставлено несколько театральных спектаклей. К самым известным относятся телефильм «Был месяц май» режиссёра Марлена Хуциева по рассказу «Почём фунт лиха», который и Бакланов переименовал потом в «Был месяц май», и спектакль Театра на Таганке «Пристегните ремни!» (постановка Юрия Любимова, 1975). Фильм «Был месяц май» награждён призом международного фестиваля телефильмов в Праге (1971).

В годы перестройки на посту главного редактора журнала «Знамя» (1986—1993) Бакланов, как и другие главные редакторы «толстых» журналов того времени, публиковал ранее запрещённые произведения: «Собачье сердце» Михаила Булгакова, «По праву памяти» Александра Твардовского, «Верный Руслан» Георгия Владимова, «Новое назначение» Александра Бекa, «Добро вам!» Василия Гроссмана и др.

Делегат XIX конференции КПСС (1988).

Бакланов выступал за вывод войск из Афганистана и против чеченской войны. В октябре 1993 года подписал открытое «письмо сорока двух». В апреле 2000 года подписал письмо в поддержку политики недавно избранного президента России Владимира Путина в Чечне. В 2004 году опубликовал публицистическую повесть «Кумир», направленную против Солженицына.

Занимал руководящие должности в Союзе писателей. Был председателем комиссии по литературному наследию К. А. Икрамова (с 1990 года), сопредседателем фонда «Знамя» (с 1993 года), газеты «Культура» (с 1996), Стратегического правления фонда «Культурная инициатива» (затем Институт «Открытое общество» — фонд Дж. Сороса), членом Русского ПЕН-центра, авторского совета РАО (с 1993), Совета по культуре и искусству при Президенте РФ (1996—2001), совета международного историко-просветительского общества «Мемориал», межрегиональной общественной организации «Академия российского искусства» (с 1995 года).

Умер 23 декабря 2009 года в Москве. Похоронен на Троекуровском кладбище.

Семья

Библиография

Собрания сочинений

Книги

Отзывы

Свойственный людям, действующим в военных повестях Бакланова, героизм проявляется в том, что наряду с храбростью у них есть честность, главное — честность перед собой; храбрость без честности не живёт.

— Лев Оборин

В «Пяди земли» Бакланова была определённая смелость и дерзость: после «эпических полотен» вдруг «пядь», всего несколько действующих лиц, никаких особо эпохальных сражений, броских геройств, а у читателя (особенно воевавшего) сжимается сердце, его душит боль, потому что так было и всё похоже на его собственную войну.

Киносценарии и экранизации

Киносценарии

  1. 1960 — Чужая беда
  2. 1961 — Горизонт
  3. 1962 — 49 дней
  4. 1964 — Пядь земли
  5. 1969 — День и вся жизнь
  6. 1970 — Был месяц май
  7. 1970 — Салют, Мария!
  8. 1972 — Карпухин
  9. 1978 — Познавая белый свет

Экранизации

  1. 1980 — Разжалованный (к/м, режиссёр Александр Сокуров)

Интервью

  • Бакланов Г. Эта долгая память. Беседу ведёт Ирина Ришина // Дружба народов. — 1999. — № 2.
  • Разговор на фоне новой книги. Из диалога Ирины Ришиной и Григория Бакланова // Бакланов Г. Я. И тогда приходят мародёры. Роман // ModernLib.Ru.

Награды и премии

  • Орден «За заслуги перед Отечеством» 3-й степени (1998)
  • Орден Отечественной войны I степени (1985)
  • Орден Трудового Красного Знамени (9.09.1983)
  • Орден Дружбы народов
  • Орден Красной Звезды (5.01.1945)
  • Орден «Знак Почёта»
  • Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» (1945)
  • Медаль «За взятие Будапешта» (1945)
  • Медаль «За взятие Вены» (1945)
  • Медаль «За укрепление боевого содружества» (1986)
  • Премия им. К. Симонова (1981)
  • Премия Нурекской ГЭС
  • Государственная премия СССР (1982) — за повесть «Навеки — девятнадцатилетние»
  • Государственная премия РФ в области литературы (1997)
  • Пенсия Президента РФ (с 1995).

Примечания

  1. Надгробный памятник отца писателя
  2. 6—7 сентября: Конференция, посвящённая 95-летию со дня рождения Григория Бакланова. Дом Писателя. Санкт-Перербург. Дата обращения 19 декабря 2018.
  3. 1 2 3 4 Фридман Григорий Яковлевич. Орден Красной Звезды Архивировано 13 марта 2012 года. // ОБД «Подвиг народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.».
  4. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Григорий Яковлевич Бакланов // Авторы // Журнальный зал.
  5. 1 2 3 Бакланов Г. Эта долгая память. Беседу ведёт Ирина Ришина // Дружба народов. — 1999. — № 2.
  6. Бенедикт Сарнов «Феномен Солженицына»
  7. Фридман Григорий Яковлевич. Медаль «За взятие Будапешта» Архивировано 13 марта 2012 года. // ОБД «Подвиг народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.».
  8. Каурова Г. К. Бакланов Григорий Яковлевич (11.09.1823) // AZ Libraru.
  9. Бакланов Г. Война требует правды // Военный вестник. — 9.05.2005.
  10. Сарнов Б. Виктор Шкловский до пожара Рима // Литература. — 1996. — № 21.
  11. Эльга Бакланова. Мой муж Григорий Бакланов // Знамя. — 2011.
  12. 1 2 Оборин Л. О Григории Бакланове // Знамя. — 2010. — № 5.
  13. Сарнов Б. Как это было. К истории публикации романа Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» // Вопросы литературы. — 2012. — № 6.
  14. Анатолий Стреляный. Русская обида (Письмо двадцати одного). Радио Свобода (9 апреля 2000).
  15. Ответ на письмо европейцев российских деятелей культуры. Индекс (2000).
  16. Могила Г. Я. Бакланова
  17. Июль 41 года. Навеки девятнадцатилетние Г. Бакланов (недоступная ссылка). Онлайн Книги. Дата обращения 13 января 2019. Архивировано 14 января 2019 года.
  18. Бакланов, 1999, гл. «В начале слова была жизнь», с. 30—33; гл. «Тверской бульвар», с. 23; гл. «Пядь земли», с. 33.
  19. «Характер – это судьба». Вечер к 95-летию Г. Бакланова. Государственный литературный музей. Дата обращения 13 января 2019.
  20. Григорий Бакланов. Мой генерал. Повесть. Журнальный зал. Дата обращения 13 января 2019.
  21. Кондратьев В. Повесть-реквием. О повести «Навеки девятнадцатилетние» // Дружба народов. — 1979. — № 11.
  22. Указ Президента РФ от 6.06.1998 № 657 «О присуждении Государственных премий Российской Федерации в области литературы и искусства 1997 года» Архивировано 22 февраля 2014 года. // Кremlin.ru.

Литература

Григорий Бакланов — о писателе

Григорий Яковлевич Бакланов (его настоящая фамилия — Фридман) родился в Воронеже 11 сентября 1923 года. Там же прошли его детские и юношеские годы. Мальчик рано потерял родителей и вместе со старшим братом воспитывался в семье дяди. В 1940 году Григорий Бакланов поступил в авиационный техникум где преподавалась и школьная программа старших классов, а в 1941 году разразилась Великая Отечественная война. Чтобы попасть на фронт, юноше пришлось экстерном сдавать выпускные экзамены. Уйдя в армию добровольцем осенью 1941 года, он стал самым молодым солдатом в полку. Вскоре с Северо-Западного фронта юношу направили в артиллерийское училище, оттуда он вернулся уже офицером.

Бакланов воевал на Украине, в Молдавии, Румынии, Венгрии, Австрии. Его можно назвать счастливчиком. Из его поколения вообще уцелели немногие, а из двадцати одноклассников в живых осталось всего трое. И то потому, что двое других не воевали. А он, единственный из побывавших на войне и выживших, отделался лишь ранением.

Все пережитое в Великую Отечественную он отразил позднее в своих произведениях. Первый рассказ Григорий написал сразу после войны в ожидании демобилизации. А в 1946 году поступил в Литературный институт им. М. Горького, где занимался на семинарах К. Паустовского. Печататься начал за год до окончания института, в 1950м.

После института начинающий писатель много ездил по стране, наблюдая за тем, как люди возвращаются к мирной жизни. Свои впечатления от этих поездок он отразил в повести «В Снегирях». Но пережитое на войне не оставляло его в покое. И вскоре писатель вернулся к военной теме. Первыми повестями о Великой Отечественной стали «Южнее главного удара» (1957) и «Пядь земли» (1959), принесшие ему признание как читателей, так и критики, которая назвала его произведение «прозой психологического драматизма». Для этого направления характерен взгляд на войну сквозь призму отдельных человеческих судеб. В «Пяди земли» действие максимально локализовано в пространстве. Перед читателем предстает небольшой — километр на полтора — плацдарм, где герои живут и умирают, борются и побеждают. Повествование ведется от лица участника событий, лейтенанта Мотовилова, который имеет черты автобиографического сходства с автором (он тоже родом из Воронежа). Близость к герою определила интонацию произведения: доверительность и образность в сочетании с лаконизмом. Благодаря этому достигается эффект присутствия: читатель чувствует себя участником происходящих событий. Устами героя этого произведения автор провозглашает свою нравственную позицию: «Мы не только с фашизмом воюем, — мы воюем за то, чтоб уничтожить всякую подлость, чтобы после войны жизнь на земле была человечной, правдивой, чистой».

Повесть «Мертвые сраму не имут» (1961) также сосредоточена на судьбах отдельных людей. В ней описывается безнадежный бой артдивизиона, попавшего на марше под массированный удар немецкой танковой колонны. Главную мысль произведения раскрывает фраза о том, что «за тех, кто жалеет себя в бою, другие расплачиваются кровью. Это закон войны». На войне люди проявляют себя по-разному и поступают каждый в соответствии со своими моральными принципами. Начальник штаба артиллерийского дивизиона Ищенко, равнодушный карьерист-служака, бежит с поля боя, предавая погибающих товарищей, а потом сваливает ответственность за поражение на погибших. На фоне этого позорного поступка рельефнее выступают подвиги других бойцов: истекая кровью, продолжает вести бой Мостовой; Архипов, нарочно подняв руки, якобы собираясь сдаться, выманивает врага из укрытия; а Ушаков, погибая, видит, как горят вражеские танки, и умирает счастливым.

В 1964 году Бакланов написал свой первый роман, «Июль 1941 года», в котором не только рассказал о событиях начала войны, но и сделал попытку интерпретировать их в историко-политическом аспекте, коренные причины поражений Советской Армии.

Повесть «Карпухин» (1965) — история несправедливо осужденного человека, который за чужие грехи попадает в штрафную роту, а после войны вновь оказывается за решеткой за пустяковую вину. Перед читателем проходят разные люди: следователь, свидетели, судья, заседатели, — от которых зависит судьба человека. Одни считают его невиновным, другие думают, что наказание заслужено. Но главной здесь становится тема равнодушия. Люди, связанные служебным долгом, забывают о долге нравственном, о том, что важнее отстаивать достоинство личности, а не жертвовать принципами во благо собственной карьере.

В эти же годы Бакланов пишет несколько сценариев художественных фильмов о войне, самыми известными из которых стали «Салют, Мария!» и «Был месяц май».

Помимо военной темы, писатель затрагивает и другие. Его роман «Друзья» (1975) — рассказ о крушении дружбы двух архитекторов, один из которых, решив любой ценой добиться успеха, идет на предательство. Есть в его творчестве и зарубежные очерки: «Темп вечной погони» (1972) об Америке и «Канада» (1976).

Однако писатель вновь и вновь возвращается к военной теме. В 1979 году выходит повесть «Навеки девятнадцатилетние», в 1981 году — повесть «Меньший среди братьев», герой которой, Илья Константинович, — бывший фронтовик, переживающий душевный кризис, осуждающий себя, погрязшего в суете, и ищущий выход из этого состояния. Герой другого произведения, повести «Свой человек» (1990), является полной противоположностью Илье Константиновичу. Он озабочен только собственной карьерой, и в продвижении по служебной лестнице не останавливается ни перед чем. Жизнь его наполнена страхом: он постоянно боится стать «выбракованным», неугодным и вычеркнутым из номенклатурной «стаи».

Но тема войны вновь зазвучала в книге «Я не был убит на войне» (1995), куда вошли роман, несколько повестей и рассказы.

В последние годы Григорий Бакланов опубликовал ряд мемуарных рассказов, воспоминаний о писателях. Как главный редактор журнала «Знамя» (1986-1996) он внес огромный вклад в популяризацию российской литературы.

В настоящее время Григорий Яковлевич Бакланов живет и работает в Москве.

Сборник идеальных эссе по обществознанию

За год службы в батарее Долговушин переменил множество должностей, нигде не проявив способностей. Попал он в полк случайно, на марше. Дело было ночью. К фронту двигалась артиллерия, обочиной, в пыли, подымая пыль множеством ног, топала пехота. И, как всегда, несколько пехотинцев попросились на пушки, подъехать немного. Среди них был Долговушин. Остальные потом соскочили, а Долговушин уснул. Когда проснулся, пехоты на дороге уже не было. Куда шла его рота, какой её номер — ничего этого он не знал, потому что всего два дня как попал в неё. Так Долговушин и прижился в артиллерийском полку. Вначале его определили к Богачёву во взвод управления катушечным телефонистом. За Днестром, под Яссами, Богачёв всего один раз взял его с собой на передовой наблюдательный пункт, где все простреливалось из пулемётов и где не то что днём, но и ночью-то головы не поднять. Тут Долговушин по глупости постирал с себя все и остался в одной шинели, а под ней — в чем мать родила. Так он и сидел у телефона, запахнувшись, а напарник и бегал и ползал с катушкой по линии, пока его не ранило. На следующий день Богачёв выгнал Долговушина к себе во взвод он подбирал людей, на которых мог положиться в бою, как на себя. И Долговушин попал к огневикам. Безропотный, молчаливо-старательный, все бы хорошо, только уж больно бестолков оказался. Когда выпадало опасное задание, о нем говорили: «Этот не справится». А раз не справится, зачем посылать? И посылали другого. Так Долговушин откочевал в повозочные. Он не просил, его перевели. Может быть, теперь, к концу войны, за неспособностью воевал бы он уже где-нибудь на складе ПФС, но в повозочных суждено было ему попасть под начало старшины Пономарёва. Этот не верил в бестолковость и сразу объяснил свои установки: — В армии так: не знаешь — научат, не хочешь — заставят. — И ещё сказал: — Отсюда тебе путь один: в пехоту. Так и запомни. — Что ж пехота? И в пехоте люди живут, — уныло отвечал Долговушин, больше всего на свете боявшийся снова попасть в пехоту. С тем старшина и начал его воспитывать. Долговушину не стало житья. Вот и сейчас он тащился на НП, под самый обстрел, все ради того же воспитания. Два километра — не велик путь, но к фронту, да ещё под обстрелом… Опасливо косясь на дальние разрывы, он старался не отстать от старшины. Теперь впереди, горбясь, шагал Долговушин, сзади — старшина. Неширокая полоса кукурузы кончилась, и они шли наизволок, отдыхая на ходу: здесь было безопасно. И чем выше взбирались они, тем видней было им оставшееся позади поле боя оно как бы опускалось и становилось плоским по мере того, как они поднимались вверх. Пономарёв оглянулся ещё раз. Немецкие танки расползлись в стороны друг от друга и по-прежнему вели огонь. Плоские разрывы вставали по всему полю, а между ними ползли пехотинцы вcякий раз, когда они подымались перебегать, яростней начинали строчить пулемёты. Чем дальше в тыл, тем несуетливей, уверенней делался Долговушин. Им оставалось миновать открытое пространство, а дальше на гребне опять начиналась кукуруза. Сквозь её реденькую стенку проглядывал засыпанный снегом рыжий отвал траншеи, там перебегали какие-то люди, изредка над бруствером показывалась голова и раздавался выстрел. Ветер был встречный, и пелена слез, застилавшая глаза, мешала рассмотреть хорошенько, что там делается. Но они настолько уже отошли от передовой, так оба сейчас были уверены в своей безопасности, что продолжали идти не тревожась. «Здесь, значит, вторую линию обороны строят», — решил Пономарёв с удовлетворением. А Долговушин поднял вверх сжатые кулаки и, потрясая ими, закричал тем, кто стрелял из траншеи. — Э-ей! Слышь, не балуй! И голос у него был в этот момент не робкий: он знал, что в тылу «баловать» не положено, и в сознании своей правоты, в случае чего, мог и прикрикнуть. Действительно, стрельба прекратилась. Долговушин отвернул на ходу полу шинели, достал кисет и, придерживая его безымянным пальцем и мизинцем, принялся свёртывать папироску. Даже движения у него теперь были степенные. Скрутив папироску, Долговушин повернулся спиной на ветер и, прикуривая, продолжал идти так. До кукурузы оставалось метров пятьдесят, когда на гребень окопа вспрыгнул человек в каске. Расставив короткие ноги, чётко видный на фоне неба, он поднял над головой винтовку, потряс ею и что-то крикнул. — Немцы! — обмер Долговушин. — Я те дам «немцы»! — прикрикнул старшина и погрозил пальцем. Он всю дорогу не столько за противником наблюдал, как за Долговушиным, которого твёрдо решил перевоспитать. И когда тот закричал «немцы», старшина, относившийся к нему подозрительно, не только усмотрел в этом трусость, но ещё и неверие в порядок и разумность, существующие в армии. Однако Долговушин, обычно робевший начальства, на этот раз, не обращая внимания, кинулся бежать назад и влево. — Я те побегу! — кричал ему вслед Пономарёв и пытался расстегнуть кобуру нагана. Долговушин упал, быстро-быстро загребая руками, мелькая подошвами сапог, пополз с термосом на спине. Пули уже вскидывали снег около него. Ничего не понимая, старшина смотрел на эти вскипавшие снежные фонтанчики. Внезапно за Долговушиным, в открывшейся под скатом низине, он увидел санный обоз. На ровном, как замёрзшая река, снежном поле около саней стояли лошади. Другие лошади валялись тут же. От саней веером расходились следы ног и глубокие борозды, оставленные ползшими людьми. Они обрывались внезапно, и в конце каждой из них, где догнала его пуля, лежал ездовой. Только один, уйдя уже далеко, продолжал ползти с кнутом в руке, а по нему сверху безостановочно бил пулемёт. «Немцы в тылу!» — понял Пономарёв. Теперь, если надавят с фронта и пехота начнёт отходить, отсюда, из тыла, из укрытия, немцы встретят её пулемётным огнём. На ровном месте это — уничтожение. — Правей, правей ползи! — закричал он Долговушину. Но тут старшину толкнуло в плечо, он упал и уже нe видел, что произошло с повозочным. Только каблуки Долговушина мелькали впереди, удаляясь. Пономарёв тяжело полз за ним следом и, подымая голову от снега, кричал: — Правей бери, правей! Там скат! Каблуки вильнули влево. «Услышал!» — радостно подумал Пономарёв. Ему наконец удалось вытащить наган. Он обернулся и, целясь, давая Долговушину уйти, выпустил в немцев все семь патронов. Но в раненой руке нe было упора. Потом он опять пополз. Метров шесть ему осталось до кукурузы, не больше, и он уже подумал про себя: «Теперь — жив». Тут кто-то палкой ударил его по голове, по кости. Пономарёв дрогнул, ткнулся лицом в снег, и свет померк. А Долговушин тем временем благополучно спустился под скат. Здесь пули шли поверху. Долговушин отдышался, вынул из-за отворота ушанки «бычок» и, согнувшись, искурил его. Он глотал дым, давясь и обжигаясь, и озирался по сторонам. Наверху уже не стреляли. Там все было кончено. «Правей ползи», — вспомнил Долговушин и усмехнулся с превосходством живого над мёртвым. — Вот те и вышло правей… Он высвободил плечи от лямок, и термос упал в снег. Долговушин отпихнул его ногой. Где ползком, где сгибаясь и перебежками, выбрался он из-под огня, и тот, кто считал, что Долговушин «богом ушибленный», поразился бы сейчас, как толково, применяясь к местности, действует он. Вечером Долговушин пришёл на огневые позиции. Он рассказал, как они отстреливались, как старшину убило на его глазах и он пытался тащить, его мёртвого. Он показал пустой диск автомата. Сидя на земле рядом с кухней, он жадно ел, а повар ложкой вылавливал из черпака мясо и подкладывал ему в котелок. И все сочувственно смотрели на Долговушина. «Вот как нельзя с первого взгляда составлять мнение о людях, — подумал Назаров, которому Долговушин не понравился. — Я его считал человеком себе на уме, а он вот какой, оказывается. Просто я ещё не умею разбираться в людях…» И поскольку в этот день ранило каптёра, Назаров, чувствуя себя виноватым перед Долговушиным, позвонил командиру батареи, и Долговушин занял тихую, хлебную должность каптёра.

Бакланов, Григорий Яковлевич

Тип статьи:

Регулярная статья

Григорий Бакланов
200px
Имя при рождении:

Григорий Яковлевич Фридман

Дата рождения:

11 сентября 1923

Место рождения:

Воронеж

Дата смерти:

23 декабря 2009

Место смерти:

Москва

Гражданство:

СССР,
Россия

Род деятельности:

прозаик, сценарист

Годы творчества:

1951—2009

Направление:

военная проза

Язык произведений:

русский

Дебют:

рассказ «Выговор»

Премии:

премия им. Константина Симонова

Награды

Орден Отечественной войны I степени
Орден «Знак Почёта» 40px Шаблон:Медаль За укрепление боевого содружества

Ошибка: неверное или отсутствующее изображение

Ошибка: неверное или отсутствующее изображение

Государственная премия Российской Федерации — 1998 Государственная премия СССР — 1982 года
Произведения на сайте Lib.ru

Григо́рий Я́ковлевич Бакла́нов (настоящая фамилия Фри́дман; 11 сентября 1923, Воронеж — 23 декабря 2009, Москва) — русский советский писатель.

Григорий Бакланов родился в Воронеже в семье зубных врачей Якова Минаевича Фридмана (ум. 1933) и Хаи-Иты Герцевны Кантор (ум. 1935). В 1941 году ушёл на фронт рядовым. Воевал на Северо-Западном фронте в 387-м артиллерийском полку 34-й армии. С фронта был направлен в артиллерийское училище. По окончании его воевал на Юго-Западном, 3-м Украинском фронтах. Был тяжело ранен, закончил войну командиром артдивизиона. Член КПСС с 1942 года.

После войны Бакланов поступил в Литературный институт им. А. М. Горького, который окончил в 1951 году. Первый рассказ был опубликован в журнале «Крестьянка» в 1951-м. В начале творческого пути писатель обратился к новому тогда направлению русской литературы — «деревенской прозе», однако известность Бакланову принесли первые повести о войне — «Девять дней (Южнее главного удара)» (1958) и сразу ставшая знаменитой «Пядь земли» (1959), рассказывающие о судьбе простого человека на фронте. Эта же тема оказалась в центре внимания и последующих произведений автора: повесть «Мёртвые сраму не имут» (1961), роман «Июль 41 года» (1964), в котором писатель одним из первых поднял вопрос об ответственности Сталина за поражения Красной Армии в начале войны.

Вновь Бакланов заявил о себе как о писателе-фронтовике повестью «Навеки — девятнадцатилетние» (1979), посвящённой судьбам молодых парней — вчерашних школьников, — попавших на фронт. Эта повесть была отмечена Государственной премией СССР (1982).

По сценариям Григория Бакланова были сняты многие фильмы: «Познавая белый свет», «Был месяц май».

С 1986 по 1993 годы Бакланов был главным редактором журнала «Знамя».

В 1993 году подписал «Письмо сорока двух».

Григорий Бакланов скончался 23 декабря 2009 года в Москве, похоронен 26 декабря 2009 года на Троекуровском кладбище.

Награды и звания

Награждён:

  • орденом Красной Звезды,
  • орденом Отечественной войны 1-й степени,
  • орденом Трудового Красного Знамени,
  • орденом «Знак Почёта»,
  • орденом Дружбы народов,
  • орденом «За заслуги перед Отечеством» 3 степени,
  • медалями.

Член Союза писателей СССР (1956), лауреат Государственной премии России (1998).

Председатель комиссии по литературному наследию Камила Икрамова (с 1990 года), сопредседатель фонда «Знамя» (с 1993). Академик Академии российского искусства (с 1995), член Совета по культуре и искусству при Президенте РФ (1996—2001).

Произведения

  • Григорий Яковлевич Бакланов «„Кумир“. Глава из книги, воспоминания-размышления о феномене Солженицына и его сегодняшнем лице»
  1. 1960 — Чужая беда
  2. 1961 — Горизонт
  3. 1962 — 49 дней
  4. 1964 — Пядь земли
  5. 1969 — День и вся жизнь
  6. 1970 — Был месяц май
  7. 1970 — Салют, Мария!
  8. 1972 — Карпухин
  9. 1978 — Познавая белый свет
  10. 1984 — Меньший среди братьев
  11. 1989 — Навеки — девятнадцатилетние
  • Казак В. Лексикон русской литературы XX века = (нем. Wolfgang Kasack) Lexikon der russischen Literatur ab 1917. — М.: «Культура», 1996. — 492 с. — ISBN 5-8334-0019-8
  • Григорий Бакланов на сайте интернет-проекта «Журнальный зал»

Ссылки

  • Бакланов, Григорий Яковлевич в библиотеке Максима Мошкова
  • Бакланов Григорий: Окопная правдаfi:Grigori Baklanov

nl:Grigori Baklanov sv:Grigorij Baklanov tg:Григорий Яковлевич БаклановУведомление: Предварительной основой данной статьи была аналогичная статья в http://ru.wikipedia.org, на условиях CC-BY-SA, http://creativecommons.org/licenses/by-sa/3.0, которая в дальнейшем изменялась, исправлялась и редактировалась.